- Значит, и ты изучал подобное.
- Дядя настаивал на разнообразном образовании, - слегка уклонился наг-трубадур от точного ответа, а принцесса не стала настаивать на получении более подробной информации.
- В любом случае я официально благодарю тебя за столь ценный дар. О старом горшке никто не знает, я уничтожила его. И никто не узнает. Правда...
- Есть условие? – грустно продолжил Арнит. А чего он, собственно говоря, хотел? Решил, что попал в сказку с принцессой, которую над расколдовать? Правда, пока не понятно, от какого проклятия избавлять, да и захочет королевская дочь принять помощь практически от незнакомца.
- Условие? Нет. Просьба. И ты вовсе не обязан её выполнять, - торопливо добавила Миларея.
Арнит ощутил себя нерадивым учеником, пропустившим много занятий и совершенно не понимающим тему, объясняемую учителем. А лучший способ разобраться в такой ситуации, - спросить. Что наг-трубадур и сделал.
- Я готов помочь. Только пока не очень понимаю, в чём и как. Объяснишь?
- Лучше покажу. Кстати, как ты себя чувствуешь? Молодило помогло?
- Молодило? Это зелье?
- Нет, просто растение. Смотри. Миларея снова подошла к столику, и взяла в руки маленький горшочек. Там росло какое-то странное растение, слегка напоминавшее распустившуюся розу. Только лепестки, точнее, листья, были зелёные с бордовыми кончиками. Причём складывалось ощущение, что на поверхности видно не всё растение, а только его часть.
- Странный цветок, - честно признался Арнит. – А зачем он тебе?
- Молодило или каменная роза не просто выглядит необычно. Она ещё и обладает целебными свойствами. Наши лекари считают, что измельчённые листья, приложенные к ране, ускоряют её заживление. Отвар хорош для лечения язвы желудка. Можно и для борьбы с простудой использовать. Скажу по секрету, некоторые придворные дамы соком выводят бородавки, а ещё щёки мажут для молодости лица.
- И ты? – спросил Арнит, несколько потерявший ориентацию в таком количестве информации.
- Да мне незачем, - сразу погрустнела принцесса. – Я бы предпочла повзрослеть. Но так как это невозможно, давай я лучше тебе покажу…
- Подожди, - перебил наг-трубадур, - почему невозможно?
- Потому что проклятие не снимается, - как-то деланно-безразлично ответила Миларея.
- Так не бывает! – возразил Арнит. – Любое проклятие имеет условие для снятия.
- Может, и имеет. Просто есть невыполнимые варианты. Совершенно невыполнимые. Хватит об этом! – повелительно завершила тему принцесса, и Арнит решил, что найдёт потом у кого выяснить про проклятие и настаивать на продолжении разговора не стал.
- Так какую просьбу я должен выполнить? – спросил Арнит.
- Можешь, не должен, - поправила Миларея.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Принцесса привела нага-трубадура в сад. Не в ту официальную часть, где кусты были подстрижены садовниками в практически идеальные шары и конусы. Нет, Миларея миновала пару лабиринтов, не задержалась ни у небольшого фонтана с фигурой какого-то неведомого зверя, ни у пруда с гигантскими лилиями. Сойдя с основной дороги, выложенной мелким плоским гравием (такого змеелюду ещё не приходилось встречать), младшая наследница свернула на незаметную тропку. Арнит последовал за ней. Сгустился непонятно откуда взявшийся туман, и девушка взяла своего спутника за руку. Казалось бы, просто прикосновение руки. Но Арниту хотелось так идти и идти, не останавливаясь.
Но любая дорога когда-то заканчивается. Остановилась и принцесса. И держать за руку перестала.
- Что это? – изумлённо и огорчённо одновременно сказал Арнит, глядя на стоявшее в центре небольшой лужайки засохшее дерево
- Дерево желаний. Во всяком случае, когда-то его называли именно так
- Дерево жизни – это легенда. Говорят, оно бессмертно
- Если желаний не становится слишком много, а благодарностей слишком мало, - с грустью продолжила принцесса. Росток был привезён в подарок ещё моему пра-прадеду. Тот дал ему вырасти и окрепнуть, попросив лишь дважды об излечении близких людей, а потом долгое время лично ухаживал за деревом, помогая тому восстановиться. И не просто поливал и подбирал удобрения, а разговаривал, пел песни, рассказывал сказки. И дерево крепло, росло, становясь выше и выращивая новые и новые ветки. Дед тоже старался беречь полученное в подарок дерево. Тут раньше стояла стража, и без личного королевского дозволения никто не мог подойти. А когда я получила проклятие, отец, испробовав все мыслимые и немыслимые средства, стал просить помощи о дерева. И не только сам. Он практически повелел всем придворным просить того же.
- Вот только, чтобы желание исполнилось, оно должно идти из самого сердца, и просящий должен быть готов отдать за исполнение часть сердца. Так говорилось в легенде… И мне кажется, что не все просили о помощи тебе. Или не только об этом.
- Ты прав. Искренно просили для себя и своих близких. А обо мне- по принуждению или по долгу королю.
- Дерево просто не выдержало, да?
- Да. Сначала оно перестало расти, затем опали листья, стали ломаться ветки.. – И вот, он него практически ничего не осталось.
Арнит прикоснулся к коре, практически обнял ствол , надеясь услышать хоть минимальное отклик жизни. И он был. Но такой слабый, едва различимый, что впору было усомниться, а есть ли он на самом деле.
- Его искра жизни затухает, - грустно сказал наг-трубадур. – И боюсь, моей магии не хватит, чтобы возродить её. Да и вряд ли мои чары будут приняты.
Принцесса не стала уточнять почему. Маленький росток был когда-то привезён из далёкой восточной страны, где, по слухам летали на коврах и умели находить любые сокровища, просто слыша их зов. Но за те годы, что дерево росло, оно сроднилось с именно этой землёй, а магия нагов была здесь не особенно созвучна.
- А моя магия? – после недолгих раздумий спросила принцесса. Она тоже обняла ствол, и руки Арнита и Милареи снова соприкоснулись.
- Тут нужно отдать очень много сил. А у тебя…
- Не так мало, как кажется, - резко ответила принцесса. – Да и амулеты тоже лишними не будут. Что надо делать?
- Пока ничего. Я буду петь и слушать ответ. А ты просто будь рядом.
- Хорошо, - просто сказала девушка, даже не подумав спорить.
И Арнит запел. Он не придумывал слова, они сами возникали в голове и наг просто отпускал их в мир. Рядом запела верная флуэрта, хотя Арнит точно знал, что так лежит в комнате
Мать в колыбельке сына качала.
Счастья, здоровья ему пожелала
Сердцем желала, желала душой.
Небо услышало. Яркой звездой
Чудо на землю летело, сверкало,
В семя просто светом попало,
И через время, в положенный срок,
Вырос весьма необычный росток.
Так говорят мудрецы-старики,
Древо желаний сложно найти,
Можно пройти, не заметив его,
Вот было близко, теперь далеко.
Древо желаний в песке и во льдах
Может расти. Не простая вода
Древу нужна и не солнца лучи,
Песнь, что звучит на струнах души.
Арнит пел, звучала фруэрта. Наг чувствовал, едва ощутимо откликается сердце древа желаний. Наг-трубадур понимал, что шанс возродить есть, вот только сил тратилось гораздо больше, чем он предположил, ощутив первый магический отклик. Дерево не восприняло его врагом, но оно было так измучено исполнением человеческих желаний, что и само не знало, хочет ли своего возрождения. Во всяком случае Арнит воспринял это именно так. Молодой змеелюд чувствовал, что начинает отдавать не только магию, но и собственные силы. Дерево было жалко, но и так обрывать собственную жизнь… По счастью, сложное решение принимать не пришлось. Словно дуновение свежего ветерка, Арнит почувствовал, что через руки принцесса передаёт ему свою магию.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Сразу стало легче. Молодой наг перестал задыхаться, да и отклик от дерева стал сильнее. Правда, некоторое время спустя ощущение магической подпитки изменилось. Если сначала поток был лёгким, воздушным, потом он уплотнился, став похожим на водяной поток, а затем и вовсе преобразился в какое-то текущее грязевое безобразие. Было так противно, что Арнит едва не отдёрнул руки. Но всё же, хоть и с большим трудом, смог удержаться. Какое-то исконное глубинное знание рода подсказывало (хоть и не объясняло), что следует перетерпеть. Да и само дерево, похоже, не собиралось отпускать молодого змеелюда. Нагу-трубадуру казалось, что его ладони просто прилипли к коре. Чтобы отвлечься, Арнит стал вспоминать разные смешные стишки и считалочки.
Чижистый пыжик ел бутерброд.
Пыжистый чижик смотрел ему в рот.
Галка с вороной делили кольцо,
В зеркало чьё-то смотрело лицо,
Лужа поймала каплю дождя,
А на заборе сороки сидят,
Новой подковой довольна блоха,
Что это было? Да так, чепуха!
Помогло. Поток снова стал напоминать текучую воду, а затем в него стали вплетаться огненные искорки. Да, в теории подобное было невозможно, но воспринималось нагом-трубадуром это именно так.
- Невозможно! – прошептала принцесса. – Это совершенно невозможно!
Арнит почувствовал, что может оторвать руки от коры, встал поудобнее, не отходя далеко от дерева и поднял взгляд на Миларею. Принцессы рядом не было. Точнее не было той веснушчатой девочки, которую он встретил в лесу. Сейчас Арнит сказал, что стоящая рядом девушка вышла из подросткового возраста и из бутона становится почти раскрывшимся цветком. Родинка тоже изменилась. Она больше не переливалась оттенками оранжевого, красного и зелёного, приобретя ровный красно-оранжевый цвет. И лишь на кончиках «листочка» можно было заметить зелёные точки.
- Ты повзрослела, - также тихо сказал Арнит. – Похоже, проклятие снято.
- Снято, - подтвердила принцесса. И дерево ожило.
Арнит всмотрелся.
Дерево желаний изменилось разительно. Трещины на стволе исчезли, затянулись, словно и не было. Скрученные засохшие ветки распрямились, налились золотым светом. На ветках чуть подрагивали, готовые вот-вот готовые раскрыться набухшие бронзовые почки.
- Совсем скоро оно будет готово снова исполнять желания.
Надо рассказать королю?
- Чуть позже. Ты и так совершил чудо, вернув его к жизни.
- Мы совершили, - поправил наг-трубадур, не желая приписывать себе одному заслуги.
- Будет лучше, если для всех спасителем будешь ты. Особенно, когда предстанешь перед народом в истинном облике.
- Почему? Разве не лучше, если королевские подданные будут думать, что волшебное дерево возродила принцесса?
- И к этой принцессе будут целыми днями идти просители, утверждая, что именно их желание самое важное и строчное. Даже если оно заключается в починке старой крыши.
- Крышу и самим починить можно! – возмутился молодой змеелюд. – Глупо тратить единственное желание на такую мелочь. Насколько я помню, правила такие?
- Правильно помнишь, - согласилась Миларея, - только человеческое любопытство чаще сильнее доводов разума. Не известно, нужна ли будет срочная помощь в будущем, а увидеть возрождённое дерево желаний и рассказать всем можно сейчас. Так что пока не стоит всех «радовать».
- И какая же будет официальная версия? Дерево-то светится, кто-то явно заметит.
- А это магия сильного нага-посла так лечит дерево, и подходить к нему и мешать строжайше всем запрещено. Но отвращающий купол всё равно надо усилить и стражу выставить.
- А потом? Когда-то же «великий маг» должен закончить лечение?
- Потом будет великий праздник, во время которого произойдёт чудо, и проклятие с младшей принцессы будет снят тем же нагом- чародеем.
- Думаешь, у меня не побегут просить?
- А ты принимай в боевой ипостаси, - предложила Миларея. – Тогда или дар речи потеряют сразу, или просить не рискнут. Но с отказом в просьбе точно не станут спорить. Страшно же! – и девушка расхохоталась. Ей явно страшно не было, хотя и видела она Арнита не только в человеческой ипостаси.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
- Так какое-же было условие снятия проклятия?- решил уточнить Арнит. – Теперь же можно рассказать?
- Можно. Звучало странно, хотя теперь хотя бы понятнее, чем раньше. – Принцесса поймала вопросительный взгляд Арнита и процитировала:
Годы таятся в засохшей листве,
Нужен садовник? Приходят не те.
Хвост должен ствол засохший обнять,
Чтобы то древо могло засиять.
Свет золотой только сам по себе
Вряд ли поможет в этой беде,
Должен огонь смыть тёмную грязь,
А грубый горшок поменять свою вязь.
Если всё сложится в новый узор,
Будет принцесса опять радовать взор.
- Да, понять и правда было невозможно.
- Да я и сейчас про грязь не совсем поняла, - призналась Миларея.
- Я так чувствовал твоё проклятие. Но вот откуда потом взялись огненные искры…
- А вы что, не догадались? Из кольца, конечно! На ветке дерева возникла знакомая фея. Дерево тихонько зашелестело листвой, приветствуя её. Один бутон полностью раскрылся, маленький цветок отделился от ветки и плавно приземлился на ладошку феечке. Та погладила его, поблагодарила и прикрепила на прядку волос. Никакой заколки видно не было, но цветок держался и вовсе не думал падать. Более того, лепестки стали разноцветные (даже несколько добавилось) и окрасились в цвета радуги.
Фея погладила веточку, на которой сидела, потом вспорхнула, облетела вокруг дерева, щедро осыпая то своей блестящей волшебной пыльцой. Ветки, листья, бутоны и полностью раскрывшиеся цветы замерцали.
- Ну вот, теперь со всякими дурацкими желаниями никто подходить не будет, - довольно потирая руки, сказала феечка.
- Почему? – дерево же ещё красивей стало, - не понял наг-трубадур.
- Это для тебя так, потому что ты его спас, да и глупости исполнять точно не собирался. А вот для остальных…
- Что за ужасный запах? – донеслось со стороны центральной аллеи. Кто-то возмущался слегка гнусавым голосом, будто зажал себе нос рукой, - Неужели кто-то решил сделать в королевском саду мусорную яму. Ужасно!
- Ужасно! - подтвердил ещё более гнусавый женский голос, - обязательно пожалуюсь её величеству, когда она вернётся.
- И что, действительно, пожалуется? – уточнил Арнит, дождавшись, когда голоса затихли.
- Не-а, - беспечно ответила феечка, снова севшая на ветку и болтающая ногами, - забудут обо всём через несколько шагов.
- Вот бы придворные дамы забывали о всяких глупостях, - помечтала принцесса.
- Нет, против придворной глупости магия не поможет, - ответила фея. – Зато можно придумать важные, но совершенно невыполнимые поручения!
С этими словами феечка перепорхнула на плечо к принцессе, захихикала и что-то зашептала той на ухо.
Арнит подумал, что если две творческие девушки объединят свои фантазии, придворных дам можно заранее пожалеть. Однако, настроение подобная перспектива не испортила. Напротив, вдруг стало так весело, что он стал напевать про себя какую-то мелодию, мысленно подбирая рифмы. Петь при радужной фее такое он не собирался.
…Сидела фея-крошка
На ветке золотой,
Была она немножко
Неправильной такой.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
«Скрывать» дерево желаний решили месяц. За это время ствол «растостел» раза в два, ветки и вовсе увеличили своё количество раза в четыре, и останавливаться на этот не собирались. Количество появляющихся каждый день листьев считать перестали практически сразу, уж слишком
- Дядя настаивал на разнообразном образовании, - слегка уклонился наг-трубадур от точного ответа, а принцесса не стала настаивать на получении более подробной информации.
- В любом случае я официально благодарю тебя за столь ценный дар. О старом горшке никто не знает, я уничтожила его. И никто не узнает. Правда...
- Есть условие? – грустно продолжил Арнит. А чего он, собственно говоря, хотел? Решил, что попал в сказку с принцессой, которую над расколдовать? Правда, пока не понятно, от какого проклятия избавлять, да и захочет королевская дочь принять помощь практически от незнакомца.
- Условие? Нет. Просьба. И ты вовсе не обязан её выполнять, - торопливо добавила Миларея.
Арнит ощутил себя нерадивым учеником, пропустившим много занятий и совершенно не понимающим тему, объясняемую учителем. А лучший способ разобраться в такой ситуации, - спросить. Что наг-трубадур и сделал.
- Я готов помочь. Только пока не очень понимаю, в чём и как. Объяснишь?
- Лучше покажу. Кстати, как ты себя чувствуешь? Молодило помогло?
- Молодило? Это зелье?
- Нет, просто растение. Смотри. Миларея снова подошла к столику, и взяла в руки маленький горшочек. Там росло какое-то странное растение, слегка напоминавшее распустившуюся розу. Только лепестки, точнее, листья, были зелёные с бордовыми кончиками. Причём складывалось ощущение, что на поверхности видно не всё растение, а только его часть.
- Странный цветок, - честно признался Арнит. – А зачем он тебе?
- Молодило или каменная роза не просто выглядит необычно. Она ещё и обладает целебными свойствами. Наши лекари считают, что измельчённые листья, приложенные к ране, ускоряют её заживление. Отвар хорош для лечения язвы желудка. Можно и для борьбы с простудой использовать. Скажу по секрету, некоторые придворные дамы соком выводят бородавки, а ещё щёки мажут для молодости лица.
- И ты? – спросил Арнит, несколько потерявший ориентацию в таком количестве информации.
- Да мне незачем, - сразу погрустнела принцесса. – Я бы предпочла повзрослеть. Но так как это невозможно, давай я лучше тебе покажу…
- Подожди, - перебил наг-трубадур, - почему невозможно?
- Потому что проклятие не снимается, - как-то деланно-безразлично ответила Миларея.
- Так не бывает! – возразил Арнит. – Любое проклятие имеет условие для снятия.
- Может, и имеет. Просто есть невыполнимые варианты. Совершенно невыполнимые. Хватит об этом! – повелительно завершила тему принцесса, и Арнит решил, что найдёт потом у кого выяснить про проклятие и настаивать на продолжении разговора не стал.
- Так какую просьбу я должен выполнить? – спросил Арнит.
- Можешь, не должен, - поправила Миларея.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Принцесса привела нага-трубадура в сад. Не в ту официальную часть, где кусты были подстрижены садовниками в практически идеальные шары и конусы. Нет, Миларея миновала пару лабиринтов, не задержалась ни у небольшого фонтана с фигурой какого-то неведомого зверя, ни у пруда с гигантскими лилиями. Сойдя с основной дороги, выложенной мелким плоским гравием (такого змеелюду ещё не приходилось встречать), младшая наследница свернула на незаметную тропку. Арнит последовал за ней. Сгустился непонятно откуда взявшийся туман, и девушка взяла своего спутника за руку. Казалось бы, просто прикосновение руки. Но Арниту хотелось так идти и идти, не останавливаясь.
Но любая дорога когда-то заканчивается. Остановилась и принцесса. И держать за руку перестала.
- Что это? – изумлённо и огорчённо одновременно сказал Арнит, глядя на стоявшее в центре небольшой лужайки засохшее дерево
- Дерево желаний. Во всяком случае, когда-то его называли именно так
- Дерево жизни – это легенда. Говорят, оно бессмертно
- Если желаний не становится слишком много, а благодарностей слишком мало, - с грустью продолжила принцесса. Росток был привезён в подарок ещё моему пра-прадеду. Тот дал ему вырасти и окрепнуть, попросив лишь дважды об излечении близких людей, а потом долгое время лично ухаживал за деревом, помогая тому восстановиться. И не просто поливал и подбирал удобрения, а разговаривал, пел песни, рассказывал сказки. И дерево крепло, росло, становясь выше и выращивая новые и новые ветки. Дед тоже старался беречь полученное в подарок дерево. Тут раньше стояла стража, и без личного королевского дозволения никто не мог подойти. А когда я получила проклятие, отец, испробовав все мыслимые и немыслимые средства, стал просить помощи о дерева. И не только сам. Он практически повелел всем придворным просить того же.
- Вот только, чтобы желание исполнилось, оно должно идти из самого сердца, и просящий должен быть готов отдать за исполнение часть сердца. Так говорилось в легенде… И мне кажется, что не все просили о помощи тебе. Или не только об этом.
- Ты прав. Искренно просили для себя и своих близких. А обо мне- по принуждению или по долгу королю.
- Дерево просто не выдержало, да?
- Да. Сначала оно перестало расти, затем опали листья, стали ломаться ветки.. – И вот, он него практически ничего не осталось.
Арнит прикоснулся к коре, практически обнял ствол , надеясь услышать хоть минимальное отклик жизни. И он был. Но такой слабый, едва различимый, что впору было усомниться, а есть ли он на самом деле.
- Его искра жизни затухает, - грустно сказал наг-трубадур. – И боюсь, моей магии не хватит, чтобы возродить её. Да и вряд ли мои чары будут приняты.
Принцесса не стала уточнять почему. Маленький росток был когда-то привезён из далёкой восточной страны, где, по слухам летали на коврах и умели находить любые сокровища, просто слыша их зов. Но за те годы, что дерево росло, оно сроднилось с именно этой землёй, а магия нагов была здесь не особенно созвучна.
- А моя магия? – после недолгих раздумий спросила принцесса. Она тоже обняла ствол, и руки Арнита и Милареи снова соприкоснулись.
- Тут нужно отдать очень много сил. А у тебя…
- Не так мало, как кажется, - резко ответила принцесса. – Да и амулеты тоже лишними не будут. Что надо делать?
- Пока ничего. Я буду петь и слушать ответ. А ты просто будь рядом.
- Хорошо, - просто сказала девушка, даже не подумав спорить.
И Арнит запел. Он не придумывал слова, они сами возникали в голове и наг просто отпускал их в мир. Рядом запела верная флуэрта, хотя Арнит точно знал, что так лежит в комнате
Мать в колыбельке сына качала.
Счастья, здоровья ему пожелала
Сердцем желала, желала душой.
Небо услышало. Яркой звездой
Чудо на землю летело, сверкало,
В семя просто светом попало,
И через время, в положенный срок,
Вырос весьма необычный росток.
Так говорят мудрецы-старики,
Древо желаний сложно найти,
Можно пройти, не заметив его,
Вот было близко, теперь далеко.
Древо желаний в песке и во льдах
Может расти. Не простая вода
Древу нужна и не солнца лучи,
Песнь, что звучит на струнах души.
Арнит пел, звучала фруэрта. Наг чувствовал, едва ощутимо откликается сердце древа желаний. Наг-трубадур понимал, что шанс возродить есть, вот только сил тратилось гораздо больше, чем он предположил, ощутив первый магический отклик. Дерево не восприняло его врагом, но оно было так измучено исполнением человеческих желаний, что и само не знало, хочет ли своего возрождения. Во всяком случае Арнит воспринял это именно так. Молодой змеелюд чувствовал, что начинает отдавать не только магию, но и собственные силы. Дерево было жалко, но и так обрывать собственную жизнь… По счастью, сложное решение принимать не пришлось. Словно дуновение свежего ветерка, Арнит почувствовал, что через руки принцесса передаёт ему свою магию.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Сразу стало легче. Молодой наг перестал задыхаться, да и отклик от дерева стал сильнее. Правда, некоторое время спустя ощущение магической подпитки изменилось. Если сначала поток был лёгким, воздушным, потом он уплотнился, став похожим на водяной поток, а затем и вовсе преобразился в какое-то текущее грязевое безобразие. Было так противно, что Арнит едва не отдёрнул руки. Но всё же, хоть и с большим трудом, смог удержаться. Какое-то исконное глубинное знание рода подсказывало (хоть и не объясняло), что следует перетерпеть. Да и само дерево, похоже, не собиралось отпускать молодого змеелюда. Нагу-трубадуру казалось, что его ладони просто прилипли к коре. Чтобы отвлечься, Арнит стал вспоминать разные смешные стишки и считалочки.
Чижистый пыжик ел бутерброд.
Пыжистый чижик смотрел ему в рот.
Галка с вороной делили кольцо,
В зеркало чьё-то смотрело лицо,
Лужа поймала каплю дождя,
А на заборе сороки сидят,
Новой подковой довольна блоха,
Что это было? Да так, чепуха!
Помогло. Поток снова стал напоминать текучую воду, а затем в него стали вплетаться огненные искорки. Да, в теории подобное было невозможно, но воспринималось нагом-трубадуром это именно так.
- Невозможно! – прошептала принцесса. – Это совершенно невозможно!
Арнит почувствовал, что может оторвать руки от коры, встал поудобнее, не отходя далеко от дерева и поднял взгляд на Миларею. Принцессы рядом не было. Точнее не было той веснушчатой девочки, которую он встретил в лесу. Сейчас Арнит сказал, что стоящая рядом девушка вышла из подросткового возраста и из бутона становится почти раскрывшимся цветком. Родинка тоже изменилась. Она больше не переливалась оттенками оранжевого, красного и зелёного, приобретя ровный красно-оранжевый цвет. И лишь на кончиках «листочка» можно было заметить зелёные точки.
- Ты повзрослела, - также тихо сказал Арнит. – Похоже, проклятие снято.
- Снято, - подтвердила принцесса. И дерево ожило.
Арнит всмотрелся.
Дерево желаний изменилось разительно. Трещины на стволе исчезли, затянулись, словно и не было. Скрученные засохшие ветки распрямились, налились золотым светом. На ветках чуть подрагивали, готовые вот-вот готовые раскрыться набухшие бронзовые почки.
- Совсем скоро оно будет готово снова исполнять желания.
Надо рассказать королю?
- Чуть позже. Ты и так совершил чудо, вернув его к жизни.
- Мы совершили, - поправил наг-трубадур, не желая приписывать себе одному заслуги.
- Будет лучше, если для всех спасителем будешь ты. Особенно, когда предстанешь перед народом в истинном облике.
- Почему? Разве не лучше, если королевские подданные будут думать, что волшебное дерево возродила принцесса?
- И к этой принцессе будут целыми днями идти просители, утверждая, что именно их желание самое важное и строчное. Даже если оно заключается в починке старой крыши.
- Крышу и самим починить можно! – возмутился молодой змеелюд. – Глупо тратить единственное желание на такую мелочь. Насколько я помню, правила такие?
- Правильно помнишь, - согласилась Миларея, - только человеческое любопытство чаще сильнее доводов разума. Не известно, нужна ли будет срочная помощь в будущем, а увидеть возрождённое дерево желаний и рассказать всем можно сейчас. Так что пока не стоит всех «радовать».
- И какая же будет официальная версия? Дерево-то светится, кто-то явно заметит.
- А это магия сильного нага-посла так лечит дерево, и подходить к нему и мешать строжайше всем запрещено. Но отвращающий купол всё равно надо усилить и стражу выставить.
- А потом? Когда-то же «великий маг» должен закончить лечение?
- Потом будет великий праздник, во время которого произойдёт чудо, и проклятие с младшей принцессы будет снят тем же нагом- чародеем.
- Думаешь, у меня не побегут просить?
- А ты принимай в боевой ипостаси, - предложила Миларея. – Тогда или дар речи потеряют сразу, или просить не рискнут. Но с отказом в просьбе точно не станут спорить. Страшно же! – и девушка расхохоталась. Ей явно страшно не было, хотя и видела она Арнита не только в человеческой ипостаси.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
- Так какое-же было условие снятия проклятия?- решил уточнить Арнит. – Теперь же можно рассказать?
- Можно. Звучало странно, хотя теперь хотя бы понятнее, чем раньше. – Принцесса поймала вопросительный взгляд Арнита и процитировала:
Годы таятся в засохшей листве,
Нужен садовник? Приходят не те.
Хвост должен ствол засохший обнять,
Чтобы то древо могло засиять.
Свет золотой только сам по себе
Вряд ли поможет в этой беде,
Должен огонь смыть тёмную грязь,
А грубый горшок поменять свою вязь.
Если всё сложится в новый узор,
Будет принцесса опять радовать взор.
- Да, понять и правда было невозможно.
- Да я и сейчас про грязь не совсем поняла, - призналась Миларея.
- Я так чувствовал твоё проклятие. Но вот откуда потом взялись огненные искры…
- А вы что, не догадались? Из кольца, конечно! На ветке дерева возникла знакомая фея. Дерево тихонько зашелестело листвой, приветствуя её. Один бутон полностью раскрылся, маленький цветок отделился от ветки и плавно приземлился на ладошку феечке. Та погладила его, поблагодарила и прикрепила на прядку волос. Никакой заколки видно не было, но цветок держался и вовсе не думал падать. Более того, лепестки стали разноцветные (даже несколько добавилось) и окрасились в цвета радуги.
Фея погладила веточку, на которой сидела, потом вспорхнула, облетела вокруг дерева, щедро осыпая то своей блестящей волшебной пыльцой. Ветки, листья, бутоны и полностью раскрывшиеся цветы замерцали.
- Ну вот, теперь со всякими дурацкими желаниями никто подходить не будет, - довольно потирая руки, сказала феечка.
- Почему? – дерево же ещё красивей стало, - не понял наг-трубадур.
- Это для тебя так, потому что ты его спас, да и глупости исполнять точно не собирался. А вот для остальных…
- Что за ужасный запах? – донеслось со стороны центральной аллеи. Кто-то возмущался слегка гнусавым голосом, будто зажал себе нос рукой, - Неужели кто-то решил сделать в королевском саду мусорную яму. Ужасно!
- Ужасно! - подтвердил ещё более гнусавый женский голос, - обязательно пожалуюсь её величеству, когда она вернётся.
- И что, действительно, пожалуется? – уточнил Арнит, дождавшись, когда голоса затихли.
- Не-а, - беспечно ответила феечка, снова севшая на ветку и болтающая ногами, - забудут обо всём через несколько шагов.
- Вот бы придворные дамы забывали о всяких глупостях, - помечтала принцесса.
- Нет, против придворной глупости магия не поможет, - ответила фея. – Зато можно придумать важные, но совершенно невыполнимые поручения!
С этими словами феечка перепорхнула на плечо к принцессе, захихикала и что-то зашептала той на ухо.
Арнит подумал, что если две творческие девушки объединят свои фантазии, придворных дам можно заранее пожалеть. Однако, настроение подобная перспектива не испортила. Напротив, вдруг стало так весело, что он стал напевать про себя какую-то мелодию, мысленно подбирая рифмы. Петь при радужной фее такое он не собирался.
…Сидела фея-крошка
На ветке золотой,
Была она немножко
Неправильной такой.
ЧЕШУЙКА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
«Скрывать» дерево желаний решили месяц. За это время ствол «растостел» раза в два, ветки и вовсе увеличили своё количество раза в четыре, и останавливаться на этот не собирались. Количество появляющихся каждый день листьев считать перестали практически сразу, уж слишком
