Он был одет в пижаму и темно-синий халат. На полу под болтавшимися босыми ногами валялся одинокий тапок – второй остался под рабочим столом, перевернутый антикварный стул времён Карла шестого и массивная позолоченная люстра. Более помпезной и одновременно жалкой смерти и представить сложно.
- Какие здесь крепкие потолки, - заметил Шарп, намекая на немалый вес покойного.
- В доме их специально укрепляли, чтобы они могли выдержать вес люстр, - заметил детектив из второго отделения, которому собственно и поручили вести это дело и которого совсем не обрадовало появление Шарпа. Дело обещало быть громким с попаданием на первые полосы всех вечерних газет, а если повезёт, то еще и завтрашних.
Но Шарпу не было никакого дела до надежд и чаяний своего коллеги, особенно если перед носом замаячило новое интересное расследование. Усевшись на стул и закинув ногу на ногу, Шарп удобно расположил на коленке блокнот и принялся зарисовывать место преступления. При этом он время от времени вытягивал левую руку вперёд и, попеременно прищуривая то правый, то левый глаз, делал на зажатом в пальцах карандаше одному лишь ему видимые насечки. Ни дать ни взять – художник на выезде на природу, вот только пейзаж получался уж слишком мрачным.
- Снимать? – поинтересовался один из полицейских, обхватив Коллинза за ноги. Детектив из второго отделения разрешающе кивнул головой.
- Одну минутку! – остановил полицейского Шарп, поднимаясь на ноги. Решительной походкой он подошёл к телу Коллинза и, к великому ужасу коллег из второго дивизиона, поднял валявшийся на полу стул, нарушая картину преступления.
- Мы ещё не все замеры сделали, - сокрушённо произнес эксперт, хватаясь за голову. Не обращая внимания на его жалобы, Шарп пододвинул стул под тело, чем вызвал ещё один возглас, на этот раз удивления – босые ноги коллекционера так и остались болтаться в воздухе, не доставая до сиденья сантиметров десять.
- Уж не хотите ли Вы сказать, что его убили? – едко заметил детектив второго дивизиона, который уже успел придумать небольшую речь для газет. Но открытие Шарпа полностью разрушало его стройную версию о пресытившемся жизнью богаче.
- А по-вашему он в петлю запрыгивал? Весьма необычно для самоубийцы, - хмыкнул Шарп, прекрасно понимая профессиональную ревность детектива и нарочно поддразнивая его.
- И что же тогда здесь произошло?
- Думаю, ни у кого не возникает сомнений, что Коллинз умер именно на этом месте и именно от удушья. Об этом свидетельствуют определенные следы на одежде и на полу. Но вот оказался он в этой петле не по своей воле. Его оглушили, пока он сидел за столом, поэтому там остался тапок, а потом перетащили сюда и подвесили, вот только с длинной немного ошиблись, ориентируясь на свой рост. Из этого можно сделать вывод, что убийца высокого роста и не дюжей силы.
- Может Вы ещё и имя его назовёте?
- Нет, эту честь я оставлю Вам, это всё таки Ваше расследование. А мне и моим друзьям уже пора, - сказал Шарп и направился к двери. Однако, проходя мимо нас, он тихо шепнул: «Идёмте осмотримся».
Стоило нам покинуть кабинет, как сидевшая у входа женщина поднялась со стула, оправляя несуществующие складки на белоснежном переднике.
- Добрый день, Вы?.. – обратился к ней Шарп.
- Миссис Терри – экономка, - ответила женщина.
- Миссис Терри, расскажите, пожалуйста, что произошло вчера ночью, и не заметили ли Вы чего-нибудь необычного, - издалека начал допрос Шарп.
Но экономка промолчала, плотно сжав тонкие губы.
- Ваши слова уже не смогут навредить лорду Коллинзу, но, возможно, помогут нам разобраться в этом запутанном деле, - попытался переубедить её Шарп.
- Если это и правда поможет. Вчерашний день прошёл как обычно. Большую его часть лорд Коллинз провёл в своём кабинете, отвечая на корреспонденцию - он не любит встречаться с людьми, предпочитая переписываться с ними. Вечером, после ужина, лорд отправился в свою комнату. Ровно в десять, как это заведено, я отнесла ему ромашковый чай и отправилась к себе.
- В какой части дома находится Ваша комната?
- Видите ли, лорд Коллинз был весьма своеобразным человеком. Он не любил, когда в доме на ночь кто-то оставался, поэтому для прислуги был построен отдельный флигель.
- А если бы ему что-то понадобилось среди ночи?
- Он бы нас вызвал.
- Выпрыгивать из теплой постели и бежать по улице, особенно зимой, не самое приятное занятие.
- Возможно, - сдержано ответила экономка на замечание детектива, - но моя работа хорошо оплачивалась, поэтому мне не на что жаловаться. Никому из тех, кто здесь работает, не на что жаловаться, - категорично заявила она, отрезая все дальнейшие подозрения и вопросы.
- А кто ещё работает в доме?
- Моя племянница Джейн – она работает горничной, супружеская пара – она кухарка, он разнорабочий, и мальчик Тим на посылках.
- Тим, - аккуратно записал в блокнот Шарп. – Значит, ночью лорд Коллинз оставался в доме один?
- Не совсем так. Снаружи дом охраняется специально для этого нанятыми людьми, а один из них дежурит в дальней комнате на первом этаже, на случай если сработает сигнализация. Как видите, одиночество лорда Коллинза было весьма условным.
- И что произошло после того, как Вы отнесли лорду чай?
- Как я уже говорила – я отправилась спать. Однако, во втором часу ночи сработала сигнализация. Мы сильно переполошились, накинули на себя кто что успел, но из-за собак выходить побоялись, а охранники были слишком заняты, чтобы нас проводить.
- А что грабители?
- Каким-то образом им удалось уйти.
- Они что-нибудь украли?
- Из того, что находилось в комнатах дома – ничего. Возможно, они забрали что-то из сейфа лорда Коллинза, но об этом мне трудно судить, потому что я не знаю о его содержимом.
- Вы знаете, как грабители попали в дом?
- Они сделали подкоп.
- Подкоп! Просто невероятно! – «удивленно» воскликнул Шарп. – А могу я на него взглянуть?
- Хозяин приказал убрать все следы взлома, - произнесла экономка, неодобрительно поджав губы.
- Вот как. И что же случилось потом? – Шарп походил на напавшую на след гончую.
- Лорд Коллинз отпустил охрану, а нам приказал отправиться во флигель и раньше девяти утра в дом не входить. Но перед этим, лорд написал письмо и попросил Тима его отнести.
- И вам не показалось такое поведение странным?
- Нет, он был сложным человеком, а мне платят не за подозрения и осуждение.
- Кому адресовалось письмо?
- Не знаю, но вы можете спросить у Тима.
- Непременно, но сначала нам бы хотелось осмотреть комнаты, в которых побывали грабители.
- Что ж, идёмте, - произнесла миссис Терри и пошла вперёд, указывая нам путь. Было странно видеть полный бассейн с покачивающимися на его водяной глади кувшинками и целое окно без единого скола или трещины на раме. Если бы не три дорожки следов на снегу, ведущие от дома в глубь сада, можно было бы подумать, что ночное приключение мне только приснилось. Закончилась наша импровизированная экскурсия в спальне Коллинза.
- Здесь они тоже побывали? – деловито осведомился Шарп.
- Да.
- И ничего не забрали?
- Этого я не знаю. Возможно, они не успели ничего забрать, их спугнул проснувшийся лорд Коллинз.
- Очень может быть, - задумчиво пробормотал Шарп, окинув комнату взглядом и задержав его на кровати с белоснежными простынями. – Полицейские уже осмотрели эту комнату?
- Да.
- И они знают об ограблении?
- Нет, они не задают вопросов, всё больше осматриваются и записывают. Поэтому я и ждала под дверью, чтобы ответить на их вопросы, если возникнет такая необходимость.
- Весьма похвально, - одобрил Шарп, подходя ближе к кровати и делая вид, что внимательно рассматривает её спинку. – Какая удивительная работа! – восхитился он, поглаживая резьбу на дереве и «случайно» сдвигая деталь, приводящую в движение механизм двери. Раздался уже знакомый нам гул открывшейся двери.
- Что это такое? – изумился Шарп, продолжая спектакль одного актёра. – Это кажется оттуда! Да здесь дверь! Вы знали о ней?
- Нет, - в голосе экономке звучало неподдельное удивление, - Я ничего про неё не знала.
- Мы можем войти? – спросил Шарп, проходя в помещение. Мы последовали за ним. Под ботинком Стоуна громко хрустнул черепок разбитой вазы, очевидно лорд проверяющий вознамерился окончательно уничтожить бесценный предмет искусства. Шарп метнул в сторону друга укоризненный взгляд, который Стоун решил не заметить.
Вид комнаты поражал и ошеломлял. В ней и раньше царил беспорядок, однако в нем всё таки прослеживалась какая-то логика. Сейчас же складывалось ощущение, что хранившиеся здесь вещи решили сбежать и в толчее и суматохе кинулись к выходу да так и замерли у входа, застигнутые нашим появлением врасплох.
- Миссис Терри, - впервые за всё это время подал голос Стоун, - после нашего ухода немедленно закройте спальню лорда Коллинза на ключ и никого в неё не впускайте без специального разрешения от главы пятого отделения. Если у полицейских возникнут вопросы, передайте им это, - Стоун отнял у Шарпа блокнот, и написав в нем несколько слов, вырвал листок, отдав его экономке.
- Слушаюсь, - произнесла экономка, сделав книксен. Серьёзный и представительный Стоун вызывал у неё больше почтения и доверия, чем насмешник Шарп.
- А сейчас мне бы хотелось поговорить с Тимом, - требовательно произнёс лорд Стоун.
И миссис Терри тут же кинулась показывать нам дорогу на кухню, перед этим на два оборота заперев двери хозяйской спальни.
Тим оказался худым, темноволосым мальчуганом лет двенадцати, довольно сообразительным для своего возраста. Он не только назвал нам адрес доходного дома, куда было велено отнести письмо, но и описал некоторых его обитателей, попавшихся ему на пути. Больше всего в рассказе Тима Шарпа заинтересовал приказ подсунуть письмо под дверь и, постучав три раза, уйти, не дожидаясь ответа.
- Как думаете, кто мог убить Коллинза? – спросила я по дороге к указанному Тимом дому. Обсуждать важные вопросы в карете стало нашей традицией.
- Мы, - рассеяно отозвался Шарп, пролистывая свои зарисовки.
- Не смешно, - нахмурилась я.
- Не смешно, - согласился детектив, убирая блокнот в карман, - Но будь я обычным следователем второго дивизиона, то рассуждал бы так: скорее всего коллекционер знаком с грабителями, поэтому написал им письмо с требованием немедленно вернуть украденное, иначе он обратиться в полицию. А те возьми, да и воспользуйся ситуацией, убив несчастного. Конец. Все ищут грабителей.
- Но Вы-то не простой следователь, и Вам прекрасно известно, что мы тут ни при чём!
- Точно, - щёлкнул пальцами Шарп. – И свободный от прочих нелепых домыслов, я предположу, что во-первых, коллекционер знал Что у него украли, а во-вторых, Кто украл, потому что узнал нас.
- Нас? – переспросила я, вспоминая, где могла столкнуться с Коллинзом.
- Не совсем нас, а Тео. Зря маску не надел, всё таки ты у нас теперь лицо публичное.
- Ну извините, - пожал плечами Стоун, - в оправдание замечу, что это моё первое ограбление.
- Ладно-ладно, - покивал Шарп, - но на будущее учти, в книжках зря не напишут.
- На будущее? – переспросил Стоун, ненамеренный больше участвовать в каких-либо авантюрах. Шарп, посчитав вопрос риторическим, пустился в дальнейшие рассуждения о коллекционере.
- Сложив два и два, Коллинз понял, что теперь пятое отделение в курсе его маленькой незаконной слабости. Но, что еще хуже, он сам стал причиной дипломатического скандала. Тогда Коллинз решает сделать вид, что ничего не знает про кольцо, и никакого ограбления не было. Следующим шагом, он уничтожает все следы нашего ночного визита, а вот уничтожить свою коллекцию – рука не поднялась. Я думаю, он решил ее вывезти и спрятать у человека, которому может доверять и который знает о его махинациях. Для этого Коллинз пишет ему письмо, в котором всё объясняет. А пока таинственный помощник не явился, Коллинз начинает перетаскивать вещи ближе ко входу. Вы же видели, как они стояли?
Я утвердительно кивнула.
- Вот только этот самый надёжный человек посчитал, что избавиться от коллекционера будет намного безопаснее. Предположу, что именно этот человек свёл Коллинза с директором цирка. Уж слишком почерк похож, та же заковыриста хитрая штука как и при убийстве в цирке, - Шарп замолчал, многозначительно посмотрев на меня, чего-то ожидая. В карете повисла неловкая тишина. Так и не дождавшись, детектив спросил: «Джок, а почему ты не спрашиваешь у меня, что за штуку он сотворил в цирке?»
- Потому что она знает, - ответил за меня Стоун.
- Откуда? – вопрос детектива был тоже адресован ему.
- От лорда Стаффорда младшего, надо полагать, - хмыкнул Стоун. – В Императорской академии вообще объясняют, что значит слово «тайна»?
- Но он же только мне рассказал, по дружбе, - начала я заступаться за Брайана но, поймав насмешливый взгляд лорда проверяющего, запнулась и замолчала, смущенно опустив глаза. И вот как прикажите теперь с ним спорить, если от одного его вида я то и дело смущаюсь и краснею?
- Важно другое, - произнёс Шарп, чем прекратил наши переглядывания, – мы столкнулись с расчетливым, осторожным и умным преступником, который не гнушается никаких методов, и это самое страшное. Поэтому, мне очень интересно, что нас ждёт в указанной Тимом комнате.
Нужный нам доходный дом ничем не отличался от прочих доходных домов города: серое приземистое двухэтажное здание вытянутое в длину со множеством узких окон-бойниц. Каждое окно – комната, в которой иногда приходилось ютиться семье из десятерых человек.
Внутри дом гудел как переполненный улей: десятки голосов, детские крики, споры. С одной стороны стучит швейная машинка, с другой - молоток сапожника. Хорошо, что нам не пришлось углубляться в этот гам, «загадочная комната» располагалась на первом этаже.
Шарп трижды постучал в дверь. Мы замерли, ожидая, что же будет дальше.
- Его нет дома, - раздался позади нас грубый женский голос. Обернувшись, мы наткнулись на невысокую полную женщину с круглым, как блюдце, лицом. За её спиной из-за неплотно прикрытой двери выглядывали три любопытные детские мордашки.
- Когда он вернётся? – спросил Шарп.
- Да кто ж его знает, - пожала плечами женщина. – Мы его один раз только и видели - два года назад, когда он с управляющим приходил комнату снимать. А как повесил новый замок на дверь, так с тех пор и не объявлялся. Но плату, видать, вносит исправно, раз до сих пор не выгнали. Чудной какой-то.
- Не знаете, как его зовут? Может он сам назывался или управляющий говорил.
- Это… Когда он комнату приходил смотреть, я случайно услышала их разговор с управляющим. Тот его, вроде, Джоном Смитом звал.
- Опять Джон Смит. Хоть хватай и тащи в тюрьму каждого Джона Смита в городе, и все равно нужного не поймаешь, - задумчиво пробормотал Шарп, поглядывая на дверь в загадочную комнату. – Придётся ломать.
- Ломать! – воскликнула женщина, мы и глазом не успели моргнуть, как оказались окружены людьми из соседних комнат. Все они были простыми рабочими, тяжелым трудом зарабатывающими себе на жизнь, и единственным, что они по-настоящему считали своим, пока не истечет срок аренды, были маленькие комнатенки, в которых жили их семьи и хранились их вещи.
- Какие здесь крепкие потолки, - заметил Шарп, намекая на немалый вес покойного.
- В доме их специально укрепляли, чтобы они могли выдержать вес люстр, - заметил детектив из второго отделения, которому собственно и поручили вести это дело и которого совсем не обрадовало появление Шарпа. Дело обещало быть громким с попаданием на первые полосы всех вечерних газет, а если повезёт, то еще и завтрашних.
Но Шарпу не было никакого дела до надежд и чаяний своего коллеги, особенно если перед носом замаячило новое интересное расследование. Усевшись на стул и закинув ногу на ногу, Шарп удобно расположил на коленке блокнот и принялся зарисовывать место преступления. При этом он время от времени вытягивал левую руку вперёд и, попеременно прищуривая то правый, то левый глаз, делал на зажатом в пальцах карандаше одному лишь ему видимые насечки. Ни дать ни взять – художник на выезде на природу, вот только пейзаж получался уж слишком мрачным.
- Снимать? – поинтересовался один из полицейских, обхватив Коллинза за ноги. Детектив из второго отделения разрешающе кивнул головой.
- Одну минутку! – остановил полицейского Шарп, поднимаясь на ноги. Решительной походкой он подошёл к телу Коллинза и, к великому ужасу коллег из второго дивизиона, поднял валявшийся на полу стул, нарушая картину преступления.
- Мы ещё не все замеры сделали, - сокрушённо произнес эксперт, хватаясь за голову. Не обращая внимания на его жалобы, Шарп пододвинул стул под тело, чем вызвал ещё один возглас, на этот раз удивления – босые ноги коллекционера так и остались болтаться в воздухе, не доставая до сиденья сантиметров десять.
- Уж не хотите ли Вы сказать, что его убили? – едко заметил детектив второго дивизиона, который уже успел придумать небольшую речь для газет. Но открытие Шарпа полностью разрушало его стройную версию о пресытившемся жизнью богаче.
- А по-вашему он в петлю запрыгивал? Весьма необычно для самоубийцы, - хмыкнул Шарп, прекрасно понимая профессиональную ревность детектива и нарочно поддразнивая его.
- И что же тогда здесь произошло?
- Думаю, ни у кого не возникает сомнений, что Коллинз умер именно на этом месте и именно от удушья. Об этом свидетельствуют определенные следы на одежде и на полу. Но вот оказался он в этой петле не по своей воле. Его оглушили, пока он сидел за столом, поэтому там остался тапок, а потом перетащили сюда и подвесили, вот только с длинной немного ошиблись, ориентируясь на свой рост. Из этого можно сделать вывод, что убийца высокого роста и не дюжей силы.
- Может Вы ещё и имя его назовёте?
- Нет, эту честь я оставлю Вам, это всё таки Ваше расследование. А мне и моим друзьям уже пора, - сказал Шарп и направился к двери. Однако, проходя мимо нас, он тихо шепнул: «Идёмте осмотримся».
Стоило нам покинуть кабинет, как сидевшая у входа женщина поднялась со стула, оправляя несуществующие складки на белоснежном переднике.
- Добрый день, Вы?.. – обратился к ней Шарп.
- Миссис Терри – экономка, - ответила женщина.
- Миссис Терри, расскажите, пожалуйста, что произошло вчера ночью, и не заметили ли Вы чего-нибудь необычного, - издалека начал допрос Шарп.
Но экономка промолчала, плотно сжав тонкие губы.
- Ваши слова уже не смогут навредить лорду Коллинзу, но, возможно, помогут нам разобраться в этом запутанном деле, - попытался переубедить её Шарп.
- Если это и правда поможет. Вчерашний день прошёл как обычно. Большую его часть лорд Коллинз провёл в своём кабинете, отвечая на корреспонденцию - он не любит встречаться с людьми, предпочитая переписываться с ними. Вечером, после ужина, лорд отправился в свою комнату. Ровно в десять, как это заведено, я отнесла ему ромашковый чай и отправилась к себе.
- В какой части дома находится Ваша комната?
- Видите ли, лорд Коллинз был весьма своеобразным человеком. Он не любил, когда в доме на ночь кто-то оставался, поэтому для прислуги был построен отдельный флигель.
- А если бы ему что-то понадобилось среди ночи?
- Он бы нас вызвал.
- Выпрыгивать из теплой постели и бежать по улице, особенно зимой, не самое приятное занятие.
- Возможно, - сдержано ответила экономка на замечание детектива, - но моя работа хорошо оплачивалась, поэтому мне не на что жаловаться. Никому из тех, кто здесь работает, не на что жаловаться, - категорично заявила она, отрезая все дальнейшие подозрения и вопросы.
- А кто ещё работает в доме?
- Моя племянница Джейн – она работает горничной, супружеская пара – она кухарка, он разнорабочий, и мальчик Тим на посылках.
- Тим, - аккуратно записал в блокнот Шарп. – Значит, ночью лорд Коллинз оставался в доме один?
- Не совсем так. Снаружи дом охраняется специально для этого нанятыми людьми, а один из них дежурит в дальней комнате на первом этаже, на случай если сработает сигнализация. Как видите, одиночество лорда Коллинза было весьма условным.
- И что произошло после того, как Вы отнесли лорду чай?
- Как я уже говорила – я отправилась спать. Однако, во втором часу ночи сработала сигнализация. Мы сильно переполошились, накинули на себя кто что успел, но из-за собак выходить побоялись, а охранники были слишком заняты, чтобы нас проводить.
- А что грабители?
- Каким-то образом им удалось уйти.
- Они что-нибудь украли?
- Из того, что находилось в комнатах дома – ничего. Возможно, они забрали что-то из сейфа лорда Коллинза, но об этом мне трудно судить, потому что я не знаю о его содержимом.
- Вы знаете, как грабители попали в дом?
- Они сделали подкоп.
- Подкоп! Просто невероятно! – «удивленно» воскликнул Шарп. – А могу я на него взглянуть?
- Хозяин приказал убрать все следы взлома, - произнесла экономка, неодобрительно поджав губы.
- Вот как. И что же случилось потом? – Шарп походил на напавшую на след гончую.
- Лорд Коллинз отпустил охрану, а нам приказал отправиться во флигель и раньше девяти утра в дом не входить. Но перед этим, лорд написал письмо и попросил Тима его отнести.
- И вам не показалось такое поведение странным?
- Нет, он был сложным человеком, а мне платят не за подозрения и осуждение.
- Кому адресовалось письмо?
- Не знаю, но вы можете спросить у Тима.
- Непременно, но сначала нам бы хотелось осмотреть комнаты, в которых побывали грабители.
- Что ж, идёмте, - произнесла миссис Терри и пошла вперёд, указывая нам путь. Было странно видеть полный бассейн с покачивающимися на его водяной глади кувшинками и целое окно без единого скола или трещины на раме. Если бы не три дорожки следов на снегу, ведущие от дома в глубь сада, можно было бы подумать, что ночное приключение мне только приснилось. Закончилась наша импровизированная экскурсия в спальне Коллинза.
- Здесь они тоже побывали? – деловито осведомился Шарп.
- Да.
- И ничего не забрали?
- Этого я не знаю. Возможно, они не успели ничего забрать, их спугнул проснувшийся лорд Коллинз.
- Очень может быть, - задумчиво пробормотал Шарп, окинув комнату взглядом и задержав его на кровати с белоснежными простынями. – Полицейские уже осмотрели эту комнату?
- Да.
- И они знают об ограблении?
- Нет, они не задают вопросов, всё больше осматриваются и записывают. Поэтому я и ждала под дверью, чтобы ответить на их вопросы, если возникнет такая необходимость.
- Весьма похвально, - одобрил Шарп, подходя ближе к кровати и делая вид, что внимательно рассматривает её спинку. – Какая удивительная работа! – восхитился он, поглаживая резьбу на дереве и «случайно» сдвигая деталь, приводящую в движение механизм двери. Раздался уже знакомый нам гул открывшейся двери.
- Что это такое? – изумился Шарп, продолжая спектакль одного актёра. – Это кажется оттуда! Да здесь дверь! Вы знали о ней?
- Нет, - в голосе экономке звучало неподдельное удивление, - Я ничего про неё не знала.
- Мы можем войти? – спросил Шарп, проходя в помещение. Мы последовали за ним. Под ботинком Стоуна громко хрустнул черепок разбитой вазы, очевидно лорд проверяющий вознамерился окончательно уничтожить бесценный предмет искусства. Шарп метнул в сторону друга укоризненный взгляд, который Стоун решил не заметить.
Вид комнаты поражал и ошеломлял. В ней и раньше царил беспорядок, однако в нем всё таки прослеживалась какая-то логика. Сейчас же складывалось ощущение, что хранившиеся здесь вещи решили сбежать и в толчее и суматохе кинулись к выходу да так и замерли у входа, застигнутые нашим появлением врасплох.
- Миссис Терри, - впервые за всё это время подал голос Стоун, - после нашего ухода немедленно закройте спальню лорда Коллинза на ключ и никого в неё не впускайте без специального разрешения от главы пятого отделения. Если у полицейских возникнут вопросы, передайте им это, - Стоун отнял у Шарпа блокнот, и написав в нем несколько слов, вырвал листок, отдав его экономке.
- Слушаюсь, - произнесла экономка, сделав книксен. Серьёзный и представительный Стоун вызывал у неё больше почтения и доверия, чем насмешник Шарп.
- А сейчас мне бы хотелось поговорить с Тимом, - требовательно произнёс лорд Стоун.
И миссис Терри тут же кинулась показывать нам дорогу на кухню, перед этим на два оборота заперев двери хозяйской спальни.
Тим оказался худым, темноволосым мальчуганом лет двенадцати, довольно сообразительным для своего возраста. Он не только назвал нам адрес доходного дома, куда было велено отнести письмо, но и описал некоторых его обитателей, попавшихся ему на пути. Больше всего в рассказе Тима Шарпа заинтересовал приказ подсунуть письмо под дверь и, постучав три раза, уйти, не дожидаясь ответа.
- Как думаете, кто мог убить Коллинза? – спросила я по дороге к указанному Тимом дому. Обсуждать важные вопросы в карете стало нашей традицией.
- Мы, - рассеяно отозвался Шарп, пролистывая свои зарисовки.
- Не смешно, - нахмурилась я.
- Не смешно, - согласился детектив, убирая блокнот в карман, - Но будь я обычным следователем второго дивизиона, то рассуждал бы так: скорее всего коллекционер знаком с грабителями, поэтому написал им письмо с требованием немедленно вернуть украденное, иначе он обратиться в полицию. А те возьми, да и воспользуйся ситуацией, убив несчастного. Конец. Все ищут грабителей.
- Но Вы-то не простой следователь, и Вам прекрасно известно, что мы тут ни при чём!
- Точно, - щёлкнул пальцами Шарп. – И свободный от прочих нелепых домыслов, я предположу, что во-первых, коллекционер знал Что у него украли, а во-вторых, Кто украл, потому что узнал нас.
- Нас? – переспросила я, вспоминая, где могла столкнуться с Коллинзом.
- Не совсем нас, а Тео. Зря маску не надел, всё таки ты у нас теперь лицо публичное.
- Ну извините, - пожал плечами Стоун, - в оправдание замечу, что это моё первое ограбление.
- Ладно-ладно, - покивал Шарп, - но на будущее учти, в книжках зря не напишут.
- На будущее? – переспросил Стоун, ненамеренный больше участвовать в каких-либо авантюрах. Шарп, посчитав вопрос риторическим, пустился в дальнейшие рассуждения о коллекционере.
- Сложив два и два, Коллинз понял, что теперь пятое отделение в курсе его маленькой незаконной слабости. Но, что еще хуже, он сам стал причиной дипломатического скандала. Тогда Коллинз решает сделать вид, что ничего не знает про кольцо, и никакого ограбления не было. Следующим шагом, он уничтожает все следы нашего ночного визита, а вот уничтожить свою коллекцию – рука не поднялась. Я думаю, он решил ее вывезти и спрятать у человека, которому может доверять и который знает о его махинациях. Для этого Коллинз пишет ему письмо, в котором всё объясняет. А пока таинственный помощник не явился, Коллинз начинает перетаскивать вещи ближе ко входу. Вы же видели, как они стояли?
Я утвердительно кивнула.
- Вот только этот самый надёжный человек посчитал, что избавиться от коллекционера будет намного безопаснее. Предположу, что именно этот человек свёл Коллинза с директором цирка. Уж слишком почерк похож, та же заковыриста хитрая штука как и при убийстве в цирке, - Шарп замолчал, многозначительно посмотрев на меня, чего-то ожидая. В карете повисла неловкая тишина. Так и не дождавшись, детектив спросил: «Джок, а почему ты не спрашиваешь у меня, что за штуку он сотворил в цирке?»
- Потому что она знает, - ответил за меня Стоун.
- Откуда? – вопрос детектива был тоже адресован ему.
- От лорда Стаффорда младшего, надо полагать, - хмыкнул Стоун. – В Императорской академии вообще объясняют, что значит слово «тайна»?
- Но он же только мне рассказал, по дружбе, - начала я заступаться за Брайана но, поймав насмешливый взгляд лорда проверяющего, запнулась и замолчала, смущенно опустив глаза. И вот как прикажите теперь с ним спорить, если от одного его вида я то и дело смущаюсь и краснею?
- Важно другое, - произнёс Шарп, чем прекратил наши переглядывания, – мы столкнулись с расчетливым, осторожным и умным преступником, который не гнушается никаких методов, и это самое страшное. Поэтому, мне очень интересно, что нас ждёт в указанной Тимом комнате.
Нужный нам доходный дом ничем не отличался от прочих доходных домов города: серое приземистое двухэтажное здание вытянутое в длину со множеством узких окон-бойниц. Каждое окно – комната, в которой иногда приходилось ютиться семье из десятерых человек.
Внутри дом гудел как переполненный улей: десятки голосов, детские крики, споры. С одной стороны стучит швейная машинка, с другой - молоток сапожника. Хорошо, что нам не пришлось углубляться в этот гам, «загадочная комната» располагалась на первом этаже.
Шарп трижды постучал в дверь. Мы замерли, ожидая, что же будет дальше.
- Его нет дома, - раздался позади нас грубый женский голос. Обернувшись, мы наткнулись на невысокую полную женщину с круглым, как блюдце, лицом. За её спиной из-за неплотно прикрытой двери выглядывали три любопытные детские мордашки.
- Когда он вернётся? – спросил Шарп.
- Да кто ж его знает, - пожала плечами женщина. – Мы его один раз только и видели - два года назад, когда он с управляющим приходил комнату снимать. А как повесил новый замок на дверь, так с тех пор и не объявлялся. Но плату, видать, вносит исправно, раз до сих пор не выгнали. Чудной какой-то.
- Не знаете, как его зовут? Может он сам назывался или управляющий говорил.
- Это… Когда он комнату приходил смотреть, я случайно услышала их разговор с управляющим. Тот его, вроде, Джоном Смитом звал.
- Опять Джон Смит. Хоть хватай и тащи в тюрьму каждого Джона Смита в городе, и все равно нужного не поймаешь, - задумчиво пробормотал Шарп, поглядывая на дверь в загадочную комнату. – Придётся ломать.
- Ломать! – воскликнула женщина, мы и глазом не успели моргнуть, как оказались окружены людьми из соседних комнат. Все они были простыми рабочими, тяжелым трудом зарабатывающими себе на жизнь, и единственным, что они по-настоящему считали своим, пока не истечет срок аренды, были маленькие комнатенки, в которых жили их семьи и хранились их вещи.
