В память навсегда врезались высокие потолки, молочно-белые стены и люди… много людей… и глаза отца… они словно выцвели от боли, а маму… маму я так больше и не увидела… живой.
– Ее тогда не спасли, – призналась я, с легким удивлением понимая, что вот всего лишь несколько секунд назад поделилась с магом одним из своих самых сокровенных воспоминаний. А затем с легкой горечью перевела взгляд на подтаявшее мороженное. Есть перехотелось совершенно, а на душе сделалась так горько и тяжело.
Эх… возможно, зря я сейчас затронула эту тему, зря не сдержала наболевшие воспоминания. Но я так устала нести этот груз на своих плечах, так устала молчать, не смея нарушить табу, наложенное отцом на события того дня… А сегодня хватило лишь мелочи, чтобы вдруг все снова нахлынуло в один момент.
– Снежинка, – Дэнир прикоснулся к моей руке, – не жалей о своей искренности. Она делает тебя живой и яркой, позволяет видеть твое настоящее «я», которое ты так искусно скрываешь. В магическом сообществе мы тоже часто носим чужие личины, примеряем на себя тысячи образов, но рядом с нами всегда должны находиться те, которые могут видеть нас такими, какими мы есть, не только сильными и несгибаемыми, но еще и со своими слабостями, чувствами, переживаниями. Они заставляют нас не забывать, что мы, несмотря на всю нашу силу и эны, все равно остаемся людьми.
– Но я-то и так человек, а к вашему Магомирью вообще никакого отношения не имею.
– Как же ты сильно сейчас заблуждаешься, – и в ответ на мое недоуменный взгляд маг продолжил: – Ты умеешь видеть истину сквозь любые иллюзии, можешь чувствовать энергетические потоки и даже влиять на них пусть еще очень неумело и неосознанно, но это скорее дело времени и опыта. Так что на обычного жителя мегаполиса, прости, ты уже давно не тянешь, но и до настоящего мага тебе еще расти и расти.
– Ну да, не всем повезло, как тебе, родиться сразу великим и ужасным, – с иронией заметила я.
– Ох, Шелли, ты снова ошибаешься, – и тень мгновенно набежала на лицо Дэна. – Я ведь, как и ты, появился на свет не в Магомирьи.
– А где? – удивилась я, отказываясь принимать единственно верный и вполне логичный вывод, но через мгновение Дэнир и сам его подтвердил.
– Когда-то я жил в одном из мегаполисов.
– Не может быть, – прошептала я.
– Ну почему же? Или ты наивно полагаешь, что в них перестали появляться магически одаренные люди?
– Но… а разве это не так?
– Нет, Снежинка.
– Но в новостях… – и я замерла, мысленно перебирая события, освещаемые в нашей прессе изо дня в день, и добавила уже более уверенно: – но в новостях про это никогда не говорилось ни слова.
– Ну ты же – умная девушка! Неужели ты веришь всему, что видишь по телевизору или читаешь в газетах?
– Нет, конечно же. Уж мне ли не знать, сколько там вымысла и откровенной лжи. Но и поверить в то, чтобы нигде и никогда не промелькнуло ни намека на появление новых магов, мне тоже тяжело.
– Все возможно, Снежинка, – с горечью усмехнулся Дэнир, – если это необходимо для спокойствия города. Ну вот скажи мне, зачем зря будоражить общественность и признаваться, что неприступная цитадель под защитным куполом может быть не такой уж и надежной? Нет, пусть все считают, что это за стенами мегаполисов царят хаос и разрушение вместе с непонятными магами, но внутри должен быть порядок, четкая иерархия, в которой каждый занимает положенное ему место и этим вполне доволен.
– Возможно, ты в чем-то и прав, – вздохнула я, – но ведь, с другой стороны, шила в мешке ведь не утаишь.
– А зачем таить? – хмыкнул Дэнир. – Можно просто подать в нужном свете, выставив магически одаренного человека преступником и настоящим психом в одном лице. А что делают с такими в мегаполисах ты и без меня знаешь.
– Судят, а потом, лишив всего, «гуманно» высылают из города в большой мир, – проговорила в ответ и вдруг в ошеломлении застыла: – Постой! Уж не хочешь ли ты сказать, что и сам прошел когда-то такой же путь, как и тот мальчишка, которого вывели за городскую стену?
– Ты права, – с горечью признался Дэнир и продолжил: – Раньше все в моей жизни казалось ясным и понятным. Сын добропорядочных граждан, звезда школы с идеальными оценками, да и просто классный парень, которого легко принимали в любую компанию. Мной восторгались и завидовали, а родители, лопаясь от гордости, с упоением планировали мою жизнь, и я всегда знал, где буду учиться, чем займусь в будущем, и даже на ком женюсь.
– Но… но ведь так тоже нельзя!
– Можно, Снежинка. Тем более, что и меня самого все это до поры до времени вполне устраивало. И только лет с шестнадцати я стал понимать насколько узки рамки, в которые попытались меня впихнуть, ведь в них сын акционера одной из самых крупных компаний магаполиса не мог заниматься ничем другим кроме бизнеса и политики.
– А чего хотел ты?
– Создать свою музыкальную группу, – и на губах Дэнира промелькнула грустная улыбка. – Знаешь, мы часто собирались с приятелями после уроков на репетиции, даже придумали пару собственных песен.
– Ух ты! Здорово!
– Только музыкантом я ведь так и не стал, – вздохнул он, но затем продолжил уже веселее: – Зато и отцовской мечты не исполнил. Ну не вышел из меня ни политик, ни бизнесмен.
– Зато маг получился преотличный, – вставила я.
– Да, Снежинка, это правда. Но начиналась моя история совсем невесело, – вздохнул Дэнир. – Как сейчас помню, в тот далекий день родители сильно ругались. Оскорбления, угрозы и непонимание – все смешалось в клубок и тянулось одно за другим. Отец обвинял мать в измене, та грозилась уничтожить его последнюю любовницу, а у меня от их криков трещала голова, и я хотел только одного: чтобы эти двое наконец заткнулись и задумались во что превратили свою жизнь. В какой-то момент это желание стало настолько сильным, что я почувствовал, как внутри словно осыпается осколками невидимая стена, а злость и раздражение диким зверем вырываются наружу. Крушить! Ломать! Сорвать маску с «счастливой» жизни нашей семьи и получить долгожданную свободу! А потом… кажется, в тот же вечер, по новостям передали о небольшой поломке защитного купола, в результате которой вырвало с корнем пару деревьев, перекрыло движение на нескольких улицах и сравняло с землей небольшую автостоянку.
– Это был спонтанный всплеск энергии? – пораженно прошептала я.
– Да. И мне тогда повезло, что обошло без смертельных жертв, но пострадавшие все равно были. А чуть позже к нам в квартиру наведались из отдела по нестандартным преступлениям.
– Хм… никогда о таком не слышала.
– Увы, Снежинка, в наших мегаполисах живет и такой монстр, – невесело усмехнулся маг. – Не знаю, как именно они узнали, что причина катастрофы заключалась именно во мне, но они, ни секунды не сомневаясь, обвинили во всех смертных грехах шестнадцатилетнего парня. В их глазах я был в тысячи раз хуже даже дикого зверя, и на меня, ничуть не смущаясь, тут же повесили ярлык преступника и психопата опасного для общества. Но знаешь, что больше всего добило меня в тот момент?
Я отрицательно покачала головой. История Дэнира оказалась слишком непростой, но когда маг продолжил, мне стало ясно: это было лишь вступлением к той боли, память о которой все еще хранил в сердце маг, боли от предательства самых родных, самых близких. Я по себе знала, как важно, чтобы у тебя за спиной всегда находились те, кто поддержит в трудную минуту, особенно в период взросления, да, чего греха таить, и гораздо позже. У меня таким человеком был отец, а у Дэнира сложилась совершенно другая ситуация.
– Я чувствовал себя испуганным и потерянным, – признался маг, – но все еще надеялся на поддержку семьи, а ее не было. Чуть позже, перед самым судом, ко мне все-таки заявился отец, и, знаешь, я до сих пор помню его холодный взгляд и выражение брезгливости на лице. Тогда он сказал, что лучше не иметь сына вообще, чем такой позор, как я. Оказывается, мое существование теперь может поставить пятно на его безупречной репутации, а ведь он на будущий год собирался баллотироваться в мэры. Боюсь, именно из-за этого отец и матери не позволил увидится со мной ни до, ни после вынесения приговора. Ну а затем меня как слепого кутенка вышвырнули за купол, – и маг зло ухмыльнулся.
– Ох, Дэн…
Я словно наяву увидела того паренька, которого выбросили как старый хлам в надежде, что он не выживет, сломается, но он выстоял несмотря ни на что и превратился в сильного духом мужчину. Да, теперь в Дэнире я наконец увидела не только всезнающего мага с привлекательной внешностью, но и живого человека с непростой судьбой.
– Только не смей меня жалеть! – нахмурился он. – Все это произошло много лет назад, и я давно уже перерос прошлые несправедливости и обиды.
– Я не жалею, Дэн.
– Вот и хорошо, – уже чуть веселее проговорил маг, – потому что в тот день я не только покинул мегаполис, но и взглянул на мир по-другому, а главное… главное почувствовал себя цельным и обновленным. И да, Шелли, не стоит думать, что тем, кто родился в небоскребах, неподвластна магия. В этом мире случаются и не такие чудеса, главное только наши желание и настойчивость.
Хм… способности… магия… – все это конечно же хорошо, но я ведь пришла сюда не за этим! И перед моим мысленным взором предстала хоть и слегка потускневшая за время последних приключений мечта любой журналистки – «Мир новостей» Себастьяна Коллинса. Так что же теперь забыть о ней ради каких-то способностей?! Нет, я еще не на столько выжила из ума, чтобы променять мегаполис на странный мир, в котором так трясутся над одеждой, боготворят неведомые эны, сражаются с гигантскими пауками, но при этом всем отказываются от последних достижений научно-технического прогресса и живут словно в прошлом веке. Нет, нет мне никогда до конца не понять этих людей! И я уставилась в окно, наблюдая, как они спешат по улицам города. Хм… на первый взгляд такие обычные… такие похожие на нас, но все-таки другие… и этот мальчишка с веснушками на щеках, и высокая стройная брюнетка с корзиной в руках, и мужчина, с аккуратно окладистой бородкой. Стоп! Странно… и я уставилась на спину последнего. Его лицо показалось мне смутно знакомым. Но почему? Ведь я совершенно точно знала, что в Магомирьи у меня нет знакомых, ну кроме, разве что, Дэнира, Эрика и Гвенды.
– Снежинка, прости, но нам пора, – послышался голос мага.
А-а-а… что… я словно очнулась от наваждения.
– Идем! – повторил Дэнир, подавая мне руку.
Портал
В комнате Ореллы царили тишина и… полный беспорядок: вывернутые из стола бумаги, неаккуратная стопка книг прямо на полу, приоткрытая дверца шкафа, из которого вывалилось с десяток разноцветных шляпок, а, примерно, столько же шарфов от ярко-желтого канареечного до темно-синего висели просто на его дверце.
«Хм, не таким я представляла жилище настоящей магички», – совсем тихо пробормотала я, оглядывая все это «великолепие».
– А ты ожидала спартанских условий? – фыркнул маг.
– Ну… не то чтобы… однако и не… радугу.
– Да, избаловал все-таки Горин единственную дочь. У Ореллы даже шляпки от лучших плетельщиков Магомирья.
Ну и ну! Неужели, все это действительно их работа? И я тут же заметила легкое, словно паутинка, кружево на поверхности ткани.
– Сколько же за них заплачено? – прошептала я, с разинутым ртом рассматривая несколько косынок, полностью расшитых ажурным узором.
– Много, Снежинка. Впрочем, меня сейчас мало волнуют и женские наряды, и воспитание чужих дочерей. Я собираюсь заняться более насущным делом – поиском девушки.
– И как ты это будешь делать? – полюбопытствовала я. – Снимешь отпечатки пальцев? Или используешь дедуктивный метод?
– Ну мы же в Магомирьи, а не в мегаполисе! – возмутился Дэнир. – Так что я воспользуюсь магией поиска. К сожалению, на Севере практически нет высококлассных специалистов именно в этом направлении.
Затем он протянул руку, и в воздухе появилась туманная дымка пространственного кармана. Дэнир вытянул из него флакончик и точно так же, как и в прошлый раз, выплеснул его содержимое. После этого пальцы мага быстро заскользили от искры к искре, составляя узор заклинания. А когда работа практически завершилась, я увидела, что в воздухе зависла набольшая спираль, в центре которой поблескивал голубой шарик.
– Теперь энергия, – пробормотал маг,
И вокруг нас тотчас словно задрожал воздух, а мир раскрасился тончайшими паутинками нитей, которые Дэн аккуратно подтянул к заклинанию.
– К сожалению, процесс займет некоторое время, – признался он. – Увы, но созданное руками человека не так щедро на эны, как дикая, не облагороженная никем природа. Именно по этой причине всегда гораздо удобней магичить где-нибудь в поле или в лесу, но не в стенах дома.
– Значит, для вас наши мегаполисы и вовсе бесполезны?!
– Практически. Кроме того, даже то относительно небольшое количество энов, которое там все-таки есть, впитывается защитным куполом и не вливается в общую структуру планеты.
– Но как тогда в таком бедном на энергию месте до сих пор рождаются потенциальные маги?
– А мы, дорогая Шелли, и отличаемся от всех остальных людей тем, что можем не только отдавать эны, но и аккумулировать их внутри себя. У нас в Магомирьи это называется личным запасом. А вот уже от того, какой он и на сколько виртуозно человек может использовать энергию всей планеты в целом, и зависят его общие магические способности. У чувствующих, например, это всего лишь крупицы, а у магов – в сотни или даже тысячи раз больше.
– Понятно, – протянула я, а затем снова с интересом огляделась по сторонам.
– В этой комнате можешь совать свой любопытный носик куда угодно, – с пониманием усмехнулся Дэнир и уточнил: – Здесь все проверено по нескольку раз и давно обезврежено.
Я радостно кивнула и закружила по комнате, попутно заглядывая то туда, то сюда.
Это ничего, что все изучили еще до меня. В конце концов я в мире магии – человек новый, и то, что для местных следователей не представляет совершенно никакого интереса, для меня может быть важным и нужным.
Но в комнате, как назло, действительно ничего любопытного не обнаружилось, правда, до тех самых пор, пока я не заглянула… под комод. За каким чертом меня туда понесло, не смог бы объяснить никто, но когда пальцы нашарили в пыли что-то круглое и холодное, я, ни капли не сомневаясь, вытащила его. На моей ладони в ярких лучах солнца засиял небольшой серебристый кругляш, поверхность котором пересекало несколько тонких, едва видимых линий, перечеркивающих друг друга.
«Хм… занятная вещица», – подумала я, разглядывая ее и так, и эдак, а за одно пытаясь решить: показывать ли свою находку магу или просто молча сунуть в карман, чтобы потом изучить повнимательней или еще лучше зарисовать в блокнот.
– Бросай! Бросай немедленно! – вдруг прогрохотал голос Дэнира.
Я дернулась от неожиданности, но ни испугаться как следует, ни выбросить его так не успела.
Нет, в моих руках ничего не взорвалось, не полыхнуло огнем, не выстрелило ядом, но весь мир вдруг смазался, закружился, и я стала проваливаться в черную вязкую тьму.
А когда сознание все-таки выплыло из нее, я поняла, что лежу не на светлом полу в комнате Ореллы, а просто на земле. Странно… очень странно…
– Ее тогда не спасли, – призналась я, с легким удивлением понимая, что вот всего лишь несколько секунд назад поделилась с магом одним из своих самых сокровенных воспоминаний. А затем с легкой горечью перевела взгляд на подтаявшее мороженное. Есть перехотелось совершенно, а на душе сделалась так горько и тяжело.
Эх… возможно, зря я сейчас затронула эту тему, зря не сдержала наболевшие воспоминания. Но я так устала нести этот груз на своих плечах, так устала молчать, не смея нарушить табу, наложенное отцом на события того дня… А сегодня хватило лишь мелочи, чтобы вдруг все снова нахлынуло в один момент.
– Снежинка, – Дэнир прикоснулся к моей руке, – не жалей о своей искренности. Она делает тебя живой и яркой, позволяет видеть твое настоящее «я», которое ты так искусно скрываешь. В магическом сообществе мы тоже часто носим чужие личины, примеряем на себя тысячи образов, но рядом с нами всегда должны находиться те, которые могут видеть нас такими, какими мы есть, не только сильными и несгибаемыми, но еще и со своими слабостями, чувствами, переживаниями. Они заставляют нас не забывать, что мы, несмотря на всю нашу силу и эны, все равно остаемся людьми.
– Но я-то и так человек, а к вашему Магомирью вообще никакого отношения не имею.
– Как же ты сильно сейчас заблуждаешься, – и в ответ на мое недоуменный взгляд маг продолжил: – Ты умеешь видеть истину сквозь любые иллюзии, можешь чувствовать энергетические потоки и даже влиять на них пусть еще очень неумело и неосознанно, но это скорее дело времени и опыта. Так что на обычного жителя мегаполиса, прости, ты уже давно не тянешь, но и до настоящего мага тебе еще расти и расти.
– Ну да, не всем повезло, как тебе, родиться сразу великим и ужасным, – с иронией заметила я.
– Ох, Шелли, ты снова ошибаешься, – и тень мгновенно набежала на лицо Дэна. – Я ведь, как и ты, появился на свет не в Магомирьи.
– А где? – удивилась я, отказываясь принимать единственно верный и вполне логичный вывод, но через мгновение Дэнир и сам его подтвердил.
– Когда-то я жил в одном из мегаполисов.
– Не может быть, – прошептала я.
– Ну почему же? Или ты наивно полагаешь, что в них перестали появляться магически одаренные люди?
– Но… а разве это не так?
– Нет, Снежинка.
– Но в новостях… – и я замерла, мысленно перебирая события, освещаемые в нашей прессе изо дня в день, и добавила уже более уверенно: – но в новостях про это никогда не говорилось ни слова.
– Ну ты же – умная девушка! Неужели ты веришь всему, что видишь по телевизору или читаешь в газетах?
– Нет, конечно же. Уж мне ли не знать, сколько там вымысла и откровенной лжи. Но и поверить в то, чтобы нигде и никогда не промелькнуло ни намека на появление новых магов, мне тоже тяжело.
– Все возможно, Снежинка, – с горечью усмехнулся Дэнир, – если это необходимо для спокойствия города. Ну вот скажи мне, зачем зря будоражить общественность и признаваться, что неприступная цитадель под защитным куполом может быть не такой уж и надежной? Нет, пусть все считают, что это за стенами мегаполисов царят хаос и разрушение вместе с непонятными магами, но внутри должен быть порядок, четкая иерархия, в которой каждый занимает положенное ему место и этим вполне доволен.
– Возможно, ты в чем-то и прав, – вздохнула я, – но ведь, с другой стороны, шила в мешке ведь не утаишь.
– А зачем таить? – хмыкнул Дэнир. – Можно просто подать в нужном свете, выставив магически одаренного человека преступником и настоящим психом в одном лице. А что делают с такими в мегаполисах ты и без меня знаешь.
– Судят, а потом, лишив всего, «гуманно» высылают из города в большой мир, – проговорила в ответ и вдруг в ошеломлении застыла: – Постой! Уж не хочешь ли ты сказать, что и сам прошел когда-то такой же путь, как и тот мальчишка, которого вывели за городскую стену?
– Ты права, – с горечью признался Дэнир и продолжил: – Раньше все в моей жизни казалось ясным и понятным. Сын добропорядочных граждан, звезда школы с идеальными оценками, да и просто классный парень, которого легко принимали в любую компанию. Мной восторгались и завидовали, а родители, лопаясь от гордости, с упоением планировали мою жизнь, и я всегда знал, где буду учиться, чем займусь в будущем, и даже на ком женюсь.
– Но… но ведь так тоже нельзя!
– Можно, Снежинка. Тем более, что и меня самого все это до поры до времени вполне устраивало. И только лет с шестнадцати я стал понимать насколько узки рамки, в которые попытались меня впихнуть, ведь в них сын акционера одной из самых крупных компаний магаполиса не мог заниматься ничем другим кроме бизнеса и политики.
– А чего хотел ты?
– Создать свою музыкальную группу, – и на губах Дэнира промелькнула грустная улыбка. – Знаешь, мы часто собирались с приятелями после уроков на репетиции, даже придумали пару собственных песен.
– Ух ты! Здорово!
– Только музыкантом я ведь так и не стал, – вздохнул он, но затем продолжил уже веселее: – Зато и отцовской мечты не исполнил. Ну не вышел из меня ни политик, ни бизнесмен.
– Зато маг получился преотличный, – вставила я.
– Да, Снежинка, это правда. Но начиналась моя история совсем невесело, – вздохнул Дэнир. – Как сейчас помню, в тот далекий день родители сильно ругались. Оскорбления, угрозы и непонимание – все смешалось в клубок и тянулось одно за другим. Отец обвинял мать в измене, та грозилась уничтожить его последнюю любовницу, а у меня от их криков трещала голова, и я хотел только одного: чтобы эти двое наконец заткнулись и задумались во что превратили свою жизнь. В какой-то момент это желание стало настолько сильным, что я почувствовал, как внутри словно осыпается осколками невидимая стена, а злость и раздражение диким зверем вырываются наружу. Крушить! Ломать! Сорвать маску с «счастливой» жизни нашей семьи и получить долгожданную свободу! А потом… кажется, в тот же вечер, по новостям передали о небольшой поломке защитного купола, в результате которой вырвало с корнем пару деревьев, перекрыло движение на нескольких улицах и сравняло с землей небольшую автостоянку.
– Это был спонтанный всплеск энергии? – пораженно прошептала я.
– Да. И мне тогда повезло, что обошло без смертельных жертв, но пострадавшие все равно были. А чуть позже к нам в квартиру наведались из отдела по нестандартным преступлениям.
– Хм… никогда о таком не слышала.
– Увы, Снежинка, в наших мегаполисах живет и такой монстр, – невесело усмехнулся маг. – Не знаю, как именно они узнали, что причина катастрофы заключалась именно во мне, но они, ни секунды не сомневаясь, обвинили во всех смертных грехах шестнадцатилетнего парня. В их глазах я был в тысячи раз хуже даже дикого зверя, и на меня, ничуть не смущаясь, тут же повесили ярлык преступника и психопата опасного для общества. Но знаешь, что больше всего добило меня в тот момент?
Я отрицательно покачала головой. История Дэнира оказалась слишком непростой, но когда маг продолжил, мне стало ясно: это было лишь вступлением к той боли, память о которой все еще хранил в сердце маг, боли от предательства самых родных, самых близких. Я по себе знала, как важно, чтобы у тебя за спиной всегда находились те, кто поддержит в трудную минуту, особенно в период взросления, да, чего греха таить, и гораздо позже. У меня таким человеком был отец, а у Дэнира сложилась совершенно другая ситуация.
– Я чувствовал себя испуганным и потерянным, – признался маг, – но все еще надеялся на поддержку семьи, а ее не было. Чуть позже, перед самым судом, ко мне все-таки заявился отец, и, знаешь, я до сих пор помню его холодный взгляд и выражение брезгливости на лице. Тогда он сказал, что лучше не иметь сына вообще, чем такой позор, как я. Оказывается, мое существование теперь может поставить пятно на его безупречной репутации, а ведь он на будущий год собирался баллотироваться в мэры. Боюсь, именно из-за этого отец и матери не позволил увидится со мной ни до, ни после вынесения приговора. Ну а затем меня как слепого кутенка вышвырнули за купол, – и маг зло ухмыльнулся.
– Ох, Дэн…
Я словно наяву увидела того паренька, которого выбросили как старый хлам в надежде, что он не выживет, сломается, но он выстоял несмотря ни на что и превратился в сильного духом мужчину. Да, теперь в Дэнире я наконец увидела не только всезнающего мага с привлекательной внешностью, но и живого человека с непростой судьбой.
– Только не смей меня жалеть! – нахмурился он. – Все это произошло много лет назад, и я давно уже перерос прошлые несправедливости и обиды.
– Я не жалею, Дэн.
– Вот и хорошо, – уже чуть веселее проговорил маг, – потому что в тот день я не только покинул мегаполис, но и взглянул на мир по-другому, а главное… главное почувствовал себя цельным и обновленным. И да, Шелли, не стоит думать, что тем, кто родился в небоскребах, неподвластна магия. В этом мире случаются и не такие чудеса, главное только наши желание и настойчивость.
Хм… способности… магия… – все это конечно же хорошо, но я ведь пришла сюда не за этим! И перед моим мысленным взором предстала хоть и слегка потускневшая за время последних приключений мечта любой журналистки – «Мир новостей» Себастьяна Коллинса. Так что же теперь забыть о ней ради каких-то способностей?! Нет, я еще не на столько выжила из ума, чтобы променять мегаполис на странный мир, в котором так трясутся над одеждой, боготворят неведомые эны, сражаются с гигантскими пауками, но при этом всем отказываются от последних достижений научно-технического прогресса и живут словно в прошлом веке. Нет, нет мне никогда до конца не понять этих людей! И я уставилась в окно, наблюдая, как они спешат по улицам города. Хм… на первый взгляд такие обычные… такие похожие на нас, но все-таки другие… и этот мальчишка с веснушками на щеках, и высокая стройная брюнетка с корзиной в руках, и мужчина, с аккуратно окладистой бородкой. Стоп! Странно… и я уставилась на спину последнего. Его лицо показалось мне смутно знакомым. Но почему? Ведь я совершенно точно знала, что в Магомирьи у меня нет знакомых, ну кроме, разве что, Дэнира, Эрика и Гвенды.
– Снежинка, прости, но нам пора, – послышался голос мага.
А-а-а… что… я словно очнулась от наваждения.
– Идем! – повторил Дэнир, подавая мне руку.
Глава 16
Портал
В комнате Ореллы царили тишина и… полный беспорядок: вывернутые из стола бумаги, неаккуратная стопка книг прямо на полу, приоткрытая дверца шкафа, из которого вывалилось с десяток разноцветных шляпок, а, примерно, столько же шарфов от ярко-желтого канареечного до темно-синего висели просто на его дверце.
«Хм, не таким я представляла жилище настоящей магички», – совсем тихо пробормотала я, оглядывая все это «великолепие».
– А ты ожидала спартанских условий? – фыркнул маг.
– Ну… не то чтобы… однако и не… радугу.
– Да, избаловал все-таки Горин единственную дочь. У Ореллы даже шляпки от лучших плетельщиков Магомирья.
Ну и ну! Неужели, все это действительно их работа? И я тут же заметила легкое, словно паутинка, кружево на поверхности ткани.
– Сколько же за них заплачено? – прошептала я, с разинутым ртом рассматривая несколько косынок, полностью расшитых ажурным узором.
– Много, Снежинка. Впрочем, меня сейчас мало волнуют и женские наряды, и воспитание чужих дочерей. Я собираюсь заняться более насущным делом – поиском девушки.
– И как ты это будешь делать? – полюбопытствовала я. – Снимешь отпечатки пальцев? Или используешь дедуктивный метод?
– Ну мы же в Магомирьи, а не в мегаполисе! – возмутился Дэнир. – Так что я воспользуюсь магией поиска. К сожалению, на Севере практически нет высококлассных специалистов именно в этом направлении.
Затем он протянул руку, и в воздухе появилась туманная дымка пространственного кармана. Дэнир вытянул из него флакончик и точно так же, как и в прошлый раз, выплеснул его содержимое. После этого пальцы мага быстро заскользили от искры к искре, составляя узор заклинания. А когда работа практически завершилась, я увидела, что в воздухе зависла набольшая спираль, в центре которой поблескивал голубой шарик.
– Теперь энергия, – пробормотал маг,
И вокруг нас тотчас словно задрожал воздух, а мир раскрасился тончайшими паутинками нитей, которые Дэн аккуратно подтянул к заклинанию.
– К сожалению, процесс займет некоторое время, – признался он. – Увы, но созданное руками человека не так щедро на эны, как дикая, не облагороженная никем природа. Именно по этой причине всегда гораздо удобней магичить где-нибудь в поле или в лесу, но не в стенах дома.
– Значит, для вас наши мегаполисы и вовсе бесполезны?!
– Практически. Кроме того, даже то относительно небольшое количество энов, которое там все-таки есть, впитывается защитным куполом и не вливается в общую структуру планеты.
– Но как тогда в таком бедном на энергию месте до сих пор рождаются потенциальные маги?
– А мы, дорогая Шелли, и отличаемся от всех остальных людей тем, что можем не только отдавать эны, но и аккумулировать их внутри себя. У нас в Магомирьи это называется личным запасом. А вот уже от того, какой он и на сколько виртуозно человек может использовать энергию всей планеты в целом, и зависят его общие магические способности. У чувствующих, например, это всего лишь крупицы, а у магов – в сотни или даже тысячи раз больше.
– Понятно, – протянула я, а затем снова с интересом огляделась по сторонам.
– В этой комнате можешь совать свой любопытный носик куда угодно, – с пониманием усмехнулся Дэнир и уточнил: – Здесь все проверено по нескольку раз и давно обезврежено.
Я радостно кивнула и закружила по комнате, попутно заглядывая то туда, то сюда.
Это ничего, что все изучили еще до меня. В конце концов я в мире магии – человек новый, и то, что для местных следователей не представляет совершенно никакого интереса, для меня может быть важным и нужным.
Но в комнате, как назло, действительно ничего любопытного не обнаружилось, правда, до тех самых пор, пока я не заглянула… под комод. За каким чертом меня туда понесло, не смог бы объяснить никто, но когда пальцы нашарили в пыли что-то круглое и холодное, я, ни капли не сомневаясь, вытащила его. На моей ладони в ярких лучах солнца засиял небольшой серебристый кругляш, поверхность котором пересекало несколько тонких, едва видимых линий, перечеркивающих друг друга.
«Хм… занятная вещица», – подумала я, разглядывая ее и так, и эдак, а за одно пытаясь решить: показывать ли свою находку магу или просто молча сунуть в карман, чтобы потом изучить повнимательней или еще лучше зарисовать в блокнот.
– Бросай! Бросай немедленно! – вдруг прогрохотал голос Дэнира.
Я дернулась от неожиданности, но ни испугаться как следует, ни выбросить его так не успела.
Нет, в моих руках ничего не взорвалось, не полыхнуло огнем, не выстрелило ядом, но весь мир вдруг смазался, закружился, и я стала проваливаться в черную вязкую тьму.
А когда сознание все-таки выплыло из нее, я поняла, что лежу не на светлом полу в комнате Ореллы, а просто на земле. Странно… очень странно…
