Мало ли что!.. Быстро умыла лицо, намылила мягкую пушистую щётку содержимым одного из множества флакончиков комплектующих гостевые покои, вымылась, и постояла под контрастным душем. Промакая волосы полотенцем, повернулась к двери и оцепенела. "Гостеприимный" хозяин прислонился к косяку, и нагло разглядывает меня. Конечно, если с пламенем перемещаешься, двери не помеха. И тут у меня в мозгах переклинило, и я, вместо того, чтобы прикрыться полотенцем, или надеть халат, полотенце уронила и, схватив щётку для мытья, с боевым воплем бросилась вперёд. Синее пламя вспыхнуло, из пустоты донёсся хохот, и я впечаталась в дверь. Хорошие двери у лорда. Прочные. Створка даже не дрогнула. Плюнула, умылась холодной водой, закуталась в халат, и вышла, булькая от возмущения, как закипающий чайник. В комнате только домоправительница и горничные. Смотрят на меня с удивлением. А я что? Я ничего. Освежилась, готова переодеваться.
По коридору плыла, как пава. Одеяние смётано на живую нитку, а кое-где сколото булавками, – лишних телодвижений лучше не делать. И дышать аккуратнее. Через раз. Волосы разобрали на прядки, часть заплели, часть перевили лентами в цветах Ирландии, получился водопад, закрывающий спину до самых ног. Ступни в атласных портянках. Туфель моего размера тоже нет. Гостьи приезжают со своим гардеробом, так что, домоправительница извернулась, отрезав куски атласа, в которые обернули мои ноги. Голь на выдумку хитра.
Сидим в мрачной столовой. По разные стороны длиннющего стола. Лорд и я. Обедаем. Мне кусок в горло не лезет, – как вспомню ванную, так приходится следить за руками, чтобы не метали они в лорда столовые приборы. Да и блюда уж очень вычурно оформлены. Я пугаюсь, – вдруг не ту вилку возьму.
– Попробуй, это вкусно.
Подняла глаза от тарелки с чем-то непонятным. Лорд любезно улыбается. Посмотрела, какие по счёту нож и вилка в его руках, схватила и… действительно вкусно. Или я от стресса проголодалась. Сидеть за столом нас учили, так что я особых затруднений не испытываю.
– Вина не предлагаю. Сок?
– Благодарю вас, милорд.
Акустика в столовой на высоте. Руки рупором складывать не приходится. Вышколенная прислуга незаметна. Блюда и бокалы сами собой появляются и исчезают. Но в столовой Академии всё равно лучше. Спокойнее. И не надо за языком следить, чтобы не ляпнуть лишнего. А лорд ведёт лёгкую беседу, ненавязчиво расспрашивая, причём так, что утаить что-нибудь проблематично. Наконец, пыточный для моих нервов обед закончился. Лорд встал из за стола, мне отодвинули стул, и я осторожно поднялась, моля Ангела-Хранителя, чтобы все части моего одеяния удержались на месте.
– Полчаса тебе хватит, чтобы принять вид прилежной адептки?
Издевается! Сытый, довольный, пламя мерцает в глазах. Не поддаюсь на провокацию, почтительно отвечаю
– Да, милорд.
– Через полчаса я за тобой зайду.
И исчез в синем пламени. А я бегом, путаясь в расползающемся одеянии, рванула в гостевые покои. Переодеваться.
В Академии я почти сразу попала в руки его благородия. Милорд Алсэр не нашёл лучшего способа доставить меня к месту учёбы, чем явиться сразу в кабинет милорда Тьера. Наверное, чтобы не вынуждать лорда-директора расспрашивать первокурсницу, где и с кем она гуляла. Скорее всего, конечно, лорду и в голову не пришло явиться к въездным воротам. Не царское это дело, у входа стоять.
Ем глазами начальство, булькая от возмущения. Уж очень взгляд у лорда-директора "говорящий". Упала я в его глазах ниже плинтуса. Его благородие приветствовал высокого лорда, и заявил, что забирает меня на некоторое время, необходимое для расследования.
Ничего такого, – усадил меня в пустой аудитории, выдал пачку бумаги, ручку, и прика… вежливо попросил написать всё, что произошло сегодня. Специально, гад, дожидался, чтобы я не смогла пообщаться с девчонками. Хорошо, что мы заранее договорились. Юла вспомнила лорда-преступника только после его нападения на нас. И пусть докажет обратное. Остальное проблемы не представляет. Он нападал, мы защищались. Харльд и Стефка на момент появления лорда Алсэра уже спустились с деревьев, – ни о какой засаде речи быть не может. Мы прогуливались по лесу вшестером: Юла, Стефа, я, Марв, Даг и Харльд. Нападения боевого мага мы никак не ожидали. Защищались по мере сил. Точка.
– Ардамский лес не лучшее место для прогулок, госпожа Мороз. Странный выбор маршрута.
– Я не местная, лорд командующий. И наши спутники вполне справлялись с защитой.
– У вас есть какие-то соображения, почему нападение было совершено на вашу группу? Двое против шестерых, – неудачный расклад.
Непонимающе захлопала глазами. Откуда я знаю, какой расклад для боевых магов удачный, а какой нет.
– Лорд и его адьютант не могли не заметить, что двое ваших спутников носят форму Академии Искусства Смерти, а третий – тролль-наёмник. И всё-таки напали.
– Может быть, лорд узнал Юлу? То есть, леди Юлианну Шторм? Он, в отличие от неё, память не терял. Узнал, и решил зачистить следы. В Академии он до неё не дотянулся бы, там лорд-директор… вот и…
Его благородие внимательно слушает мой бред. С таким выражением лица хорошо в покер играть, – ни одной мысли по нему не прочтёшь. А я вспомнила брошенную преступником фразу, насчет улова.
– Он сказал, что сегодня хороший улов. И на продажу, и развлечение для лорда.
Его благородие окинул меня странным взглядом и… промолчал. Чую, милорд Алсэр оказал мне медвежью услугу, лично доставив в Академию.
Насколько это было плохо, я смогла оценить уже на следующий день. Когда адепты за моей спиной начали вполголоса отпускать скабрёзные замечания, а некоторые адептки демонстративно держались от меня поодаль. Даже потребовали другую наставницу в боевых искусствах. И никто не спросил почему. Их просто передали под начало леди Верис. Стефка и Юла виновато отводят глаза.
– Это всё глупости, Лёля. Не обращай внимания.
Объяснения мне дала Мирта.
– Они считают тебя обесчещенной. Теперь с тобой даже разговаривать невозможно, чтобы не испортить репутацию.
"Лёлька, выплюнь мухомор!" Стараюсь успокоиться, а белая пелена ярости колышется рядом, готовая накрыть меня с головой. Стараюсь вспомнить что-то отвлечённое, чтобы восстановить самоконтроль. Например, в каких целях можно использовать хммм… ромашку обыкновенную. Постепенно пришла в себя, напомнив несколько раз, что мне здесь пробыть осталось меньше семи лет. Пять лет учёбы и два года отработки на Тёмную Империю. Всё равно, обидно. Но не будешь же каждому объяснять. Даже если случится невероятное, и лорд Алсэр клятвенно подтвердит, что не прикасался ко мне, всё равно, как в том анекдоте – "но осадочек остался".
А в субботу Юла поссорилась с лордом Марвэлом, запретив ему приближаться к ней. Всё потому, что он осторожно намекнул ей, что общение со мной может повредить её репутации. Несчастный лорд был вынужден откланяться. На следующий день, в воскресенье, лорд Марвэл, как ни в чём не бывало, явился вместе со всей компанией. Юла, верная себе, смотрит сквозь него, демонстративно беседуя со мной и Маем.
– Юла, может быть, лорд Марвэл прав? Я через семь лет вернусь на Родину, а тебе здесь жить.
– Не говори глупостей, Лёля.
Смотрю на подругу в шоке. Репутация леди – глупость? Или благодарность за свершённую месть застит Юле не только глаза, но и чувство самосохранения?
– Я поясню. – Май весело улыбнулся. – Леди Юлианна глава своего клана. Она не выйдет замуж, как прочие тёмные леди. Леди Юлианна Шторм возьмёт себе консорта. Младшего сына одного из знатных домов Тёмной Империи. Таковы традиции тёмных.
Я тихо сказала в пространство.
– Ничего не было.
Май тяжело вздохнул.
– Лёля, это поняли все. Но общественное мнение не сдвинешь. Да и репутация у наследника Алсэров такова, что женщину, оказавшуюся с ним наедине, априори считают падшей.
Сессия. Как много в этом звуке… во всяком случае, для студен… тьфу! адептов.
– Почему учащихся называют адептами*?
*Adeptus – "достигший, помогающий", то есть, ревностный приверженец какого-либо учения, идеи, знания, помогающий понять идею и знание. "Адепт" может обозначать пройденную инициацию или определённую степень иерархии, уровня посвящённости человека в тайное знание.
Май пожал плечами и поинтересовался:
– А как учащихся называют у вас?
– Студенты, если дело касается высших учебных заведений, школьники, или школяры, если речь идёт о начальном и среднем учебном заведении. В техникумах, или, как их сейчас называют, колледжах – тоже студенты. Если человек с дипломом идёт в науку, продолжая обучение, он становится аспирантом. Защищает кандидатскую, позднее докторскую диссертацию и получает учёную степень.
– Не думай об этом, Лёля. Думай об экзаменах.
– Сегодня я вообще ни о чём думать не собираюсь.
– И это правильно! – Май ухватил из под ножа кусок помидорки, уклонился от подзатыльника Стефки и сбежал во двор.
Празднуем окончание зачётной недели. Беготня и суета закончились нашей победой в виде допуска к экзаменам. День на расслабуху, и… "учиться, учиться и учиться", как завещал вождь мирового пролетариата.
А сегодня мы делаем шашлыки. Май снял коттедж на окраине Ардама, и мы собрались всей компанией: Май, три-Д троица, лорд Марвэл, Харльд, Стефка, Юла, я и Мирта с двумя подружками Леэной и Никой, не обучающимися в Академии. Точнее, они обучаются в Академии стражей. А в детстве вместе с Миртой входили в уличную банду.
Ребята, под руководством Харльда, установили переносной мангал и разожгли угли. Мясо, замаринованное в сухом вине и специях, ждёт своего часа в большом керамическом бочонке. Мы с девчонками крошим салаты. Сколько в зимнем Ардаме стоит свежая зелень – страшно представить. Май сказал, чтобы мы не парились на эту тему. Вспомнила, что он может перемещаться между мирами, успокоилась – возможно овощи, фрукты и зелень куплены в разгар сезона. Во всяком случае, они не тепличные, – чувствуется, что росли в открытом грунте. И Стефка подтвердила, а она-то уж точно в этом понимает.
– Жалко, картошки нет, – можно было бы запечь в углях.
– Что такое "картошка"?
– Это такой корнеплод. Растение, у которого съедобные клубни вырастают под землёй. Сытное и вкусное.
Ярко вспомнилась выкатываемая из кострища картошина. Жар в ладонях, когда её перебрасываешь из руки в руку… Мечты-мечты…
– Лёля, я слышала тобой заинтересовался лорд Алсэр.
Ушат ледяной воды на голову. Вот зачем Мирте было трепаться с подружками? Или об этом уже весь Ардам говорит?
– Я для лорда слишком молода. Милорд сказал, что не общается с несовершеннолетними в мирное время. – Задумалась, вспоминая нашу с лордом беседу. А ведь фраза-то показательная. Мне сразу дали понять, что лорд себя условностями не обременяет.
– Я тебя огорчу, Лёля. Общается. Были прецеденты. Тебе следует быть осторожней, – лорд Алсэр не оставит в покое женщину, привлёкшую его внимание. Разве только у тебя появится очень сильный защитник.
– Адепты находятся под защитой лорда-директора.
– Лёля, лорды одного уровня. Говорят, даже, вместе росли. И твоя непорочность не повод для ссоры, поверь мне. Если ты останешься жива и невредима, за исключением сама понимаешь чего, ваш директор не будет предъявлять претензии лорду Алсэру. – Леэна внимательно смотрит на меня. – Я предупредила, чтобы не было неожиданностей. Постарайся не покидать Академию в одиночку.
– А почему ты решила меня предупредить? Я благодарна, конечно, но мне непонятна такая забота. Без обид, Леэна, но я в недоумении.
– Ты хорошая девчонка, Лёля. Жалко, если тебя сломают.
Ника, опустив голову, собирает нарезанную зелень в миску. Тонкие руки подрагивают. Потом она подняла голову и посмотрела на меня полными слёз глазами.
– Меня забрали в четырнадцать лет. За долги. Папа играл, и ему не везло.
Юла разбив наступившую тишину, произнесла мягко, но непреклонно:
– Ника, лорд не будет играть с… тем, кто ниже по положению. И ростовщичеством лорды не занимаются.
– Всё просто. Доверенный помощник лорда выкупил папины долги, пришел в наш дом и предложил родителям выбор. Или папа отправляется в долговую тюрьму, а мы все на улицу без вещей, которые пойдут с молотка вместе с домом, или он передаёт папе расписки и забирает меня. У меня были старшая сестра и младший брат. Папа… взял расписки.
Ника обхватила себя руками за плечи, съёжившись, как будто от холода.
– Я плакала, умоляла, говорила, что мне ещё рано… Он сорвал мою одежду когтями, покрутил меня и сказал – "на одну ночь сойдёшь". Когда я просила перестать, кричала, что не могу больше, он меня не слышал. Он вообще меня не… слышал. Ему плевать было, что он мне не по силам. Утром вызвал целителя и ушёл. Я уже почти мёртвая была. У меня, после этой ночи, не будет детей…
Помолчали, переваривая услышанное. Я… не удивлена. Лорд Алсэр произвёл на меня именно такое впечатление.
Стефка спросила:
– Ты сказала, что у тебя были сестра и брат. Что с ними случилось?
Ника сморгнула слёзы.
– Я не вернулась в дом, из которого меня забрали. Я вообще хотела умереть. Девчонки оттащили меня от края Бездны. Мы в храме Матери познакомились, и с тех пор не расстаёмся. Они моя семья.
– Лёля, а как тебе удалось… избежать постели лорда?
– Я его рассмешила. Сказала, что буду драться. – Помолчав, продолжила. – На самом деле было очень страшно. Я думала, что меня сожгут и сметут в совочек за оскорбление.
Ника смотрит на меня круглыми глазами.
– Драться? Но он же… тёмный лорд!
Ой, как всё запущено…
– Ну, тёмный лорд. И что из этого?
– Он может убить, и ничего ему не будет.
– То, что он с тобой сделал, законно?
– Смешная ты, Лёля. Ника уже объяснила, – он тёмный лорд. Да, если бы и не был тёмным лордом, – родители Ники продали её. Он имел право делать со своей рабыней что угодно.
– Несовершеннолетние не являются гражданами Империи?
– Несовершеннолетних опекают старшие родственники. Если они решили продать ребёнка, – это их право.
– То есть, Нику могут принудительно вернуть в семью?
– Не могут. Продав её, они лишились права опеки. Если бы она сама вернулась… Но Ника уже учёная. Папашка её играть не перестанет, а расплачиваться будет ею.
– А лорд Алсэр не может потребовать Нику к себе?
– Лорд не мелочный. Он сразу подписал ей вольную.
– Ну, хоть так…
Подумала, что чем такие родственники, лучше сиротой быть. Игрок это тот же наркоман. Продаст не задумываясь.
– Дамы, шашлык готов. А что это вы такие серьёзные?
– Проголодались. – Ехидно улыбаюсь Маю.
Стефка, ничтоже сумняшеся, вручила ему две миски с салатами и любезно придержала входную дверь.
Вместо спиртного Май притащил дыню и гору ни на что не похожих плодов. Дыню оставили на сладкое, а из плодов ребята, красуясь, голыми руками давили сок. Не стала соперничать – зачем задевать мужскую гордость. Хоть Стефка на меня и поглядывала с намёком. Зато очень к месту прозвучал старый анекдот про налогового инспектора.
– Для чего вы ищете подобное заклинание?
– Какая тебе разница, заклинатель? Я готова платить, но мне нужны гарантии.
– Мы пили брудершафт? Или дама удостоила меня своей благосклонности? Должно быть я был тогда пьян до изумления, иначе запомнил бы такую прелестную особу. – Издёвка в ответе сияла яркой радугой, контрастируя с обликом заклинателя, скрытого беспросветно-чёрным балахоном.
По коридору плыла, как пава. Одеяние смётано на живую нитку, а кое-где сколото булавками, – лишних телодвижений лучше не делать. И дышать аккуратнее. Через раз. Волосы разобрали на прядки, часть заплели, часть перевили лентами в цветах Ирландии, получился водопад, закрывающий спину до самых ног. Ступни в атласных портянках. Туфель моего размера тоже нет. Гостьи приезжают со своим гардеробом, так что, домоправительница извернулась, отрезав куски атласа, в которые обернули мои ноги. Голь на выдумку хитра.
Сидим в мрачной столовой. По разные стороны длиннющего стола. Лорд и я. Обедаем. Мне кусок в горло не лезет, – как вспомню ванную, так приходится следить за руками, чтобы не метали они в лорда столовые приборы. Да и блюда уж очень вычурно оформлены. Я пугаюсь, – вдруг не ту вилку возьму.
– Попробуй, это вкусно.
Подняла глаза от тарелки с чем-то непонятным. Лорд любезно улыбается. Посмотрела, какие по счёту нож и вилка в его руках, схватила и… действительно вкусно. Или я от стресса проголодалась. Сидеть за столом нас учили, так что я особых затруднений не испытываю.
– Вина не предлагаю. Сок?
– Благодарю вас, милорд.
Акустика в столовой на высоте. Руки рупором складывать не приходится. Вышколенная прислуга незаметна. Блюда и бокалы сами собой появляются и исчезают. Но в столовой Академии всё равно лучше. Спокойнее. И не надо за языком следить, чтобы не ляпнуть лишнего. А лорд ведёт лёгкую беседу, ненавязчиво расспрашивая, причём так, что утаить что-нибудь проблематично. Наконец, пыточный для моих нервов обед закончился. Лорд встал из за стола, мне отодвинули стул, и я осторожно поднялась, моля Ангела-Хранителя, чтобы все части моего одеяния удержались на месте.
– Полчаса тебе хватит, чтобы принять вид прилежной адептки?
Издевается! Сытый, довольный, пламя мерцает в глазах. Не поддаюсь на провокацию, почтительно отвечаю
– Да, милорд.
– Через полчаса я за тобой зайду.
И исчез в синем пламени. А я бегом, путаясь в расползающемся одеянии, рванула в гостевые покои. Переодеваться.
***
В Академии я почти сразу попала в руки его благородия. Милорд Алсэр не нашёл лучшего способа доставить меня к месту учёбы, чем явиться сразу в кабинет милорда Тьера. Наверное, чтобы не вынуждать лорда-директора расспрашивать первокурсницу, где и с кем она гуляла. Скорее всего, конечно, лорду и в голову не пришло явиться к въездным воротам. Не царское это дело, у входа стоять.
Ем глазами начальство, булькая от возмущения. Уж очень взгляд у лорда-директора "говорящий". Упала я в его глазах ниже плинтуса. Его благородие приветствовал высокого лорда, и заявил, что забирает меня на некоторое время, необходимое для расследования.
Ничего такого, – усадил меня в пустой аудитории, выдал пачку бумаги, ручку, и прика… вежливо попросил написать всё, что произошло сегодня. Специально, гад, дожидался, чтобы я не смогла пообщаться с девчонками. Хорошо, что мы заранее договорились. Юла вспомнила лорда-преступника только после его нападения на нас. И пусть докажет обратное. Остальное проблемы не представляет. Он нападал, мы защищались. Харльд и Стефка на момент появления лорда Алсэра уже спустились с деревьев, – ни о какой засаде речи быть не может. Мы прогуливались по лесу вшестером: Юла, Стефа, я, Марв, Даг и Харльд. Нападения боевого мага мы никак не ожидали. Защищались по мере сил. Точка.
– Ардамский лес не лучшее место для прогулок, госпожа Мороз. Странный выбор маршрута.
– Я не местная, лорд командующий. И наши спутники вполне справлялись с защитой.
– У вас есть какие-то соображения, почему нападение было совершено на вашу группу? Двое против шестерых, – неудачный расклад.
Непонимающе захлопала глазами. Откуда я знаю, какой расклад для боевых магов удачный, а какой нет.
– Лорд и его адьютант не могли не заметить, что двое ваших спутников носят форму Академии Искусства Смерти, а третий – тролль-наёмник. И всё-таки напали.
– Может быть, лорд узнал Юлу? То есть, леди Юлианну Шторм? Он, в отличие от неё, память не терял. Узнал, и решил зачистить следы. В Академии он до неё не дотянулся бы, там лорд-директор… вот и…
Его благородие внимательно слушает мой бред. С таким выражением лица хорошо в покер играть, – ни одной мысли по нему не прочтёшь. А я вспомнила брошенную преступником фразу, насчет улова.
– Он сказал, что сегодня хороший улов. И на продажу, и развлечение для лорда.
Его благородие окинул меня странным взглядом и… промолчал. Чую, милорд Алсэр оказал мне медвежью услугу, лично доставив в Академию.
***
Насколько это было плохо, я смогла оценить уже на следующий день. Когда адепты за моей спиной начали вполголоса отпускать скабрёзные замечания, а некоторые адептки демонстративно держались от меня поодаль. Даже потребовали другую наставницу в боевых искусствах. И никто не спросил почему. Их просто передали под начало леди Верис. Стефка и Юла виновато отводят глаза.
– Это всё глупости, Лёля. Не обращай внимания.
Объяснения мне дала Мирта.
– Они считают тебя обесчещенной. Теперь с тобой даже разговаривать невозможно, чтобы не испортить репутацию.
"Лёлька, выплюнь мухомор!" Стараюсь успокоиться, а белая пелена ярости колышется рядом, готовая накрыть меня с головой. Стараюсь вспомнить что-то отвлечённое, чтобы восстановить самоконтроль. Например, в каких целях можно использовать хммм… ромашку обыкновенную. Постепенно пришла в себя, напомнив несколько раз, что мне здесь пробыть осталось меньше семи лет. Пять лет учёбы и два года отработки на Тёмную Империю. Всё равно, обидно. Но не будешь же каждому объяснять. Даже если случится невероятное, и лорд Алсэр клятвенно подтвердит, что не прикасался ко мне, всё равно, как в том анекдоте – "но осадочек остался".
А в субботу Юла поссорилась с лордом Марвэлом, запретив ему приближаться к ней. Всё потому, что он осторожно намекнул ей, что общение со мной может повредить её репутации. Несчастный лорд был вынужден откланяться. На следующий день, в воскресенье, лорд Марвэл, как ни в чём не бывало, явился вместе со всей компанией. Юла, верная себе, смотрит сквозь него, демонстративно беседуя со мной и Маем.
– Юла, может быть, лорд Марвэл прав? Я через семь лет вернусь на Родину, а тебе здесь жить.
– Не говори глупостей, Лёля.
Смотрю на подругу в шоке. Репутация леди – глупость? Или благодарность за свершённую месть застит Юле не только глаза, но и чувство самосохранения?
– Я поясню. – Май весело улыбнулся. – Леди Юлианна глава своего клана. Она не выйдет замуж, как прочие тёмные леди. Леди Юлианна Шторм возьмёт себе консорта. Младшего сына одного из знатных домов Тёмной Империи. Таковы традиции тёмных.
Я тихо сказала в пространство.
– Ничего не было.
Май тяжело вздохнул.
– Лёля, это поняли все. Но общественное мнение не сдвинешь. Да и репутация у наследника Алсэров такова, что женщину, оказавшуюся с ним наедине, априори считают падшей.
Глава 8. Праздники и поздравления, планы и способы их реализации.
Сессия. Как много в этом звуке… во всяком случае, для студен… тьфу! адептов.
– Почему учащихся называют адептами*?
*Adeptus – "достигший, помогающий", то есть, ревностный приверженец какого-либо учения, идеи, знания, помогающий понять идею и знание. "Адепт" может обозначать пройденную инициацию или определённую степень иерархии, уровня посвящённости человека в тайное знание.
Май пожал плечами и поинтересовался:
– А как учащихся называют у вас?
– Студенты, если дело касается высших учебных заведений, школьники, или школяры, если речь идёт о начальном и среднем учебном заведении. В техникумах, или, как их сейчас называют, колледжах – тоже студенты. Если человек с дипломом идёт в науку, продолжая обучение, он становится аспирантом. Защищает кандидатскую, позднее докторскую диссертацию и получает учёную степень.
– Не думай об этом, Лёля. Думай об экзаменах.
– Сегодня я вообще ни о чём думать не собираюсь.
– И это правильно! – Май ухватил из под ножа кусок помидорки, уклонился от подзатыльника Стефки и сбежал во двор.
Празднуем окончание зачётной недели. Беготня и суета закончились нашей победой в виде допуска к экзаменам. День на расслабуху, и… "учиться, учиться и учиться", как завещал вождь мирового пролетариата.
А сегодня мы делаем шашлыки. Май снял коттедж на окраине Ардама, и мы собрались всей компанией: Май, три-Д троица, лорд Марвэл, Харльд, Стефка, Юла, я и Мирта с двумя подружками Леэной и Никой, не обучающимися в Академии. Точнее, они обучаются в Академии стражей. А в детстве вместе с Миртой входили в уличную банду.
Ребята, под руководством Харльда, установили переносной мангал и разожгли угли. Мясо, замаринованное в сухом вине и специях, ждёт своего часа в большом керамическом бочонке. Мы с девчонками крошим салаты. Сколько в зимнем Ардаме стоит свежая зелень – страшно представить. Май сказал, чтобы мы не парились на эту тему. Вспомнила, что он может перемещаться между мирами, успокоилась – возможно овощи, фрукты и зелень куплены в разгар сезона. Во всяком случае, они не тепличные, – чувствуется, что росли в открытом грунте. И Стефка подтвердила, а она-то уж точно в этом понимает.
– Жалко, картошки нет, – можно было бы запечь в углях.
– Что такое "картошка"?
– Это такой корнеплод. Растение, у которого съедобные клубни вырастают под землёй. Сытное и вкусное.
Ярко вспомнилась выкатываемая из кострища картошина. Жар в ладонях, когда её перебрасываешь из руки в руку… Мечты-мечты…
– Лёля, я слышала тобой заинтересовался лорд Алсэр.
Ушат ледяной воды на голову. Вот зачем Мирте было трепаться с подружками? Или об этом уже весь Ардам говорит?
– Я для лорда слишком молода. Милорд сказал, что не общается с несовершеннолетними в мирное время. – Задумалась, вспоминая нашу с лордом беседу. А ведь фраза-то показательная. Мне сразу дали понять, что лорд себя условностями не обременяет.
– Я тебя огорчу, Лёля. Общается. Были прецеденты. Тебе следует быть осторожней, – лорд Алсэр не оставит в покое женщину, привлёкшую его внимание. Разве только у тебя появится очень сильный защитник.
– Адепты находятся под защитой лорда-директора.
– Лёля, лорды одного уровня. Говорят, даже, вместе росли. И твоя непорочность не повод для ссоры, поверь мне. Если ты останешься жива и невредима, за исключением сама понимаешь чего, ваш директор не будет предъявлять претензии лорду Алсэру. – Леэна внимательно смотрит на меня. – Я предупредила, чтобы не было неожиданностей. Постарайся не покидать Академию в одиночку.
– А почему ты решила меня предупредить? Я благодарна, конечно, но мне непонятна такая забота. Без обид, Леэна, но я в недоумении.
– Ты хорошая девчонка, Лёля. Жалко, если тебя сломают.
Ника, опустив голову, собирает нарезанную зелень в миску. Тонкие руки подрагивают. Потом она подняла голову и посмотрела на меня полными слёз глазами.
– Меня забрали в четырнадцать лет. За долги. Папа играл, и ему не везло.
Юла разбив наступившую тишину, произнесла мягко, но непреклонно:
– Ника, лорд не будет играть с… тем, кто ниже по положению. И ростовщичеством лорды не занимаются.
– Всё просто. Доверенный помощник лорда выкупил папины долги, пришел в наш дом и предложил родителям выбор. Или папа отправляется в долговую тюрьму, а мы все на улицу без вещей, которые пойдут с молотка вместе с домом, или он передаёт папе расписки и забирает меня. У меня были старшая сестра и младший брат. Папа… взял расписки.
Ника обхватила себя руками за плечи, съёжившись, как будто от холода.
– Я плакала, умоляла, говорила, что мне ещё рано… Он сорвал мою одежду когтями, покрутил меня и сказал – "на одну ночь сойдёшь". Когда я просила перестать, кричала, что не могу больше, он меня не слышал. Он вообще меня не… слышал. Ему плевать было, что он мне не по силам. Утром вызвал целителя и ушёл. Я уже почти мёртвая была. У меня, после этой ночи, не будет детей…
Помолчали, переваривая услышанное. Я… не удивлена. Лорд Алсэр произвёл на меня именно такое впечатление.
Стефка спросила:
– Ты сказала, что у тебя были сестра и брат. Что с ними случилось?
Ника сморгнула слёзы.
– Я не вернулась в дом, из которого меня забрали. Я вообще хотела умереть. Девчонки оттащили меня от края Бездны. Мы в храме Матери познакомились, и с тех пор не расстаёмся. Они моя семья.
– Лёля, а как тебе удалось… избежать постели лорда?
– Я его рассмешила. Сказала, что буду драться. – Помолчав, продолжила. – На самом деле было очень страшно. Я думала, что меня сожгут и сметут в совочек за оскорбление.
Ника смотрит на меня круглыми глазами.
– Драться? Но он же… тёмный лорд!
Ой, как всё запущено…
– Ну, тёмный лорд. И что из этого?
– Он может убить, и ничего ему не будет.
– То, что он с тобой сделал, законно?
– Смешная ты, Лёля. Ника уже объяснила, – он тёмный лорд. Да, если бы и не был тёмным лордом, – родители Ники продали её. Он имел право делать со своей рабыней что угодно.
– Несовершеннолетние не являются гражданами Империи?
– Несовершеннолетних опекают старшие родственники. Если они решили продать ребёнка, – это их право.
– То есть, Нику могут принудительно вернуть в семью?
– Не могут. Продав её, они лишились права опеки. Если бы она сама вернулась… Но Ника уже учёная. Папашка её играть не перестанет, а расплачиваться будет ею.
– А лорд Алсэр не может потребовать Нику к себе?
– Лорд не мелочный. Он сразу подписал ей вольную.
– Ну, хоть так…
Подумала, что чем такие родственники, лучше сиротой быть. Игрок это тот же наркоман. Продаст не задумываясь.
– Дамы, шашлык готов. А что это вы такие серьёзные?
– Проголодались. – Ехидно улыбаюсь Маю.
Стефка, ничтоже сумняшеся, вручила ему две миски с салатами и любезно придержала входную дверь.
Вместо спиртного Май притащил дыню и гору ни на что не похожих плодов. Дыню оставили на сладкое, а из плодов ребята, красуясь, голыми руками давили сок. Не стала соперничать – зачем задевать мужскую гордость. Хоть Стефка на меня и поглядывала с намёком. Зато очень к месту прозвучал старый анекдот про налогового инспектора.
***
– Для чего вы ищете подобное заклинание?
– Какая тебе разница, заклинатель? Я готова платить, но мне нужны гарантии.
– Мы пили брудершафт? Или дама удостоила меня своей благосклонности? Должно быть я был тогда пьян до изумления, иначе запомнил бы такую прелестную особу. – Издёвка в ответе сияла яркой радугой, контрастируя с обликом заклинателя, скрытого беспросветно-чёрным балахоном.
