— Непременно, как бы там не было, я должна туда сходить… Я почему-то думаю, это важно… А вдруг, мне удастся ее обличить при всех? Вот будет дело… Вот это будет реванш… За все предыдущие проигрыши и неудачи… Эх, это было бы очень хорошо. Слишком хорошо, чтобы быть правдой… Я только, я… — она остановилась неподалеку от двери, став к ней спиной, и что-то хотела добавить, как услышала чьи-то приближающиеся шаги с улицы.
Пегаска замерла в предвкушении любых событий. «Вернулись, не иначе вернулись…» — пронеслось туманом в голове у пони. Она полагала, что сейчас войдет кто-нибудь из оборотней, а то и нескольких, и она получит на орехи за то, что покинула дом, даже не смотря, что прямых запретов ей не поступало.
Вот шаги остановились и образовалась некоторая пауза. Дитзи побаивалась обернуться даже к закрытой двери и ожидала худшего. Наконец, дверь легонько скрипнула и до конца распахнулась, но не ударившись, а затормозив ровно до момента соприкосновения с соседней стенкой. Это было похоже на работу телекинеза, но оборотни входят по-другому, как обычные пони. Дитзи не поняв, кто оказался у нее за спиной на пороге, медленно стала оборачиваться.
И когда она обернулась, то увидела некто такого, кого уж точно не ожидала увидеть сейчас, а тем более у себя дома. Перед серой пегаской оказался аликорн! Самый настоящий аликорн, причем неизвестный ей доселе. Вполне вероятно, это был оборотень, но какой смысл было прятаться под личиной аликорна, а тем более неизвестного? Да и как оборотни могут превращаться в того, кого нет?
Дитзи смотрела на аликорна входящего к ней в дом, как на какое-то нереальное божество, вернувшееся из давних мифов. Аликорн была кобылкой, светлого, почти бледно-белого окраса с некоторыми такими же бледными, но розовыми еле заметными вкраплениями на ногах. Ростом она была точь-в-точь, например, с Принцессу Луну и даже телосложением напоминала ее. И одним из первых, что заметила Дитзи, были ее глаза — абсолютно нормальные глаза, даже более того, сверх идеальные и ровные, какие бывают, пожалуй, только на картинках во дворцах.
Она встала совсем рядом с серой пегаской и телекинезом быстро закрыла дверь. Очевидно, все что должно было последовать далее, имело приватный характер. Пегаска, не скрывая своего большого изумления, боязливо осматривала ее, часто то и дело снова поднимая глаза и ожидая некой ответной реакции. Но пока что ничего не происходило. Белый аликорн смотрела прямо в глаза серой пони, пронзительно и так властно, что казалось, перед Дитзи стоит сама правительница всего мироздания, фигура намного более важная, чем сама Принцесса Селестия.
Но она все молчала и ничего не оставляла серой кобылке, как продолжать ее и дальше с удивлением изучать. Глаза аликорна были карего цвета, с зеленоватым и каким-то не ясным оттенком, отдаваемым, казалось, неким мистическим сиянием. Крылья аликорна были аккуратно сложены и тоже имели белый цвет, также лишь с некоторыми розовыми вставками, как поначалу показалось Дитзи, как будто выведенными неким замысловатым узором. Но пегаска не была уверена, с боку плохо виднелось, да и это не было важным сейчас. Грива слегка отдавала неким более темным, то ли серым, то ли светло-синим оттенком, но при этом также оставаясь светлой. И она не шевелилось от магии. Дитзи сразу обратила на это внимание. Обычно грива с хвостом у аликорнов сами переливаются волнистой рябью от солидного возраста и большого магического статуса аликорна. Дитзи это знала. Но эта аликорн хоть и выглядела внушительно, но ее грива никак не выказывала ее особого статуса. А может быть, если это оборотень, она и могла это сделать одним своим желанием. У Дитзи появилась такая мысль. Но, опять-таки, зачем-то ж она этого не сделала. Значит, так было нужно.
— Итак, — вдруг заговорила аликорн нежным и мягким, но при этом очень серьезным голосом. — Значит, это ты и есть Дитзи Ду?
Дитзи слегка обомлела от, казалось, такого простого вопроса. С момента входа аликорна в дом прошла, может, минута-две, но для Дитзи это также казалось необычайно длительным периодом. Кобылка лишь промычала что-то невнятное в ответ и даже слегка задрожала, видя что разговаривать у нее сразу совсем не получилось.
— Не бойся меня, — продолжила аликорн. — Я не причиню тебе вреда. Говори, как есть.
— Да, кхе, да, — ответила тут же пони. — Это я.
— И как ты живешь тут? — спросила вторым вопросом аликорн, пройдясь по комнате.
— Ну, честно говоря… — замялась пегаска. — Не очень…
— Тебе что-то мешает или есть какие-то проблемы?
— Вы же… — опять замялась Дитзи, но когда увидела, что аликорн повернулась к ней, продолжила чуть более бодро: — Вы же, полагаю, знаете это…
— Да. Знаю.
Дитзи боялась что-нибудь самой спросить у нее. Почему-то своим видом она до сих пор держала в страхе бедную серую пони. Аликорн подошла к кобылке и спросила:
— Ты знаешь, кто я?
— Если честно, то нет, — дрожащим голосом ответила пегаска.
— Хорошо, я просто так спросила. Тебе и не нужно знать, — недвусмысленно дала понять аликорн место пегаски в ее собственном доме.
Дитзи продолжала настороженно смотреть на аликорна, ожидая какого-нибудь подвоха, или какого другого нелестного жеста. Аликорн еще немного походила по комнате, посмотрелась в зеркало, и, как показалось Дитзи, слегка напоказ восхитилась своей внешностью. Прошла чуть дальше, заглянула на кухню и тут же обернулась назад.
— Да, домик у тебя небольшой, — заметила она без особой лести.
— Да, — согласилась пегаска. — Но я рада и такому…
Аликорн вдруг резко повернулась и быстро подошла к ней. Дитзи слегка напугалась таким быстрым движениям от своей величественной гостьи.
— Довольно, — заключила аликорн. — Я пришла по делу и времени у меня не очень много. Значит, ты…
— Я-я… — испуганно произнесла кобылка.
— Хм-м… — сомнительно осмотрела ее аликорн и заключила. — Я решила прекратить взаимодействие с тобой! Это потеряла всякий смысл, и ты нам стала теперь лишь обузой! Поэтому мы прекращаем с тобой любые контакты, но, при одном условии, если ты сама не будешь нам мешать! Каждое твое появление на виду у всех часто вызывает ошибочную реакцию и к тебе после этого все…
— Я стала обузой?.. — встряла извинительно кобылка.
— Не смей меня перебивать, когда я говорю! — сердито пригрозила аликорн.
— Извините…
— Так вот, любое твое появление на виду у всех вызывает ошибочную реакцию и к тебе после этого все относятся по-другому… не так, как должны были изначально. Должна отметить, — посмотрела она внимательно на кобылку. — Что ты очень часто нам портила игру и довольно сильно. Мне приходилось не раз менять наши планы и все это было из-за тебя!
Дитзи, не совсем понимая, смотрела в ответ на аликорна, пытаясь самой во всем интуитивно разобраться. А аликорн продолжала:
— И вот сейчас, когда все зашло слишком далеко… ты нам больше не интересна и на этом все!
— Но, погодите, — наконец-то вступилась Дитзи. — Объясните, что это значит?
— Я уверена, что ты и сама все прекрасно понимаешь. Ты нам больше не нужна! Главное, что от тебя требуется сейчас, это что бы ты не мешала нам в наших дальнейших планах… иначе…
— Иначе что? — немного осмелев, переспросила пегаска.
— Иначе нам придется с тобой по серьезному разобраться!
— Вы меня… хотите… убить? — с некоторым смирением в голосе спросила Дитзи.
— Убить?! Ха-ха… Не смеши… — громко рассмеялась аликорн. — Если бы мы хотели тебя убить, то давно бы уже это сделали. Нам нет никакой нужды тебя убивать. В этом нет смысла…
— Тогда что?.. — озадаченно переспросила кобылка.
— Мы можем сделать твою жизнь совершенно невыносимой! Настолько ужасной, что ты будешь просить, нет, просто умолять нас о смерти!
— Поверьте, — резко вставила пегаска. — Моя жизнь, благодаря вам, уже такая! — с отчаянием почти выкрикнула серая пони.
— Да неужели? — играючи усомнилась аликорн. — Ты думаешь, что ты находишься в самом жутком положении? Ты полагаешь, что хуже уже быть не может и что твоя жизнь — настоящий ад?
— А разве это не так? Вы же, я полагаю, хорошо знаете, как и в каких условиях я живу… разве нет?
— О, я превосходно это знаю… и поверь мне, — подошла она вплотную к кобылке. — Ты глубоко заблуждаешься, считая, что живешь сейчас в аду! Ад же ты устроила сама себе! А вот я могу устроить тебе настоящую преисподнюю, настоящий Тартар! По сравнению с чем, твоя настоящая жизнь покажется для тебя чем-то даже приятным и снисходительным.
— Я в этом сомневаюсь… — пробурчала, отвернувшись пони.
— Да… не стану скрывать, мы выжили из тебя все соки, все, что только можно было выдавить с простой и жалкой пони. Но поверь мне, ты еще не видела настоящего ада!
— Вы… — повернулась она к аликорну, сглотнув и приготовившись к чему угодно. — Вы это по себе знаете?
— Ох, посмотрите на нее! — злорадно усмехнулась гостья. — Мы уже начинаем дерзить старшим, ха-ха-ха… Да, я уверена, что будь мое желание, я бы показала тебе, что такое настоящий ад… но, я не стану этого делать и просто завершу все на этом. С тебя хватит.
Аликорн повернулась к кобылке спиной и прошлась снова вдоль комнаты.
— Вы питались моей любовью… — нарушила только что появившуюся паузу Дитзи. — Вы… вы пили из меня все жизненные соки и жили за мой счет… ведь так? — обреченно поинтересовалась она.
Аликорн обернулась и внимательно посмотрела на пони:
— Да! — утвердительно и с величием в голосе ответила она. — Конечно! Но знай, что любви одной простой пони слишком мало, чтобы этим насытиться.
— Мы для вас лишь еда… — отстраненно добавила пегаска, опустив голову.
— О, да! — с азартом согласилась аликорн. — И очень вкусная и сытная еда!
— А можно узнать… — безнадежно решила снова поинтересоваться пегаска. — Как давно вы… как давно вы питались моей любовью и когда прекратили? — сказала она и смиренно опустила голову, ожидая отказа в ответе.
— Мы питались тобой также сильно, как и всеми остальными, — на удивление серой пони сразу стала отвечать аликорн. — В Эквестрии больше любви, чем где угодно… а самое богатое на любовь место в Эквестрии — это Понивилль! Это райский уголок для тех, кому нужна любовь. Ты была нашим донором ровно столько, сколько могла излучать любовь. Но, к нашему сожалению, ты быстро научилась нас распознавать и любви от тебя мы почти перестали получать, — аликорн подошла к главному столику, за которым было пару пустых стаканов, и дотронулась до одного: — Примитив… — высокомерно фыркнула она. — Итак, неважно… Чем сильнее проявлялась твоя… депрессия, — с пренебрежением в голосе произнесла она. — И чем больше ты становилась замкнутой в себе, ни с кем не общаясь, тем меньше ты могла нам давать любви.
— Это же случилось из-за вас! Вы же сами заменили меня моим двойником, которая стала проживать… — не могла сумбурно найти нужных слов кобылка. — Проживать мою жизнь! Мою!!! И… и, после этого вы заявляете, что это я перестала общаться со всеми?! Так это же все случилось исключительно из-за вас! Если бы не вы, если бы не оборотни… если бы не этот двойник… эта… Дерпи… — скривившись, произнесла пегаска ее имя. — Эта наглая и бессовестная…
— Полегче, пони, — остановила аликорн распоясавшуюся, от своей ненависти, Дитзи. — Она может стереть тебя в порошок… если захочет! Это один из лучших наших агентов по праву. Я ей очень горжусь. Она хороша, и прекрасно справляется со своей работой.
— Кто она такая? — неугомонно выкрикнула пегаска.
— Слыхала такое? Меньше знаешь — крепче спишь! — съязвила в ответ гостья. — Неважно, кто она. Считай ее особым агентом нашей системы. Главное, что она отлично водит за нос весь ваш маленький городок.
— Абсолютно все ведутся на ее уловки, — согласилась серая пони грустно.
— Даже ты себе не представляешь, как все на нее ведутся! Все ваши жалкие жители ходят как по струнке вокруг Дерпи, даже ни о чем и не догадываясь! Вы все болваны… — аликорн подошла к окну и посмотрела в него, обращаясь как бы ко всем жителям. — Вы все просто марионетки в руках умелого фокусника. Она вами всеми жонглирует, как только сама пожелает. Они думают, что броня ее, имеют над ней власть, но ошибаются, когда спустя время сами же умиляются ее же забавными и нелепыми выходками. И хохоча, сами же отдают нам свою любовь, свои жизни…
Дитзи молчала. Она, наконец-то, услышала подтверждения своим догадкам. Все так и оказалось. Она спец среди них и серой кобылки пришлось иметь дело ни с простым оборотнем, а с одной из лучших. И как будто прочитав мысли Дитзи, аликорн добавила:
— Лучшая из лучших в своем роде…
— Почему у нее косые глаза? — продолжала серая кобылка.
— Ты слишком много хочешь знать! Я итак тебе многое рассказала…
— Почему? — не унималась пегаска. — Вы сделали меня посмешищем перед всеми! Невольным клоуном, над которым все только потешаются, в грош не ставя… Вы меня изничтожили!
— Хватит осуждений, — повернулась к ней аликорн и медленно пошла навстречу. — Таких как ты — множество… Это наша жизнь. Если тебе что-то не нравилось, ты могла сражаться.
— Я это и делала.
— Верно. И как успехи? Многое получилось?
Дитзи печально опустила голову с несогласием на морде:
— Мы вас победили на свадьбе в Кантерлоте! — укоризненно заметила кобылка.
— Да, — безрадостно согласилась аликорн. — Но то было временное поражение и при совершенно неожиданных обстоятельствах. Это не считается, — отвела взгляд гостья. — Да и к тому же одной свадьбой все не ограничится… — хитро посмотрела она на кобылку. — Мы еще много раз вам всем отомстим, и ты, уверена, даже знаешь, на какой следующей свадьбе будет весело, ха-ха-ха…
— Они будут как мыши в мышеловке, верно? — ужаснулась пегаска.
— О-о, мышки попадутся так просто, что мне даже на минутку станет их жаль, — саркастично пошутила аликорн. — Конечно, нет! Там некого жалеть! А попадутся они даже легче, чем простые мыши. Они настолько глупы, что не заметят оборотня у себя под носом! Это просто смешно! На нашем счету будет множество свадеб, как и судеб Эквестрии… а на вашем счету лишь одна та свадьба…
— Может быть, я бы даже победила своего двойника в той очной схватке! — вставила снова Дитзи.
— Что? Ха-ха… — звучно рассмеялась аликорн. — Не смеши меня! Ты совершенно ее не знаешь! Это настоящий боец и она прошла множество испытаний и боевых задач. Она великолепно сражается, и, уверена, ты это ощутила в полной мере на себе.
Дитзи снова нерадостно склонила голову.
— Когда ты думаешь, что она ранена — она лишь перегруппировывается, когда ты считаешь, что противник побежден — она готовится на тебя напасть! Нет такой пони, способной провести хладнокровного расчетливого убийцу и шпиона!
— Она еще и… — ужаснулась пегаска.
— Она много чем занималась… ну да неважно. Хватит о ней!
— Что с ее глазами? Вы мне так и не ответили? Она что, не может их сменить при своем перевоплощении?!
— Скажем так, это ее отличительный знак. Эта старая история, — фыркнула раздраженно аликорн. — Которую я не хочу пересказывать тебе. Она такая и на этом точка!
Дитзи задумалась, с накрапывающими слезами на глазах. А аликорн продолжила:
— Ладно, я итак заговорилась с тобой. На этом все!
— Стойте! — воскликнула пегаска. — У меня еще много вопросов!
— Я не собираюсь отвечать на твои вопросы! Не забывай, что я не для этого сюда пришла!
Пегаска замерла в предвкушении любых событий. «Вернулись, не иначе вернулись…» — пронеслось туманом в голове у пони. Она полагала, что сейчас войдет кто-нибудь из оборотней, а то и нескольких, и она получит на орехи за то, что покинула дом, даже не смотря, что прямых запретов ей не поступало.
Вот шаги остановились и образовалась некоторая пауза. Дитзи побаивалась обернуться даже к закрытой двери и ожидала худшего. Наконец, дверь легонько скрипнула и до конца распахнулась, но не ударившись, а затормозив ровно до момента соприкосновения с соседней стенкой. Это было похоже на работу телекинеза, но оборотни входят по-другому, как обычные пони. Дитзи не поняв, кто оказался у нее за спиной на пороге, медленно стала оборачиваться.
И когда она обернулась, то увидела некто такого, кого уж точно не ожидала увидеть сейчас, а тем более у себя дома. Перед серой пегаской оказался аликорн! Самый настоящий аликорн, причем неизвестный ей доселе. Вполне вероятно, это был оборотень, но какой смысл было прятаться под личиной аликорна, а тем более неизвестного? Да и как оборотни могут превращаться в того, кого нет?
Дитзи смотрела на аликорна входящего к ней в дом, как на какое-то нереальное божество, вернувшееся из давних мифов. Аликорн была кобылкой, светлого, почти бледно-белого окраса с некоторыми такими же бледными, но розовыми еле заметными вкраплениями на ногах. Ростом она была точь-в-точь, например, с Принцессу Луну и даже телосложением напоминала ее. И одним из первых, что заметила Дитзи, были ее глаза — абсолютно нормальные глаза, даже более того, сверх идеальные и ровные, какие бывают, пожалуй, только на картинках во дворцах.
Она встала совсем рядом с серой пегаской и телекинезом быстро закрыла дверь. Очевидно, все что должно было последовать далее, имело приватный характер. Пегаска, не скрывая своего большого изумления, боязливо осматривала ее, часто то и дело снова поднимая глаза и ожидая некой ответной реакции. Но пока что ничего не происходило. Белый аликорн смотрела прямо в глаза серой пони, пронзительно и так властно, что казалось, перед Дитзи стоит сама правительница всего мироздания, фигура намного более важная, чем сама Принцесса Селестия.
Но она все молчала и ничего не оставляла серой кобылке, как продолжать ее и дальше с удивлением изучать. Глаза аликорна были карего цвета, с зеленоватым и каким-то не ясным оттенком, отдаваемым, казалось, неким мистическим сиянием. Крылья аликорна были аккуратно сложены и тоже имели белый цвет, также лишь с некоторыми розовыми вставками, как поначалу показалось Дитзи, как будто выведенными неким замысловатым узором. Но пегаска не была уверена, с боку плохо виднелось, да и это не было важным сейчас. Грива слегка отдавала неким более темным, то ли серым, то ли светло-синим оттенком, но при этом также оставаясь светлой. И она не шевелилось от магии. Дитзи сразу обратила на это внимание. Обычно грива с хвостом у аликорнов сами переливаются волнистой рябью от солидного возраста и большого магического статуса аликорна. Дитзи это знала. Но эта аликорн хоть и выглядела внушительно, но ее грива никак не выказывала ее особого статуса. А может быть, если это оборотень, она и могла это сделать одним своим желанием. У Дитзи появилась такая мысль. Но, опять-таки, зачем-то ж она этого не сделала. Значит, так было нужно.
— Итак, — вдруг заговорила аликорн нежным и мягким, но при этом очень серьезным голосом. — Значит, это ты и есть Дитзи Ду?
Дитзи слегка обомлела от, казалось, такого простого вопроса. С момента входа аликорна в дом прошла, может, минута-две, но для Дитзи это также казалось необычайно длительным периодом. Кобылка лишь промычала что-то невнятное в ответ и даже слегка задрожала, видя что разговаривать у нее сразу совсем не получилось.
— Не бойся меня, — продолжила аликорн. — Я не причиню тебе вреда. Говори, как есть.
— Да, кхе, да, — ответила тут же пони. — Это я.
— И как ты живешь тут? — спросила вторым вопросом аликорн, пройдясь по комнате.
— Ну, честно говоря… — замялась пегаска. — Не очень…
— Тебе что-то мешает или есть какие-то проблемы?
— Вы же… — опять замялась Дитзи, но когда увидела, что аликорн повернулась к ней, продолжила чуть более бодро: — Вы же, полагаю, знаете это…
— Да. Знаю.
Дитзи боялась что-нибудь самой спросить у нее. Почему-то своим видом она до сих пор держала в страхе бедную серую пони. Аликорн подошла к кобылке и спросила:
— Ты знаешь, кто я?
— Если честно, то нет, — дрожащим голосом ответила пегаска.
— Хорошо, я просто так спросила. Тебе и не нужно знать, — недвусмысленно дала понять аликорн место пегаски в ее собственном доме.
Дитзи продолжала настороженно смотреть на аликорна, ожидая какого-нибудь подвоха, или какого другого нелестного жеста. Аликорн еще немного походила по комнате, посмотрелась в зеркало, и, как показалось Дитзи, слегка напоказ восхитилась своей внешностью. Прошла чуть дальше, заглянула на кухню и тут же обернулась назад.
— Да, домик у тебя небольшой, — заметила она без особой лести.
— Да, — согласилась пегаска. — Но я рада и такому…
Аликорн вдруг резко повернулась и быстро подошла к ней. Дитзи слегка напугалась таким быстрым движениям от своей величественной гостьи.
— Довольно, — заключила аликорн. — Я пришла по делу и времени у меня не очень много. Значит, ты…
— Я-я… — испуганно произнесла кобылка.
— Хм-м… — сомнительно осмотрела ее аликорн и заключила. — Я решила прекратить взаимодействие с тобой! Это потеряла всякий смысл, и ты нам стала теперь лишь обузой! Поэтому мы прекращаем с тобой любые контакты, но, при одном условии, если ты сама не будешь нам мешать! Каждое твое появление на виду у всех часто вызывает ошибочную реакцию и к тебе после этого все…
— Я стала обузой?.. — встряла извинительно кобылка.
— Не смей меня перебивать, когда я говорю! — сердито пригрозила аликорн.
— Извините…
— Так вот, любое твое появление на виду у всех вызывает ошибочную реакцию и к тебе после этого все относятся по-другому… не так, как должны были изначально. Должна отметить, — посмотрела она внимательно на кобылку. — Что ты очень часто нам портила игру и довольно сильно. Мне приходилось не раз менять наши планы и все это было из-за тебя!
Дитзи, не совсем понимая, смотрела в ответ на аликорна, пытаясь самой во всем интуитивно разобраться. А аликорн продолжала:
— И вот сейчас, когда все зашло слишком далеко… ты нам больше не интересна и на этом все!
— Но, погодите, — наконец-то вступилась Дитзи. — Объясните, что это значит?
— Я уверена, что ты и сама все прекрасно понимаешь. Ты нам больше не нужна! Главное, что от тебя требуется сейчас, это что бы ты не мешала нам в наших дальнейших планах… иначе…
— Иначе что? — немного осмелев, переспросила пегаска.
— Иначе нам придется с тобой по серьезному разобраться!
— Вы меня… хотите… убить? — с некоторым смирением в голосе спросила Дитзи.
— Убить?! Ха-ха… Не смеши… — громко рассмеялась аликорн. — Если бы мы хотели тебя убить, то давно бы уже это сделали. Нам нет никакой нужды тебя убивать. В этом нет смысла…
— Тогда что?.. — озадаченно переспросила кобылка.
— Мы можем сделать твою жизнь совершенно невыносимой! Настолько ужасной, что ты будешь просить, нет, просто умолять нас о смерти!
— Поверьте, — резко вставила пегаска. — Моя жизнь, благодаря вам, уже такая! — с отчаянием почти выкрикнула серая пони.
— Да неужели? — играючи усомнилась аликорн. — Ты думаешь, что ты находишься в самом жутком положении? Ты полагаешь, что хуже уже быть не может и что твоя жизнь — настоящий ад?
— А разве это не так? Вы же, я полагаю, хорошо знаете, как и в каких условиях я живу… разве нет?
— О, я превосходно это знаю… и поверь мне, — подошла она вплотную к кобылке. — Ты глубоко заблуждаешься, считая, что живешь сейчас в аду! Ад же ты устроила сама себе! А вот я могу устроить тебе настоящую преисподнюю, настоящий Тартар! По сравнению с чем, твоя настоящая жизнь покажется для тебя чем-то даже приятным и снисходительным.
— Я в этом сомневаюсь… — пробурчала, отвернувшись пони.
— Да… не стану скрывать, мы выжили из тебя все соки, все, что только можно было выдавить с простой и жалкой пони. Но поверь мне, ты еще не видела настоящего ада!
— Вы… — повернулась она к аликорну, сглотнув и приготовившись к чему угодно. — Вы это по себе знаете?
— Ох, посмотрите на нее! — злорадно усмехнулась гостья. — Мы уже начинаем дерзить старшим, ха-ха-ха… Да, я уверена, что будь мое желание, я бы показала тебе, что такое настоящий ад… но, я не стану этого делать и просто завершу все на этом. С тебя хватит.
Аликорн повернулась к кобылке спиной и прошлась снова вдоль комнаты.
— Вы питались моей любовью… — нарушила только что появившуюся паузу Дитзи. — Вы… вы пили из меня все жизненные соки и жили за мой счет… ведь так? — обреченно поинтересовалась она.
Аликорн обернулась и внимательно посмотрела на пони:
— Да! — утвердительно и с величием в голосе ответила она. — Конечно! Но знай, что любви одной простой пони слишком мало, чтобы этим насытиться.
— Мы для вас лишь еда… — отстраненно добавила пегаска, опустив голову.
— О, да! — с азартом согласилась аликорн. — И очень вкусная и сытная еда!
— А можно узнать… — безнадежно решила снова поинтересоваться пегаска. — Как давно вы… как давно вы питались моей любовью и когда прекратили? — сказала она и смиренно опустила голову, ожидая отказа в ответе.
— Мы питались тобой также сильно, как и всеми остальными, — на удивление серой пони сразу стала отвечать аликорн. — В Эквестрии больше любви, чем где угодно… а самое богатое на любовь место в Эквестрии — это Понивилль! Это райский уголок для тех, кому нужна любовь. Ты была нашим донором ровно столько, сколько могла излучать любовь. Но, к нашему сожалению, ты быстро научилась нас распознавать и любви от тебя мы почти перестали получать, — аликорн подошла к главному столику, за которым было пару пустых стаканов, и дотронулась до одного: — Примитив… — высокомерно фыркнула она. — Итак, неважно… Чем сильнее проявлялась твоя… депрессия, — с пренебрежением в голосе произнесла она. — И чем больше ты становилась замкнутой в себе, ни с кем не общаясь, тем меньше ты могла нам давать любви.
— Это же случилось из-за вас! Вы же сами заменили меня моим двойником, которая стала проживать… — не могла сумбурно найти нужных слов кобылка. — Проживать мою жизнь! Мою!!! И… и, после этого вы заявляете, что это я перестала общаться со всеми?! Так это же все случилось исключительно из-за вас! Если бы не вы, если бы не оборотни… если бы не этот двойник… эта… Дерпи… — скривившись, произнесла пегаска ее имя. — Эта наглая и бессовестная…
— Полегче, пони, — остановила аликорн распоясавшуюся, от своей ненависти, Дитзи. — Она может стереть тебя в порошок… если захочет! Это один из лучших наших агентов по праву. Я ей очень горжусь. Она хороша, и прекрасно справляется со своей работой.
— Кто она такая? — неугомонно выкрикнула пегаска.
— Слыхала такое? Меньше знаешь — крепче спишь! — съязвила в ответ гостья. — Неважно, кто она. Считай ее особым агентом нашей системы. Главное, что она отлично водит за нос весь ваш маленький городок.
— Абсолютно все ведутся на ее уловки, — согласилась серая пони грустно.
— Даже ты себе не представляешь, как все на нее ведутся! Все ваши жалкие жители ходят как по струнке вокруг Дерпи, даже ни о чем и не догадываясь! Вы все болваны… — аликорн подошла к окну и посмотрела в него, обращаясь как бы ко всем жителям. — Вы все просто марионетки в руках умелого фокусника. Она вами всеми жонглирует, как только сама пожелает. Они думают, что броня ее, имеют над ней власть, но ошибаются, когда спустя время сами же умиляются ее же забавными и нелепыми выходками. И хохоча, сами же отдают нам свою любовь, свои жизни…
Дитзи молчала. Она, наконец-то, услышала подтверждения своим догадкам. Все так и оказалось. Она спец среди них и серой кобылки пришлось иметь дело ни с простым оборотнем, а с одной из лучших. И как будто прочитав мысли Дитзи, аликорн добавила:
— Лучшая из лучших в своем роде…
— Почему у нее косые глаза? — продолжала серая кобылка.
— Ты слишком много хочешь знать! Я итак тебе многое рассказала…
— Почему? — не унималась пегаска. — Вы сделали меня посмешищем перед всеми! Невольным клоуном, над которым все только потешаются, в грош не ставя… Вы меня изничтожили!
— Хватит осуждений, — повернулась к ней аликорн и медленно пошла навстречу. — Таких как ты — множество… Это наша жизнь. Если тебе что-то не нравилось, ты могла сражаться.
— Я это и делала.
— Верно. И как успехи? Многое получилось?
Дитзи печально опустила голову с несогласием на морде:
— Мы вас победили на свадьбе в Кантерлоте! — укоризненно заметила кобылка.
— Да, — безрадостно согласилась аликорн. — Но то было временное поражение и при совершенно неожиданных обстоятельствах. Это не считается, — отвела взгляд гостья. — Да и к тому же одной свадьбой все не ограничится… — хитро посмотрела она на кобылку. — Мы еще много раз вам всем отомстим, и ты, уверена, даже знаешь, на какой следующей свадьбе будет весело, ха-ха-ха…
— Они будут как мыши в мышеловке, верно? — ужаснулась пегаска.
— О-о, мышки попадутся так просто, что мне даже на минутку станет их жаль, — саркастично пошутила аликорн. — Конечно, нет! Там некого жалеть! А попадутся они даже легче, чем простые мыши. Они настолько глупы, что не заметят оборотня у себя под носом! Это просто смешно! На нашем счету будет множество свадеб, как и судеб Эквестрии… а на вашем счету лишь одна та свадьба…
— Может быть, я бы даже победила своего двойника в той очной схватке! — вставила снова Дитзи.
— Что? Ха-ха… — звучно рассмеялась аликорн. — Не смеши меня! Ты совершенно ее не знаешь! Это настоящий боец и она прошла множество испытаний и боевых задач. Она великолепно сражается, и, уверена, ты это ощутила в полной мере на себе.
Дитзи снова нерадостно склонила голову.
— Когда ты думаешь, что она ранена — она лишь перегруппировывается, когда ты считаешь, что противник побежден — она готовится на тебя напасть! Нет такой пони, способной провести хладнокровного расчетливого убийцу и шпиона!
— Она еще и… — ужаснулась пегаска.
— Она много чем занималась… ну да неважно. Хватит о ней!
— Что с ее глазами? Вы мне так и не ответили? Она что, не может их сменить при своем перевоплощении?!
— Скажем так, это ее отличительный знак. Эта старая история, — фыркнула раздраженно аликорн. — Которую я не хочу пересказывать тебе. Она такая и на этом точка!
Дитзи задумалась, с накрапывающими слезами на глазах. А аликорн продолжила:
— Ладно, я итак заговорилась с тобой. На этом все!
— Стойте! — воскликнула пегаска. — У меня еще много вопросов!
— Я не собираюсь отвечать на твои вопросы! Не забывай, что я не для этого сюда пришла!
