– Так не пойдет, – воспротивилась я, качнув головой. – Ты отпустишь всех нас. Я согласна только на таких условиях.
– Хорошо. Клянусь отпустить своих пленников.
– Клянусь, что отпущу Эгана Ночного из темницы и не стану его преследовать, – произнесла я слова, которые были необходимы, и мы с ночным кошмаром обменялись рукопожатиями. Магия пронеслась через наши тела, заставляя меня неосознанно вскрикнуть и прижать свободную ладонь к губам.
– А теперь открывай клетку, принцесса, – широко улыбнулся Эган, дергая мои руку к себе и заставляя меня встретиться взглядом с собой. Мужчина был жутким, бледная кожа в некоторых местах стала почти прозрачной, просвечивая синие вены, а рана от моего укуса только-только начала заживать. Без своих полных сил, Эган был не таким опасным, но я знала, что стоит мне только выпустить из клетки, как магия вернется в его тело и он…
Единственное, что сдерживало его от того, чтобы прикончить меня прямо сейчас и сбежать – клятва и мы оба это понимали. Я не смогу причинить вред Эгану, как и он мне, пока в нашей крови горит магия клятвы. Мы были единственными, кто не может прикончить друг друга до того момента, как обещание будет исполнено и завершено. Вот тогда и начнется все самое интересное.
– Приказываю, чтобы магия исчезла из клетки, – сказала я, чувствуя, как нагрелся металл кольца и камень вспыхнул зеленым пламенем, разрушая клетку и открывая дверь, словно это была простая тюрьма с простым заключенным. – У нас есть несколько минут, пока Лу не почуял неладное, – предупредила я Эгана, но он уже вырвался. Колдун больно схватил меня за руку и дернул на себя, открывая свой портал и утягивая меня за собой в черноту мироздания и неизвестность.
Боль прокатилась волной судорог по моему телу, заставляя сдавленно застонать и стиснуть зубы сильнее. Ногтями я впилась в упругую кожу Эгана, срывая с его узких губ такое приятное шипение злости, которое было музыкой для моих ушей. Он не мог убить меня, но причинить немного боли – вполне было в его силах, но и я могла отплатить тем же, если он вынудит меня. А он вынудил. Он мог сотворить портал и, не пытаясь оторвать мне руку, но не стал. Видимо, обиделся на клятвы. Но неужели Эган действительно считал, что я настолько доверчива, что по доброте душевной просто выпущу его и поверю, что он проведет меня к Расу?
Я люблю своего дракона, но еще не лишилась разума окончательно, как и инстинкта самосохранения, а Муран мне как раз не так давно принес книгу по кровным клятвам и их силе. Совпало просто идеально.
Меня практически выкинули из портала, отчего ватные ноги подкосились, и я больно ударилась коленями по разбитые камни пола. Чертыхнувшись, постаралась как можно скорее вскочить и посмотреть, где мы находились, как замерла, не имея сил пошевелиться или хотя бы дышать.
Мы были в том самом замке, в котором поймали Эгана и он привел меня сюда… значит, Рас…
– Они были все это время здесь? – тихо, не веря в истинность происходящего, прошептала я, обхватывая пальцами горло и озираясь по сторонам.
– Да, прямо у вас под носом, – широко улыбнулся Эган, отряхивая пыль со своей черной рубашки и смотря прямо на моего дракона – связанного и измученного голодом и магией. Большое, мускулистое тело дракона, казалось, миражом в пустыне – настолько нереальным все было вокруг. Его накрыли каким-то волшебным куполом, который не позволял Расу обернуться или использовать силу, даже пламя. Краем глаза я заметила огненного феникса, который потерял свой жар и, опустив голову, ютился в крохотной клетке из металла и… чешуи дракона…
– К-к-ак… как ты смог их скрыть? – спросила тихо и едва слышно, чувствуя, как он представшей передо мной картины все внутри меня напряглось и встрепенулось. Я впитывала в себя образ истерзанного и измученного Расона – черного дракона, крылья которого повисли плетьми вдоль мощного, гладкого тела, я с трудом разглядела небольшие лужицы крови прямо в тех местах, где Эган оторвал чешуйки, не позволяя тем исцелиться. Расон заметил меня и встрепенулся. Я слышала разрывающий рык боли и ярости, который прошелся судорогой по моим внутренностям, не позволяя мыслить связно.
– Я мастер снов, колдун, Коралина, неужели вы действительно считали, что я буду прозябать в клетке, которую вы сотворили для меня? Мои дети еще глупее, чем я привык их считать, – рассмеялся Эган.
– Твою армию уничтожили, – прошептала едва слышно, но это ничего не меняло.
– Плевать, – пренебрежительно отмахнулся от моих слов Эган, – мертвецов всегда достаточно, чтобы оживить сотню-другую в любом другом месте. Или ты считаешь, что я обделен материалом? – он покачал головой, в уголках его узких губ притаилась злорадная усмешка. – Малышка, весь мир усеян трупами, нужно лишь правильно их позвать.
– Отпусти Расона и Жюльтера, как мы и договаривались, – потребовала я, все-таки поднимаясь на ноги.
Рев Расона все еще отдавался эхом в моих ушах и боль, наполовину с гневом поднимались в моей душе, стирая границы принятых законов и правил. Мне хотелось оторвать голову Эгану и насадить ее на пику, чтобы все видели, что происходит с теми, кто переходит дорогу драконам и считает, что может рушить семьи и жизни. Эган заслужил самой жестокой кары! Он заслужил боль и смерть, Трилицый, почему ты до сих пор не покарал его?! Почему ты позволяешь такому жестокому диктатору, убийце и сумасшедшему ходить по сотворенному тобой миру безнаказанно и свободно?!
– Хм… – задумчиво протянул мужчина, пальцами касаясь своего квадратного подбородка и смотря на меня искристыми, пугающими омутами безумия, – я обещал отпустить вас, но не сказал, что позволю уйти домой, – оскалился Эган, повернувшись ко мне лицом и хватая меня за горло.
Его пальцы впились в мою кожу, словно железные канаты, не позволяя дышать, и связано думать. Рев Расона вновь послышался из-за купола, и все во мне встрепенулось от предвкушения развязки.
– Я надеялась, – с трудом смогла вымолвить я слова, чувствуя, как от нехватки кислорода начал туманиться разум, и я теряла связь с этим миром, – что ты так и скажешь, – улыбнулась с каким-то садистским удовольствием, сжимая пальцами свое кольцо и шепча: – Лу…
Позади Эгана вспыхнул черно-серый портал, и из него вылетели, иначе не скажешь, с десяток стражей, во главе с Луинаром, императором, сыном, братом и просто взбешенным правителем. Такому правителю, я бы ни за что не стала переходить дорогу, мне еще слишком дороги мои внутренности на своих неизменных местах.
– Наконец-то, можно тебя пр-р-р-рикончить! – прорычал Лу, кидаясь на своего отца с блеснувшим в свете солнца серебром мечом.
Неужели Эган действительно считал, что я приду к нему без плана?
Меня ухватили сильнее, перекрывая остатки кислорода, но мне хватило времени, чтобы поставить точку в том, что творилось вокруг. Осознание того, что сотворил Эган встрепенулось во мне, оно пронеслось волной хаоса, отчуждения и жажды расправы по телу, сокращая мышцы и действуя против воли. Мое сердце сжалось в предвкушении отмщения, когда я вытащила спрятанный под рубашкой небольшой кинжал и вонзила его в податливое тело ночного кошмара нашего мира.
Эган удивленно вскрикнул и отбросил меня в сторону, заставляя больно рухнуть на каменный пол, ударяясь спиной и локтем. Я зашипела сквозь стиснутые зубы, пытаясь сгруппироваться и отползти подальше, потому что Лу был во всем величии и устремился к отцу, желая завершить план.
Повелитель кошмаров и снов не ожидал, что на него кинется сразу столько сильных и явно агрессивно настроенных драконов. Он пытался отбиваться, но кинжал, который пронзил его бок причинял не столько физическую боль, сколько отминал остатки магии, которые еще теплились в душе Эгана.
Не прошло и двух минут, как мой несостоявшийся родственник рухнул, как подкошенный, зажимая рану на животе. Лу стоял над своим отцом, удерживая острие серебряного меча на пульсирующей жилке пульса мужчины. Я видела, как колебался Луинар. Он хотел убить своего отца, он жаждал пролить кровь того, кто причинил немыслимое количество боли и страданий близким дракону людям. Бросив на меня оценивающий взгляд, император сделал то, о чем грезил многие годы.
– За множественные убийства, злоупотребление магией и просто за свой скотский характер, я – император Шеноры, приговариваю тебя к смерти Эган Ночной. Твоя душа будет извлечена и уничтожена, а тело предадут ледяному дыханию, – каждое слово Лу било прямо в цель и чем больше Эган узнавал, тем сильнее ужас прорисовывался в черных, бездонно кошмарных глазах мужчины.
Он мог быть лучшей версией себя – познать радость семьи и отцовства, мог стать императором, получить любовь близких, понимание и защиту… но жажда власти и желание уничтожить все прекрасное в нашем светлом мире, погубили его, сделав завистливым, жадным и обозленным.
Он заслужил смерть. Он заслужил боль, которая прокатывалась волнами по побледневшему телу.
Он заслужил!
Но в глубине души, когда острие меча пронзило плоть и кости, я ощутила горечь.
Я понимала, что не будь Эган таким, как он есть, то ни Лу, ни Рас не стали бы теми, кем они являлись. Они не достигли бы тех высок, о которых мечтал каждый дракон. И пусть я ненавидела Эгана каждой клеточкой своего тела, вся моя душа кричала о том, что этот кошмар мог закончиться лишь смертью – моих близких или врага, но внутри все равно встрепенулась жалость.
Каждый из нас порождает своих собственных демонов. И ни семья, ни друзья не могут ничего сделать с тем, кто сам шел по тропе злости и обиды.
Я заметила, как рухнули последние всполохи магии Эгана, когда его голова отделилась от остального тела и почувствовала все истинные эмоции Раса, что пронеслись вихрем по мне, уничтожая и вознося над происходящим. Я задохнулась от той силы любви и заботы, которые источал каждой частицей своего большого сердца Расон и толику скорби, когда он увидел смерть своего отца.
– Все кончено, – только и смогла сказать я, с трудом поднимаясь на ноги и чуть прихрамывая. Упала я очень неудачно.
– Кончено, – сдавленно выдохнул Луинар, падая на одно колено и сжимая окровавленный меч, ища опоры. Он стал тем, кто освободил свою семью и подарил нам светлое будущее, без боли и страха.
– Ты справился, – улыбнулась я, чувствуя, как по моим щекам потекли горячие слезы, увлажняя холодную кожу. – Ты сделал это, Лу, – подойдя к императору драконов, я сжала его в ободряющих и одновременно с этим благодарных объятиях. Он обвил руки вокруг меня, меч со звоном упал на пол.
– Все благодаря тебе, сестренка, – похвалил меня Лу и поцеловал в макушку, даря свое тепло и радость. Я не представляла, как тяжело это – лишить жизни того, кто подарил ее тебе. Эган был отцом… отчасти… но именно подарил жизнь Лу и Расу, и… их эмоции сейчас были такими непредсказуемыми, что даже лекари души никогда бы не смогли разобраться в этом.
Прозвучал оглушающий рев, и я обернулась, чувствуя, как коленки предательски подкосились, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Прямо на моих глазах величественный, черный дракон обратился, превозмогая боль и сковывающие остатки магии. И прежде, чем я поняла, что делаю, ноги уже несли меня к моему любимому. От слез небольшая тропинка расплывалась перед глазами, но мне не нужно было зрение, чтобы добраться до своего дракона.
На всей скорости я врезалась в крепкое тело Расона, стискивая его руками с такой силой, что будь во мне хоть немного крови драконов, то моего мужчину пришлось бы лечить от сломанных ребер. Я зарылась лицом в обнаженную грудь Раса, не имея сил оторваться. Казалось, мир рухни, а я продолжу стоять и обнимать самого любимого и родного человека во всем мире. Слезы счастья и благодарности, что он смог выжить и не сломался окропили истерзанную кожу ненаследного принца.
– Прости, – шептала я, ощущая, как слабость и вина стиснули мое сердце, выворачивая внутренности и разрушая душу. – Прости, прости меня, если сможешь… Я не смогла тебя найти… прости… – шептала я без перерыва, сотрясаясь от рыданий сожаления и облегчения. – Если бы я лучше работала, – продолжила, целуя раненную кожу и пытаясь хоть как-то облегчить порезы Расона. – Если бы доверилась магии… то… смогла бы почувствовать тебя здесь… Прости…
– Ш-ш-ш… – пытался прервать мои извинения Рас, в ответ прижимая к себе, наплевав на раны и боль. – Ты ни в чем не виновата. Ни ты, ни Лу. Вы искали нас, вы сделали все, чтобы в ваших силах, жемчужина, – заверял мен дракон. Осторожно отстранившись от меня, он обхватил своими сильными, длинными пальцами мой подбородок и приподнял голову, чтобы взглянуть в мои глаза.
Но я чувствовала себя виноватой.
Я должна была найти Расона раньше. Обязана! Я ведь его истинная пара, демон вас всех пожри без масла и соли! Я его половинка, а в итоге… от меня было не больше толку, чем от раненной лошади на поле боя…
– Я знал, что вы справитесь, Коралина. Я знал, что вы найдете нас с Жюлем и спасете. Но мне не дает покоя тот факт, что ты отправилась с Эганом в одиночку, – а вот теперь эмоции Расона сместились и трансформировались, превращаясь в колючую злобу, что прокатилась волной холода под моей кожей, заставляя вздрогнуть.
М-м-м…
– Это был мой план, – заступилась я за Лу и Мурана, удерживая Расона от жестокой расправы над собственным братом и василиском. – Я понимала, что без Эгана мы бы потратили слишком много времени, – затараторила я, обвиваясь вокруг своего дракона, как лоза. – Мы могли опоздать… никто из нас не знал, насколько вы были с Жюльтером ранены… Нельзя было терять время! – воскликнула я убежденно.
– Сестренка преувеличивает, беря на себя всю вину, – выступил вперед Лу. На его губах появилась довольная усмешка, но глаз она не коснулась. Я видела скорбь и боль в потемневших, карамельно-янтарных омутах. Мои внутренности болезненно сжались. – Я знал, что у Эгана осталось не так много времени, пока его магия полностью не исчезнет, а после того, как мы через метку проникли в его память, то у него оставался лишь один вариант.
– Мы предположили, что Эган попытается связаться со мной и вынудить освободить его. Пришлось разыграть все так, словно я иду против воли Лу, пытаясь спасти тебя и Жюльтера, – продолжила я рассказ, не имея сил отойти от Раса. Я касалась его кожи, проверяя, настоящий он или нет. – Но Муран нашел магический кинжал, когда Эган нарушил клятву, я имела полное право расправиться с ним, так как магия больше не имела власти над нами, – улыбнулась я, вспоминая с каким удовольствием всадила лезвие в тело ночного ужаса.
– Это было слишком рискованно, – но, как все мы и предполагали, Рас был слишком опекающим возлюбленным, чтобы успокоиться после наших объяснений.
– Не более, чем отправляться на Эгана с фениксом в одиночку, – напомнила я Расону, что произошедшее отчасти являлось последствием его собственных действий. Злость, вперемешку со страхом вспыхнули во мне и я, приподнявшись на носочки, схватила своего любимого за шею и притянула к себе. – Больше никогда не смей так поступать со мной! – приказала я дракону, замечая, как дрожь удовольствия прокатилась по его телу. Пусть мы были знакомы не так давно, но я уже слишком хорошо изучила эмоции своей пары, к тому же, наладившаяся между нами эмоциональная нить в этом неплохо помогала.
– Хорошо. Клянусь отпустить своих пленников.
– Клянусь, что отпущу Эгана Ночного из темницы и не стану его преследовать, – произнесла я слова, которые были необходимы, и мы с ночным кошмаром обменялись рукопожатиями. Магия пронеслась через наши тела, заставляя меня неосознанно вскрикнуть и прижать свободную ладонь к губам.
– А теперь открывай клетку, принцесса, – широко улыбнулся Эган, дергая мои руку к себе и заставляя меня встретиться взглядом с собой. Мужчина был жутким, бледная кожа в некоторых местах стала почти прозрачной, просвечивая синие вены, а рана от моего укуса только-только начала заживать. Без своих полных сил, Эган был не таким опасным, но я знала, что стоит мне только выпустить из клетки, как магия вернется в его тело и он…
Единственное, что сдерживало его от того, чтобы прикончить меня прямо сейчас и сбежать – клятва и мы оба это понимали. Я не смогу причинить вред Эгану, как и он мне, пока в нашей крови горит магия клятвы. Мы были единственными, кто не может прикончить друг друга до того момента, как обещание будет исполнено и завершено. Вот тогда и начнется все самое интересное.
– Приказываю, чтобы магия исчезла из клетки, – сказала я, чувствуя, как нагрелся металл кольца и камень вспыхнул зеленым пламенем, разрушая клетку и открывая дверь, словно это была простая тюрьма с простым заключенным. – У нас есть несколько минут, пока Лу не почуял неладное, – предупредила я Эгана, но он уже вырвался. Колдун больно схватил меня за руку и дернул на себя, открывая свой портал и утягивая меня за собой в черноту мироздания и неизвестность.
Боль прокатилась волной судорог по моему телу, заставляя сдавленно застонать и стиснуть зубы сильнее. Ногтями я впилась в упругую кожу Эгана, срывая с его узких губ такое приятное шипение злости, которое было музыкой для моих ушей. Он не мог убить меня, но причинить немного боли – вполне было в его силах, но и я могла отплатить тем же, если он вынудит меня. А он вынудил. Он мог сотворить портал и, не пытаясь оторвать мне руку, но не стал. Видимо, обиделся на клятвы. Но неужели Эган действительно считал, что я настолько доверчива, что по доброте душевной просто выпущу его и поверю, что он проведет меня к Расу?
Я люблю своего дракона, но еще не лишилась разума окончательно, как и инстинкта самосохранения, а Муран мне как раз не так давно принес книгу по кровным клятвам и их силе. Совпало просто идеально.
Меня практически выкинули из портала, отчего ватные ноги подкосились, и я больно ударилась коленями по разбитые камни пола. Чертыхнувшись, постаралась как можно скорее вскочить и посмотреть, где мы находились, как замерла, не имея сил пошевелиться или хотя бы дышать.
Мы были в том самом замке, в котором поймали Эгана и он привел меня сюда… значит, Рас…
– Они были все это время здесь? – тихо, не веря в истинность происходящего, прошептала я, обхватывая пальцами горло и озираясь по сторонам.
– Да, прямо у вас под носом, – широко улыбнулся Эган, отряхивая пыль со своей черной рубашки и смотря прямо на моего дракона – связанного и измученного голодом и магией. Большое, мускулистое тело дракона, казалось, миражом в пустыне – настолько нереальным все было вокруг. Его накрыли каким-то волшебным куполом, который не позволял Расу обернуться или использовать силу, даже пламя. Краем глаза я заметила огненного феникса, который потерял свой жар и, опустив голову, ютился в крохотной клетке из металла и… чешуи дракона…
– К-к-ак… как ты смог их скрыть? – спросила тихо и едва слышно, чувствуя, как он представшей передо мной картины все внутри меня напряглось и встрепенулось. Я впитывала в себя образ истерзанного и измученного Расона – черного дракона, крылья которого повисли плетьми вдоль мощного, гладкого тела, я с трудом разглядела небольшие лужицы крови прямо в тех местах, где Эган оторвал чешуйки, не позволяя тем исцелиться. Расон заметил меня и встрепенулся. Я слышала разрывающий рык боли и ярости, который прошелся судорогой по моим внутренностям, не позволяя мыслить связно.
– Я мастер снов, колдун, Коралина, неужели вы действительно считали, что я буду прозябать в клетке, которую вы сотворили для меня? Мои дети еще глупее, чем я привык их считать, – рассмеялся Эган.
– Твою армию уничтожили, – прошептала едва слышно, но это ничего не меняло.
– Плевать, – пренебрежительно отмахнулся от моих слов Эган, – мертвецов всегда достаточно, чтобы оживить сотню-другую в любом другом месте. Или ты считаешь, что я обделен материалом? – он покачал головой, в уголках его узких губ притаилась злорадная усмешка. – Малышка, весь мир усеян трупами, нужно лишь правильно их позвать.
– Отпусти Расона и Жюльтера, как мы и договаривались, – потребовала я, все-таки поднимаясь на ноги.
Рев Расона все еще отдавался эхом в моих ушах и боль, наполовину с гневом поднимались в моей душе, стирая границы принятых законов и правил. Мне хотелось оторвать голову Эгану и насадить ее на пику, чтобы все видели, что происходит с теми, кто переходит дорогу драконам и считает, что может рушить семьи и жизни. Эган заслужил самой жестокой кары! Он заслужил боль и смерть, Трилицый, почему ты до сих пор не покарал его?! Почему ты позволяешь такому жестокому диктатору, убийце и сумасшедшему ходить по сотворенному тобой миру безнаказанно и свободно?!
– Хм… – задумчиво протянул мужчина, пальцами касаясь своего квадратного подбородка и смотря на меня искристыми, пугающими омутами безумия, – я обещал отпустить вас, но не сказал, что позволю уйти домой, – оскалился Эган, повернувшись ко мне лицом и хватая меня за горло.
Его пальцы впились в мою кожу, словно железные канаты, не позволяя дышать, и связано думать. Рев Расона вновь послышался из-за купола, и все во мне встрепенулось от предвкушения развязки.
– Я надеялась, – с трудом смогла вымолвить я слова, чувствуя, как от нехватки кислорода начал туманиться разум, и я теряла связь с этим миром, – что ты так и скажешь, – улыбнулась с каким-то садистским удовольствием, сжимая пальцами свое кольцо и шепча: – Лу…
Позади Эгана вспыхнул черно-серый портал, и из него вылетели, иначе не скажешь, с десяток стражей, во главе с Луинаром, императором, сыном, братом и просто взбешенным правителем. Такому правителю, я бы ни за что не стала переходить дорогу, мне еще слишком дороги мои внутренности на своих неизменных местах.
– Наконец-то, можно тебя пр-р-р-рикончить! – прорычал Лу, кидаясь на своего отца с блеснувшим в свете солнца серебром мечом.
Неужели Эган действительно считал, что я приду к нему без плана?
Меня ухватили сильнее, перекрывая остатки кислорода, но мне хватило времени, чтобы поставить точку в том, что творилось вокруг. Осознание того, что сотворил Эган встрепенулось во мне, оно пронеслось волной хаоса, отчуждения и жажды расправы по телу, сокращая мышцы и действуя против воли. Мое сердце сжалось в предвкушении отмщения, когда я вытащила спрятанный под рубашкой небольшой кинжал и вонзила его в податливое тело ночного кошмара нашего мира.
Эган удивленно вскрикнул и отбросил меня в сторону, заставляя больно рухнуть на каменный пол, ударяясь спиной и локтем. Я зашипела сквозь стиснутые зубы, пытаясь сгруппироваться и отползти подальше, потому что Лу был во всем величии и устремился к отцу, желая завершить план.
Повелитель кошмаров и снов не ожидал, что на него кинется сразу столько сильных и явно агрессивно настроенных драконов. Он пытался отбиваться, но кинжал, который пронзил его бок причинял не столько физическую боль, сколько отминал остатки магии, которые еще теплились в душе Эгана.
Не прошло и двух минут, как мой несостоявшийся родственник рухнул, как подкошенный, зажимая рану на животе. Лу стоял над своим отцом, удерживая острие серебряного меча на пульсирующей жилке пульса мужчины. Я видела, как колебался Луинар. Он хотел убить своего отца, он жаждал пролить кровь того, кто причинил немыслимое количество боли и страданий близким дракону людям. Бросив на меня оценивающий взгляд, император сделал то, о чем грезил многие годы.
– За множественные убийства, злоупотребление магией и просто за свой скотский характер, я – император Шеноры, приговариваю тебя к смерти Эган Ночной. Твоя душа будет извлечена и уничтожена, а тело предадут ледяному дыханию, – каждое слово Лу било прямо в цель и чем больше Эган узнавал, тем сильнее ужас прорисовывался в черных, бездонно кошмарных глазах мужчины.
Он мог быть лучшей версией себя – познать радость семьи и отцовства, мог стать императором, получить любовь близких, понимание и защиту… но жажда власти и желание уничтожить все прекрасное в нашем светлом мире, погубили его, сделав завистливым, жадным и обозленным.
Он заслужил смерть. Он заслужил боль, которая прокатывалась волнами по побледневшему телу.
Он заслужил!
Но в глубине души, когда острие меча пронзило плоть и кости, я ощутила горечь.
Я понимала, что не будь Эган таким, как он есть, то ни Лу, ни Рас не стали бы теми, кем они являлись. Они не достигли бы тех высок, о которых мечтал каждый дракон. И пусть я ненавидела Эгана каждой клеточкой своего тела, вся моя душа кричала о том, что этот кошмар мог закончиться лишь смертью – моих близких или врага, но внутри все равно встрепенулась жалость.
Каждый из нас порождает своих собственных демонов. И ни семья, ни друзья не могут ничего сделать с тем, кто сам шел по тропе злости и обиды.
Я заметила, как рухнули последние всполохи магии Эгана, когда его голова отделилась от остального тела и почувствовала все истинные эмоции Раса, что пронеслись вихрем по мне, уничтожая и вознося над происходящим. Я задохнулась от той силы любви и заботы, которые источал каждой частицей своего большого сердца Расон и толику скорби, когда он увидел смерть своего отца.
– Все кончено, – только и смогла сказать я, с трудом поднимаясь на ноги и чуть прихрамывая. Упала я очень неудачно.
– Кончено, – сдавленно выдохнул Луинар, падая на одно колено и сжимая окровавленный меч, ища опоры. Он стал тем, кто освободил свою семью и подарил нам светлое будущее, без боли и страха.
– Ты справился, – улыбнулась я, чувствуя, как по моим щекам потекли горячие слезы, увлажняя холодную кожу. – Ты сделал это, Лу, – подойдя к императору драконов, я сжала его в ободряющих и одновременно с этим благодарных объятиях. Он обвил руки вокруг меня, меч со звоном упал на пол.
– Все благодаря тебе, сестренка, – похвалил меня Лу и поцеловал в макушку, даря свое тепло и радость. Я не представляла, как тяжело это – лишить жизни того, кто подарил ее тебе. Эган был отцом… отчасти… но именно подарил жизнь Лу и Расу, и… их эмоции сейчас были такими непредсказуемыми, что даже лекари души никогда бы не смогли разобраться в этом.
Прозвучал оглушающий рев, и я обернулась, чувствуя, как коленки предательски подкосились, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Прямо на моих глазах величественный, черный дракон обратился, превозмогая боль и сковывающие остатки магии. И прежде, чем я поняла, что делаю, ноги уже несли меня к моему любимому. От слез небольшая тропинка расплывалась перед глазами, но мне не нужно было зрение, чтобы добраться до своего дракона.
На всей скорости я врезалась в крепкое тело Расона, стискивая его руками с такой силой, что будь во мне хоть немного крови драконов, то моего мужчину пришлось бы лечить от сломанных ребер. Я зарылась лицом в обнаженную грудь Раса, не имея сил оторваться. Казалось, мир рухни, а я продолжу стоять и обнимать самого любимого и родного человека во всем мире. Слезы счастья и благодарности, что он смог выжить и не сломался окропили истерзанную кожу ненаследного принца.
– Прости, – шептала я, ощущая, как слабость и вина стиснули мое сердце, выворачивая внутренности и разрушая душу. – Прости, прости меня, если сможешь… Я не смогла тебя найти… прости… – шептала я без перерыва, сотрясаясь от рыданий сожаления и облегчения. – Если бы я лучше работала, – продолжила, целуя раненную кожу и пытаясь хоть как-то облегчить порезы Расона. – Если бы доверилась магии… то… смогла бы почувствовать тебя здесь… Прости…
– Ш-ш-ш… – пытался прервать мои извинения Рас, в ответ прижимая к себе, наплевав на раны и боль. – Ты ни в чем не виновата. Ни ты, ни Лу. Вы искали нас, вы сделали все, чтобы в ваших силах, жемчужина, – заверял мен дракон. Осторожно отстранившись от меня, он обхватил своими сильными, длинными пальцами мой подбородок и приподнял голову, чтобы взглянуть в мои глаза.
Но я чувствовала себя виноватой.
Я должна была найти Расона раньше. Обязана! Я ведь его истинная пара, демон вас всех пожри без масла и соли! Я его половинка, а в итоге… от меня было не больше толку, чем от раненной лошади на поле боя…
– Я знал, что вы справитесь, Коралина. Я знал, что вы найдете нас с Жюлем и спасете. Но мне не дает покоя тот факт, что ты отправилась с Эганом в одиночку, – а вот теперь эмоции Расона сместились и трансформировались, превращаясь в колючую злобу, что прокатилась волной холода под моей кожей, заставляя вздрогнуть.
М-м-м…
– Это был мой план, – заступилась я за Лу и Мурана, удерживая Расона от жестокой расправы над собственным братом и василиском. – Я понимала, что без Эгана мы бы потратили слишком много времени, – затараторила я, обвиваясь вокруг своего дракона, как лоза. – Мы могли опоздать… никто из нас не знал, насколько вы были с Жюльтером ранены… Нельзя было терять время! – воскликнула я убежденно.
– Сестренка преувеличивает, беря на себя всю вину, – выступил вперед Лу. На его губах появилась довольная усмешка, но глаз она не коснулась. Я видела скорбь и боль в потемневших, карамельно-янтарных омутах. Мои внутренности болезненно сжались. – Я знал, что у Эгана осталось не так много времени, пока его магия полностью не исчезнет, а после того, как мы через метку проникли в его память, то у него оставался лишь один вариант.
– Мы предположили, что Эган попытается связаться со мной и вынудить освободить его. Пришлось разыграть все так, словно я иду против воли Лу, пытаясь спасти тебя и Жюльтера, – продолжила я рассказ, не имея сил отойти от Раса. Я касалась его кожи, проверяя, настоящий он или нет. – Но Муран нашел магический кинжал, когда Эган нарушил клятву, я имела полное право расправиться с ним, так как магия больше не имела власти над нами, – улыбнулась я, вспоминая с каким удовольствием всадила лезвие в тело ночного ужаса.
– Это было слишком рискованно, – но, как все мы и предполагали, Рас был слишком опекающим возлюбленным, чтобы успокоиться после наших объяснений.
– Не более, чем отправляться на Эгана с фениксом в одиночку, – напомнила я Расону, что произошедшее отчасти являлось последствием его собственных действий. Злость, вперемешку со страхом вспыхнули во мне и я, приподнявшись на носочки, схватила своего любимого за шею и притянула к себе. – Больше никогда не смей так поступать со мной! – приказала я дракону, замечая, как дрожь удовольствия прокатилась по его телу. Пусть мы были знакомы не так давно, но я уже слишком хорошо изучила эмоции своей пары, к тому же, наладившаяся между нами эмоциональная нить в этом неплохо помогала.
