Комната была необжитой, Лера оставалась в ней на ночь раз или два в неделю, если Арик того желал, а вообще предпочитала проводить ночи под родительским кровом. У самого Аристарха Евгеньевича для сна было другое место — роскошная двухуровневая обитель дальше по коридору. Проходя мимо его двери, Лерочка хихикнула. Захотелось утворить что-нибудь напоследок. Что-нибудь бесшабашное, злое. Закатить скандал, выяснить, кто тот иуда, что заложил ее любовнику. И она громко забарабанила в дверь.
Сергей, появившийся на пороге, краснел и бледнел. Лера прекрасно знала, что ему нравится. Причем давно. И давно нравилась, и давно об этом догадалась. Он так на нее смотрел, когда думал, что никто не видит, замирал соляным столбом, когда случайно являлся свидетельством лерочкиных шалостей с его начальством. Дурачок. Правильный, и от того неинтересный. А еще бедный, и оттого неинтересный вдвойне.
Она прекрасно разыграла роль рассерженной кошечки, злой блеск глаз, дрожащий голосок. Можно еще заняться театром, кажется, и это ей по силам. Лера искоса взглянула на экранчик мобильного, времени было достаточно, опустила телефон в сумочку и, привстав на цыпочки, поцеловала Сергея в гладко выбритую щеку.
«Акт благотворительности», - пришла веселая мысль, но по позвоночнику прокатилась жаркая волна, кажется и ее тело не возражало против этого акта.
Парень вздрогнул, затем замер, когда влажный девичий рот прикоснулся к его, и узкий язычок обвел его нижнюю губу.
«Уже поплыл», - удовлетворенно подумала Лера и толкнула дверную створку за спиной Сергея. Всегда спокойный помощник Баринова тяжело дышал:
- Это неправильно…
- Зато приятно.
Девушка толкнула Сергея на постель.
- Давай. Сколько его обычно не бывает?
- По разному, - помощник уже слабо соображал, он в каком-то нездоровом исступлении водил руками по стройным лерочкиным бедрам. - Но он только вошел, еще минут пятнадцать, в худшем случае.
- У Арика здесь какой-то тайник?
Лерой владел не только азарт страсти, но и желание разузнать как можно больше. За такую информацию журналист Еськов ее озолотит. А это уже не побрякушки, это лишний нолик на тайном банковском счете.
- Да, - выдохнул Сергей. - Каждый день в разное время Арик, - тут Сергей хихикнул, называть начальство уменьшительным именем было ему непривычно, - туда уходит.
- Что там?
- Я не знаю.
Лерочка изогнулась.
- Правда, не знаю, - всхлипнул Сергей. - Продолжай.
И она продолжила, ей было несложно.
Минут через пятнадцать со стороны ванной комнаты раздались шаги, кто-то шлепал босыми ногами по гладкой напольной плитке.
- Босс! - Сергей вскочил с кровати, лихорадочно застегиваясь, одновременно пытаясь поправить смятый простыни.
Лерочка подхватила с кровати сумочку и скрылась за раздвижной дверью огромного шкафа-купе. Приключением она осталась довольна, и страшно ей не было абсолютно. В отличие от большинства окружающих она знала, что ничего ей Баринов не сделает, кишка у него тонка.
- Аристарх Евгеньевич, - донеслось из комнаты. - Вы в порядке?
- Водички бы попить. Идем, Серый, на кухню. Умаялся я сегодня.
Голос у Баринова был старческий, дребезжащий, слова прерывались астматичными всхлипами.
Мужчины удалились по коридору, Лерочка спокойно вышла из шкафа и отправилась в ванную. Привычки своего немолодого любовника она знала прекрасно. Где-то скрывались потайные рычаги для потайной двери. Их просто нужно было заметить. Она поводила головой из стороны в сторону. Джакузи, небольшая на одного, душевая кабинка, умывальник, за прозрачной перегородкой — унитаз и биде. В этой спальне она никогда с Ариком не ночевала, поэтому и в ванной комнате была впервые.
Она покачала головой. Вот ведь, старый дурак. В душевой кабинке не было душа. Крепление было, а ни шланга, ни того, что к нему крепилось не было.
Она подергала держатель, вывернула его, потянула. Все ариковы рычаги действовали похоже, выдвинуть, задвинуть, провернуть. Мозаичная стена отъехала в сторону. Лерочка без капли сомнения спустилась по лесенке. Поиграть напоследок в Мату Хари было очень здорово. Дойдя до металлических дверей в полу, она остановилась. Дальше хода не было, впереди был тупик, только вниз. Но поднять люк в одиночку она не сможет. Хотя…
Она крутанула запирающий вентиль, стальной круг приподнялся сантиметров на двадцать. Девушка хихикнула. Конечно, Арик никогда атлетизмом не отличался, поэтому здесь все обустроено с расчетом его возможностей.
Она стала спускаться. Интересно, что у него тут? Сейф с банковскими документами? Золото в слитках? Тогда можно будет слиточек захватить с собой. И фотографии надо не забыть сделать. Она достала мобильный телефон. Качество снимков, конечно, будет так себе, но Еськов и их с руками оторвет. «Тайный бункер славигорского магната», или не так, - «Сокровища пирамиды». Именно такими заголовками будут пестреть газеты стараниями Еськова, а она сама в это время будет потягивать ледяную маргариту, лежа в шезлонге под рокот волн.
Каблуки туфелек стучали по мозаичной плитке. Она вошла в полукруглый зал с огромным троном в центре. У потолка по периметру стен чадили масляные светильники. Что этот старый дурак здесь себе понастроил? Она пару раз щелкнула камерой мобильного.
Трон был пуст, девушка пошла к нему, носком туфли задев какой-то круглый как мяч предмет. «Мяч» покатился в строну, Лера проводила его взглядом, заметив у стены высокую мужскую фигуру.
- Вы? - Воскликнула Лера. - Что вы здесь делаете?
И это были ее последние слова.
Таисия
Мы пешком дошли до трассы, а там, просто стоя на обочине, поймали попутку. Рашук сокрушался, что так себя ведут только дамы нетяжелого поведения в поисках заработка, а мне было уже все равно. Впрочем, пожилой приличный господин за рулем иномарки тоже не принял меня за ночную бабочку. Уж не знаю, куда ему было нужно на самом деле, но он довез нас до самого поселка, попрощался и развернулся у шлагбаума.
- Приставал? - Рашук ехал на заднем пассажирском сидении, отделенном перегородкой и блюсти мою невинность в поездке не мог.
- Слегка, - честно ответила я, - когда переключал скорости, его рука, будто случайно, соскальзывала с рычага на мое колено.
- Может, действительно, случайно?
- У него коробка — автомат, нечего там было переключать, - вздохнув, я отодвинула цветочный горшок и достала ключи. - А велосипед у «Пирамиды» остался, а мне еще туда возвращаться.
- Так чего ты этому с коробкой передач не велела нас к торговому центру везти?
Вопрос, конечно интересный. На который можно ответить вопросом же: «А что, так можно было?»
До встречи с покупателем было около двух часов. Я прошлепала на кухню, на ходу снимая одежду. Рашука я не стеснялась абсолютно. Мне срочно требовалось в душ, смыть прикосновения маньяка, мне срочно требовалась тишина, чтоб подумать и баночка меда, литра так на полтора, просто потому что хотелось.
Я вытащила из шкафчика мед, из выдвижного ящика — столовую ложку и открыв зубами пластиковую крышку, пошла в ванную.
Рашук молча посторонился.
Я залезла под душ, включила ледяную воду и засунула в рот ложку с медом. Зубы клацнули о металл. Я села в ванну и разревелась. По голове барабанили ледяные капли. Дождик-дождик, капелька, водяная сабелька. Лужу резал, лужу резал, резал, резал, не разрезал и устал, и перестал.
Смуглая мальчишеская рука одернула шторку
- Хватит! - Рашук отобрал у меня и ложку, и банку,в которую уже натекло довольно много воды, завернул кран и набросил мне на плечи банное полотенце. - В спальню вали, страдалица. Ко мне тут сейчас ребятушки подъедут, компьютер устанавливать, нечего им на твою зареванную светлость любоваться.
- К-какой компьютер? - зубы стучали уже от холода.
Я обхватила себя за плечи и попыталась подняться. Ванна была крошечная и скользкая, мне никак не удавалось принять устойчивое положение.
- Мощный, - Рашук схватил меня под мышки и без усилий перетащил на пол. - Если тебя так от какого-то постороннего маньяка разобрало, представляю, что будет, когда ты Баринова порешишь. Или ты уже передумала?
- Нет, - я шмыгнула носом. - Я его убью. Что у тебя под халатом?
Мальчишка хихикнул:
- Звучит двусмысленно, - и распахнул одеяние.
Под халатом обнаружились мои сегодняшние покупки, пакеты которых выглядели неприглядно, после всего что им пришлось пережить, но содержимое их все так же радовало глаз.
- Наряжаться потом будешь, - Рашук подтолкнул меня к выходу. - Правда, спасть иди. Я тебя разбужу, и такси сам вызову. Не опоздаешь ты к своему покупателю.
Ноги были ватными, тело не слушалось, отвернувшись от мальчишки,я приподняла край полотенца, порез на бедре уже затянулся. Молодцы, девочки. Отправляясь в спальню, банку с медом я прихватила с собой. Пока я буду снимать стресс дремой, браслеты успеют полакомиться. Они заслужили.
Рашук уже с кем-то говорил по мобильному. Хотя, почему с кем-то? Он говорил со своим капитаном.
- Да, капитан. Это точно не наш объект, обычный местный сумасшедший. Я свою змейку на нем тестировал. Слаба. Ага, нет в обитаемых мирах женщины, похожей на нашу Хиону. Да нет, смысла не вижу. Ей жить осталось четырнадцать дней, медики местные так говорят, с сердцем у нее беда. Слышишь, Тайка, наш капитан привет тебе передает.
- И ты ему передай, чтоб шел к черту, - прокричала я и хлопнула дверью спальни.
То, что инопланетные охотники обсуждают меня как забавную местную зверюшку, было очень обидно. И еще накатила жалость к себе, ведь моя месть и моя смерть — пафосные знаковые события, сплетни их нивелируют, унижая меня.
Опустив браслеты, все четыре, в банку с медом, я бросила полотенце на спинку стула и юркнула в постель. Спать днем было непривычно, но я очень старалась. Отодвинув все неприятные мысли, я расслабилась, закрыла глаза, зевнула, будто пытаясь приманить дрему.
- Ты не умеешь убивать, - знакомый шепот не спрашивал, он утверждал.
- Тебя смогу. - Пробормотала я, переворачиваясь на бок и натягивая на голову простыню.
Он забрался под тонкий лен. Кажется, с последней нашей встречи его астральная проекция несколько уплотнилась, потому что матрас слегка прогнулся под его тяжестью.
- Расскажи как, - дразнясь, он провел губами по моей щеке.
- Пересплю с тобой, - сообщила я, подумав. - Рашук говорит, что близость со стальной змейкой ни один мужчина не переживает.
Он хмыкнул, но продолжил ласку.
- Конечно мне придется зажмуриться в процессе, твой вид не располагает к страсти, - я говорила рассудочно, пытаясь не подпускать в голос сладкую дрожь.
Пусть обидится и уйдет, мне ни до него, ни до его прикосновений, вообще ни до чего дела нет. Внутри — тьма и безумие, мне нужно побыть одной, загнать их как можно глубже.
- Пожалуйста...
- Тссс… - его руки скользнули мне на спину. - Отважная маленькая змейка, позволь мне... помочь.
Это он так себе представляет помощь?
- Ты не умрешь от этого? - тихонько всхлипнула я.
- Мое тело за много километров, ты для него безопасна.
И я сдалась. Потому что для меня это был, наверное, последний шанс это ощутить, потому что этот призрачный мужчина единственный, кто хотел меня не потому что я излучала какие-то вибрации, или феромоны, а потому… Честно говоря, почему именно он хотел меня, меня волновало мало.
И все случилось. Наверное, скорее всего, это не было близостью в полном смысле этого слова. Это было… странно и чудесно. Это было громко, но и на это мне было наплевать. А еще, это было, почему-то правильно. Острое и пряное наслаждение разогнало мою внутреннюю тьму.
- Я тоже хочу сделать тебе хорошо, - жалобно проговорила я, засыпая.
- У тебя будет такая возможность, моя медовая малышка.
Рашук разбудил меня в шестнадцать ноль ноль, погнал в душ, заставил съесть огромный бутерброд с сыром и выпить чашку чая с медом, то есть кружку меда, чуть разбавленного ароматным кипятком. Браслеты, их стало уже шесть, я догадалась надеть сама.
Пока я спала, загадочные ребятушки, которых ждал мальчишка, успели заставить практически весь дом, кроме спальни, всякой техникой.
Жуя бутерброд. Я спросила, что это вообще значит.
- Мне мощный компьютер нужен.
- Все эти железки — компьютер?
- Ну сервера еще. Не бери в голову, о встрече с покупателем думай.
- Ты со мной пойдешь?
- Нет. Работать буду. Если что, звони, я свой номер в твою записную книжку внес.
- Ты же говорил, компьютер у вас — рой? - Я одевалась в ванной комнате и говорила через полуоткрытую дверь.
- Не знаю, когда он объявится, а мне уже работать нужно.
Рашук продолжал что-то жевать на кухне, отчего речь его была слегка невнятной. Когда я вышла из ванной, он присвистнул:
- Сама одежки выбирала? Хвалю.
- Такси кода подъедет?
- Уже во дворе, я же обещал транспорт вызвать. Кстати, тетка тут какая-то заходила, говорит, соседка, зовут ее еще… Васильевна, во!
- И что? - я переложила в клатч мобильный, носовой платок и банковскую карту. Наличных не осталось совсем, но за такси можно было и безналом заплатить.
- Я ей сказал, что твой племянник из Удмуртии, имей в виду.
- Ладно.
Через две недели Васильевне придется знакомиться уже с новыми соседями.
Таксист попался молчаливый, по дороге я думала о своем, том, что вряд ли когда-нибудь решусь озвучить. От мыслей этих щеки горели, а по спине бегали мурашки.
Что сейчас главное? Понравиться покупателю, чтоб он меня на вечеринку в «Пирамиду» пригласил. Это уже завтра. Задача не казалась мне сложной. Стальную змейку вожделеют все, господин Кузьмин, начальник охраны Баринова исключением не будет. А уж там, на вечеринке, я буду действовать по обстоятельствам.
Водитель, видно заскучав, принялся крутить ручку настройки радио.
- Срочные новости…к-х-х... по адресу… произошло задержание… к-х-х… следователь Коростелев… в эфире славигорского телеканала… интервью…
Частота никак не настраивалась, эфир потрескивал помехами, таксист чертыхнулся вполголоса.
- Кого поймали? - негромко спросила я .
- Маньяка, - ответил водила. - Того самого, что девушек убивал. Второй час уже по всем каналам передают.
- Понятно.
Значит, следователь Коростелев нас с Рашуком не подвел, кого надо арестовал. Таксист остановился на какой-то музыкальной волне, спросил, не возражаю ли я против музыки. Я не возражала, слегка оглушенная несущимися из динамиков мощными басами и барабанными переходами. Он сделал погромче.
- Привет, - он, мой невидимый любовник, был рядом, его рука привычно скользнула вдоль бедра, забралась под ткань платья.
- Ты сегодня зачастил, - прошептала я, сдвигая колени. - Прекрати, это в конце-концов неприлично.
Он разочарованно вздохнул. Тоже мне, актер погорелого театра. Я нашла его руку, переплела наши пальцы.
- Отношения — это не только секс.
- А у нас отношения? - он укусил меня за мочку уха и сильнее сжал ладонь.
- Конечно, - я поднесла наши руки к лицу и поцеловала его пальцы. - Не волнуйся, это ненадолго тебя обременит.
- Рашук сказал, что ты больна?
- Не хочу это обсуждать.
- Тогда что хочешь?
- Тебя, - после продолжительного поцелуя пришлось уточнить. - Обсуждать тебя, а не вот это вот…
Он хрипло рассмеялся:
- Я догадался, но не мог отказать себе в удовольствии. Спрашивай, змейка. О чем ты хочешь знать?
- Как тебя зовут, и за что тебя ненавидит Рашук?
Сергей, появившийся на пороге, краснел и бледнел. Лера прекрасно знала, что ему нравится. Причем давно. И давно нравилась, и давно об этом догадалась. Он так на нее смотрел, когда думал, что никто не видит, замирал соляным столбом, когда случайно являлся свидетельством лерочкиных шалостей с его начальством. Дурачок. Правильный, и от того неинтересный. А еще бедный, и оттого неинтересный вдвойне.
Она прекрасно разыграла роль рассерженной кошечки, злой блеск глаз, дрожащий голосок. Можно еще заняться театром, кажется, и это ей по силам. Лера искоса взглянула на экранчик мобильного, времени было достаточно, опустила телефон в сумочку и, привстав на цыпочки, поцеловала Сергея в гладко выбритую щеку.
«Акт благотворительности», - пришла веселая мысль, но по позвоночнику прокатилась жаркая волна, кажется и ее тело не возражало против этого акта.
Парень вздрогнул, затем замер, когда влажный девичий рот прикоснулся к его, и узкий язычок обвел его нижнюю губу.
«Уже поплыл», - удовлетворенно подумала Лера и толкнула дверную створку за спиной Сергея. Всегда спокойный помощник Баринова тяжело дышал:
- Это неправильно…
- Зато приятно.
Девушка толкнула Сергея на постель.
- Давай. Сколько его обычно не бывает?
- По разному, - помощник уже слабо соображал, он в каком-то нездоровом исступлении водил руками по стройным лерочкиным бедрам. - Но он только вошел, еще минут пятнадцать, в худшем случае.
- У Арика здесь какой-то тайник?
Лерой владел не только азарт страсти, но и желание разузнать как можно больше. За такую информацию журналист Еськов ее озолотит. А это уже не побрякушки, это лишний нолик на тайном банковском счете.
- Да, - выдохнул Сергей. - Каждый день в разное время Арик, - тут Сергей хихикнул, называть начальство уменьшительным именем было ему непривычно, - туда уходит.
- Что там?
- Я не знаю.
Лерочка изогнулась.
- Правда, не знаю, - всхлипнул Сергей. - Продолжай.
И она продолжила, ей было несложно.
Минут через пятнадцать со стороны ванной комнаты раздались шаги, кто-то шлепал босыми ногами по гладкой напольной плитке.
- Босс! - Сергей вскочил с кровати, лихорадочно застегиваясь, одновременно пытаясь поправить смятый простыни.
Лерочка подхватила с кровати сумочку и скрылась за раздвижной дверью огромного шкафа-купе. Приключением она осталась довольна, и страшно ей не было абсолютно. В отличие от большинства окружающих она знала, что ничего ей Баринов не сделает, кишка у него тонка.
- Аристарх Евгеньевич, - донеслось из комнаты. - Вы в порядке?
- Водички бы попить. Идем, Серый, на кухню. Умаялся я сегодня.
Голос у Баринова был старческий, дребезжащий, слова прерывались астматичными всхлипами.
Мужчины удалились по коридору, Лерочка спокойно вышла из шкафа и отправилась в ванную. Привычки своего немолодого любовника она знала прекрасно. Где-то скрывались потайные рычаги для потайной двери. Их просто нужно было заметить. Она поводила головой из стороны в сторону. Джакузи, небольшая на одного, душевая кабинка, умывальник, за прозрачной перегородкой — унитаз и биде. В этой спальне она никогда с Ариком не ночевала, поэтому и в ванной комнате была впервые.
Она покачала головой. Вот ведь, старый дурак. В душевой кабинке не было душа. Крепление было, а ни шланга, ни того, что к нему крепилось не было.
Она подергала держатель, вывернула его, потянула. Все ариковы рычаги действовали похоже, выдвинуть, задвинуть, провернуть. Мозаичная стена отъехала в сторону. Лерочка без капли сомнения спустилась по лесенке. Поиграть напоследок в Мату Хари было очень здорово. Дойдя до металлических дверей в полу, она остановилась. Дальше хода не было, впереди был тупик, только вниз. Но поднять люк в одиночку она не сможет. Хотя…
Она крутанула запирающий вентиль, стальной круг приподнялся сантиметров на двадцать. Девушка хихикнула. Конечно, Арик никогда атлетизмом не отличался, поэтому здесь все обустроено с расчетом его возможностей.
Она стала спускаться. Интересно, что у него тут? Сейф с банковскими документами? Золото в слитках? Тогда можно будет слиточек захватить с собой. И фотографии надо не забыть сделать. Она достала мобильный телефон. Качество снимков, конечно, будет так себе, но Еськов и их с руками оторвет. «Тайный бункер славигорского магната», или не так, - «Сокровища пирамиды». Именно такими заголовками будут пестреть газеты стараниями Еськова, а она сама в это время будет потягивать ледяную маргариту, лежа в шезлонге под рокот волн.
Каблуки туфелек стучали по мозаичной плитке. Она вошла в полукруглый зал с огромным троном в центре. У потолка по периметру стен чадили масляные светильники. Что этот старый дурак здесь себе понастроил? Она пару раз щелкнула камерой мобильного.
Трон был пуст, девушка пошла к нему, носком туфли задев какой-то круглый как мяч предмет. «Мяч» покатился в строну, Лера проводила его взглядом, заметив у стены высокую мужскую фигуру.
- Вы? - Воскликнула Лера. - Что вы здесь делаете?
И это были ее последние слова.
Таисия
Мы пешком дошли до трассы, а там, просто стоя на обочине, поймали попутку. Рашук сокрушался, что так себя ведут только дамы нетяжелого поведения в поисках заработка, а мне было уже все равно. Впрочем, пожилой приличный господин за рулем иномарки тоже не принял меня за ночную бабочку. Уж не знаю, куда ему было нужно на самом деле, но он довез нас до самого поселка, попрощался и развернулся у шлагбаума.
- Приставал? - Рашук ехал на заднем пассажирском сидении, отделенном перегородкой и блюсти мою невинность в поездке не мог.
- Слегка, - честно ответила я, - когда переключал скорости, его рука, будто случайно, соскальзывала с рычага на мое колено.
- Может, действительно, случайно?
- У него коробка — автомат, нечего там было переключать, - вздохнув, я отодвинула цветочный горшок и достала ключи. - А велосипед у «Пирамиды» остался, а мне еще туда возвращаться.
- Так чего ты этому с коробкой передач не велела нас к торговому центру везти?
Вопрос, конечно интересный. На который можно ответить вопросом же: «А что, так можно было?»
До встречи с покупателем было около двух часов. Я прошлепала на кухню, на ходу снимая одежду. Рашука я не стеснялась абсолютно. Мне срочно требовалось в душ, смыть прикосновения маньяка, мне срочно требовалась тишина, чтоб подумать и баночка меда, литра так на полтора, просто потому что хотелось.
Я вытащила из шкафчика мед, из выдвижного ящика — столовую ложку и открыв зубами пластиковую крышку, пошла в ванную.
Рашук молча посторонился.
Я залезла под душ, включила ледяную воду и засунула в рот ложку с медом. Зубы клацнули о металл. Я села в ванну и разревелась. По голове барабанили ледяные капли. Дождик-дождик, капелька, водяная сабелька. Лужу резал, лужу резал, резал, резал, не разрезал и устал, и перестал.
Смуглая мальчишеская рука одернула шторку
- Хватит! - Рашук отобрал у меня и ложку, и банку,в которую уже натекло довольно много воды, завернул кран и набросил мне на плечи банное полотенце. - В спальню вали, страдалица. Ко мне тут сейчас ребятушки подъедут, компьютер устанавливать, нечего им на твою зареванную светлость любоваться.
- К-какой компьютер? - зубы стучали уже от холода.
Я обхватила себя за плечи и попыталась подняться. Ванна была крошечная и скользкая, мне никак не удавалось принять устойчивое положение.
- Мощный, - Рашук схватил меня под мышки и без усилий перетащил на пол. - Если тебя так от какого-то постороннего маньяка разобрало, представляю, что будет, когда ты Баринова порешишь. Или ты уже передумала?
- Нет, - я шмыгнула носом. - Я его убью. Что у тебя под халатом?
Мальчишка хихикнул:
- Звучит двусмысленно, - и распахнул одеяние.
Под халатом обнаружились мои сегодняшние покупки, пакеты которых выглядели неприглядно, после всего что им пришлось пережить, но содержимое их все так же радовало глаз.
- Наряжаться потом будешь, - Рашук подтолкнул меня к выходу. - Правда, спасть иди. Я тебя разбужу, и такси сам вызову. Не опоздаешь ты к своему покупателю.
Ноги были ватными, тело не слушалось, отвернувшись от мальчишки,я приподняла край полотенца, порез на бедре уже затянулся. Молодцы, девочки. Отправляясь в спальню, банку с медом я прихватила с собой. Пока я буду снимать стресс дремой, браслеты успеют полакомиться. Они заслужили.
Рашук уже с кем-то говорил по мобильному. Хотя, почему с кем-то? Он говорил со своим капитаном.
- Да, капитан. Это точно не наш объект, обычный местный сумасшедший. Я свою змейку на нем тестировал. Слаба. Ага, нет в обитаемых мирах женщины, похожей на нашу Хиону. Да нет, смысла не вижу. Ей жить осталось четырнадцать дней, медики местные так говорят, с сердцем у нее беда. Слышишь, Тайка, наш капитан привет тебе передает.
- И ты ему передай, чтоб шел к черту, - прокричала я и хлопнула дверью спальни.
То, что инопланетные охотники обсуждают меня как забавную местную зверюшку, было очень обидно. И еще накатила жалость к себе, ведь моя месть и моя смерть — пафосные знаковые события, сплетни их нивелируют, унижая меня.
Опустив браслеты, все четыре, в банку с медом, я бросила полотенце на спинку стула и юркнула в постель. Спать днем было непривычно, но я очень старалась. Отодвинув все неприятные мысли, я расслабилась, закрыла глаза, зевнула, будто пытаясь приманить дрему.
- Ты не умеешь убивать, - знакомый шепот не спрашивал, он утверждал.
- Тебя смогу. - Пробормотала я, переворачиваясь на бок и натягивая на голову простыню.
Он забрался под тонкий лен. Кажется, с последней нашей встречи его астральная проекция несколько уплотнилась, потому что матрас слегка прогнулся под его тяжестью.
- Расскажи как, - дразнясь, он провел губами по моей щеке.
- Пересплю с тобой, - сообщила я, подумав. - Рашук говорит, что близость со стальной змейкой ни один мужчина не переживает.
Он хмыкнул, но продолжил ласку.
- Конечно мне придется зажмуриться в процессе, твой вид не располагает к страсти, - я говорила рассудочно, пытаясь не подпускать в голос сладкую дрожь.
Пусть обидится и уйдет, мне ни до него, ни до его прикосновений, вообще ни до чего дела нет. Внутри — тьма и безумие, мне нужно побыть одной, загнать их как можно глубже.
- Пожалуйста...
- Тссс… - его руки скользнули мне на спину. - Отважная маленькая змейка, позволь мне... помочь.
Это он так себе представляет помощь?
- Ты не умрешь от этого? - тихонько всхлипнула я.
- Мое тело за много километров, ты для него безопасна.
И я сдалась. Потому что для меня это был, наверное, последний шанс это ощутить, потому что этот призрачный мужчина единственный, кто хотел меня не потому что я излучала какие-то вибрации, или феромоны, а потому… Честно говоря, почему именно он хотел меня, меня волновало мало.
И все случилось. Наверное, скорее всего, это не было близостью в полном смысле этого слова. Это было… странно и чудесно. Это было громко, но и на это мне было наплевать. А еще, это было, почему-то правильно. Острое и пряное наслаждение разогнало мою внутреннюю тьму.
- Я тоже хочу сделать тебе хорошо, - жалобно проговорила я, засыпая.
- У тебя будет такая возможность, моя медовая малышка.
Рашук разбудил меня в шестнадцать ноль ноль, погнал в душ, заставил съесть огромный бутерброд с сыром и выпить чашку чая с медом, то есть кружку меда, чуть разбавленного ароматным кипятком. Браслеты, их стало уже шесть, я догадалась надеть сама.
Пока я спала, загадочные ребятушки, которых ждал мальчишка, успели заставить практически весь дом, кроме спальни, всякой техникой.
Жуя бутерброд. Я спросила, что это вообще значит.
- Мне мощный компьютер нужен.
- Все эти железки — компьютер?
- Ну сервера еще. Не бери в голову, о встрече с покупателем думай.
- Ты со мной пойдешь?
- Нет. Работать буду. Если что, звони, я свой номер в твою записную книжку внес.
- Ты же говорил, компьютер у вас — рой? - Я одевалась в ванной комнате и говорила через полуоткрытую дверь.
- Не знаю, когда он объявится, а мне уже работать нужно.
Рашук продолжал что-то жевать на кухне, отчего речь его была слегка невнятной. Когда я вышла из ванной, он присвистнул:
- Сама одежки выбирала? Хвалю.
- Такси кода подъедет?
- Уже во дворе, я же обещал транспорт вызвать. Кстати, тетка тут какая-то заходила, говорит, соседка, зовут ее еще… Васильевна, во!
- И что? - я переложила в клатч мобильный, носовой платок и банковскую карту. Наличных не осталось совсем, но за такси можно было и безналом заплатить.
- Я ей сказал, что твой племянник из Удмуртии, имей в виду.
- Ладно.
Через две недели Васильевне придется знакомиться уже с новыми соседями.
Таксист попался молчаливый, по дороге я думала о своем, том, что вряд ли когда-нибудь решусь озвучить. От мыслей этих щеки горели, а по спине бегали мурашки.
Что сейчас главное? Понравиться покупателю, чтоб он меня на вечеринку в «Пирамиду» пригласил. Это уже завтра. Задача не казалась мне сложной. Стальную змейку вожделеют все, господин Кузьмин, начальник охраны Баринова исключением не будет. А уж там, на вечеринке, я буду действовать по обстоятельствам.
Водитель, видно заскучав, принялся крутить ручку настройки радио.
- Срочные новости…к-х-х... по адресу… произошло задержание… к-х-х… следователь Коростелев… в эфире славигорского телеканала… интервью…
Частота никак не настраивалась, эфир потрескивал помехами, таксист чертыхнулся вполголоса.
- Кого поймали? - негромко спросила я .
- Маньяка, - ответил водила. - Того самого, что девушек убивал. Второй час уже по всем каналам передают.
- Понятно.
Значит, следователь Коростелев нас с Рашуком не подвел, кого надо арестовал. Таксист остановился на какой-то музыкальной волне, спросил, не возражаю ли я против музыки. Я не возражала, слегка оглушенная несущимися из динамиков мощными басами и барабанными переходами. Он сделал погромче.
- Привет, - он, мой невидимый любовник, был рядом, его рука привычно скользнула вдоль бедра, забралась под ткань платья.
- Ты сегодня зачастил, - прошептала я, сдвигая колени. - Прекрати, это в конце-концов неприлично.
Он разочарованно вздохнул. Тоже мне, актер погорелого театра. Я нашла его руку, переплела наши пальцы.
- Отношения — это не только секс.
- А у нас отношения? - он укусил меня за мочку уха и сильнее сжал ладонь.
- Конечно, - я поднесла наши руки к лицу и поцеловала его пальцы. - Не волнуйся, это ненадолго тебя обременит.
- Рашук сказал, что ты больна?
- Не хочу это обсуждать.
- Тогда что хочешь?
- Тебя, - после продолжительного поцелуя пришлось уточнить. - Обсуждать тебя, а не вот это вот…
Он хрипло рассмеялся:
- Я догадался, но не мог отказать себе в удовольствии. Спрашивай, змейка. О чем ты хочешь знать?
- Как тебя зовут, и за что тебя ненавидит Рашук?
