Извините, что вот так, но… Заявиться к вам домой как-то не удобно без приглашения. Да и как вы меня пригласите, если не знаете. Я Пётр Мареич Майнич. Не знаю говорит ли вам о чём моё имя… Скорее всего нет, но… Да, это и не важно. А вас я знаю. Вы Анна Витальевна Романова. Ммм…, да. Жена и мать… Впрочем, сейчас не об этом.
Я смотрела на этого довольно-таки возрастного мужчину и не понимала, что ему от меня нужно. То, что я его не знала и раньше никогда не встречалась было ясно как белый день. Я в этом даже и не сомневалась. А вот он, судя по всему, знал не только моё имя и фамилию, но даже и то, как я выгляжу. Если бы это было не так, то как бы он меня узнал на улице, да ещё и в вечернее время? И окликнул он меня не случайно, а скорее всего стоял и ждал пока я выйду за ворота. Зачем это ему нужно? Не просто же так? Ведь не совпадение и не случайность?
- Я бы хотел с вами поговорить, - прервал он мои размышления. – Вы бы не прошли со мной куда-нибудь… Где можно спокойно посидеть и поговорить. На улице уже довольно холодно и не хотелось бы простудиться, а в моём возрасте это может быть не очень приятным. Скорее, очень неприятным.
- Извините, но я спешу домой и… - начала я отказываться, потому что не было ни настроения, ни желания вести сейчас какие-либо беседы не понятно с кем.
- Я вас долго не задержу. Извините за мою настойчивость, но… В нашем возрасте уже каждая минута на счету, а я и так уже припозднился… Очень сильно припозднился. И хотел бы, хотя бы напоследок, хоть что-то сделать для… Пожалуйста, это не займёт у вас много времени, а потом я вызову вам такси, и вы будете дома вовремя.
- Спасибо, я и сама могу себе вызвать такси.
- Я знаю. Знаю, что можете, но… Пожалуйста, Анна Витальевна… Анна, уважьте старика. Всего несколько минут. Мне это важно. Важен этот разговор.
- Я тут по поводу своего сына. Хотел бы вас попросить… Хотя, сначала нужно, наверное, рассказать всё немного с самого начала, - неспешно заговорил он, когда мы уселись за угловым столиком в одном небольшом кафе неподалёку.
Вступление было очень интригующим, потому что я никак не могла понять чьим папой мог быть этот довольно-таки возрастной мужчина.
В садике, где я работала, я не знала ни одного такого папы, который по возрасту больше был похож, скорее, на дедушку. А других вариантов у меня не было. За какого сына о мог ещё у меня попросить? Всех отцов моих друзей и знакомых я знала, а тут… Чей же он отец?
- В семьдесят седьмом году меня направили сюда по партийной линии, вторым секретарём облисполкома комсомола. Так мы с женой и оказались в этих краях, -продолжил он, прерывая мои размышления.
- Вы, наверное и не знаете, что это такое, но тогда это была очень серьёзная молодёжная организация. Хотя, я не об этом. В те времена подготовка к вступлению и само вступление в комсомол проводилось в присутствии или районных, или областных представителей. Вот так я и поехал представителем от облисполкома на вступление в один дальний район нашей области. Там я её и увидел в первый раз. Совсем ещё юную девушку-подростка неполных пятнадцати лет. Она была такая… какая-то не земная… Смелая, дерзкая, целеустремлённая и одновременно милая, и такая обаятельная, что... Она очаровала всю комиссию. И своими знаниями, и умением отвечать на не всегда простые вопросы, и… Незабываемой естественной красотой и непосредственностью. Юной, но такой… С длинной рыжей косой, кудрявой чёлкой и пронзительными серыми глазами, которые, казалось, видели тебя насквозь и плавили даже самые каменные сердца. Я, почти тридцатилетний взрослый женатый мужчина, занимающий высокую партийную должность, не смог устоять под её обаянием и не мог смотреть ей в глаза. Я отводил свой взгляд и прятал смущение как мальчишка. А она, словно играя, покорила всю комиссию, смело и точно отвечая на все вопросы очаровывая всех, даже и не замечая этого.
Он замолчал, отпил немного из чашки уже остывшего чая и продолжил:
- Когда мы возвращались в область, все разговоры только и были о ней. А я… Я хотел заткнуть им всем рты, потому что они обсуждали её, словно пачкая её чистоту своими грязными словами. Но что я мог сделать? Я не мог допустить, чтобы кто-то догадался о моих чувствах. А ведь я тогда влюбился как малолетний пацан. С первого взгляда. Вот так… Увидел и всё – пропал. Ей тогда не было ещё и пятнадцати, а я уже был женат. В те времена, да и сейчас…Такие вещи… Это же… Но я ничего не мог с собой сделать. Просто любил, зная, что это неправильно. Но я не мог… Это было сильнее меня. Мне стоило больших усилий не думать о ней, хотя мы и встречались иногда на областных съездах. Было невозможно не видеться и эти встречи были самой страшной мукой. Не знаю, знала ли она о моих чувствах, но… Когда она поступила в наш, тогда ещё институт и почти сразу же вышла замуж за одного аспиранта, я… Я не знаю, как пережил это… Догадывалась ли об этом жена? Не знаю.
Я слушала его рассказ краем уха и не понимала зачем ему мне рассказывать о своей жизни? Конечно, его история любви была очень интересной, наверное… Только вот я-то тут каким боком? Для чего это мне?
- Вы, наверное, недоумеваете и находите мой рассказ странным? Извините, но… Вы должны знать, как и почему всё так произошло. Это только моя вина. Тогда я не думал, что моё странное желание приведёт к тому, что случилось. Я ведь просто хотел, чтобы у меня что-то осталось от неё - моей единственной любви. Любви, которая так и не случилась. Хотя… Моя любовь была лишь у меня в сердце. Она там и сейчас. Она навсегда со мной.
Он опять замолчал на какое-то время, словно набираясь сил, чтобы продолжить, а я уже начинала терять терпение.
- У меня не было своих детей… Так я думал до недавнего времени. А тогда… Я знал, что не имею на это никакого права, но… Так хотелось иметь у себя хотя бы малую частичку… Маленькую её часть. Её - моей рыжеволосой несбывшейся мечты, так и не ставшей моей… Почти…
- Извините, - я демонстративно посмотрела на часы. – Я понимаю, что это очень давняя и красивая история вашей любви к … Эм… Но, я-то тут причём? Извините, ещё раз, но… Эмм… Как вас…?
- Майнич. Пётр Мареич Майнич, - ответил он, посмотрев на меня хорошо знакомым мне взглядом серых глаз.
- Майнич… Майнич? Так вы …
- Да, я отец.
- Отец?! Вы отец!? Но это просто не может быть! Это невозможно!
- Ну, почему же? Как оказалось всё может быть. Да я и сам об это узнал совсем недавно. Странная, однако, наша жизнь. Ты думаешь, что уже всё знаешь и… В самом её конце, вот такой неожиданный, но приятный сюрприз.
- Подождите, какой отец? Вы не может быть отцом! Как? Каким образом?
- Ну, почему же не могу? Могу и у меня, как оказалось, есть ребёнок. Ребёнок, о котором я всегда мечтал, но не знал, что он уже был. Жаль, что так поздно…
Я смотрела на него, недоумевая и пытаясь осмыслить только что произнесённые слова, но так и не могла ничего понять. В этот момент я действительно пожалела, что мы были всего лишь в кафе, потому что тут точно без ста граммов не разобраться. Да и вообще, как можно разобраться в чём-то подобном. Я ещё не была совсем уверена, но… У Фёдора же была похожая или точно такая же фамилия… Я совсем забыла…
- Фёдор ваш сын?! – всё же спросила я, ещё сомневаясь в правильности своего предположения, хотя, понимая, что такое точно невозможно, потому что он говорил о своём деде.
Да, точно, он упоминал своих бабушку и дедушка, как каких-то там бывших партработников. Кажется так, тогда о каком сыне речь?
- Нет. Фёдор мой внук. Как и… Он сын Ивана. Как и остальные.
- Подождите, сын Ивана? Какого Ивана? – ещё сомневаясь и надеясь, что это не так, еле слышно произнесла я.
- Твоего мужа – Романова Ивана.
От услышанного у меня пробежал холод по позвоночнику, а от ужаса передёрнуло и бросило в жар. Нет! Только не это! Это, что же тогда получается…
- Но он же Романов Иван Викторович? – пришла мне спасительная мысль, отводя ужас от случившегося куда подальше. - Как он может быть вашим сыном? Нет. Вы, наверное, что-то путаете. Я видела Виктора Владимировича его отца. Это точно не вы. Да и нет его уже давно. Вы просто ошиблись. Да и мало ли Романовых Иванов.
Я глубоко вздохнула, успокаиваясь и понимая, что произошла простая ошибка. В его возрасте такое случается, тем более сейчас, когда он явно чем-то болеет и…
- Извините, понимаю, что так бывает… Вы просто ошиблись, вот и… Я пойду, - начала я вставать, намереваясь уйти.
- Вы не поняли, Анна Витальевна. Иван мой сын. Всё, что я вам рассказывал, было о его матери. О Вите… Виталине. У неё даже и имя было необычное… Тогда она, правда, уже была Романовой Виталиной Ивановной. Это её я всегда любил и… Всего лишь один раз в конце сентября, когда она пришла ко мне и попросила помочь вытащить её Витюшу, который из-за своей выходки мог вылететь не только из института, а и из…
Я обессиленно осела на своё место, пытаясь произвести простые математические действия, но постоянно сбивалась, словно оттягивая момент этого ужасающего результата.
Это что же получается… Если, то что он говорит правда, то… Какой ужас!
- Она сама пришла ко мне и умоляла помочь. Конечно, я бы всё для неё сделал. Просто так… Без каких-либо условий… Но она сама предложила. А я… Я не смог отказаться. Это предложение было как… панацея, вторая жизнь или бессмертие. Всего один раз… Первый и последний… Но… Я не смог отказаться. Не устоял.
- Да вы понимаете, что вы говорите! Вы уверены, что Иван ваш сын?
- Да. Мой единственный и такой желанный ребёнок. Жаль, что я об этом узнал совсем недавно.
Он как-то грустно улыбнулся и, как мне показалось, даже незаметно смахнул слезу.
- Я так счастлив. Если бы не Фёдор с просьбой помочь с тестом для своих новых друзей…
- Счастлив?! Да вы понимаете, что сейчас сказали?! Чему вы радуетесь? Это же! Ума не приложить! Как они теперь будут жить, зная, что… Что… Это…
- Как будут жить? Надеюсь счастливо. Теперь, когда всё встало на свои места… Я, собственно, поэтому и хотел с вами поговорить. Попросить за сына. Ведь это только моя вина и он…
- Счастливо жить!? Да, вы что?! Как вообще они смогут жить после такого?! Зная, что Иван ваш сын и отец Фёдора?! Вы, вообще понимаете, что сказали?
- А что я такого сказал? Да, так получилось, что Иван мой сын, о котором я узнал совсем недавно, как и о том, что у меня, оказывается, столько внуков, а ещё и два правнука. Разве это не счастье? Вы, поймите, я всегда думал, что никогда… а тут.
- Но Марина – мать Фёдора, она же ваша дочь! Вы понимаете, что произошло? Как вообще такому можно радоваться?! Это же…
- Марина? Ах, Марина. Да, она наша дочь… Приёмная. Она племянница моей жены. А других детей, кроме Ивана у меня никогда не было. Я всегда думал, что бесплоден и… Так что… Ничего страшного не произошло.
Мне казалось, что если бы уже я не сидела, то просто рухнула бы от бессилия и чрезмерного нервного напряжения последних нескольких минут.
Это просто какой-то тихий ужас! Другая реальность! А если бы она была его дочерью, а Ванька сыном, о котором он ничего не знал? Это же просто кошмар какой-то. Как бы все себя чувствовали, после того как открылась бы вся эта правда? А дети? Они же ничего не знали. Что бы с ними было, если бы всё вот так прояснилось? Это просто чудо какое-то, что Ванька и эта Марина не были братом и сестрой.
Мы сидели молча какое-то время, видимо, каждый обдумывал какую ужасную ситуацию удалось избежать. Не знаю, понимал ли он, что могло бы произойти, а вот меня просто трясло, потому что подобная ситуация могла бы произойти и с моими детьми. Это просто какое-то везение или божье провидение, что они так сильно все похожи, что родство, как говорится, видно на лицо.
- Не знаю, как Ванька связался с вашей дочерью, но они просто прошлись по краю. Им очень повезло не оказаться братом и сестрой. А если бы нет?! – всё же высказала я ему своё возмущение.
- Не думаю, что что-то подобное могло бы произойти. В данном конкретном случае точно нет. Не тот уровень. Хотя, теоретически… Да, ситуация была бы очень скверной, но…
- Скверной?! Да вы понимаете, как называются такие вещи и к чему они могут привести?! – уже не сдерживалась я.
- Да, конечно, я понимаю. Но ничего же не произошло. Хотя…
- Ничего не произошло?! Просто везение! А что вы хотели сказать, когда упомянули не тот уровень?
- Я имел в виду, что … Если предположить, что Марина и Иван были бы моими детьми, то они вряд ли бы встретились… В том смысле, как мужчина и женщина в… В том самом плане.
- Вот! Как раз в том самом плане они и встретились! Как-то же эта ваша Марина нашла именно моего мужа и…
Я резко замолчала и отвернулась, чтобы не показывать, как мне больно говорить о измене мужа с дочерью, сидящего напротив мужчины, который был ещё и биологическим отцом Ваньки. Да, она оказалась приёмной дочерью, но … Это уже и не важно кем она была и чьей дочерью. Важно то, что изменил он мне именно с ней!
- Я же уже сказал, что это маловероятно. Не тот уровень. Такие как Иван никогда бы не заинтересовали такую как Марина. Она на таких как он даже и не посмотрела бы, а точнее не замечала и не видела. Извините, я не хотел вас …
- Но заинтересовал же! Как-то же она его где-то приметила! Значит и на простых смертных обращала внимание! Никем не брезговала! И на кой ей сдался мой Ванька? Других же полным-полно! Так нет, ей почему-то именно мой понадобился! А вы про какой-то уровень!
- Это не она его заметила, а я. Извините, Анна, но это всё из-за меня.
- Вы?! Из-за вас?! Что вы хотите этим сказать?
Я не понимала, при чём здесь был мой собеседник. Он что указывал своей дочери с кем спать и от кого детей рожать? Да, ну бред какой-то.
- Вы, видимо, не внимательно меня слушали, - тяжело вздохнув, ответил он. – Может, конечно, я и сам недостаточно понятно объяснил… Я очень любил Виту… Поэтому и хотел, чтобы у меня была хотя бы какая-то её часть. Маленькая частичка моей любви. Чтобы хоть что-то напоминало о ней. В девяностых я немного потерял её из вида и… А потом было уже поздно, но у неё остался сын. Тогда я ещё не знал, что это и мой сын тоже. Для меня Иван был продолжением моей любимой. А когда Марина решила уехать и требовала своё наследство… Она всегда добивалась того, чего хотела и не останавливалась ни перед чем. Я знал, что рано или поздно, но она сделает так, чтобы ей досталось, как она считала, причитающееся по праву. Вот я и поставил ей условие. Она мне ребёнка от Ивана, а я ей деньги. Уверяю вас, у Ивана просто не было шансов отказаться. Марина, если надо пойдёт по головам и трупам для достижения своей цели. Но тут у неё сразу ничего не получилось. Вот она и создала условия, которые бы повлияли на его решение.
- Что вы хотите этим сказать? Какие условия? Его же никто не заставлял и не насиловал! Он сам согласился!
- Конечно сам. Только вот согласился он только тогда, когда Марина создала такую ситуацию и сделала такое предложение, от которого он просто не смог отказаться.
- Привлекла на помощь Зою и вдвоём они его одурманили? – усмехнулась я.
- Не только Зою, но и… Хотя, теперь это уже не важно.
Я смотрела на этого довольно-таки возрастного мужчину и не понимала, что ему от меня нужно. То, что я его не знала и раньше никогда не встречалась было ясно как белый день. Я в этом даже и не сомневалась. А вот он, судя по всему, знал не только моё имя и фамилию, но даже и то, как я выгляжу. Если бы это было не так, то как бы он меня узнал на улице, да ещё и в вечернее время? И окликнул он меня не случайно, а скорее всего стоял и ждал пока я выйду за ворота. Зачем это ему нужно? Не просто же так? Ведь не совпадение и не случайность?
- Я бы хотел с вами поговорить, - прервал он мои размышления. – Вы бы не прошли со мной куда-нибудь… Где можно спокойно посидеть и поговорить. На улице уже довольно холодно и не хотелось бы простудиться, а в моём возрасте это может быть не очень приятным. Скорее, очень неприятным.
- Извините, но я спешу домой и… - начала я отказываться, потому что не было ни настроения, ни желания вести сейчас какие-либо беседы не понятно с кем.
- Я вас долго не задержу. Извините за мою настойчивость, но… В нашем возрасте уже каждая минута на счету, а я и так уже припозднился… Очень сильно припозднился. И хотел бы, хотя бы напоследок, хоть что-то сделать для… Пожалуйста, это не займёт у вас много времени, а потом я вызову вам такси, и вы будете дома вовремя.
- Спасибо, я и сама могу себе вызвать такси.
- Я знаю. Знаю, что можете, но… Пожалуйста, Анна Витальевна… Анна, уважьте старика. Всего несколько минут. Мне это важно. Важен этот разговор.
Прода от 17.11.2025, 23:26
Глава 28
- Я тут по поводу своего сына. Хотел бы вас попросить… Хотя, сначала нужно, наверное, рассказать всё немного с самого начала, - неспешно заговорил он, когда мы уселись за угловым столиком в одном небольшом кафе неподалёку.
Вступление было очень интригующим, потому что я никак не могла понять чьим папой мог быть этот довольно-таки возрастной мужчина.
В садике, где я работала, я не знала ни одного такого папы, который по возрасту больше был похож, скорее, на дедушку. А других вариантов у меня не было. За какого сына о мог ещё у меня попросить? Всех отцов моих друзей и знакомых я знала, а тут… Чей же он отец?
- В семьдесят седьмом году меня направили сюда по партийной линии, вторым секретарём облисполкома комсомола. Так мы с женой и оказались в этих краях, -продолжил он, прерывая мои размышления.
- Вы, наверное и не знаете, что это такое, но тогда это была очень серьёзная молодёжная организация. Хотя, я не об этом. В те времена подготовка к вступлению и само вступление в комсомол проводилось в присутствии или районных, или областных представителей. Вот так я и поехал представителем от облисполкома на вступление в один дальний район нашей области. Там я её и увидел в первый раз. Совсем ещё юную девушку-подростка неполных пятнадцати лет. Она была такая… какая-то не земная… Смелая, дерзкая, целеустремлённая и одновременно милая, и такая обаятельная, что... Она очаровала всю комиссию. И своими знаниями, и умением отвечать на не всегда простые вопросы, и… Незабываемой естественной красотой и непосредственностью. Юной, но такой… С длинной рыжей косой, кудрявой чёлкой и пронзительными серыми глазами, которые, казалось, видели тебя насквозь и плавили даже самые каменные сердца. Я, почти тридцатилетний взрослый женатый мужчина, занимающий высокую партийную должность, не смог устоять под её обаянием и не мог смотреть ей в глаза. Я отводил свой взгляд и прятал смущение как мальчишка. А она, словно играя, покорила всю комиссию, смело и точно отвечая на все вопросы очаровывая всех, даже и не замечая этого.
Он замолчал, отпил немного из чашки уже остывшего чая и продолжил:
- Когда мы возвращались в область, все разговоры только и были о ней. А я… Я хотел заткнуть им всем рты, потому что они обсуждали её, словно пачкая её чистоту своими грязными словами. Но что я мог сделать? Я не мог допустить, чтобы кто-то догадался о моих чувствах. А ведь я тогда влюбился как малолетний пацан. С первого взгляда. Вот так… Увидел и всё – пропал. Ей тогда не было ещё и пятнадцати, а я уже был женат. В те времена, да и сейчас…Такие вещи… Это же… Но я ничего не мог с собой сделать. Просто любил, зная, что это неправильно. Но я не мог… Это было сильнее меня. Мне стоило больших усилий не думать о ней, хотя мы и встречались иногда на областных съездах. Было невозможно не видеться и эти встречи были самой страшной мукой. Не знаю, знала ли она о моих чувствах, но… Когда она поступила в наш, тогда ещё институт и почти сразу же вышла замуж за одного аспиранта, я… Я не знаю, как пережил это… Догадывалась ли об этом жена? Не знаю.
Я слушала его рассказ краем уха и не понимала зачем ему мне рассказывать о своей жизни? Конечно, его история любви была очень интересной, наверное… Только вот я-то тут каким боком? Для чего это мне?
- Вы, наверное, недоумеваете и находите мой рассказ странным? Извините, но… Вы должны знать, как и почему всё так произошло. Это только моя вина. Тогда я не думал, что моё странное желание приведёт к тому, что случилось. Я ведь просто хотел, чтобы у меня что-то осталось от неё - моей единственной любви. Любви, которая так и не случилась. Хотя… Моя любовь была лишь у меня в сердце. Она там и сейчас. Она навсегда со мной.
Он опять замолчал на какое-то время, словно набираясь сил, чтобы продолжить, а я уже начинала терять терпение.
- У меня не было своих детей… Так я думал до недавнего времени. А тогда… Я знал, что не имею на это никакого права, но… Так хотелось иметь у себя хотя бы малую частичку… Маленькую её часть. Её - моей рыжеволосой несбывшейся мечты, так и не ставшей моей… Почти…
- Извините, - я демонстративно посмотрела на часы. – Я понимаю, что это очень давняя и красивая история вашей любви к … Эм… Но, я-то тут причём? Извините, ещё раз, но… Эмм… Как вас…?
- Майнич. Пётр Мареич Майнич, - ответил он, посмотрев на меня хорошо знакомым мне взглядом серых глаз.
- Майнич… Майнич? Так вы …
- Да, я отец.
- Отец?! Вы отец!? Но это просто не может быть! Это невозможно!
- Ну, почему же? Как оказалось всё может быть. Да я и сам об это узнал совсем недавно. Странная, однако, наша жизнь. Ты думаешь, что уже всё знаешь и… В самом её конце, вот такой неожиданный, но приятный сюрприз.
- Подождите, какой отец? Вы не может быть отцом! Как? Каким образом?
- Ну, почему же не могу? Могу и у меня, как оказалось, есть ребёнок. Ребёнок, о котором я всегда мечтал, но не знал, что он уже был. Жаль, что так поздно…
Прода от 19.11.2025, 23:48
Глава 29
Я смотрела на него, недоумевая и пытаясь осмыслить только что произнесённые слова, но так и не могла ничего понять. В этот момент я действительно пожалела, что мы были всего лишь в кафе, потому что тут точно без ста граммов не разобраться. Да и вообще, как можно разобраться в чём-то подобном. Я ещё не была совсем уверена, но… У Фёдора же была похожая или точно такая же фамилия… Я совсем забыла…
- Фёдор ваш сын?! – всё же спросила я, ещё сомневаясь в правильности своего предположения, хотя, понимая, что такое точно невозможно, потому что он говорил о своём деде.
Да, точно, он упоминал своих бабушку и дедушка, как каких-то там бывших партработников. Кажется так, тогда о каком сыне речь?
- Нет. Фёдор мой внук. Как и… Он сын Ивана. Как и остальные.
- Подождите, сын Ивана? Какого Ивана? – ещё сомневаясь и надеясь, что это не так, еле слышно произнесла я.
- Твоего мужа – Романова Ивана.
От услышанного у меня пробежал холод по позвоночнику, а от ужаса передёрнуло и бросило в жар. Нет! Только не это! Это, что же тогда получается…
- Но он же Романов Иван Викторович? – пришла мне спасительная мысль, отводя ужас от случившегося куда подальше. - Как он может быть вашим сыном? Нет. Вы, наверное, что-то путаете. Я видела Виктора Владимировича его отца. Это точно не вы. Да и нет его уже давно. Вы просто ошиблись. Да и мало ли Романовых Иванов.
Я глубоко вздохнула, успокаиваясь и понимая, что произошла простая ошибка. В его возрасте такое случается, тем более сейчас, когда он явно чем-то болеет и…
- Извините, понимаю, что так бывает… Вы просто ошиблись, вот и… Я пойду, - начала я вставать, намереваясь уйти.
- Вы не поняли, Анна Витальевна. Иван мой сын. Всё, что я вам рассказывал, было о его матери. О Вите… Виталине. У неё даже и имя было необычное… Тогда она, правда, уже была Романовой Виталиной Ивановной. Это её я всегда любил и… Всего лишь один раз в конце сентября, когда она пришла ко мне и попросила помочь вытащить её Витюшу, который из-за своей выходки мог вылететь не только из института, а и из…
Я обессиленно осела на своё место, пытаясь произвести простые математические действия, но постоянно сбивалась, словно оттягивая момент этого ужасающего результата.
Это что же получается… Если, то что он говорит правда, то… Какой ужас!
- Она сама пришла ко мне и умоляла помочь. Конечно, я бы всё для неё сделал. Просто так… Без каких-либо условий… Но она сама предложила. А я… Я не смог отказаться. Это предложение было как… панацея, вторая жизнь или бессмертие. Всего один раз… Первый и последний… Но… Я не смог отказаться. Не устоял.
- Да вы понимаете, что вы говорите! Вы уверены, что Иван ваш сын?
- Да. Мой единственный и такой желанный ребёнок. Жаль, что я об этом узнал совсем недавно.
Он как-то грустно улыбнулся и, как мне показалось, даже незаметно смахнул слезу.
- Я так счастлив. Если бы не Фёдор с просьбой помочь с тестом для своих новых друзей…
- Счастлив?! Да вы понимаете, что сейчас сказали?! Чему вы радуетесь? Это же! Ума не приложить! Как они теперь будут жить, зная, что… Что… Это…
- Как будут жить? Надеюсь счастливо. Теперь, когда всё встало на свои места… Я, собственно, поэтому и хотел с вами поговорить. Попросить за сына. Ведь это только моя вина и он…
- Счастливо жить!? Да, вы что?! Как вообще они смогут жить после такого?! Зная, что Иван ваш сын и отец Фёдора?! Вы, вообще понимаете, что сказали?
- А что я такого сказал? Да, так получилось, что Иван мой сын, о котором я узнал совсем недавно, как и о том, что у меня, оказывается, столько внуков, а ещё и два правнука. Разве это не счастье? Вы, поймите, я всегда думал, что никогда… а тут.
- Но Марина – мать Фёдора, она же ваша дочь! Вы понимаете, что произошло? Как вообще такому можно радоваться?! Это же…
- Марина? Ах, Марина. Да, она наша дочь… Приёмная. Она племянница моей жены. А других детей, кроме Ивана у меня никогда не было. Я всегда думал, что бесплоден и… Так что… Ничего страшного не произошло.
Мне казалось, что если бы уже я не сидела, то просто рухнула бы от бессилия и чрезмерного нервного напряжения последних нескольких минут.
Это просто какой-то тихий ужас! Другая реальность! А если бы она была его дочерью, а Ванька сыном, о котором он ничего не знал? Это же просто кошмар какой-то. Как бы все себя чувствовали, после того как открылась бы вся эта правда? А дети? Они же ничего не знали. Что бы с ними было, если бы всё вот так прояснилось? Это просто чудо какое-то, что Ванька и эта Марина не были братом и сестрой.
Прода от 23.11.2025, 00:14
Глава 30
Мы сидели молча какое-то время, видимо, каждый обдумывал какую ужасную ситуацию удалось избежать. Не знаю, понимал ли он, что могло бы произойти, а вот меня просто трясло, потому что подобная ситуация могла бы произойти и с моими детьми. Это просто какое-то везение или божье провидение, что они так сильно все похожи, что родство, как говорится, видно на лицо.
- Не знаю, как Ванька связался с вашей дочерью, но они просто прошлись по краю. Им очень повезло не оказаться братом и сестрой. А если бы нет?! – всё же высказала я ему своё возмущение.
- Не думаю, что что-то подобное могло бы произойти. В данном конкретном случае точно нет. Не тот уровень. Хотя, теоретически… Да, ситуация была бы очень скверной, но…
- Скверной?! Да вы понимаете, как называются такие вещи и к чему они могут привести?! – уже не сдерживалась я.
- Да, конечно, я понимаю. Но ничего же не произошло. Хотя…
- Ничего не произошло?! Просто везение! А что вы хотели сказать, когда упомянули не тот уровень?
- Я имел в виду, что … Если предположить, что Марина и Иван были бы моими детьми, то они вряд ли бы встретились… В том смысле, как мужчина и женщина в… В том самом плане.
- Вот! Как раз в том самом плане они и встретились! Как-то же эта ваша Марина нашла именно моего мужа и…
Я резко замолчала и отвернулась, чтобы не показывать, как мне больно говорить о измене мужа с дочерью, сидящего напротив мужчины, который был ещё и биологическим отцом Ваньки. Да, она оказалась приёмной дочерью, но … Это уже и не важно кем она была и чьей дочерью. Важно то, что изменил он мне именно с ней!
- Я же уже сказал, что это маловероятно. Не тот уровень. Такие как Иван никогда бы не заинтересовали такую как Марина. Она на таких как он даже и не посмотрела бы, а точнее не замечала и не видела. Извините, я не хотел вас …
- Но заинтересовал же! Как-то же она его где-то приметила! Значит и на простых смертных обращала внимание! Никем не брезговала! И на кой ей сдался мой Ванька? Других же полным-полно! Так нет, ей почему-то именно мой понадобился! А вы про какой-то уровень!
- Это не она его заметила, а я. Извините, Анна, но это всё из-за меня.
- Вы?! Из-за вас?! Что вы хотите этим сказать?
Я не понимала, при чём здесь был мой собеседник. Он что указывал своей дочери с кем спать и от кого детей рожать? Да, ну бред какой-то.
- Вы, видимо, не внимательно меня слушали, - тяжело вздохнув, ответил он. – Может, конечно, я и сам недостаточно понятно объяснил… Я очень любил Виту… Поэтому и хотел, чтобы у меня была хотя бы какая-то её часть. Маленькая частичка моей любви. Чтобы хоть что-то напоминало о ней. В девяностых я немного потерял её из вида и… А потом было уже поздно, но у неё остался сын. Тогда я ещё не знал, что это и мой сын тоже. Для меня Иван был продолжением моей любимой. А когда Марина решила уехать и требовала своё наследство… Она всегда добивалась того, чего хотела и не останавливалась ни перед чем. Я знал, что рано или поздно, но она сделает так, чтобы ей досталось, как она считала, причитающееся по праву. Вот я и поставил ей условие. Она мне ребёнка от Ивана, а я ей деньги. Уверяю вас, у Ивана просто не было шансов отказаться. Марина, если надо пойдёт по головам и трупам для достижения своей цели. Но тут у неё сразу ничего не получилось. Вот она и создала условия, которые бы повлияли на его решение.
- Что вы хотите этим сказать? Какие условия? Его же никто не заставлял и не насиловал! Он сам согласился!
- Конечно сам. Только вот согласился он только тогда, когда Марина создала такую ситуацию и сделала такое предложение, от которого он просто не смог отказаться.
- Привлекла на помощь Зою и вдвоём они его одурманили? – усмехнулась я.
- Не только Зою, но и… Хотя, теперь это уже не важно.
