А Брендон вместо того чтобы управлять животным с помощью поводьев, просто бросил их и, как тряпичная кукла, болтался на спине жеребца, давно вылетев из седла и вися на крупе. Он не падал на землю, держась только усилием воли, вцепившись обеими руками в шкуру животного с такой силой, что коню казалось, словно с него живого сдирают шкуру.
После очередного мощного скачка жеребца с передних копыт на задние Брендон все же вылетел из седла, как принято говорить, и, сделав головокружительный кульбит через голову животного, прямо перед его ошалевшей мордой, рухнул в пыль двора. И сразу наступила мёртвая тишина до звона в ушах — король перестал кричать, конь ржать, а все остальные смеяться.
«Я умер», — решил Брендон, глядя широко открытыми глазами на медленно плывущие облака по голубому бесконечному небу. Такого красивого неба он никогда не видел.
«Я, наверное, в вампирском раю», — умиротворённо подумал принц и прикрыл глаза. Какое счастье — не надо садиться на лошадь и ехать в это глупое путешествие. Книга судеб напишет другую страницу, но уже не ему, а его отцу.
— Вставайте, ваше высочество.
Брендон, открыв глаза, столкнулся с внимательным и заботливым взглядом старого слуги, что протягивал к нему руки, чтобы помочь подняться.
— Я живой, — с тоской произнёс принц, а потом с ужасом взглянул на стоявшего в стороне коня, которого придерживали и успокаивали конюхи.
— Отец, — обратился он к королю. — Мне бы чего поспокойнее.
— Этот жеребец был самым покладистым в моей конюшне, — покачал головой его величество. — Придётся тренироваться на нём.
— Нет, — простонал Брендон. — Второго раза мы с конём не переживём.
— Ваше величество, — обратился с поклоном слуга к королю. — А давайте его высочеству предложим мою лошадку.
— Твою лошадку, — громко расхохотался король. — Она ещё жива? Сколько же ей лет? Её шкура старее кожаных фолиантов в моей библиотеке.
— Что с того? — невозмутимо продолжил слуга. — Старая проверенная вампирская лошадь, она переживёт ещё и вас, и принца. Хочу напомнить, она также ещё и слепа, и глуха. И скакать, как этот глупый жеребец не станет, ей просто лень, поверьте мне.
— Веди, — продолжая смеяться, махнул рукой король. Ему было уже все равно, на чём отправится в путь его сын. — Если принц не усидит и на ней, то ему тогда придётся ехать на пони, точнее, вести его между своих ног.
Брендон обиделся, но виду не подал, а, гордо вскинув голову — гордости ему было не занимать — стал ожидать, когда ему подведут обещанную лошадку.
А вот со старой благородной Маркизой общий язык они нашли сразу. Кобылка, не шевелясь, стояла, пока принц пытался на неё взгромоздиться. У него это получилось где-то с десятой попытки, лошадка лошадкой, но стояла как вкопанная в отличие от приплясывающего жеребца, давая Брендону понять, как правильно на лошадь садиться. Принц даже почувствовал гордость за себя и за Маркизу, когда у него, наконец, получилось. Приняв гордую осанку и взяв в руки поводья, он тронул коленями бока лошадки, показывая, что можно начать движение. Та неспешно сделала пару шагов и сразу остановилась, когда почувствовала, что седок её сползает набок. Она подождала, пока тот снова принял вертикальное положение, и только после этого снова сделала пару шагов и опять замерла, позволяя Брендону снова усесться прямо. Со стороны это выглядело весьма уморительно — два шага лошади, Брендон на один бок сполз, ещё два шага, он уже пытается свалиться с другого бока. Только королю было не до смеха, он от отчаяния прикрыл глаза руками, чтобы не видеть всего этого ужаса. Да, из Брендона наездник не получится даже в результате долгих тренировок, а отбывать в путь уже через пару дней.
Его величество терпеливо дождался, пока принц проехал целый круг по двору без остановки, если учесть, что для этого ему потребовалось почти полдня, он с ужасом представил, как долго будет длиться путешествие его сына. Хорошо, что для вампиров время не имело значения, только сама жизнь.
Выбор меча и воина король решил отложить на завтра, сегодня и без этого его нервы оказались на пределе. Ему требовалось расслабиться, выпить чего-нибудь покрепче крови, созвониться с академией. Как там практикант? Уже в пути? А главное, подумать, поискать ответы в книгах, куда ехать его сыну и кого искать…
***
— Кондрат, — Брендон ласково погладил летучую мышь, севшую ему на плечо.
Как стемнело, принц снова отправился прогуляться по окрестностям и, как всегда, поднялся на свой любимый холм, откуда замок был виден как на ладони.
— Ты представляешь, я сегодня гарцевал на лошади, — не удержавшись, похвастался он.
Мышь засвистела, что-то много и громко говоря принцу.
— Ты спрашиваешь, зачем мне это надо? — произнёс вслух Брендон её вопрос. Это было давней привычкой — дракон Драйк совершенно не понимал, что говорила мышь, а она не понимала дракона. Вот и приходилось Брендону работать переводчиком между ними.
— И ты спрашиваешь то же самое? — обратился он к камню, которым любил прикидываться ящер.
А потом гордо подняв голову, торжественно изрёк:
— Меня отправляют в путешествие за принцессой феев. Правда, я не совсем понимаю, где мне её искать, но это уже неважно.
Две пары глаз внимательно уставились на него.
— В Книге судеб сказано, что могу взять один меч, одну монету, одного коня, одного воина. А вот о друзьях там ничего не сказано. Думаю, что вы можете последовать за мной, если захотите, — произнёс, улыбнувшись, принц и погладил летучую мышь, так и сидевшую на его плече, и ласково провёл рукой по гребню дракона, стараясь не пораниться о его острые шипы. С него сегодня довольно — не хватало только от вида крови в обморок свалиться.
И тут же в его щёки с разных сторон уткнулись два мокрых носа, радостно застрекотав и засвистев, что они, естественно, соглашаются последовать за принцем куда угодно, хоть на край света.
— Тогда готовьтесь, — мудро посоветовал им Брендон.
А сам почувствовал, как тепло стало где-то в районе груди, что у него такие преданные друзья…
С выбором оружия проблем почти не было — король разрешил своему сыну взять из оружейной тот меч, который он не просто смог бы поднять, но и взмахнуть им без опасения пораниться. А вот с воином снова возникни трения и недопонимания. Король хотел, чтобы принца сопровождал самый опытный и опасный для всей округи вампир, готовый убить любого, кто просто плохо взглянет на его сына. А вот Брендон с ним категорически не соглашался. Он не мог объяснить почему, только сам опасался тех грозных вояк, которых приводил ему король для выбора.
Опять исход их спора решила сама Книга судеб, явив взору короля и принца новый лист с написанными словами. И стало ясно, что этот фолиант, весивший не просто много, а очень много, придётся взять с собой. Книга выдавала информацию порциями, а не всю сразу. И встал вопрос, кто её повезёт? Маркиза, дай, вампирский бог, ей здоровья, Брендона бы смогла неспешно перевезти с место на место — но книга та не для неё. И принцу тягать её без посторонней помощи будет тяжеловато. Вот тут и вспомнил король о своём старом друге, добродушном здоровяке-увальне асуре Бронте. Он ненамного был моложе Маркизы, но силой обладал неимоверной, так как в его широкой груди помещалось душ шесть никак не меньше, или семь, а за его спиной, где не слышно непрерывного спора между собой этих душ, можно было почувствовать себя вполне защищенно.
И как только этот воин вошёл в библиотеку, где лежала Книга судеб и где происходили словесные баталии отца с сыном, Брендон бросился ему на шею, и фолиант в руках воина не выглядел бы таким уж большим и тяжёлым…
Конь с мечом подобран, со слугой они определились. Монета выдана.
Король раздражённо прошёлся по библиотеке. Практикант запаздывал. Для молодого крепкого юноши, конечно, не составил труда догнать его сына, путешествующего на Маркизе. Но все же… Для своего спокойствия король желал бы, чтобы юноши познакомились исключительно в его присутствии. Мало ли чего. Вдруг студент совершенно не подойдёт принцу по харизме. Тогда у короля останется время, чтобы выписать ещё одного практиканта. Тот должен привлекал внимание, чтобы принц занимался тем, чем прописано ему в Книге судеб, и не отвлекался ни на что другое.
Король мечтательно взглянул на один из фолиантов в библиотеке — практикант должен обладать такими качествами, такими… Короче, все должны преклоняться перед ним, безоговорочно ему доверять, окружающие просто обязаны верить в его неограниченные возможности. Только где такого взять?
«Ладно, — смирился король со своей участью и участью сына, — возьмём такого, какого пришлют. Что выбирать? Обещали, что будет лучший студент факультета физической магии». А если лучший, то добра от добра не ищут.
Король вздохнул и снова прошёлся по библиотеке.
Хоть и лучший, но чего-то запаздывал. А завтра уже выезжать…
***
Элиза уже который час тряслась в седле. Хотелось есть, пить, спать, причём все одновременно.
— За тем холмом, — пообещал ей невидимый Иван-Царевич, трясшийся в седле рядом, — дворец короля вампиров. Рекомендую остановиться и полюбоваться окрестностями.
Элиза не возражала — самое время спешиться и дать отдохнуть уставшим ногам и седалищу. Она не ныла, не просилась на отдых, пока Иван сам не предложил. Элиза не могла этого себе позволить — ей надо выглядеть в его глазах сильной, а главное, выносливой.
Она спешилась и взяла коня под уздцы.
На самой верхушке холма они заприметили молодого человека с летучей мышью на плече.
— Как ты думаешь, кто он? — спросила Элиза. — Вампир?
— Подъедем, сама спросишь, — предложил Иван-Царевич и пожал невидимыми плечами, тоже взяв своего коня под уздцы. — Только обратись к тому парню помягче. Типа не та ли я девушка, которую ты ждал. Всё-таки мы на территории кровососущих. Мало ли что у них на уме.
— Какая девушка? — фыркнула Элиза. — В первую очередь я студент факультета физической магии.
— Студентка, — перебил её Иван. — И не стоит…
Теперь Элиза не дала ему договорить.
— Я рыцарь, прежде всего, — возмутилась она.
Ну вот опять — испортили настроение на ровном месте. Сколько можно повторять, что в академии не делали гендерных различий и таскать тяжёлые дьюары с эманацией власти ей приходилось наравне с рыцарями.
— Добрый день! — поздоровалась Элиза, приблизившись к незнакомцу.
— Уже вечер, — поправил её тот вместо того, чтобы вежливо ответить на приветствие.
Элиза разозлилась ещё больше. Вот так всегда — раз она девушка, то ни здрасте тебе, ни до свидания.
— А вас вежливости никто не научил? — спросила Элиза, едва сдерживая гнев. — И все же я думаю, что ещё день. А вы, — она никогда не опускалась до хамства, но на кинжал, висевший у неё на поясе, руку все же многозначительно положила, — так решили, потому что у вас на плече сидит мышь.
— Ага, — почему-то обрадовался парень. — Мышь. Летучая, — добавил он. — Кондрат мой друг.
Элиза протянула руку, подумав поначалу, что это парня так зовут. А оказалось его дрессированную мышь.
— Брендон, — руку молодой человек все же взял в свои ладони и бережно поднёс к губам.
— Очень приятно. А я Элиза, студент-практикант, — ответила она.
— Что? — растерялся Брендон, так и не поцеловав руки. — Все пропало, — пробормотал он.
— Что пропало? — не поняла его Элиза.
— Кондрат, мне никогда не стать королём, не совершить подвиг, — завыл Брендон отчаянно.
Мышь что-то засвистела ему в ответ. А потом ещё и серый камень кинулся к нему.
— Ой, — взвизгнула Элиза и, мгновенно очутившись в седле, приготовилась дать стрекача. — Это кто?
— Дракон, — гордо ответил за своего друга Брендон. — Ко всему прочему она ещё и драконов боится.
— Разве драконы такими бывают? — спросила удивлённо Элиза. — Вот у меня дракон, так дракон.
— И где он? — Брендон развёл руками. — Что-то я его не наблюдаю. А мой со мной. И смею заметить, что и дракон, и мышь со мной вместе отправятся в путешествие, — и вдруг попросил жалобно:
— А вы не могли забрало опустить на лицо, чтобы папа, простите, его величество не расстроился, что прислали не рыцаря, а девчонку.
— Вы принц? — опешила Элиза. — Вань, слышь, — запричитала она, — нам придётся сопровождать этого великовозрастного дитятю в походе, который играется с мышью и ящерицей.
— Кто здесь? — нисколько не обидевшись на сказанные в запале слова практикантки, выставил вперёд руки Брендон. Он вампир и чужое дыхание слышал на расстоянии.
— Да я это.
Иван-Царевич стащил с головы шапку-невидимку, чтобы представиться.
— Так вас двое? — обрадованно проговорил Брендон. — Так это меняет дело. Тебя папе покажем, — ткнул он пальцем в мужчину.
— Нет, — покачал головой Иван. — Это она практиканта, причём лучшая студентка на факультете. Так что пусть его величество на неё смотрит и её оценивает. Знаю я вас вампиров, ложь чуете на расстоянии. Потом не отмахаешься. Впрочем, даже если захочет его величество получить взамен Элизы другого студента, не получится при всем его огромном желании, — он развёл руками, — все остальные студенты разобраны и давно разъехались на практику.
— Конец, — вздохнул Брендон.
— Может, не так все страшно? — спросил его Иван и обнял за плечи.
Какой же принц вампир? Тёплый, как все нормальные люди.
— Может, и на самом деле не все так страшно, — тряхнул кудрями Иван…
Итак, ровно на третий день после полнолуния из замка выехала странная процессия — принц верхом на такой старой лошадке, что казалось, будто она засыпает после каждого сделанного шага, немолодой воин ростом не меньше двух с половиной метров на грозном жеребце под стать ему. Отчего принц на лошадке рядом с ним казался просто карликом. Впереди, среди бела дня! летела летучая мышь и бежала небольшая ящерица, при близком рассмотрении напоминающая игрушечного дракона. На некотором расстоянии за ними следовала девушка в рыцарских доспехах и запряжённый конь, которого невидимый кто-то непрерывно дёргал за поводья, почему-то висевшие в воздухе.
И все вместе они выглядели словно персонажи театра абсурда…
***
Может быть, к концу первого дня путешествия принц и научился бы сидеть на своей кобылке, не заваливаясь то на один бок, то на другой, если бы ровно через час от непрерывного елозанья по её спине он не стёр в кровь свои бедра. Пришлось спуститься на землю и дальше топтать сапоги, ведя под уздцы лошадку. Воин Бронт хмыкнул, но предлагать пересесть на спину своего боевого коня не стал, даже несмотря на то, что тот смог бы легко везти не только его, Бронта, вместе со всеми его душами, но и принца, причём вместе с его лошадью и её упряжью, и двумя друзьями принца, что трусили впереди, и не лёгкой рысцой, как сейчас, а тяжёлым галопом.
— Может, отдохнём? — тяжело дыша и высунув язык, поинтересовался дракончик.
— Рано ещё, — тихо ответил принц, но как-то совсем неуверенно, а затем покосился на воина, который, прикрыв глаза от яркого солнца рукой в латной рукавице, вглядывался в даль, пытаясь определить, в том ли направлении они движутся. Но потом Бронт, не выдержав, все же открыл нужную страницу и сравнил развернувшуюся перед ним местность с нарисованной в книге картой.
После очередного мощного скачка жеребца с передних копыт на задние Брендон все же вылетел из седла, как принято говорить, и, сделав головокружительный кульбит через голову животного, прямо перед его ошалевшей мордой, рухнул в пыль двора. И сразу наступила мёртвая тишина до звона в ушах — король перестал кричать, конь ржать, а все остальные смеяться.
«Я умер», — решил Брендон, глядя широко открытыми глазами на медленно плывущие облака по голубому бесконечному небу. Такого красивого неба он никогда не видел.
«Я, наверное, в вампирском раю», — умиротворённо подумал принц и прикрыл глаза. Какое счастье — не надо садиться на лошадь и ехать в это глупое путешествие. Книга судеб напишет другую страницу, но уже не ему, а его отцу.
— Вставайте, ваше высочество.
Брендон, открыв глаза, столкнулся с внимательным и заботливым взглядом старого слуги, что протягивал к нему руки, чтобы помочь подняться.
— Я живой, — с тоской произнёс принц, а потом с ужасом взглянул на стоявшего в стороне коня, которого придерживали и успокаивали конюхи.
— Отец, — обратился он к королю. — Мне бы чего поспокойнее.
— Этот жеребец был самым покладистым в моей конюшне, — покачал головой его величество. — Придётся тренироваться на нём.
— Нет, — простонал Брендон. — Второго раза мы с конём не переживём.
— Ваше величество, — обратился с поклоном слуга к королю. — А давайте его высочеству предложим мою лошадку.
— Твою лошадку, — громко расхохотался король. — Она ещё жива? Сколько же ей лет? Её шкура старее кожаных фолиантов в моей библиотеке.
— Что с того? — невозмутимо продолжил слуга. — Старая проверенная вампирская лошадь, она переживёт ещё и вас, и принца. Хочу напомнить, она также ещё и слепа, и глуха. И скакать, как этот глупый жеребец не станет, ей просто лень, поверьте мне.
— Веди, — продолжая смеяться, махнул рукой король. Ему было уже все равно, на чём отправится в путь его сын. — Если принц не усидит и на ней, то ему тогда придётся ехать на пони, точнее, вести его между своих ног.
Брендон обиделся, но виду не подал, а, гордо вскинув голову — гордости ему было не занимать — стал ожидать, когда ему подведут обещанную лошадку.
А вот со старой благородной Маркизой общий язык они нашли сразу. Кобылка, не шевелясь, стояла, пока принц пытался на неё взгромоздиться. У него это получилось где-то с десятой попытки, лошадка лошадкой, но стояла как вкопанная в отличие от приплясывающего жеребца, давая Брендону понять, как правильно на лошадь садиться. Принц даже почувствовал гордость за себя и за Маркизу, когда у него, наконец, получилось. Приняв гордую осанку и взяв в руки поводья, он тронул коленями бока лошадки, показывая, что можно начать движение. Та неспешно сделала пару шагов и сразу остановилась, когда почувствовала, что седок её сползает набок. Она подождала, пока тот снова принял вертикальное положение, и только после этого снова сделала пару шагов и опять замерла, позволяя Брендону снова усесться прямо. Со стороны это выглядело весьма уморительно — два шага лошади, Брендон на один бок сполз, ещё два шага, он уже пытается свалиться с другого бока. Только королю было не до смеха, он от отчаяния прикрыл глаза руками, чтобы не видеть всего этого ужаса. Да, из Брендона наездник не получится даже в результате долгих тренировок, а отбывать в путь уже через пару дней.
Его величество терпеливо дождался, пока принц проехал целый круг по двору без остановки, если учесть, что для этого ему потребовалось почти полдня, он с ужасом представил, как долго будет длиться путешествие его сына. Хорошо, что для вампиров время не имело значения, только сама жизнь.
Выбор меча и воина король решил отложить на завтра, сегодня и без этого его нервы оказались на пределе. Ему требовалось расслабиться, выпить чего-нибудь покрепче крови, созвониться с академией. Как там практикант? Уже в пути? А главное, подумать, поискать ответы в книгах, куда ехать его сыну и кого искать…
***
— Кондрат, — Брендон ласково погладил летучую мышь, севшую ему на плечо.
Как стемнело, принц снова отправился прогуляться по окрестностям и, как всегда, поднялся на свой любимый холм, откуда замок был виден как на ладони.
— Ты представляешь, я сегодня гарцевал на лошади, — не удержавшись, похвастался он.
Мышь засвистела, что-то много и громко говоря принцу.
— Ты спрашиваешь, зачем мне это надо? — произнёс вслух Брендон её вопрос. Это было давней привычкой — дракон Драйк совершенно не понимал, что говорила мышь, а она не понимала дракона. Вот и приходилось Брендону работать переводчиком между ними.
— И ты спрашиваешь то же самое? — обратился он к камню, которым любил прикидываться ящер.
А потом гордо подняв голову, торжественно изрёк:
— Меня отправляют в путешествие за принцессой феев. Правда, я не совсем понимаю, где мне её искать, но это уже неважно.
Две пары глаз внимательно уставились на него.
— В Книге судеб сказано, что могу взять один меч, одну монету, одного коня, одного воина. А вот о друзьях там ничего не сказано. Думаю, что вы можете последовать за мной, если захотите, — произнёс, улыбнувшись, принц и погладил летучую мышь, так и сидевшую на его плече, и ласково провёл рукой по гребню дракона, стараясь не пораниться о его острые шипы. С него сегодня довольно — не хватало только от вида крови в обморок свалиться.
И тут же в его щёки с разных сторон уткнулись два мокрых носа, радостно застрекотав и засвистев, что они, естественно, соглашаются последовать за принцем куда угодно, хоть на край света.
— Тогда готовьтесь, — мудро посоветовал им Брендон.
А сам почувствовал, как тепло стало где-то в районе груди, что у него такие преданные друзья…
С выбором оружия проблем почти не было — король разрешил своему сыну взять из оружейной тот меч, который он не просто смог бы поднять, но и взмахнуть им без опасения пораниться. А вот с воином снова возникни трения и недопонимания. Король хотел, чтобы принца сопровождал самый опытный и опасный для всей округи вампир, готовый убить любого, кто просто плохо взглянет на его сына. А вот Брендон с ним категорически не соглашался. Он не мог объяснить почему, только сам опасался тех грозных вояк, которых приводил ему король для выбора.
Опять исход их спора решила сама Книга судеб, явив взору короля и принца новый лист с написанными словами. И стало ясно, что этот фолиант, весивший не просто много, а очень много, придётся взять с собой. Книга выдавала информацию порциями, а не всю сразу. И встал вопрос, кто её повезёт? Маркиза, дай, вампирский бог, ей здоровья, Брендона бы смогла неспешно перевезти с место на место — но книга та не для неё. И принцу тягать её без посторонней помощи будет тяжеловато. Вот тут и вспомнил король о своём старом друге, добродушном здоровяке-увальне асуре Бронте. Он ненамного был моложе Маркизы, но силой обладал неимоверной, так как в его широкой груди помещалось душ шесть никак не меньше, или семь, а за его спиной, где не слышно непрерывного спора между собой этих душ, можно было почувствовать себя вполне защищенно.
И как только этот воин вошёл в библиотеку, где лежала Книга судеб и где происходили словесные баталии отца с сыном, Брендон бросился ему на шею, и фолиант в руках воина не выглядел бы таким уж большим и тяжёлым…
Конь с мечом подобран, со слугой они определились. Монета выдана.
Король раздражённо прошёлся по библиотеке. Практикант запаздывал. Для молодого крепкого юноши, конечно, не составил труда догнать его сына, путешествующего на Маркизе. Но все же… Для своего спокойствия король желал бы, чтобы юноши познакомились исключительно в его присутствии. Мало ли чего. Вдруг студент совершенно не подойдёт принцу по харизме. Тогда у короля останется время, чтобы выписать ещё одного практиканта. Тот должен привлекал внимание, чтобы принц занимался тем, чем прописано ему в Книге судеб, и не отвлекался ни на что другое.
Король мечтательно взглянул на один из фолиантов в библиотеке — практикант должен обладать такими качествами, такими… Короче, все должны преклоняться перед ним, безоговорочно ему доверять, окружающие просто обязаны верить в его неограниченные возможности. Только где такого взять?
«Ладно, — смирился король со своей участью и участью сына, — возьмём такого, какого пришлют. Что выбирать? Обещали, что будет лучший студент факультета физической магии». А если лучший, то добра от добра не ищут.
Король вздохнул и снова прошёлся по библиотеке.
Хоть и лучший, но чего-то запаздывал. А завтра уже выезжать…
***
Элиза уже который час тряслась в седле. Хотелось есть, пить, спать, причём все одновременно.
— За тем холмом, — пообещал ей невидимый Иван-Царевич, трясшийся в седле рядом, — дворец короля вампиров. Рекомендую остановиться и полюбоваться окрестностями.
Элиза не возражала — самое время спешиться и дать отдохнуть уставшим ногам и седалищу. Она не ныла, не просилась на отдых, пока Иван сам не предложил. Элиза не могла этого себе позволить — ей надо выглядеть в его глазах сильной, а главное, выносливой.
Она спешилась и взяла коня под уздцы.
На самой верхушке холма они заприметили молодого человека с летучей мышью на плече.
— Как ты думаешь, кто он? — спросила Элиза. — Вампир?
— Подъедем, сама спросишь, — предложил Иван-Царевич и пожал невидимыми плечами, тоже взяв своего коня под уздцы. — Только обратись к тому парню помягче. Типа не та ли я девушка, которую ты ждал. Всё-таки мы на территории кровососущих. Мало ли что у них на уме.
— Какая девушка? — фыркнула Элиза. — В первую очередь я студент факультета физической магии.
— Студентка, — перебил её Иван. — И не стоит…
Теперь Элиза не дала ему договорить.
— Я рыцарь, прежде всего, — возмутилась она.
Ну вот опять — испортили настроение на ровном месте. Сколько можно повторять, что в академии не делали гендерных различий и таскать тяжёлые дьюары с эманацией власти ей приходилось наравне с рыцарями.
— Добрый день! — поздоровалась Элиза, приблизившись к незнакомцу.
— Уже вечер, — поправил её тот вместо того, чтобы вежливо ответить на приветствие.
Элиза разозлилась ещё больше. Вот так всегда — раз она девушка, то ни здрасте тебе, ни до свидания.
— А вас вежливости никто не научил? — спросила Элиза, едва сдерживая гнев. — И все же я думаю, что ещё день. А вы, — она никогда не опускалась до хамства, но на кинжал, висевший у неё на поясе, руку все же многозначительно положила, — так решили, потому что у вас на плече сидит мышь.
— Ага, — почему-то обрадовался парень. — Мышь. Летучая, — добавил он. — Кондрат мой друг.
Элиза протянула руку, подумав поначалу, что это парня так зовут. А оказалось его дрессированную мышь.
— Брендон, — руку молодой человек все же взял в свои ладони и бережно поднёс к губам.
— Очень приятно. А я Элиза, студент-практикант, — ответила она.
— Что? — растерялся Брендон, так и не поцеловав руки. — Все пропало, — пробормотал он.
— Что пропало? — не поняла его Элиза.
— Кондрат, мне никогда не стать королём, не совершить подвиг, — завыл Брендон отчаянно.
Мышь что-то засвистела ему в ответ. А потом ещё и серый камень кинулся к нему.
— Ой, — взвизгнула Элиза и, мгновенно очутившись в седле, приготовилась дать стрекача. — Это кто?
— Дракон, — гордо ответил за своего друга Брендон. — Ко всему прочему она ещё и драконов боится.
— Разве драконы такими бывают? — спросила удивлённо Элиза. — Вот у меня дракон, так дракон.
— И где он? — Брендон развёл руками. — Что-то я его не наблюдаю. А мой со мной. И смею заметить, что и дракон, и мышь со мной вместе отправятся в путешествие, — и вдруг попросил жалобно:
— А вы не могли забрало опустить на лицо, чтобы папа, простите, его величество не расстроился, что прислали не рыцаря, а девчонку.
— Вы принц? — опешила Элиза. — Вань, слышь, — запричитала она, — нам придётся сопровождать этого великовозрастного дитятю в походе, который играется с мышью и ящерицей.
— Кто здесь? — нисколько не обидевшись на сказанные в запале слова практикантки, выставил вперёд руки Брендон. Он вампир и чужое дыхание слышал на расстоянии.
— Да я это.
Иван-Царевич стащил с головы шапку-невидимку, чтобы представиться.
— Так вас двое? — обрадованно проговорил Брендон. — Так это меняет дело. Тебя папе покажем, — ткнул он пальцем в мужчину.
— Нет, — покачал головой Иван. — Это она практиканта, причём лучшая студентка на факультете. Так что пусть его величество на неё смотрит и её оценивает. Знаю я вас вампиров, ложь чуете на расстоянии. Потом не отмахаешься. Впрочем, даже если захочет его величество получить взамен Элизы другого студента, не получится при всем его огромном желании, — он развёл руками, — все остальные студенты разобраны и давно разъехались на практику.
— Конец, — вздохнул Брендон.
— Может, не так все страшно? — спросил его Иван и обнял за плечи.
Какой же принц вампир? Тёплый, как все нормальные люди.
— Может, и на самом деле не все так страшно, — тряхнул кудрями Иван…
Итак, ровно на третий день после полнолуния из замка выехала странная процессия — принц верхом на такой старой лошадке, что казалось, будто она засыпает после каждого сделанного шага, немолодой воин ростом не меньше двух с половиной метров на грозном жеребце под стать ему. Отчего принц на лошадке рядом с ним казался просто карликом. Впереди, среди бела дня! летела летучая мышь и бежала небольшая ящерица, при близком рассмотрении напоминающая игрушечного дракона. На некотором расстоянии за ними следовала девушка в рыцарских доспехах и запряжённый конь, которого невидимый кто-то непрерывно дёргал за поводья, почему-то висевшие в воздухе.
И все вместе они выглядели словно персонажи театра абсурда…
***
Может быть, к концу первого дня путешествия принц и научился бы сидеть на своей кобылке, не заваливаясь то на один бок, то на другой, если бы ровно через час от непрерывного елозанья по её спине он не стёр в кровь свои бедра. Пришлось спуститься на землю и дальше топтать сапоги, ведя под уздцы лошадку. Воин Бронт хмыкнул, но предлагать пересесть на спину своего боевого коня не стал, даже несмотря на то, что тот смог бы легко везти не только его, Бронта, вместе со всеми его душами, но и принца, причём вместе с его лошадью и её упряжью, и двумя друзьями принца, что трусили впереди, и не лёгкой рысцой, как сейчас, а тяжёлым галопом.
— Может, отдохнём? — тяжело дыша и высунув язык, поинтересовался дракончик.
— Рано ещё, — тихо ответил принц, но как-то совсем неуверенно, а затем покосился на воина, который, прикрыв глаза от яркого солнца рукой в латной рукавице, вглядывался в даль, пытаясь определить, в том ли направлении они движутся. Но потом Бронт, не выдержав, все же открыл нужную страницу и сравнил развернувшуюся перед ним местность с нарисованной в книге картой.
