- Погода сегодня замечательная. Смотри, сколько облаков, значит, слишком жарко не будет.
..."Понятно. Отвечать на этот вопрос Нак не собирается".
Саккарский лес зиндарийцам не понравился совершенно. Он больше походил на давно заброшенный и заросший сад. Редкие, по сравнению с Зиндарией, и не слишком высокие, но очень раскидистые деревья, зато высокий густой кустарник и заросли папоротника, едва ли не по пояс. Сойди с тропы — и тут же затеряешься среди разномастной зелени. В бамбуковых рощах, просматриваемых почти насквозь, гораздо спокойней. По дороге Нак то и дело указывал рукой — эти ягоды можно есть, эти еще не поспели, а вот эти даже трогать руками опасно. Природа Саккара замечательна тем, что в ней постоянно что-то цветет и созревает. Пока одни ягоды только завязываются, другие уже растут, третьи почти поспели, а четвертые осыпаются от спелости. И на вкус любому угодить могут: хочешь приторно-сладкие — пожалуйста, выбирай; хочешь чуть сладковатые — вот несколько видов; и любители кисло-сладких ягод не забыты, есть даже несколько видов совершенно кислых. Нак говорит, что все леса здесь государственные, но ягоды позволено собирать любому, кто пожелает. Обычно этим занимаются селяне, затем вялят из них конфеты или варят фруктовое пиво и продают горожанам. Вина в Саккаре только привозные, а вот пиво готовят всевозможных сортов — ягодное, медовое, пшеничное, рисовое. И даже женщины и подростки не отказываются от легких пенных напитков. Эрим хмыкнул — в Зиндарии пиво готовят только из ячменя и считают напитком простолюдинов, а здесь, с наступлением жары, он и сам по вечерам, с удовольствием меняет горячий фруктовый чай на холодное пиво с медовым ароматом.
Справа, из-за разросшегося колючего кустарника, раздалось лошадиное ржание и послышались голоса.
- Приехали. Похоже, мы здесь будем не одни. Егерь даже не предупредил, паразит, - недовольно поморщился Нак, направляя коня в просвет между кустами.
- Это станет проблемой?
- Не то, что бы проблемой, но удовольствие подпортит обязательно.
- Почему?
- Вояки… Сначала займут весь бивак, не считаясь с остальными. Потом пол ночи будут сидеть у костра, громко хвастаясь своими приключениями.
..."Гм, кажется, Нак говорил, что соперничество и неприязнь между Кланами испытывает только высшая знать? Ну-ну. Как бы это и в самом деле, не испортило им удовольствие от охоты".
Эрим оглядел место, куда они прибыли. Охотничий бивак располагался на просторной, расчищенной от кустарника прогалине, центром которой оказался обложенный камнем и накрытый широкой бамбуковой крышей колодец. От колодца, на равном расстоянии, отходили три тропинки — две широкие и хорошо утоптанные, одна еле намеченная. У конца одной из широких тропинок, у невысокой каменной печи, два рекрута выгружают корзины с посудой на вкопанную в землю этажерку. Третий, поодаль, занимается лошадьми.
Нак придержал коня, набросив на лицо привычную маску невозмутимости.
- Желаю здравствовать. Старшего позовите.
Один из рекрутов, не отрываясь от своего занятия, тихонько свистнул. Из шалаша, образованного свисающими ветвями дерева, выглянул еще один рекрут, и Эрим едва не ахнул, узнав в нем подмастерье, больше трех десятидневок проживавшего на первом этаже их гостиницы. Каждый вечер этот парень катал на плечах сына вдовы, возился с ним, как с младшим братишкой. Затем, после ее отъезда, заявил, что переезжает жить к мастеру, и исчез. Рекрут тоже узнал иноземцев, но вместо смущения, лишь добавил дерзости во взгляде.
- Капитан, соседи пожаловали. Писарь и заокеанские чудики.
- Заокеанские? - Раздвинув ветки, выглянул еще один военный, не намного старше этого по возрасту, с голубым погоном на правом плече.
Увидев Нака, он расплылся в широкой улыбке.
- Отставить, Чен. Это свой парень.
- Да? Как скажете, капитан.
..."Не слишком ли он молод, для капитана? Впрочем, сначала нужно разобраться, что стоит за этим званием в Саккаре".
А золотоволосый парень с рысьими глазами уже во всю перехлопывается по плечам со спрыгнувшем к нему Наком.
- Рас, как здорово! У вас выходной? Вы на день, или с ночевкой?
- С ночевкой, с ночевкой. У нас рабочие выходные.
- Это как?
- Селяне пожаловались в Клан, что здесь слишком много кабанов развелось. Топчут, разрывают посевы, по ночам чуть ли не вокруг села бегают. И Военный Глава, как всегда, решил одной стрелой в две шеи попасть. С одной стороны — дать моей группе отдых, за отлично проведенное расследование, с другой — уменьшить кабанье стадо.
- В три шеи, капитан, - из соседнего шалаша вышел еще один военный. - Мы еще и мясом заставу обеспечим.
- Точно! А вы здесь… - Рас окинул взглядом их снаряжение, - явно не за кабаном приехали?
- Мы по малому, за утками собирались. Хотя, когда вы погоните стадо, будет не до уток. Может, подождете день? Ради моих гостей?
- А зачем ждать? Присоединяйтесь к нам. Копья, щиты дадим. Это же интересней! - Рас поворачивается к зиндарийцам, - в загон пойдете?
- В загон? Это как? Объясните подробней, - решил спешиться Эрим.
- Никогда не охотился на кабанов?
- Нет. Что за зверь такой?
- Ну… толстый мохнатый таран на четырех ногах, с вытянутым рылом и вот такими, - Рас развел пальцы, - клыками. Весит под сто килограмм, до метра в холке, и несется на тебя, как камень из катапульты. Одно хорошо — из-за толстой и короткой шеи, кабан не слишком поворотлив, сразу не развернется. Задача охотника — вовремя отскочить в сторону и ударить в шею. И бить надо сильно, наверняка. Потому как, раненый кабан свирепеет и может порвать охотника клыками. У самок клыки маленькие, но они тушей своей сбивают охотника с ног и забивают копытами. Если упал — от самки нет спасения, если сразу не придет помощь. Если секач сбил с ног — надо изо всех сил прижиматься к земле и уворачиваться, чтобы зверь не смог поддеть охотника рылом и подбросить в воздух. Остается только бить кинжалом, стараясь попасть в сердце… Что скажешь?
..."И какого ответа от него ждут?"
- Ммм… Интересные у вас тут … забавы, - Эрим покосился на воинов, окруживших его, как дети новогоднюю фею с мешком подарков.
- Служивых своих отпустишь в загон?
- А загон - это что?
- Кабан — ночной зверь, днем он прячется в лежках, среди камыша, в ямах под кустарником. Сначала надо выбрать удобное место для сражения, затем загонщики поднимают шум, и гонят зверя на охотников. Сам видишь — нас мало, против всего стада мы не пойдем, станем по краю, но чем больше человек останется для охоты, тем лучше… Служивые, вы как, с копьем управитесь?
..."Вот интересно, как они все так легко вычисляют его телохранителей? Вроде, и одеты мы одинаково, и ведем себя все адекватно… Как?"
Эрим оглянулся на телохранителей, так и оставшихся верхом. Исак выглядел растерянно. Похоже, ему очень хотелось принять участие в охоте, хотя долг требовал держать Эрима от нее подальше. Атар сурово сдвинул брови и покачал головой, призывая лорда отказаться от опасной затеи.
- Так как? Дашь служивых? Оружие дадим и трофеями не обидим, - продолжал соблазнять Рас.
Нак стоял с совершенно невозмутимым лицом, показывая, что примет любое его решение.
- Согласен. Но мне тоже копье, я участвую.
- Годится! - Рас хлопнул его по плечу и повернулся к Наку, - Музыкант?
Нак покачал головой.
- Ты же знаешь, копье — не мой козырь. Мне лучше игломет.
- Годится! Мун! Прими лошадей, наши гости останутся с нами. Вон тот шалаш — ваш, занимайте.
Зиндарийцы встрепенулись, услышав слово «игломет», но Нак снял поклажу со своей лошади и велел следовать за ним. Пришлось подчиниться.
Дерево, ставшее живым шалашом, гибкими ветвями и формой листьев походило на зиндарийскую иву. Вот только размер листьев у него был раз в пять больше. Раздвинув свисающую до самой земли лозу, парни оказались в просторном, хоть и полутемном, круглом помещении. По обе стороны ствола установлены четыре низкие лежанки из толстых жердей с натянутыми на них длинными мешками.
- Хм, а это вояки здорово придумали, - похвалил лежанки Нак, - в наших шалашах приходится спать на земле… Вам лучше переобуться. И надеть капюшоны, а то комары загрызут. Это дерево — ахипту — замечательно не только расположением ветвей, запах его коры не терпит ни одно насекомое. Так что ночь мы проведем совершенно спокойно. А вот у болота ахипту не растет, не любит лишней влаги, поэтому без накомарников не обойтись.
Нак подождал, пока они переобуются в привезенные им высокие сапоги, показал, как правильно надеть капюшон, пристегнуть на лицо сетку. Двое рекрутов принесли, снятые с лошади, их спальные одеяла, одобрительно хмыкнули.
Снаружи их уже ждали. В капюшонах и закрывающих лица сетках, с копьями и щитами в руках, воины окружили своего молодого командира. Рас, единственный, кто не стал надевать капюшон, распределял людей.
- Мун, на тебе молодежь и новички, присматривай за всеми…
- Извини, капитан, - Атар сделал шаг вперед, - но мы останемся с лордом.
Рас досадливо поморщился, но спорить не стал.
- Чен, ты тоже в загон. Вам пора.
Названый парень обиженно зыркнул на телохранителей, молча подхватил копье в подмышку и двинулся рысцой вслед остальной четверке.
- Там копья, щиты — выберите себе по руке. У вас есть немного времени потренироваться, и выступаем.
Эрим, в очередной раз, переступил с ноги на ногу, провернул в руке кабанье копье. Более короткое, чем обычно, чуть более толстое древко непривычно ложится в ладонь, широкий и длинный наконечник со странной перекладиной немного тяжелее привычного.
... "Кажется, не так уж и много отличий. Но как он сможет с ним справится, когда увидит монстра? А вдруг не сумеет ударить? А вдруг промахнется?"
Эрим осторожно покосился на телохранителей, вставших чуть поодаль, по обе руки от него. Атар выглядит совершенно спокойным, настороженность выдают лишь плавные, слегка замедленные движения. Исак нетерпеливо поглядывает в сторону камышей, прислушивается к гону. На саккарцев глядеть и вовсе не хочется. Всю дорогу до места охоты они пребывали в таком радостном возбуждении, будто собирались на первое свидание. И при этом не забывали повторять новичкам, как уворачиваться, как не попасть под клыки могучего зверя, рассказали, и не один раз, о его свирепости и силе, подчеркивая, как это важно для выживания. И теперь у Эрима растет ледяной комок в желудке от опасения помешать другим, оказаться самым неприспособленным, самым беспомощным.
В поле зрения попался Рас. По дороге к месту охоты он нарвал каких-то ягод и намазал синим соком себе лицо и шею. Нак объяснил, что Старший в подразделении никогда не прячет лица, чтобы было видно, чьи команды выполнять. А сок этих ягод тоже отпугивает комаров. И теперь капитан саккарцев, своим синим лицом, сам похож на монстра или приведение.
Громко зашелестел камыш, охотники, распределившиеся по поляне, встрепенулись, вглядываясь в заросли. За спиной первого из саккарцев, на открытое место выскочил и остановился, шевеля тупым носом, тучный зверь. Короткая коричневая щетина, тонкие копытца, вытянутая морда, - именно такой, как описывали. Эрим опешил. Отсюда, издалека, зверь вовсе не казался опасным. Да, массивный, наверняка — очень сильный, но… Эти лохматые круглые ушки даже вызывают умиление.
..."Над нами, что — подшутили? Специально запугивали?"
Саккарец мгновенно развернулся, ударил зверя копьем в плечо. И Эрим понял, что никто над ними не шутил. Потому, что зверь даже не пикнул, будто не почувствовал боли. Лишь рванул с места в сторону Раса, заставив ударившего его воина пошатнуться, еле устояв на ногах. Рас мастерски проделал именно то, чему учил новичков — шагнул в сторону и ударил копьем в шею, перенеся на древко всю тяжесть тела. Но даже при таком сильном ударе, ему не удалось повалить кабана на землю. Зверь упирался, норовя развернуться и достать охотника клыками. Подоспел первый воин и обрушил сверху свое копье, перебивая шейные позвонки. Только после этого кабан рухнул и затих. Саккарцы подхватили зверя за лапы, поволокли в сторону. Следующий кабан оказался ростом чуть поменьше, и вылетел из зарослей не останавливаясь. Нак, неожиданно, упал на одно колено, направил игломет в лоб зверю. Будто серебристая паутинка протянулась от ствола к животному, но тот даже не замедлился.
- Берегись! - Эрим бросил копье во мчащегося зверя, но тяжелое копье воткнулось в землю, не долетев пол шага до крупа.
Нак отскочил в сторону, а зверь только теперь замедлился, сделал несколько шагов и рухнул на то самое место, с которого стрелял Нак.
- Музыкант! Будешь рисковать — в ухо дам! Отберу игломет и отправлю в тыл, наблюдателем! - Рычит Рас и, древком копья подхлестывает по круглому заду подсвинка, - пошел, пошел! Кыш отсюда!
- Не буду! - Улыбнулся Нак и перехватил Эрима за руку. - Никогда не подходи к кабану спереди. Даже если он упал и не шевелится. Это очень выносливое животное, а раны делают его только яростнее. И копье это для метания не годится — балансировка не та. Но за помощь спасибо.
- Если бы помощь… - Эрим осторожно наклонился над зверем, насчитал шесть торчащих из морды игл. И он все-равно продолжал бежать!
Пока Нак с Атаром оттаскивают кабана с сторону леса, Эрим собрал торчащие из земли иглы, не попавшие в зверя. Да, это именно то оружие, что хотел получить зиндарийский король.
- Берегитесь, лорд!
Эрим поднял голову — прямо на него мчится огромный секач, целясь рылом в деликатное место. Инстинктивно прикрывшись щитом, надетым на предплечье, Эрим отпрыгнул в сторону, и зверь пронёсся в шаге от него, насадился грудью на копье Исака. Сразу стало понятно значение перекладины на копье. Затрещало от напряжения древко, ноги упиравшегося телохранителя заскользили по траве. Зверь хрипел и продолжал напирать. Эрим ударил кабана в плечо, и понял, почему первый охотник только разозлил зверя — острие копья попало в лопатку, защищающую внутренности зверя, словно броня. Еще один удар — в шею, и зверь, наконец, упал и затих.
Дальше кабаны, свиньи и подсвинки выскакивали вперемешку. Маленькие — визжа разбегались в разные стороны, грозя попасть под ноги и свалить незадачливого охотника. Большие — сами нападали на охотников, норовя ударить по ногам, затоптать, разорвать мышцы клыками. Неповоротливые? Эрим своими глазами видел, как животные, промчав мимо, тормозили, вспарывая, разбрасывая фонтаном землю вокруг, затем вставали на дыбы и прытко переворачивались в воздухе для новой атаки. Причем, им все-равно было на кого нападать — на того, кто их ранил, или на того, кто ближе. Скучать не пришлось никому. Один из саккарцев упал, споткнувшись о подсвинка, отбросил копье и крутанулся по земле, прикрывая щитом голову. Эрим и Исак бросились ему на помощь, перехватив атаку секача на себя. Нак в это время расстрелял из игломета крупную свинью, нацелившуюся упавшему в живот копытами.
Когда основное стадо пробежало, оставив на поле боя несколько лохматых туш, из камышей показались загонщики.
- Капитан! Мы тоже с добычей! Огромный секач и матка! - Из-за скрывающей лицо сетки, Эрим узнал Чена только по радостному голосу.
- Раненые? - Синелицый Рас воткнул копье в землю.
- Все целы!
- Молодцы! А ты отправляйся за лошадьми.
..."Понятно. Отвечать на этот вопрос Нак не собирается".
Прода от 25.02.2021, 01:53
Глава 15.
Саккарский лес зиндарийцам не понравился совершенно. Он больше походил на давно заброшенный и заросший сад. Редкие, по сравнению с Зиндарией, и не слишком высокие, но очень раскидистые деревья, зато высокий густой кустарник и заросли папоротника, едва ли не по пояс. Сойди с тропы — и тут же затеряешься среди разномастной зелени. В бамбуковых рощах, просматриваемых почти насквозь, гораздо спокойней. По дороге Нак то и дело указывал рукой — эти ягоды можно есть, эти еще не поспели, а вот эти даже трогать руками опасно. Природа Саккара замечательна тем, что в ней постоянно что-то цветет и созревает. Пока одни ягоды только завязываются, другие уже растут, третьи почти поспели, а четвертые осыпаются от спелости. И на вкус любому угодить могут: хочешь приторно-сладкие — пожалуйста, выбирай; хочешь чуть сладковатые — вот несколько видов; и любители кисло-сладких ягод не забыты, есть даже несколько видов совершенно кислых. Нак говорит, что все леса здесь государственные, но ягоды позволено собирать любому, кто пожелает. Обычно этим занимаются селяне, затем вялят из них конфеты или варят фруктовое пиво и продают горожанам. Вина в Саккаре только привозные, а вот пиво готовят всевозможных сортов — ягодное, медовое, пшеничное, рисовое. И даже женщины и подростки не отказываются от легких пенных напитков. Эрим хмыкнул — в Зиндарии пиво готовят только из ячменя и считают напитком простолюдинов, а здесь, с наступлением жары, он и сам по вечерам, с удовольствием меняет горячий фруктовый чай на холодное пиво с медовым ароматом.
Справа, из-за разросшегося колючего кустарника, раздалось лошадиное ржание и послышались голоса.
- Приехали. Похоже, мы здесь будем не одни. Егерь даже не предупредил, паразит, - недовольно поморщился Нак, направляя коня в просвет между кустами.
- Это станет проблемой?
- Не то, что бы проблемой, но удовольствие подпортит обязательно.
- Почему?
- Вояки… Сначала займут весь бивак, не считаясь с остальными. Потом пол ночи будут сидеть у костра, громко хвастаясь своими приключениями.
..."Гм, кажется, Нак говорил, что соперничество и неприязнь между Кланами испытывает только высшая знать? Ну-ну. Как бы это и в самом деле, не испортило им удовольствие от охоты".
Эрим оглядел место, куда они прибыли. Охотничий бивак располагался на просторной, расчищенной от кустарника прогалине, центром которой оказался обложенный камнем и накрытый широкой бамбуковой крышей колодец. От колодца, на равном расстоянии, отходили три тропинки — две широкие и хорошо утоптанные, одна еле намеченная. У конца одной из широких тропинок, у невысокой каменной печи, два рекрута выгружают корзины с посудой на вкопанную в землю этажерку. Третий, поодаль, занимается лошадьми.
Нак придержал коня, набросив на лицо привычную маску невозмутимости.
- Желаю здравствовать. Старшего позовите.
Один из рекрутов, не отрываясь от своего занятия, тихонько свистнул. Из шалаша, образованного свисающими ветвями дерева, выглянул еще один рекрут, и Эрим едва не ахнул, узнав в нем подмастерье, больше трех десятидневок проживавшего на первом этаже их гостиницы. Каждый вечер этот парень катал на плечах сына вдовы, возился с ним, как с младшим братишкой. Затем, после ее отъезда, заявил, что переезжает жить к мастеру, и исчез. Рекрут тоже узнал иноземцев, но вместо смущения, лишь добавил дерзости во взгляде.
- Капитан, соседи пожаловали. Писарь и заокеанские чудики.
- Заокеанские? - Раздвинув ветки, выглянул еще один военный, не намного старше этого по возрасту, с голубым погоном на правом плече.
Увидев Нака, он расплылся в широкой улыбке.
- Отставить, Чен. Это свой парень.
- Да? Как скажете, капитан.
..."Не слишком ли он молод, для капитана? Впрочем, сначала нужно разобраться, что стоит за этим званием в Саккаре".
А золотоволосый парень с рысьими глазами уже во всю перехлопывается по плечам со спрыгнувшем к нему Наком.
- Рас, как здорово! У вас выходной? Вы на день, или с ночевкой?
- С ночевкой, с ночевкой. У нас рабочие выходные.
- Это как?
- Селяне пожаловались в Клан, что здесь слишком много кабанов развелось. Топчут, разрывают посевы, по ночам чуть ли не вокруг села бегают. И Военный Глава, как всегда, решил одной стрелой в две шеи попасть. С одной стороны — дать моей группе отдых, за отлично проведенное расследование, с другой — уменьшить кабанье стадо.
- В три шеи, капитан, - из соседнего шалаша вышел еще один военный. - Мы еще и мясом заставу обеспечим.
- Точно! А вы здесь… - Рас окинул взглядом их снаряжение, - явно не за кабаном приехали?
- Мы по малому, за утками собирались. Хотя, когда вы погоните стадо, будет не до уток. Может, подождете день? Ради моих гостей?
- А зачем ждать? Присоединяйтесь к нам. Копья, щиты дадим. Это же интересней! - Рас поворачивается к зиндарийцам, - в загон пойдете?
- В загон? Это как? Объясните подробней, - решил спешиться Эрим.
- Никогда не охотился на кабанов?
- Нет. Что за зверь такой?
- Ну… толстый мохнатый таран на четырех ногах, с вытянутым рылом и вот такими, - Рас развел пальцы, - клыками. Весит под сто килограмм, до метра в холке, и несется на тебя, как камень из катапульты. Одно хорошо — из-за толстой и короткой шеи, кабан не слишком поворотлив, сразу не развернется. Задача охотника — вовремя отскочить в сторону и ударить в шею. И бить надо сильно, наверняка. Потому как, раненый кабан свирепеет и может порвать охотника клыками. У самок клыки маленькие, но они тушей своей сбивают охотника с ног и забивают копытами. Если упал — от самки нет спасения, если сразу не придет помощь. Если секач сбил с ног — надо изо всех сил прижиматься к земле и уворачиваться, чтобы зверь не смог поддеть охотника рылом и подбросить в воздух. Остается только бить кинжалом, стараясь попасть в сердце… Что скажешь?
..."И какого ответа от него ждут?"
- Ммм… Интересные у вас тут … забавы, - Эрим покосился на воинов, окруживших его, как дети новогоднюю фею с мешком подарков.
- Служивых своих отпустишь в загон?
- А загон - это что?
- Кабан — ночной зверь, днем он прячется в лежках, среди камыша, в ямах под кустарником. Сначала надо выбрать удобное место для сражения, затем загонщики поднимают шум, и гонят зверя на охотников. Сам видишь — нас мало, против всего стада мы не пойдем, станем по краю, но чем больше человек останется для охоты, тем лучше… Служивые, вы как, с копьем управитесь?
..."Вот интересно, как они все так легко вычисляют его телохранителей? Вроде, и одеты мы одинаково, и ведем себя все адекватно… Как?"
Эрим оглянулся на телохранителей, так и оставшихся верхом. Исак выглядел растерянно. Похоже, ему очень хотелось принять участие в охоте, хотя долг требовал держать Эрима от нее подальше. Атар сурово сдвинул брови и покачал головой, призывая лорда отказаться от опасной затеи.
- Так как? Дашь служивых? Оружие дадим и трофеями не обидим, - продолжал соблазнять Рас.
Нак стоял с совершенно невозмутимым лицом, показывая, что примет любое его решение.
- Согласен. Но мне тоже копье, я участвую.
- Годится! - Рас хлопнул его по плечу и повернулся к Наку, - Музыкант?
Нак покачал головой.
- Ты же знаешь, копье — не мой козырь. Мне лучше игломет.
- Годится! Мун! Прими лошадей, наши гости останутся с нами. Вон тот шалаш — ваш, занимайте.
Зиндарийцы встрепенулись, услышав слово «игломет», но Нак снял поклажу со своей лошади и велел следовать за ним. Пришлось подчиниться.
Дерево, ставшее живым шалашом, гибкими ветвями и формой листьев походило на зиндарийскую иву. Вот только размер листьев у него был раз в пять больше. Раздвинув свисающую до самой земли лозу, парни оказались в просторном, хоть и полутемном, круглом помещении. По обе стороны ствола установлены четыре низкие лежанки из толстых жердей с натянутыми на них длинными мешками.
- Хм, а это вояки здорово придумали, - похвалил лежанки Нак, - в наших шалашах приходится спать на земле… Вам лучше переобуться. И надеть капюшоны, а то комары загрызут. Это дерево — ахипту — замечательно не только расположением ветвей, запах его коры не терпит ни одно насекомое. Так что ночь мы проведем совершенно спокойно. А вот у болота ахипту не растет, не любит лишней влаги, поэтому без накомарников не обойтись.
Нак подождал, пока они переобуются в привезенные им высокие сапоги, показал, как правильно надеть капюшон, пристегнуть на лицо сетку. Двое рекрутов принесли, снятые с лошади, их спальные одеяла, одобрительно хмыкнули.
Снаружи их уже ждали. В капюшонах и закрывающих лица сетках, с копьями и щитами в руках, воины окружили своего молодого командира. Рас, единственный, кто не стал надевать капюшон, распределял людей.
- Мун, на тебе молодежь и новички, присматривай за всеми…
- Извини, капитан, - Атар сделал шаг вперед, - но мы останемся с лордом.
Рас досадливо поморщился, но спорить не стал.
- Чен, ты тоже в загон. Вам пора.
Названый парень обиженно зыркнул на телохранителей, молча подхватил копье в подмышку и двинулся рысцой вслед остальной четверке.
- Там копья, щиты — выберите себе по руке. У вас есть немного времени потренироваться, и выступаем.
Эрим, в очередной раз, переступил с ноги на ногу, провернул в руке кабанье копье. Более короткое, чем обычно, чуть более толстое древко непривычно ложится в ладонь, широкий и длинный наконечник со странной перекладиной немного тяжелее привычного.
... "Кажется, не так уж и много отличий. Но как он сможет с ним справится, когда увидит монстра? А вдруг не сумеет ударить? А вдруг промахнется?"
Эрим осторожно покосился на телохранителей, вставших чуть поодаль, по обе руки от него. Атар выглядит совершенно спокойным, настороженность выдают лишь плавные, слегка замедленные движения. Исак нетерпеливо поглядывает в сторону камышей, прислушивается к гону. На саккарцев глядеть и вовсе не хочется. Всю дорогу до места охоты они пребывали в таком радостном возбуждении, будто собирались на первое свидание. И при этом не забывали повторять новичкам, как уворачиваться, как не попасть под клыки могучего зверя, рассказали, и не один раз, о его свирепости и силе, подчеркивая, как это важно для выживания. И теперь у Эрима растет ледяной комок в желудке от опасения помешать другим, оказаться самым неприспособленным, самым беспомощным.
В поле зрения попался Рас. По дороге к месту охоты он нарвал каких-то ягод и намазал синим соком себе лицо и шею. Нак объяснил, что Старший в подразделении никогда не прячет лица, чтобы было видно, чьи команды выполнять. А сок этих ягод тоже отпугивает комаров. И теперь капитан саккарцев, своим синим лицом, сам похож на монстра или приведение.
Громко зашелестел камыш, охотники, распределившиеся по поляне, встрепенулись, вглядываясь в заросли. За спиной первого из саккарцев, на открытое место выскочил и остановился, шевеля тупым носом, тучный зверь. Короткая коричневая щетина, тонкие копытца, вытянутая морда, - именно такой, как описывали. Эрим опешил. Отсюда, издалека, зверь вовсе не казался опасным. Да, массивный, наверняка — очень сильный, но… Эти лохматые круглые ушки даже вызывают умиление.
..."Над нами, что — подшутили? Специально запугивали?"
Саккарец мгновенно развернулся, ударил зверя копьем в плечо. И Эрим понял, что никто над ними не шутил. Потому, что зверь даже не пикнул, будто не почувствовал боли. Лишь рванул с места в сторону Раса, заставив ударившего его воина пошатнуться, еле устояв на ногах. Рас мастерски проделал именно то, чему учил новичков — шагнул в сторону и ударил копьем в шею, перенеся на древко всю тяжесть тела. Но даже при таком сильном ударе, ему не удалось повалить кабана на землю. Зверь упирался, норовя развернуться и достать охотника клыками. Подоспел первый воин и обрушил сверху свое копье, перебивая шейные позвонки. Только после этого кабан рухнул и затих. Саккарцы подхватили зверя за лапы, поволокли в сторону. Следующий кабан оказался ростом чуть поменьше, и вылетел из зарослей не останавливаясь. Нак, неожиданно, упал на одно колено, направил игломет в лоб зверю. Будто серебристая паутинка протянулась от ствола к животному, но тот даже не замедлился.
- Берегись! - Эрим бросил копье во мчащегося зверя, но тяжелое копье воткнулось в землю, не долетев пол шага до крупа.
Нак отскочил в сторону, а зверь только теперь замедлился, сделал несколько шагов и рухнул на то самое место, с которого стрелял Нак.
- Музыкант! Будешь рисковать — в ухо дам! Отберу игломет и отправлю в тыл, наблюдателем! - Рычит Рас и, древком копья подхлестывает по круглому заду подсвинка, - пошел, пошел! Кыш отсюда!
- Не буду! - Улыбнулся Нак и перехватил Эрима за руку. - Никогда не подходи к кабану спереди. Даже если он упал и не шевелится. Это очень выносливое животное, а раны делают его только яростнее. И копье это для метания не годится — балансировка не та. Но за помощь спасибо.
- Если бы помощь… - Эрим осторожно наклонился над зверем, насчитал шесть торчащих из морды игл. И он все-равно продолжал бежать!
Пока Нак с Атаром оттаскивают кабана с сторону леса, Эрим собрал торчащие из земли иглы, не попавшие в зверя. Да, это именно то оружие, что хотел получить зиндарийский король.
- Берегитесь, лорд!
Эрим поднял голову — прямо на него мчится огромный секач, целясь рылом в деликатное место. Инстинктивно прикрывшись щитом, надетым на предплечье, Эрим отпрыгнул в сторону, и зверь пронёсся в шаге от него, насадился грудью на копье Исака. Сразу стало понятно значение перекладины на копье. Затрещало от напряжения древко, ноги упиравшегося телохранителя заскользили по траве. Зверь хрипел и продолжал напирать. Эрим ударил кабана в плечо, и понял, почему первый охотник только разозлил зверя — острие копья попало в лопатку, защищающую внутренности зверя, словно броня. Еще один удар — в шею, и зверь, наконец, упал и затих.
Дальше кабаны, свиньи и подсвинки выскакивали вперемешку. Маленькие — визжа разбегались в разные стороны, грозя попасть под ноги и свалить незадачливого охотника. Большие — сами нападали на охотников, норовя ударить по ногам, затоптать, разорвать мышцы клыками. Неповоротливые? Эрим своими глазами видел, как животные, промчав мимо, тормозили, вспарывая, разбрасывая фонтаном землю вокруг, затем вставали на дыбы и прытко переворачивались в воздухе для новой атаки. Причем, им все-равно было на кого нападать — на того, кто их ранил, или на того, кто ближе. Скучать не пришлось никому. Один из саккарцев упал, споткнувшись о подсвинка, отбросил копье и крутанулся по земле, прикрывая щитом голову. Эрим и Исак бросились ему на помощь, перехватив атаку секача на себя. Нак в это время расстрелял из игломета крупную свинью, нацелившуюся упавшему в живот копытами.
Когда основное стадо пробежало, оставив на поле боя несколько лохматых туш, из камышей показались загонщики.
- Капитан! Мы тоже с добычей! Огромный секач и матка! - Из-за скрывающей лицо сетки, Эрим узнал Чена только по радостному голосу.
- Раненые? - Синелицый Рас воткнул копье в землю.
- Все целы!
- Молодцы! А ты отправляйся за лошадьми.
