Пролог
Смех и шутки сменились едва различимым шёпотом. Никто больше не бахвалился своей смелостью. С тех пор, как над горизонтом нависли серые, угрюмые горы, все спутники Ноя стали вести себя крайне осторожно.
- Давайте устроим привал, - сказал слишком сильным для своего возраста голосом караванщик.
По иронии судьбы, этот морщинистый мужчина был единственным, благодаря кому Ной - самый молодой охранник каравана - чувствовал себя более-менее уверенно.
Старый караванщик был единственным среди сопровождавших караван мужчин, кто всё ещё продолжал сохранять спокойствие. Он вёл себя так, словно неторопливо прогуливается с лошадью по берегу озера, а не шёл с караваном по полной опасностей унылой пустыне, рискуя нарваться на какую-нибудь банду. Впрочем, для них, сейчас бредущих по краю человеческого мира, смертные грабители были наименьшей проблемой.
Когда все спешились, Ной последовал их примеру. Приказ отдыхать было бы легко выполнить, если б рядом был ствол хотя бы какого-нибудь, самого захудалого дерева, к которому можно было бы привязать лошадь.
- Мальчик, смотри и учись, - заметив недоумение Ноя, сказал хозяин каравана.
Продолжавший сидеть верхом старик кивнул другим охранникам, велев им снять с телеги несколько бочек. Опустив бочки на песок, они прибили к ним несколько шестов.
Взяв под уздцы свою лошадь, Ной привязал её к импровизированной коновязи.
- Ты должен сначала вымыть руки, прежде чем прикасаться к бочке, - рявкнул на юношу мускулистый охранник.
- Полегче с ним, - впился взглядом в мускулистого парня караванщик. - Это его первая поездка в качестве охранника.
Мужчина ухмыльнулся:
- В его возрасте я уже десятки раз сопровождал караван.
- Ага, - усмехнулся Ной, - вот, значит, почему ты так испугался, когда увидел горы демонов?
Эти слова внезапно настолько разозлили охранника, что он толкнул Ноя. Остальные начали ругаться.
Удивлённый их реакцией Ной отступил. Его рука потянулась к рукояти меча.
- Хватит, придурки! – рявкнул на охранников хозяин каравана. - Вы чего разорались?
- Ты должен научить этого мальчишку держать язык за зубами, - мускулистый охранник указал пальцем на Ноя.
- А ты должен впредь выбирать себе равного по силе противника, - упрекнул охранника хозяин каравана. Он поманил к себе Ноя. - Иди сюда.
Ной догнал старика, который отвёл свою лошадь от фургона ровно настолько, чтобы быть вне пределов слышимости.
"Сейчас начнётся", - подумал Ной. Он был не в настроении слушать нотации, однако чувствовал благодарность по отношению к старику, предотвратившему кровавое столкновение. Излишне говорить, чья бы кровь пролилась, если б Ной обнажил перед дюжиной разъярённых стражников меч.
- Скажи-ка мне, мальчик, что родители рассказывали тебе о демонах? - спросил хозяин каравана.
Ной потёр голову, пытаясь вспомнить, слышал ли он что-нибудь о них от родителей.
- Они никогда мне о них не рассказывали, - наконец, сказал он.
- Ясно, - сказав это, старик наклонился к Ною. - Следующие за нами мужчины ничем не отличаются от твоих родителей. Они тоже не любят разговаривать об обитателях Великой Пустыни. Он кивнул в сторону далёких гор. - Особенно, находясь так близко к землям, где те живут.
Мысль о том, что он сейчас, возможно, находится в нескольких милях от демонов, не могла не взволновать Ноя.
- Думаете, если мы будем о них разговаривать, они~
- Малыш, неважно, что об этом думаю я, - старик указал на охранников. - Я просто не хочу, чтобы ты нервировал этих людей. Не хочу, чтобы ты попал в беду. Потому что, если ты их разозлишь, когда меня не будет рядом, никто не помешает им тебя убить.
Караванщик развернул лошадь, собираясь вернуться на своё место, но Ной его остановил.
- Вы не боитесь, потому что знаете, что демонов не существует, верно? - спросил он.
Старик, натянув поводья, глубоко вздохнул:
- Два дня назад, возвращаясь в Кахор, я увидел выезжающего из Великой Пустыни на чёрном жеребце человека. Мои люди, испугавшись, подумали, что их преследует демон. Но когда он подъехал ближе, мы поняли, что это всего лишь измученный жаждой путник.
Рассказ старика заставил Ноя немного смутиться:
- Что вы хотите этим сказать? Что Великая Пустыня населена такими же, как мы, людьми?
Старик обернулся:
- Я хочу сказать, что не всё, что говорят люди, правда...
- Леопард! - заглушил слова старика громкий крик.
Ной резко обернулся, глазами выискивая зверя. Затем услышал рёв, за которым послышалось улюлюканье. Наконец, Ной увидел леопарда, но тот был уже мёртв - из его тела торчало несколько копий. Он облегчённо вздохнул, поняв, что опасность миновала.
А вот на старика произошедшее, похоже, не произвело никакого впечатления. Вместо того, чтобы разглядывать поверженного леопарда, он встревоженным взглядом смотрел куда-то вдаль.
- Парни, нужно уходить. Седлайте лошадей, - внезапно приказал он, хотя люди едва ли успели отдохнуть.
Приказ вызвал недовольство, но никто не осмелился ослушаться.
Только Ной решился подойти к старику и спросить:
- Что-то не так?
- Призраки, - сказал хозяин каравана, продолжая смотреть в сторону горизонта. - Нас засекло их око. Теперь они о нас знают.
- Призраки? - Но я думал, вы не верите в~
- Призраки существуют, мальчик. Я видел оставленные ими трупы.
Ной впервые видел, чтобы всегда сдержанный хозяин каравана нервничал.
- Всё, хватит болтать. Забирайся в седло, - скомандовал старик.
Ной сглотнул. Хотя он много тренировался, ему ещё не доводилось участвовать в реальном бою.
- Вы ведь знаете, как с ними сражаться? - спросил он.
- Наивный. Никто не сражается с призраками. Я смог дожить до своих лет только потому, что успевал вовремя убежать. А теперь шевелись, если не хочешь остаться здесь.
Ною не нужно было повторять дважды - он тут же бросился к своей лошади. Отвязав её от коновязи, он посмотрел на тяжёлый бочонок, всё ешё продолжавший стоять на песке. Ненадолго задумавшись, попросил охранников помочь поднять его на повозку, но те от него отмахнулись.
- Забудь об этой треклятой бочке! Ты нам мешаешь, малыш!
Хозяин каравана направил коня вперёд, остальные последовали за ним. Сбитый с толку их стремительностью Ной поспешно вскочил в седло.
В этот момент из пустыни донёсся пронзительный крик.
- Чёрт! - в тот момент, когда один из охранников оглянулся, у него отвисла челюсть.
Ною не нужно было быть опытным охранником, чтобы понять, что это был за крик. Да и испуганные лица окружающих его людей были красноречивее любых слов.
Это был вопль Призрака.
Глава 1.
Чужак в таверне.
Резкое амбре ударило в нос, едва Мейслон переступил порог таверны. В нем смешалась вонь застарелого пота, ароматы расставленной на столах румяной баранины и запах дымящегося по углам ладана. Причём ладан явно проигрывал в неравной схватке запаху пота, исходящему от давно немытых тел.
- Чужак, я могу тебе чем-то помочь? – уставился на него толстый трактирщик.
Честно говоря, Мейслон думал, что его прихода в таверну вообще никто не заметит. Неужели было настолько очевидно, что он не местный?
- Я ищу Куслова, - ответил он, опёршись локтями на деревянную стойку.
- Зачем? – спросил толстяк.
- Мне сказали, он нуждается в моих услугах.
- Вот как? - приподнял бровь трактирщик, смерив его насмешливым взглядом, особое внимание уделив порванной в нескольких местах одежде. – Он сегодня ещё не появлялся.
- Я подожду, - пожал плечами Мейслон.
- Надеюсь, твой меч не покинет ножен, пока ты находишься в моем заведении? – спросил трактирщик, посмотрев на торчащую из ножен рукоять клинка.
«Если никто меня не вынудит», - подумал Мейслон, вслух же сказал: - Он будет так же неподвижен, как эта стойка.
- Что ж, отлично. Что будешь заказывать?
- Пока ничего, - покачал головой парень.
К сожалению, монет, ходивших по территории Горании, у него в наличии не было, а менять на кружку эля свой щит он, естественно, не собирался. В крайнем случае, если его слишком сильно замучает жажда, он сможет напиться из фонтана снаружи.
Усевшись на один из свободных стульев, Мейслон обвёл взглядом зал. Столики были заняты самым разношёрстным народом. Кого здесь только не было: разодетые купцы, решившие расслабиться после изнурительного путешествия, наёмники, выискивавшие среди толпы возможных нанимателей.
Меж столиков, зазывно покачивая бёдрами, сновали полуголые подавальщицы, до которых Мейслону, признаться, не было никакого дела. И причиной тому было не столько отсутствие денег, как банальная усталость.
Все его мышцы нестерпимо ныли, стоило вспомнить о путешествии, которое он едва сумел пережить. О землях демонов, которые в его народе называли землями смерти. Обстановка в них была настолько угнетающей, что через несколько дней он уже не мог понять, на каком свете находится - на том или на этом.
Сотни раз юноше казалась, что его душа, распавшись на множество мелких фрагментов, вот-вот покинет бренное тело. Временами чудилось, что он давно уже мёртв и сам превратился в демона Великой Пустыни. И только в моменты, когда его пустой желудок начинал жалобно урчать, он понимал, что все ещё жив.
Эта вонючая таверна, в сравнении с Великой Пустыней, которую его соплеменники называли Си’оли, была настоящим раем.
Мейслон не рассчитывал, что сможет выжить в том аду. Он думал, это станет концом его жизненного пути. Но раз ему, все же, удалось сюда добраться, он решил найти Куслова, о существовании которого узнал от спасшего его старика-караванщика.
Тот человек нашёл бессознательного юношу недалеко от торгового пути, по которому ходили направляющиеся из Бизонтии в Мюрасен караваны, и привёз в Кахору.
По словам купца, Куслов был человеком, занимающимся наймом воинов для охраны торговых караванов. Нанявшись к нему, Мейслон надеялся подзаработать немного деньжат, на которые можно будет купить ароматного хлеба, а возможно, ещё и пахучей баранины.
И снять в таверне комнату, уют которой будет напрямую зависеть от количества заработанных монет. Впрочем, отсутствие места для сна не было для него большой проблемой, как и для всех воинов его племени.
Подумав об этом, он внезапно вспомнил своего деда. Только сейчас он понял, насколько ценными были знания, что с таким упорством вбивал ему в голову старик. Именно он обучил его языку Горании. Хотя его произношение сильно отличалось от того, что он сейчас слышал, Мейслон легко мог понять, о чем говорят за соседним столом.
Единственными незнакомыми словами, значение которых он понял не сразу, были Эбла и Мехра, но Мейслон быстро понял, что это женские имена. Его догадки превратились в уверенность, когда сидящие за соседним столом мужчины начали обсуждать прелести этих женщин.
Если бы здесь сейчас был его отец, он непременно укоротил бы этим сплетникам языки.
С каждым часом людей в таверне становилось все меньше, однако Мейслон, несмотря на это, по-прежнему продолжал сидеть на своём стуле.
- Эй, ты! Осталось всего пару часов до рассвета! - окликнул его из-за стойки трактирщик. - Проваливай, я буду закрывать заведение.
Мейслон понял, что ненадолго задремал - сейчас он был единственным оставшимся в таверне посетителем.
- Видимо, придется попытать счастья в другой раз... - пробормотал он.
Внезапно юноша услышал, как заржал его жеребец, привязанный к коновязи у входа в таверну.
Его конь обычно вёл себя спокойно - такое поведение было ему несвойственно. Потом Мейслон услышал чьи-то тяжёлые шаги. Судя по топоту, там было не больше трёх человек. Какой шанс, что эти ребята просто прохожие, случайно побеспокоившие его лошадь?
Выхватив меч, Мейслон бросился к выходу.
- Что за молодёжь нынче пошла? – покачал головой трактирщик, глядя ему вслед. – Всё куда-то бегут, куда-то спешат…
К тому времени, когда мужчина закончил свой вопрос, Мейслона уже и след простыл.
Выбежав наружу, он наткнулся на группу вооружённых мужчин, один из которых, натужно кряхтя, тянул за узду его жеребца.
- Эй, ты! Сейчас же убрал руки от моего коня! – закричал Мейслон.
- Парниша, захлопнись, если тебе дорога жизнь! – посмотрел на юношу один из головорезов, направляя в его сторону клинок.
Они не оставили Мейслону другого выбора.
- Вас трое, - вздохнул он. – Это несправедливо.
- Жизнь вообще несправедливая штука, - загоготал в ответ головорез, не поняв, что парень имел ввиду.
- Для вас несправедливо, - усмехнулся Мейслон, после чего, подняв меч, бросился в атаку.
Грабитель попытался блокировать его удар, но в следующее мгновение взвыл от боли, баюкая обрубок руки.
Ударом наотмашь юноша рассёк живот второго бандита. Затем, отступив вбок, блокировал атаку третьего, который ради того, чтобы помочь своим товарищам, бросил уздечку лошади.
Несмотря на то, что Мейслон двигался довольно быстро, этот негодяй смог краем клинка зацепить его плечо.
Правда Мейслон почти не почувствовал боли - эта царапина только сильнее его разозлила. Одним резким ударом он отделил голову грабителя от тела.
- Иди сюда! – поманил пальцем последнего остававшегося в живых, не так давно лишившегося руки. - Я избавлю тебя от боли!
Однако грабитель бросился наутёк, заставив Мейслона скрипнуть зубами.
В этот момент он вспомнил, как драпали трусы, что сожгли в лачуге его сестёр и мать. В тот день он пообещал себе, что больше не отпустит ни одного бандита безнаказанным.
Подумав об этом, Мейслон бросился за вором, решив преследовать его, пока не убьёт. Даже если на его поимку уйдёт остаток ночи.
- Остановись! Ты ранен! - окликнул Мейслона знакомый голос. Обернувшись, он увидел спешащего к нему трактирщика. Подойдя к юноше, мужчина осмотрел его рану. - Нужно срочно найти Бумара! Следуй за мной!
Его глубокий голос больше не был суровым. Скорее взволнованным.
Мейслон не собирался подчиняться, но крепкая рука трактирщика его остановила.
- Хочешь умереть?
Юноша в ответ покачал головой.
- Тогда следуй за мной, - строгим взглядом посмотрел на него мужчина.
Возможно, Мейслон его б не послушался, но к этому времени вор давно успел скрыться в темноте.
Глава 2.
Лекарь.
В ярко освещённом факелами доме лекаря витал лёгкий, едва заметный аромат лаванды. Мейслон облегчённо вздохнул, поняв, что не во всех зданиях Кахоры пахнет так отвратительно, как в той таверне.
Мальчик - то ли помощник лекаря, то ли его слуга - указав юноше на деревянную скамью, исчез где-то в глубинах дома.
Перед скамьёй стоял стол, заваленный стопками книг и множеством свёрнутых в трубочки свитков, однако Мейслон не мог разобрать, что в них написано, поскольку дед не успел научить его горанской грамоте...
Вскоре в помещение зашёл широкоплечий, круглолицый мужчина, одетый в свободную хлопковую тунику. В руках он нёс небольшой деревянный поднос, на котором лежали белоснежные корпии.
Посмотрев на Мейслона, мужчина приветливо кивнул.
- Слышал, ты в одиночку разделался с тремя бандитами? - улыбнувшись, глубоким голосом спросил он. Его акцент был совсем не таким, как у людей в шумной таверне.
- Это были ничтожества, а не воины, - презрительно скривился юноша.
- Где мои инструменты, мальчик? - крикнул лекарь своему помощнику, окинув Мейслона изучающим взглядом.
