Арьяна же пошла за Менестрелем как жена декабриста в Сибирь. Даже наши лошадки оказались в отдельном отсеке. Все же, они тоже немного шаманы.
-Был домовой, был кибиточный, а теперь, выходит, подводным буду, - хмыкнул Дементий, устраиваясь вместе со мной в каком-то отсеке нашей подлодки. –Это что ж, теперя и кухня – не кухня?
-Кухню теперь следует камбузом называть, - ухмыльнулся Рэм, - А ты, друг Дементий, будешь прозываться коком. Морским поваром.
Договорить он не успел. Мне показалось, что мы провернулись вокруг своей оси, и принялись тонуть. Стремительно и безвозвратно. Дементий вцепился в меня, как спасательный круг, слышался сдавленный писк девчонок, сдержанный мат кого – то из мужиков, а из дальнего отсека донеслось ржание лошадей.
-Мать, ты не испугалась? – донесся до меня спокойный голос Ойрика. –Не переживай. У Алишшша все под контролем.
-Под контролем, под контролем! -буркнул Рэм откуда-то из дальнего угла. –Чуть было не опоздали!
-Не опоздали же, -ответил Алишшш, и вспыхнул свет. Оказывается, из каких-то таинственных подпространств в нашей кибитке появилась рубка со всевозможными приборами, перископом, электричеством, и даже парочкой компьютеров, за одним из которых сидел Алишшш, и будто играл на пианино: так легко и быстро летали длинные гибкие пальцы моего племянника по клавиатуре. Я извернулась в объятиях домового, и оглядела своих спутников. Предсказуемо: Дамира приткнулась к колену Алишшша, хлопает громадными карими глазищами. Арьяна спряталась подмышку Менестрелю. Ярик с восторгом хлопает глазами на Рэма и Аншата, которые возятся с каким-то странным прибором. Вот уж не думала, что мой супруг хоть что-то понимает в технике, он же из магического мира, а там с техникой не важно. Голос Ойрика доносится из дальнего отсека – лошадок успокаивает. А где Фэль?
-А Фэль в хвостовом отсеке, - донесся голос старшего племянника. –Я тут пытаюсь свою арфу выкопать из-под завала. Ярик, не поможешь?
-Ага!
И мальчишка весело поскакал в хвостовой отсек лодки. И зачем Фэлю арфа?
Вскоре болтанка прекратилась, и все действующие лица занялись каждый своим делом. Лично мы с Дементием отправились обживать камбуз, забрав с собой девчонок. А нечего у мужчин под ногами путаться, все равно от нас пока ничего не зависит.
6.1
Арьяна испуганно забилась в угол кухонного отсека, молясь про себя всем богам, про каких только слышала. Нет, она не была такой уж набожной, за свою не такую уж длинную жизнь успела узнать, что боги помогают лишь тем, кто сам старается помочь себе. Но вот сейчас…. С тех самых пор, как она вступила на Дорогу, Арьяна встретила столько непонятных и странных существ, что впору было подаваться в дальний монастырь. Говорили девки, что в том монастыре самый строгий устав, и простыми заутренями да вечерями не обходится. Ох, зря она не послушала старого трактирщика. Сидела бы сейчас в своей комнатке, шила бы приданое. Ан нет, понесло свиное рыло в калашный ряд…. В воду затащили, утопят теперь, не иначе. Где это видано, чтобы кибитка вдруг железной банкой обернулась? Где это видано, чтобы кошка женщиной оборачивалась, да еще такой красивой? И слыхом никто не слыхивал в их трактире, чтобы красавец мужик вдруг оказывался мужем этой самой кошки? А эта девица? Вот уж красавица из красавиц! Никогда Арьяна не видела таких длинных кос, таких больших глаз непривычного цвета. Все, кого Арьяна встречала до сих пор, глаза имели самые обычные. И цвет у них был серый, голубой, либо синий, как драгоценный камень. Она не помнила, как он называется. А вот в памяти сохранилась картинка: крошечный осколок ярко-синего цвета в замызганной тряпице на грязноватой ладони древнего старца. Помнится, старец забрел в скособоченную избушку, где жили они с бабкой. Бабка встретила его настороженно. О чем они говорили – Арьянка в силу малолетства не поняла. Но в благодарность за кружку холодной воды, поданной ею, старик показал девчонке настоящее сокровище. А потом увернул в тряпицу, и спрятал куда-то за пазуху. Знал бы кто, как долго мечтала она увидеть еще раз осколочек синего неба в ладонях... Не довелось вот до сих пор. И теперь, надо думать, уже и не доведется.
-А скажи-ка мне, девица красная, водятся ли в ваших морях русалки, - услышала она мурлыкающий голос волшебной кошки. Подняла глаза: кошка сидела на коленях Дамиры, и пристально смотрела на неё, Арьяну.
-Н-не слыхала, госпожа, - заикаясь, ответила она. –В речке нашей водилась одна. Бабка сказывала, утопилась девка одна от любви великой. Каждую весну на берег выходила в русальную неделю, жениха своего все заманить хотела к себе. Водяной потом её в жены взял, говорят. С тех пор она на берег не выходит.
-Леди Марина, а зачем нам морские русалки, - спросила Дамира, бережно гладя пушистую серую шерстку кошачьей леди.- Какое отношение они имеют к нашему делу? Менестрель же говорил, что Демиург не создавал их.
-Специально – не создавал, - задумчиво промурлыкала кошка. – Но вот видели же мы с Рэмом диво – дивное, чудо чудное… Если это и есть та самая случайность, не учтенная нашим Демиургом? Та самая капля крови, упавшая в океан.
Все призадумались. Демьян споро выдал девицам картошку, лук, морковь и длинные острые ножи, ворчливо предложив не маяться раздумьями, а начистить, нарезать, и в кастрюлю отправить.
-Ить мужиков-то кормить требуется, а размышлениями сыт не будешь! – заключил он, приставляя кастрюлю с мясом на странную плиту. Пощелкал кнопочками, и вскоре по кухне поплыл непередаваемый аромат тушеного мяса, картошки, свежеиспеченного хлеба и квашенной капусты.
-Колдовство, не иначе, - обреченно подумала Арьяна, перемешивая двумя вилками порезанную кубиками соленую капусту. Дамира, по совету кошки, покрошила туда большую луковицу, веточку свежего укропа, и полила растительным маслом. А теперь резала на деревянной досточке шмат соленого сала с толстыми мясными прослойками. Шмат был покрыт солью и черным перцем. Даже слюнки потекли – так вдруг захотелось взять розовый кусочек, ощутить на языке его вкус, солоноватый и острый, пряный от перца….
-Это не колдовство, - услышала она голос в своей голове. -Вернее, не все здесь колдовство, Арьяна. Мы жители мира, где магии почти и нет. У нас техника заменяет магию. Когда закончится вся эта бодяга с камнями, демиургами, и прочими заморочками, мои мальчики возьмут тебя с собой. Если захочешь, конечно.
Девушка отрицательно затрясла головой.
-Нет, нет, леди Марина! Я не хочу! Я боюсь!
Кошка внимательно смотрела на неё.
-Ты испугалась нашей подводной лодки? Не бойся, мальчики знают, что делают. Мы должны решить эту задачу. Найти того, кто сумел пленить вашего Демиурга. Найти его самого. Освободить. И убрать куда-то лишнюю воду из вашего мира. Так уж получилось, что без тебя нам не обойтись.
-Вы принесете меня в жертву? –обреченно спросила девушка. Отложив в сторону вилки. Присела на лавку, закусила уголок головного платка.
-Не дури, Арьянка, - мурлыкнула кошка. – Мы бродим по мирам в поисках волшебных камней уже не один десяток дней и месяцев, но пока еще никого не приносили в жертву. Как только наша задача будет выполнена, ты пойдешь дальше той дорогой, которую выберешь сама.
Девушка тяжело вздохнула. Как объяснить кошке, что идти ей некуда. Что все равно, где она будет, ничего хорошего ей не ждать теперь от жизни. Даже если она вернется в таверну, светит ей второй этаж с комнатками для утех проезжающих.
-И почему же? – зеленоватые кошачьи глаза внимательно следили за ней, и девушка зябко передергивала плечами.
-Потому что мне никогда в жизни не доказать нашему трактирщику, что я все еще девица, -угрюмо насупилась она. – Раз ушла в мир одна, значит, все. Да и не хочу я туда возвращаться. Мне бы другого чего. Да только кто ж мне волю даст….
Кошка легонько подбила лапками свесившийся с колена девушки край платка.
Дементий и вовсе не желал выслушивать девичьи вздохи. Вынул из воздуха еще один нож, подвинул ведро с картошкой.
-Чисти, хватит душу самой себе травить, - велел. – Надо же – во второй этаж она собралась. Аль мои хозяева тебе выбора не дадут?! Ты, Ма–Рина, обдумай энтот вопрос. Ни к чему такой красавице свою жизнь комкать.
Кошка прищурилась на домового.
-А чего тут думать, Дементий, - мурлыкнула она. – В замке места много, тут ты прав. Арьянка, а чего бы ты сама хотела от жизни?
Девчонка зарделась, не зная, как сказать о главном. Была у нее мечта, но такая странная для обычной девчонки, что и сама с собой она старалась её не вспоминать.
-На учительшу выучиться хочу, -прошептала она, пряча взгляд в тазике с начищенной картошкой. –Один раз сон мне был. Будто стою я в какой-то комнате, большой, светлой. В окна солнце так и шибает, цветами пахнет, за спиной у меня доска большая, грифельная. А передо мной столы такие странные. И сидят там ребятишки. Много. Я им буквы разные показываю, будто учу ребятишек тех. Тут дверь скрипнула, отворилась и наш Менестрель входит….
Тут Арьяна покраснела, став совершенно пунцовой.
-А на мне платьишко такое короткое – чуть коленки прикрыты. Волосы в прическу собраны, а на носу штуки такие круглые стеклянные. Мне и стыдно, и приятно, что он улыбается ласково так…
Тут она вздохнула грустно.
-Не досмотрела я сон – то. Петух под окошком заорал, вставать надо было, на смену заступать. Так я и не узнала, что он говорил. Видела - рот открывает, да слов уж не услышала…
Девушка не смотрела на собеседников, потому и не заметила, как кошка и Дементий переглянулись.
-Думаю, она и в самом деле из другого мира сюда попала, - услышал домовой мысль Марины. – И я даже знаю, из какого именно. Осталось только выяснить, как это произошло. А что ты думаешь про её воспоминания?
-А чего тут думать, - присел рядом с кошкой Дементий. – Мы хоть и невеликие колдуны, да о подмененной реальности знаем. Так что не след Арьяну здесь оставлять, разве что сама захочет. Надо бы Менестреля нашего попытать, что он сам об этом думает.
Кошка не ответила, просто вытянула лапку, и выпустила длинные белые когти. Дементий хмыкнул. Да кто ж спорит – Ма-Рина из Менестреля все выпытает. И будет у них Менестрель женатый.
-И то - будет уж ему по свету бесприютно гулять, - согласно погладил кошку по пушистой спинке. – А хорошая пара получится.
6.2
А Менестрель в это время круглыми глазами смотрел, как за круглым иллюминатором стремительно меняется морской пейзаж. Или это не пейзаж? Какой, к диким –тут он оглянулся на окружающих и решил, что ругаться не пристало. Ладно – пусть будет к диким эльфам. Так вот. Какой, к эльфам, пейзаж, если кроме воды здесь ничего не было. Просто ровный столб воды. Который постепенно меняет цвет от прозрачно-голубого до синего, а теперь уже и черного. Прозрачного, опять же. И никого живого. Ни рыб. Ни водорослей. Пустое пространство. Полное воды.
-Бывает, бывает, -похлопал его по плечу лорд Аншат. – В нашем деле бывает все. Даже то, чего нет в принципе.
-А то ж! – хмыкнул тот, кого Менестрель ощущал, как демона с легкой примесью человеческой крови. Длинные гибкие пальцы Рэма легко скользили по клавишам странного приспособления, и вслед этому скольжению на плоском экране стремительно перетекали из одной формы в другую завитки, спирали, окружности и прочие непонятные простому музыканту фигуры, линии и росчерки. За другим приспособлением сидел Алишшш, из –под пальцев которого на таком же экране появлялись длинные ряды цифр, букв и странных символов.
-М-м… Как к вам обращаться-то, - коснулась плеча Менестреля узкая рука. Он поднял голову и встретился взглядом с эльфийским принцем Фэллиандриэлем. – Лорд Аллиэлин, так?
-Зови меня Лином, мальчик, - ответил Менестрель. – Правда. Я давно уже отвык от собственного имени.
-Хорошо, лорд Лин, вам знаком этот инструмент?
И перед Менестрелем появилась арфа. Размером чуть больше полуметра, деревянные части отполированы временем до тусклого блеска, струны будто сделаны из серебра. В памяти тяжело заворочались обрывки видений. Да, инструмент кажется ему знакомым. Но за столько веков он видел множество самых разных инструментов. Видел. Держал в ладонях, ласкал пальцами струны, заставлял их не просто звучать, но плакать или смеяться. Арфа умеет журчать ручейком, звенеть колокольчиком, гудеть ураганом – если находится в руках умелого арфиста. Менестрель давно не брал в руки арфу.
-Она кажется мне знакомой, - осторожно сказал Менестрель, бережно прикасаясь к инструменту. –И древней.
-Верно, - просиял Фэль. – Это арфа Томаса Лермонта. Того самого, которого королева фей наградила даром прорицателя.
-Не может быть! Этого просто не может быть! Арфа была утеряна еще в те годы, когда мой народ жил на Земле!
-И тем не менее, это она. Мы с братьями не так давно отыскали и арфу, и знамя, и кубок.
Менестрель пошатнулся. Фэль ловко ухватил его за плечи, помог сесть на стул.
-Когда три реликвии будут возвращены в королевский дом, тогда наступит время возвращения - пробормотал Менестрель. –Второй сын встретит любовь, спасет друга и вернет миру жизнь…. Мальчик, ты принес мне надежду.
-Как я понимаю – еще одно пророчество, - ухмыльнулся Аншат. – Ты ж и есть тот самый второй сын, как я понимаю?
-Да, наверное. Это предсказала мне одна девушка из племени, которое было вырезано в одну из кровавых ночей. Она была прекрасна, эта девушка, хотя я уже не помню её лица. Даже имя давно исчезло из моей памяти. И любить я разучился.
-Какие твои годы, друг, - хлопнул его по плечу Аншат. – Еще вспомнишь, как это бывает.
И тут толщу черной воды прорезал ослепительно белый свет: это Алишшш вывел нужную формулу, открыл жалюзи и включил прожектор в носу лодки. Команда замерла, ошарашено глядя на…. Русалку?!
-Надо же, какие микробы здесь водятся!
Рэм изумленно рассматривал появившееся перед иллюминатором существо. Нет, русалок ему доводилось встречать и раньше. И на Земле, и в Темной Империи. С двумя он даже приятельствовал, и не пугался их вида, хотя и не восхищался. Кровь высшего демона защищала от приворотных русалочьих песен. А вот такое…. Сине-зеленое желеобразное существо, с непомерно длинными конечностями, длинным телом, покрытое чем-то, отдаленно напоминающее чешую. Туловище, как и положено русалкам, плавно переходило в хвост, но при этом было уродливым.
-Мутант какой-то, – сделал вывод Аншат, тоже не понаслышке знакомый с водными жительницами. Уж этого добра в любом магическом – да и не магическом – мире хватает. – Такое чувство, что создать-то её создали, а до ума довести не успели. Или не сумели. Или не захотели.
-А это и не русалка вовсе, - вмешался подобравшийся поближе к экрану домовой Дементий, продолжая удерживать на руках кошку. – Это водница. Встречаются редко, разумом обладают, да только пользоваться им не умеют.
-Это как? –удивлено обернулся к домовому Менестрель. – И откуда она тут взяться-то могла?
-А этого, мил человек, я тебе и не скажу, - вздохнул домовой. –Знаю только, что рожаются они не как все, не от отца с матерью, а как – не ведаю. Говаривал мне наставник мой, будто вместо крови в таких водницах злая вода течет, вот она все вокруг-то и губит. И сама она из той воды себе тело ладит.
-Был домовой, был кибиточный, а теперь, выходит, подводным буду, - хмыкнул Дементий, устраиваясь вместе со мной в каком-то отсеке нашей подлодки. –Это что ж, теперя и кухня – не кухня?
-Кухню теперь следует камбузом называть, - ухмыльнулся Рэм, - А ты, друг Дементий, будешь прозываться коком. Морским поваром.
Договорить он не успел. Мне показалось, что мы провернулись вокруг своей оси, и принялись тонуть. Стремительно и безвозвратно. Дементий вцепился в меня, как спасательный круг, слышался сдавленный писк девчонок, сдержанный мат кого – то из мужиков, а из дальнего отсека донеслось ржание лошадей.
-Мать, ты не испугалась? – донесся до меня спокойный голос Ойрика. –Не переживай. У Алишшша все под контролем.
-Под контролем, под контролем! -буркнул Рэм откуда-то из дальнего угла. –Чуть было не опоздали!
-Не опоздали же, -ответил Алишшш, и вспыхнул свет. Оказывается, из каких-то таинственных подпространств в нашей кибитке появилась рубка со всевозможными приборами, перископом, электричеством, и даже парочкой компьютеров, за одним из которых сидел Алишшш, и будто играл на пианино: так легко и быстро летали длинные гибкие пальцы моего племянника по клавиатуре. Я извернулась в объятиях домового, и оглядела своих спутников. Предсказуемо: Дамира приткнулась к колену Алишшша, хлопает громадными карими глазищами. Арьяна спряталась подмышку Менестрелю. Ярик с восторгом хлопает глазами на Рэма и Аншата, которые возятся с каким-то странным прибором. Вот уж не думала, что мой супруг хоть что-то понимает в технике, он же из магического мира, а там с техникой не важно. Голос Ойрика доносится из дальнего отсека – лошадок успокаивает. А где Фэль?
-А Фэль в хвостовом отсеке, - донесся голос старшего племянника. –Я тут пытаюсь свою арфу выкопать из-под завала. Ярик, не поможешь?
-Ага!
И мальчишка весело поскакал в хвостовой отсек лодки. И зачем Фэлю арфа?
Вскоре болтанка прекратилась, и все действующие лица занялись каждый своим делом. Лично мы с Дементием отправились обживать камбуз, забрав с собой девчонок. А нечего у мужчин под ногами путаться, все равно от нас пока ничего не зависит.
6.1
Арьяна испуганно забилась в угол кухонного отсека, молясь про себя всем богам, про каких только слышала. Нет, она не была такой уж набожной, за свою не такую уж длинную жизнь успела узнать, что боги помогают лишь тем, кто сам старается помочь себе. Но вот сейчас…. С тех самых пор, как она вступила на Дорогу, Арьяна встретила столько непонятных и странных существ, что впору было подаваться в дальний монастырь. Говорили девки, что в том монастыре самый строгий устав, и простыми заутренями да вечерями не обходится. Ох, зря она не послушала старого трактирщика. Сидела бы сейчас в своей комнатке, шила бы приданое. Ан нет, понесло свиное рыло в калашный ряд…. В воду затащили, утопят теперь, не иначе. Где это видано, чтобы кибитка вдруг железной банкой обернулась? Где это видано, чтобы кошка женщиной оборачивалась, да еще такой красивой? И слыхом никто не слыхивал в их трактире, чтобы красавец мужик вдруг оказывался мужем этой самой кошки? А эта девица? Вот уж красавица из красавиц! Никогда Арьяна не видела таких длинных кос, таких больших глаз непривычного цвета. Все, кого Арьяна встречала до сих пор, глаза имели самые обычные. И цвет у них был серый, голубой, либо синий, как драгоценный камень. Она не помнила, как он называется. А вот в памяти сохранилась картинка: крошечный осколок ярко-синего цвета в замызганной тряпице на грязноватой ладони древнего старца. Помнится, старец забрел в скособоченную избушку, где жили они с бабкой. Бабка встретила его настороженно. О чем они говорили – Арьянка в силу малолетства не поняла. Но в благодарность за кружку холодной воды, поданной ею, старик показал девчонке настоящее сокровище. А потом увернул в тряпицу, и спрятал куда-то за пазуху. Знал бы кто, как долго мечтала она увидеть еще раз осколочек синего неба в ладонях... Не довелось вот до сих пор. И теперь, надо думать, уже и не доведется.
-А скажи-ка мне, девица красная, водятся ли в ваших морях русалки, - услышала она мурлыкающий голос волшебной кошки. Подняла глаза: кошка сидела на коленях Дамиры, и пристально смотрела на неё, Арьяну.
-Н-не слыхала, госпожа, - заикаясь, ответила она. –В речке нашей водилась одна. Бабка сказывала, утопилась девка одна от любви великой. Каждую весну на берег выходила в русальную неделю, жениха своего все заманить хотела к себе. Водяной потом её в жены взял, говорят. С тех пор она на берег не выходит.
-Леди Марина, а зачем нам морские русалки, - спросила Дамира, бережно гладя пушистую серую шерстку кошачьей леди.- Какое отношение они имеют к нашему делу? Менестрель же говорил, что Демиург не создавал их.
-Специально – не создавал, - задумчиво промурлыкала кошка. – Но вот видели же мы с Рэмом диво – дивное, чудо чудное… Если это и есть та самая случайность, не учтенная нашим Демиургом? Та самая капля крови, упавшая в океан.
Все призадумались. Демьян споро выдал девицам картошку, лук, морковь и длинные острые ножи, ворчливо предложив не маяться раздумьями, а начистить, нарезать, и в кастрюлю отправить.
-Ить мужиков-то кормить требуется, а размышлениями сыт не будешь! – заключил он, приставляя кастрюлю с мясом на странную плиту. Пощелкал кнопочками, и вскоре по кухне поплыл непередаваемый аромат тушеного мяса, картошки, свежеиспеченного хлеба и квашенной капусты.
-Колдовство, не иначе, - обреченно подумала Арьяна, перемешивая двумя вилками порезанную кубиками соленую капусту. Дамира, по совету кошки, покрошила туда большую луковицу, веточку свежего укропа, и полила растительным маслом. А теперь резала на деревянной досточке шмат соленого сала с толстыми мясными прослойками. Шмат был покрыт солью и черным перцем. Даже слюнки потекли – так вдруг захотелось взять розовый кусочек, ощутить на языке его вкус, солоноватый и острый, пряный от перца….
-Это не колдовство, - услышала она голос в своей голове. -Вернее, не все здесь колдовство, Арьяна. Мы жители мира, где магии почти и нет. У нас техника заменяет магию. Когда закончится вся эта бодяга с камнями, демиургами, и прочими заморочками, мои мальчики возьмут тебя с собой. Если захочешь, конечно.
Девушка отрицательно затрясла головой.
-Нет, нет, леди Марина! Я не хочу! Я боюсь!
Кошка внимательно смотрела на неё.
-Ты испугалась нашей подводной лодки? Не бойся, мальчики знают, что делают. Мы должны решить эту задачу. Найти того, кто сумел пленить вашего Демиурга. Найти его самого. Освободить. И убрать куда-то лишнюю воду из вашего мира. Так уж получилось, что без тебя нам не обойтись.
-Вы принесете меня в жертву? –обреченно спросила девушка. Отложив в сторону вилки. Присела на лавку, закусила уголок головного платка.
-Не дури, Арьянка, - мурлыкнула кошка. – Мы бродим по мирам в поисках волшебных камней уже не один десяток дней и месяцев, но пока еще никого не приносили в жертву. Как только наша задача будет выполнена, ты пойдешь дальше той дорогой, которую выберешь сама.
Девушка тяжело вздохнула. Как объяснить кошке, что идти ей некуда. Что все равно, где она будет, ничего хорошего ей не ждать теперь от жизни. Даже если она вернется в таверну, светит ей второй этаж с комнатками для утех проезжающих.
-И почему же? – зеленоватые кошачьи глаза внимательно следили за ней, и девушка зябко передергивала плечами.
-Потому что мне никогда в жизни не доказать нашему трактирщику, что я все еще девица, -угрюмо насупилась она. – Раз ушла в мир одна, значит, все. Да и не хочу я туда возвращаться. Мне бы другого чего. Да только кто ж мне волю даст….
Кошка легонько подбила лапками свесившийся с колена девушки край платка.
Дементий и вовсе не желал выслушивать девичьи вздохи. Вынул из воздуха еще один нож, подвинул ведро с картошкой.
-Чисти, хватит душу самой себе травить, - велел. – Надо же – во второй этаж она собралась. Аль мои хозяева тебе выбора не дадут?! Ты, Ма–Рина, обдумай энтот вопрос. Ни к чему такой красавице свою жизнь комкать.
Кошка прищурилась на домового.
-А чего тут думать, Дементий, - мурлыкнула она. – В замке места много, тут ты прав. Арьянка, а чего бы ты сама хотела от жизни?
Девчонка зарделась, не зная, как сказать о главном. Была у нее мечта, но такая странная для обычной девчонки, что и сама с собой она старалась её не вспоминать.
-На учительшу выучиться хочу, -прошептала она, пряча взгляд в тазике с начищенной картошкой. –Один раз сон мне был. Будто стою я в какой-то комнате, большой, светлой. В окна солнце так и шибает, цветами пахнет, за спиной у меня доска большая, грифельная. А передо мной столы такие странные. И сидят там ребятишки. Много. Я им буквы разные показываю, будто учу ребятишек тех. Тут дверь скрипнула, отворилась и наш Менестрель входит….
Тут Арьяна покраснела, став совершенно пунцовой.
-А на мне платьишко такое короткое – чуть коленки прикрыты. Волосы в прическу собраны, а на носу штуки такие круглые стеклянные. Мне и стыдно, и приятно, что он улыбается ласково так…
Тут она вздохнула грустно.
-Не досмотрела я сон – то. Петух под окошком заорал, вставать надо было, на смену заступать. Так я и не узнала, что он говорил. Видела - рот открывает, да слов уж не услышала…
Девушка не смотрела на собеседников, потому и не заметила, как кошка и Дементий переглянулись.
-Думаю, она и в самом деле из другого мира сюда попала, - услышал домовой мысль Марины. – И я даже знаю, из какого именно. Осталось только выяснить, как это произошло. А что ты думаешь про её воспоминания?
-А чего тут думать, - присел рядом с кошкой Дементий. – Мы хоть и невеликие колдуны, да о подмененной реальности знаем. Так что не след Арьяну здесь оставлять, разве что сама захочет. Надо бы Менестреля нашего попытать, что он сам об этом думает.
Кошка не ответила, просто вытянула лапку, и выпустила длинные белые когти. Дементий хмыкнул. Да кто ж спорит – Ма-Рина из Менестреля все выпытает. И будет у них Менестрель женатый.
-И то - будет уж ему по свету бесприютно гулять, - согласно погладил кошку по пушистой спинке. – А хорошая пара получится.
6.2
А Менестрель в это время круглыми глазами смотрел, как за круглым иллюминатором стремительно меняется морской пейзаж. Или это не пейзаж? Какой, к диким –тут он оглянулся на окружающих и решил, что ругаться не пристало. Ладно – пусть будет к диким эльфам. Так вот. Какой, к эльфам, пейзаж, если кроме воды здесь ничего не было. Просто ровный столб воды. Который постепенно меняет цвет от прозрачно-голубого до синего, а теперь уже и черного. Прозрачного, опять же. И никого живого. Ни рыб. Ни водорослей. Пустое пространство. Полное воды.
-Бывает, бывает, -похлопал его по плечу лорд Аншат. – В нашем деле бывает все. Даже то, чего нет в принципе.
-А то ж! – хмыкнул тот, кого Менестрель ощущал, как демона с легкой примесью человеческой крови. Длинные гибкие пальцы Рэма легко скользили по клавишам странного приспособления, и вслед этому скольжению на плоском экране стремительно перетекали из одной формы в другую завитки, спирали, окружности и прочие непонятные простому музыканту фигуры, линии и росчерки. За другим приспособлением сидел Алишшш, из –под пальцев которого на таком же экране появлялись длинные ряды цифр, букв и странных символов.
-М-м… Как к вам обращаться-то, - коснулась плеча Менестреля узкая рука. Он поднял голову и встретился взглядом с эльфийским принцем Фэллиандриэлем. – Лорд Аллиэлин, так?
-Зови меня Лином, мальчик, - ответил Менестрель. – Правда. Я давно уже отвык от собственного имени.
-Хорошо, лорд Лин, вам знаком этот инструмент?
И перед Менестрелем появилась арфа. Размером чуть больше полуметра, деревянные части отполированы временем до тусклого блеска, струны будто сделаны из серебра. В памяти тяжело заворочались обрывки видений. Да, инструмент кажется ему знакомым. Но за столько веков он видел множество самых разных инструментов. Видел. Держал в ладонях, ласкал пальцами струны, заставлял их не просто звучать, но плакать или смеяться. Арфа умеет журчать ручейком, звенеть колокольчиком, гудеть ураганом – если находится в руках умелого арфиста. Менестрель давно не брал в руки арфу.
-Она кажется мне знакомой, - осторожно сказал Менестрель, бережно прикасаясь к инструменту. –И древней.
-Верно, - просиял Фэль. – Это арфа Томаса Лермонта. Того самого, которого королева фей наградила даром прорицателя.
-Не может быть! Этого просто не может быть! Арфа была утеряна еще в те годы, когда мой народ жил на Земле!
-И тем не менее, это она. Мы с братьями не так давно отыскали и арфу, и знамя, и кубок.
Менестрель пошатнулся. Фэль ловко ухватил его за плечи, помог сесть на стул.
-Когда три реликвии будут возвращены в королевский дом, тогда наступит время возвращения - пробормотал Менестрель. –Второй сын встретит любовь, спасет друга и вернет миру жизнь…. Мальчик, ты принес мне надежду.
-Как я понимаю – еще одно пророчество, - ухмыльнулся Аншат. – Ты ж и есть тот самый второй сын, как я понимаю?
-Да, наверное. Это предсказала мне одна девушка из племени, которое было вырезано в одну из кровавых ночей. Она была прекрасна, эта девушка, хотя я уже не помню её лица. Даже имя давно исчезло из моей памяти. И любить я разучился.
-Какие твои годы, друг, - хлопнул его по плечу Аншат. – Еще вспомнишь, как это бывает.
И тут толщу черной воды прорезал ослепительно белый свет: это Алишшш вывел нужную формулу, открыл жалюзи и включил прожектор в носу лодки. Команда замерла, ошарашено глядя на…. Русалку?!
-Надо же, какие микробы здесь водятся!
Рэм изумленно рассматривал появившееся перед иллюминатором существо. Нет, русалок ему доводилось встречать и раньше. И на Земле, и в Темной Империи. С двумя он даже приятельствовал, и не пугался их вида, хотя и не восхищался. Кровь высшего демона защищала от приворотных русалочьих песен. А вот такое…. Сине-зеленое желеобразное существо, с непомерно длинными конечностями, длинным телом, покрытое чем-то, отдаленно напоминающее чешую. Туловище, как и положено русалкам, плавно переходило в хвост, но при этом было уродливым.
-Мутант какой-то, – сделал вывод Аншат, тоже не понаслышке знакомый с водными жительницами. Уж этого добра в любом магическом – да и не магическом – мире хватает. – Такое чувство, что создать-то её создали, а до ума довести не успели. Или не сумели. Или не захотели.
-А это и не русалка вовсе, - вмешался подобравшийся поближе к экрану домовой Дементий, продолжая удерживать на руках кошку. – Это водница. Встречаются редко, разумом обладают, да только пользоваться им не умеют.
-Это как? –удивлено обернулся к домовому Менестрель. – И откуда она тут взяться-то могла?
-А этого, мил человек, я тебе и не скажу, - вздохнул домовой. –Знаю только, что рожаются они не как все, не от отца с матерью, а как – не ведаю. Говаривал мне наставник мой, будто вместо крови в таких водницах злая вода течет, вот она все вокруг-то и губит. И сама она из той воды себе тело ладит.
