Я умолкла, и гостиная погрузилась в тишину. Кай хмуро изучал мое лицо. Я смотрела в ответ спокойно с долей равнодушия и безразличия. По большому счету, мне было все равно, как воспримет мою речь Мордекай.
- Значит, друзьями мы не будем. – Задумчиво протянул Кир, внимательно наблюдая за нами.
Уж он – то знает о нашей взаимной «не любви» как никто другой. Именно он был первым очевидцем нашей «ссоры», скажем так.
Я пожала плечами.
- Кто знает. Возможно все. Но, если вы все же планируете стать мне друзьями – не надо мне лгать и притворяться не надо. Я почувствую в любом случае. Уж, лучше откровенная ненависть, чем лицемерное дружелюбие. И да. Свадьбы не будет. Отца своим детям я выберу сама. Можете так и передать деду.
- Сама ему предашь. – Криво усмехнулся Мордекай. Вся наигранная любезность и дружелюбие слетели с него, как листва с деревьев по осени. – Он велел напомнить, что ты его внучка, и как у его внучки, у тебя есть обязанности перед кланом. Нравится тебе или нет, но ты должна появляться в клане каждое полнолуние и новолуние. Зверя надлежит пробудить. Ты должна научиться принимать животный облик.
Язвительно закончил он. Я усмехнулась. Вот такой Мордекай, как ни странно, меня устраивал гораздо больше того приторно-доброжелательного, каким он был еще пару минут назад.
- Ясненько. Тогда, думаю, дед не придет в восторг от того, что его потенциальная наследница – пума.
- Что? – Хором переспросили мои визави.
Я не могла скрыть довольного выражения лица, наблюдая за одинаково ошарашенным выражением их лиц.
- Пу-ма. – По слогам повторила я. – Вы ж не думаете, что Найт прозвал меня котенком просто так? Он с первой минуты нашего знакомства знал, кто мой внутренний зверь.
- Тогда нашей помолвки тебе не избежать. – По лицу Мордекая скользнула кривая усмешка. – Абрахам сделает тебя наследницей и в тот же день объявит о нашей помолвке, чтобы во главе клана Северных стоял белоснежный волк.
- Посмотрим. – Я равнодушно пожала плечами.
Я не стала возражать. Пусть думает, что выхода у меня нет, я не собиралась его разубеждать. Но у меня уже давно был готов план на этот случай. Со дня нашего знакомства, когда я поняла, что именно его мне прочат в мужья, у меня было достаточно времени подумать и решить, как поступить. А если ничего не поможет, что ж… я все равно найду выход. Как уже говорила: отца своим детям я выберу сама. Ни перед чем не остановлюсь, и никому не позволю загонять меня в договорной брак с тем, кого я не буду, хотя бы уважать. А Мордекай в этом смысле пока не на высоте.
- На ужин пойдешь? – Решил сменить тему Кай.
И он и Кир отметили мою покладистость, и подозрительно покосились на меня, но допытываться не стали. Правильно сделали. Если бы решили настаивать на продолжении выяснения отношений и докапываться до сути, сделали бы только хуже.
- Пойду. Попозже. – Не стала таиться я.
Кай кивнул и встал. Кир последовал его примеру, и оба направились к двери. Попрощавшись, я закрыла за ними дверь, и устало прислонилась к ней спиной. Я здесь всего неделю, а в моей жизни уже столько всего случилось, что голова кругом идет, и хочется сбежать от всего и всех куда подальше. Еще б меня гарантированно не нашли после этого.
Я задумчиво посмотрела на кольцо, подаренное Пейрантом. Оно блеснуло серебряной филигранью, и это меня успокоило, как ни странно. Использовать его еще рано, но оно напомнило мне, даже в безвыходных ситуациях выход все же есть. Пусть и не без божественного вмешательства. Но ведь на то он и Бог-покровитель. Разве не так?
- Нелегко быть наследницей, да? – Тихий голос Али выдернул меня из раздумий. – Все чего – то от тебя требуют, ждут и распоряжаются твоей жизнью. А ты обязана соответствовать, безропотно принимать свою участь и следовать долгу перед семьей, страной и народом.
- Да, уж. – Только и ответила я. – Пойду, разберу покупки перед ужином.
- Помочь?
Я пожала плечами, не принимая, но и не отказываясь от помощи, оставляя ей право решать. Алезра кивнула и направилась ко мне в комнату. Я подхватила мамин дневник и пошла следом.
Утро праздника начала учебы я позволила себе проспать. И поднялась окончательно ближе к полудню. Привыкшая соблюдать режим, я нарушала его довольно редко. И в такие дни моя внутренняя сова ликовала, позволяя мне отоспаться за все дни ранней побудки, что я себе устраивала.
Ложась спать накануне, я решила, что сегодня именно такой день. Раз в академии праздник, то можно и себе устроить маленькое торжество. Не маловажную роль в этом решении сыграл дневник матери, часть которого я прочла вчера. И эта часть дневника меня… не порадовала. Я осилила треть толстенной тетради, когда поняла, что просто не могу читать дальше. Глаза заволокла пелена слез, я не могла разобрать больше ни строчки из написанного. Захлопнув дневник, я бросила его в глубину ящика письменного стола, и перебралась к окну. Забралась на широкий подоконник, где и просидела до глубокой ночи, утирая беззвучные слезы.
А в голове пойманными птицами метались воспоминания всего, что со мной произошло со дня моего появления в этом мире, и подтекстом шла мысль: а что было бы, если бы я не родилась?
Но все по порядку.
Войдя с Алей в мою комнату, я захихикала, наблюдая за ее реакцией на то обилие сумок с покупками, что громоздились в моей комнате. Она какое-то время ошарашенно рассматривала все это «богатство», открывая и закрывая рот, потом перевела на меня взгляд своих широко раскрытых от удивления глаз.
- Я запасливая. – Сочла нужным пояснить я.
- Я… я вижу. Да. – Запинаясь, выдала она. – Хомячки рядом с тобой просто не котируются.
- Но-но. Попрошу не оскорблять этих милых запасливых зверушек.
В ответ Лерия подняла руки, как бы признавая поражение, и решительно взялась за первый, попавшийся под руку, пакет. Я, хихикая, потянулась к другому. Но вскоре и мне стало не до смеха. Никогда не подозревала, что я – шопоголик. А, оказывается, у каждого шопоголика свой «пунктик», на который он готов потратить кучу денег. И остановиться и соизмерить свои траты и нужды он практически не в силах.
К тому моменту, как был распакован последний пакет, мы дружно повалились на мою кровать со стоном облегчения. Переглянулись между собой и рассмеялись.
- Никогда не замечала в себе страсти к покупкам. – Пожаловалась я на свою «запасливость».
- Просто тебе не попадалось то, в чем бы ты действительно нуждалась. И без чего, как тебе кажется, не можешь жить. У меня, к примеру, таким пунктиком является стрелковое и метательное оружие. – Как бы по секрету поделилась Аля.
Я с сомнением посмотрела на девушку, хотя она явно не врала. В ее мыслях мелькнула комната дома, где все стены от пола до потолка были увешаны всевозможными арбалетами, луками, кинжалами, духовыми трубками. И отдельно шла стойка с всевозможными снарядами ко всему этому богатству.
- О! – Воскликнула девушка, будто не замечая моего удивленного взгляда. – Идем, покажу.
И она резво соскочила с моей кровати, вздернула меня на ноги, и потащила к себе, крепко держа за руку, точно боялась, что убегу. А может, так оно и было отчасти. По крайней мере, волнение, испытываемое ею в этот момент, было неподдельным.
А потом был шок. Дверь комнаты распахивается, и взору предстает стена, увешанная арбалетами и луками. Даже один револьвер затесался. Вот уж чего не ожидала.
Я стояла и рассматривала все это богатство, открывая и закрывая рот. А Аля хихикала, наблюдая за мной.
- Это лишь малая часть моей коллекции. Когда место кончится, отошлю часть домой. Мать позаботится об их размещении в моей оружейной зале.
- Я… видела, да. – Пролепетала я, слабым от потрясения голосом. - Я – менталист. Это ничего?
- Сочувствую. – Лерия меланхолично пожала плечами. – Я – эмпат. – И добавила, помолчав. – Тебе хуже.
Не могла не согласиться. Эмпатия – лишь первая ступень ментальной магии. Владеющие этим даром могут лишь читать чувства и эмоции других людей. Самые сильные из них могут влиять на них, но не сильно. Потому, что нельзя внушить человеку чувство, если он сам, в глубине души, этого не хочет. Эмпаты не внушают чувства, они могут усилить или, наоборот, притупить какое-то чувство.
Следующая ступень ментального дара – телепатия. Телепаты читают мысли, но не чувства. Они способны считать память человека, узнать все его тайны и желания, но с чувствами и эмоциями работать не могут. Самые сильные из них способны внушать мысли. Но опять же, если человек, в глубине души, не желает/ не думает/ не подозревает того же, что ему пытаются внушить, внушение не сработает. Потому что сработает естественная защита мозга от постороннего вмешательства.
А вот менталисты, даже слабенькие, способны считывать и мысли, и чувства, и эмоции. А самые сильные могут внушить человеку практически любое чувство и мысль, сделав так, что человек будет уверен, что это его мысли и чувства. И при таком раскладе естественная защита мозга попросту не сработает.
Именно поэтому нас боятся, и обвешиваются защитой от ментальной магии. Такая защита не только прячет мысли за щитами, но и предупреждает владельца амулета о попытке проникновения в мозг или внушения. И обойти такую защиту могут далеко не все менталисты. Просто не хватит навыков и силы дара. А потому им приходится идти напролом, пробивая защиту амулета и естественную защиту мозга. При этом есть риск, что человек, чей мозг «взломали» подобным образом, тронется умом или станет овощем.
В сущности, поэтому самые сильные из нас состояли на учете у тайных служб государств. Такая же участь ждет и меня в конце учебы. Прямо мне никто об этом не говорил, но закон есть закон. Даже если ты ненаследная принцесса.
- Хотелось бы мне увидеть лицо Джонатана, когда он увидит твою коллекцию. О твоем маленьком хобби он, как я понимаю, не в курсе?
По гаденькой улыбке я поняла – не в курсе.
- Буду молчать, как рыба.
Ни за что не скажу брату. Но сюрприз будет еще тот. И для брата, и для его фавориток. Разбираться с конкурентками воинственная дочь вождя будет радикально и с гарантией невозврата. И, в итоге, едва ли найдется та, что будет готова рискнуть своей жизнью ради места любовницы императора.
После небольшой экскурсии с осмотром экспонатов мы решили сходить в столовую на ужин.
Мы немного задержались, и к моменту нашего появления в столовой собрались все мои парни. Даже Кай с Киром сидели за общим столом, делая вид, что так было всегда. Но удивленные взгляды других студентов, бросаемые украдкой в их сторону, и общий эмоциональный фон сказали мне, что до сегодняшнего ужина, эти двое не входили в круг друзей брата, в отличие от дракона и кузена.
А вот Рианир сидел отдельно за соседним столом. И, если судить по тени улыбки, что чуть скривила его губы, сделал он это намеренно. Он давал мне возможность присоединиться к нему, или же поужинать с остальной компанией. Выбери я первый вариант, и конфликта не избежать. А отношения за столом были и так натянуты тонкой стрункой. Усугублять и натравливать всех на арксура не хотелось.
Потому я чуть заметно отрицательно качнула головой и направилась с Алей к общему столу. Риан чуть склонил голову на бок, принимая мой выбор.
Надо было видеть лицо Джонатана, когда мы с Алей, набрав еды, заняли свободные места за столом. Я между Калебом и Натанаэлем, Аля села напротив брата рядом с Кираном, как бы невзначай поправив волосы, блеснув при этом изумрудами в кольце. Брат скривился, как от зубной боли и устремил на меня требующий объяснений взгляд.
- Мы уладили наши разногласия. Правда, здорово? – Мило улыбнулась я, похлопав ресничками.
- Да. Просто замечательно. – Согласился брат.
Его голос был настолько холоден, что им можно было заморозить океан, при очень большом желании. Но я лишь чуть поморщилась, скрывая недовольство отпитым соком. Хочет он того, или нет, но общий язык этим двоим найти придется. Так что будет лучше сразу привыкать к мысли, что Аля будет в его жизни всегда. И предсказание мое сбудется, так или иначе. А уж какими путями они к его исполнению придут, пусть решают сами.
Ели в молчании. Брат был хмур, как предгрозовое небо. Лерия отстраненно – задумчиво ковыряла в своей тарелке, не обращая внимания на недовольные взгляды брата, которые он бросал в ее сторону. Остальные предпочли тихо наслаждаться едой, стараясь не отсвечивать лишний раз и не привлекать к себе внимание. А я сохраняла на лице безразлично – сосредоточенное выражение, будто бы не замечая общей обстановки за столом.
Стоило последнему кусочку мяса исчезнуть с тарелки Али, как брат резко поднялся. Со своей тарелкой еды он разделался довольно быстро и потому ждал, когда девушка закончит со своим ужином.
- Надо поговорить. Пошли.
Аля бросила на него косой взгляд, но говорить ничего не стала, лишь деланно безразлично пожала плечами. Но я – то чувствовала, исходящую от нее уверенность в себе и твердую решимость довести разговор до нужного ей результата.
Я постаралась скрыть улыбку за очередным глотком сока, наблюдая, как эти двое дружно покидают столовую.
- Фиа, да ты сильна. – Я состроила невинное личико, но дракон лишь покачал головой, не оценив моих стараний. – Всего за один день добиться от этих двоих, чтобы они поговорили между собой… да этого пыталась добиться половина императорского двора, не говоря уже о нас с Калебом.
- При чем здесь сила, Найт? – Деланно возмутилась я. – Никакой силы, магии и каких – либо иных приемов. Я приличная девушка.
- Ну да – ну да. – Согласно покивал дракон. – И ты совершенно не причастна к этому. – И он неопределенно махнул рукой в сторону выхода.
- Ментальное воздействие ты мне не пришьешь. – Стояла на своем я. – А с Алей, мы действительно разрешили наши разногласия. Девочки всегда найдут общий язык, если им нечего и некого делить. – Я очаровательно улыбнулась другу. – Я пойду, спасибо за приятную компанию за ужином. Было вкусно.
И махнув рукой на прощание, пошла назад в общежитие.
А в комнате, в нашей общей с Алей гостиной меня встретили хмурый Джонатан, скрестивший руки на груди, и тоскливо подпирающая щеку Лерия. Брат хотел что-то сказать, но я остановила его взмахом руки.
- Нет. Мне не стыдно. Вам обоим это необходимо. Помнишь, что я тебе сказала? Не стоит все портить только из-за своего упрямства и гордости.
И ободряюще улыбнулась обоим. Как ни странно, но после этого Джонатан и Аля переглянулись. Джонатан пристально посмотрел на свою невесту, та робко улыбнулась.
Последняя, наблюдаемая мной, сцена, прежде чем я закрыла за собой дверь своей спальни, была: стенающий и одновременно ворчащий брат и хихикающая в ладошку Аля, не замечающая изучающих взглядов Ната, которые тот украдкой бросал на нее. Что ж, кажется, теперь за этих двоих можно не беспокоиться. Какое-то время.
Окинув взглядом комнату, я остановила осмотр на ящике стола, куда я забросила дневник. Решительно достав его, я устроилась с этим талмудом на кровати и преступила к чтению.
Поначалу все было невинно и розово - мечтательно. Мама в красках описывала свои надежды и мечты стать сильнейшим магом – менталистом в истории империи и правящего клана оборотней. Ее клана, разумеется. В своих мечтах она возвела себя в ранг правящей императрицы, сместившей с трона своего супруга.
- Значит, друзьями мы не будем. – Задумчиво протянул Кир, внимательно наблюдая за нами.
Уж он – то знает о нашей взаимной «не любви» как никто другой. Именно он был первым очевидцем нашей «ссоры», скажем так.
Я пожала плечами.
- Кто знает. Возможно все. Но, если вы все же планируете стать мне друзьями – не надо мне лгать и притворяться не надо. Я почувствую в любом случае. Уж, лучше откровенная ненависть, чем лицемерное дружелюбие. И да. Свадьбы не будет. Отца своим детям я выберу сама. Можете так и передать деду.
- Сама ему предашь. – Криво усмехнулся Мордекай. Вся наигранная любезность и дружелюбие слетели с него, как листва с деревьев по осени. – Он велел напомнить, что ты его внучка, и как у его внучки, у тебя есть обязанности перед кланом. Нравится тебе или нет, но ты должна появляться в клане каждое полнолуние и новолуние. Зверя надлежит пробудить. Ты должна научиться принимать животный облик.
Язвительно закончил он. Я усмехнулась. Вот такой Мордекай, как ни странно, меня устраивал гораздо больше того приторно-доброжелательного, каким он был еще пару минут назад.
- Ясненько. Тогда, думаю, дед не придет в восторг от того, что его потенциальная наследница – пума.
- Что? – Хором переспросили мои визави.
Я не могла скрыть довольного выражения лица, наблюдая за одинаково ошарашенным выражением их лиц.
- Пу-ма. – По слогам повторила я. – Вы ж не думаете, что Найт прозвал меня котенком просто так? Он с первой минуты нашего знакомства знал, кто мой внутренний зверь.
- Тогда нашей помолвки тебе не избежать. – По лицу Мордекая скользнула кривая усмешка. – Абрахам сделает тебя наследницей и в тот же день объявит о нашей помолвке, чтобы во главе клана Северных стоял белоснежный волк.
- Посмотрим. – Я равнодушно пожала плечами.
Я не стала возражать. Пусть думает, что выхода у меня нет, я не собиралась его разубеждать. Но у меня уже давно был готов план на этот случай. Со дня нашего знакомства, когда я поняла, что именно его мне прочат в мужья, у меня было достаточно времени подумать и решить, как поступить. А если ничего не поможет, что ж… я все равно найду выход. Как уже говорила: отца своим детям я выберу сама. Ни перед чем не остановлюсь, и никому не позволю загонять меня в договорной брак с тем, кого я не буду, хотя бы уважать. А Мордекай в этом смысле пока не на высоте.
- На ужин пойдешь? – Решил сменить тему Кай.
И он и Кир отметили мою покладистость, и подозрительно покосились на меня, но допытываться не стали. Правильно сделали. Если бы решили настаивать на продолжении выяснения отношений и докапываться до сути, сделали бы только хуже.
- Пойду. Попозже. – Не стала таиться я.
Кай кивнул и встал. Кир последовал его примеру, и оба направились к двери. Попрощавшись, я закрыла за ними дверь, и устало прислонилась к ней спиной. Я здесь всего неделю, а в моей жизни уже столько всего случилось, что голова кругом идет, и хочется сбежать от всего и всех куда подальше. Еще б меня гарантированно не нашли после этого.
Я задумчиво посмотрела на кольцо, подаренное Пейрантом. Оно блеснуло серебряной филигранью, и это меня успокоило, как ни странно. Использовать его еще рано, но оно напомнило мне, даже в безвыходных ситуациях выход все же есть. Пусть и не без божественного вмешательства. Но ведь на то он и Бог-покровитель. Разве не так?
- Нелегко быть наследницей, да? – Тихий голос Али выдернул меня из раздумий. – Все чего – то от тебя требуют, ждут и распоряжаются твоей жизнью. А ты обязана соответствовать, безропотно принимать свою участь и следовать долгу перед семьей, страной и народом.
- Да, уж. – Только и ответила я. – Пойду, разберу покупки перед ужином.
- Помочь?
Я пожала плечами, не принимая, но и не отказываясь от помощи, оставляя ей право решать. Алезра кивнула и направилась ко мне в комнату. Я подхватила мамин дневник и пошла следом.
Утро праздника начала учебы я позволила себе проспать. И поднялась окончательно ближе к полудню. Привыкшая соблюдать режим, я нарушала его довольно редко. И в такие дни моя внутренняя сова ликовала, позволяя мне отоспаться за все дни ранней побудки, что я себе устраивала.
Ложась спать накануне, я решила, что сегодня именно такой день. Раз в академии праздник, то можно и себе устроить маленькое торжество. Не маловажную роль в этом решении сыграл дневник матери, часть которого я прочла вчера. И эта часть дневника меня… не порадовала. Я осилила треть толстенной тетради, когда поняла, что просто не могу читать дальше. Глаза заволокла пелена слез, я не могла разобрать больше ни строчки из написанного. Захлопнув дневник, я бросила его в глубину ящика письменного стола, и перебралась к окну. Забралась на широкий подоконник, где и просидела до глубокой ночи, утирая беззвучные слезы.
А в голове пойманными птицами метались воспоминания всего, что со мной произошло со дня моего появления в этом мире, и подтекстом шла мысль: а что было бы, если бы я не родилась?
Но все по порядку.
Войдя с Алей в мою комнату, я захихикала, наблюдая за ее реакцией на то обилие сумок с покупками, что громоздились в моей комнате. Она какое-то время ошарашенно рассматривала все это «богатство», открывая и закрывая рот, потом перевела на меня взгляд своих широко раскрытых от удивления глаз.
- Я запасливая. – Сочла нужным пояснить я.
- Я… я вижу. Да. – Запинаясь, выдала она. – Хомячки рядом с тобой просто не котируются.
- Но-но. Попрошу не оскорблять этих милых запасливых зверушек.
В ответ Лерия подняла руки, как бы признавая поражение, и решительно взялась за первый, попавшийся под руку, пакет. Я, хихикая, потянулась к другому. Но вскоре и мне стало не до смеха. Никогда не подозревала, что я – шопоголик. А, оказывается, у каждого шопоголика свой «пунктик», на который он готов потратить кучу денег. И остановиться и соизмерить свои траты и нужды он практически не в силах.
К тому моменту, как был распакован последний пакет, мы дружно повалились на мою кровать со стоном облегчения. Переглянулись между собой и рассмеялись.
- Никогда не замечала в себе страсти к покупкам. – Пожаловалась я на свою «запасливость».
- Просто тебе не попадалось то, в чем бы ты действительно нуждалась. И без чего, как тебе кажется, не можешь жить. У меня, к примеру, таким пунктиком является стрелковое и метательное оружие. – Как бы по секрету поделилась Аля.
Я с сомнением посмотрела на девушку, хотя она явно не врала. В ее мыслях мелькнула комната дома, где все стены от пола до потолка были увешаны всевозможными арбалетами, луками, кинжалами, духовыми трубками. И отдельно шла стойка с всевозможными снарядами ко всему этому богатству.
- О! – Воскликнула девушка, будто не замечая моего удивленного взгляда. – Идем, покажу.
И она резво соскочила с моей кровати, вздернула меня на ноги, и потащила к себе, крепко держа за руку, точно боялась, что убегу. А может, так оно и было отчасти. По крайней мере, волнение, испытываемое ею в этот момент, было неподдельным.
А потом был шок. Дверь комнаты распахивается, и взору предстает стена, увешанная арбалетами и луками. Даже один револьвер затесался. Вот уж чего не ожидала.
Я стояла и рассматривала все это богатство, открывая и закрывая рот. А Аля хихикала, наблюдая за мной.
- Это лишь малая часть моей коллекции. Когда место кончится, отошлю часть домой. Мать позаботится об их размещении в моей оружейной зале.
- Я… видела, да. – Пролепетала я, слабым от потрясения голосом. - Я – менталист. Это ничего?
- Сочувствую. – Лерия меланхолично пожала плечами. – Я – эмпат. – И добавила, помолчав. – Тебе хуже.
Не могла не согласиться. Эмпатия – лишь первая ступень ментальной магии. Владеющие этим даром могут лишь читать чувства и эмоции других людей. Самые сильные из них могут влиять на них, но не сильно. Потому, что нельзя внушить человеку чувство, если он сам, в глубине души, этого не хочет. Эмпаты не внушают чувства, они могут усилить или, наоборот, притупить какое-то чувство.
Следующая ступень ментального дара – телепатия. Телепаты читают мысли, но не чувства. Они способны считать память человека, узнать все его тайны и желания, но с чувствами и эмоциями работать не могут. Самые сильные из них способны внушать мысли. Но опять же, если человек, в глубине души, не желает/ не думает/ не подозревает того же, что ему пытаются внушить, внушение не сработает. Потому что сработает естественная защита мозга от постороннего вмешательства.
А вот менталисты, даже слабенькие, способны считывать и мысли, и чувства, и эмоции. А самые сильные могут внушить человеку практически любое чувство и мысль, сделав так, что человек будет уверен, что это его мысли и чувства. И при таком раскладе естественная защита мозга попросту не сработает.
Именно поэтому нас боятся, и обвешиваются защитой от ментальной магии. Такая защита не только прячет мысли за щитами, но и предупреждает владельца амулета о попытке проникновения в мозг или внушения. И обойти такую защиту могут далеко не все менталисты. Просто не хватит навыков и силы дара. А потому им приходится идти напролом, пробивая защиту амулета и естественную защиту мозга. При этом есть риск, что человек, чей мозг «взломали» подобным образом, тронется умом или станет овощем.
В сущности, поэтому самые сильные из нас состояли на учете у тайных служб государств. Такая же участь ждет и меня в конце учебы. Прямо мне никто об этом не говорил, но закон есть закон. Даже если ты ненаследная принцесса.
- Хотелось бы мне увидеть лицо Джонатана, когда он увидит твою коллекцию. О твоем маленьком хобби он, как я понимаю, не в курсе?
По гаденькой улыбке я поняла – не в курсе.
- Буду молчать, как рыба.
Ни за что не скажу брату. Но сюрприз будет еще тот. И для брата, и для его фавориток. Разбираться с конкурентками воинственная дочь вождя будет радикально и с гарантией невозврата. И, в итоге, едва ли найдется та, что будет готова рискнуть своей жизнью ради места любовницы императора.
После небольшой экскурсии с осмотром экспонатов мы решили сходить в столовую на ужин.
Мы немного задержались, и к моменту нашего появления в столовой собрались все мои парни. Даже Кай с Киром сидели за общим столом, делая вид, что так было всегда. Но удивленные взгляды других студентов, бросаемые украдкой в их сторону, и общий эмоциональный фон сказали мне, что до сегодняшнего ужина, эти двое не входили в круг друзей брата, в отличие от дракона и кузена.
А вот Рианир сидел отдельно за соседним столом. И, если судить по тени улыбки, что чуть скривила его губы, сделал он это намеренно. Он давал мне возможность присоединиться к нему, или же поужинать с остальной компанией. Выбери я первый вариант, и конфликта не избежать. А отношения за столом были и так натянуты тонкой стрункой. Усугублять и натравливать всех на арксура не хотелось.
Потому я чуть заметно отрицательно качнула головой и направилась с Алей к общему столу. Риан чуть склонил голову на бок, принимая мой выбор.
Надо было видеть лицо Джонатана, когда мы с Алей, набрав еды, заняли свободные места за столом. Я между Калебом и Натанаэлем, Аля села напротив брата рядом с Кираном, как бы невзначай поправив волосы, блеснув при этом изумрудами в кольце. Брат скривился, как от зубной боли и устремил на меня требующий объяснений взгляд.
- Мы уладили наши разногласия. Правда, здорово? – Мило улыбнулась я, похлопав ресничками.
- Да. Просто замечательно. – Согласился брат.
Его голос был настолько холоден, что им можно было заморозить океан, при очень большом желании. Но я лишь чуть поморщилась, скрывая недовольство отпитым соком. Хочет он того, или нет, но общий язык этим двоим найти придется. Так что будет лучше сразу привыкать к мысли, что Аля будет в его жизни всегда. И предсказание мое сбудется, так или иначе. А уж какими путями они к его исполнению придут, пусть решают сами.
Ели в молчании. Брат был хмур, как предгрозовое небо. Лерия отстраненно – задумчиво ковыряла в своей тарелке, не обращая внимания на недовольные взгляды брата, которые он бросал в ее сторону. Остальные предпочли тихо наслаждаться едой, стараясь не отсвечивать лишний раз и не привлекать к себе внимание. А я сохраняла на лице безразлично – сосредоточенное выражение, будто бы не замечая общей обстановки за столом.
Стоило последнему кусочку мяса исчезнуть с тарелки Али, как брат резко поднялся. Со своей тарелкой еды он разделался довольно быстро и потому ждал, когда девушка закончит со своим ужином.
- Надо поговорить. Пошли.
Аля бросила на него косой взгляд, но говорить ничего не стала, лишь деланно безразлично пожала плечами. Но я – то чувствовала, исходящую от нее уверенность в себе и твердую решимость довести разговор до нужного ей результата.
Я постаралась скрыть улыбку за очередным глотком сока, наблюдая, как эти двое дружно покидают столовую.
- Фиа, да ты сильна. – Я состроила невинное личико, но дракон лишь покачал головой, не оценив моих стараний. – Всего за один день добиться от этих двоих, чтобы они поговорили между собой… да этого пыталась добиться половина императорского двора, не говоря уже о нас с Калебом.
- При чем здесь сила, Найт? – Деланно возмутилась я. – Никакой силы, магии и каких – либо иных приемов. Я приличная девушка.
- Ну да – ну да. – Согласно покивал дракон. – И ты совершенно не причастна к этому. – И он неопределенно махнул рукой в сторону выхода.
- Ментальное воздействие ты мне не пришьешь. – Стояла на своем я. – А с Алей, мы действительно разрешили наши разногласия. Девочки всегда найдут общий язык, если им нечего и некого делить. – Я очаровательно улыбнулась другу. – Я пойду, спасибо за приятную компанию за ужином. Было вкусно.
И махнув рукой на прощание, пошла назад в общежитие.
А в комнате, в нашей общей с Алей гостиной меня встретили хмурый Джонатан, скрестивший руки на груди, и тоскливо подпирающая щеку Лерия. Брат хотел что-то сказать, но я остановила его взмахом руки.
- Нет. Мне не стыдно. Вам обоим это необходимо. Помнишь, что я тебе сказала? Не стоит все портить только из-за своего упрямства и гордости.
И ободряюще улыбнулась обоим. Как ни странно, но после этого Джонатан и Аля переглянулись. Джонатан пристально посмотрел на свою невесту, та робко улыбнулась.
Последняя, наблюдаемая мной, сцена, прежде чем я закрыла за собой дверь своей спальни, была: стенающий и одновременно ворчащий брат и хихикающая в ладошку Аля, не замечающая изучающих взглядов Ната, которые тот украдкой бросал на нее. Что ж, кажется, теперь за этих двоих можно не беспокоиться. Какое-то время.
Окинув взглядом комнату, я остановила осмотр на ящике стола, куда я забросила дневник. Решительно достав его, я устроилась с этим талмудом на кровати и преступила к чтению.
Поначалу все было невинно и розово - мечтательно. Мама в красках описывала свои надежды и мечты стать сильнейшим магом – менталистом в истории империи и правящего клана оборотней. Ее клана, разумеется. В своих мечтах она возвела себя в ранг правящей императрицы, сместившей с трона своего супруга.
