Глава 15. Пока без названия
Турнир. В столичной резиденции Повелителей. В мою честь. Вернулись и тут же попали в разгар скандала. Дамы решают какое одеяние мне следует выбрать для каждого дня турнира. Надеюсь, не подерутся. Если подерутся, то мне придётся одеваться по выбору бабули Арноры. Современная безднова мода опять качнулась в сторону лоскутков. Дед недоволен, – подобные наряды приемлемы наедине с мужем. А поскольку у меня мужа нет, и не предвидится в ближайшее впемя, то придётся эпатировать публику закрытым платьем. Кстати, об эпатаже…
– А в чём выходят жёны дедушки Атты?
Вряд ли бабулям дозволены современные одеяния. Команданте прикажет их камнями забить за бесстыдство. И не посмотрит, что они замужем.
– А с чего ты взяла, что им позволено посещать турниры?
– Может для них и для жён команданте создают специальную беседку с решётчатыми стенами, чтобы они могли наблюдать за поединками, оставаясь невидимыми.
– Ты не можешь сидеть в беседке, Лёля. Повелители устраивают празднества в твою честь. Скрыться будет невежливо.
Шедиль впилась в моё плечо когтями и согласно выкрикнула что-то на армейском языке. Ну да… моя спутница желает видеть зеленоглазого Повелителя. Женщины из клана команданте ей не интересны.
В результате, подключилась прабабенька, и мы все отправились на турнир одетые по моде средневековья. Трёхслойные платья с пятиметровыми шлейфами, колпаки-эннены с вуалевыми шарфами, шеи и волосы скрыты тончайшим полотном. Открыты только лица и кончики пальцев рук. А загородку на трибунах всё-таки установили. Потому что, любимая жена команданте, прекрасная Мириам-ханум, заявила, что желает смотреть на поединки. А сестра Макса способна свинтить из гарема по кромке Бездны в кошачьем облике. Прабабенька всех сестёр Макса называет Мурками. Вот все Мурки, вошедшие в клан команданте, и борятся за права угнетённых гаремных женщин. Прочие "угнетённые" помалкивают. За ними не стоит клан Вителлиев Северов. Хотя, консул взрослых детей не опекает. Вроде бы.
В общем, выгородили на трибунах место для дам. Жёны, дочери и внучки команданте и его сыновей, и мои бабули устроились с удобствами. Лопают сладости, запивая их прохладительными напитками, и сплетничают, обмениваясь свежими новостями. Когда ещё будет возможность всем вместе собраться!
Я сижу с кланом фон Фальке. Ага, а вокруг нас прочие кланы, входящие в Семью. Все женщины наряжены в стиле, выбранном прабабенькой.
– Мама гениальна. Скрытые прелести привлекают больше внимания. – Лорд Алек-старший нежно поцеловал руку супруги.
"О, несравненная!" – привычно завыли призраки.
То, что прабабенька гениальна, сомнений не вызывает. Рядом с роскошно одетыми дамами Семьи роскошно раздетые сокровища Бездны выглядят в лучшем случае куртизанками. Хотя не все дамы следуют сиюминутной моде. Недалеко от лорда-опекуна устроилась очень элегантная леди. Спросила бабулю Арнору:
– А кто та дама в золотистом наряде? Рядом с лордом-опекуном? Она не придерживается модных тенденций.
– Леди Ана-эст-Асии из рода Гусс сиюминутные модные веяния ни к чему.
– А в чём ходит Меняющая? Она будет на турнире?
Бабуля закашлялась, потом, всё же, ответила:
– Вряд ли. Если Меняющая и будет наблюдать за поединками, то только через зеркало Бездны. Но поединки ей неинтересны, насколько я знаю.
– А само празднество?
– Лёля, ты думаешь Повелители не в состоянии устроить для Меняющей любое празднество по её выбору?
– Есть разница. Ауру всеобщего праздника не перенести в… как это?.. индивидуальный режим.
***
И конечно, когда мне понадобился совет понимающего в этикете родственника, рядом никого не оказалось!
– Лёля, окажи мне честь, позволив носить на турнире твои цвета.
Хлопаю глазами на Мая, лихорадочно пытаясь вспомнить правила. Но в меня старательно вбивали всё, кроме подобающего поведения на турнире. О турнирах почему-то никто не подумал. Если бы Май попытался посвятить мне поединок, я могла бы отказать. А как реагировать на подобную просьбу, не нарушая приличий? Так не успеешь оглянуться и замужем окажешься, да ещё по собственной вине!
– Это ни к чему тебя не обязывает. А мне будет приятно получить знак внимания.
Ответила честно.
– Я не знаю правил, Май. Этому меня ещё не учили. И я не верю твоим словам об обязательствах. Очень у тебя улыбка хитрая.
Май картинно прижал ладони к сердцу:
– Ах, как ты жестока ко мне, Лёля!
Разозлилась и плюнула на этикет.
– Могу одарить фингалом. Выбирай, под каким глазом.
– Из твоих рук всё благо, очаровательница.
Издевается. Но драка – это уже почти семейная сцена. Провоцирует меня на компрометирующее поведение, негодяй! К счастью, Повелитель драконов, воистину, да живёт он вечно! покосился на нас. Взгляд серебристо-зелёных глаз прапрадедушки, скользнув по нам, заморозил холодом абсолютного нуля. Даже Май поёжился. А я сообразила, наконец, что ответить на его просьбу.
– Я не могу принимать подобные решения, лорд Майен. С такой просьбой следует обращаться к моему отцу. Если папенька не будет возражать, то и я не стану протестовать.
Одарив Семью общим поклоном, лорд-протектор исчез.
– Лёля, что ты пыхтишь, как ёжик? – бабуля Арнора обратила на меня внимание. Они что, не видели Мая? Вот хмырь!
– Лорд Майен просил у меня разрешения носить мои цвета.
– Он собирается принять участие в турнире?
– Не знаю.
– Что ты ответила?
– Отправила его к папеньке.
– Правильно. Ты ещё не взрослая. И не имеешь права на принятие решений.
Да что ж такое! Сначала Май выбесил, теперь родная бабуля подхватила эстафету. И плевать, что Маю я ответила то же самое.
– Не сверкай на меня глазами, девчонка! Разбаловалась.
По счастью, бабуля не стала распускать руки. Уворачиваться от подзатыльника в эннене – та ещё задачка. Шедиль вспорхнула с плеча, прокурлыкав что-то типа "равнение на знамя" и я, проследив за ней, увидела смеющиеся изумрудные глаза. Повелитель Мара одарил меня белозубой улыбкой. Уххх! Буду думать, что высокий лорд улыбается забавляющей его своим обожанием Шедиль.
***
Семья не напрасно опасалась скандала. Сначала кто-то отчаянный осмелился посвятить поединок Прекраснейшей, и прабабенька заморозила его взглядом. О победе речи уже не шло, хорошо, хоть, жив остался. Вроде бы на турнире смертельные поединки не приветствуются.
– Если уж посвещать Прекраснейшей поединок, то только стенка на стенку.
– Это как? Лёля, поясни.
– Собрались бы почитатели Прекраснейшей, в поединках между собой отобрали бойцов по количеству её консортов, и тогда уже посвящали бы поединок.
Дед расхохотался, сказав, что это может быть забавно. Консул одарил меня оловянным взглядом и крокодильей улыбкой. Шедиль хулигански засвистела, отвечая на возмущение Шеду. Никакой культуры! Барон Алек прошелестел "устами младенца", лорд Этан одарил меня улыбкой и шкатулкой сладостей. Как ребёнка! А глава клана де ла Модена-Новарро послал мне воздушный поцелуй. Черти в синих глазах кровожадно точат длиннющие ножи. У прабабеньки в руке тоже полоска стали. Испугаться не успела, – Повелитель драконов покосился на дочь, и Прекраснейшая превратилась в само благонравие. Шёпотом беседую с бабулей Арнорой.
– У синеглазого консорта прабабеньки черти в глазах пляшут. Это нормально?
– Для него – нормально. Он всегда таким был.
– А прапрадед… он видел нож в руке Наследницы?
– Благородный Кассий Агриппа почти двести лет был начальником военной Академии Нового Вавилона. Ему не обязательно видеть. У него инстинкты на уровне недосягаемом даже для высоких лордов.
– Аааа… – Теперь мне стало понятно, почему Повелитель драконов одарил нас с Маем взглядом. Не нас, нас он не видел – просто посмотрел в нашу сторону. Но это помогло мне собраться с мыслями. На общественных мероприятиях буду держаться рядом с прапрадедом. Во избежание.
Отчаянных сегодня собралось много. Посвятили поединок Несравненной. Лорд Алек-старший, не вставая с места, запеленал невежу тёмными путами и сгрузил кулем возле выхода с арены. Работать с Тьмой на таком уровне умеют только старшие стражи и лендлорды древней крови. Наверное, Май мог бы освободить незадачливого поединщика. Но пока что, никто не стремится оказать ему помощь.
– Прежде чем объявлять себя рыцарем замужней леди, следует спросить разрешения у её супруга.
– Ну надо же! Оказывается, ты, Лёля, знаешь турнирный этикет. Откуда?
– Читала рыцарские романы в подростковом возрасте.
– Воистину, не бывает бесполезных знаний.
– У меня складывается впечатление, что нас испытывают на прочность, леди Арнора.
– У тебя хорошее чутьё, девочка. Интересно, кто будет следующим.
Следующей была прекрасная Люсиль. Лендледи Люцилла Саэльмо, урождённая Вителлия Север де ла Модена-Новарро. Поединщики шли не подряд. Поначалу они, действительно, пробовали силу друг на друге. Оказывается, по местным правилам, посвятить поединок даме имеет право только воин выигравший подряд не менее семи боёв.
– Нарушение регламента! Неслыханная наглость!.. – обострённый слух драконихи без труда разобрал несущийся по трибунам шёпот.
Повелители переглянулись с лордом-опекуном, лорд Балли упрямо закусив губу попытался двинуться к арене, но бабуля Арнора припечатала племянника к сиденью и начала вставать с яростным рычанием. Начала вставать – это неподходящее описание для стремительно-плавного движения леди. Я хлопаю глазами в непонятках.
Всех опередила Шедалу. Спутница леди Люсиль с боевым воплем, в котором я разобрала только "мать, мать, мать", слетела с её плеча и, возникнув возле наглого поединщика тюкнула ему по лбу клювом. Раздался звук, как от металлического гонга. Трибуны дружно расхохотались. Шедиль засвистела и заулюлюкала. Поединщик отмахнулся боевым заклинанием, Шедалу только встряхнулась и выкрикнув очередное армейское ругательство вцепилась ему в лицо всеми когтями, оплетя шею щупальцами и лупя крыльями по ушам. Секунда и лицо наглеца превратилось в кровавые ошмётки, а Шедалу спокойно чистит пёрышки на плече своей хозяйки.
Лорд был с позором изгнан с турнира. Повелители принесли извинения леди Люсиль. А на арене возник из ниоткуда Май. Точнее, лорд-протектор Майен. И затянул речь на полчаса. Сначала восхвалил мудрое правление Повелителей и лорда опекуна. Потом перешёл к восхвалениям Повелителя драконов, возродившего Империю, благодаря мудрости и доблести, далее вознёс благодарность Матери Бездне за плодовитость женщин Семьи Кассия Агриппы, да живёт он вечно! И когда все уже смирились, что живыми с турнира не уйдут, ибо Май заговорит их насмерть, лорд-протектор обратился к прапрадеду со скромной просьбой разрешить ему, недостойному, служить его прекрасной праправнучке леди Ольге фон Фальке.
Уже начала задумываться, кто такая эта самая леди Ольга, и почему я её не знаю, если она тоже фон Фальке, как до меня дошло – это же я! Май решил не заморачиваться, перебирая родственников (папенька Зигинанд всё равно отправил бы его к деду, – у барона Зигмунда не забалуешь), а сразу обратился к главе Семьи. Шедиль воинственно переступает с лапы на лапу, потрясает крыльями и ругается армейскими словами. Научилась у Шеду! Люциллина Шедалу ведёт себя скромнее. Наверное общение с Балли влияет. Прапрадед держит паузу, холодно рассматривая лорда Майена. С Мая ледяной взгляд Повелителя драконов стекает как с гуся вода. Выждав до момента, когда напряжение на трибунах возросло настолько, что некоторые дамы начали тихо всхлипывать, Кассий Агриппа, да живёт он вечно! молча кивнул, дозволяя.
Май мгновенно – я моргнуть не успела – оказался возле меня, припал на колено и… я не позволив ему рот открыть, – испугалась, что он ещё одну речь скажет, – отцепила от платья розетку из серебристой и ярко-зелёной ленточек и приколола к его камзолу, или кафтану, не знаю, как этот наряд называется. Удивительно, но среди обилия драгоценного шитья скромные ленточки не потерялись, наоборот, – выглядят вызовом. Май склонил голову в поклоне, создал себе низкое кресло и уселся поблизости от меня, умудрившись незаметно сдвинуть родственников. Турнир продолжился, а я начала расспрашивать "своего рыцаря".
– Почему ты обратился к прапрадеду именно сейчас?
– Мне не понравился уровень воспитания нынешней молодёжи. Во времена моей молодости за подобную эскападу наглеца убил бы собственный лорд-протектор.
– А если бы такое позволил себе лорд-протектор?
– Дураки до такого уровня не дорастают. Есть законы, обязательные для всех. Лорд-протектор может забрать себе понравившуюся женщину, если только Мать Бездна не будет возражать. Но она, как правило, не возражает. А посвятить даме турнирный поединок, не спрашивая разрешения её супруга, означает объявить при всех – "я считаю, что ты не способен защитить свою жену". Не принять подобный вызов невозможно. Победителю достаётся супруга и всё имущество побеждённого.
– А если вызов пошлют вне турнира?
– Лёля, для подобного вызова нужен достойный повод. Уважительная причина. "Я хочу заполучить себе твою жену и твоё имущество" уважительной причиной не считается. И даже если дама останется вдовой, она вправе сама выбрать себе супруга. А в случае проигрыша турнирного поединка, она переходит в собственность победителя. Он вправе сделать её женой, или наложницей. – Май сделал паузу, посмотрев на леди Арнору, и продолжил. – Если справится с леди, конечно.
Да уж, с бабулей вряд ли кто-то справится. Из этих поединщиков, во всяком случае. Но надо прояснить ещё один вопрос.
– А почему, когда этот лорд посвятил поединок леди Люцилле, на трибунах зашептались о нарушении регламента и неслыханной наглости?
– У тебя прекрасный слух, Лёля.
– Драконы прекрасно слышат. И видят тоже прекрасно. Не увиливай от ответа, Май!
– Единственное, что мне приходит в голову, то, что лорд Балли Саэльмо несовершеннолетний. Но разве несовершеннолетние допускаются на турнир?
– Леди Люцилла, между прочим, намного моложе Балли.
– Дама, ставшая матерью, считается совершеннолетней, независимо от возраста.
– А я?
– А разве у тебя есть дети, Лёля?
– Но… А если даме уже исполнилось три тысячи лет, а детей ещё нет? Как тогда?
Май удивился.
– Совершеннолетие привязано к возрасту?
Леди Арнора, лорд Балли, лорды Алеки и лорды-протекторы Этан и Шауг синхронно кивнули.
– Странно. Тогда леди вправе сама наказать обидчика. В случае её победы он пополнит собой гарем дамы. Если дама недостаточно хороший воин, ей лучше наблюдать за турниром из дома. Во всех прочих случаях её защищает закон.
Посмотрев на Балли, Май сказал.
– Навестите меня лорд Саэльмо. Вам понадобятся уроки боевого искусства. После сегодняшнего только ленивый не спросит разрешает ли вам тётушка отдаляться от её юбки.
– Буду признателен, лорд Майен. – Балли склонил голову в поклоне.
– А когда наступало совершеннолетие во времена твоей… в древности?
– Я ещё достаточно молод, Лёля. – Май ехидно улыбнулся. – Собственное совершеннолетие каждый лорд определял сам. Впрочем, до окончания Универмага, совершеннолетним студента признавали только на Совете лордов-протекторов. Не закончившего Школу разума совершеннолетним не признавали вообще.
***
"Кого считать совершеннолетним?" "Пускать ли несовершеннолетних на турниры?" "Суровые законы древности"…
Это заголовки статей в Вестнике Бездны. Вездесущий господин Ю умудрился подслушать нашу беседу с Маем и разразился серией статей с едкими комментариями. Я даже испугалась за него, но Май только посмеялся.
