— По-моему, всё понятно — вы, Майя… — он снова посмотрел в направление, — Сергеевна, будете в течении двух с половиной недель проходить у нас практику, — лучезарно улыбнулся он.
Я глубоко вдохнула и выдохнула. Отлично.
— Ах, вот в чем дело! Ну, тогда понятно. До свидания, — я развернулась на каблуках и направилась к выходу. Ян нагнал меня и остановил, обняв за талию.
— Май, ну ты чего злишься? Разве ты не хочешь, чтобы мы больше времени проводили вместе? Я просто не смог отказать себе в маленькой слабости, — он потерся носом о мою щёку.
— Тогда почему ты сделал это тайком, ничего мне не сказав?
— Решил сделать тебе сюрприз. Получилось эффектно, да?
— Да, — я сняла с себя его руки и вышла за дверь.
Карябал свои эсэмэски и всё знал! А я, как дура, туда-сюда езжу. Сюрприз решил сделать. Прелестно! И что мне теперь делать? Если я не пройду практику, мне её не зачтут и соответственно не допустят до госэкзаменов. Я села на диван для посетителей, стоящий в фойе и принялась рассматривать обложку журнала. Значит я — не рабыня Изаура? Ну что же, Ян Александрович, получите вы своё. Из кабинета вышел Ян и обратился к секретарше:
— Алина, я должен отлучиться... — и увидев меня, осекся и тут же нашёлся, — Майя Сергеевна, пойдемте, я покажу ваше рабочее место.
Алина обескуражено переводила взгляд с Яна на меня и обратно. Ян подошел ко мне и галантно предложил руку.
Для «маленькой слабости» исполнительного директора группы компаний «Константа» был отведён целый отдельный кабинет, находящийся в непосредственной близости с приёмной (подготовился интриган!), со столом, стулом и ноутбуком. Выселил ли кого-то отсюда, что ли?
— Спасибо, — я села за стол, — какая для меня есть работа?
— Ты пока осмотрись, освойся. Потом мы что-нибудь придумаем.
— Хорошо, — покладисто согласилась я.
— Май, я же чувствую, что ты злишься...
— Ты же получил, что хотел. Пусть это тебя не беспокоит, — равнодушно сказала я.
— Но меня это беспокоит.
— Ничего, переживёшь. Расслабься, сейчас я перекиплю и успокоюсь. Серьёзно — иди, работай.
Он, с подозрением на меня поглядывая, ушёл.
Иди-иди. Я нашла и включила интернет-радио на ноутбуке. Надо придумать страшную месть — и тогда я точно успокоюсь. Побарабанила по столу пальцами: как назло, ничего не приходит в голову. Из динамика послышались звуки какой-то стародревней песни в исполнении Майкла Джексона. Это что, «Ретро-FM»? И тут меня озарила идея.
Ну, конечно! Рефлекс, говоришь, у тебя? Замечательно! Я достала телефон, нашла нужную песню в интернете, скачала её и мстительно поставила на все входящие вызовы по умолчанию. Получи, фашист, гранату! Сейчас узнаешь, как замечательно нам работать вместе!
Очень кстати позвонил Федя справиться, как я устроилась, я попросила позвонить минут через десять. Не буду полагаться на слепой случай — пора подключать тяжёлую артиллерию.
Подгадала по времени, когда мне как бы невзначай срочно понадобилось спросить нечто важное у Яна, и я, прорвав оборону Алины, зашла к нему в кабинет. Он был занят разговором по телефону и вопросительно на меня покосился, когда я закрыла за собой дверь. Тут затрезвонил голосом Майкла Джексона мой телефон — Федя, как всегда, неподражаемо пунктуален!
Я изобразила невинную улыбку, а принимать вызов не спешила. Чтобы невольные слушатели могли в полной мере насладиться бесподобным голосом поп-короля и запоминающейся мелодией самой песни. Ян сначала удивленно уставился на меня, потом его взгляд соскользнул ниже моего лица, и ещё ниже. Он, улыбаясь, закусил губу. Я достала телефон, снова обворожительно улыбнувшись, извинилась и вышла. О, как прекрасна месть!
Ян оказался стойким и ворвался в выделенный мне кабинет минут через пятнадцать, когда я уже подумала, что план не сработал. Он закрыл за собой дверь и, подозрительно прищурившись, посмотрел на меня.
— Это что, диверсия?
— Ты о чём? — «искренне» удивилась я.
— Сама знаешь, о чём! — возмутился он. — Ну, все, Заяц, допрыгалась! — он решительно направился ко мне.
— Не смей называть меня так!
Подавив вскрик, я подхватилась с места и метнулась в противоположную от Яна сторону. Дохлый номер. Через секунду я уже была прижата к стене.
Что-то я не подумала о таком варианте развития событий. Полагала, что он придёт, поорёт на меня немного, а я буду наслаждаться упоительным чувством мести. Выходит, приличия на работе он соблюдать не собирается. Скверно.
— Ян Александрович, разве вас не ждёт куча дел? — обеспокоено уточнила я.
— Ничего, куча подождет. Тут экстренный случай! — коварно ухмыльнулся он и провел рукой по моему бедру снизу вверх. Я поймала его за запястье.
— Ян, что подумает о нас твоя секретарша? — не на шутку струхнула я. А вдруг он серьёзно? Он прикоснулся губами к чувствительному местечку за ухом.
— Милая, ты играешь с огнем. Взяла спички, и для надежности вымочила их в бензине... Надо было раньше думать, когда ты воплощала в жизнь свою операцию «Ы», — пробормотал он, не прекращая покрывать мою шею поцелуями.
— Почему это — «Ы»?
— Чтоб никто не догадался.
Не выдержав, я фыркнула.
— Вообще-то, я должна проходить практику, я ведь здесь для этого, не так ли? — я попыталась вывернуться из его захвата.
— Так ли. Но мы, вроде бы, тоже не теорией занимаемся.
— Но мне предстоит получение диплома не по специальности «Жрица любви!»
— Да? Неужели ты помнишь об этом?! — делано удивился он. — Ладно, живи. И не дразни меня больше — это опасно! Поняла? — он немного ослабил хватку.
Я облегченно выдохнула и смиренно кивнула. Запечатлев на моем лбу целомудренный поцелуй, Ян погрозил мне напоследок пальцем и ушёл. Я удовлетворённо улыбнулась ему в след. То-то же. Пусть тоже пострадает.
— Ты должен дать мне настоящую работу, — сообщила я Яну, когда у него, наконец, появилось свободное время, и он соизволил почтить меня своим присутствием. Я уже немного поостыла и решила, что пусть будет так, как есть.
— Зачем?
— Как это, зачем? Я на практике или где? Почему я занимаюсь какой-то ерундой, вроде чтения новостей в интернете? Я хочу работать мозгами!
— Хорошо, у меня есть кое-что, чем ты можешь заняться. Пойдем.
Я приободрилась. Сейчас я буду по-настоящему работать! А не слоняться неприкаянно из угла в угол и беспрестанно пить чай. С этого чая я скоро лопну.
— Вот, — он положил передо мной на стол папку-скоросшиватель с файлами, наполненную под завязку документами. — Это документы юридического лица, долю в уставном капитале которого мы недавно приобрели. Нужно привести устав в соответствие с законом, так как он уже устарел, и подготовить необходимые документы для внесения соответствующих изменений в реестр. Ну и, вообще, разложить все по полочкам, чтобы все было в идеальном порядке.
Я открыла рот. И тут же его захлопнула. Сама попросила. Ни за что не отступлю. Хотя и имею очень отдалённое представление о том, как вносятся изменения в реестр.
— Спасибо, — я взяла увесистую папку в руки и подиумной походкой направилась к выходу.
— Если возникнут затруднения — милости прошу. Можешь воспользоваться образцами в сетевой папке «Документы для юрлиц» в твоём ноутбуке, там есть и формы заявлений, и образцы уставов, — он одарил меня змеиной улыбкой.
— Всенепременно, — я гордо вышла в коридор и проследовала в «свой» кабинет.
Так, только без паники. Если что, всегда можно у кого-нибудь спросить. Первым делом я залезла в нужную папку. Что ж, хотя бы с новой редакцией устава проблем не будет. Передую с образца. Потом согласую с Яном по принципиальным вопросам. Спасибо преподу по корпоративному праву, ох, как мне сейчас пригодятся его разборы по уставам!..
А вот остальное... Я зашла на сайт налоговой и прочитала всё, что было по теме. В целом, картина ясна. Главное — правильно заполнить форму заявления, требования к которой впечатляли. На сайте той же налоговой я нашла программу по заполнению этих адских форм. И весь оставшийся день потратила на то, чтобы её скачать, установить и разобраться, как с ней работать. Завтра всё сделаю и схожу в налоговую для консультации. Ура, дело в шляпе! У Яна и его подчинённых из принципа спрашивать ничего не буду, свои мозги имеются. Я ему докажу, что могу справиться. Он ведь уверен — я прибегу плакаться, что у меня ничего не получается!
Я так увлеклась заданием, что не заметила, как закончился рабочий день.
— Ну что, студент-практикант, как успехи? — зашёл в кабинет Ян.
— Вполне успешно. Завтра мне нужно будет согласовать с тобой кое-что, и я выхожу на финишную прямую, — невозмутимо отрапортовала я.
— Вот и отлично, — резюмировал Ян, недоверчиво меня оглядывая. — Поедем домой? Или сходим куда-нибудь поужинать? — бодро предложил он.
— А разве мы уйдем вместе? Я могу тебя скомпрометировать.
— Буду рад. Скомпрометируйте меня, пожалуйста, Майя Сергеевна, я так хочу этого!
— Слушаю и повинуюсь, мой господин, — я сложила ладони вместе и по-восточному церемонно поклонилась. — Прикажете сделать это немедленно? — какая-то врождённая вредность не давала мне покоя.
Ян сразу же утратил всякую веселость.
— Перестань. Это не смешно.
— А я и не смеюсь.
— Зачем ты это делаешь?
— Что?
— Ведёшь себя так.
— А разве ты не этого хотел?
— Нет.
— А почему ты тогда за меня решаешь? Сказал, будто не хочешь меня ни к чему принуждать, а сам даже не спрашиваешь, чего хочу я.
— Потому что мне казалось, что ты тоже этого хочешь. Видимо, я ошибся.
Я молча смотрела себе под ноги.
— Май, тебе нужно, чтобы я себя чувствовал виноватым всё время?
— Нет.
Я продолжала буравить взглядом застеленный ламинатом пол, а Ян молчал. Зачем мне это всё? Чего я добиваюсь? Не знаю. Но отступать не буду. Слова сказаны.
— Хорошо. Если тебе так неприятно моё участие в твоих делах — его не будет. Хочешь ехать домой одна — пожалуйста, — он развернулся и вышел за дверь.
И я осталась в одиночестве. Прекрасно. Добилась своего. Даже не знаю, радоваться или плакать.
Ведь он и, правда, ничего такого не сделал. Только хотел, чтобы мы были вместе. И я хочу. Но из принципа — не хочу. Ну что я за человек такой?! Мне же так хорошо с ним, зачем надо обязательно всё испортить? Я потёрла лицо руками.
Поеду домой, побуду наедине с собой — успокоюсь.
Дома было тоскливо и уныло. Без Яна. Хотелось быть рядом с ним, обнять его. Но какая-то, видимо, самая противная часть меня мешала сесть и поехать к нему. «Вы вместе три дня, а он уже распоряжается. Если уже сейчас так, то что дальше? Кирхе, киндер, кюхен? Босая, беременная на кухне? Он должен уважать твоё мнение. Интересоваться им!» — шептал мне противный голосок. Но он же мужчина, они все командуют. И потом, он не сделал ничего, что бы меня абсолютно не устраивало. Меня не устраивает только то, что он мне ничего не сказал. А я ему скандалы закатываю.
Скоро ему надоест нянчиться со мной, и он меня бросит. Ну, если так быстро надоест, то лучше пусть бросает. О, Господи! Чего я добиваюсь? Я не хочу, чтобы он бросал меня!
Вот оно! Я всё ищу, где же подвох? Рисую себе мрачные картины нашего совместного будущего, или, что ещё лучше, жду, когда он наиграется со мной и бросит! Что за паранойя? Почему он должен меня бросать? Нам так хорошо вместе! Надо жить и наслаждаться моментом, а я такие конструкции выстраиваю!
Ещё эта связь... Да кто меня за язык дёрнул? Он слышит, что я чувствую… Кошмар! Да я сама не знаю, чего хочу! А-а-а, голова сейчас расколется на две части! Мне надо Жанну!
Жанна обрадовалась моему звонку и пообещала оказать мне скорую психологическую помощь. В ожидании противострадательной терапии, я достала диск с фильмом «Бриолин» с Джоном Траволтой и Оливией Ньютон Джон в главных ролях — мы с Жанной обожаем этот мюзикл и боремся, обычно, вооружившись им, с депрессией. С собой подруга привезла шоколад, кучу всяких вкусностей и... маринованные огурцы. Это намёк?.. Уж не решили ли молодожёны обзавестись потомством? Надо допросить.
Хорошая у меня подруга, спасает от голода вот... Начнём устранять последствия продовольственного катаклизма. А я опять ничего не купила.
Кстати, о беременности. Надеюсь, Ян использует свои волчьи способы предохранения. А то я совсем об этом забыла. Надо будет у него спросить. Если, конечно, у нас ещё что-то будет после сегодняшней ссоры...
Все свои переживания и страхи я вывалила на Жанну. После бурных и продолжительных оваций на тему наших с Яном неожиданно возникших отношений, она принялась меня утешать (что входит в список непреложных обязанностей лучшей подруги по Кодексу лучших друзей).
— Майка, ты такая дурочка! Все женщины ведут себя так. По крайней мере, уважающие себя. Пусть всё время будет в тонусе! — она протянула мне кусочек шоколада.
Я шмыгнула носом и засунула шоколадку в рот.
— Мы ведь всего три дня вместе, а я со своим тонусом! Он наверняка уже думает, что я чокнутая! — я покрутила пальцем возле виска.
Жанна прыснула.
— Так ты и есть чокнутая, в хорошем смысле этого слова! И я чокнутая!
— Не знала, что у этого слова есть хороший смысл, — проворчала я.
— В каждой женщине должна быть сумасшедшинка, иначе — тоска зелёная!
— Главное, чтобы эта сумасшедшинка не переросла во встряхнутость на всю голову!
— Это да. Но до встряхнутости тебе далеко, — уверила она меня.
— Успокоила...
— Майка, зато ему с тобой никогда не будет скучно! И если он тебя любит, как говорит, то из-за этого не бросит. Уж поверь.
— Будем на это надеяться.
— Всё-таки балдею от молодого Траволты! — восхитилась Жанна, глядя в телевизор, и вслед за шоколадом увлечённо захрустела огурцом. — Май, а ты-то любишь его? — повернувшись ко мне, шёпотом спросила подруга, как будто кто-то мог нас подслушать.
— Траволту? Обожаю! — мне тоже захотелось огурца, уж больно аппетитно они хрустят — и я нацепила «беременный овощ» на вилку.
— Да, нет же! Про Траволту я и так знаю! Я про Яна!
— А что Ян? — прикинулась я дурочкой и захрустела в унисон с Жанной.
— Любишь его?
— Столько уксуса, капец просто какой-то! Как ты их ешь?
— Майка! Любишь, говорю, Яна?!
Да... От неё так просто не отделаешься. Особенно когда разговор касается моей тонкой душевной организации и её содержания. Но я ведь сама позвала Жанну, чтобы выговориться! Так чего тут смущаться? Мне всегда тяжело давались такого рода откровения, а Жанна — единственный человек, которому я когда-либо открывалась о собственных влюбленных переживаниях. Федька не в счёт, он только кое-что мельком слышал, да и то не придавал этому большого значения. Тем ценнее были для подруги мои признания.
— Не знаю. Но я с ума сойду, если он меня бросит. Мне так хорошо с ним, — я мечтательно погрызла зубчики вилки. — И сейчас я очень по нему скучаю... Люблю. Да, я его люблю.
— Класс! — запищала от восторга Жанка. — Я так за тебя рада! И вообще, зря ты тогда переживала. Носится вот с тобой, как курица с яйцом!
— В тот момент были основания сомневаться. Когда предложил встречаться, я мало приятного о себе услышала. Ведьма, ведьма! Все его носом будут в меня тыкать... Бедняжка! Вот я и сказала, что ничего у нас не выйдет. Да и не поверила я ему.
— Не поверила? Что встречаться с тобой хочет? Зачем бы он тогда предлагал?
— Не знаю, в общем, не поверила.
— Ты бы его тогда видела! Он такой злющий ходил, ни с кем не разговаривал! Фил говорит, вокруг него всегда немало девиц было, а после того, как он познакомился с тобой, то он всех отвадил.
Я глубоко вдохнула и выдохнула. Отлично.
— Ах, вот в чем дело! Ну, тогда понятно. До свидания, — я развернулась на каблуках и направилась к выходу. Ян нагнал меня и остановил, обняв за талию.
— Май, ну ты чего злишься? Разве ты не хочешь, чтобы мы больше времени проводили вместе? Я просто не смог отказать себе в маленькой слабости, — он потерся носом о мою щёку.
— Тогда почему ты сделал это тайком, ничего мне не сказав?
— Решил сделать тебе сюрприз. Получилось эффектно, да?
— Да, — я сняла с себя его руки и вышла за дверь.
Карябал свои эсэмэски и всё знал! А я, как дура, туда-сюда езжу. Сюрприз решил сделать. Прелестно! И что мне теперь делать? Если я не пройду практику, мне её не зачтут и соответственно не допустят до госэкзаменов. Я села на диван для посетителей, стоящий в фойе и принялась рассматривать обложку журнала. Значит я — не рабыня Изаура? Ну что же, Ян Александрович, получите вы своё. Из кабинета вышел Ян и обратился к секретарше:
— Алина, я должен отлучиться... — и увидев меня, осекся и тут же нашёлся, — Майя Сергеевна, пойдемте, я покажу ваше рабочее место.
Алина обескуражено переводила взгляд с Яна на меня и обратно. Ян подошел ко мне и галантно предложил руку.
Для «маленькой слабости» исполнительного директора группы компаний «Константа» был отведён целый отдельный кабинет, находящийся в непосредственной близости с приёмной (подготовился интриган!), со столом, стулом и ноутбуком. Выселил ли кого-то отсюда, что ли?
— Спасибо, — я села за стол, — какая для меня есть работа?
— Ты пока осмотрись, освойся. Потом мы что-нибудь придумаем.
— Хорошо, — покладисто согласилась я.
— Май, я же чувствую, что ты злишься...
— Ты же получил, что хотел. Пусть это тебя не беспокоит, — равнодушно сказала я.
— Но меня это беспокоит.
— Ничего, переживёшь. Расслабься, сейчас я перекиплю и успокоюсь. Серьёзно — иди, работай.
Он, с подозрением на меня поглядывая, ушёл.
Иди-иди. Я нашла и включила интернет-радио на ноутбуке. Надо придумать страшную месть — и тогда я точно успокоюсь. Побарабанила по столу пальцами: как назло, ничего не приходит в голову. Из динамика послышались звуки какой-то стародревней песни в исполнении Майкла Джексона. Это что, «Ретро-FM»? И тут меня озарила идея.
Ну, конечно! Рефлекс, говоришь, у тебя? Замечательно! Я достала телефон, нашла нужную песню в интернете, скачала её и мстительно поставила на все входящие вызовы по умолчанию. Получи, фашист, гранату! Сейчас узнаешь, как замечательно нам работать вместе!
Очень кстати позвонил Федя справиться, как я устроилась, я попросила позвонить минут через десять. Не буду полагаться на слепой случай — пора подключать тяжёлую артиллерию.
Подгадала по времени, когда мне как бы невзначай срочно понадобилось спросить нечто важное у Яна, и я, прорвав оборону Алины, зашла к нему в кабинет. Он был занят разговором по телефону и вопросительно на меня покосился, когда я закрыла за собой дверь. Тут затрезвонил голосом Майкла Джексона мой телефон — Федя, как всегда, неподражаемо пунктуален!
Я изобразила невинную улыбку, а принимать вызов не спешила. Чтобы невольные слушатели могли в полной мере насладиться бесподобным голосом поп-короля и запоминающейся мелодией самой песни. Ян сначала удивленно уставился на меня, потом его взгляд соскользнул ниже моего лица, и ещё ниже. Он, улыбаясь, закусил губу. Я достала телефон, снова обворожительно улыбнувшись, извинилась и вышла. О, как прекрасна месть!
Ян оказался стойким и ворвался в выделенный мне кабинет минут через пятнадцать, когда я уже подумала, что план не сработал. Он закрыл за собой дверь и, подозрительно прищурившись, посмотрел на меня.
— Это что, диверсия?
— Ты о чём? — «искренне» удивилась я.
— Сама знаешь, о чём! — возмутился он. — Ну, все, Заяц, допрыгалась! — он решительно направился ко мне.
— Не смей называть меня так!
Подавив вскрик, я подхватилась с места и метнулась в противоположную от Яна сторону. Дохлый номер. Через секунду я уже была прижата к стене.
Что-то я не подумала о таком варианте развития событий. Полагала, что он придёт, поорёт на меня немного, а я буду наслаждаться упоительным чувством мести. Выходит, приличия на работе он соблюдать не собирается. Скверно.
— Ян Александрович, разве вас не ждёт куча дел? — обеспокоено уточнила я.
— Ничего, куча подождет. Тут экстренный случай! — коварно ухмыльнулся он и провел рукой по моему бедру снизу вверх. Я поймала его за запястье.
— Ян, что подумает о нас твоя секретарша? — не на шутку струхнула я. А вдруг он серьёзно? Он прикоснулся губами к чувствительному местечку за ухом.
— Милая, ты играешь с огнем. Взяла спички, и для надежности вымочила их в бензине... Надо было раньше думать, когда ты воплощала в жизнь свою операцию «Ы», — пробормотал он, не прекращая покрывать мою шею поцелуями.
— Почему это — «Ы»?
— Чтоб никто не догадался.
Не выдержав, я фыркнула.
— Вообще-то, я должна проходить практику, я ведь здесь для этого, не так ли? — я попыталась вывернуться из его захвата.
— Так ли. Но мы, вроде бы, тоже не теорией занимаемся.
— Но мне предстоит получение диплома не по специальности «Жрица любви!»
— Да? Неужели ты помнишь об этом?! — делано удивился он. — Ладно, живи. И не дразни меня больше — это опасно! Поняла? — он немного ослабил хватку.
Я облегченно выдохнула и смиренно кивнула. Запечатлев на моем лбу целомудренный поцелуй, Ян погрозил мне напоследок пальцем и ушёл. Я удовлетворённо улыбнулась ему в след. То-то же. Пусть тоже пострадает.
— Ты должен дать мне настоящую работу, — сообщила я Яну, когда у него, наконец, появилось свободное время, и он соизволил почтить меня своим присутствием. Я уже немного поостыла и решила, что пусть будет так, как есть.
— Зачем?
— Как это, зачем? Я на практике или где? Почему я занимаюсь какой-то ерундой, вроде чтения новостей в интернете? Я хочу работать мозгами!
— Хорошо, у меня есть кое-что, чем ты можешь заняться. Пойдем.
Я приободрилась. Сейчас я буду по-настоящему работать! А не слоняться неприкаянно из угла в угол и беспрестанно пить чай. С этого чая я скоро лопну.
— Вот, — он положил передо мной на стол папку-скоросшиватель с файлами, наполненную под завязку документами. — Это документы юридического лица, долю в уставном капитале которого мы недавно приобрели. Нужно привести устав в соответствие с законом, так как он уже устарел, и подготовить необходимые документы для внесения соответствующих изменений в реестр. Ну и, вообще, разложить все по полочкам, чтобы все было в идеальном порядке.
Я открыла рот. И тут же его захлопнула. Сама попросила. Ни за что не отступлю. Хотя и имею очень отдалённое представление о том, как вносятся изменения в реестр.
— Спасибо, — я взяла увесистую папку в руки и подиумной походкой направилась к выходу.
— Если возникнут затруднения — милости прошу. Можешь воспользоваться образцами в сетевой папке «Документы для юрлиц» в твоём ноутбуке, там есть и формы заявлений, и образцы уставов, — он одарил меня змеиной улыбкой.
— Всенепременно, — я гордо вышла в коридор и проследовала в «свой» кабинет.
Так, только без паники. Если что, всегда можно у кого-нибудь спросить. Первым делом я залезла в нужную папку. Что ж, хотя бы с новой редакцией устава проблем не будет. Передую с образца. Потом согласую с Яном по принципиальным вопросам. Спасибо преподу по корпоративному праву, ох, как мне сейчас пригодятся его разборы по уставам!..
А вот остальное... Я зашла на сайт налоговой и прочитала всё, что было по теме. В целом, картина ясна. Главное — правильно заполнить форму заявления, требования к которой впечатляли. На сайте той же налоговой я нашла программу по заполнению этих адских форм. И весь оставшийся день потратила на то, чтобы её скачать, установить и разобраться, как с ней работать. Завтра всё сделаю и схожу в налоговую для консультации. Ура, дело в шляпе! У Яна и его подчинённых из принципа спрашивать ничего не буду, свои мозги имеются. Я ему докажу, что могу справиться. Он ведь уверен — я прибегу плакаться, что у меня ничего не получается!
Я так увлеклась заданием, что не заметила, как закончился рабочий день.
— Ну что, студент-практикант, как успехи? — зашёл в кабинет Ян.
— Вполне успешно. Завтра мне нужно будет согласовать с тобой кое-что, и я выхожу на финишную прямую, — невозмутимо отрапортовала я.
— Вот и отлично, — резюмировал Ян, недоверчиво меня оглядывая. — Поедем домой? Или сходим куда-нибудь поужинать? — бодро предложил он.
— А разве мы уйдем вместе? Я могу тебя скомпрометировать.
— Буду рад. Скомпрометируйте меня, пожалуйста, Майя Сергеевна, я так хочу этого!
— Слушаю и повинуюсь, мой господин, — я сложила ладони вместе и по-восточному церемонно поклонилась. — Прикажете сделать это немедленно? — какая-то врождённая вредность не давала мне покоя.
Ян сразу же утратил всякую веселость.
— Перестань. Это не смешно.
— А я и не смеюсь.
— Зачем ты это делаешь?
— Что?
— Ведёшь себя так.
— А разве ты не этого хотел?
— Нет.
— А почему ты тогда за меня решаешь? Сказал, будто не хочешь меня ни к чему принуждать, а сам даже не спрашиваешь, чего хочу я.
— Потому что мне казалось, что ты тоже этого хочешь. Видимо, я ошибся.
Я молча смотрела себе под ноги.
— Май, тебе нужно, чтобы я себя чувствовал виноватым всё время?
— Нет.
Я продолжала буравить взглядом застеленный ламинатом пол, а Ян молчал. Зачем мне это всё? Чего я добиваюсь? Не знаю. Но отступать не буду. Слова сказаны.
— Хорошо. Если тебе так неприятно моё участие в твоих делах — его не будет. Хочешь ехать домой одна — пожалуйста, — он развернулся и вышел за дверь.
И я осталась в одиночестве. Прекрасно. Добилась своего. Даже не знаю, радоваться или плакать.
Ведь он и, правда, ничего такого не сделал. Только хотел, чтобы мы были вместе. И я хочу. Но из принципа — не хочу. Ну что я за человек такой?! Мне же так хорошо с ним, зачем надо обязательно всё испортить? Я потёрла лицо руками.
Поеду домой, побуду наедине с собой — успокоюсь.
Дома было тоскливо и уныло. Без Яна. Хотелось быть рядом с ним, обнять его. Но какая-то, видимо, самая противная часть меня мешала сесть и поехать к нему. «Вы вместе три дня, а он уже распоряжается. Если уже сейчас так, то что дальше? Кирхе, киндер, кюхен? Босая, беременная на кухне? Он должен уважать твоё мнение. Интересоваться им!» — шептал мне противный голосок. Но он же мужчина, они все командуют. И потом, он не сделал ничего, что бы меня абсолютно не устраивало. Меня не устраивает только то, что он мне ничего не сказал. А я ему скандалы закатываю.
Скоро ему надоест нянчиться со мной, и он меня бросит. Ну, если так быстро надоест, то лучше пусть бросает. О, Господи! Чего я добиваюсь? Я не хочу, чтобы он бросал меня!
Вот оно! Я всё ищу, где же подвох? Рисую себе мрачные картины нашего совместного будущего, или, что ещё лучше, жду, когда он наиграется со мной и бросит! Что за паранойя? Почему он должен меня бросать? Нам так хорошо вместе! Надо жить и наслаждаться моментом, а я такие конструкции выстраиваю!
Ещё эта связь... Да кто меня за язык дёрнул? Он слышит, что я чувствую… Кошмар! Да я сама не знаю, чего хочу! А-а-а, голова сейчас расколется на две части! Мне надо Жанну!
Жанна обрадовалась моему звонку и пообещала оказать мне скорую психологическую помощь. В ожидании противострадательной терапии, я достала диск с фильмом «Бриолин» с Джоном Траволтой и Оливией Ньютон Джон в главных ролях — мы с Жанной обожаем этот мюзикл и боремся, обычно, вооружившись им, с депрессией. С собой подруга привезла шоколад, кучу всяких вкусностей и... маринованные огурцы. Это намёк?.. Уж не решили ли молодожёны обзавестись потомством? Надо допросить.
Хорошая у меня подруга, спасает от голода вот... Начнём устранять последствия продовольственного катаклизма. А я опять ничего не купила.
Кстати, о беременности. Надеюсь, Ян использует свои волчьи способы предохранения. А то я совсем об этом забыла. Надо будет у него спросить. Если, конечно, у нас ещё что-то будет после сегодняшней ссоры...
Все свои переживания и страхи я вывалила на Жанну. После бурных и продолжительных оваций на тему наших с Яном неожиданно возникших отношений, она принялась меня утешать (что входит в список непреложных обязанностей лучшей подруги по Кодексу лучших друзей).
— Майка, ты такая дурочка! Все женщины ведут себя так. По крайней мере, уважающие себя. Пусть всё время будет в тонусе! — она протянула мне кусочек шоколада.
Я шмыгнула носом и засунула шоколадку в рот.
— Мы ведь всего три дня вместе, а я со своим тонусом! Он наверняка уже думает, что я чокнутая! — я покрутила пальцем возле виска.
Жанна прыснула.
— Так ты и есть чокнутая, в хорошем смысле этого слова! И я чокнутая!
— Не знала, что у этого слова есть хороший смысл, — проворчала я.
— В каждой женщине должна быть сумасшедшинка, иначе — тоска зелёная!
— Главное, чтобы эта сумасшедшинка не переросла во встряхнутость на всю голову!
— Это да. Но до встряхнутости тебе далеко, — уверила она меня.
— Успокоила...
— Майка, зато ему с тобой никогда не будет скучно! И если он тебя любит, как говорит, то из-за этого не бросит. Уж поверь.
— Будем на это надеяться.
— Всё-таки балдею от молодого Траволты! — восхитилась Жанна, глядя в телевизор, и вслед за шоколадом увлечённо захрустела огурцом. — Май, а ты-то любишь его? — повернувшись ко мне, шёпотом спросила подруга, как будто кто-то мог нас подслушать.
— Траволту? Обожаю! — мне тоже захотелось огурца, уж больно аппетитно они хрустят — и я нацепила «беременный овощ» на вилку.
— Да, нет же! Про Траволту я и так знаю! Я про Яна!
— А что Ян? — прикинулась я дурочкой и захрустела в унисон с Жанной.
— Любишь его?
— Столько уксуса, капец просто какой-то! Как ты их ешь?
— Майка! Любишь, говорю, Яна?!
Да... От неё так просто не отделаешься. Особенно когда разговор касается моей тонкой душевной организации и её содержания. Но я ведь сама позвала Жанну, чтобы выговориться! Так чего тут смущаться? Мне всегда тяжело давались такого рода откровения, а Жанна — единственный человек, которому я когда-либо открывалась о собственных влюбленных переживаниях. Федька не в счёт, он только кое-что мельком слышал, да и то не придавал этому большого значения. Тем ценнее были для подруги мои признания.
— Не знаю. Но я с ума сойду, если он меня бросит. Мне так хорошо с ним, — я мечтательно погрызла зубчики вилки. — И сейчас я очень по нему скучаю... Люблю. Да, я его люблю.
— Класс! — запищала от восторга Жанка. — Я так за тебя рада! И вообще, зря ты тогда переживала. Носится вот с тобой, как курица с яйцом!
— В тот момент были основания сомневаться. Когда предложил встречаться, я мало приятного о себе услышала. Ведьма, ведьма! Все его носом будут в меня тыкать... Бедняжка! Вот я и сказала, что ничего у нас не выйдет. Да и не поверила я ему.
— Не поверила? Что встречаться с тобой хочет? Зачем бы он тогда предлагал?
— Не знаю, в общем, не поверила.
— Ты бы его тогда видела! Он такой злющий ходил, ни с кем не разговаривал! Фил говорит, вокруг него всегда немало девиц было, а после того, как он познакомился с тобой, то он всех отвадил.
