— А что я? — не понял вопроса тот.
— С тобой не происходит ничего необычного? — допытывался лекарь.
Зандер отрицательно замотал головой. Если не считать того, что его из дома выгнала родная тетка, а в лесу к нему пришел маленький вампир, во что не хотелось совершенно верить, то ничего необычного с ним больше не произошло за последнее время.
— А чем питаются маленькие вампиры? — спросил Зандер рассеянно, погруженный в свои размышления.
— Кровью, мой мальчик, только кровью. И маленькие, и взрослые вампиры питаются только свежей кровью. Но мне хочется все-таки поговорить о тебе. Я задам несколько простых вопросов, а ты мне постарайся честно ответить на них.
И лекарь, не дожидаясь согласия Зандера, стал задавать свои бесконечные вопросы, на которые тот почти все время отвечал «нет». Лекаря интересовали изменения в предпочтениях в еде, изменения слуха, зрения. Он внимательно рассматривал глаза Зандера, не заметив ничего необычного, разрешил отвести взгляд и моргнуть. Спрашивал, не изменилась ли его реакция, не стал ли он быстрее бегать или дальше прыгать.
— Значит, не пришло еще твое время, — вынес вердикт Бельведер Риттерс, и придвинул к нему тарелочку с засахаренными орешками, которые только что принесла все та же молоденькая служанка, и налил ему еще ароматного чаю.
* * *
«Не может этот маленький очаровательный мальчик быть вампиром, лекарь ошибся или неправильно меня понял! Вампиры кусаются, а тот даже не пытался этого сделать. Я же спал с ним в одной постели. Если бы он был вампиром, давно бы меня загрыз», — рассуждал Зандер, спеша к молочнице тетушке Бетти. Он просидел у гостеприимного Бельведера Риттерса почти полдня и теперь очень торопился. К тому же его мучила совесть — он сытый, довольный, пробыл в приятной компании, а Лемми один в пещере и очень голодный.
У молочницы он выяснит, чем питаются маленькие мальчики — у нее много детей, она должна это знать. Попросит молока в долг, Лемми должен его пить, просто обязан, как все дети, и поспешит к нему. Со своей теткой Матильдой, видимо, придется мириться уже завтра.
Тетушка Бетти, веселая дородная торговка молоком, обрадовалась Зандеру, как родному. Она всегда искренне считала, что он оказывает на ее сыновей исключительно положительное влияние. Даже когда они шалили все вместе, таская, например, булочки из печи булочника, их никогда не наказывали, потому что проказы никому не приносили вреда, в самом худшем случае, все это обычно выглядело всего лишь неудавшейся шуткой.
Молочница налила мальчику большую кружку молока из кувшина, усадила его за стол со всеми своими мальчишками, а у нее их было, ни много ни мало, от мала до велика, шестеро. Им тоже дала такие же большие кружки, и в довершение ко всему поставила перед ними блюдо со сладкими свежеиспеченными пирожками.
Зандер внимательно наблюдал за четырехлетним сыном тетушки Бетти, как тот сразу же потянулся к блюду и схватил, на его взгляд, самый большой пирог и с удовольствием принялся уплетать за обе щеки, запивая молоком. Зандеру сразу захотел отнести свою долю Лемми в пещеру.
— Тетушка Бетти, — вежливо обратился он к молочнице, стараясь при этом ее не обидеть. — Я еще не сильно проголодался после завтрака с лекарем Риттерсом, но я бы с удовольствием взял все с собой, и молоко, и пирожки. Все такое вкусное, я боюсь лопнуть от жадности.
— Ешь, ешь, — рассмеялась женщина. — Не лопнешь, а на твое тело немного жирку нарастить не помешает. Взгляни на себя, ты такой худенький по сравнению с моими богатырями. А добавку я тебе с собой дам, не переживай. Плохо Матильда стала следить за тобой последнее время, совсем плохо, по-моему, ты даже схуднул по бокам.
Покачивая головой, она ушла, чтобы спустя несколько минут вернуться к столу с еще одним кувшином молока и пакетом с аппетитными пирожками.
Зандер допил свое молоко, улыбаясь, поблагодарил тетушку Бетти и поспешил с дарами назад в лес к Лемми, так и не зайдя домой, и опять не помирившись с теткой.
«Завтра. Обязательно зайду завтра. Не могу же я вечно скрываться в этой пещере», — рассуждал он, перейдя с шага на бег и совсем растеряв остатки вчерашней осторожности.
Он волновался за мальчика, переживал, что тот опять будет расстраиваться — его на целый день оставили одного и к тому же голодного.
И снова Зандер добрался до своей пещеры, когда солнце уже почти село, но сегодня сумеречные тени уже не так сильно пугали его.
— Лемми, — позвал Зандер мальчика, слегка отодвинув занавеску над входом.
— Я здесь, — донеслось из глубины пещеры.
— Маленький, не обижайся, что меня долго не было. Я принес тебе покушать.
Он приблизился к ребенку, сел рядом с ним и распаковал дары тетушки Бетти. Лемми сморщил нос и отвернулся.
— Что такое? Что не так? — искренне поинтересовался Зандер, видя, ни сладкие пирожки, ни молоко мальчика не прельстили. Он сам бы съел еще.
— Я не ем эту гадость, — малыш оттолкнул от себя кувшин, чуть не пролив молоко.
— Ну знаешь, — возмутился Зандер. — Всем нравится, а ему, видите ли, нет. Ну и уходи. Иди, иди, сам добывай себе в лесу пропитание.
Неожиданно рассердился он. Тетушка Бетти так старалась угодить ему.
Лемми молча встал с лежанки, прошел через всю пещеру и вышел в ночь за тряпичную занавеску над входом.
Уже спустя минуту Зандер бросился вслед за ним. Как он мог так поступить с ребенком. Он уподобился своей тетке Матильде, которая всего лишь пару дней назад выгнала его из дома. А он уже забыл о том, как это быть лишенным крова. Зачем же он так поступает с малышом, которому и идти-то в сущности некуда. Это у Зандера была пещера, а у Лемми никого и ничего нет. За ним, может быть, охотятся враги, да к тому же он еще такой маленький, который и за себя-то постоять толком не может.
Зандер, выскочив из пещеры, побежал налево. Нет малыша. Он метнулся вправо. Сердце заколотилось от ужаса. Куда в темноте мог податься ребенок? Надо собраться с мыслями, подумать.
— Лемми, Лемми, — негромко позвал он.
Никто не отозвался.
Зандер остановился, перестав метаться бессмысленно по темному лесу, глубоко вздохнул несколько раз, пытаясь успокоиться. И тогда он услышал, как кто-то жалобно плакал совсем неподалеку. Он быстрым шагом пошел на плач. Так и есть. Привалившись к толстому стволу кедра, на земле сидел Лемми и плакал, обхватив себя руками. Зандер опустился на осеннюю пожухлую траву рядом.
— Малыш, прости меня, — обратился он к нему. — Пойдем назад в пещеру. Я что-нибудь придумаю, чем тебя накормить.
Лемми тотчас замолчал, вытер ладошками слезы. Затем поднялся и протянул руку Зандеру, выказывая готовность последовать за ним назад в уже ставшую для них общим домом пещеру.
— Расскажи мне, что тебе давали покушать, когда ты жил с няней, — поинтересовался Зандер у мальчика. Они, вернувшись, зажгли лампу, развели небольшой костер, чтобы согреть чаю, и уютно расположились на лежанке.
— Няня мне приносила мягкого зверька, — пожал плечами малыш.
— Мягкого зверька? — насторожился Зандер. — Как назывался тот зверек, ты помнишь?
— Я не знаю, но у него были длинные ушки и мягкая шкурка, — снова пожал плечами Лемми.
— Это был кролик? — допытывался Зандер.
— Я не помню. Может быть, и кролик, — мальчик морщил нос, пытаясь вспомнить, как няня при нем называла зверька.
— Я попробую тебе поймать кролика, — согласился Зандер. — Ты узнаешь зверька, если это будет он?
Лемми утвердительно покачал головой. Конечно, зверька он узнает, ведь кушать что попало, он не станет.
«Интересно, как я собираюсь ловить кролика для мальчика, если раньше этого никогда не делал? И силков у меня нет», — грустно рассуждал Зандер, снова выходя из пещеры в ночь.
Он отошел сторону, замер, прислушиваясь, не пробежит ли кто, а потом резко выставил вперед руку. И увидел только смазанную тень, метнувшуюся в сторону. Примерно в паре метров от него на траву упал большой серый заяц. Он был жив, это Зандер видел по биению его сердца под шкуркой и бессмысленному вращению глазами, но зверек полностью обездвижен. Зандер не на шутку испугался, такого за собой он раньше никогда не замечал, но и обрадовался — ужин для Лемми он все-таки добыл.
Надо поинтересоваться у лекаря Риттерса, что это с ним, видимо, об этом тот как раз и спрашивал.
И что теперь делать с этим зайцем? А вот об этом надо спросить у Лемми. И Зандер быстро зашагал назад в сторону пещеры.
— Лемми, Лемми, смотри, я поймал тебе зверька — радостно сообщил ему Зандер, держа зайца за ушки и протягивая его ребенку. — Это он? Что с ним дальше делать?
Он мог бы и не спрашивать. На его глазах маленький беззащитный мальчик стал превращаться в опасного хищника. Сначала в его глазах появился странный блеск, потом радужка его голубых глаз приобрела кроваво-красный оттенок, из кончиков пальцев выдвинулись острые как ножи небольшие когти. У Зандера по коже пошли мурашки, а зубы клацнули, ему вдруг стало холодно, как зимой. Лемми протянул руки к зайцу, заглянул ему в глаза, тот сразу перестал трепыхаться, а ребенок оскалил зубы, обнажая выдвинувшиеся белые клыки. Зандер не стал смотреть, что произойдет с несчастным животным, он сунул его в руки мальчику и выскочил вон из пещеры. Он не ушел далеко, просто сел у входа, закрыв глаза, и зажал уши руками, чтобы не слышать утробного урчания Лемми и истошного писка несчастного зайца.
Через несколько минут с зайцем все было покончено, а его растерзанная тушка безжалостно была выброшена из пещеры. Зандер поднялся и, слегка пошатываясь, вошел внутрь. Он не знал, даже не предполагал, что может там увидеть. Но его взору явилась совершенно идеалистическая картинка — на лежанке из сухого мха сидел маленький пятилетний мальчик и довольно улыбался. Только пара темных пятнышек на земляном полу пещеры и слегка перепачканная мордашка ребенка чем-то красным, свидетельствовали о том, что тут только что хищник расправился со своей жертвой. Зандер приблизился к Лемми, поднял его на руки и понес наружу.
— Куда ты меня несешь? — испуганно поинтересовался тот.
— Я хочу вымыть твое личико после еды, — прижимая его к себе, прошептал Зандер. — Мы сейчас спустимся к реке и умоемся. Надеюсь, ты не станешь возражать?
— Нет, — рассмеялся малыш, счастливо обнимая его за шею, — меня няня тоже всегда мыла после еды. Она говорила, что когда я вырасту, то научусь кушать, не пачкая лица. Я, правда-правда, научусь.
— Я знаю, малыш. Только вот вопрос, когда оно настанет, это время, и как нам продержаться до него, — вздохнул Зандер.
Ночью Зандеру спалось плохо, ему все время снился Лемми. Перед самым восходом он проснулся и уже больше не смог заснуть, но мысли о мальчике не покинули его и после пробуждения. Как ему воспитывать маленького вампира — а в этом он уже ни капельки не сомневался — когда он сам еще практически ребенок? Накормить его, в конечном счете, оказалось не так уж и большой проблемой, особенно в свете неожиданно проснувшихся каких-то непонятных способностей у него, у Зандера. Но где жить с ним? Не вести же его домой к тетке. Необходимо сходить к лекарю за советом. Но теперь потребуется поговорить и о себе самом. И все же сначала он должен зайти в книжную лавку и посмотреть какую-нибудь специальную литературу о вампирах, потом нужно проведать тетку Матильду, и уже только потом можно посетить Бельведера Риттерса, лекаря. Разговаривать с ним, конечно, интересно, но это опять займет полдня, ничуть не меньше. Он подушечками пальцев погладил по щечке ребенка, спавшего рядом, тот смешно засопел, но не проснулся. Зандер всегда мечтал о братике, и сейчас это чудо, лежащее с ним рядом, было живым воплощением его мечты. Его сердце наполнилось такой любовью к малышу, что на глаза навернулись слезы умиления. И тотчас захотелось обнимать, целовать и тискать его, пуская слюни от восторга и радости. Так лежал бы и смотрел вечно на эти золотистые кудряшки, разметавшиеся по лежанке.
Зандер нехотя поднялся, выпил молоко, которое вчера принес для Лемми, и которое тому совершенно не понадобилось, оделся и побежал в город. Он не стал будить малыша. Зачем беспокоить ребенка? Пусть поспит. Пока светит солнце, мальчик все равно никуда не уйдет. В этом он теперь был совершенно уверен.
Когда Зандер ступил на Торговую улицу, большинство лавок уже открылось, в том числе и книжная лавка господина Криспиана. Почему владельца книжной лавки называли «господин Криспиан» никто не помнил, но никто не называл его по фамилии, а только так, господин Криспиан.
В лавке царил полумрак, остро пахло кожей дорогих переплетов. Порывшись по полкам, которые занимали все помещение, Зандер нашел уникальное издание «Особенности анатомии и физиологии вампиров и демонов, а также гномов, эльфов и драконов» в двух томах. Издание было хорошо оформлено, а текст сопровождался большим количеством иллюстраций. На нем он и решил остановить свой выбор.
— Господин Криспиан, — обратился Зандер к хозяину лавки, только что вышедшему в торговый зал, — я выбрал книги и хотел бы их забрать. Попрошу тетушку Матильду оплатить их.
— Я вынужден отказать вам в кредите, молодой человек. Книги, которые вы взяли в прошлый раз четыре дня назад, до сих пор не оплачены вашей тетушкой, — мужчина забрал книги из рук Зандера и собирался поставить их на место.
— Это какое-то недоразумение, я думаю, оно разрешится в ближайшие полчаса, — пообещал тот, собираясь немедленно пойти домой и прояснить вопрос с долгом. Такого раньше никогда не происходило, тетка оплачивала его приобретения сразу же.
— Как только будет погашен долг, вы снова сможете брать книги в моей лавке, — согласился господин Криспиан. Он не стал убирать книги на полку, а положил их на специальный столик.
Зандер покинул книжную лавку и решительно направился в дом напротив, в лавку своего отца, где сейчас хозяйничала его тетка. Он потянул на себя ручку двери главного входа. Дверь оказалась запертой. Странно. Тетка никогда не нарушала распорядок работы, установленный его отцом. Он обошел строение и толкнул дверь черного выхода, того самого, через который он покинул этот дом три дня назад. Дверь с тихим скрипом отворилась. Зандер осторожно шагнул внутрь. И сразу в нос ударил противный тошнотворный запах. Зажав нос и рот полой своей рубахи, он продолжил двигаться вглубь помещений, и вдруг замер на пороге лавки, ошарашено оглядываясь по сторонам. В самом ее центре лежали обезглавленные тела его тетки и работников, их головы аккуратной горкой лежали рядом. Весь пол был залит кровью, которая местами уже высохла. Судя по всему, убийства произошли в то же самое время или чуть позже, что и нападение на замок. И если бы он не сбежал из дома, то лежал бы без головы вместе со всеми здесь же, в лавке. Стараясь не закричать и не потерять сознание от пережитого ужаса, он вышел из дома, плотно прикрыв за собой дверь. Оглядевшись по сторонам, постояв немного у входа, и вышел назад на Торговую улицу, туда же, откуда он вошел в дом.
Сначала не торопясь, чтобы не привлекать внимание, потом всё ускоряя шаг, а затем просто перейдя на бег, Зандер покидал город, зная, что сюда он больше никогда не вернется.
Он не видел, что за ним следили две пары любопытных глаз.
— С тобой не происходит ничего необычного? — допытывался лекарь.
Зандер отрицательно замотал головой. Если не считать того, что его из дома выгнала родная тетка, а в лесу к нему пришел маленький вампир, во что не хотелось совершенно верить, то ничего необычного с ним больше не произошло за последнее время.
— А чем питаются маленькие вампиры? — спросил Зандер рассеянно, погруженный в свои размышления.
— Кровью, мой мальчик, только кровью. И маленькие, и взрослые вампиры питаются только свежей кровью. Но мне хочется все-таки поговорить о тебе. Я задам несколько простых вопросов, а ты мне постарайся честно ответить на них.
И лекарь, не дожидаясь согласия Зандера, стал задавать свои бесконечные вопросы, на которые тот почти все время отвечал «нет». Лекаря интересовали изменения в предпочтениях в еде, изменения слуха, зрения. Он внимательно рассматривал глаза Зандера, не заметив ничего необычного, разрешил отвести взгляд и моргнуть. Спрашивал, не изменилась ли его реакция, не стал ли он быстрее бегать или дальше прыгать.
— Значит, не пришло еще твое время, — вынес вердикт Бельведер Риттерс, и придвинул к нему тарелочку с засахаренными орешками, которые только что принесла все та же молоденькая служанка, и налил ему еще ароматного чаю.
* * *
«Не может этот маленький очаровательный мальчик быть вампиром, лекарь ошибся или неправильно меня понял! Вампиры кусаются, а тот даже не пытался этого сделать. Я же спал с ним в одной постели. Если бы он был вампиром, давно бы меня загрыз», — рассуждал Зандер, спеша к молочнице тетушке Бетти. Он просидел у гостеприимного Бельведера Риттерса почти полдня и теперь очень торопился. К тому же его мучила совесть — он сытый, довольный, пробыл в приятной компании, а Лемми один в пещере и очень голодный.
У молочницы он выяснит, чем питаются маленькие мальчики — у нее много детей, она должна это знать. Попросит молока в долг, Лемми должен его пить, просто обязан, как все дети, и поспешит к нему. Со своей теткой Матильдой, видимо, придется мириться уже завтра.
ГЛАВА 4
Тетушка Бетти, веселая дородная торговка молоком, обрадовалась Зандеру, как родному. Она всегда искренне считала, что он оказывает на ее сыновей исключительно положительное влияние. Даже когда они шалили все вместе, таская, например, булочки из печи булочника, их никогда не наказывали, потому что проказы никому не приносили вреда, в самом худшем случае, все это обычно выглядело всего лишь неудавшейся шуткой.
Молочница налила мальчику большую кружку молока из кувшина, усадила его за стол со всеми своими мальчишками, а у нее их было, ни много ни мало, от мала до велика, шестеро. Им тоже дала такие же большие кружки, и в довершение ко всему поставила перед ними блюдо со сладкими свежеиспеченными пирожками.
Зандер внимательно наблюдал за четырехлетним сыном тетушки Бетти, как тот сразу же потянулся к блюду и схватил, на его взгляд, самый большой пирог и с удовольствием принялся уплетать за обе щеки, запивая молоком. Зандеру сразу захотел отнести свою долю Лемми в пещеру.
— Тетушка Бетти, — вежливо обратился он к молочнице, стараясь при этом ее не обидеть. — Я еще не сильно проголодался после завтрака с лекарем Риттерсом, но я бы с удовольствием взял все с собой, и молоко, и пирожки. Все такое вкусное, я боюсь лопнуть от жадности.
— Ешь, ешь, — рассмеялась женщина. — Не лопнешь, а на твое тело немного жирку нарастить не помешает. Взгляни на себя, ты такой худенький по сравнению с моими богатырями. А добавку я тебе с собой дам, не переживай. Плохо Матильда стала следить за тобой последнее время, совсем плохо, по-моему, ты даже схуднул по бокам.
Покачивая головой, она ушла, чтобы спустя несколько минут вернуться к столу с еще одним кувшином молока и пакетом с аппетитными пирожками.
Зандер допил свое молоко, улыбаясь, поблагодарил тетушку Бетти и поспешил с дарами назад в лес к Лемми, так и не зайдя домой, и опять не помирившись с теткой.
«Завтра. Обязательно зайду завтра. Не могу же я вечно скрываться в этой пещере», — рассуждал он, перейдя с шага на бег и совсем растеряв остатки вчерашней осторожности.
Он волновался за мальчика, переживал, что тот опять будет расстраиваться — его на целый день оставили одного и к тому же голодного.
И снова Зандер добрался до своей пещеры, когда солнце уже почти село, но сегодня сумеречные тени уже не так сильно пугали его.
— Лемми, — позвал Зандер мальчика, слегка отодвинув занавеску над входом.
— Я здесь, — донеслось из глубины пещеры.
— Маленький, не обижайся, что меня долго не было. Я принес тебе покушать.
Он приблизился к ребенку, сел рядом с ним и распаковал дары тетушки Бетти. Лемми сморщил нос и отвернулся.
— Что такое? Что не так? — искренне поинтересовался Зандер, видя, ни сладкие пирожки, ни молоко мальчика не прельстили. Он сам бы съел еще.
— Я не ем эту гадость, — малыш оттолкнул от себя кувшин, чуть не пролив молоко.
— Ну знаешь, — возмутился Зандер. — Всем нравится, а ему, видите ли, нет. Ну и уходи. Иди, иди, сам добывай себе в лесу пропитание.
Неожиданно рассердился он. Тетушка Бетти так старалась угодить ему.
Лемми молча встал с лежанки, прошел через всю пещеру и вышел в ночь за тряпичную занавеску над входом.
Уже спустя минуту Зандер бросился вслед за ним. Как он мог так поступить с ребенком. Он уподобился своей тетке Матильде, которая всего лишь пару дней назад выгнала его из дома. А он уже забыл о том, как это быть лишенным крова. Зачем же он так поступает с малышом, которому и идти-то в сущности некуда. Это у Зандера была пещера, а у Лемми никого и ничего нет. За ним, может быть, охотятся враги, да к тому же он еще такой маленький, который и за себя-то постоять толком не может.
Зандер, выскочив из пещеры, побежал налево. Нет малыша. Он метнулся вправо. Сердце заколотилось от ужаса. Куда в темноте мог податься ребенок? Надо собраться с мыслями, подумать.
— Лемми, Лемми, — негромко позвал он.
Никто не отозвался.
Зандер остановился, перестав метаться бессмысленно по темному лесу, глубоко вздохнул несколько раз, пытаясь успокоиться. И тогда он услышал, как кто-то жалобно плакал совсем неподалеку. Он быстрым шагом пошел на плач. Так и есть. Привалившись к толстому стволу кедра, на земле сидел Лемми и плакал, обхватив себя руками. Зандер опустился на осеннюю пожухлую траву рядом.
— Малыш, прости меня, — обратился он к нему. — Пойдем назад в пещеру. Я что-нибудь придумаю, чем тебя накормить.
Лемми тотчас замолчал, вытер ладошками слезы. Затем поднялся и протянул руку Зандеру, выказывая готовность последовать за ним назад в уже ставшую для них общим домом пещеру.
— Расскажи мне, что тебе давали покушать, когда ты жил с няней, — поинтересовался Зандер у мальчика. Они, вернувшись, зажгли лампу, развели небольшой костер, чтобы согреть чаю, и уютно расположились на лежанке.
— Няня мне приносила мягкого зверька, — пожал плечами малыш.
— Мягкого зверька? — насторожился Зандер. — Как назывался тот зверек, ты помнишь?
— Я не знаю, но у него были длинные ушки и мягкая шкурка, — снова пожал плечами Лемми.
— Это был кролик? — допытывался Зандер.
— Я не помню. Может быть, и кролик, — мальчик морщил нос, пытаясь вспомнить, как няня при нем называла зверька.
— Я попробую тебе поймать кролика, — согласился Зандер. — Ты узнаешь зверька, если это будет он?
Лемми утвердительно покачал головой. Конечно, зверька он узнает, ведь кушать что попало, он не станет.
«Интересно, как я собираюсь ловить кролика для мальчика, если раньше этого никогда не делал? И силков у меня нет», — грустно рассуждал Зандер, снова выходя из пещеры в ночь.
Он отошел сторону, замер, прислушиваясь, не пробежит ли кто, а потом резко выставил вперед руку. И увидел только смазанную тень, метнувшуюся в сторону. Примерно в паре метров от него на траву упал большой серый заяц. Он был жив, это Зандер видел по биению его сердца под шкуркой и бессмысленному вращению глазами, но зверек полностью обездвижен. Зандер не на шутку испугался, такого за собой он раньше никогда не замечал, но и обрадовался — ужин для Лемми он все-таки добыл.
Надо поинтересоваться у лекаря Риттерса, что это с ним, видимо, об этом тот как раз и спрашивал.
И что теперь делать с этим зайцем? А вот об этом надо спросить у Лемми. И Зандер быстро зашагал назад в сторону пещеры.
— Лемми, Лемми, смотри, я поймал тебе зверька — радостно сообщил ему Зандер, держа зайца за ушки и протягивая его ребенку. — Это он? Что с ним дальше делать?
Он мог бы и не спрашивать. На его глазах маленький беззащитный мальчик стал превращаться в опасного хищника. Сначала в его глазах появился странный блеск, потом радужка его голубых глаз приобрела кроваво-красный оттенок, из кончиков пальцев выдвинулись острые как ножи небольшие когти. У Зандера по коже пошли мурашки, а зубы клацнули, ему вдруг стало холодно, как зимой. Лемми протянул руки к зайцу, заглянул ему в глаза, тот сразу перестал трепыхаться, а ребенок оскалил зубы, обнажая выдвинувшиеся белые клыки. Зандер не стал смотреть, что произойдет с несчастным животным, он сунул его в руки мальчику и выскочил вон из пещеры. Он не ушел далеко, просто сел у входа, закрыв глаза, и зажал уши руками, чтобы не слышать утробного урчания Лемми и истошного писка несчастного зайца.
Через несколько минут с зайцем все было покончено, а его растерзанная тушка безжалостно была выброшена из пещеры. Зандер поднялся и, слегка пошатываясь, вошел внутрь. Он не знал, даже не предполагал, что может там увидеть. Но его взору явилась совершенно идеалистическая картинка — на лежанке из сухого мха сидел маленький пятилетний мальчик и довольно улыбался. Только пара темных пятнышек на земляном полу пещеры и слегка перепачканная мордашка ребенка чем-то красным, свидетельствовали о том, что тут только что хищник расправился со своей жертвой. Зандер приблизился к Лемми, поднял его на руки и понес наружу.
— Куда ты меня несешь? — испуганно поинтересовался тот.
— Я хочу вымыть твое личико после еды, — прижимая его к себе, прошептал Зандер. — Мы сейчас спустимся к реке и умоемся. Надеюсь, ты не станешь возражать?
— Нет, — рассмеялся малыш, счастливо обнимая его за шею, — меня няня тоже всегда мыла после еды. Она говорила, что когда я вырасту, то научусь кушать, не пачкая лица. Я, правда-правда, научусь.
— Я знаю, малыш. Только вот вопрос, когда оно настанет, это время, и как нам продержаться до него, — вздохнул Зандер.
ГЛАВА 5
Ночью Зандеру спалось плохо, ему все время снился Лемми. Перед самым восходом он проснулся и уже больше не смог заснуть, но мысли о мальчике не покинули его и после пробуждения. Как ему воспитывать маленького вампира — а в этом он уже ни капельки не сомневался — когда он сам еще практически ребенок? Накормить его, в конечном счете, оказалось не так уж и большой проблемой, особенно в свете неожиданно проснувшихся каких-то непонятных способностей у него, у Зандера. Но где жить с ним? Не вести же его домой к тетке. Необходимо сходить к лекарю за советом. Но теперь потребуется поговорить и о себе самом. И все же сначала он должен зайти в книжную лавку и посмотреть какую-нибудь специальную литературу о вампирах, потом нужно проведать тетку Матильду, и уже только потом можно посетить Бельведера Риттерса, лекаря. Разговаривать с ним, конечно, интересно, но это опять займет полдня, ничуть не меньше. Он подушечками пальцев погладил по щечке ребенка, спавшего рядом, тот смешно засопел, но не проснулся. Зандер всегда мечтал о братике, и сейчас это чудо, лежащее с ним рядом, было живым воплощением его мечты. Его сердце наполнилось такой любовью к малышу, что на глаза навернулись слезы умиления. И тотчас захотелось обнимать, целовать и тискать его, пуская слюни от восторга и радости. Так лежал бы и смотрел вечно на эти золотистые кудряшки, разметавшиеся по лежанке.
Зандер нехотя поднялся, выпил молоко, которое вчера принес для Лемми, и которое тому совершенно не понадобилось, оделся и побежал в город. Он не стал будить малыша. Зачем беспокоить ребенка? Пусть поспит. Пока светит солнце, мальчик все равно никуда не уйдет. В этом он теперь был совершенно уверен.
Когда Зандер ступил на Торговую улицу, большинство лавок уже открылось, в том числе и книжная лавка господина Криспиана. Почему владельца книжной лавки называли «господин Криспиан» никто не помнил, но никто не называл его по фамилии, а только так, господин Криспиан.
В лавке царил полумрак, остро пахло кожей дорогих переплетов. Порывшись по полкам, которые занимали все помещение, Зандер нашел уникальное издание «Особенности анатомии и физиологии вампиров и демонов, а также гномов, эльфов и драконов» в двух томах. Издание было хорошо оформлено, а текст сопровождался большим количеством иллюстраций. На нем он и решил остановить свой выбор.
— Господин Криспиан, — обратился Зандер к хозяину лавки, только что вышедшему в торговый зал, — я выбрал книги и хотел бы их забрать. Попрошу тетушку Матильду оплатить их.
— Я вынужден отказать вам в кредите, молодой человек. Книги, которые вы взяли в прошлый раз четыре дня назад, до сих пор не оплачены вашей тетушкой, — мужчина забрал книги из рук Зандера и собирался поставить их на место.
— Это какое-то недоразумение, я думаю, оно разрешится в ближайшие полчаса, — пообещал тот, собираясь немедленно пойти домой и прояснить вопрос с долгом. Такого раньше никогда не происходило, тетка оплачивала его приобретения сразу же.
— Как только будет погашен долг, вы снова сможете брать книги в моей лавке, — согласился господин Криспиан. Он не стал убирать книги на полку, а положил их на специальный столик.
Зандер покинул книжную лавку и решительно направился в дом напротив, в лавку своего отца, где сейчас хозяйничала его тетка. Он потянул на себя ручку двери главного входа. Дверь оказалась запертой. Странно. Тетка никогда не нарушала распорядок работы, установленный его отцом. Он обошел строение и толкнул дверь черного выхода, того самого, через который он покинул этот дом три дня назад. Дверь с тихим скрипом отворилась. Зандер осторожно шагнул внутрь. И сразу в нос ударил противный тошнотворный запах. Зажав нос и рот полой своей рубахи, он продолжил двигаться вглубь помещений, и вдруг замер на пороге лавки, ошарашено оглядываясь по сторонам. В самом ее центре лежали обезглавленные тела его тетки и работников, их головы аккуратной горкой лежали рядом. Весь пол был залит кровью, которая местами уже высохла. Судя по всему, убийства произошли в то же самое время или чуть позже, что и нападение на замок. И если бы он не сбежал из дома, то лежал бы без головы вместе со всеми здесь же, в лавке. Стараясь не закричать и не потерять сознание от пережитого ужаса, он вышел из дома, плотно прикрыв за собой дверь. Оглядевшись по сторонам, постояв немного у входа, и вышел назад на Торговую улицу, туда же, откуда он вошел в дом.
Сначала не торопясь, чтобы не привлекать внимание, потом всё ускоряя шаг, а затем просто перейдя на бег, Зандер покидал город, зная, что сюда он больше никогда не вернется.
Он не видел, что за ним следили две пары любопытных глаз.
