Золото и песок

Внимание! Спойлеры к книге «Драконья академия. Ведьма (не) против целителя»!

Золотые пески под ослепительным небом и золотым же солнцем, глубокие, обманчивые. Зыбучие, как море, для простых смертных. И посреди этой картины, как будто нарисованной чересчур яркими красками – дракон. Тот, кому не страшна была магия песков.
За его непорочно-белыми крыльями и чешуёй, отливавшей серебром в солнечных лучах, крылся изменчивый мрак. Мэйя едва ли могла сказать себе, почему эта мысль так привлекательна. Почему она, светлая фея, находила красоту в тёмных мыслях.
Улыбаясь, она коснулась рукой шипастого гребня на голове дракона. Поймала взгляд сапфировых глаз и провела ладонью по его шее, горячей от солнца и огненной крови, текущей в жилах этого ящера.
– Ваше Величество, первый раз в жизни меня гладят, словно красивую лошадку, – в низком голосе дракона прозвучали такие забавные интонации, что Мэйя фыркнула, но тут же сделала смущённое лицо и отвела руку.
– Простите, друг мой, я залюбовалась вашей… красотой и позволила себе вольность. Знаете, мне бы хотелось, чтобы в моём дворце висела такая картина. Тэсианские пески, опасные, но завораживающие, и дракон… Белый, но в то же время коварный, – с улыбкой закончила она.
– Вы хотели посмотреть на мою драконью форму, но не упоминали о картине, – Дааль придвинулся чуть ближе и прикрыл фею крыльями от палящего солнца. Довольная этой заботой, Мэйя погладила левое крыло дракона, проверяя, есть ли с внутренней стороны хоть малейшие чешуйки. Нет, не было. И здесь кожа казалась заметно тоньше, чем на длинном, не таком мощном, как у многих его собратьев, туловище.
– Я не знала, как далеко простирается ваше тщеславие, – Мэйя улыбнулась внимательным синим глазам с узкими чёрными зрачками. – Желаете ли вы быть увековеченным в красках, или вам достаточно славы изобретателя и…
– Призывателя демонов? Этой славы у меня больше, чем хотелось бы, – дракон склонил голову набок, приоткрыл пасть, демонстрируя язычки пламени среди белых зубов. Мэйя чуть подалась навстречу, нисколько не страшась, что пламя коснётся её; ум королевы фей занимали иные мысли.
– Демоны, – прошептала она, чувствуя, как свет в ней при одном упоминании этого слова колеблется, будто неверное пламя свечи. – Вы знаете, о чём я подумала и чего захотела, когда впервые прочитала историю вашей жизни? – Её руки вновь коснулись серебристой чешуи, изучая, лаская и поглаживая, и от неожиданности этой ласки дракон замер. Мэйя слышала только его участившееся дыхание.
– Чего же вы захотели, Ваше Величество? – наконец, тихо, еле слышно проговорил он.
– Увидеть, как вы их вызовете. Как они подчинятся вам. Как лето станет зимой, – Мэйя глубоко вздохнула, ощущая призрачный, воображаемый холод на своей коже. А затем отпрянула и улыбнулась своей самой озорной улыбкой:
– Теперь я хотела бы задать один вопрос, прежде чем мы вернёмся домой. Случайно не знаете, эти легенды, где дракон крадёт принцессу, они… правдивы?
Её фигура в белоснежном с золотом наряде казалась совсем хрупкой под сенью гигантских кожистых крыльев.
– О, может быть, и правдивы, я не выяснял. Но всегда удивлялся тому, зачем красть принцессу, – Дааль вытянул правую переднюю лапу и зацепил когтем платье Мэйи, – когда можно украсть королеву? Надеюсь, вы простите мне небольшую вольность?
Она простила. И, уже сидя у него на спине, устроившись между двух наростов и держась за один из них, Мэйя услышала:
– Я покажу вам, как демоны послушны моей воле. И уверен, Ваше Величество, что это вам понравится.
Мэйя уколола палец о шип на драконьем гребне, слизнула лёгкую капельку крови. И ответила улыбкой в ответ на вопросительный взгляд выпуклых, полуприкрытых тяжёлыми веками глаз. А затем пески Тэсиана безмолвно наблюдали за тем, как белый дракон, неся на себе хрупкую женщину с короной на голове, нырнул в портал.