– Здесь и сейчас.
– Свидетели? Секунданты? – Молчание. – Риан, есть правила. Курсант Май?
– Мне без разницы, магистр.
– Риан, поединки на территории Академии ты запретил лично. Смени место.
– Пусть будет парк Чёрного дракона.
– По старой памяти? Как знаешь.
Алое и голубое пламя, радужный отблеск. Парк Академии Проклятий опустел.
– Костяной кинжал? И всё?
– Ну почему же?
Май левой рукой достал из взвизгнувшего в испуге воздуха клинок, напоминающий змею. Жёсткости стали не было и в помине. Хищное оружие как будто принюхивалось, ища "добычу".
Магистр Эллохар посмотрел на поединщиков, издевательски улыбнулся лорду Тьеру, и сказал:
– Начинайте.
Первый клинок Тёмной Империи тут же атаковал обоими огненными мечами. Курсант Школы Искусства Смерти танцующим движением ушёл с линии атаки, отсалютовав клинком противнику. Лорд Тьер усилил напор. Левая кисть Мая чуть качнулась, и змеиный клинок, спружинив, отбросил левый меч в лицо хозяину, правый столкнулся с костяным кинжалом и, отскочив, чуть не оставил тёмного лорда без наследников. Май приятно улыбнулся задохнувшемуся от ярости лорду.
Из кустов послышался смех. Зеваки, как обычно, появились из ниоткуда.
За четверть часа Май ни на шаг не сдвинулся с места, заставляя противника отпрыгивать от змеиных атак пружинящего клинка. Прыжок назад, затем яростная атака, лёгкое движение кисти в ответ и серебряная змея выстреливает в лицо, вынуждая лорда Тьера отскакивать. На лице тёмного лорда уже появилось несколько порезов. Рассчитать длину пружинящего клинка надо уметь. Сразу такое не удаётся даже мастеру клинка. Магистр Эллохар насмешливо улыбался, наблюдая за попытками своего бывшего ученика хотя бы зацепить противника.
– Риан, тебе не надоело прыгать?
– Я его убью.
– Приди уже в себя. Ты даже зацепить его не можешь.
Чёрные вены выступившие на исказившемся лице, приятная улыбка в ответ, очередная атака, очередной прыжок назад. Лорд Тьер пробовал достать противника снизу, сверху, с боков, прямым ударом, – бесполезно. Попытка продавить атаку грубой силой окончилась ничем. Худощавый курсант оказался не слабее мускулистого ректора Академии Проклятий, а костяной кинжал не уступал огненным мечам. Зрители, скрывающиеся в кустах улюлюкали на каждый прыжок племянника Императора.
– Риан, довольно!
Искривлённые яростью губы тёмного лорда выплюнули заклинание. Тысячи ледяных лезвий метнулись к противнику. Май начертил кинжалом руну пламени Бездны и лезвия упали на землю каплями воды. Стальная змея метнулась вперёд. На этот раз Май не нанёс физического повреждения своему противнику. Клинок перерезал брючный ремень, и скользнул наискосок, заставив лорда Тьера бросить мечи и схватить падающие брюки. Зрители не просто смеялись, они ржали и повизгивали, благоразумно не покидая кустов. Скучающим голосом курсант сказал:
– Мне надоело.
– Поединок окончен. – Спохватился магистр Эллохар. – Предлагаю вернуться в Академию и поговорить спокойно, как взрослые разумные люди.
– Я присоединюсь к вам через минуту. Переоденусь.
– Не спеши, – магистр Эллохар вальяжно махнул рукой, – в морге тебя переодевали бы дольше.
Лорд Тьер поиграл желваками и молча шагнул в алое пламя.
– Рассказывайте, курсант. – Сухо приказал магистр Смерти.
– Я получил вызов и принял его. Дальше вы знаете.
– Причина вызова, курсант Май.
– Спросите у своего друга, магистр. Как по мне, – причины не было.
– Лорд Риан Тьер не разбрасывается вызовами, курсант. Должна быть серьёзная причина.
– Твой курсант, Рэн, оскорбил мою невесту.
Задумчивый взгляд беловолосого магистра сосредоточился на Мае.
– Я её пальцем не тронул, и не сказал ей ни одного слова, магистр.
– Один ваш взгляд стоил тысячи смертей, курсант.
Май расхохотался. Настолько заразительно, что лорд Эллохар невольно улыбнулся.
– Только не говорите мне, что девица несколько лет проработавшая вечерами трактирной подавальщицей, обладает настолько чувствительной и ранимой натурой.
– Проявите уважение к девушке, курсант! – в голосе магистра Смерти появились рычащие ноты.
– Уважение к кому, магистр? – вкрадчиво спросил Май. – К одуревшей от безнаказанности плебейке?
– Довольно! – ударом кулака лорд Тьер расколол столешницу.
– Поясните, курсант. – Эллохар заскучал. Май пошевелил пальцами в воздухе, перебирая невидимые струны, и безэмоциональным голосом судейского протокола ответил:
– Девица Риате запустила в меня проклятием острого поноса. В присутствии лорда-ректора Академии Проклятий. Без колебаний, следовательно была уверена, что ей за это ничего не грозит. Вероятно, были прецеденты.
– И?.. – лорд Эллохар побарабанил пальцами по столу, подавшись вперёд, как змея перед атакой. Лорд Тьер, застыв в кресле, беззвучно шевелил губами. На его лице вспухали чёрные вены.
– Перед визитом в Академию Проклятий я повесил на себя зеркало.
Беловолосый магистр закрыл лицо руками и нецензурно выругался, выстроив сложноразветвлённую многоэтажную конструкцию, соединившую тёмного лорда, потерявшего голову от любви, безмозглую адептку и излишне предусмотрительного курсанта, а также их предков и домашних любимцев, состоящих в противоестественных отношениях с многими тварями Бездны. Май и очнувшийся лорд Тьер восторженно внимали.
– А нас за такое рот с мылом мыть отправляют. – Меланхолично заметил Май. – Нет в жизни справедливости.
– Отправлял, отправляю, и буду отправлять! Кстати, что за взгляд такой, заслуживающий тысячи смертей? Мне интересно.
– А вот мы сейчас проверим. – Зловеще сказал лорд Тьер, нажав кнопку селектора. – Леди Митас, пригласите ко мне адептку Мороз.
– Лёля-то здесь причём? Желаешь посмотреть реакцию девушки, воспитанной в других условиях?
– Именно.
Несколько минут трое мужчин сидели молча.
– Вызывали, лорд-директор?
– Проходите, адептка.
Войдя в кабинет, увидела, что лорд-директор не один. Мои "опекуны" приветствовали меня странными взглядами. Начала срочно вспоминать, что такого я могла натворить, сама того не подозревая. На всякий случай, поздоровалась со всеми:
– Здравствуйте! Ой! То есть, тёмных вам!
Лорд Тьер приглашающе улыбнулся Маю.
– Прошу вас, курсант. Продемонстрируйте вашему магистру интересующий его взгляд.
Май посмотрел на меня, потом на беловолосого лорда и, в панике, сказал:
– Я?! Нет!
Лорд Эллохар издевательски улыбнулся.
– Это приказ, курсант. Выполняйте!
Май обречённо повернулся ко мне, пролепетав.
– Лёля, не подумай плохого, я заранее извиняюсь.
И посмотрел на меня. Взгляд, если это можно назвать взглядом, уничтожил мою одежду, огладил плечи, коснулся груди, охватывая, оценивая её форму и тяжесть, и пополз ниже.
"Лёлька!!! Выплюнь мухомор!" Белая мгла глушила отчаянный крик Олюни. По моим жилам текла кипящая лава ярости. Что-то падало и разбивалось, трещало дерево, скрежетали по полу ножки мебели… Внезапно я потеряла опору под ногами и белая мгла схлынула.
– Дааа… – уважительно сказал беловолосый магистр, предусмотрительно переместившийся в угол кабинета.
Вишу в воздухе в метре от пола, радуясь, что потолки в кабинете достаточно высокие. Попробовала спуститься, – не получается. Лорд Тьер щёлкнул пальцами, возвращая меня на пол. Посмотрела на Мая, осторожно ощупывающего челюсть. Глаз бывшего приятеля заплывал опухолью.
– Скотина!
– Лёля! Я же извинился. Заранее. Это был эксперимент.
– Эксперимент?!!
От продолжения скандала их спасло появление его благородия. Уверенный стук в дверь, створка распахнута и… лорд-командующий ночной стражи Приграничья в шоке застыл на пороге.
– Кхм… похоже я невовремя?
– Ну почему же? – Лорд Тьер радушно улыбнулся.
– Надеюсь, ничего противозаконного? – Его благородие посмотрел на Мая.
– Никак нет, лорд Мерос! Проверяли реакцию.
Глаза тёмного лорда весело заблестели.
– И как?
– Как видите. – Май оставил челюсть в покое, достал из кармана медную монету и приложил к глазу.
– Да уж, вижу. – Рука лорда-командующего потянулась к лицу, и опустилась. Мне стало стыдно. Совсем не умею держать себя в руках.
– Лёля, ответь нам, почему ты не воспользовалась проклятием?
Растерянно посмотрела на беловолосого магистра. Вопрос с подвохом?
– Проклинать нехорошо.
– А точнее?
– Противозаконно.
– А пускать в ход кулаки законно?
– Я защищалась.
– Ну-ка, ну-ка, от чего ты защищалась?
– Я защищала свою честь и достоинство от оскорбления. – Гордо задрала нос. Магистр Эллохар ехидно улыбнулся и задал следующий вопрос.
– Предположим, лично тебе не угрожал закон за использование проклятия. Что тогда?
Всплеснула руками в отчаянии. Опять разница в мировоззрении!
– Как мы можем требовать соблюдения закона от других, если не соблюдаем его сами?
Тишина. Май улыбнулся лорду-директору. Магистр Эллохар молча кивнул своим мыслям. Его благородие вопросительно приподнял бровь, глядя на Мая.
– Тестирование на профессиональную пригодность, лорд-командующий. Лучше выявить непригодных на первом курсе, чем потом доводить до стирания памяти.
Магистры уставились на Мая с интересом. Перевели взгляды на его благородие и важно кивнули.
– Это из за случая с адепткой Райнис?
– Именно. Чему обязан вашим визитом, лорд Мерос?
– Несколько причин, лорд Тьер. У меня вопрос к госпоже Мороз, и разговор к вам.
– Полагаю, сначала мы отпустим адептку.
– Госпожа Мороз, намерены ли вы предъявить обвинения дневной страже?
– Я? А за что?..
– За вопиющий случай на рынке.
– Нет. С дисциплиной пусть их командиры разбираются.
– А что случилось на рынке, лорд Мерос?
– Госпожа Мороз была вынуждена вступиться за пожилую женщину.
– Это она тебе кота подарила? – Прошептал Май слегка наклонившись ко мне. Отвернулась от мерзавца. Не буду с ним разговаривать!
– Кстати, о коте. Я думал о другом, и прослушал вашу просьбу, адептка. Вы, разумеется, можете до вечера пятницы держать это животное у себя.
О! Что-то произошло. Расправила плечи, сделала глубокий вдох, и выдала лучшую улыбку из Лялькиного арсенала, просияв глазами:
– Спасибо, лорд-директор! Я сразу поняла, что вы чуткий и отзывчивый!
– Можете идти, адептка.
Закрывая за собой дверь, услышала:
– Насчёт семейства Райнис…
Эх! Если бы не леди Митас, я бы подслушала.
– Риате, ты совсем головой скорбная?
– Я не хочу об этом говорить, лорд Эллохар.
– А придётся, прелесть моя. Ты забыла, что бросаться проклятиями запрещено законом?
– Я не сдержалась.
– Ты могла бы влепить ему пощёчину, но тебе показалось мало. Или ты струсила, Риате?
– Хватит, Рэн.
– Риан, ты не понял? Курсант будет молчать, мы тоже промолчим, но если твоя невеста не усвоит, что проклинать запрещено, у тебя не будет невесты.
Племянник императора устало потёр глаза и сказал
– Поясни.
– Император не в восторге от твоего выбора. Если он узнает хотя бы об одном случае использования Дэей проклятия, он тут же отреагирует.
– Понадобятся веские доказательства, Рэн.
– Дурака из себя не строй. Тебя отзовут в столицу по уважительной причине, Риате спровоцируют, и тут же поступят с ней по закону. А уж император позаботится о том, чтобы процедура стирания памяти превратила её в овощ. На овощах не женятся.
Магистр смерти тряхнул тёмного лорда за плечи.
– Очнись, Риан! Император родную дочь не пощадил. Неужели ты думаешь, что он посмотрит сквозь пальцы на преступление какой-то крестьянки?
– Эллохар прав, Дэя. Впредь постарайся сдерживаться.
Беловолосый магистр ехидно улыбнулся.
– Просто представь, что твоё проклятие опять отзеркалится, прелесть моя.
Лицо вишнёвоволосой адептки выразило крайнюю степень омерзения.
– Лёля, я виноват! Но я же извинился!
Круто повернулась и пошла в другую сторону.
– Макс, ну хоть ты ей объясни!
– Мау. Мааау! Маааууу!!!
Обернулась посмотреть, не мучает ли Май котика. Прибью! Котище сидит, прижавшись к ноге Мая, и самозабвенно воет. В вое ясно слышится "дура ты, Лёлька, и приятель твой – козёл". С последним утверждением было трудно спорить.
– Лёля! – Трагизм в голосе Мая заслуживает оваций вставшего на ноги зала.
– Мау? – Взгляд льдисто-золотых котовьих глаз спрашивает "долго ты будешь дурью маяться?", выражая полную мужскую солидарность. Бесстыжий котище потянулся и зевнул мне в лицо, распахнув клыкастую пасть, как бегемот. Потом повернулся и ушёл с гордо поднятым хвостом. Наши преподаватели по строевой подготовке не смогли бы придраться к походке полосатого.
– Если бы не его аристократические замашки, подумала бы, что Макс воспитывался в казарме.
– Одно другому не мешает – философски заметил Май.
– Я тебя ещё не простила.
– Только скажи, кого надо убить, и я заслужу твоё прощение.
– Откуда такая кровожадность? Лучше расскажи о семействе Райнис.
– Это не так интересно, как кажется, Лёля. Жила семья. Мелкие дворяне без магии. Один из младших сыновей пошёл учиться на проклятийника. Отучился два года и вернулся домой. А потом семья начала потихоньку подниматься. Не стремительно, чтобы это заметили, а маленькими шажочками по одному в каждом поколении. Недоброжелатели и соперники чудесным образом исчезали. И в каждом поколении традиционно кто-то шёл учиться на проклятийника. Два-два с половиной года. Третий курс не окончил никто. В этом поколении на учёбу отправилась младшая дочь семейства. А любимый внук деревенской бабушки-знахарки решил подняться с помощью брака. И угостил подходящую адептку коктейлем по бабулиному рецепту. И все было бы шито-крыто, не реши он с соучениками подшутить над первокурсниками, в числе которых оказалась ты.
От истории, рассказанной скучающим голосом Мая по позвоночнику замаршировали тревожные мурашки.
– Оставим внука. Несколько поколений семьи поднимались по шажочку. Кто контролировал подъём?
– В смысле?
– Обычно стараются взять от жизни всё и сразу. А семья Райнис поднималась медленно. Даже исполняя завет уважаемого предка несколько поколений не удержатся от стремления рвануть вверх. Кто-то держал их в жёстких рамках. Кто-то желает незаметно возвыситься? Или… сколько лет живут тёмные лорды? Может быть, кому-то потребовалось вернуть прежнее высокое положение? Друг семьи, наставник, семейный врач… не знаю, кто ещё может быть "контролёром".
– Интересная версия, госпожа Мороз.
Вздрогнув, обернулась. Его благородие подошёл абсолютно бесшумно. Или меня так увлёк рассказ Мая?
– Лёля, ты прелесть! Что значит свежий взгляд! Полагаю, мы не будем строго карать курсанта за разглашение информации?
Беловолосый магистр весело скалится. Лорд-директор предельно серьёзен. Его благородие размышляет.
– Оставьте Райнисов службе безопасности, лорд Мерос. Вы свою работу сделали, и сделали хорошо.
– Как вам угодно, лорд Тьер.
Его благородие щёлкнул каблуками и удалился. По моему, он рад, что не придётся копаться в окружении семейки. Мало ли кого выкопаешь, – здоровье дороже.
– Курсант, – свободен. Лёля, отправляйся к себе. Предупреждать надо?
– Я не собираюсь болтать.
– "Многая знания порождают многая печали"?
– Откуда вы…
– "Мы все учились понемногу. Чему-нибудь и как-нибудь…" – Серо-голубой глаз весело подмигнул мне.
– Интересное животное тебе досталось. – Милорд крутит в пальцах бокал, чёрное густое вино взблёскивает пурпуром. – Он уже подчинил себе прислугу, и даже леди Алсэр, бывая здесь, спрашивает перед трапезой покормили ли господина Кота.
– Свидетели? Секунданты? – Молчание. – Риан, есть правила. Курсант Май?
– Мне без разницы, магистр.
– Риан, поединки на территории Академии ты запретил лично. Смени место.
– Пусть будет парк Чёрного дракона.
– По старой памяти? Как знаешь.
Алое и голубое пламя, радужный отблеск. Парк Академии Проклятий опустел.
***
– Костяной кинжал? И всё?
– Ну почему же?
Май левой рукой достал из взвизгнувшего в испуге воздуха клинок, напоминающий змею. Жёсткости стали не было и в помине. Хищное оружие как будто принюхивалось, ища "добычу".
Магистр Эллохар посмотрел на поединщиков, издевательски улыбнулся лорду Тьеру, и сказал:
– Начинайте.
Первый клинок Тёмной Империи тут же атаковал обоими огненными мечами. Курсант Школы Искусства Смерти танцующим движением ушёл с линии атаки, отсалютовав клинком противнику. Лорд Тьер усилил напор. Левая кисть Мая чуть качнулась, и змеиный клинок, спружинив, отбросил левый меч в лицо хозяину, правый столкнулся с костяным кинжалом и, отскочив, чуть не оставил тёмного лорда без наследников. Май приятно улыбнулся задохнувшемуся от ярости лорду.
Из кустов послышался смех. Зеваки, как обычно, появились из ниоткуда.
За четверть часа Май ни на шаг не сдвинулся с места, заставляя противника отпрыгивать от змеиных атак пружинящего клинка. Прыжок назад, затем яростная атака, лёгкое движение кисти в ответ и серебряная змея выстреливает в лицо, вынуждая лорда Тьера отскакивать. На лице тёмного лорда уже появилось несколько порезов. Рассчитать длину пружинящего клинка надо уметь. Сразу такое не удаётся даже мастеру клинка. Магистр Эллохар насмешливо улыбался, наблюдая за попытками своего бывшего ученика хотя бы зацепить противника.
– Риан, тебе не надоело прыгать?
– Я его убью.
– Приди уже в себя. Ты даже зацепить его не можешь.
Чёрные вены выступившие на исказившемся лице, приятная улыбка в ответ, очередная атака, очередной прыжок назад. Лорд Тьер пробовал достать противника снизу, сверху, с боков, прямым ударом, – бесполезно. Попытка продавить атаку грубой силой окончилась ничем. Худощавый курсант оказался не слабее мускулистого ректора Академии Проклятий, а костяной кинжал не уступал огненным мечам. Зрители, скрывающиеся в кустах улюлюкали на каждый прыжок племянника Императора.
– Риан, довольно!
Искривлённые яростью губы тёмного лорда выплюнули заклинание. Тысячи ледяных лезвий метнулись к противнику. Май начертил кинжалом руну пламени Бездны и лезвия упали на землю каплями воды. Стальная змея метнулась вперёд. На этот раз Май не нанёс физического повреждения своему противнику. Клинок перерезал брючный ремень, и скользнул наискосок, заставив лорда Тьера бросить мечи и схватить падающие брюки. Зрители не просто смеялись, они ржали и повизгивали, благоразумно не покидая кустов. Скучающим голосом курсант сказал:
– Мне надоело.
– Поединок окончен. – Спохватился магистр Эллохар. – Предлагаю вернуться в Академию и поговорить спокойно, как взрослые разумные люди.
***
– Я присоединюсь к вам через минуту. Переоденусь.
– Не спеши, – магистр Эллохар вальяжно махнул рукой, – в морге тебя переодевали бы дольше.
Лорд Тьер поиграл желваками и молча шагнул в алое пламя.
– Рассказывайте, курсант. – Сухо приказал магистр Смерти.
– Я получил вызов и принял его. Дальше вы знаете.
– Причина вызова, курсант Май.
– Спросите у своего друга, магистр. Как по мне, – причины не было.
– Лорд Риан Тьер не разбрасывается вызовами, курсант. Должна быть серьёзная причина.
– Твой курсант, Рэн, оскорбил мою невесту.
Задумчивый взгляд беловолосого магистра сосредоточился на Мае.
– Я её пальцем не тронул, и не сказал ей ни одного слова, магистр.
– Один ваш взгляд стоил тысячи смертей, курсант.
Май расхохотался. Настолько заразительно, что лорд Эллохар невольно улыбнулся.
– Только не говорите мне, что девица несколько лет проработавшая вечерами трактирной подавальщицей, обладает настолько чувствительной и ранимой натурой.
– Проявите уважение к девушке, курсант! – в голосе магистра Смерти появились рычащие ноты.
– Уважение к кому, магистр? – вкрадчиво спросил Май. – К одуревшей от безнаказанности плебейке?
– Довольно! – ударом кулака лорд Тьер расколол столешницу.
– Поясните, курсант. – Эллохар заскучал. Май пошевелил пальцами в воздухе, перебирая невидимые струны, и безэмоциональным голосом судейского протокола ответил:
– Девица Риате запустила в меня проклятием острого поноса. В присутствии лорда-ректора Академии Проклятий. Без колебаний, следовательно была уверена, что ей за это ничего не грозит. Вероятно, были прецеденты.
– И?.. – лорд Эллохар побарабанил пальцами по столу, подавшись вперёд, как змея перед атакой. Лорд Тьер, застыв в кресле, беззвучно шевелил губами. На его лице вспухали чёрные вены.
– Перед визитом в Академию Проклятий я повесил на себя зеркало.
Беловолосый магистр закрыл лицо руками и нецензурно выругался, выстроив сложноразветвлённую многоэтажную конструкцию, соединившую тёмного лорда, потерявшего голову от любви, безмозглую адептку и излишне предусмотрительного курсанта, а также их предков и домашних любимцев, состоящих в противоестественных отношениях с многими тварями Бездны. Май и очнувшийся лорд Тьер восторженно внимали.
– А нас за такое рот с мылом мыть отправляют. – Меланхолично заметил Май. – Нет в жизни справедливости.
– Отправлял, отправляю, и буду отправлять! Кстати, что за взгляд такой, заслуживающий тысячи смертей? Мне интересно.
– А вот мы сейчас проверим. – Зловеще сказал лорд Тьер, нажав кнопку селектора. – Леди Митас, пригласите ко мне адептку Мороз.
– Лёля-то здесь причём? Желаешь посмотреть реакцию девушки, воспитанной в других условиях?
– Именно.
Несколько минут трое мужчин сидели молча.
– Вызывали, лорд-директор?
– Проходите, адептка.
***
Войдя в кабинет, увидела, что лорд-директор не один. Мои "опекуны" приветствовали меня странными взглядами. Начала срочно вспоминать, что такого я могла натворить, сама того не подозревая. На всякий случай, поздоровалась со всеми:
– Здравствуйте! Ой! То есть, тёмных вам!
Лорд Тьер приглашающе улыбнулся Маю.
– Прошу вас, курсант. Продемонстрируйте вашему магистру интересующий его взгляд.
Май посмотрел на меня, потом на беловолосого лорда и, в панике, сказал:
– Я?! Нет!
Лорд Эллохар издевательски улыбнулся.
– Это приказ, курсант. Выполняйте!
Май обречённо повернулся ко мне, пролепетав.
– Лёля, не подумай плохого, я заранее извиняюсь.
И посмотрел на меня. Взгляд, если это можно назвать взглядом, уничтожил мою одежду, огладил плечи, коснулся груди, охватывая, оценивая её форму и тяжесть, и пополз ниже.
"Лёлька!!! Выплюнь мухомор!" Белая мгла глушила отчаянный крик Олюни. По моим жилам текла кипящая лава ярости. Что-то падало и разбивалось, трещало дерево, скрежетали по полу ножки мебели… Внезапно я потеряла опору под ногами и белая мгла схлынула.
– Дааа… – уважительно сказал беловолосый магистр, предусмотрительно переместившийся в угол кабинета.
Вишу в воздухе в метре от пола, радуясь, что потолки в кабинете достаточно высокие. Попробовала спуститься, – не получается. Лорд Тьер щёлкнул пальцами, возвращая меня на пол. Посмотрела на Мая, осторожно ощупывающего челюсть. Глаз бывшего приятеля заплывал опухолью.
– Скотина!
– Лёля! Я же извинился. Заранее. Это был эксперимент.
– Эксперимент?!!
От продолжения скандала их спасло появление его благородия. Уверенный стук в дверь, створка распахнута и… лорд-командующий ночной стражи Приграничья в шоке застыл на пороге.
– Кхм… похоже я невовремя?
– Ну почему же? – Лорд Тьер радушно улыбнулся.
– Надеюсь, ничего противозаконного? – Его благородие посмотрел на Мая.
– Никак нет, лорд Мерос! Проверяли реакцию.
Глаза тёмного лорда весело заблестели.
– И как?
– Как видите. – Май оставил челюсть в покое, достал из кармана медную монету и приложил к глазу.
– Да уж, вижу. – Рука лорда-командующего потянулась к лицу, и опустилась. Мне стало стыдно. Совсем не умею держать себя в руках.
– Лёля, ответь нам, почему ты не воспользовалась проклятием?
Растерянно посмотрела на беловолосого магистра. Вопрос с подвохом?
– Проклинать нехорошо.
– А точнее?
– Противозаконно.
– А пускать в ход кулаки законно?
– Я защищалась.
– Ну-ка, ну-ка, от чего ты защищалась?
– Я защищала свою честь и достоинство от оскорбления. – Гордо задрала нос. Магистр Эллохар ехидно улыбнулся и задал следующий вопрос.
– Предположим, лично тебе не угрожал закон за использование проклятия. Что тогда?
Всплеснула руками в отчаянии. Опять разница в мировоззрении!
– Как мы можем требовать соблюдения закона от других, если не соблюдаем его сами?
Тишина. Май улыбнулся лорду-директору. Магистр Эллохар молча кивнул своим мыслям. Его благородие вопросительно приподнял бровь, глядя на Мая.
– Тестирование на профессиональную пригодность, лорд-командующий. Лучше выявить непригодных на первом курсе, чем потом доводить до стирания памяти.
Магистры уставились на Мая с интересом. Перевели взгляды на его благородие и важно кивнули.
– Это из за случая с адепткой Райнис?
– Именно. Чему обязан вашим визитом, лорд Мерос?
– Несколько причин, лорд Тьер. У меня вопрос к госпоже Мороз, и разговор к вам.
– Полагаю, сначала мы отпустим адептку.
– Госпожа Мороз, намерены ли вы предъявить обвинения дневной страже?
– Я? А за что?..
– За вопиющий случай на рынке.
– Нет. С дисциплиной пусть их командиры разбираются.
– А что случилось на рынке, лорд Мерос?
– Госпожа Мороз была вынуждена вступиться за пожилую женщину.
– Это она тебе кота подарила? – Прошептал Май слегка наклонившись ко мне. Отвернулась от мерзавца. Не буду с ним разговаривать!
– Кстати, о коте. Я думал о другом, и прослушал вашу просьбу, адептка. Вы, разумеется, можете до вечера пятницы держать это животное у себя.
О! Что-то произошло. Расправила плечи, сделала глубокий вдох, и выдала лучшую улыбку из Лялькиного арсенала, просияв глазами:
– Спасибо, лорд-директор! Я сразу поняла, что вы чуткий и отзывчивый!
– Можете идти, адептка.
Закрывая за собой дверь, услышала:
– Насчёт семейства Райнис…
Эх! Если бы не леди Митас, я бы подслушала.
***
– Риате, ты совсем головой скорбная?
– Я не хочу об этом говорить, лорд Эллохар.
– А придётся, прелесть моя. Ты забыла, что бросаться проклятиями запрещено законом?
– Я не сдержалась.
– Ты могла бы влепить ему пощёчину, но тебе показалось мало. Или ты струсила, Риате?
– Хватит, Рэн.
– Риан, ты не понял? Курсант будет молчать, мы тоже промолчим, но если твоя невеста не усвоит, что проклинать запрещено, у тебя не будет невесты.
Племянник императора устало потёр глаза и сказал
– Поясни.
– Император не в восторге от твоего выбора. Если он узнает хотя бы об одном случае использования Дэей проклятия, он тут же отреагирует.
– Понадобятся веские доказательства, Рэн.
– Дурака из себя не строй. Тебя отзовут в столицу по уважительной причине, Риате спровоцируют, и тут же поступят с ней по закону. А уж император позаботится о том, чтобы процедура стирания памяти превратила её в овощ. На овощах не женятся.
Магистр смерти тряхнул тёмного лорда за плечи.
– Очнись, Риан! Император родную дочь не пощадил. Неужели ты думаешь, что он посмотрит сквозь пальцы на преступление какой-то крестьянки?
– Эллохар прав, Дэя. Впредь постарайся сдерживаться.
Беловолосый магистр ехидно улыбнулся.
– Просто представь, что твоё проклятие опять отзеркалится, прелесть моя.
Лицо вишнёвоволосой адептки выразило крайнюю степень омерзения.
***
– Лёля, я виноват! Но я же извинился!
Круто повернулась и пошла в другую сторону.
– Макс, ну хоть ты ей объясни!
– Мау. Мааау! Маааууу!!!
Обернулась посмотреть, не мучает ли Май котика. Прибью! Котище сидит, прижавшись к ноге Мая, и самозабвенно воет. В вое ясно слышится "дура ты, Лёлька, и приятель твой – козёл". С последним утверждением было трудно спорить.
– Лёля! – Трагизм в голосе Мая заслуживает оваций вставшего на ноги зала.
– Мау? – Взгляд льдисто-золотых котовьих глаз спрашивает "долго ты будешь дурью маяться?", выражая полную мужскую солидарность. Бесстыжий котище потянулся и зевнул мне в лицо, распахнув клыкастую пасть, как бегемот. Потом повернулся и ушёл с гордо поднятым хвостом. Наши преподаватели по строевой подготовке не смогли бы придраться к походке полосатого.
– Если бы не его аристократические замашки, подумала бы, что Макс воспитывался в казарме.
– Одно другому не мешает – философски заметил Май.
– Я тебя ещё не простила.
– Только скажи, кого надо убить, и я заслужу твоё прощение.
– Откуда такая кровожадность? Лучше расскажи о семействе Райнис.
– Это не так интересно, как кажется, Лёля. Жила семья. Мелкие дворяне без магии. Один из младших сыновей пошёл учиться на проклятийника. Отучился два года и вернулся домой. А потом семья начала потихоньку подниматься. Не стремительно, чтобы это заметили, а маленькими шажочками по одному в каждом поколении. Недоброжелатели и соперники чудесным образом исчезали. И в каждом поколении традиционно кто-то шёл учиться на проклятийника. Два-два с половиной года. Третий курс не окончил никто. В этом поколении на учёбу отправилась младшая дочь семейства. А любимый внук деревенской бабушки-знахарки решил подняться с помощью брака. И угостил подходящую адептку коктейлем по бабулиному рецепту. И все было бы шито-крыто, не реши он с соучениками подшутить над первокурсниками, в числе которых оказалась ты.
От истории, рассказанной скучающим голосом Мая по позвоночнику замаршировали тревожные мурашки.
– Оставим внука. Несколько поколений семьи поднимались по шажочку. Кто контролировал подъём?
– В смысле?
– Обычно стараются взять от жизни всё и сразу. А семья Райнис поднималась медленно. Даже исполняя завет уважаемого предка несколько поколений не удержатся от стремления рвануть вверх. Кто-то держал их в жёстких рамках. Кто-то желает незаметно возвыситься? Или… сколько лет живут тёмные лорды? Может быть, кому-то потребовалось вернуть прежнее высокое положение? Друг семьи, наставник, семейный врач… не знаю, кто ещё может быть "контролёром".
– Интересная версия, госпожа Мороз.
Вздрогнув, обернулась. Его благородие подошёл абсолютно бесшумно. Или меня так увлёк рассказ Мая?
– Лёля, ты прелесть! Что значит свежий взгляд! Полагаю, мы не будем строго карать курсанта за разглашение информации?
Беловолосый магистр весело скалится. Лорд-директор предельно серьёзен. Его благородие размышляет.
– Оставьте Райнисов службе безопасности, лорд Мерос. Вы свою работу сделали, и сделали хорошо.
– Как вам угодно, лорд Тьер.
Его благородие щёлкнул каблуками и удалился. По моему, он рад, что не придётся копаться в окружении семейки. Мало ли кого выкопаешь, – здоровье дороже.
– Курсант, – свободен. Лёля, отправляйся к себе. Предупреждать надо?
– Я не собираюсь болтать.
– "Многая знания порождают многая печали"?
– Откуда вы…
– "Мы все учились понемногу. Чему-нибудь и как-нибудь…" – Серо-голубой глаз весело подмигнул мне.
Глава 11. Об успешном испытании заклинания
– Интересное животное тебе досталось. – Милорд крутит в пальцах бокал, чёрное густое вино взблёскивает пурпуром. – Он уже подчинил себе прислугу, и даже леди Алсэр, бывая здесь, спрашивает перед трапезой покормили ли господина Кота.
