Наш мир не идеален. Идеален только Создатель. Но, если он сотворит подобного себе, то ничего не сотворит, стало быть, неразумен. А Создатель обладает сверхразумом. Поэтому миры возникают то здесь, то там. Как вспышки. Они рождаются, живут и умирают. Все в своих галактиках, далёких друг от друга.
– Я могу попасть в другой мир?
– Нет. Слишком далеко. Мы привязаны к нашей вселенной энергетически. Погибнем, если покинем её. У нас не хватит энергии, чтобы попасть в иной мир, на другую планету. Мы можем увидеть её во сне или оказаться на ней после смерти как новые жители.
– Мы способны сами создавать миры?
– Пока только в воображении. После смерти, когда станем едины с Создателем, может и сможем, если достигнем высокого духовного уровня.
– Нам дано творить галактики?
– Сейчас нет. Не забивай головку столь сложными процессами. Скажу по секрету: я не ведаю, правдивы ли мои слова. Только другим навьянам не говори. Они свято верят в книги праотцов.
Кастор придержал входную дверь, пропуская мальчика в обитель, и заметил, что игрушки у того нет.
– Мы забыли шута? – спросил он.
– Я его выбросил, – пробормотал мальчик. – Мне было страшно, и я решил, он виноват в случившемся. Шут упал в лужу. Бубенчики на шляпе смешно зазвенели. Этот звук успокоил меня.
– Даа, – протянул Высший жрец, немало удивлённый. – Впрочем, ты испугался. Это всё объясняет. Я завтра отправлюсь в деревню Ясные зори и куплю тебе новую игрушку. Что хочешь?
– Книги, – ответил Вартан. – Не нужны больше игрушки. Я думал, что смогу играть в них всю жизнь. Они успокаивали, позволяли создавать в воображении волшебные миры. Теперь я желаю научиться колдовать! Воплотить иллюзии в реальность. Не желаю более слышать, как смеются надо мной. Хочу стать сильным. Чтобы никто не осмелился обижать. Я хочу быть, как ты, заслужить такую же славу!
– Слава героя – мечта каждого юноши, – улыбнулся польщённый Кастор. – Я научу тебя, не сомневайся. Через неделю.
– Давай завтра?
– Хорошо. Только помни, обучение магии – процесс трудный. Времени уйдёт немало.
– Я готов постичь колдовство!
– Молодец, поощряю рвение к знаниям.
Не ведал Высший жрец, что мальчик, подобно ему, стремится обрести магию ради мести. Слава Вартану нужна была не геройская, а такая, чтобы враги содрогались от страха.
Заход солнца
Пользуясь болезнью короля, Еликонида выполняла его обязанности и подписывала выгодные для себя указы. Она расформировала часть войска, мотивируя тем, что мало магов занято в промышленности. Возражения капитана королевской гвардии и военачальника не послушала. Ведь без них знала, что этот указ сделает замок незащищённым.
Также Еликонида прекратила поставку в столицу эльфийского оружия. Лордам севера сказала, что казна не может больше платить за столь дорогой товар. Да и зачем он? В королевстве нет военного положения.
Влияние Астрид эльфийка ограничила сразу после ослабления обороноспособности столицы. Она отменила договоры о поставке шёлка и пряностей, которые заключила королева, и закрыла её благотворительные организации, не желая, чтобы у той появилась поддержка в народе. Въезд жителей Штормгрота в столицу запретила ещё раньше, помешав королеве нанять на службу воинов из родных земель.
Еликонида всячески вредила ей, ведь нашла не подписанный указ Вальтэриана, в котором он отрекался от престола в пользу жены. Это насторожило эльфийку. Она сделала многое, чтобы показать королеве, кто обладает реальной властью.
Когда Еликонида узнала про её тайный приказ о разрешении браконьерства, то поняла, что нужно менять методы борьбы, и решила навестить соперницу.
Астрид Колд Мейрак проснулась в добром расположении духа. В лёгкой ночной сорочке она разглядывала себя в зеркало, радуясь, что живот становится заметнее.
Королева не догадывалась, что Еликонида видит себя на её месте, леди Нора собирается вызволить брата из монастыря Четырёх Стихий и сделать королём. Лорд Иувеналий, невзирая на старость и немощь, мечтает править хотя бы год, чтобы остаться в истории Сноуколда. А лорды запада, востока и юга продвигают нужного им кандидата. Ведь в королевстве с казной, опустошённой интригами, трон получает не законный наследник, а лорд, обладающий золотом и поддержкой знати.
Астрид думала, ребёнок короля под сердцем дарует власть и право регентства. Поддержку при дворе она считала не важной по сравнению с законным наследником престола. Осведомителей у неё не было, как и опыта политической борьбы.
Приход Еликониды Снэик удивил королеву, едва открывшую глаза после сладкого сна. Гневный взгляд эльфийки не обещал ничего хорошего.
– Доброе утро, леди Снэик, – потянулась Астрид, надев золотую корону с фиолетовыми бриллиантами.
– Кому как, – Еликонида села на стул и расправила подол изумрудного платья. – Ты не читала мои указы?
– А что в них?
– Расформирование части королевского войска и запрет на поставку оружия.
– Ну и пусть, – пожала плечами королева. – Мне оно без надобности. Гвардии Вальтэриана хватит, чтобы защитить нас. Если это всё, впредь не беспокойте меня по пустяками. Заниматься армией – не женское дело. Вы свободны! Мне нужно заказать новые украшения придворному ювелиру.
– Не выйдет, – ухмыльнулась эльфийка.
– Почему?
– Выплата монет из казны урезана. Ты не можешь брать деньги, когда вздумается. Только по важному поводу и только с моего разрешения.
– Что вы ещё сделали? – поинтересовалась Астрид. Ноздри её гневно раздувались, захватывая воздух.
– Закрыла благотворительные организации от твоего имени, запретила поставку шёлка и пряностей, – перечислила Еликонида отстранённо и равнодушно. – Людей не впускают в Альтаир. Я и мои сторонники считаем, что жители Штормгрота вносят беспорядок в уклад жизни магов. Они с утра до ночи пьянствуют и веселятся. В дни болезни короля никто не должен вести себя подобным образом.
– Вы не смеете распоряжаться в столице! – закричала Астрид. – Я королева! Мир принадлежит мне.
– Не имею, – подтвердила эльфийка. – Я не ношу под сердцем наследника престола и не жена короля. Только это не имеет значения. Казна пуста. Подданным платить нечем. Скоро голодные маги ворвутся сюда с криками «Долой Колдов!». Я делаю всё, чтобы сохранить монархию. У меня, в отличии от тебя, есть необходимые ресурсы. Власть, поддержка лордов, опыт управления и запас золота. Ты обладаешь лишь короной.
– Не важно! Я королева! Все обязаны меня слушаться!
– Астрид, оглядись. Ты чужая в Зимней Розе. Послушай совет, уезжай в Штормгрот. Беги, прячься! Будет обидно, если кто-то убьёт твоего ребёнка. Мне бы не хотелось этого.
– Вы мне угрожаете? Своей королеве?
– Тщеславие тебя погубит, как погубило Вальтэриана.
– О чём вы?
– Поймёшь, когда корона упадёт с головы, – Еликонида понизила голос. – Не смей переходить мне дорогу. Сломаю ноги прежде, чем подумаешь.
– Я королева, – повторила Астрид, словно молитву. – Вы не осмелитесь.
– Ты королева пустоты. Подданные не станут исполнять твои приказы, потому что правлю на самом деле я. Я правила вместо Вальтэриана всю его жизнь. Ему не хватило ума признать это. Он предпочитал не видеть действительность так же, как ты. Не повторяй его ошибок. Я даю тебе шанс уйти. Воспользуйся им, пока не поздно. Мне не нужна на руках кровь младенца.
– Вы отравили короля?
– Я.
– Когда лорды узнают...
– Они уже знают. Лорды не дураки и догадываются, у кого хватило бы сил избавиться от Вальтэриана. Но против меня они не выступят. На моей стороне армия наёмников, демонов и золото. Ты уедешь?
– Ни за что! Я не отдам трон без боя! Моя бабушка пришлёт армию, и тогда...
– Ты погибнешь, – направилась к выходу эльфийка. – Плохо, когда у дитя глупая и спесивая мать. Заранее сожалею о последствиях.
– Я не сдамся! – крикнула Астрид.
Еликонида рассмеялась. Скользя каблуками по ледяному полу, она дошла до покоев племянника и встретила сира Боеслава.
– Миледи, – поклонился он. – Чудо! Вальтэриан Колд открыл глаза! Говорит, здоров.
– Не верю, – прошипела эльфийка.
«Он не должен выжить!» – пульсировала мысль в голове. Еликонида ворвалась в комнату племянника, сделав вид, будто не терпится его увидеть.
Он лежал в постели, читая книгу. Выглядел уставшим и болезненным, но не умирающем. Во взгляде короля эльфийка прочла, что он не догадывается, кто его отравил, и успокоилась.
– Как ты? – спросила она, садясь на край кровати.
– Уже лучше, тётя, – вяло улыбнулся Вальтэриан. – Немного подташнивает. Остальное пустяки.
– Его Величеству нужен отдых! – вмешался сир Боеслав. – Король нездоров!
– Выйди, – скомандовала эльфийка.
– Я... – медлил военачальник, не желая оставлять короля.
– Стой за дверью, Боеслав, – попросил король, и военачальник подчинился.
– Слава Четырём Стихиям, – прошипела Еликонида. – Без тебя воины не подчиняются. Огрызаться смеют.
– Тётя, вы что-то разнервничались, – заметил Вальтэриан. – Боеслав преданный боец. От него не стоит ожидать измены.
– Я вынуждена быть предусмотрительной, – возразила эльфийка. – Нас не должны подслушивать.
– Ладно, – устало вздохнул король.
– У тебя сухие губы, – произнесла Еликонида. – Тебе нужно больше пить. Любую болезнь вытравишь.
Она подошла к столу, налила воду из графина в бокал и шепнула: «Амхалис». Бледно-зелёная дымка блеснула на дне. Король не заметил, что тётя забрала целебные свойства воды и сделала её ослабляющей ауру. Раньше заклятье не подействовало бы на Вальтэриана. Но теперь, когда он ослаб, любое магическое воздействие вредило ему.
– Выпей, – сказала Еликонида и подала бокал, пристально смотря на короля.
Он отхлебнул воды и ему захотелось прилечь, стало дурно. Глаза начали закрываться, хотя недавно Вальтэриан выспался и не думал о сне.
– Спасибо, – сказал он, взяв тётю за руку. – Вы заменили мне мать, защищали от нападок братьев, давали советы и учили колдовать. Вы единственная ведаете, какой я на самом деле. У нас бывают ссоры. Но я ценю, что в такое время вы забываете о них. Обещайте, что позаботитесь о королевстве, если со мной что-то случится.
– Обещаю, – произнесла эльфийка. Удивление на её лице сменилось холодной решимостью. Она поборола жалость к племяннику, вспомнив о коварстве его матери.
– Где леди Беатриса? – спросил король, борясь со сном.
Еликонида почувствовала прилив злости. В юные годы ведьма поддерживала задумки Вальтэриана, не считая нарушение законов Четырёх Стихий опасным. Будучи едва знакомыми, они пробовали изменить погоду во всём Сноуколде. Эльфийка вздрогнула. Влияние Беатрисы на короля ей не нравилось. Она ещё раз убедилась, что делает правильно, избавляя мир от безумца.
– Мне бы не хотелось говорить сейчас о ней, – отвернулась Еликонида.
– С леди Фаиэ что-то случилось? – заволновался король.
– Тебя нельзя расстраивать, – ушла от ответа эльфийка.
– Да говорите уже! – потребовал Вальтэриан, чем ещё больше разозлил её.
– Как пожелаешь, – кивнула Еликонида. – Беатриса уехала из Альтаира. Поговаривают, у неё появился жених.
– Глупости. Вы сами верите в то, что говорите?
– Янина подтвердит отсутствие леди Фаиэ. Она не видела её больше недели и не знает, куда та отправилась. Мои осведомители считают...
– Мне плевать, что они считают! – воскликнул король. Взгляд его помрачнел, несмотря на веру в преданность Беатрисы.
– Буду рада, если ты окажешься прав насчёт ведьмы, – улыбнулась Еликонида. – Но вряд ли... Мне всегда она не нравилась. Неужели думаешь, что молодая леди спала с тобой из-за любви, чувства, которого не существует?
– Она клялась, что любит. Власть и деньги ей не нужны. Она дочь правительницы запада, не забывайте.
– Девушкам свойственно желать большего. Особенно таким амбициозным, как Астрид и Беатриса. Они играли с тобой всё время.
– Не по себе ли судите? – зрачки Вальтэриана сузились. – Это вы хотите большего! Жаждете власти. Кто отважился отравить меня? Кто лучше всех изготавливает яды?
– Намекаешь на меня? – поинтересовалась эльфийка.
– На вас и ещё одного предателя, – прошипел король. – Того, кого вы обвините в моей кончине и предадите, как сейчас меня!
– Угадал. Теперь скажи, кто уничтожил твою мать, леди Силену Снэик-Колд? – вопрошала Еликонида. – Ты всегда знал ответ. Тебе указывали на меня все, от жалких чертей до Беатрисы Фаиэ. Но ты не слушал. Потому что любил меня и в душе радовался, что я избавила тебя от опеки Селены. Радуйся, благодаря мне маньяк внутри тебя вырвался на свободу.
– Всё-таки вы... – произнёс Вальтэриан, понимая, что оказался один на один с убийцей матери, которая после признания точно не оставит его в живых.
– Не строй из себя невинность, – улыбнулась эльфийка. – Ты вздохнул с облегчением, когда узнал об исчезновении Селены. Она, кстати, жива. Но завидует мёртвым.
– За что вы ей мстите? – спросил король, ощущая привкус металла во рту.
– Я любила твоего отца, – поведала Еликонида. – Любила, как никого на свете! Он женился на Селене, хотя она не интересовала его. За годы их союз превратился в пытку. Зигфрид предпочёл меня сестре. Но брак было не расторгнуть, ведь клятву у алтаря они подкрепили обрядом на крови. Когда я забеременела от покойного короля, родители сказали, я опозорила их и себя. Моего ребёнка убили. Селена правила в шелках и бриллиантах, не задумываясь, через что прошла я. Она отняла у меня Зигфрида и ребёнка! Испортила мою жизнь.
– Вы сами виноваты, что пытались разрушить брак сестры, – ледяным тоном заявил Вальтэриан. – Отец и мать были хорошей парой.
– Ошибаешься, – прошипела эльфийка. Глаза её блестели то ли от слёз, то ли от гнева. – Зигфрид любил меня до последнего дня. Жалел, что женился на дуре, помешанной на религии. Селена не любила его, а изводила! Когда умерли твои братья, а ты бросил корону и уехал, она в отместку отравила Зигфрида.
– Лжёте, – проговорил слабеющий король.
– Селена вырвала у меня душу, убив его, – продолжала Еликонида. – Я просыпаюсь каждую ночь с мыслью о смерти. Вдыхаю гиблый воздух столицы и мечтаю задохнуться. Иду по тронному залу и вспоминаю о Зигфриде. А потом вижу тебя и понимаю, что в жизни есть смысл. Я не позволю Селене умереть, не увидев смерть всех своих детей. Она должна испытать ту же боль, пустоту и безнадёжность, что испытала я!
– Что же медлили? – с вызовом спросил Вальтэриан. – Почему не убили меня, когда я был беспомощным юнцом?
– Ты и теперь беспомощен, – бросила эльфийка. – Прежде я жалела тебя. Ты отличался от братьев хилым телом и слабым здоровьем, по праву считался худшим из сыновей Зигфрида. Все, включая членов семьи, тебя называли странным и сторонились. Признаться, ты удивил меня, превратившись из изгоя-книжника в короля Сноуколда. Даже сейчас ты не умер от яда, а борешься с ним. Жаль, бесполезно.
– Приятно слышать о вашем восхищении, любезная тётушка, – с сарказмом молвил король. – Поведайте жертве, как вы заманили мою мать в ловушку?
– С утра ты уехал на охоту, никого не взяв с собой, – напомнила Еликонида. – Я знала, ты не любишь охотиться и где-нибудь в лесу читаешь книгу. Селена мало интересовалась судьбой младшего сына. Я воспользовалась этим и сказала, что ты упал с коня у северного мыса. Забыв об осторожности, Селена бросилась туда. У мыса её поджидали мои сторонники. Колдунья из Селены оказалась никчёмная. Я легко справилась с ней. Бывшая королева заперта в башне на востоке. Молится и страдает.
– Я могу попасть в другой мир?
– Нет. Слишком далеко. Мы привязаны к нашей вселенной энергетически. Погибнем, если покинем её. У нас не хватит энергии, чтобы попасть в иной мир, на другую планету. Мы можем увидеть её во сне или оказаться на ней после смерти как новые жители.
– Мы способны сами создавать миры?
– Пока только в воображении. После смерти, когда станем едины с Создателем, может и сможем, если достигнем высокого духовного уровня.
– Нам дано творить галактики?
– Сейчас нет. Не забивай головку столь сложными процессами. Скажу по секрету: я не ведаю, правдивы ли мои слова. Только другим навьянам не говори. Они свято верят в книги праотцов.
Кастор придержал входную дверь, пропуская мальчика в обитель, и заметил, что игрушки у того нет.
– Мы забыли шута? – спросил он.
– Я его выбросил, – пробормотал мальчик. – Мне было страшно, и я решил, он виноват в случившемся. Шут упал в лужу. Бубенчики на шляпе смешно зазвенели. Этот звук успокоил меня.
– Даа, – протянул Высший жрец, немало удивлённый. – Впрочем, ты испугался. Это всё объясняет. Я завтра отправлюсь в деревню Ясные зори и куплю тебе новую игрушку. Что хочешь?
– Книги, – ответил Вартан. – Не нужны больше игрушки. Я думал, что смогу играть в них всю жизнь. Они успокаивали, позволяли создавать в воображении волшебные миры. Теперь я желаю научиться колдовать! Воплотить иллюзии в реальность. Не желаю более слышать, как смеются надо мной. Хочу стать сильным. Чтобы никто не осмелился обижать. Я хочу быть, как ты, заслужить такую же славу!
– Слава героя – мечта каждого юноши, – улыбнулся польщённый Кастор. – Я научу тебя, не сомневайся. Через неделю.
– Давай завтра?
– Хорошо. Только помни, обучение магии – процесс трудный. Времени уйдёт немало.
– Я готов постичь колдовство!
– Молодец, поощряю рвение к знаниям.
Не ведал Высший жрец, что мальчик, подобно ему, стремится обрести магию ради мести. Слава Вартану нужна была не геройская, а такая, чтобы враги содрогались от страха.
Глава 138
Заход солнца
Пользуясь болезнью короля, Еликонида выполняла его обязанности и подписывала выгодные для себя указы. Она расформировала часть войска, мотивируя тем, что мало магов занято в промышленности. Возражения капитана королевской гвардии и военачальника не послушала. Ведь без них знала, что этот указ сделает замок незащищённым.
Также Еликонида прекратила поставку в столицу эльфийского оружия. Лордам севера сказала, что казна не может больше платить за столь дорогой товар. Да и зачем он? В королевстве нет военного положения.
Влияние Астрид эльфийка ограничила сразу после ослабления обороноспособности столицы. Она отменила договоры о поставке шёлка и пряностей, которые заключила королева, и закрыла её благотворительные организации, не желая, чтобы у той появилась поддержка в народе. Въезд жителей Штормгрота в столицу запретила ещё раньше, помешав королеве нанять на службу воинов из родных земель.
Еликонида всячески вредила ей, ведь нашла не подписанный указ Вальтэриана, в котором он отрекался от престола в пользу жены. Это насторожило эльфийку. Она сделала многое, чтобы показать королеве, кто обладает реальной властью.
Когда Еликонида узнала про её тайный приказ о разрешении браконьерства, то поняла, что нужно менять методы борьбы, и решила навестить соперницу.
Астрид Колд Мейрак проснулась в добром расположении духа. В лёгкой ночной сорочке она разглядывала себя в зеркало, радуясь, что живот становится заметнее.
Королева не догадывалась, что Еликонида видит себя на её месте, леди Нора собирается вызволить брата из монастыря Четырёх Стихий и сделать королём. Лорд Иувеналий, невзирая на старость и немощь, мечтает править хотя бы год, чтобы остаться в истории Сноуколда. А лорды запада, востока и юга продвигают нужного им кандидата. Ведь в королевстве с казной, опустошённой интригами, трон получает не законный наследник, а лорд, обладающий золотом и поддержкой знати.
Астрид думала, ребёнок короля под сердцем дарует власть и право регентства. Поддержку при дворе она считала не важной по сравнению с законным наследником престола. Осведомителей у неё не было, как и опыта политической борьбы.
Приход Еликониды Снэик удивил королеву, едва открывшую глаза после сладкого сна. Гневный взгляд эльфийки не обещал ничего хорошего.
– Доброе утро, леди Снэик, – потянулась Астрид, надев золотую корону с фиолетовыми бриллиантами.
– Кому как, – Еликонида села на стул и расправила подол изумрудного платья. – Ты не читала мои указы?
– А что в них?
– Расформирование части королевского войска и запрет на поставку оружия.
– Ну и пусть, – пожала плечами королева. – Мне оно без надобности. Гвардии Вальтэриана хватит, чтобы защитить нас. Если это всё, впредь не беспокойте меня по пустяками. Заниматься армией – не женское дело. Вы свободны! Мне нужно заказать новые украшения придворному ювелиру.
– Не выйдет, – ухмыльнулась эльфийка.
– Почему?
– Выплата монет из казны урезана. Ты не можешь брать деньги, когда вздумается. Только по важному поводу и только с моего разрешения.
– Что вы ещё сделали? – поинтересовалась Астрид. Ноздри её гневно раздувались, захватывая воздух.
– Закрыла благотворительные организации от твоего имени, запретила поставку шёлка и пряностей, – перечислила Еликонида отстранённо и равнодушно. – Людей не впускают в Альтаир. Я и мои сторонники считаем, что жители Штормгрота вносят беспорядок в уклад жизни магов. Они с утра до ночи пьянствуют и веселятся. В дни болезни короля никто не должен вести себя подобным образом.
– Вы не смеете распоряжаться в столице! – закричала Астрид. – Я королева! Мир принадлежит мне.
– Не имею, – подтвердила эльфийка. – Я не ношу под сердцем наследника престола и не жена короля. Только это не имеет значения. Казна пуста. Подданным платить нечем. Скоро голодные маги ворвутся сюда с криками «Долой Колдов!». Я делаю всё, чтобы сохранить монархию. У меня, в отличии от тебя, есть необходимые ресурсы. Власть, поддержка лордов, опыт управления и запас золота. Ты обладаешь лишь короной.
– Не важно! Я королева! Все обязаны меня слушаться!
– Астрид, оглядись. Ты чужая в Зимней Розе. Послушай совет, уезжай в Штормгрот. Беги, прячься! Будет обидно, если кто-то убьёт твоего ребёнка. Мне бы не хотелось этого.
– Вы мне угрожаете? Своей королеве?
– Тщеславие тебя погубит, как погубило Вальтэриана.
– О чём вы?
– Поймёшь, когда корона упадёт с головы, – Еликонида понизила голос. – Не смей переходить мне дорогу. Сломаю ноги прежде, чем подумаешь.
– Я королева, – повторила Астрид, словно молитву. – Вы не осмелитесь.
– Ты королева пустоты. Подданные не станут исполнять твои приказы, потому что правлю на самом деле я. Я правила вместо Вальтэриана всю его жизнь. Ему не хватило ума признать это. Он предпочитал не видеть действительность так же, как ты. Не повторяй его ошибок. Я даю тебе шанс уйти. Воспользуйся им, пока не поздно. Мне не нужна на руках кровь младенца.
– Вы отравили короля?
– Я.
– Когда лорды узнают...
– Они уже знают. Лорды не дураки и догадываются, у кого хватило бы сил избавиться от Вальтэриана. Но против меня они не выступят. На моей стороне армия наёмников, демонов и золото. Ты уедешь?
– Ни за что! Я не отдам трон без боя! Моя бабушка пришлёт армию, и тогда...
– Ты погибнешь, – направилась к выходу эльфийка. – Плохо, когда у дитя глупая и спесивая мать. Заранее сожалею о последствиях.
– Я не сдамся! – крикнула Астрид.
Еликонида рассмеялась. Скользя каблуками по ледяному полу, она дошла до покоев племянника и встретила сира Боеслава.
– Миледи, – поклонился он. – Чудо! Вальтэриан Колд открыл глаза! Говорит, здоров.
– Не верю, – прошипела эльфийка.
«Он не должен выжить!» – пульсировала мысль в голове. Еликонида ворвалась в комнату племянника, сделав вид, будто не терпится его увидеть.
Он лежал в постели, читая книгу. Выглядел уставшим и болезненным, но не умирающем. Во взгляде короля эльфийка прочла, что он не догадывается, кто его отравил, и успокоилась.
– Как ты? – спросила она, садясь на край кровати.
– Уже лучше, тётя, – вяло улыбнулся Вальтэриан. – Немного подташнивает. Остальное пустяки.
– Его Величеству нужен отдых! – вмешался сир Боеслав. – Король нездоров!
– Выйди, – скомандовала эльфийка.
– Я... – медлил военачальник, не желая оставлять короля.
– Стой за дверью, Боеслав, – попросил король, и военачальник подчинился.
– Слава Четырём Стихиям, – прошипела Еликонида. – Без тебя воины не подчиняются. Огрызаться смеют.
– Тётя, вы что-то разнервничались, – заметил Вальтэриан. – Боеслав преданный боец. От него не стоит ожидать измены.
– Я вынуждена быть предусмотрительной, – возразила эльфийка. – Нас не должны подслушивать.
– Ладно, – устало вздохнул король.
– У тебя сухие губы, – произнесла Еликонида. – Тебе нужно больше пить. Любую болезнь вытравишь.
Она подошла к столу, налила воду из графина в бокал и шепнула: «Амхалис». Бледно-зелёная дымка блеснула на дне. Король не заметил, что тётя забрала целебные свойства воды и сделала её ослабляющей ауру. Раньше заклятье не подействовало бы на Вальтэриана. Но теперь, когда он ослаб, любое магическое воздействие вредило ему.
– Выпей, – сказала Еликонида и подала бокал, пристально смотря на короля.
Он отхлебнул воды и ему захотелось прилечь, стало дурно. Глаза начали закрываться, хотя недавно Вальтэриан выспался и не думал о сне.
– Спасибо, – сказал он, взяв тётю за руку. – Вы заменили мне мать, защищали от нападок братьев, давали советы и учили колдовать. Вы единственная ведаете, какой я на самом деле. У нас бывают ссоры. Но я ценю, что в такое время вы забываете о них. Обещайте, что позаботитесь о королевстве, если со мной что-то случится.
– Обещаю, – произнесла эльфийка. Удивление на её лице сменилось холодной решимостью. Она поборола жалость к племяннику, вспомнив о коварстве его матери.
– Где леди Беатриса? – спросил король, борясь со сном.
Еликонида почувствовала прилив злости. В юные годы ведьма поддерживала задумки Вальтэриана, не считая нарушение законов Четырёх Стихий опасным. Будучи едва знакомыми, они пробовали изменить погоду во всём Сноуколде. Эльфийка вздрогнула. Влияние Беатрисы на короля ей не нравилось. Она ещё раз убедилась, что делает правильно, избавляя мир от безумца.
– Мне бы не хотелось говорить сейчас о ней, – отвернулась Еликонида.
– С леди Фаиэ что-то случилось? – заволновался король.
– Тебя нельзя расстраивать, – ушла от ответа эльфийка.
– Да говорите уже! – потребовал Вальтэриан, чем ещё больше разозлил её.
– Как пожелаешь, – кивнула Еликонида. – Беатриса уехала из Альтаира. Поговаривают, у неё появился жених.
– Глупости. Вы сами верите в то, что говорите?
– Янина подтвердит отсутствие леди Фаиэ. Она не видела её больше недели и не знает, куда та отправилась. Мои осведомители считают...
– Мне плевать, что они считают! – воскликнул король. Взгляд его помрачнел, несмотря на веру в преданность Беатрисы.
– Буду рада, если ты окажешься прав насчёт ведьмы, – улыбнулась Еликонида. – Но вряд ли... Мне всегда она не нравилась. Неужели думаешь, что молодая леди спала с тобой из-за любви, чувства, которого не существует?
– Она клялась, что любит. Власть и деньги ей не нужны. Она дочь правительницы запада, не забывайте.
– Девушкам свойственно желать большего. Особенно таким амбициозным, как Астрид и Беатриса. Они играли с тобой всё время.
– Не по себе ли судите? – зрачки Вальтэриана сузились. – Это вы хотите большего! Жаждете власти. Кто отважился отравить меня? Кто лучше всех изготавливает яды?
– Намекаешь на меня? – поинтересовалась эльфийка.
– На вас и ещё одного предателя, – прошипел король. – Того, кого вы обвините в моей кончине и предадите, как сейчас меня!
– Угадал. Теперь скажи, кто уничтожил твою мать, леди Силену Снэик-Колд? – вопрошала Еликонида. – Ты всегда знал ответ. Тебе указывали на меня все, от жалких чертей до Беатрисы Фаиэ. Но ты не слушал. Потому что любил меня и в душе радовался, что я избавила тебя от опеки Селены. Радуйся, благодаря мне маньяк внутри тебя вырвался на свободу.
– Всё-таки вы... – произнёс Вальтэриан, понимая, что оказался один на один с убийцей матери, которая после признания точно не оставит его в живых.
– Не строй из себя невинность, – улыбнулась эльфийка. – Ты вздохнул с облегчением, когда узнал об исчезновении Селены. Она, кстати, жива. Но завидует мёртвым.
– За что вы ей мстите? – спросил король, ощущая привкус металла во рту.
– Я любила твоего отца, – поведала Еликонида. – Любила, как никого на свете! Он женился на Селене, хотя она не интересовала его. За годы их союз превратился в пытку. Зигфрид предпочёл меня сестре. Но брак было не расторгнуть, ведь клятву у алтаря они подкрепили обрядом на крови. Когда я забеременела от покойного короля, родители сказали, я опозорила их и себя. Моего ребёнка убили. Селена правила в шелках и бриллиантах, не задумываясь, через что прошла я. Она отняла у меня Зигфрида и ребёнка! Испортила мою жизнь.
– Вы сами виноваты, что пытались разрушить брак сестры, – ледяным тоном заявил Вальтэриан. – Отец и мать были хорошей парой.
– Ошибаешься, – прошипела эльфийка. Глаза её блестели то ли от слёз, то ли от гнева. – Зигфрид любил меня до последнего дня. Жалел, что женился на дуре, помешанной на религии. Селена не любила его, а изводила! Когда умерли твои братья, а ты бросил корону и уехал, она в отместку отравила Зигфрида.
– Лжёте, – проговорил слабеющий король.
– Селена вырвала у меня душу, убив его, – продолжала Еликонида. – Я просыпаюсь каждую ночь с мыслью о смерти. Вдыхаю гиблый воздух столицы и мечтаю задохнуться. Иду по тронному залу и вспоминаю о Зигфриде. А потом вижу тебя и понимаю, что в жизни есть смысл. Я не позволю Селене умереть, не увидев смерть всех своих детей. Она должна испытать ту же боль, пустоту и безнадёжность, что испытала я!
– Что же медлили? – с вызовом спросил Вальтэриан. – Почему не убили меня, когда я был беспомощным юнцом?
– Ты и теперь беспомощен, – бросила эльфийка. – Прежде я жалела тебя. Ты отличался от братьев хилым телом и слабым здоровьем, по праву считался худшим из сыновей Зигфрида. Все, включая членов семьи, тебя называли странным и сторонились. Признаться, ты удивил меня, превратившись из изгоя-книжника в короля Сноуколда. Даже сейчас ты не умер от яда, а борешься с ним. Жаль, бесполезно.
– Приятно слышать о вашем восхищении, любезная тётушка, – с сарказмом молвил король. – Поведайте жертве, как вы заманили мою мать в ловушку?
– С утра ты уехал на охоту, никого не взяв с собой, – напомнила Еликонида. – Я знала, ты не любишь охотиться и где-нибудь в лесу читаешь книгу. Селена мало интересовалась судьбой младшего сына. Я воспользовалась этим и сказала, что ты упал с коня у северного мыса. Забыв об осторожности, Селена бросилась туда. У мыса её поджидали мои сторонники. Колдунья из Селены оказалась никчёмная. Я легко справилась с ней. Бывшая королева заперта в башне на востоке. Молится и страдает.
