И больше ни о чем не раздумывая, он дал команду Просперу повысить бдительность, проводить тайно разведку и докладывать ему результаты рекогносцировки, не привлекая внимая кого бы то ни было.
— Нас сопровождает тайно отряд примерно из двадцати человек, — доложился Проспер Маркусу, когда они располагались в очередном замке по пути следования на ночлег, и у них появилось несколько секунд для тайного разговора.
Это не было новостью для командира, ему докладывали и воины, что в попутном направлении с ними движется вооруженный отряд. Эти люди не проявляли агрессивности, не приближались к ним, но и не удалялись от них. Осталось узнать, что это — дополнительная охрана, о которой никто ничего не знает, или же это враги, жаждущие удобного момента, чтобы напасть?
— Выясните, кто они, — тихо отдал команду Маркус. — И их цели.
Проспер еле заметно кивнул головой ему и сразу же отошел, потому что на них внимательно посмотрел командир отряда, сопровождавший магов, и который сдавал свой, если можно так сказать, пост главе отряда, который будет их сопровождать дальше…
На следующий день Маркус обратил внимание, что они отклонились от курса, заданного в свитке, и движутся, оставляя замок лорда Ре несколько в стороне. Он немедленно подъехал к магам и указал на это. Те только улыбнулись в ответ, причем все трое одновременно, как будто Маркус сказал им что-то веселое. Поблагодарили его за бдительность, а старший из магов сказал, что в свитке Маркуса несколько устаревший маршрут, а, мол, у них уточненный, но сам свиток ему так и не предъявили.
— Проспер, что-то тут не чисто, — одними губами, с потиранием кончика носа и щеки, сообщил своему помощнику Маркус, надеясь на его понимание.
Тот кашлянул и тоже потер кончик носа, мол, полностью с тобой согласен и уже сообщил об этом воинам.
Маркус напрягся — путешествие переставало быть легкой прогулкой, и нападения, если есть измена, можно ожидать с секунды на секунду.
Но до вечера ничего не произошло, если не считать, что на ночлег они въехали не в замок лорда Ре, а совсем в другой. Маркус в очередной раз пожалел, что с ним не было всезнающего Харди, он смог бы пролить свет на всю эту историю и рассказать об обитателях замка. Самое интересное, что их ждали, не так, как раньше, когда один отряд сдавал вахту другому отряду, а совсем по-иному. В чем было отличие Маркус не смог бы вот так взять и сказать, но то, что командиры обнялись, чего раньше не происходило, и похлопали друг друга по спине, как будто выполнили какую-то опасную миссию, его несколько насторожило.
Да и их отряд не расселили, как обычно, в казарме, а предоставили комнаты в пристройке к замку на первом этаже с выходом в трапезный зал. И у него, и у Проспера были отдельные маленькие комнаты, а его воинов разместили по четверо. Ждали… Знали… Леди Маверик и лорда Харланда разместили рядом друг с другом на втором этаже в пристройке, прямо над комнатами отряда Маркуса, только у них были огромные помещения, достойные сестры короля и ее жениха, а не маленькие комнатушки, как у воинов.
А вот магов, которые должны были блюсти девственность леди Маверик на всем пути следования, а главное, на остановках и ночевках, и сопровождающий их отряд отвели на второй этаж замка, довольно далеко от объекта наблюдения и фактически заперли там сразу после ужина.
Маркуса и Проспера в их передвижениях никто не ограничивал. И скоро мужчины узнали и поняли, что попали в ловушку, организованную тройкой магов, но которые хотели бы сохранить видимость невиновности. И отряд, который их преследовал уже в течение нескольких дней, тоже оказался здесь же на территории замка. На это обратил внимание Проспер, когда они с Маркусом прогуливались по крепостной стене и неслышно беседовали, так, чтобы их разговора никто услышать не мог.
Если бы отряд Маркуса вступил в открытую конфронтацию после полученных сведений, то его просто-напросто уничтожили бы, слишком много воинов было здесь в замке, а их всего десять человек. Оставалось только принять игру, навязанную противником, только не совсем понятно, какую роль в ней им отвели.
— Проспер, — обратился Маркус к своему помощнику, будучи уверенным, кроме ветра, в данный момент их никто не слышит, даже часовой стоял достаточно далеко. — Что бы ни случилось, верь своему сердцу и сохрани наш отряд. Я не понимаю, что происходит, но есть нечто такое, что заставит меня поступить не так, как ты и воины привыкли видеть. Если надо, отрекись, не защищай меня, наоборот, осуждай, если потребуется, только выживи сам и сохрани отряд. Вы мне еще пригодитесь.
И Маркус, улыбнувшись своему помощнику, приложил палец к губам, давая понять, что к ним кто-то приближается и что он все равно ни на один вопрос ему не ответит и больше ничего не скажет. Это всего лишь его животное чутье и интуиция.
— Вот вы где? — раздался неожиданно совсем рядом с ними знакомый голос лорда Харланда. — Любуетесь окрестностями?
— Любуемся, — ответил за обоих Проспер.
И был прав — в этот предсумеречный час, когда закатное солнце почти скрылось за горизонтом, чуть уцепившись за край, окрасив длинные перистые облака в кроваво-бордовые тона, с крепостной стены открывался изумительный вид на долину, лес и реку. А если взглянуть в противоположную закату сторону, то можно окунуться в фиолетовые почти черные тона наступающей ночи.
— Красота, — вздохнул он.
Лорд Харланд приблизился к мужчинам и встал близко к Маркусу, всем своим видом показывая Просперу, мол, шел бы ты, мне поговорить надо. Не успел воин скрыться из поля их зрения, как лорд Харланд схватил Маркуса за руки и, целуя каждый палец, страстно зашептал:
— Маркус, выслушайте меня и сделайте все, как я вас попрошу. Не осуждайте меня и не ругайте, что сделано, исправить уже нельзя.
Маркус пожал плечами, давая понять, что же, он готов, если сможет принять предложение лорда Харланда. Все же он давал клятву королю и против него не пойдет, даже под угрозой смерти.
— Мы попали в ловушку. Я не знаю, кто за этим всем стоит, но мне дали понять, что если мы окажем хоть малейшее сопротивление, то нас попросту всех убьют, кроме леди Маверик, она нужна им живой и здоровой. Требований никто не выдвигает, свободу у нас не отбирают. Даже разговаривать не мешают, видимо, не считают, что мы представляем угрозу со своими девятью воинами.
Маркус с трудом сдержал улыбку — его воины десятка три вооруженных бандитов стоят и в открытом бою, а в остальном им просто нет равных.
— Прогуливаясь по замку, я насчитал около полусотни вооруженных человек, — продолжил лорд Харланд, — не считая охраны на крепостной стене. А нас всего ничего. Пожалуйста, сделайте все, что они попросят и, думаю, мы все сможем остаться в живых.
Потом он обнял Маркуса за талию и привлек к себе. Тот улыбнулся про себя, хорошо, что он снял тонкую кольчугу, которую надевал всегда под мундир, иначе не смог бы объяснить лорду Харланду, обнимающему его, зачем она нужна — ведь формально опасность им не грозила, а многочисленная охрана могла обеспечить и защиту в случае чего. Маркус вздохнул, радуясь, что только случайно не выдал себя — он и его отряд сопровождали только королевских посланников и их никто не воспринимал всерьез. А это уже хорошо.
Лорд Харланд размышлял ровно секунду, а потом впился страстным поцелуем в улыбающиеся губы — все, не мог он дольше терпеть, а если бы была возможность, то и взял бы этого красавчика прямо здесь под ночным небом. Он прекратил целовать его, когда сквозь буханье своего сердца и звон в ушах услышал чьи-то приближающиеся шаги. Лорд Харланд сразу отстранился и отскочил на несколько метров от Маркуса. Он сделал вид, что любуется закатом — на фоне неба их силуэты были отчетливо видны на ровной площадке крепостной стены. Это снизу, с земли, надо было постараться рассмотреть, кто там и что делают, а поднявшемуся сюда они сразу становились видны как на ладони.
И лорд Харланд, и Маркус вздохнули с облегчением — всего лишь смена караула. Чуть не попались. Что о них могли подумать? Надо уходить, мало ли кому еще взбредет в голову полюбоваться окрестностями или подышать свежим воздухом после дневной жары. И они, улыбнувшись друг другу и правильно поняв намерения, по очереди покинули крепостную стену…
Маркуса разбудил осторожный стук в дверь и негромкий окрик:
— Вы спите? Проснитесь.
Он тотчас поднялся с постели, натягивая на себя рубашку и штаны. Маркус осторожно вышел в темный коридор, где сразу же был схвачен парой сильных рук, которые набросили ему на голову и на лицо колпак, из такой плотной ткани, что даже когда зажгли свечу, он видел сквозь него только слабый фитилек.
— Не суетитесь и не дергайтесь, вам все сейчас объяснят, — проговорил тот же голос, что разбудил его.
А Маркус и не собирался сопротивляться или дергаться. Если бы его хотели убить, то убили бы спящего, он же видел, что в их комнатах нет внутренних замков, а только наружные защелки. Ему стало даже интересно, что же от него хотят?
Его повели по каким-то лестницам, коридорам, переходам, остановились перед дверью, погасили свечу, стянули с головы колпак и, не давая рассмотреть сопровождающих, прижали лицом к маленькому, точнее, крошечному зарешеченному оконцу.
Пред глазом Маркуса — смотреть в это оконце он мог только одним глазом, настолько оно было мало — предстала небольшая слабоосвещенная комната с крайне специфическим набором предметов.
— Пыточная! — ахнул негромко он.
— Смотри-ка, догадливый, — рассмеялся все тот же голос. Остальные молчали, не произнося ни слова. — А что еще ты видишь?
Руки, прижимающие лицо Маркуса к оконцу, чуть ослабили хватку, чтобы тот смог осмотреть все помещение, насколько это было возможно. В дальнем конце комнаты на длинной веревке, спускающейся с потолка, в одной рубашке, даже без штанов, висел мужчина, привязанный за руки. Он не доставал до пола всего несколько сантиметров. И Маркус представил, как наяву, насколько ему было больно. Удалось даже рассмотреть этого мужчину, хоть он и был к его взору полубоком.
— Лорд Харланд, — прошептал Маркус. — За что его?
— Смотри-ка, узнал, — снова рассмеялся негромко голос.
— Что вы хотите? — твердым голосом поинтересовался Маркус. Он пообещал лорду Харланду сделать все, что попросят, он сделает. Привык выполнять данные обещания.
— А вот это уже деловой разговор, — вдруг отозвался совсем другой голос. — Твой дружок пока только висит, и с ним ничего не произойдет, если ты выполнишь несколько наших условий. Если откажешься, ему на твоих глазах отрежут палец, сначала мизинец, на одной ноге, если через четверть часа не согласишься, ему отрежут другой мизинец. Если через четверть часа все так же будешь упорствовать, он лишиться следующего пальца…
— Что надо сделать? — перебил Маркус говоривший голос.
— Лишить леди Маверик девственности…
Вот это да! Маркус даже присвистнул и выругался про себя. Кто-то все же узнал, что он иной, альфа.
— Я не смогу ее изнасиловать, — тихо ответил он. — Это предательство, а я дал клятву Его Величеству служить верой и правдой.
— А никто и не говорит об изнасиловании, — продолжил голос. — Леди Маверик поставлена в те же условия, что и вы, только отрезать в ее случае будут пальцы рук лорда Харланда. А потом, если все же вы оба будете упорствовать, и пальцев уже не останется, то на ваших глазах — тогда вы будете это видеть оба — лорда Харланда кастрируют, то есть ему отрежут последний палец.
И голос громко расхохотался, довольный своей шуткой, но остальные при этом промолчали, не видя в этом ничего смешного.
— Смотрите, Маркус, первая четверть часа истекает… Ваше решение?
— Я согласен.
— Какое единодушие. Леди Маверик тоже изъявила желание переспать с вами, хотя скривилась при этом, словно ей предлагали поцеловать бородавчатую жабу. А на мой взгляд, вы отменный красавчик, и любой женщине было бы заполучить вас в постель, — продолжил изгаляться голос.
Маркус пожалел, что он не кошка и не видит в темноте — очень хотелось двинуть обладателю этого «чудного» голоса куда-нибудь, например, в челюсть, чтобы тот замолчал. Он скрипнул зубами, но ничего не ответит.
Пусть его отведут к леди Маверик, а там на месте он что-нибудь придумает.
— Отведите его в спальню, где дожидается сестра короля для совокупления этого альфу, — презрительно бросив последние слова, сделав ударение на слове «короля», проговорил голос, и тотчас раздались тихие шаги, сообщившие, что хозяин голоса удаляется от их «теплой» компании.
Прозвучало так нужное ему слово — альфа. Да кто бы сомневался, что леди Маверик станут подкладывать не под альфу?
«Зачем, зачем, зачем им это надо?» — в который раз спрашивал себя Маркус.
То, что ему удалось услышать в замке лорда Харланда не было правдой или не совсем правдой. Лорд Харланд нагло врал той девушке в крестьянской одежде. Но зачем? Жаль, он не видел, что все-таки происходило за закрытыми дверями…
Кто-то снова напялил на Маркуса колпак, крепкие руки подхватили его и поволокли по коридорам в неизвестном ему направлении, то есть не в том, откуда они пришли. Опять повороты, лестницы, коридоры только с их глухими шагами. Остановились буквально на секунду перед одной из дверей, чтобы только сдернуть колпак, и сразу же с силой впихнули его в комнату.
Маркус только чудом устоял на ногах, не хватало упасть и удариться, особенно рукой — руки ему пригодятся. Впрочем, он научился падать, абсолютно расслабляясь и не получая увечий, но все равно приятного мало. Вдруг упадешь кому-нибудь в ноги и с согнутой спиной, когда правильней глядеть в лицо…
В небольшой комнате было темно, она не освещалась даже одинокой свечой. Глаза, уже привыкшие к темноте, смогли рассмотреть только большую кровать под балдахином почти в самом центре комнаты и кресло в углу у окна. Больше никаких предметов мебели в помещении не наблюдалось. По крайней мере, Маркус их не увидел. Но вот в кресле, ему показалось, кто-то сидел. И он стал пристальней смотреть туда, еще раз пожалев, что плохо видит в темноте, да и в комнате могло быть несколько светлее от ночного светила, если бы единственное, хоть и широкое окно, не было задернуто плотными портьерами.
— Проходите, Маркус, не стесняйтесь, — снова раздался уже знакомый голос. — Вы же не думаете, что я вам поверю на слово и оставлю с леди Маверик один на один. Нет.
Последнее слово голос протянул, давая понять, что он не верит ни ему, ни сестре короля.
— Леди Маверик лежит на постели, можете присоединиться к ней. Вся ночь в вашем распоряжении. Если управитесь быстрее, сообщите мне. А я же прослежу, чтобы все было по-настоящему — рядом постою, свечку подержу…
И голос негромко рассмеялся.
Маркус не стал ничего говорить, хочет смотреть — пусть смотрит. Он, осторожно ступая, приблизился к кровати и отодвинул рукой полог.
На большой просто огромной кровати кто-то лежал. Была ли то леди Маверик или какая-то другая иная в темноте Маркус опять-таки рассмотреть не мог. Оставалось только поверить, что лежащая на кровати обнаженная женщина была все же леди Маверик. Во всяком случае, она совершенно точно была омегой, потому что сладковатый запах, исходивший от этого тела, манил и возбуждал. Не как аромат от той иной в замке лорда Харланда, но запах все равно Маркусу понравился, он слышал его и с трудом сдерживал возбуждение и желание наброситься на эту несчастную девушку.
ГЛАВА 8
— Нас сопровождает тайно отряд примерно из двадцати человек, — доложился Проспер Маркусу, когда они располагались в очередном замке по пути следования на ночлег, и у них появилось несколько секунд для тайного разговора.
Это не было новостью для командира, ему докладывали и воины, что в попутном направлении с ними движется вооруженный отряд. Эти люди не проявляли агрессивности, не приближались к ним, но и не удалялись от них. Осталось узнать, что это — дополнительная охрана, о которой никто ничего не знает, или же это враги, жаждущие удобного момента, чтобы напасть?
— Выясните, кто они, — тихо отдал команду Маркус. — И их цели.
Проспер еле заметно кивнул головой ему и сразу же отошел, потому что на них внимательно посмотрел командир отряда, сопровождавший магов, и который сдавал свой, если можно так сказать, пост главе отряда, который будет их сопровождать дальше…
На следующий день Маркус обратил внимание, что они отклонились от курса, заданного в свитке, и движутся, оставляя замок лорда Ре несколько в стороне. Он немедленно подъехал к магам и указал на это. Те только улыбнулись в ответ, причем все трое одновременно, как будто Маркус сказал им что-то веселое. Поблагодарили его за бдительность, а старший из магов сказал, что в свитке Маркуса несколько устаревший маршрут, а, мол, у них уточненный, но сам свиток ему так и не предъявили.
— Проспер, что-то тут не чисто, — одними губами, с потиранием кончика носа и щеки, сообщил своему помощнику Маркус, надеясь на его понимание.
Тот кашлянул и тоже потер кончик носа, мол, полностью с тобой согласен и уже сообщил об этом воинам.
Маркус напрягся — путешествие переставало быть легкой прогулкой, и нападения, если есть измена, можно ожидать с секунды на секунду.
Но до вечера ничего не произошло, если не считать, что на ночлег они въехали не в замок лорда Ре, а совсем в другой. Маркус в очередной раз пожалел, что с ним не было всезнающего Харди, он смог бы пролить свет на всю эту историю и рассказать об обитателях замка. Самое интересное, что их ждали, не так, как раньше, когда один отряд сдавал вахту другому отряду, а совсем по-иному. В чем было отличие Маркус не смог бы вот так взять и сказать, но то, что командиры обнялись, чего раньше не происходило, и похлопали друг друга по спине, как будто выполнили какую-то опасную миссию, его несколько насторожило.
Да и их отряд не расселили, как обычно, в казарме, а предоставили комнаты в пристройке к замку на первом этаже с выходом в трапезный зал. И у него, и у Проспера были отдельные маленькие комнаты, а его воинов разместили по четверо. Ждали… Знали… Леди Маверик и лорда Харланда разместили рядом друг с другом на втором этаже в пристройке, прямо над комнатами отряда Маркуса, только у них были огромные помещения, достойные сестры короля и ее жениха, а не маленькие комнатушки, как у воинов.
А вот магов, которые должны были блюсти девственность леди Маверик на всем пути следования, а главное, на остановках и ночевках, и сопровождающий их отряд отвели на второй этаж замка, довольно далеко от объекта наблюдения и фактически заперли там сразу после ужина.
Маркуса и Проспера в их передвижениях никто не ограничивал. И скоро мужчины узнали и поняли, что попали в ловушку, организованную тройкой магов, но которые хотели бы сохранить видимость невиновности. И отряд, который их преследовал уже в течение нескольких дней, тоже оказался здесь же на территории замка. На это обратил внимание Проспер, когда они с Маркусом прогуливались по крепостной стене и неслышно беседовали, так, чтобы их разговора никто услышать не мог.
Если бы отряд Маркуса вступил в открытую конфронтацию после полученных сведений, то его просто-напросто уничтожили бы, слишком много воинов было здесь в замке, а их всего десять человек. Оставалось только принять игру, навязанную противником, только не совсем понятно, какую роль в ней им отвели.
— Проспер, — обратился Маркус к своему помощнику, будучи уверенным, кроме ветра, в данный момент их никто не слышит, даже часовой стоял достаточно далеко. — Что бы ни случилось, верь своему сердцу и сохрани наш отряд. Я не понимаю, что происходит, но есть нечто такое, что заставит меня поступить не так, как ты и воины привыкли видеть. Если надо, отрекись, не защищай меня, наоборот, осуждай, если потребуется, только выживи сам и сохрани отряд. Вы мне еще пригодитесь.
И Маркус, улыбнувшись своему помощнику, приложил палец к губам, давая понять, что к ним кто-то приближается и что он все равно ни на один вопрос ему не ответит и больше ничего не скажет. Это всего лишь его животное чутье и интуиция.
— Вот вы где? — раздался неожиданно совсем рядом с ними знакомый голос лорда Харланда. — Любуетесь окрестностями?
— Любуемся, — ответил за обоих Проспер.
И был прав — в этот предсумеречный час, когда закатное солнце почти скрылось за горизонтом, чуть уцепившись за край, окрасив длинные перистые облака в кроваво-бордовые тона, с крепостной стены открывался изумительный вид на долину, лес и реку. А если взглянуть в противоположную закату сторону, то можно окунуться в фиолетовые почти черные тона наступающей ночи.
— Красота, — вздохнул он.
Лорд Харланд приблизился к мужчинам и встал близко к Маркусу, всем своим видом показывая Просперу, мол, шел бы ты, мне поговорить надо. Не успел воин скрыться из поля их зрения, как лорд Харланд схватил Маркуса за руки и, целуя каждый палец, страстно зашептал:
— Маркус, выслушайте меня и сделайте все, как я вас попрошу. Не осуждайте меня и не ругайте, что сделано, исправить уже нельзя.
Маркус пожал плечами, давая понять, что же, он готов, если сможет принять предложение лорда Харланда. Все же он давал клятву королю и против него не пойдет, даже под угрозой смерти.
— Мы попали в ловушку. Я не знаю, кто за этим всем стоит, но мне дали понять, что если мы окажем хоть малейшее сопротивление, то нас попросту всех убьют, кроме леди Маверик, она нужна им живой и здоровой. Требований никто не выдвигает, свободу у нас не отбирают. Даже разговаривать не мешают, видимо, не считают, что мы представляем угрозу со своими девятью воинами.
Маркус с трудом сдержал улыбку — его воины десятка три вооруженных бандитов стоят и в открытом бою, а в остальном им просто нет равных.
— Прогуливаясь по замку, я насчитал около полусотни вооруженных человек, — продолжил лорд Харланд, — не считая охраны на крепостной стене. А нас всего ничего. Пожалуйста, сделайте все, что они попросят и, думаю, мы все сможем остаться в живых.
Потом он обнял Маркуса за талию и привлек к себе. Тот улыбнулся про себя, хорошо, что он снял тонкую кольчугу, которую надевал всегда под мундир, иначе не смог бы объяснить лорду Харланду, обнимающему его, зачем она нужна — ведь формально опасность им не грозила, а многочисленная охрана могла обеспечить и защиту в случае чего. Маркус вздохнул, радуясь, что только случайно не выдал себя — он и его отряд сопровождали только королевских посланников и их никто не воспринимал всерьез. А это уже хорошо.
Лорд Харланд размышлял ровно секунду, а потом впился страстным поцелуем в улыбающиеся губы — все, не мог он дольше терпеть, а если бы была возможность, то и взял бы этого красавчика прямо здесь под ночным небом. Он прекратил целовать его, когда сквозь буханье своего сердца и звон в ушах услышал чьи-то приближающиеся шаги. Лорд Харланд сразу отстранился и отскочил на несколько метров от Маркуса. Он сделал вид, что любуется закатом — на фоне неба их силуэты были отчетливо видны на ровной площадке крепостной стены. Это снизу, с земли, надо было постараться рассмотреть, кто там и что делают, а поднявшемуся сюда они сразу становились видны как на ладони.
И лорд Харланд, и Маркус вздохнули с облегчением — всего лишь смена караула. Чуть не попались. Что о них могли подумать? Надо уходить, мало ли кому еще взбредет в голову полюбоваться окрестностями или подышать свежим воздухом после дневной жары. И они, улыбнувшись друг другу и правильно поняв намерения, по очереди покинули крепостную стену…
Маркуса разбудил осторожный стук в дверь и негромкий окрик:
— Вы спите? Проснитесь.
Он тотчас поднялся с постели, натягивая на себя рубашку и штаны. Маркус осторожно вышел в темный коридор, где сразу же был схвачен парой сильных рук, которые набросили ему на голову и на лицо колпак, из такой плотной ткани, что даже когда зажгли свечу, он видел сквозь него только слабый фитилек.
— Не суетитесь и не дергайтесь, вам все сейчас объяснят, — проговорил тот же голос, что разбудил его.
А Маркус и не собирался сопротивляться или дергаться. Если бы его хотели убить, то убили бы спящего, он же видел, что в их комнатах нет внутренних замков, а только наружные защелки. Ему стало даже интересно, что же от него хотят?
Его повели по каким-то лестницам, коридорам, переходам, остановились перед дверью, погасили свечу, стянули с головы колпак и, не давая рассмотреть сопровождающих, прижали лицом к маленькому, точнее, крошечному зарешеченному оконцу.
Пред глазом Маркуса — смотреть в это оконце он мог только одним глазом, настолько оно было мало — предстала небольшая слабоосвещенная комната с крайне специфическим набором предметов.
— Пыточная! — ахнул негромко он.
— Смотри-ка, догадливый, — рассмеялся все тот же голос. Остальные молчали, не произнося ни слова. — А что еще ты видишь?
Руки, прижимающие лицо Маркуса к оконцу, чуть ослабили хватку, чтобы тот смог осмотреть все помещение, насколько это было возможно. В дальнем конце комнаты на длинной веревке, спускающейся с потолка, в одной рубашке, даже без штанов, висел мужчина, привязанный за руки. Он не доставал до пола всего несколько сантиметров. И Маркус представил, как наяву, насколько ему было больно. Удалось даже рассмотреть этого мужчину, хоть он и был к его взору полубоком.
— Лорд Харланд, — прошептал Маркус. — За что его?
— Смотри-ка, узнал, — снова рассмеялся негромко голос.
— Что вы хотите? — твердым голосом поинтересовался Маркус. Он пообещал лорду Харланду сделать все, что попросят, он сделает. Привык выполнять данные обещания.
— А вот это уже деловой разговор, — вдруг отозвался совсем другой голос. — Твой дружок пока только висит, и с ним ничего не произойдет, если ты выполнишь несколько наших условий. Если откажешься, ему на твоих глазах отрежут палец, сначала мизинец, на одной ноге, если через четверть часа не согласишься, ему отрежут другой мизинец. Если через четверть часа все так же будешь упорствовать, он лишиться следующего пальца…
— Что надо сделать? — перебил Маркус говоривший голос.
— Лишить леди Маверик девственности…
Вот это да! Маркус даже присвистнул и выругался про себя. Кто-то все же узнал, что он иной, альфа.
— Я не смогу ее изнасиловать, — тихо ответил он. — Это предательство, а я дал клятву Его Величеству служить верой и правдой.
— А никто и не говорит об изнасиловании, — продолжил голос. — Леди Маверик поставлена в те же условия, что и вы, только отрезать в ее случае будут пальцы рук лорда Харланда. А потом, если все же вы оба будете упорствовать, и пальцев уже не останется, то на ваших глазах — тогда вы будете это видеть оба — лорда Харланда кастрируют, то есть ему отрежут последний палец.
И голос громко расхохотался, довольный своей шуткой, но остальные при этом промолчали, не видя в этом ничего смешного.
— Смотрите, Маркус, первая четверть часа истекает… Ваше решение?
— Я согласен.
ГЛАВА 9
— Какое единодушие. Леди Маверик тоже изъявила желание переспать с вами, хотя скривилась при этом, словно ей предлагали поцеловать бородавчатую жабу. А на мой взгляд, вы отменный красавчик, и любой женщине было бы заполучить вас в постель, — продолжил изгаляться голос.
Маркус пожалел, что он не кошка и не видит в темноте — очень хотелось двинуть обладателю этого «чудного» голоса куда-нибудь, например, в челюсть, чтобы тот замолчал. Он скрипнул зубами, но ничего не ответит.
Пусть его отведут к леди Маверик, а там на месте он что-нибудь придумает.
— Отведите его в спальню, где дожидается сестра короля для совокупления этого альфу, — презрительно бросив последние слова, сделав ударение на слове «короля», проговорил голос, и тотчас раздались тихие шаги, сообщившие, что хозяин голоса удаляется от их «теплой» компании.
Прозвучало так нужное ему слово — альфа. Да кто бы сомневался, что леди Маверик станут подкладывать не под альфу?
«Зачем, зачем, зачем им это надо?» — в который раз спрашивал себя Маркус.
То, что ему удалось услышать в замке лорда Харланда не было правдой или не совсем правдой. Лорд Харланд нагло врал той девушке в крестьянской одежде. Но зачем? Жаль, он не видел, что все-таки происходило за закрытыми дверями…
Кто-то снова напялил на Маркуса колпак, крепкие руки подхватили его и поволокли по коридорам в неизвестном ему направлении, то есть не в том, откуда они пришли. Опять повороты, лестницы, коридоры только с их глухими шагами. Остановились буквально на секунду перед одной из дверей, чтобы только сдернуть колпак, и сразу же с силой впихнули его в комнату.
Маркус только чудом устоял на ногах, не хватало упасть и удариться, особенно рукой — руки ему пригодятся. Впрочем, он научился падать, абсолютно расслабляясь и не получая увечий, но все равно приятного мало. Вдруг упадешь кому-нибудь в ноги и с согнутой спиной, когда правильней глядеть в лицо…
В небольшой комнате было темно, она не освещалась даже одинокой свечой. Глаза, уже привыкшие к темноте, смогли рассмотреть только большую кровать под балдахином почти в самом центре комнаты и кресло в углу у окна. Больше никаких предметов мебели в помещении не наблюдалось. По крайней мере, Маркус их не увидел. Но вот в кресле, ему показалось, кто-то сидел. И он стал пристальней смотреть туда, еще раз пожалев, что плохо видит в темноте, да и в комнате могло быть несколько светлее от ночного светила, если бы единственное, хоть и широкое окно, не было задернуто плотными портьерами.
— Проходите, Маркус, не стесняйтесь, — снова раздался уже знакомый голос. — Вы же не думаете, что я вам поверю на слово и оставлю с леди Маверик один на один. Нет.
Последнее слово голос протянул, давая понять, что он не верит ни ему, ни сестре короля.
— Леди Маверик лежит на постели, можете присоединиться к ней. Вся ночь в вашем распоряжении. Если управитесь быстрее, сообщите мне. А я же прослежу, чтобы все было по-настоящему — рядом постою, свечку подержу…
И голос негромко рассмеялся.
Маркус не стал ничего говорить, хочет смотреть — пусть смотрит. Он, осторожно ступая, приблизился к кровати и отодвинул рукой полог.
На большой просто огромной кровати кто-то лежал. Была ли то леди Маверик или какая-то другая иная в темноте Маркус опять-таки рассмотреть не мог. Оставалось только поверить, что лежащая на кровати обнаженная женщина была все же леди Маверик. Во всяком случае, она совершенно точно была омегой, потому что сладковатый запах, исходивший от этого тела, манил и возбуждал. Не как аромат от той иной в замке лорда Харланда, но запах все равно Маркусу понравился, он слышал его и с трудом сдерживал возбуждение и желание наброситься на эту несчастную девушку.
