– юноша осёкся, стоило ему встретиться взглядом с тёмными глазами мейстера, злобно смотрящими на него из-под густых бровей. – Мейстер… – выдохнул побледневший парень, который, казалось, вот-вот потеряет сознание.
– Где чёртов бальзам? – с ходу наехал на напуганного парня мейстер.
– Господин Эйден запрещает давать его ночью, – залепетал парень, но тут же осёкся, увидев, как сильнее сдвинулись брови мейстера.
– Господин Эйден будет делать то, что я скажу, – грозно возразил Ида. – Давай, тащи сюда это пойло.
Эйден, услышав это, перевернулся и предпринял попытку что-то возразить, но тут же голова закружилась так, что его повело вбок, и он с трудом не свалился с дивана. Ида громко выдохнул, подошёл к дивану и отодвинул Эйдена от края. На пол посыпались крошки еды, и Ида брезгливо потряс ботинком.
– Томас, верно? – грозно спросил он через плечо, и парень кивнул. Ида неодобрительно сощурился. – Ещё раз увижу квартиру Эйдена в таком состоянии – уволю тебя самолично.
На мгновение Томас застыл у открытого шкафчика кухни, пока Ида не кивнул и юноша не пришёл в себя, доставая с полки, что у него просили. Томас поспешил передать это мейстеру, а сам отошёл подальше, точно расстояние могло его спасти.
Увидев в руке наставника вытянутую бутылку из тёмного стекла, Эйден помотал головой и упрямо проговорил:
– Утром.
– Нет, сейчас, – возразил Ида. – А утром поедешь в отпуск. Меня не устраивает твоё состояние, – он обернулся на Томаса. – Сколько этого давать?
– Треть стакана.
– Сколько?! – Ида сощурился, с трудом различая крошечный текст на этикетке. – Погоди… Тут же написано «Не больше одной столовой ложки».
– Столовая ложка больше не помогает господину…
Ида медленно перевёл взгляд на парня, с трудом сдерживаясь, чтобы не прибить его на месте.
– И поэтому ты вливаешь в него треть стакана?
– Мой отец пьёт его от похмелья, и ничего, – пролепетал Томас, и взгляд Иды стал ещё злее.
– У Эйдена не похмелье, а побочное действие от применения способности! Ему надо принимать это аккуратно, а ты… – Ида тихо зарычал себе под нос, бросил короткий взгляд на развалившегося на диване Эйдена и вытянул в сторону Томаса руку. – Давай ложку.
Ида вручил бутылку Томасу, подошёл к Эйдену и, наполнив ложку, одним движением влил её в рот ученику. Тот хоть и пытался сопротивляться, но получалось у него не очень. Вялые руки слабо упёрлись в грудь крепкому мужчине, а голова кружилась так, что мотать ею из стороны в сторону было бы опрометчиво.
Пока Эйден морщился от выпитого и что-то неразборчиво бубнил себе под нос, Ида протянул ложку Томасу, не глядя на несчастного парня, и, сложив руки на груди, встал посреди комнаты в ожидании какого-то эффекта.
Долгое время ничего не происходило, пока Эйден не заворочался на диване и не застонал. Он распахнул глаза, пытаясь удержаться в сознании, пока его разум болтало по задворкам черепной коробки. Несмотря на ломоту в руках, ногах и запутанный разум, линии перед глазами стали чётче, и совсем скоро Эйден смог разглядеть потемневшее пятно на потолке и зафиксироваться на нём. Вместе со зрением к Эйдену вернулись крупицы сознания.
– Вот чёрт, – еле слышно пробубнил он и прикрыл дрожащими ладонями лицо. – Надо мне после работы надевать сдерживающий способность браслет. Я сегодня чуть не сломал купол…
– Тебе надо отдохнуть, – недовольно процедил Ида. – Завтра чтобы ноги твоей не было в этом мире.
Эйден оторвал руки от лица и, с трудом повернув голову в сторону учителя, непонимающе нахмурился:
– Вы что несёте? Купол вместо меня сами будете ловить?
– Я попросил несколько водников помочь, думаю, уж пару недель без тебя продержимся.
Эйден недовольно фыркнул и пробубнил что-то неразборчивое под нос, но Ида раздражённо махнул рукой и отрезал:
– Я так сказал. Пойдёшь в училище. Как раз тебя просили помочь.
– Я отказался.
– Уже согласился. – Ида повернулся в сторону застывшего посреди комнаты парня с бутылкой. – Где пригласительное письмо из училища?
– Сейчас, – пролепетал Томас и, не сообразив оставить бутылку на столе, вместе с ней бросился к горе писем в прихожей на тумбе.
Вернулся парень со стопкой писем. Пока Ида смерял его нетерпеливым взглядом, Томас достал конверт и протянул ему.
– Вот.
Ида глянул на пару выпавших конвертов и вопросительно кивнул:
– А это что?
– Это письма от родственников, от друзей и от девушек. Правда, – Томас виновато покосился на развалившегося на диване безэмоционального господина, – я ещё не уточнял, с кем именно сейчас встречается господин Эйден…
– Я с кем-то встречаюсь? – раздался удивлённый голос с дивана.
– Мне казалось, да, – Томас достал первое письмо. – Элиза?
Эйден тяжело вздохнул и, не открывая глаза, спросил:
– Такая… Блондинка?
– Нет, Элиза брюнетка.
Томас уже было хотел протянуть конверт Эйдену, но тот помотал головой.
– Нет, брюнетки мне не нравятся…
Растерянный Томас неуверенно пролепетал:
– В прошлом месяце нравились…
– А сейчас – нет.
И Томас бросил конверт прямо на пол, уже выискивая в стопке следующее, но Ида остановил его:
– Может, начать с родственников?
– Нет, только не родственники, – с мольбой протянул Эйден. – Я уже отправлял отцу денег. Хватит.
Ида глянул на ученика с ещё большей озадаченностью.
– А просто поговорить?
– Они только то и делают, что жалеют меня и извиняются, – с отвращением пробубнил Эйден. – Читать их письма больше не могу.
– И Хэмфри?
– Хэмфри перестал мне писать, когда я его послал, – Эйден с трудом открыл глаза и повернулся так, чтобы можно было разглядеть в мутном от грязи окне кусочек купола. – Хотя бы он оставил меня в покое…
Всё с бо?льшим опасением Ида смотрел на Эйдена и всё сильнее убеждался в том, что мальчишке срочно нужен отдых.
Томас судорожно перебирал письма, отбрасывая всё лишнее: от поклонниц, бывших девушек, некоторые из которых даже не знали, что стали бывшими, и от отца.
– О! – радостно воскликнул Томас, вытащив из стопки одно письмо. – От господина Престона!
– Что? – Эйден так резко поднялся на диване, что голову прострелило, и он, вцепившись в волосы, зажмурился. – Дай сюда!
Эйден, не открывая глаз, протянул одну руку вперёд. Томас тут же подскочил и вложил наспех распакованный конверт в руки своему господину. Тот с трудом вытащил письмо, развернул его и уставился в лист бумаги. Буквы превращались в размытые пятна, строчки волнами бегали по листку, и чем сильнее Эйден концентрировался на них, тем сложнее было что-то разглядеть.
– Чёрт, чёрт, чёрт, – злясь на самого себя, бубнил Эйден. В конце концов он не выдержал и протянул письмо наставнику. – Пожалуйста, прочитайте.
– Вслух? – Ида пробежался взглядом по письму и, не дожидаясь ответа, проговорил: – Сказал, что ты идиот, раз отказался от преподавания в училище.
– И всё?
Руки Эйдена дрожали то ли от нетерпения, то ли от предчувствия чего-то нехорошего. Джо раньше никогда не присылал ему письма просто так.
Ида пробежался по строкам и нахмурился.
– Пишет про какое-то самоубийство в соседнем городе. Говорит, что-то заподозрил и собирается проверить.
– Нет, – Эйден вцепился в волосы и зарычал. – От какой даты письмо?
Ида взял из рук Эйдена конверт.
– Неделю назад.
– Чёрт… – Эйден ещё сильнее вцепился в волосы. – Томас, почему ты не сказал мне сразу?
– Но вы… – начал было извиняться перепуганный парень, но Эйден не стал его даже слушать.
– Ещё письма есть?
И мейстер с учеником уставились на копающегося в письмах Томаса. Тот нервно приговаривал «сейчас-сейчас», пока наконец-то не вытащил ещё один конверт и не протянул Эйдену. Его тут же выхватил мейстер и открыл.
Эйден внимательно всматривался в лицо учителя, пытаясь угадать на нём смысл письма. Тут брови мейстера сдвинулись, явно не предвещая ничего хорошего.
– Джозефа обвинили в убийстве с применением способности и арестовали. Пишет, что ничего страшного. Расследование в процессе, ждёт, когда снимут обвинения.
– В смысле, арестовали?
Эйден потряс головой. Он всё ещё не до конца пришёл в себя. Казалось, если бы он как следует напрягся, то смог бы прогнать этот кошмар. Юноша беспомощно смотрел на учителя, надеясь, что тот скажет, что всё это очень плохая шутка, но тот молча перечитывал письма, серьёзно сдвинув брови и постукивая пальцем по подбородку.
Тут раздался телефонный звонок. Томас от страха подскочил, Эйден зажал уши руками, а Ида невозмутимо подошёл к телефону и поднял трубку:
– Мейстер Ида слушает, – пробасил он, а через мгновение уже повернулся к Эйдену. – Это Хэмфри. Хочет поговорить с тобой.
– Ему что, не с кем поболтать? – сквозь зубы процедил Эйден, всё ещё не в силах отойти от пронзающего голову телефонного звонка.
– Это насчёт Джо.
Эйден вскочил с дивана и хотел уже было броситься к телефону, но силы ещё не вернулись к нему, и он неловко упал на пол, с трудом удержавшись за край дивана, чтобы не полететь головой вниз. Он громко окликнул Томаса, и тот стрелой подскочил к господину и помог тому встать. Эйден из последних сил доковылял к Иде и вырвал из рук озадаченного начтавника трубку. Юноша приложил её к уху и нетерпеливо рявкнул:
– Что там с Джо?
– Там… Он… Привет, – раздался неуверенный голос Хэмфри, и Эйден раздражённо ударил ладонью по столу.
– Говори нормально, не мямли!
В трубке послышался тяжёлый вздох, затем какое-то шуршание. Несколько секунд была тишина, которая раздражала ещё сильнее, чем еле различимый лепет брата. Эйден уже был готов заорать в трубку, но тут Хэмфри наконец-то заговорил:
– Кто-то напал на Джо. Он жив, но лежит в госпитале без сознания. Говорят, должен выбраться, но он потерял много крови, и у него сильная травма головы.
– Когда?.. – не своим голосом спросил Эйден, так и не сумев закончить вопрос.
Кто-то напал… Эйден был почти уверен, что знал, кто именно. И если это было так…
– Джо принесли около двух часов назад, – раздался дрожащий голос Хэмфри. – Но нашли его не сразу.
В один момент последние силы оставили Эйдена, и его рука обессилено упала на стол вместе с трубкой, из которой всё ещё раздавался голос Хэмфри. И сам Эйден бы наверняка упал, если бы Ида вовремя не поддержал его.
Совершенно забыв про брата на том конце провода, Эйден оглядел комнату, выцепил взглядом Томаса и кивнул ему.
– Неси бальзам.
– Тебе больше нельзя, – строго процедил Ида ему на ухо.
– Я еду в училище, – Эйден упрямо уставился на наставника. – Сейчас. А в таком состоянии я не доберусь.
Ида помялся пару секунд и одобрительно кивнул Томасу.
– Но только одну ложку и с условием, что ты в ближайшее время обойдёшься без него.
– Хорошо, – устало кивнул Эйден, зная, что с Идой спорить бесполезно. Эйден уже было рванул собирать вещи, но тут вспомнил про Хэмфри, наклонился к брошенной на стол трубке и неуверенно спросил: – Как там Кэрол?
– Сидит возле Джо, плачет, – нехотя ответил Хэмфри. – Никак не могу её увести спать.
Эйден прикрыл глаза. Он хотел вспомнить лицо Кэрол, какой она была сейчас, но перед глазами всплывали воспоминания из прошлого, когда девочка была ещё совсем крошкой, смотрела на него большими глазами с кровавой радужкой и верила каждому сказанному Эйденом слову.
– Чёрт, Хэмфри, – процедил Эйден. Ему было больно даже думать о том, что Кэрол там плачет. – Она же твоя девушка! Уж с ней-то ты можешь хоть что-то сделать!
Эйден устало потёр глаза, не замечая гнетущую паузу в трубке, пока снова не раздался голос Хэмфри, резче и холоднее:
– Спасибо, но со своей девушкой я как-нибудь разберусь без твоих советов, – и Хэмфри бросил трубку.
Эйден так и застыл у трубки в замешательстве. Он несколько раз позвал Хэмфри, пока Ида не положил ему руку на плечо.
Если бы у Эйдена были силы, он бы точно разбил её о стол, но его хватило только на то, чтобы тихо зарычать и со злостью процедить:
– Что я только что сказал? Зачем я это сказал?..
Ида похлопал его по плечу.
– Поедешь к нему и извинишься.
Эйден закивал, оглянулся и попросил Томаса собрать вещи. Парень тут же бросился в спальню, а Ида помог Эйдену дойти до дивана.
– Только пообещай никуда не лезть, – проговорил Ида, нехотя давая ученику ещё одну ложку бальзама. – И отдохнуть как следует.
– Конечно! Только если здесь вдруг…
– Да, – кивнул Ида. – Если что, я самолично выдерну тебя обратно в Аклайн. Но, думаю, какое-то время мы справимся.
Эйден закивал, чувствуя, как медленно отпускает головокружение. Но силы не возвращались, и он устало откинулся на диван и закрыл глаза.
– Пусть Томас разбудит меня, когда соберёт вещи, – пробормотал он и мгновенно уснул.
Ида передал просьбу Томасу, а сам пошёл договариваться, чтобы его ученика пропустили через границу в другой мир. Ему оставалось надеяться только на то, что за время, проведённое в другом мире, его ученик сможет отдохнуть и набраться сил. И на то, что с Аклайном за это время не случится ничего катастрофического.
Мир Джерома, город Даэрум, 25.10.1114 г (утро того же дня)
Этот день начался ещё тревожнее и тише, чем все предыдущие. Чувство неотвратимой опасности подобралось вплотную, когда юная принцесса мира Смоук проснулась от кошмара и бросилась будить брата, в надежде предотвратить то будущее, которое она увидела.
А дальше здание накрыла волна ужаса.
Ещё до того, как в лазарет принесли раненого Джо, отправили за целительницей из училища. Один за одним просыпались ученики, и Кэрол, только проснувшись, переполошила всех. Кто-то хлопотал у кровати Джо, кто-то сидел за дверью, кто-то безуспешно пытался унять растущую тревогу. А где-то далеко, за стенами здания, раздался собачий лай, словно подхватывая человеческую панику.
Все в здании, казалось, постепенно сходили с ума. И никто не заметил остановившийся у крыльца автомобиль и вышедшего из него невысокого беловолосого парня в бежевой дублёнке. Он вытащил из багажника сумку с вещами, огромный чемодан, при каждом движении звякающий металлом, и, махнув водителю, вошёл в здание.
На попытки сторожа остановить названного гостя парень наклонился в окошко сторожевой будки и улыбнулся:
– Доброе утро. У меня здесь брат, тоже белобрысый и с таким же лицом, – он накинул сумку на плечо и освободившейся рукой покрутил пальцем у лица. – Этого будет достаточно, чтобы вы пропустили меня?
Сторож в замешательстве принялся рассматривать квадратное лицо с узкими голубыми глазами, зачесанные в маленький пучок волосы, выбритые виски и глупую улыбку. Пока старик зазевался, Эйден скользнул в здание, обошёл будку со стороны, опустил тяжёлый чемодан на пол и, подмигнув вздрогнувшему от громкого лязга сторожу, проговорил:
– Посторожите, пожалуйста, – и налегке шмыгнул в ближайший коридор, пока любезность старика не исчерпалась.
Эйден прошёл по первому этажу, свернул на первой развилке сначала куда ему подсказывала интуиция, а потом, следуя за указателем, – в лазарет. Он то и дело рассматривал унылые решётки на окнах, похожие на клетку, облупившуюся краску на стенах. Но даже сюда, в это унылое царство порядка и тревоги, пробивались кусочки уже пожелтевшей листвы, радостными пятнами разбросанные по улицам, радуя яркими цветами. Впрочем, после синего Аклайна любые цвета, кроме синего, – радовали.
– Где чёртов бальзам? – с ходу наехал на напуганного парня мейстер.
– Господин Эйден запрещает давать его ночью, – залепетал парень, но тут же осёкся, увидев, как сильнее сдвинулись брови мейстера.
– Господин Эйден будет делать то, что я скажу, – грозно возразил Ида. – Давай, тащи сюда это пойло.
Эйден, услышав это, перевернулся и предпринял попытку что-то возразить, но тут же голова закружилась так, что его повело вбок, и он с трудом не свалился с дивана. Ида громко выдохнул, подошёл к дивану и отодвинул Эйдена от края. На пол посыпались крошки еды, и Ида брезгливо потряс ботинком.
– Томас, верно? – грозно спросил он через плечо, и парень кивнул. Ида неодобрительно сощурился. – Ещё раз увижу квартиру Эйдена в таком состоянии – уволю тебя самолично.
На мгновение Томас застыл у открытого шкафчика кухни, пока Ида не кивнул и юноша не пришёл в себя, доставая с полки, что у него просили. Томас поспешил передать это мейстеру, а сам отошёл подальше, точно расстояние могло его спасти.
Увидев в руке наставника вытянутую бутылку из тёмного стекла, Эйден помотал головой и упрямо проговорил:
– Утром.
– Нет, сейчас, – возразил Ида. – А утром поедешь в отпуск. Меня не устраивает твоё состояние, – он обернулся на Томаса. – Сколько этого давать?
– Треть стакана.
– Сколько?! – Ида сощурился, с трудом различая крошечный текст на этикетке. – Погоди… Тут же написано «Не больше одной столовой ложки».
– Столовая ложка больше не помогает господину…
Ида медленно перевёл взгляд на парня, с трудом сдерживаясь, чтобы не прибить его на месте.
– И поэтому ты вливаешь в него треть стакана?
– Мой отец пьёт его от похмелья, и ничего, – пролепетал Томас, и взгляд Иды стал ещё злее.
– У Эйдена не похмелье, а побочное действие от применения способности! Ему надо принимать это аккуратно, а ты… – Ида тихо зарычал себе под нос, бросил короткий взгляд на развалившегося на диване Эйдена и вытянул в сторону Томаса руку. – Давай ложку.
Ида вручил бутылку Томасу, подошёл к Эйдену и, наполнив ложку, одним движением влил её в рот ученику. Тот хоть и пытался сопротивляться, но получалось у него не очень. Вялые руки слабо упёрлись в грудь крепкому мужчине, а голова кружилась так, что мотать ею из стороны в сторону было бы опрометчиво.
Пока Эйден морщился от выпитого и что-то неразборчиво бубнил себе под нос, Ида протянул ложку Томасу, не глядя на несчастного парня, и, сложив руки на груди, встал посреди комнаты в ожидании какого-то эффекта.
Долгое время ничего не происходило, пока Эйден не заворочался на диване и не застонал. Он распахнул глаза, пытаясь удержаться в сознании, пока его разум болтало по задворкам черепной коробки. Несмотря на ломоту в руках, ногах и запутанный разум, линии перед глазами стали чётче, и совсем скоро Эйден смог разглядеть потемневшее пятно на потолке и зафиксироваться на нём. Вместе со зрением к Эйдену вернулись крупицы сознания.
– Вот чёрт, – еле слышно пробубнил он и прикрыл дрожащими ладонями лицо. – Надо мне после работы надевать сдерживающий способность браслет. Я сегодня чуть не сломал купол…
– Тебе надо отдохнуть, – недовольно процедил Ида. – Завтра чтобы ноги твоей не было в этом мире.
Эйден оторвал руки от лица и, с трудом повернув голову в сторону учителя, непонимающе нахмурился:
– Вы что несёте? Купол вместо меня сами будете ловить?
– Я попросил несколько водников помочь, думаю, уж пару недель без тебя продержимся.
Эйден недовольно фыркнул и пробубнил что-то неразборчивое под нос, но Ида раздражённо махнул рукой и отрезал:
– Я так сказал. Пойдёшь в училище. Как раз тебя просили помочь.
– Я отказался.
– Уже согласился. – Ида повернулся в сторону застывшего посреди комнаты парня с бутылкой. – Где пригласительное письмо из училища?
– Сейчас, – пролепетал Томас и, не сообразив оставить бутылку на столе, вместе с ней бросился к горе писем в прихожей на тумбе.
Вернулся парень со стопкой писем. Пока Ида смерял его нетерпеливым взглядом, Томас достал конверт и протянул ему.
– Вот.
Ида глянул на пару выпавших конвертов и вопросительно кивнул:
– А это что?
– Это письма от родственников, от друзей и от девушек. Правда, – Томас виновато покосился на развалившегося на диване безэмоционального господина, – я ещё не уточнял, с кем именно сейчас встречается господин Эйден…
– Я с кем-то встречаюсь? – раздался удивлённый голос с дивана.
– Мне казалось, да, – Томас достал первое письмо. – Элиза?
Эйден тяжело вздохнул и, не открывая глаза, спросил:
– Такая… Блондинка?
– Нет, Элиза брюнетка.
Томас уже было хотел протянуть конверт Эйдену, но тот помотал головой.
– Нет, брюнетки мне не нравятся…
Растерянный Томас неуверенно пролепетал:
– В прошлом месяце нравились…
– А сейчас – нет.
И Томас бросил конверт прямо на пол, уже выискивая в стопке следующее, но Ида остановил его:
– Может, начать с родственников?
– Нет, только не родственники, – с мольбой протянул Эйден. – Я уже отправлял отцу денег. Хватит.
Ида глянул на ученика с ещё большей озадаченностью.
– А просто поговорить?
– Они только то и делают, что жалеют меня и извиняются, – с отвращением пробубнил Эйден. – Читать их письма больше не могу.
– И Хэмфри?
– Хэмфри перестал мне писать, когда я его послал, – Эйден с трудом открыл глаза и повернулся так, чтобы можно было разглядеть в мутном от грязи окне кусочек купола. – Хотя бы он оставил меня в покое…
Всё с бо?льшим опасением Ида смотрел на Эйдена и всё сильнее убеждался в том, что мальчишке срочно нужен отдых.
Томас судорожно перебирал письма, отбрасывая всё лишнее: от поклонниц, бывших девушек, некоторые из которых даже не знали, что стали бывшими, и от отца.
– О! – радостно воскликнул Томас, вытащив из стопки одно письмо. – От господина Престона!
– Что? – Эйден так резко поднялся на диване, что голову прострелило, и он, вцепившись в волосы, зажмурился. – Дай сюда!
Эйден, не открывая глаз, протянул одну руку вперёд. Томас тут же подскочил и вложил наспех распакованный конверт в руки своему господину. Тот с трудом вытащил письмо, развернул его и уставился в лист бумаги. Буквы превращались в размытые пятна, строчки волнами бегали по листку, и чем сильнее Эйден концентрировался на них, тем сложнее было что-то разглядеть.
– Чёрт, чёрт, чёрт, – злясь на самого себя, бубнил Эйден. В конце концов он не выдержал и протянул письмо наставнику. – Пожалуйста, прочитайте.
– Вслух? – Ида пробежался взглядом по письму и, не дожидаясь ответа, проговорил: – Сказал, что ты идиот, раз отказался от преподавания в училище.
– И всё?
Руки Эйдена дрожали то ли от нетерпения, то ли от предчувствия чего-то нехорошего. Джо раньше никогда не присылал ему письма просто так.
Ида пробежался по строкам и нахмурился.
– Пишет про какое-то самоубийство в соседнем городе. Говорит, что-то заподозрил и собирается проверить.
– Нет, – Эйден вцепился в волосы и зарычал. – От какой даты письмо?
Ида взял из рук Эйдена конверт.
– Неделю назад.
– Чёрт… – Эйден ещё сильнее вцепился в волосы. – Томас, почему ты не сказал мне сразу?
– Но вы… – начал было извиняться перепуганный парень, но Эйден не стал его даже слушать.
– Ещё письма есть?
И мейстер с учеником уставились на копающегося в письмах Томаса. Тот нервно приговаривал «сейчас-сейчас», пока наконец-то не вытащил ещё один конверт и не протянул Эйдену. Его тут же выхватил мейстер и открыл.
Эйден внимательно всматривался в лицо учителя, пытаясь угадать на нём смысл письма. Тут брови мейстера сдвинулись, явно не предвещая ничего хорошего.
– Джозефа обвинили в убийстве с применением способности и арестовали. Пишет, что ничего страшного. Расследование в процессе, ждёт, когда снимут обвинения.
– В смысле, арестовали?
Эйден потряс головой. Он всё ещё не до конца пришёл в себя. Казалось, если бы он как следует напрягся, то смог бы прогнать этот кошмар. Юноша беспомощно смотрел на учителя, надеясь, что тот скажет, что всё это очень плохая шутка, но тот молча перечитывал письма, серьёзно сдвинув брови и постукивая пальцем по подбородку.
Тут раздался телефонный звонок. Томас от страха подскочил, Эйден зажал уши руками, а Ида невозмутимо подошёл к телефону и поднял трубку:
– Мейстер Ида слушает, – пробасил он, а через мгновение уже повернулся к Эйдену. – Это Хэмфри. Хочет поговорить с тобой.
– Ему что, не с кем поболтать? – сквозь зубы процедил Эйден, всё ещё не в силах отойти от пронзающего голову телефонного звонка.
– Это насчёт Джо.
Эйден вскочил с дивана и хотел уже было броситься к телефону, но силы ещё не вернулись к нему, и он неловко упал на пол, с трудом удержавшись за край дивана, чтобы не полететь головой вниз. Он громко окликнул Томаса, и тот стрелой подскочил к господину и помог тому встать. Эйден из последних сил доковылял к Иде и вырвал из рук озадаченного начтавника трубку. Юноша приложил её к уху и нетерпеливо рявкнул:
– Что там с Джо?
– Там… Он… Привет, – раздался неуверенный голос Хэмфри, и Эйден раздражённо ударил ладонью по столу.
– Говори нормально, не мямли!
В трубке послышался тяжёлый вздох, затем какое-то шуршание. Несколько секунд была тишина, которая раздражала ещё сильнее, чем еле различимый лепет брата. Эйден уже был готов заорать в трубку, но тут Хэмфри наконец-то заговорил:
– Кто-то напал на Джо. Он жив, но лежит в госпитале без сознания. Говорят, должен выбраться, но он потерял много крови, и у него сильная травма головы.
– Когда?.. – не своим голосом спросил Эйден, так и не сумев закончить вопрос.
Кто-то напал… Эйден был почти уверен, что знал, кто именно. И если это было так…
– Джо принесли около двух часов назад, – раздался дрожащий голос Хэмфри. – Но нашли его не сразу.
В один момент последние силы оставили Эйдена, и его рука обессилено упала на стол вместе с трубкой, из которой всё ещё раздавался голос Хэмфри. И сам Эйден бы наверняка упал, если бы Ида вовремя не поддержал его.
Совершенно забыв про брата на том конце провода, Эйден оглядел комнату, выцепил взглядом Томаса и кивнул ему.
– Неси бальзам.
– Тебе больше нельзя, – строго процедил Ида ему на ухо.
– Я еду в училище, – Эйден упрямо уставился на наставника. – Сейчас. А в таком состоянии я не доберусь.
Ида помялся пару секунд и одобрительно кивнул Томасу.
– Но только одну ложку и с условием, что ты в ближайшее время обойдёшься без него.
– Хорошо, – устало кивнул Эйден, зная, что с Идой спорить бесполезно. Эйден уже было рванул собирать вещи, но тут вспомнил про Хэмфри, наклонился к брошенной на стол трубке и неуверенно спросил: – Как там Кэрол?
– Сидит возле Джо, плачет, – нехотя ответил Хэмфри. – Никак не могу её увести спать.
Эйден прикрыл глаза. Он хотел вспомнить лицо Кэрол, какой она была сейчас, но перед глазами всплывали воспоминания из прошлого, когда девочка была ещё совсем крошкой, смотрела на него большими глазами с кровавой радужкой и верила каждому сказанному Эйденом слову.
– Чёрт, Хэмфри, – процедил Эйден. Ему было больно даже думать о том, что Кэрол там плачет. – Она же твоя девушка! Уж с ней-то ты можешь хоть что-то сделать!
Эйден устало потёр глаза, не замечая гнетущую паузу в трубке, пока снова не раздался голос Хэмфри, резче и холоднее:
– Спасибо, но со своей девушкой я как-нибудь разберусь без твоих советов, – и Хэмфри бросил трубку.
Эйден так и застыл у трубки в замешательстве. Он несколько раз позвал Хэмфри, пока Ида не положил ему руку на плечо.
Если бы у Эйдена были силы, он бы точно разбил её о стол, но его хватило только на то, чтобы тихо зарычать и со злостью процедить:
– Что я только что сказал? Зачем я это сказал?..
Ида похлопал его по плечу.
– Поедешь к нему и извинишься.
Эйден закивал, оглянулся и попросил Томаса собрать вещи. Парень тут же бросился в спальню, а Ида помог Эйдену дойти до дивана.
– Только пообещай никуда не лезть, – проговорил Ида, нехотя давая ученику ещё одну ложку бальзама. – И отдохнуть как следует.
– Конечно! Только если здесь вдруг…
– Да, – кивнул Ида. – Если что, я самолично выдерну тебя обратно в Аклайн. Но, думаю, какое-то время мы справимся.
Эйден закивал, чувствуя, как медленно отпускает головокружение. Но силы не возвращались, и он устало откинулся на диван и закрыл глаза.
– Пусть Томас разбудит меня, когда соберёт вещи, – пробормотал он и мгновенно уснул.
Ида передал просьбу Томасу, а сам пошёл договариваться, чтобы его ученика пропустили через границу в другой мир. Ему оставалось надеяться только на то, что за время, проведённое в другом мире, его ученик сможет отдохнуть и набраться сил. И на то, что с Аклайном за это время не случится ничего катастрофического.
Глава 52. Яркие пятна
Мир Джерома, город Даэрум, 25.10.1114 г (утро того же дня)
Этот день начался ещё тревожнее и тише, чем все предыдущие. Чувство неотвратимой опасности подобралось вплотную, когда юная принцесса мира Смоук проснулась от кошмара и бросилась будить брата, в надежде предотвратить то будущее, которое она увидела.
А дальше здание накрыла волна ужаса.
Ещё до того, как в лазарет принесли раненого Джо, отправили за целительницей из училища. Один за одним просыпались ученики, и Кэрол, только проснувшись, переполошила всех. Кто-то хлопотал у кровати Джо, кто-то сидел за дверью, кто-то безуспешно пытался унять растущую тревогу. А где-то далеко, за стенами здания, раздался собачий лай, словно подхватывая человеческую панику.
Все в здании, казалось, постепенно сходили с ума. И никто не заметил остановившийся у крыльца автомобиль и вышедшего из него невысокого беловолосого парня в бежевой дублёнке. Он вытащил из багажника сумку с вещами, огромный чемодан, при каждом движении звякающий металлом, и, махнув водителю, вошёл в здание.
На попытки сторожа остановить названного гостя парень наклонился в окошко сторожевой будки и улыбнулся:
– Доброе утро. У меня здесь брат, тоже белобрысый и с таким же лицом, – он накинул сумку на плечо и освободившейся рукой покрутил пальцем у лица. – Этого будет достаточно, чтобы вы пропустили меня?
Сторож в замешательстве принялся рассматривать квадратное лицо с узкими голубыми глазами, зачесанные в маленький пучок волосы, выбритые виски и глупую улыбку. Пока старик зазевался, Эйден скользнул в здание, обошёл будку со стороны, опустил тяжёлый чемодан на пол и, подмигнув вздрогнувшему от громкого лязга сторожу, проговорил:
– Посторожите, пожалуйста, – и налегке шмыгнул в ближайший коридор, пока любезность старика не исчерпалась.
Эйден прошёл по первому этажу, свернул на первой развилке сначала куда ему подсказывала интуиция, а потом, следуя за указателем, – в лазарет. Он то и дело рассматривал унылые решётки на окнах, похожие на клетку, облупившуюся краску на стенах. Но даже сюда, в это унылое царство порядка и тревоги, пробивались кусочки уже пожелтевшей листвы, радостными пятнами разбросанные по улицам, радуя яркими цветами. Впрочем, после синего Аклайна любые цвета, кроме синего, – радовали.
