— Дядя, — сказал он осторожно, — а может, стоит отказаться от такого заказа? Звучит слишком рискованно.
Гаррек задумался, глядя на экран, где герои удалялись на фоне заходящего солнца.
— Знаешь, парень, в мом деле риск — это часть работы. Но ты прав, нужно быть осторожным. — Он повернулся к Алексу. — Завтра ты останешься дома. Эта работа не для подростков.
— Но...
— Никаких "но". Некоторые клиенты и их дроиды слишком опасны даже для опытного мастера. А уж для любопытного мальчишки — тем более.
Алекс хотел возразить, но понимал — дядя прав. Пока он не готов к таким серьезным рискам. Но когда-нибудь...
На экране появились финальные титры под спокойную музыку.
— Неплохой фильм, — подвел итог дядя Гаррек. — Не шедевр, конечно, но смотреть можно. По крайней мере, джедай там ведет себя разумно, а не размахивает мечом направо и налево.
Алекс согласно кивнул.
***
Через два дня Алекс снова пришел в мастерскую, сгорая от любопытства. Дядя Гаррек работал над обычным бытовым дроидом, но на его лице читалась усталость и некоторая напряженность.
— Дядя, как прошла вчерашняя работа? — спросил Алекс, едва переступив порог.
Гаррек поднял голову от верстака и усмехнулся.
— А, ты про нашего загадочного клиента? Интересная была работка, должен признать. — Он отложил инструменты и потянулся. — Хочешь посмотреть запись? Я всегда записываю сложные ремонты — для собственной безопасности и на случай, если что-то пойдет не так.
Алекс кивнул с энтузиазмом. Гаррек активировал голопроектор, и в воздухе появилось трехмерное изображение вчерашнего вечера.
На записи было видно, как в мастерскую входит фигура в темном плаще — лица не разглядеть, но движения выдавали профессионала, привыкшего к осторожности. За ним на репульсорной платформе следовал дроид под плотным брезентом.
— Смотри внимательно, — прокомментировал Гаррек. — Клиент даже перчатки не снимал. Профессиональная параноя.
На записи клиент стянул брезент, открыв протокольного дроида серии 3PO. Но это была явно не стандартная модель — корпус был темно-серым вместо обычного золотистого, а в области головы виднелись дополнительные модули.
— 3PO-X модификация, — пояснил дядя. — Военная версия протокольного дроида. Их выпускали ограниченными партиями для работы в горячих точках. Официально таких моделей не существует.
— А неофициально?
— Неофициально их делали для спецслужб и очень богатых параноиков. Полный пакет дипломатических протоколов плюс системы выживания в боевых условиях.
На записи Гаррек осторожно подключал диагностические кабели к отключенному дроиду. Каждое движение было медленным и точным.
— Видишь эти красные индикаторы на голове? — указал дядя на экран. — Система самозащиты активна даже в спящем режиме. Один неверный сигнал — и лазерный излучатель прожжет дыру в том, кого сочтет угрозой.
— Как ты понял, что можно безопасно работать?
— Клиент дал мне специальный код доступа и детальную схему отключения защиты. — Гаррек показал на экране, как он вводит сложную последовательность команд. — Семнадцать шагов, каждый должен быть выполнен в точной последовательности. Ошибся — и привет, загробная жизнь.
На записи дроид наконец "заснул" окончательно — красные индикаторы погасли, и Гаррек смог приступить к основной работе.
— А вот здесь начинается самое интересное, — сказал дядя, ускоряя воспроизведение. — Смотри на внутреннюю архитектуру.
Алекс наклонился ближе к проектору. Внутренности дроида кардинально отличались от стандартных 3PO. Дополнительные процессоры, усиленная броня, скрытые отсеки с неизвестным оборудованием.
— Что это за модули? — спросил он, указывая на странные цилиндрические устройства в грудной полости дроида.
— Понятия не имею, и знать не хочу, — ответил Гаррек серьезно. — Клиент четко сказал — не лезть в скрытые системы. Я занимался только стандартным обслуживанием: чистка сенсоров, калибровка моторики, обновление языковых баз данных.
На экране было видно, как дядя методично работает с открытыми системами, тщательно избегая загадочных модулей.
— Но кое-что я все-таки заметил, — добавил он тише. — В памяти дроида есть разделы, зашифрованные военными алгоритмами. Уровень защиты как у правительственных систем.
— Ты пытался их взломать?
— Ты что, с ума сошел? — Гаррек покачал головой. — Такие системы не просто защищены — они активно защищаются. Попытка несанкционированного доступа может привести к самоуничтожению дроида. А заодно и половины мастерской.
На записи работа подходила к концу. Гаррек аккуратно закрывал панели доступа и активировал системы дроида. Тот медленно "проснулся", его оптические сенсоры загорелись мягким желтым светом.
— Диагностика завершена, мастер, — произнес дроид голосом стандартного 3PO. — Все системы функционируют в пределах нормы. Благодарю за качественное обслуживание.
— Даже говорит как обычный протокольный, — заметил Алекс.
— Это и есть его основная функция — маскировка, — объяснил дядя. — Кто заподозрит в обычном дроиде-переводчике шпионское устройство?
Клиент на записи остался доволен работой, заплатил щедро и исчез так же незаметно, как появился.
— Интересная работа, — подвел итог Гаррек, выключая проектор. — Но я рад, что она закончилась. Такие клиенты приносят хорошие деньги, но и головную боль тоже.
Алекс задумчиво смотрел на место, где только что была голограмма.
— Дядя, а можно мне... — начал он осторожно.
— Что можно?
— Ну, работать здесь официально. После школы и в выходные. — Слова полились потоком. — Я многому научился, наблюдая за тобой. И сегодняшняя запись показала, что мне еще есть чему учиться. Я хочу понимать такие сложные системы, уметь работать с опасными дроидами...
Гаррек внимательно изучал лицо племянника.
— Понимаю твой интерес, парень. Но работа с такими клиентами — это не игра. Одна ошибка может стоить жизни.
— Я понимаю риски, — настаивал Алекс. — И я готов учиться осторожности. К тому же, — он понизил голос, — нам с родителями сейчас любые дополнительные кредиты не помешают.
Это был сильный аргумент. Гаррек знал о финансовых трудностях брата.
— Хорошо, — сказал он после долгой паузы. — Но на определенных условиях. Первое — никакой самодеятельности. Делаешь только то, что я говорю, и только под моим наблюдением.
— Согласен.
— Второе — с особо опасными клиентами работаю только я. Ты можешь наблюдать и учиться, но не участвовать.
— Понятно.
— И третье — полная конфиденциальность. То, что ты видишь и слышишь в мастерской, остается в мастерской. Никаких разговоров с друзьями, одноклассниками, даже с мамой и папой.
Алекс кивнул серьезно.
— Обещаю.
— Тогда добро пожаловать в команду, — Гаррек протянул руку для рукопожатия. — Пятьсот кредитов в неделю плюс процент с особо сложных заказов. Теперь у тебя есть объём работы, который ты должен выполнять. Но главное — опыт. Здесь ты увидишь технологии, которые не покажут ни в одной школе.
Это была правда. За первые же недели работы Алекс столкнулся с дроидами, о существовании которых даже не подозревал. Торговцы с Внешнего Кольца привозили экзотические модели — дроидов-переводчиков, способных работать с сотнями диалектов, медицинских единиц с хирургическими манипуляторами невероятной точности, даже развлекательных дроидов с эмоциональными процессорами.
— Каждая модель — это отражение культуры, которая ее создала, — объяснял дядя Гаррек, показывая внутренности элегантного дроида с Набу. — Смотри на эти линии, на качество материалов. Набуанцы создают искусство, даже когда делают простого домашнего помощника. Хотя делают они не сами, но об этом как-нибудь потом. Они любят понты.
Алекс быстро понял, что мастерская дяди занимает особую нишу. Официальные сервисные центры работали только с новыми, стандартными моделями. Гаррек же специализировался на всем остальном — старых дроидах, экзотических моделях, единицах сомнительного происхождения.
Клиентура была соответствующая. Контрабандисты, которые не могли обратиться в официальные центры. Коллекционеры древностей. Торговцы, работавшие в серых зонах галактического права. Иногда появлялись и более темные личности — наемники, охотники за головами, представители криминальных синдикатов.
Алекс увидел новую сторону жизни.
Глава 13 - Первое дело
Всё началось в мастерской дяди Гаррека, где Алекс подрабатывал после школы. Из динамиков тихо играла старая кореллианская музыка.
Алекс сидел за верстаком, кропотливо восстанавливая мотивационный блок старого протокольного дроида, когда в мастерскую вошел клиент. Лейтенант Кореллианских сил обороны, судя по форме — молодой офицер с усталым лицом и дроидом-уборщиком под мышкой.
— Гаррек, старина, — поздоровался лейтенант, ставя дроида на пол. — Этот железный болван опять сломался. Третий раз за месяц.
Дядя недовольно покачал головой:
— Говорил тебе, Джейсон, покупай нормальную технику. Эти дешевые модели только время отнимают.
— На офицерскую зарплату нормальную технику не купишь, — вздохнул лейтенант Джейсон. — Особенно после того, как командование решило сократить премиальные выплаты.
Алекс продолжал работать, но внимательно слушал разговор. Военные часто приносили интересную технику, и иногда можно было узнать что-то полезное.
— А что у вас вообще происходит в академии? — спросил Гаррек, начиная осмотр сломанного дроида. — Слышал, учения какие-то проводили.
— Да, рутинные маневры в секторе Семь-Альфа, — лейтенант устало опустился на стул. — Думали, там пустота, а наткнулись на дрейфующий корабль. Древний, времен Старой Республики. Половина корпуса разворочена, системы жизнеобеспечения мертвы.
Алекс незаметно напрягся, продолжая возиться с мотивационным блоком. Корабль Старой Республики...
— И что с ним делать будете? — поинтересовался Гаррек.
— Отбуксировали к верфям, — пожал плечами Джейсон. — Командование решило утилизировать. Восстановлению не подлежит, а место занимает. Завтра или послезавтра отправят на автоматический перерабатывающий завод.
— Жаль, — покачал головой Гаррек. — Наверняка там интересные штуки были.
— Были, да сплыли. Всё ценное уже растащили. Кому нужны древние гипердвигатели?
Алекс едва сдержался, чтобы не вскочить с места. Древние гипердвигатели! Да коллекционеры готовы были платить за них целые состояния! Но он продолжал работать, стараясь выглядеть незаинтересованным.
Когда лейтенант ушел, пообещав забрать дроида через два дня, Алекс не выдержал:
— Дядя Гаррек, а что если в том корабле действительно есть что-то ценное?
Гаррек поднял взгляд от дроида:
— О чем ты, парень?
— Ну, компоненты времен Старой Республики... Я читал, что коллекционеры платят за них большие деньги.
— Читал? — усмехнулся Гаррек. — И где же ты такое читал?
Алекс покраснел, но решил сказать правду:
— В архивах аукционов. Навигационные блоки той эпохи продаются по десять-пятнадцать тысяч кредитов за штуку.
Гаррек отложил инструменты и внимательно посмотрел на племянника:
— Покажи.
Алекс сразу же засел за компьютер, показывая дяде архивы аукционов антикварных технологий. Гаррек внимательно изучал цифры, время от времени присвистывая.
— Ну и дела, — пробормотал он. — А я-то думал, что старое железо только на переплавку годится.
— Дядя, а что если мы попробуем купить часть компонентов с того корабля? — осторожно предложил Алекс. — Как металлолом, до переработки?
Гаррек задумался. Идея была рискованной, но потенциально очень выгодной. А у него как раз были нужные связи...
— Знаешь что, мальчик, — сказал он наконец. — Поговори с родителями. Если они согласятся — попробуем.
***
Разговор с отцом Алекс планировал особенно тщательно. Кайрен сидел в гостиной, просматривая вечерние новости, когда сын подошел к нему с серьезным выражением лица.
— Папа, мне нужно с тобой поговорить. О деле.
— О деле? — Кайрен поднял бровь. — Звучит солидно для двенадцатилетнего мальчика.
Алекс рассказал отцу о корабле, о ценах на антикварные компоненты, о возможности заработать. Кайрен слушал внимательно, время от времени задавая уточняющие вопросы.
— И дядя Гаррек согласен помочь? — спросил он в конце.
— Да. Он говорит, что у него есть связи на верфях.
Кайрен задумался. В последние месяцы его собственные дела шли неплохо — на новой работе часто подворачивалась халтурка. Он чинил корабли контрабандистов, получая за это в разы больше, чем на старой работе. При этом старался держаться подальше от откровенного криминала — просто ремонт, ничего более.
— Это серьезные деньги, сын, — сказал он наконец. — И определенные риски.
— Но мы же ничего не крадем, — возразил Алекс. — Просто покупаем металлолом до переработки.
— Технически ты прав, — согласился Кайрен. — Хорошо, поговорю с Гарреком.
На следующий день братья Коррены встретились в мастерской после закрытия. Гаррек разлил по стаканам кореллианский виски и серьезно посмотрел на брата.
— Кайрен, дело рискованное, но выгодное, — начал он. — У меня есть человек на складе утилизации. За правильную сумму он может продать нам часть компонентов как металлолом.
— Сколько? — спросил Кайрен.
— Пять тысяч кредитов взятки. Плюс официальная стоимость металлолома — еще тысяча. Итого шесть тысяч вложений.
— А потенциальная прибыль?
— Если мальчик прав насчет цен — от ста до двухсот тысяч кредитов.
Кайрен долго молчал, переваривая цифры. Сумма прибыли кружила голову, но внутри всё сжималось от знакомого, тяжёлого чувства — того самого, что возникало, когда понимаешь, что идея гениальна, но пахнет сомнительно.
— Такие деньги... — наконец выдохнул он. — С ними можно всё изменить. Но, Гаррек... взятка. Это ведь чистый подкуп чиновника.
Гаррек фыркнул, отхлебнул виски прямо из горлышка и поставил бутылку на верстак с глухим стуком.
— Кайрен, брат, ты смотришь в неподходящую дырку. Оглянись вокруг. Что такое «чистый» сейчас? Взятка? А то, как тебя кинули на верфях — это чисто? Как эти бюрократы в сенате гребут миллионами под шумок о «благе народа» — это чисто? Система прогнила, Кай. Она не работает для таких, как мы. Она работает против нас. Играть по их правилам — значит обрекать себя на вечную бедность и пустые надежды.
Он подошёл ближе, и в его глазах не было привычного балагана, только холодная, выстраданная убеждённость.
— Мы просто выкупаем то, что идиоты выбросили на помойку. Считай это... налогом на их глупость. Мы спасаем от уничтожения то, что имеет реальную ценность. Кто от этого пострадает? Никто. Кто выиграет? Мы. И тот мелкий крысёныш на складе, которому мы дадим на лапу. Всё честно в этом искривлённом мире.
— Но Лира... — начал Кайрен, и в его голосе прозвучала нерешительность. — Она... ты знаешь её. Она никогда не согласится на что-то такое. Она боится даже лишний раз на службу безопасности косо посмотреть.
— Лира — умная женщина, — сказал Гаррек мягче. — Она видит, как ты горбишься. Видит, как мы с тобой пятимся назад, пока другие идут вперёд. Поговори с ней. Объясни как муж, который хочет дать семье шанс.
Кайрен закрыл глаза, растирая переносицу.
