– Как тебя зовут? – спросил Марк.
– Света.
– Давно работаешь здесь?
– Года два.
– Проценты отдаёшь или план?
– В смысле?
– Что непонятного? Крыше своей отдаёшь половину или фиксированную сумму?
– А, по-разному. Если сама работаю, то фиксированную, а если они клиентов подвозят, то половину.
– Понятно. Кто крыша, не спрашиваю, всё равно не скажешь…
Девушка помотала головой.
– Я жить хочу. Если хочешь узнать, в своей конторе ищи.
– Это я знаю. Ты мне вот что скажи, только не ври – обещаю, что разговор останется между нами, но мне нужна правда.
– Чего сказать?
– Рудольфа знаешь?
Света испуганно посмотрела на Марка.
– Какого ещё Рудольфа?
– А что, в городе много Рудольфов?
– Этого, что ли?
– Естественно. Ты же не будешь врать, что он здесь не появляется?
– Ну, хорошо, бывает он здесь, только ко мне никакого отношения не имеет. Я с такими не работаю.
– А кто работает?
– Слушай, отпусти меня, пожалуйста. Меня же убьют!
– Я тебе обещал, что разговор останется между нами. Я тебя не знаю, ты меня не знаешь. Просто расскажи мне, что знаешь, и я тебя отпущу на все четыре стороны.
– Да ничего я не знаю. Это не мой клиент.
– Кто его обслуживает? – с расстановкой переспросил Марк.
Света шумно выдохнула.
– В основном, Эльза, иногда Анжела или Вика…
– Это имена или клички? – усмехнулся Марк.
– Откуда я знаю? – огрызнулась путана. – Паспорта не смотрела.
– Да ладно, не обижайся, я просто спросил. То есть, у него постоянные… ну, эти самые…
– Да, Эльза, по-моему, самая дорогая, Анжела и Вика тоже из блатных. Их специально держат для вип-клиентов.
– Часто Рудольф сюда приезжает?
– Раз или два в неделю. Только он один обычно не бывает.
– Охрану имеешь в виду?
– Охрана ему не нужна. Я про компанию – они обычно вчетвером приезжали, пока Лёвик жив был.
– Я понял, имён можешь не называть. У них есть стандартные дни, когда они приезжают?
– Нет, конечно. Когда желание появляется отдохнуть, тогда и приезжают. Я же не слежу за ними. Бывает, кто-то один появляется, но обычно все вместе. – Она подумала, потом добавила: – Часто они по пятницам приезжали ближе к вечеру.
– Да, это логично, – согласился Марк. – После тяжёлой трудовой недели перед выходными – самое время.
Света мельком взглянула ему в лицо, чтобы понять, серьёзно ли он говорит или шутит, но лицо Марка оставалось невозмутимым.
– Вот что, Света, слушай меня внимательно. Я не просто так всем этим интересуюсь. У нас есть подозрение, что в ближайшее время кому-то из ваших постоянных клиентов угрожает опасность.
– Кому? Рудику?
– Света, я не знаю, я не ясновидящий. Просто есть такое подозрение, но, в любом случае, нужно перестраховаться, понятно?
– Понятно, только я всё сказала, что знала.
– Я понял. Спасибо тебе за информацию. Только учти одну вещь: если что-то случится с каким-то из ваших вип-клиентов, то и всем вам тоже будет очень плохо. Про Лёвика ты же знаешь? Ну, а представь, если бы его нашли здесь, в гостинице? Что бы было?
Света молча кивнула.
– Поэтому к тебе просьба: запиши мой телефон. Увидишь, что эта компания приехала, звони. Потом сразу можешь мой номер удалить. Договорились?
Она снова кивнула головой. Марк вытащил из кармана ручку и написал на одной из долларовых купюр номер своего телефона, после чего протянул обе бумажки девушке.
– Всё, иди. Провожать тебя не буду. Помни о нашем разговоре, но никому об этом не говори.
Света ушла. Марк посидел немного, затем вернулся к гостинице и стал медленно обходить здание, внимательно осматривая его. Дойдя до противоположной парадному входу стороны, он остановился недалеко от ворот, которые предназначались для въезда транспорта. Он сразу обратил внимание на то, что зазор между верхней частью ворот и аркой составлял около метра. Рядом с воротами находилась обычная дверь с прозрачным стеклом, через которое была видна комната охранника с выходом в арку. В этот момент раздался звонок телефона. Это был Виталий.
– Ты где сейчас? – спросил он.
– Возле гостиницы «Заря».
– Не занят?
– Нет.
– Я сейчас подъеду. Разговор есть.
– Хорошо, я жду.
Виталий подъехал через десять минут на своей «Ниве». Марк сел в машину, и они поехали к дому Лёвкина.
– Ты что здесь потерял? – усмехнувшись, спросил Виталий по дороге. – Девочек по вызову захотелось?
– Каких ещё девочек?
– А что, ты не знал? Бабочки, в основном, у гостиницы тусуются. Все об этом знают.
– Я не знал.
– Нет, ты не стесняйся. Я же понимаю, человек в командировке много дней, нужно иногда отдыхать.
– Не говори ерунды.
– Почему же ерунда? Нормальная человеческая потребность, тут ничего такого нет. Только не стоит хватать кого попало, можно заразу подцепить, да и неизвестно, на кого нарвёшься. Если тебе понадобится что-то подобное, скажи мне, я тебе организую.
– Договорились. Если мне понадобится, я обращусь к тебе. Ты мне лучше скажи, о чём хотел поговорить так срочно? Что-то произошло?
– Ничего особенного не произошло. Если не считать того, что я собрал, наконец, все нужные документы по даче Володина и теперь можно начинать процедуру требования причитающихся по страховке денег.
– Я тебя поздравляю.
– Спасибо, Марк. Страховая фирма, как ты знаешь, находится в Москве, так что сегодня вечером, точнее, даже ночью я отбываю туда. Не знаю, сколько дней мне там придётся провести, но пока мы их не дожмём, буду там.
– Понял. Проблем нет. Я тогда перееду, наконец, в гостиницу.
– С ума сошёл, что ли? Ты думал, что я тебя по-быстрому отыскал, чтобы на ночь глядя из дому выгнать? Да за кого ты меня принимаешь?
– Ну, подожди, а что ты мне предлагаешь оставаться у тебя, когда тебя самого дома нет?
– Конечно. А в чём проблема?
– Ну, хотя бы в том, что мне неудобно будет продолжать жить в твоей семье, когда ты в Москве.
– А мне вот, наоборот, удобно! У меня постоянные командировки, семью приходится на несколько дней оставлять, всё время беспокоюсь о них, а тут в кои-то веки я уеду со спокойной душой.
– Я же чужой человек, – возразил Марк.
– В первую очередь, ты порядочный. Это видно сразу любому нормальному человеку.
Машина въехала во двор. Марк помог Виталию затащить домой пакеты с продуктами. Екатерина встретила мужа дежурным поцелуем. Пройдя вместе с Марком на кухню, Виталий неожиданно повернулся к жене.
– Катя, ты хочешь, чтобы Марк сейчас собрал вещи и ушёл?
– Нет, – испуганно ответила она.
– А он мне так сказал.
Екатерина с вытянутым лицом повернулась к Марку.
– Я такого не говорил. Зачем ты выдумываешь? – возмутился тот.
– Марк говорит, что если я уезжаю, то он должен искать себе другое жильё, – продолжил наседать на жену Виталий. – Скажи, тебе лучше, чтобы он уехал или остался?
– Конечно, лучше, чтобы остался, – всё ещё испуганно проговорила Екатерина.
В этот момент в кухню вбежала Маша. Она подошла к Марку и подёргала его за руку.
– Что, Маша? – спросил Марк. Он взял её на руки, так что их головы оказались на одном уровне.
– Дядя Марк, не уходи, пожалуйста! – жалобным, но звонким голосом сказала она. – Нам без тебя скучно будет.
– Правда, Марк, не уходите. Живите у нас, пока обратно не уедете, – уже решительно и немного заискивающе попросила Екатерина.
– Хорошо, уговорили, – сдался Марк. – Ну, что мне с вами делать?
– Ни-че-го! – отчеканил Виталий. – Нас трое, ты один. Так что, оставайся и не сопротивляйся. Катя, покормишь нас перед дорогой?
– Конечно, мойте руки и садитесь, – ответила хозяйка. – Маша, иди к себе в комнату.
– «Нас перед дорогой» ты сказал? – спросил Марк, когда она отправилась к плите, а мужчины – в ванную.
– Конечно, нас. Ты что, не поедешь меня провожать?
– Поеду, если ты хочешь.
– Конечно, хочу. Разве мы не друзья?
– Друзья, – согласился Марк.
После ужина Виталий собрал вещи в дорогу и в сопровождении Марка отправился на вокзал.
– Подвижки в расследовании какие-нибудь есть? – спросил он по дороге.
– Пока не очень-то.
– Кого-то ведь взяли?
– Это так, мелкий свидетель, не поджигатель и не убийца. Против него особо и обвинения серьёзного не будет. Он всего лишь машину дал поджигателям, но он же не знал.
– Это уже как следствие повернут. Захотят, и соучастие припаяют. От прокуратуры многое зависит. А потом и от суда. Но от прокуратуры больше.
– Для него главное, чтобы преступника нашли.
– Да, в этом ты прав. Если не найдут настоящего преступника, могут и на него повесить.
– Вряд ли. По нему же сразу видно, что он на такие дела не способен.
– Эх, Марк, для них это не аргумент. Надо будет – и безногого посадят.
Доехав до вокзала, Виталий выгрузил свою сумку и медленным шагом отправился с Марком к платформе. Освещения вдоль дороги не было, и только свет, лившийся из окон здания вокзала, спасал от полной темноты.
На платформе скучало несколько групп людей, рядом с которыми были уложены в кучку вещи. Виталий тоже бросил сумку на пол.
– Ещё полчаса есть, – сказал он, поглядев на часы. – Хочешь, посидим на вокзале?
– Мне всё равно, я могу и постоять, – ответил Марк.
– И правильно. Внутри душно. Лучше здесь, на чистом воздухе подождём.
Виталий достал из кармана брелок с ключами и протянул Марку.
– Что это? – спросил тот.
– Ключ от машины. И от квартиры тоже.
– Зачем?
– Машина в твоём распоряжении, пока я в Москве.
– Это уже слишком!
– Почему? Разве тебе с машиной не удобнее будет?
– Дело не в этом…
– Послушай, если у меня есть возможность тебе помочь, почему бы мне это не сделать, тем более, для меня это фактически ничего стоит. Кто знает, может потом мне понадобится твоя помощь, и ты тоже сделаешь для меня всё, что в твоих силах. Разве не так?
– Так.
– Ну, и всё. Бери и пользуйся. Для меня это надёжнее, чем оставлять машину на стоянке.
– А если вдруг я уеду раньше, чем ты приедешь?
– Ничего страшного. Позвонишь мне, и я скажу, что делать. Кстати, ты всё равно вернёшься в Москву, там ещё можем встретиться.
Посадив Виталия на поезд, Марк сел за руль «Нивы» и вернулся в дом Лёвкина. Открывать квартиру ключом он не стал, и позвонил. Хотя время было позднее, Екатерина открыла довольно быстро, но Марк заметил, что настроения у неё не было. Хозяйка сразу отправилась на кухню, и он прошёл за ней.
– Чаю хотите? – спросила Екатерина с кислой интонацией, убирая в шкаф чистую посуду.
– Нет, не хочу.
Хозяйка ничего не сказала и продолжила разбирать тарелки.
– Катя! – позвал её Марк.
Она повернулась, испуганно глядя на него.
– Я сегодня переночую, если можно, а утром съеду.
Екатерина отложила тарелку, подошла к столу и села.
– Почему съедете? Вы же сказали, что остаётесь!
– Да, сказал. При Виталии. Вы же тоже сказали, что хотите, чтобы я остался. При муже вы не могли сказать что-нибудь другое. Но теперь его нет, и мы можем поступать так, как хотим. Я могу уйти, а вы можете меня не удерживать.
– Я… не понимаю вас.
– Зато я прекрасно всё понимаю. Виталий сказал, чтобы вы с дочкой уговорили меня остаться, и у вас замечательно получилось. Но я не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством. Просто договоримся так: я уйду, но Виталию мы скажем, что я остался. Хорошо?
– Но почему? Я чем-то вас обидела? Почему вы хотите уйти?
– Потому что мне неудобно.
Неожиданно Екатерина заплакала и схватила Марка за руку своими руками.
– Я вас очень прошу: не уходите! Очень прошу!
Марк вынужден был сесть рядом за стол рядом с Екатериной. От неожиданности он не знал, что говорить. Женщина продолжала держать его за руку и плакать.
– Катя, успокойтесь! Что с вами? Что произошло?
Екатерина взяла себя в руки, наконец, отпустила его и принялась вытирать слёзы пальцами. Марк достал из кармана платок и дал ей.
– Спасибо, – шмыгнув носом, проговорила Екатерина, протирая лицо.
Марк терпеливо ждал.
– Катя, – обратился он к ней, – если я могу вам чем-нибудь помочь, скажите, не бойтесь!
– Можете помочь, – успокоившись, сказала женщина. – Оставайтесь у нас.
– Хорошо, я останусь. Только объясните, почему вам это так важно?
– Спасибо. Может, выпить хотите? Есть водка, пиво, виски.
– Я не любитель…
– Правильно, вы же любите только вино.
Марк не успел возразить. Екатерина встала, прошла к шкафу, затем вернулась с двумя бутылками – недопитым «Хилсайдом» и шотландским виски – вместе с парой фужеров. Поставив их на стол, прошептала: «щас», – снова вернулась к шкафу, чтобы достать коробку с шоколадными конфетами. Подойдя к столу, она положила открытую коробку на стол, налила Марку вина, себе виски и опять уселась за стол.
– Пусть у Вити будет лёгкая дорога, – сказала Екатерина, поднимая свой фужер. Чокнувшись с Марком, она сразу отпила половину и стала заедать конфетой.
Марк отпил немного и поставил свой фужер на стол.
– Давайте перейдём на «ты», – предложила женщина.
– Давай, – согласился Марк. – Только скажи, что случилось?
– Да ничего не случилось. Просто мне страшно.
– Страшно? В каком смысле?
– Я боюсь. Просто боюсь. За себя, за мужа, за дочку.
– Вам что-то угрожает?
– Конкретно ничего не угрожает. Просто я уже не могу себя нормально чувствовать в этом городе. Мне всё время кажется, что нас ждёт какая-то беда. Не знаю, чувство тревоги постоянное. Как только Витя уезжает, я начинаю сходить с ума. Может, у меня паранойя?
– Нет, конечно, причём тут паранойя? Просто отъезды мужа на тебя так действуют.
– Наверное. Вроде всё хорошо, но когда мы остаёмся одни, сразу страх накатывает. Тяжело, когда не знаешь, когда он вернётся обратно.
– Просто не нужно всё время думать о плохом. У тебя дочка замечательная, проводи с ней больше времени, чтобы лишнее ничего в голову не лезло. Ты с ней гуляешь?
– Редко. В основном, когда в магазин иду, беру с собой.
– Плохо. Ей нужно гулять, развиваться. Если она будет расти замкнутой, в школе тяжело придётся.
– Я же говорю, я боюсь здесь на улицу выходить, людей боюсь. И школы боюсь.
Марк положил свою ладонь на руку женщины.
– Я думаю, тебе нужно успокоиться. Всё будет хорошо.
Екатерина взглянула ему в глаза, и уголки её рта чуть дрогнули в улыбке.
– Марк, помнишь, недавно ты сказал, что Витя не собирается переезжать в Москву. С чего ты это взял?
Марк вздохнул и потёр обеими ладонями лицо.
– Мои наблюдения так показывают. Возможно, я ошибаюсь. Я не хочу влезать в ваши семейные дела.
– Нет, подожди. Ты же так сказал. С чего ты это взял? Мне нужно это знать. Может, Витя тебе что-то сказал?
– Нет, Витя мне ничего не говорил. Я просто посмотрел на вашу квартиру.
– И что ты увидел за несколько дней, что я не вижу, живя здесь постоянно?
– Я увидел, что ваша квартира больше похожа на гостиницу, а не на дом. Виталий ведь часто приводит сюда гостей – для этого у него отдельная комната. Так?
– Да, он приводит людей, они что-то там обсуждают. Мне там находиться нельзя…
– И чаще, наверное, из Москвы приезжают?
– Да, они часто приезжают вместе с ним. Кто-то из местных тоже с ними собирается – большие люди.
– А теперь скажи мне, только хорошенько подумай, по-твоему, Виталий живёт здесь и ездит в длительные командировки в Москву или же он живёт в Москве и ездит в командировки сюда?
Екатерина напряжённо посмотрела на него.
– Я не понимаю. Ты хочешь сказать, что у него там кто-то есть?
– Да нет, – поморщился Марк, – я совсем о другом: где он больше проводит времени – здесь или в Москве?
– Света.
– Давно работаешь здесь?
– Года два.
– Проценты отдаёшь или план?
– В смысле?
– Что непонятного? Крыше своей отдаёшь половину или фиксированную сумму?
– А, по-разному. Если сама работаю, то фиксированную, а если они клиентов подвозят, то половину.
– Понятно. Кто крыша, не спрашиваю, всё равно не скажешь…
Девушка помотала головой.
– Я жить хочу. Если хочешь узнать, в своей конторе ищи.
– Это я знаю. Ты мне вот что скажи, только не ври – обещаю, что разговор останется между нами, но мне нужна правда.
– Чего сказать?
– Рудольфа знаешь?
Света испуганно посмотрела на Марка.
– Какого ещё Рудольфа?
– А что, в городе много Рудольфов?
– Этого, что ли?
– Естественно. Ты же не будешь врать, что он здесь не появляется?
– Ну, хорошо, бывает он здесь, только ко мне никакого отношения не имеет. Я с такими не работаю.
– А кто работает?
– Слушай, отпусти меня, пожалуйста. Меня же убьют!
– Я тебе обещал, что разговор останется между нами. Я тебя не знаю, ты меня не знаешь. Просто расскажи мне, что знаешь, и я тебя отпущу на все четыре стороны.
– Да ничего я не знаю. Это не мой клиент.
– Кто его обслуживает? – с расстановкой переспросил Марк.
Света шумно выдохнула.
– В основном, Эльза, иногда Анжела или Вика…
– Это имена или клички? – усмехнулся Марк.
– Откуда я знаю? – огрызнулась путана. – Паспорта не смотрела.
– Да ладно, не обижайся, я просто спросил. То есть, у него постоянные… ну, эти самые…
– Да, Эльза, по-моему, самая дорогая, Анжела и Вика тоже из блатных. Их специально держат для вип-клиентов.
– Часто Рудольф сюда приезжает?
– Раз или два в неделю. Только он один обычно не бывает.
– Охрану имеешь в виду?
– Охрана ему не нужна. Я про компанию – они обычно вчетвером приезжали, пока Лёвик жив был.
– Я понял, имён можешь не называть. У них есть стандартные дни, когда они приезжают?
– Нет, конечно. Когда желание появляется отдохнуть, тогда и приезжают. Я же не слежу за ними. Бывает, кто-то один появляется, но обычно все вместе. – Она подумала, потом добавила: – Часто они по пятницам приезжали ближе к вечеру.
– Да, это логично, – согласился Марк. – После тяжёлой трудовой недели перед выходными – самое время.
Света мельком взглянула ему в лицо, чтобы понять, серьёзно ли он говорит или шутит, но лицо Марка оставалось невозмутимым.
– Вот что, Света, слушай меня внимательно. Я не просто так всем этим интересуюсь. У нас есть подозрение, что в ближайшее время кому-то из ваших постоянных клиентов угрожает опасность.
– Кому? Рудику?
– Света, я не знаю, я не ясновидящий. Просто есть такое подозрение, но, в любом случае, нужно перестраховаться, понятно?
– Понятно, только я всё сказала, что знала.
– Я понял. Спасибо тебе за информацию. Только учти одну вещь: если что-то случится с каким-то из ваших вип-клиентов, то и всем вам тоже будет очень плохо. Про Лёвика ты же знаешь? Ну, а представь, если бы его нашли здесь, в гостинице? Что бы было?
Света молча кивнула.
– Поэтому к тебе просьба: запиши мой телефон. Увидишь, что эта компания приехала, звони. Потом сразу можешь мой номер удалить. Договорились?
Она снова кивнула головой. Марк вытащил из кармана ручку и написал на одной из долларовых купюр номер своего телефона, после чего протянул обе бумажки девушке.
– Всё, иди. Провожать тебя не буду. Помни о нашем разговоре, но никому об этом не говори.
Света ушла. Марк посидел немного, затем вернулся к гостинице и стал медленно обходить здание, внимательно осматривая его. Дойдя до противоположной парадному входу стороны, он остановился недалеко от ворот, которые предназначались для въезда транспорта. Он сразу обратил внимание на то, что зазор между верхней частью ворот и аркой составлял около метра. Рядом с воротами находилась обычная дверь с прозрачным стеклом, через которое была видна комната охранника с выходом в арку. В этот момент раздался звонок телефона. Это был Виталий.
– Ты где сейчас? – спросил он.
– Возле гостиницы «Заря».
– Не занят?
– Нет.
– Я сейчас подъеду. Разговор есть.
– Хорошо, я жду.
Виталий подъехал через десять минут на своей «Ниве». Марк сел в машину, и они поехали к дому Лёвкина.
– Ты что здесь потерял? – усмехнувшись, спросил Виталий по дороге. – Девочек по вызову захотелось?
– Каких ещё девочек?
– А что, ты не знал? Бабочки, в основном, у гостиницы тусуются. Все об этом знают.
– Я не знал.
– Нет, ты не стесняйся. Я же понимаю, человек в командировке много дней, нужно иногда отдыхать.
– Не говори ерунды.
– Почему же ерунда? Нормальная человеческая потребность, тут ничего такого нет. Только не стоит хватать кого попало, можно заразу подцепить, да и неизвестно, на кого нарвёшься. Если тебе понадобится что-то подобное, скажи мне, я тебе организую.
– Договорились. Если мне понадобится, я обращусь к тебе. Ты мне лучше скажи, о чём хотел поговорить так срочно? Что-то произошло?
– Ничего особенного не произошло. Если не считать того, что я собрал, наконец, все нужные документы по даче Володина и теперь можно начинать процедуру требования причитающихся по страховке денег.
– Я тебя поздравляю.
– Спасибо, Марк. Страховая фирма, как ты знаешь, находится в Москве, так что сегодня вечером, точнее, даже ночью я отбываю туда. Не знаю, сколько дней мне там придётся провести, но пока мы их не дожмём, буду там.
– Понял. Проблем нет. Я тогда перееду, наконец, в гостиницу.
– С ума сошёл, что ли? Ты думал, что я тебя по-быстрому отыскал, чтобы на ночь глядя из дому выгнать? Да за кого ты меня принимаешь?
– Ну, подожди, а что ты мне предлагаешь оставаться у тебя, когда тебя самого дома нет?
– Конечно. А в чём проблема?
– Ну, хотя бы в том, что мне неудобно будет продолжать жить в твоей семье, когда ты в Москве.
– А мне вот, наоборот, удобно! У меня постоянные командировки, семью приходится на несколько дней оставлять, всё время беспокоюсь о них, а тут в кои-то веки я уеду со спокойной душой.
– Я же чужой человек, – возразил Марк.
– В первую очередь, ты порядочный. Это видно сразу любому нормальному человеку.
Машина въехала во двор. Марк помог Виталию затащить домой пакеты с продуктами. Екатерина встретила мужа дежурным поцелуем. Пройдя вместе с Марком на кухню, Виталий неожиданно повернулся к жене.
– Катя, ты хочешь, чтобы Марк сейчас собрал вещи и ушёл?
– Нет, – испуганно ответила она.
– А он мне так сказал.
Екатерина с вытянутым лицом повернулась к Марку.
– Я такого не говорил. Зачем ты выдумываешь? – возмутился тот.
– Марк говорит, что если я уезжаю, то он должен искать себе другое жильё, – продолжил наседать на жену Виталий. – Скажи, тебе лучше, чтобы он уехал или остался?
– Конечно, лучше, чтобы остался, – всё ещё испуганно проговорила Екатерина.
В этот момент в кухню вбежала Маша. Она подошла к Марку и подёргала его за руку.
– Что, Маша? – спросил Марк. Он взял её на руки, так что их головы оказались на одном уровне.
– Дядя Марк, не уходи, пожалуйста! – жалобным, но звонким голосом сказала она. – Нам без тебя скучно будет.
– Правда, Марк, не уходите. Живите у нас, пока обратно не уедете, – уже решительно и немного заискивающе попросила Екатерина.
– Хорошо, уговорили, – сдался Марк. – Ну, что мне с вами делать?
– Ни-че-го! – отчеканил Виталий. – Нас трое, ты один. Так что, оставайся и не сопротивляйся. Катя, покормишь нас перед дорогой?
– Конечно, мойте руки и садитесь, – ответила хозяйка. – Маша, иди к себе в комнату.
– «Нас перед дорогой» ты сказал? – спросил Марк, когда она отправилась к плите, а мужчины – в ванную.
– Конечно, нас. Ты что, не поедешь меня провожать?
– Поеду, если ты хочешь.
– Конечно, хочу. Разве мы не друзья?
– Друзья, – согласился Марк.
После ужина Виталий собрал вещи в дорогу и в сопровождении Марка отправился на вокзал.
– Подвижки в расследовании какие-нибудь есть? – спросил он по дороге.
– Пока не очень-то.
– Кого-то ведь взяли?
– Это так, мелкий свидетель, не поджигатель и не убийца. Против него особо и обвинения серьёзного не будет. Он всего лишь машину дал поджигателям, но он же не знал.
– Это уже как следствие повернут. Захотят, и соучастие припаяют. От прокуратуры многое зависит. А потом и от суда. Но от прокуратуры больше.
– Для него главное, чтобы преступника нашли.
– Да, в этом ты прав. Если не найдут настоящего преступника, могут и на него повесить.
– Вряд ли. По нему же сразу видно, что он на такие дела не способен.
– Эх, Марк, для них это не аргумент. Надо будет – и безногого посадят.
Доехав до вокзала, Виталий выгрузил свою сумку и медленным шагом отправился с Марком к платформе. Освещения вдоль дороги не было, и только свет, лившийся из окон здания вокзала, спасал от полной темноты.
На платформе скучало несколько групп людей, рядом с которыми были уложены в кучку вещи. Виталий тоже бросил сумку на пол.
– Ещё полчаса есть, – сказал он, поглядев на часы. – Хочешь, посидим на вокзале?
– Мне всё равно, я могу и постоять, – ответил Марк.
– И правильно. Внутри душно. Лучше здесь, на чистом воздухе подождём.
Виталий достал из кармана брелок с ключами и протянул Марку.
– Что это? – спросил тот.
– Ключ от машины. И от квартиры тоже.
– Зачем?
– Машина в твоём распоряжении, пока я в Москве.
– Это уже слишком!
– Почему? Разве тебе с машиной не удобнее будет?
– Дело не в этом…
– Послушай, если у меня есть возможность тебе помочь, почему бы мне это не сделать, тем более, для меня это фактически ничего стоит. Кто знает, может потом мне понадобится твоя помощь, и ты тоже сделаешь для меня всё, что в твоих силах. Разве не так?
– Так.
– Ну, и всё. Бери и пользуйся. Для меня это надёжнее, чем оставлять машину на стоянке.
– А если вдруг я уеду раньше, чем ты приедешь?
– Ничего страшного. Позвонишь мне, и я скажу, что делать. Кстати, ты всё равно вернёшься в Москву, там ещё можем встретиться.
Посадив Виталия на поезд, Марк сел за руль «Нивы» и вернулся в дом Лёвкина. Открывать квартиру ключом он не стал, и позвонил. Хотя время было позднее, Екатерина открыла довольно быстро, но Марк заметил, что настроения у неё не было. Хозяйка сразу отправилась на кухню, и он прошёл за ней.
– Чаю хотите? – спросила Екатерина с кислой интонацией, убирая в шкаф чистую посуду.
– Нет, не хочу.
Хозяйка ничего не сказала и продолжила разбирать тарелки.
– Катя! – позвал её Марк.
Она повернулась, испуганно глядя на него.
– Я сегодня переночую, если можно, а утром съеду.
Екатерина отложила тарелку, подошла к столу и села.
– Почему съедете? Вы же сказали, что остаётесь!
– Да, сказал. При Виталии. Вы же тоже сказали, что хотите, чтобы я остался. При муже вы не могли сказать что-нибудь другое. Но теперь его нет, и мы можем поступать так, как хотим. Я могу уйти, а вы можете меня не удерживать.
– Я… не понимаю вас.
– Зато я прекрасно всё понимаю. Виталий сказал, чтобы вы с дочкой уговорили меня остаться, и у вас замечательно получилось. Но я не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством. Просто договоримся так: я уйду, но Виталию мы скажем, что я остался. Хорошо?
– Но почему? Я чем-то вас обидела? Почему вы хотите уйти?
– Потому что мне неудобно.
Неожиданно Екатерина заплакала и схватила Марка за руку своими руками.
– Я вас очень прошу: не уходите! Очень прошу!
Глава 15.ЕКАТЕРИНА
Марк вынужден был сесть рядом за стол рядом с Екатериной. От неожиданности он не знал, что говорить. Женщина продолжала держать его за руку и плакать.
– Катя, успокойтесь! Что с вами? Что произошло?
Екатерина взяла себя в руки, наконец, отпустила его и принялась вытирать слёзы пальцами. Марк достал из кармана платок и дал ей.
– Спасибо, – шмыгнув носом, проговорила Екатерина, протирая лицо.
Марк терпеливо ждал.
– Катя, – обратился он к ней, – если я могу вам чем-нибудь помочь, скажите, не бойтесь!
– Можете помочь, – успокоившись, сказала женщина. – Оставайтесь у нас.
– Хорошо, я останусь. Только объясните, почему вам это так важно?
– Спасибо. Может, выпить хотите? Есть водка, пиво, виски.
– Я не любитель…
– Правильно, вы же любите только вино.
Марк не успел возразить. Екатерина встала, прошла к шкафу, затем вернулась с двумя бутылками – недопитым «Хилсайдом» и шотландским виски – вместе с парой фужеров. Поставив их на стол, прошептала: «щас», – снова вернулась к шкафу, чтобы достать коробку с шоколадными конфетами. Подойдя к столу, она положила открытую коробку на стол, налила Марку вина, себе виски и опять уселась за стол.
– Пусть у Вити будет лёгкая дорога, – сказала Екатерина, поднимая свой фужер. Чокнувшись с Марком, она сразу отпила половину и стала заедать конфетой.
Марк отпил немного и поставил свой фужер на стол.
– Давайте перейдём на «ты», – предложила женщина.
– Давай, – согласился Марк. – Только скажи, что случилось?
– Да ничего не случилось. Просто мне страшно.
– Страшно? В каком смысле?
– Я боюсь. Просто боюсь. За себя, за мужа, за дочку.
– Вам что-то угрожает?
– Конкретно ничего не угрожает. Просто я уже не могу себя нормально чувствовать в этом городе. Мне всё время кажется, что нас ждёт какая-то беда. Не знаю, чувство тревоги постоянное. Как только Витя уезжает, я начинаю сходить с ума. Может, у меня паранойя?
– Нет, конечно, причём тут паранойя? Просто отъезды мужа на тебя так действуют.
– Наверное. Вроде всё хорошо, но когда мы остаёмся одни, сразу страх накатывает. Тяжело, когда не знаешь, когда он вернётся обратно.
– Просто не нужно всё время думать о плохом. У тебя дочка замечательная, проводи с ней больше времени, чтобы лишнее ничего в голову не лезло. Ты с ней гуляешь?
– Редко. В основном, когда в магазин иду, беру с собой.
– Плохо. Ей нужно гулять, развиваться. Если она будет расти замкнутой, в школе тяжело придётся.
– Я же говорю, я боюсь здесь на улицу выходить, людей боюсь. И школы боюсь.
Марк положил свою ладонь на руку женщины.
– Я думаю, тебе нужно успокоиться. Всё будет хорошо.
Екатерина взглянула ему в глаза, и уголки её рта чуть дрогнули в улыбке.
– Марк, помнишь, недавно ты сказал, что Витя не собирается переезжать в Москву. С чего ты это взял?
Марк вздохнул и потёр обеими ладонями лицо.
– Мои наблюдения так показывают. Возможно, я ошибаюсь. Я не хочу влезать в ваши семейные дела.
– Нет, подожди. Ты же так сказал. С чего ты это взял? Мне нужно это знать. Может, Витя тебе что-то сказал?
– Нет, Витя мне ничего не говорил. Я просто посмотрел на вашу квартиру.
– И что ты увидел за несколько дней, что я не вижу, живя здесь постоянно?
– Я увидел, что ваша квартира больше похожа на гостиницу, а не на дом. Виталий ведь часто приводит сюда гостей – для этого у него отдельная комната. Так?
– Да, он приводит людей, они что-то там обсуждают. Мне там находиться нельзя…
– И чаще, наверное, из Москвы приезжают?
– Да, они часто приезжают вместе с ним. Кто-то из местных тоже с ними собирается – большие люди.
– А теперь скажи мне, только хорошенько подумай, по-твоему, Виталий живёт здесь и ездит в длительные командировки в Москву или же он живёт в Москве и ездит в командировки сюда?
Екатерина напряжённо посмотрела на него.
– Я не понимаю. Ты хочешь сказать, что у него там кто-то есть?
– Да нет, – поморщился Марк, – я совсем о другом: где он больше проводит времени – здесь или в Москве?
