За столами сидело несколько его знакомых, коротко поприветствовавших его. Кто-то даже похвалил его за старания. Мужчина улыбнулся, сел за стол, и ему пододвинули кружку с пряной настойкой и тарелку с различными закусками. За едой они обсуждали последние новости, смеялись над понятными только им шутками, и Менсис переставал чувствовать себя здесь чужим.
Неожиданно сюда влетел взлохмаченный и радостный Виурс.
— Мужики! У меня сын родился! — запыхавшийся, он плюхнулся на скамью за стол, и тут же его начали поздравлять. — Осенью заберу к себе. Воспитаю ведьмаком.
— Везёт же, — хмыкнул Герренс, отпивая из кружки. После ухода Вики он стал чувствовать себя хуже. Эта чёртова метка у неё на руке всё не давала ведьмаку покоя. Он даже начал изучать, а есть ли что-то, что способно было свести метку, сделать её бесполезной? Увы, книги не давали чётких ответов, а изучать литературу Дарроса он не мог как минимум из-за незнания тамошнего языка.
Виктория была той ещё девкой, за которой хотелось кинуться в самое пекло, потерять голову и встать под град стрелы, лишь бы она удостоила его своего внимания. Но кто-то ей приглянулся больше, чем беловолосый ведьмак. И от того воспоминания об их единственном поцелуе отдавали горечью и терзали его сердце.
Другой бы на его месте сказал, что и чёрт с ней. Много других девок хороших, но Герренс забыть её не мог. Что-то в ней было необычное, манящее. Опасное.
Райдо перехватил топор поудобнее и снова замахнулся.
Рубка дров помогала отвлечься. Непрекращающаяся череда кошмаров преследовала его до сих пор, а уж после того случая у алтаря мужчина начал панически бояться темноты. Выматывая себя тяжёлой физической работой, он надеялся довести себя до изнеможения, чтобы сваливаться в кровать без сновидений. Лучше бесконечная чёрная пустота, чем его двойник.
— Ой, а ты уже проснулся? — мужчина замер и обернулся, услышав голос Валки. Девушка вышла из длинного дома, держа в руках крынку с тёплым молоком.
После того, как Валькаса признали вожаком, его семья перебралась в длинный дом. У Сверра осталась вдова, которая, в прочем, быстро нашла себе сожителя — одинокого кузнеца в их деревне. Так что длинный дом перешёл семье нового вожака.
Их престарелая мать не горела желанием покидать дом, в который её привели ещё совсем девчонкой — едва ли начавшей крепнуть от физической работы. Но младшие дети, Валькас и Валка, не желали оставлять её в одиночестве, поэтому женщина теперь занималась днями напролёт шитьём и вязанием, стремясь себя занять работой от мыслей. Старшие дети давно покинули их деревню, разве что старшая дочь осталась.
Она вдовствовала уже пять лет, и от брака у неё остался семилетний сын. Райдо, в прочем, почувствовал в том мальчишке кровь погибшего Сверра. Валькас сам как-то проболтался, что Рота не была верна своему мужу. Да и странно было, что того задрал какой-то зверь на охоте. Но обвинять старшую сестру без доказательств волколак не мог, а потому лишь искал хоть какую-то зацепку, чтобы пристыдить её.
Пока Валькас занимался управлением деревней, помощью местным и прочими обязанностями вожака, Валка старалась помочь ему с гостями. Именно она готовила для Четверых и помогала им с бытом. Рота же… Рота не особо была рада новому статусу младшего брата, а в особенности — его знакомствам.
Райдо так пошёл однажды в баню — так эта баба учудила же. К нему зашла в чём мать родила, думала соблазнить. Вампир лишь вышел в предбанник, оделся и ушёл, оставляя её ни с чем.
К Хагалазу она тоже лезла, но Повелитель Душ в последнее время был слишком занят исследованиями, что его хватало лишь на вежливые улыбки и парочку комплиментов в её сторону.
С чего так яростно она пыталась их соблазнить — мужчины не могли догадаться.
Райдо воткнул топор в колоду и подошёл к Валке. Девушка передала ему крынку, и мужчина сделал несколько глотков.
— Спасибо, — улыбнулся он. — Я думал закончить к полудню с дровами.
— И даже не поел, — нахмурилась она, принимая сосуд обратно. — Я оленью отбивную сделала. Поешь хоть?
— Ну, раз настаиваешь.
Они вернулись в длинный дом, где было тепло и вкусно пахло жареным мясом. На столе стояла нетронутая порция, предназначавшаяся для вампира. Валка оставила крынку и пошла к спальням, чтобы проверить свою мать и гостей.
Мужчина принялся за еду, отмечая про себя тот факт, что младшая сестра Валькаса была с ним весьма… ласкова. То пить вынесет, то накормит от пуза, то помощь какую предложит. При этом смущалась всегда от его благодарностей и улыбок. А стоило им соприкоснуться руками — так чуть не убегала.
«Не могу я так», — помотал Райдо головой. Молодая ещё была Валка, слишком молодая для него. Двадцать две зимы ей как, но жизни она ещё не познала. Да и на что ей такой как он? Мало ли мужиков в округе хороших?
— Смотрю я на тебя и думаю, — вампир поднял голову, услышав голос Вики. Девушка вернулась к удивлению рано и сегодня не выглядела такой измотанной. — Как долго ты ещё будешь строить из себя неприступную крепость?
— Ты о чём? — удивился он.
— А то я не вижу, какими вы взглядами друг на друга смотрите, — хмыкнула Виктория и села рядом с ним на скамью. — Любит она тебя, Райдо. А ты — дурак, не видишь.
— Я для неё старый. — Он снова уткнулся в тарелку, но спутница уходить не пожелала.
— Вот тоже скажешь. В Дарросе знаешь кого стариками называют? Тех, кто уже встать не может сам и под себя ходит. А до тех пор — ты молод и полон сил.
— С чего ты вдруг прицепилась так?
— С того, что ты хмурый в последнее время. Думала, хоть кто-то тебя расшевелит. Видимо, не судьба, — Вика встала из-за стола и махнула рукой: — Буду у себя, если понадоблюсь. Хагалаз там что-то ещё нашёл?
— Пытается найти координаты третьей ведьмачьей крепости.
— И как успехи?
— Ведьмачьи чары не дадут нам пройти там. Поэтому он ищет обходной путь.
Виктория кивнула и молча ушла, оставляя Райдо одного. Он обессиленно выдохнул сквозь зубы. Тварь внутри него не давала ему покоя. Он боялся лишний раз говорить с окружающими — неизвестно, насколько тварь стала сильнее.
Жизнь продолжала течь своим чередом. Вскорости первое дыхание весны стало явственно ощущаться в воздухе, а Четверо даже не могли и подумать, что вот уже полгода они жили в этих краях.
Как там Менсис — они не знали. Писем от него не было. Элера периодически писала им, присылая новые подсказки, и Хагалаз сделал весьма много записей в попытках узнать как можно скорее о других артефактах.
Райдо так и не решился признаться Валке, что та ему симпатична была. Девушка сама боялась сделать первый шаг, и их разговоры вдвоём выглядели со стороны комично.
В прочем, Рота сделала ещё несколько попыток соблазнить Райдо, и когда вампиру уже надоело, он спросил её в лицо, что той было нужно.
— Ты мужик явно хороший, крепкий, работящий, — закинув чёрную косу за спину и гордо вздёрнув голову, произнесла та. — А я вдовствую уже сколько. Сына тяжело воспитывать одной, знаешь ли.
— А мне не нужна жена, — ответил мужчина. — Мне сейчас не до семьи. — Рота недовольно поджала губы.
— Уходи тогда. Оставь их. Валькас из-за тебя уже много плохого думает про меня.
— Ты поди про то, что нагуляла сына? — прищурился Райдо, и женщина быстро замотала головой, но в воздухе стал ощутим её страх быть раскрытой. — Местных ты может и обманешь, но меня — нет. Сверра это сын. А вдова ты у другого.
— Проваливай, упырь, — оскалилась Рота. — Без тебя хорошо было.
— Брат твой сам всё знает. Оставь лучше ты его, пусть разбирается со всем сам.
Рота после этого оставила свои попытки соблазнить его. Райдо начал догадываться, что женщина ненавидела своих младших брата и сестру, потому и пыталась испортить им жизнь. А то, что брат её приютил — она считала не жестом широкой души, а его долгом. В прочем, Валькас потом ей сам всё в лицо сказал, и с первыми заезжими драккарами Рота покинула это поселение, проклиная Райдо.
Жизнь стала… спокойнее. С теми же драккарами в поселение пришёл неизвестный волколак, внешностью очень походивший на Валькаса, и как оказалось в последствии, он был его старшим братом, покинувшим родные края в поисках места, где мог заработать пролитой в боях кровью. Льётольв был тепло принят здесь. Он удивился новому статусу младшего брата, но был искренне рад тому, что в поселении им уже ничто не угрожало.
Четверо были представлены ему как друзья нового вожака.
— Друзья моей семьи — мои друзья, — клыкасто улыбнулся наёмник, пожимая им руки. — Я слышал некоторые вести о Четверых. Не расскажете подробнее?
Виктория ответила что-то смутное, дабы не пугать остальных пришествием демонов и Дикой Охоты. Льётольв внимательно их слушал, изредка уточняя некоторые детали. Горестно вздохнул, что тоже хочет с ними в путь, но планировал отдохнуть в родных краях и повидаться с матерью и младшими.
О демонах здесь и не слышали, как оказалось, поэтому простого туманного «чудовища» хватило для определения того, с кем сражались Четверо. Местные их за подобное начали уважать, что отозвалось странной тоской в груди.
Возможно, та часть воспоминаний предыдущих воплощений, что ещё спала где-то на задворках сознания, была похожа на то, что происходило сейчас? В конце-концов, Элера однажды обмолвилась, что Четверым раньше не было нужды собирать по осколкам свою славу. Значит, когда-то у них были верные союзники. Но когда Последним Четверым удастся восстановить ту славу — никто сказать не мог.
Жизнь текла спокойно и размеренно. Хагалаз продолжал свои поиски, Виктория уже реже пропадала из деревни, а Райдо всё не мог сказать Валке, что всё-таки она симпатична ему. Боялся. Впервые в жизни боялся словно мальчишка какого-то пустяка. Да и стыдно как-то было. Девка она молодая, а он?
Про демонов даже забылось как-то за всем этим бытом, дружелюбной атмосферой. До того момента, пока Четверо не решили совместно обсудить дальнейшие планы и не пошли прогуляться в лес. Там было спокойно, вот только… демоны добрались и до сюда.
Райдо в ужасе уставился на основание Врат из чёрного камня. Два длинных каменных щупальца выросли из-под земли и снега уже вполовину его роста, а магическое пламя, горевшее между ними, начало излучать сильный жар.
Ещё немного и эти Врата окрепнут достаточно, чтобы пропустить кого-то, кто походил бы на прошлого Райдо.
— Гарас дра! — прорычала Вика, видя это. У них уже не было времени возвращаться в деревню и предупреждать жителей о случившемся. Облезлая морда одной из тварей показалась из огня, и вот перед ними вышел монстр, отдалённо напоминавший ящерицу с раздувшимся «капюшоном» у головы, а в вытянутой пасти сверкали сотни мелких и острых зубов.
Хагалаз выхватил посох из-за спины и сосредоточился на потоке Магии, проходившем в этом месте. Он должен был защитить своих товарищей, по возможности создав контур вокруг Врат, чтобы твари не вышли за его пределы, но это отнимет у него много сил.
Райдо и Вика выхватили мечи и заняли боевые стойки. Ящерица, ритмично щёлкая, повернула свою узкую голову к ним боком, чтобы разглядеть противников, а после развернулась к ним мордой и зашипела, широкое раскрывая смердевшую пасть. Из Врат уже высовывалась голова похожей твари.
— Не медлим, — выдохнула Виктория, крутанула мечом и рванула на ящерицу.
Тварь плюнула в её сторону, девушка едва успела увернуться, но едкая слюна твари попала на её перчатку и меч. Меч, к удивлению, выдержал, а вот перчатка с тихим шипением начала плавиться. Отлично! Только им не хватало демона, плюющегося кислотой!
Райдо заметил это и насторожился. Его меч вряд ли бы выдержал подобное, поэтому мужчина воспользовался тем, что тварь отвлеклась на Вику, и двинулся в обход, чтобы нанести неожиданный удар.
Ящерица резко подалась вперёд, щёлкнув челюстями в опасной близости от Виктории, но девушка успела отпрыгнуть, после чего резко рубанула мечом наотмашь. К её удивлению, этот меч, обычно проявлявший типичные для ма’алхаса свойства, смог лишь нанести лёгкую рану по носу твари, а не отрезать его.
Или шкура демона была прочной. Или что-то пошло не так.
Но думать над этим у них не было времени. Разъярённая от боли ящерица снова плюнула в сторону Вики и тут же кинулась на неё. Девушка успела увернуться от кислоты, но тварь схватила её за правое плечо, впиваясь мелкими клыками глубоко в плоть. Её слюна больно жглась, но не прожигала так сильно, как плевок. Виктория попыталась второй рукой, сжимавшей меч, нанести повторный удар, но демон резко дёрнул головой. Потеряв равновесие, Вика поддалась этому движению, словно тряпичная кукла в зубах игравшейся с ней собаки.
Боль затуманивала разум. Несмотря на всю выдержку Ита’наи, Виктория уже не могла отречься от этой боли. Её дыхание сбилось, в голове был абсолютный бардак, и ей едва ли хватало сил, чтобы просто не уронить меч. Рука в пасти ящерицы начала неметь, девушка уже перестала чувствовать её и не могла понять, сжимала ли она пальцы или её рука уже просто обмякла. Так что возможности выпустить скрытый клинок и ударить им тварь попросту не было.
Райдо почувствовал запах человеческой крови. Почему-то он ощущал его слишком отчётливо, несмотря на запах серы и гниения. Во рту стало слишком много слюны, он почувствовал, как биение его сердца замедляется, а верхняя губа подёргивается в предвкушении.
«Нет! Нельзя! — замотал он головой, пытаясь привести мысли в порядок. — Я должен помочь Вике!»
Хагалаз был слишком занят тем, чтобы сдерживать демонов внутри контура. Вампир перехватил меч поудобнее и кинулся на ящерицу. Он вложил столько силы в удар, на сколько вообще был способен, отчаянно пробивая толстую чешую, разрезая плоть и дробя часть костей. Этого хватило, чтобы забывшись от боли, тварь расслабила челюсти. Вика безвольно упала на снег, едва двигаясь.
На Райдо тут же налетела вторая ящерица. Её удар лбом в его плечо выбил из груди вампира весь воздух и заставил его отлететь в сторону, роняя из рук меч. Тут же тварь прыгнула на него, прижимая своим весом к стылой земле. Мужчина едва успел вскинуть руки и перехватить её челюсти, чтобы не дать себя сожрать. Едкая слюна текла по его рукам и капала на грудь, прожигая броню.
Хагалаз понял, что они стали слабее, чем раньше. Если он попытается и дальше сдерживать демонов — то просто потеряет своих товарищей. Пока Райдо ещё мог сражаться, отчаянно цепляясь за жизнь, Вика металась в бреду. Вторая ящерица тихо рыкнула, обнюхивая её, а после вцепилась клыками в её живот.
Повелитель Душ крутанул в руках Посох Волка, и яркий сгусток магической энергии мгновенно настиг ящерицу, обжигая её своей энергией. Тварь мотнула головой и переключила внимание на него.
Хагалаз скинул с себя чёрный балахон, мысленно обращаясь к предкам. Медальон под рубахой снова потеплел, а исходившая от него Магия начала подпитывать силы Повелителя Душ.
Ему было плевать, что бо?льшая часть той энергии — чьи-то души.
Его глаза загорелись зелёным, а Печать Волка на руке ярко засветилась золотистым. Целая волна Магии направилась на вылезших демонов, и от этого потока даже магическое пламя Врат задрожало как на ветру.
— Печати! — рявкнул Хагалаз не своим голосом. Ящерицы ослепли от его Магии, и теперь Райдо удалось вылезти из-под твари, схватить свой меч и вскинуть левую руку. Две печати, его и Хагалаза, заискрились над пламенем Врат.
Неожиданно сюда влетел взлохмаченный и радостный Виурс.
— Мужики! У меня сын родился! — запыхавшийся, он плюхнулся на скамью за стол, и тут же его начали поздравлять. — Осенью заберу к себе. Воспитаю ведьмаком.
— Везёт же, — хмыкнул Герренс, отпивая из кружки. После ухода Вики он стал чувствовать себя хуже. Эта чёртова метка у неё на руке всё не давала ведьмаку покоя. Он даже начал изучать, а есть ли что-то, что способно было свести метку, сделать её бесполезной? Увы, книги не давали чётких ответов, а изучать литературу Дарроса он не мог как минимум из-за незнания тамошнего языка.
Виктория была той ещё девкой, за которой хотелось кинуться в самое пекло, потерять голову и встать под град стрелы, лишь бы она удостоила его своего внимания. Но кто-то ей приглянулся больше, чем беловолосый ведьмак. И от того воспоминания об их единственном поцелуе отдавали горечью и терзали его сердце.
Другой бы на его месте сказал, что и чёрт с ней. Много других девок хороших, но Герренс забыть её не мог. Что-то в ней было необычное, манящее. Опасное.
***
Райдо перехватил топор поудобнее и снова замахнулся.
Рубка дров помогала отвлечься. Непрекращающаяся череда кошмаров преследовала его до сих пор, а уж после того случая у алтаря мужчина начал панически бояться темноты. Выматывая себя тяжёлой физической работой, он надеялся довести себя до изнеможения, чтобы сваливаться в кровать без сновидений. Лучше бесконечная чёрная пустота, чем его двойник.
— Ой, а ты уже проснулся? — мужчина замер и обернулся, услышав голос Валки. Девушка вышла из длинного дома, держа в руках крынку с тёплым молоком.
После того, как Валькаса признали вожаком, его семья перебралась в длинный дом. У Сверра осталась вдова, которая, в прочем, быстро нашла себе сожителя — одинокого кузнеца в их деревне. Так что длинный дом перешёл семье нового вожака.
Их престарелая мать не горела желанием покидать дом, в который её привели ещё совсем девчонкой — едва ли начавшей крепнуть от физической работы. Но младшие дети, Валькас и Валка, не желали оставлять её в одиночестве, поэтому женщина теперь занималась днями напролёт шитьём и вязанием, стремясь себя занять работой от мыслей. Старшие дети давно покинули их деревню, разве что старшая дочь осталась.
Она вдовствовала уже пять лет, и от брака у неё остался семилетний сын. Райдо, в прочем, почувствовал в том мальчишке кровь погибшего Сверра. Валькас сам как-то проболтался, что Рота не была верна своему мужу. Да и странно было, что того задрал какой-то зверь на охоте. Но обвинять старшую сестру без доказательств волколак не мог, а потому лишь искал хоть какую-то зацепку, чтобы пристыдить её.
Пока Валькас занимался управлением деревней, помощью местным и прочими обязанностями вожака, Валка старалась помочь ему с гостями. Именно она готовила для Четверых и помогала им с бытом. Рота же… Рота не особо была рада новому статусу младшего брата, а в особенности — его знакомствам.
Райдо так пошёл однажды в баню — так эта баба учудила же. К нему зашла в чём мать родила, думала соблазнить. Вампир лишь вышел в предбанник, оделся и ушёл, оставляя её ни с чем.
К Хагалазу она тоже лезла, но Повелитель Душ в последнее время был слишком занят исследованиями, что его хватало лишь на вежливые улыбки и парочку комплиментов в её сторону.
С чего так яростно она пыталась их соблазнить — мужчины не могли догадаться.
Райдо воткнул топор в колоду и подошёл к Валке. Девушка передала ему крынку, и мужчина сделал несколько глотков.
— Спасибо, — улыбнулся он. — Я думал закончить к полудню с дровами.
— И даже не поел, — нахмурилась она, принимая сосуд обратно. — Я оленью отбивную сделала. Поешь хоть?
— Ну, раз настаиваешь.
Они вернулись в длинный дом, где было тепло и вкусно пахло жареным мясом. На столе стояла нетронутая порция, предназначавшаяся для вампира. Валка оставила крынку и пошла к спальням, чтобы проверить свою мать и гостей.
Мужчина принялся за еду, отмечая про себя тот факт, что младшая сестра Валькаса была с ним весьма… ласкова. То пить вынесет, то накормит от пуза, то помощь какую предложит. При этом смущалась всегда от его благодарностей и улыбок. А стоило им соприкоснуться руками — так чуть не убегала.
«Не могу я так», — помотал Райдо головой. Молодая ещё была Валка, слишком молодая для него. Двадцать две зимы ей как, но жизни она ещё не познала. Да и на что ей такой как он? Мало ли мужиков в округе хороших?
— Смотрю я на тебя и думаю, — вампир поднял голову, услышав голос Вики. Девушка вернулась к удивлению рано и сегодня не выглядела такой измотанной. — Как долго ты ещё будешь строить из себя неприступную крепость?
— Ты о чём? — удивился он.
— А то я не вижу, какими вы взглядами друг на друга смотрите, — хмыкнула Виктория и села рядом с ним на скамью. — Любит она тебя, Райдо. А ты — дурак, не видишь.
— Я для неё старый. — Он снова уткнулся в тарелку, но спутница уходить не пожелала.
— Вот тоже скажешь. В Дарросе знаешь кого стариками называют? Тех, кто уже встать не может сам и под себя ходит. А до тех пор — ты молод и полон сил.
— С чего ты вдруг прицепилась так?
— С того, что ты хмурый в последнее время. Думала, хоть кто-то тебя расшевелит. Видимо, не судьба, — Вика встала из-за стола и махнула рукой: — Буду у себя, если понадоблюсь. Хагалаз там что-то ещё нашёл?
— Пытается найти координаты третьей ведьмачьей крепости.
— И как успехи?
— Ведьмачьи чары не дадут нам пройти там. Поэтому он ищет обходной путь.
Виктория кивнула и молча ушла, оставляя Райдо одного. Он обессиленно выдохнул сквозь зубы. Тварь внутри него не давала ему покоя. Он боялся лишний раз говорить с окружающими — неизвестно, насколько тварь стала сильнее.
Жизнь продолжала течь своим чередом. Вскорости первое дыхание весны стало явственно ощущаться в воздухе, а Четверо даже не могли и подумать, что вот уже полгода они жили в этих краях.
Как там Менсис — они не знали. Писем от него не было. Элера периодически писала им, присылая новые подсказки, и Хагалаз сделал весьма много записей в попытках узнать как можно скорее о других артефактах.
Райдо так и не решился признаться Валке, что та ему симпатична была. Девушка сама боялась сделать первый шаг, и их разговоры вдвоём выглядели со стороны комично.
В прочем, Рота сделала ещё несколько попыток соблазнить Райдо, и когда вампиру уже надоело, он спросил её в лицо, что той было нужно.
— Ты мужик явно хороший, крепкий, работящий, — закинув чёрную косу за спину и гордо вздёрнув голову, произнесла та. — А я вдовствую уже сколько. Сына тяжело воспитывать одной, знаешь ли.
— А мне не нужна жена, — ответил мужчина. — Мне сейчас не до семьи. — Рота недовольно поджала губы.
— Уходи тогда. Оставь их. Валькас из-за тебя уже много плохого думает про меня.
— Ты поди про то, что нагуляла сына? — прищурился Райдо, и женщина быстро замотала головой, но в воздухе стал ощутим её страх быть раскрытой. — Местных ты может и обманешь, но меня — нет. Сверра это сын. А вдова ты у другого.
— Проваливай, упырь, — оскалилась Рота. — Без тебя хорошо было.
— Брат твой сам всё знает. Оставь лучше ты его, пусть разбирается со всем сам.
Рота после этого оставила свои попытки соблазнить его. Райдо начал догадываться, что женщина ненавидела своих младших брата и сестру, потому и пыталась испортить им жизнь. А то, что брат её приютил — она считала не жестом широкой души, а его долгом. В прочем, Валькас потом ей сам всё в лицо сказал, и с первыми заезжими драккарами Рота покинула это поселение, проклиная Райдо.
Жизнь стала… спокойнее. С теми же драккарами в поселение пришёл неизвестный волколак, внешностью очень походивший на Валькаса, и как оказалось в последствии, он был его старшим братом, покинувшим родные края в поисках места, где мог заработать пролитой в боях кровью. Льётольв был тепло принят здесь. Он удивился новому статусу младшего брата, но был искренне рад тому, что в поселении им уже ничто не угрожало.
Четверо были представлены ему как друзья нового вожака.
— Друзья моей семьи — мои друзья, — клыкасто улыбнулся наёмник, пожимая им руки. — Я слышал некоторые вести о Четверых. Не расскажете подробнее?
Виктория ответила что-то смутное, дабы не пугать остальных пришествием демонов и Дикой Охоты. Льётольв внимательно их слушал, изредка уточняя некоторые детали. Горестно вздохнул, что тоже хочет с ними в путь, но планировал отдохнуть в родных краях и повидаться с матерью и младшими.
О демонах здесь и не слышали, как оказалось, поэтому простого туманного «чудовища» хватило для определения того, с кем сражались Четверо. Местные их за подобное начали уважать, что отозвалось странной тоской в груди.
Возможно, та часть воспоминаний предыдущих воплощений, что ещё спала где-то на задворках сознания, была похожа на то, что происходило сейчас? В конце-концов, Элера однажды обмолвилась, что Четверым раньше не было нужды собирать по осколкам свою славу. Значит, когда-то у них были верные союзники. Но когда Последним Четверым удастся восстановить ту славу — никто сказать не мог.
Жизнь текла спокойно и размеренно. Хагалаз продолжал свои поиски, Виктория уже реже пропадала из деревни, а Райдо всё не мог сказать Валке, что всё-таки она симпатична ему. Боялся. Впервые в жизни боялся словно мальчишка какого-то пустяка. Да и стыдно как-то было. Девка она молодая, а он?
Про демонов даже забылось как-то за всем этим бытом, дружелюбной атмосферой. До того момента, пока Четверо не решили совместно обсудить дальнейшие планы и не пошли прогуляться в лес. Там было спокойно, вот только… демоны добрались и до сюда.
Райдо в ужасе уставился на основание Врат из чёрного камня. Два длинных каменных щупальца выросли из-под земли и снега уже вполовину его роста, а магическое пламя, горевшее между ними, начало излучать сильный жар.
Ещё немного и эти Врата окрепнут достаточно, чтобы пропустить кого-то, кто походил бы на прошлого Райдо.
— Гарас дра! — прорычала Вика, видя это. У них уже не было времени возвращаться в деревню и предупреждать жителей о случившемся. Облезлая морда одной из тварей показалась из огня, и вот перед ними вышел монстр, отдалённо напоминавший ящерицу с раздувшимся «капюшоном» у головы, а в вытянутой пасти сверкали сотни мелких и острых зубов.
Хагалаз выхватил посох из-за спины и сосредоточился на потоке Магии, проходившем в этом месте. Он должен был защитить своих товарищей, по возможности создав контур вокруг Врат, чтобы твари не вышли за его пределы, но это отнимет у него много сил.
Райдо и Вика выхватили мечи и заняли боевые стойки. Ящерица, ритмично щёлкая, повернула свою узкую голову к ним боком, чтобы разглядеть противников, а после развернулась к ним мордой и зашипела, широкое раскрывая смердевшую пасть. Из Врат уже высовывалась голова похожей твари.
— Не медлим, — выдохнула Виктория, крутанула мечом и рванула на ящерицу.
Тварь плюнула в её сторону, девушка едва успела увернуться, но едкая слюна твари попала на её перчатку и меч. Меч, к удивлению, выдержал, а вот перчатка с тихим шипением начала плавиться. Отлично! Только им не хватало демона, плюющегося кислотой!
Райдо заметил это и насторожился. Его меч вряд ли бы выдержал подобное, поэтому мужчина воспользовался тем, что тварь отвлеклась на Вику, и двинулся в обход, чтобы нанести неожиданный удар.
Ящерица резко подалась вперёд, щёлкнув челюстями в опасной близости от Виктории, но девушка успела отпрыгнуть, после чего резко рубанула мечом наотмашь. К её удивлению, этот меч, обычно проявлявший типичные для ма’алхаса свойства, смог лишь нанести лёгкую рану по носу твари, а не отрезать его.
Или шкура демона была прочной. Или что-то пошло не так.
Но думать над этим у них не было времени. Разъярённая от боли ящерица снова плюнула в сторону Вики и тут же кинулась на неё. Девушка успела увернуться от кислоты, но тварь схватила её за правое плечо, впиваясь мелкими клыками глубоко в плоть. Её слюна больно жглась, но не прожигала так сильно, как плевок. Виктория попыталась второй рукой, сжимавшей меч, нанести повторный удар, но демон резко дёрнул головой. Потеряв равновесие, Вика поддалась этому движению, словно тряпичная кукла в зубах игравшейся с ней собаки.
Боль затуманивала разум. Несмотря на всю выдержку Ита’наи, Виктория уже не могла отречься от этой боли. Её дыхание сбилось, в голове был абсолютный бардак, и ей едва ли хватало сил, чтобы просто не уронить меч. Рука в пасти ящерицы начала неметь, девушка уже перестала чувствовать её и не могла понять, сжимала ли она пальцы или её рука уже просто обмякла. Так что возможности выпустить скрытый клинок и ударить им тварь попросту не было.
Райдо почувствовал запах человеческой крови. Почему-то он ощущал его слишком отчётливо, несмотря на запах серы и гниения. Во рту стало слишком много слюны, он почувствовал, как биение его сердца замедляется, а верхняя губа подёргивается в предвкушении.
«Нет! Нельзя! — замотал он головой, пытаясь привести мысли в порядок. — Я должен помочь Вике!»
Хагалаз был слишком занят тем, чтобы сдерживать демонов внутри контура. Вампир перехватил меч поудобнее и кинулся на ящерицу. Он вложил столько силы в удар, на сколько вообще был способен, отчаянно пробивая толстую чешую, разрезая плоть и дробя часть костей. Этого хватило, чтобы забывшись от боли, тварь расслабила челюсти. Вика безвольно упала на снег, едва двигаясь.
На Райдо тут же налетела вторая ящерица. Её удар лбом в его плечо выбил из груди вампира весь воздух и заставил его отлететь в сторону, роняя из рук меч. Тут же тварь прыгнула на него, прижимая своим весом к стылой земле. Мужчина едва успел вскинуть руки и перехватить её челюсти, чтобы не дать себя сожрать. Едкая слюна текла по его рукам и капала на грудь, прожигая броню.
Хагалаз понял, что они стали слабее, чем раньше. Если он попытается и дальше сдерживать демонов — то просто потеряет своих товарищей. Пока Райдо ещё мог сражаться, отчаянно цепляясь за жизнь, Вика металась в бреду. Вторая ящерица тихо рыкнула, обнюхивая её, а после вцепилась клыками в её живот.
Повелитель Душ крутанул в руках Посох Волка, и яркий сгусток магической энергии мгновенно настиг ящерицу, обжигая её своей энергией. Тварь мотнула головой и переключила внимание на него.
Хагалаз скинул с себя чёрный балахон, мысленно обращаясь к предкам. Медальон под рубахой снова потеплел, а исходившая от него Магия начала подпитывать силы Повелителя Душ.
Ему было плевать, что бо?льшая часть той энергии — чьи-то души.
Его глаза загорелись зелёным, а Печать Волка на руке ярко засветилась золотистым. Целая волна Магии направилась на вылезших демонов, и от этого потока даже магическое пламя Врат задрожало как на ветру.
— Печати! — рявкнул Хагалаз не своим голосом. Ящерицы ослепли от его Магии, и теперь Райдо удалось вылезти из-под твари, схватить свой меч и вскинуть левую руку. Две печати, его и Хагалаза, заискрились над пламенем Врат.
