Впрочем, дождик вскоре усовестился и капать перестал, но вольготно разлёгшиеся на небе тучи уползать прочь не спешили. Было серенько и хмуренько, совсем как у неё на душе, усмехнулась про себя Айриэ.
Пересиливая себя, направила Шоко в сторону дома Мирниаса, хотя хотелось мчаться вдаль и хоть так наглотаться свежего воздуха, а то ей донельзя надоела затхлость, казалось, забившая ноздри. Хотелось неистовства и свободы, полёта среди звёзд и танца на силовых нитях мира – до сверкающих вспышек в глазах, до солоноватых губ и оставшегося далеко позади горьковатого дыма памяти…
Мирниас лежал и дрожал, в буквальном смысле слова. Укутался до самого носа одеялом и трясся мелкой дрожью. Целитель оставил ему укрепляющее питьё, но молодой маг отчего-то воздерживался прикладываться к стакану, наполненному темноватой жидкостью.
На вошедшую Айриэ юнец глянул затравленно и немедленно не сказал - проблеял, потому что голосок срывался не то от страха, не то от слабости:
- Мэора, это не я!..
- А кто? – с искренним любопытством поинтересовалась магесса. – Хотите сказать, я вижу перед собой ваш неостывший труп? Боюсь вас разочаровать, Мирниас, но выглядите вы вполне живым. И даже в зеркале отражаетесь, хотя я бы не советовала вам смотреться туда подолгу, пока не вернёте себе нормальный цвет лица. А то и правда испугаетесь.
- Тьфу на вас! – немедленно обиделся Мирниас и от негодования даже перестал трястись. – В вашем присутствии, мэора, даже болеть противно, потому что вы тут же скажете какую-нибудь гадость, и болезнь отступит, только чтобы с вами не связываться!
- Мирниас, вы сами-то понимаете, что несёте? – насмешливо спросила она.
- Мне можно нести бред, у меня лихорадка! - Молодой маг тщетно пытался удержать смех внутри, стискивая прыгающие губы, но кончилось тем, что они с Айриэ на пару расхохотались, и неважно, что смех носил характер несколько нервический. Главное, он отлично помог обоим сбросить напряжение.
- Смерти моей хотите, мэора, - отсмеявшись, кое-как выговорил Мирниас и без сил откинулся на подушку.
- Не переживайте, вы ещё не настолько сильно мне надоели, - хмыкнула Айриэ, вытирая мокрые от выступивших слёз ресницы. – Уф, до слёз досмеялась! А что это у вас, Мирниас, снадобье без дела стоит? Опасаетесь отравления?
- Знали бы вы, мэора Айнура, какая это мерзость!.. Если выпью, точно отравлюсь.
Айриэ понюхала стакан, брезгливо скривилась от кисловатого запаха и признала правоту Мирниаса. Впрочем, это было дело поправимое: немножечко магии и вкусовых иллюзий – и вот оно, чудодейственное снадобье, с приятным зеленоватым цветом, ароматом трав и укрепляющим эффектом, который Айриэ просто усилила вдвое, уж это сделать она была в состоянии.
- Пейте, вам выздоравливать надо, - велела она, впихивая стакан в руки артефактору.
Тот секунду поколебался, но спорить не рискнул и осторожно глотнул из стакана. Его бледное лицо постепенно порозовело, посиневшие губы приняли нормальный цвет.
- Мэора Айнура, спасибо вам, - тихо сказал он, - за… то, что верите.
- Да бросьте, Мирниас, - отмахнулась она. – Я же вам ясно сказала, я вижу, что из вас делают виновного. Ну какой из вас преступник, в конце-то концов?
- Между прочим, я начинал как уличный воришка! – не без вызова глянув на неё, поведал Мирниас.
- Надо же, а по вам и не скажешь, что у вас криминальное прошлое.
– Я был подданным Короля Нищих - побирался и подворовывал, когда меня вышвырнул на улицу сожитель матери, после её смерти.
- А, так вы родом не из Юнгирода? – В благополучном Юнгироде детишек на улицу не выбрасывают, а отдают во вполне приличные сиротские приюты, чья работа контролируется особым Попечительским Советом. Обирание и объедание сироток категорически не приветствуется.
- Из Дилиании. Просто мне повезло, я попал к очень хорошему человеку. Когда во мне проснулся магический дар, мне и семи не исполнилось. Король Нищих решил попробовать утаить меня от властей, чтобы потом иметь на службе собственного мага на коротком поводке.
- Не слишком мудрое решение.
- Не то слово, мэора. Я, естественно, совершенно не умел контролировать силу и перетрусил едва ли не до мокрых штанишек, когда Король Нищих вздумал меня запугивать в расчёте на будущее послушание. Ну и, перепугавшись, я нечаянно поджёг комнату… вместе с главой всех нищих. Он был пьян и не сумел выбраться, а я в дикой панике удрал куда глаза глядят. Страх меня и спас, а половина нищенских трущоб выгорела – теснота, скученность и отсутствие дождя сделали своё дело. Разумеется, началось дознание, меня быстро нашли бы и отправили учиться в местную Магическую Академию. Но мне повезло именно в том, что раньше на меня наткнулся магистр Найнир Сидейон. Он забрал меня, договорился с дилианскими магами и увёз к себе Юнгирод, а после усыновил, дав новое имя. Раньше меня звали просто Минс, фамилии я и не знал даже. Магистр Найнир был мне отцом, гораздо лучше кровного, - мягко улыбнулся Мирниас. – Он три года учил меня дома – я ведь был совершенно диким уличным мальчишкой, читать и писать не умел, а внезапно стал "мэором", так что пришлось учиться соответствовать новому положению. Когда мне исполнилось десять, я поступил в юнгирскую Магическую Академию. А ещё через два года магистр Найнир умер… сердце отказало. Он ведь уже был очень стар, почти три века прожил. А копить никогда не умел, так что после него немного осталось. Но я оказался единственным наследником, не считая каких-то денег, отошедших его праправнуку. До конца учёбы средств мне бы хватило, если экономить, но вот на оплату самой учёбы – нет. И мой новый опекун, тоже из магов, посоветовал задуматься о королевском контракте. Я согласился, не бросать же было академию. Магистр Найнир хотел бы, чтобы я учился дальше, и мечтал, что я стану его помощником. Он был очень талантливым артефактором, я поэтому выбрал… Да и он учил меня кое-чему, жаль только, не успел много передать. Ну вот, потом я доучился, сдал экзамены, получил диплом и назначение в Кайдарах… Действительность меня сильно разочаровала, но тут появились вы, мэора Айнура, и перевернули с ног на голову жизнь в нашей сытой, сонной деревушке.
- Я, Мирниас? – изумилась магесса. – Да побойтесь вы Лунных богинь, я-то тут при чём? Кайдарахскую жизнь невероятно разнообразил чёрный маг, а я появилась здесь потому, что появился он.
- Вот как? – быстро спросил он. – Я так и думал, что ваш приезд сюда не случаен, несмотря на то, что вы уверяли окружающих в обратном.
- Мало ли кого я в чём уверяла, - проворчала она. – Скажем так, Орден заинтересовался происходящим в герцогстве.
- Но, мэора, вы же появились до того, как что-то случилось! Началось всё с дурацкого проклятого хряка – это маг тренировал свою тварь, насколько я понимаю. Но вы-то не могли знать… - он осёкся. – Или случилось что-то раньше… вероятно, в столице, так? Чем-то маг привлёк к себе внимание вашего Ордена, поэтому вы и приехали.
- Мирниас, - серьёзно сказала Айриэ, - вы неплохо соображаете и умеете делать выводы, но, пожалуйста, поверьте мне: есть вещи, о которых лучше не знать. Приключений на вашу голову и так хватит.
Он вспыхнул и зло сверкнул зеленоватыми глазами:
- Плевал я на приключения, что я вам, мальчишка сопливый? Я помочь хочу…
- Поможете, если будете сидеть тихо и не лезть, куда не просят, - спокойно, но твёрдо ответила Айриэ, не горящая желанием получить такого "помощника". – Вы лучше занимайтесь увеличением собственного резерва и заказами клиентов, очень меня этим обяжете.
Она намеренно старалась задеть Мирниаса, чтобы он обиделся и передумал навязываться с предложениями помочь искать преступника. Кому романтика, а кому головная боль. В няньки молоденьким магам она не нанималась и даже близко пробовать не собиралась.
Проигнорировав обиженное сопение несогласного Мирниаса, она распрощалась и вышла, собираясь осуществить первоначальное намерение и погонять хорошенько Шоко.
***
Дождь то крапал, то переставал; стало зябко, и Айриэ даже пожалела, что не надела куртку. Но потом тучи развеялись, солнечные лучи заиграли, заискрились, отражаясь в повисших на ветвях и листве мелких прозрачных капельках, превращая те в россыпь драгоценных камешков. Рубашка магессы быстро просохла, а спину ласково гладили тёплые солнечные лучи, так что и заклинание просушки не потребовалось. Они с Шоко умчались довольно далеко от деревни и теперь повернули назад, двигаясь уже неторопливо, отдыхая от стремительной скачки.
Лес, мимо которого они проезжали, был старым, густым, раскинувшимся по обе стороны от дороги. От него веяло прохладой и запахом прели, а разбросанные тут и там пятна осенней рыжины в зелени клёнов придавали ему праздничный вид. Природа принаряжалась и готовилась встречать пылающую красками осень, а магесса - день своей свободы, день снятых масок и отброшенных чужих судеб, запутавшихся в её собственной жизни. Пусть на себя у неё должно остаться совсем немного времени, этого хватит, чтобы почувствовать себя живой. А потом она задержится в Юнгире ещё на три месяца и в день Начала Зимы уйдёт, завершив все дела. Этого времени должно хватить на то, чтобы помочь королю разобраться с последствиями заговора, да и на своих друзей останется. А то Бромор обидится, если она не нагрянет в гости…
Айриэ с удовольствием втянула в себя свежий, прохладный, ещё пахнущий дождём воздух и понукнула Шоко. Тот перешёл на рысь, и вдруг запрядал ушами, зафыркал, расслышав впереди ржание другой лошади. Из-за поворота показалась серая в яблоках кобылка, невысокая и изящная, нёсшая на своей спине девушку в зелёном костюме для верховой езды и в шляпке с короткой вуалью. В девушке магесса узнала племянницу герцога, юную мэори Юминну, которая радостно заулыбалась, увидев магессу, и сделалась невероятно хорошенькой – с ямочками на розовых щёчках и смешинками в живых тёмных глазах.
- Добрый день, мэора Айнура! Мы, правда, виделись сегодня, но это было так рано, что я толком не проснулась, и мне теперь кажется, что это происходило ужасно давно. Как хорошо, что я вас встретила! Вы позволите отнять немного вашего времени?
- Да пожалуйста, мэори Юминна! Я сейчас ничем не занята, просто катаюсь верхом.
- Я бы хотела с вами поговорить, мэора. Если не возражаете, тут неподалёку есть поваленное дерево, можем устроиться там, а то на ходу разговаривать не очень удобно.
Девочка из рода Файханасов хочет поговорить? Что ж, послушаем, вдруг скажет что-нибудь интересное. А не скажет, ничего страшного, задержаться в лесу в любом случае приятно. Гадая, что могло понадобиться юной мэори, Айриэ вслед за ней съехала с дороги и вскоре очутилась на небольшой мшистой полянке, перегороженной поперёк стволом рухнувшего старого клёна. Тот ещё держался за землю наполовину вывороченными корнями, до последнего цепляясь за жизнь, но на его ветвях не осталось ни единого живого листочка. В одном месте потемневший ствол с растрескавшейся корой прогнулся почти до самой земли, образуя удобное сидение, которое и заняла Юминна, жестом пригласив магессу присесть рядом. Но Айриэ устроилась чуть выше, непринуждённо оперевшись спиной на толстый сук и поставив ногу на ствол.
- Я вас слушаю, мэори.
- Пожалуйста, зовите меня Юминной, - улыбнулась девушка.
- Тогда и вы зовите меня по имени, договорились? Итак, о чём же вы хотели поговорить, Юминна?
Девушка чуть куснула нижнюю губку сахарно-белыми зубками и легонечко наморщила лобик, очевидно, собираясь с духом.
- Понимаете, Айнура, я даже не знаю, как начать… чтобы не выглядеть совсем уж глупо. – Она бросила на магессу лукавый взгляд и, получив в ответ поощрительную улыбку, продолжила: - Я бы хотела с вами посоветоваться. Я понимаю, что мы с вами едва знакомы, и с моей стороны, наверное, слишком дерзко докучать вам своими проблемами…
- Но чужому человеку гораздо проще рассказать, что вас тревожит – именно потому, что я посторонняя и к тому же скоро уеду отсюда, увозя вашу тайну, - подхватила магесса, чуть добавив в голос иронии. Ровно настолько, чтобы дать понять, что их разговор полушутливый и его не стоит воспринимать слишком уж серьёзно, но и насмешничать она не собирается.
Девушка прыснула и затрепетала пушистыми ресницами, кидая на магессу быстрые, смешливые взгляды.
- Вы разгадали моё коварство, Айнура! Мне действительно проще посоветоваться с чужим человеком, нежели обращаться к кому-то из родных или знакомых. Они бы меня не одобрили, а вы, думаю, не осудите в другой женщине стремление к независимости.
- Действительно, не вижу в этом ничего дурного, - заметила Айриэ. – Я же не мужчина, который хочет, чтобы от него зависело слабое, трепетное, глупенькое существо, на фоне которого так легко казаться сильным и мужественным. Сделать слабым того, кто рядом, намного проще, чем изменить себя к лучшему, потому первое происходит гораздо чаще – так часто, что, в общем-то, почитается за естественный порядок вещей. В нём немало хорошего, полагаю, этого вы отрицать не станете.
- О да, естественный порядок вещей – основа всех основ, - согласилась девушка, но голос зазвенел, выдавая внутреннее напряжение. – Айнура, а что делать, подскажите, если вы не чувствуете в себе склонности следовать этому порядку?
- Или подчиниться, или взбунтоваться, - пожала плечами Айриэннис.
- Звучит просто.
- Сделать сложнее, - кивнула магесса. – Но выбирать необходимо самостоятельно, как и следовать выбранному пути. Не могу сказать, какой путь будет легче для вас, потому что я вас не знаю, Юминна. Но могу предполагать, что если выберете подчинение традициям, перегорите. В вас, пожалуй, чересчур силён дух независимости, чтобы вы смогли безропотно подчиняться. Я слышала, вас сватают за одного из Сэйбаонов?
- Боюсь, это уже отброшенный вариант, - пробормотала девушка, поморщившись. – Мне приходится делать вид, что я недовольна несостоявшейся помолвкой, хотя на самом деле мне хочется прыгать от радости.
- Не хотите замуж?
- Так – не хочу! – отрезала она, тряхнув головкой, отчего её тёмные локоны запрыгали по плечам, а шляпка едва не слетела.
- А как хотите?
- Пока никак. Но кто станет меня слушать? Отец или дядюшка подыщут мне подходящего мужа, девушка из нашего рода не может остаться старой девой. К двадцати пяти я должна буду выйти замуж, это крайний срок. Мне ещё повезло, что меня до сих пор не просватали, но это потому, что дядюшка надеялся выдать меня за Кайнира. К счастью, его величество подобного желания не проявил, он видит во мне скорее младшую сестрёнку или хотя бы кузину, но уж никак не супругу.
Король вряд ли стал бы вызывать недовольство двух других герцогских родов, Сэйбаонов и Торбианов, женитьбой на племяннице Файханаса. В Юнгироде принято женить королей на иностранных принцессах либо на ком-то из менее знатных родов, дочери какого-нибудь маркиза или графа. Из благоразумного желания сохранить относительное равновесие политических сил и не допустить усиления одного из герцогских родов и недовольства двух оставшихся. Странно, что Рольнир Файханас мог надеяться на нарушение королём этой традиции. Рассчитывал на страстную любовь или просто на доброе отношение Кайнира к Файханасам? Или усыплял бдительность двух других герцогов, уже давно задумав заговор?
Пересиливая себя, направила Шоко в сторону дома Мирниаса, хотя хотелось мчаться вдаль и хоть так наглотаться свежего воздуха, а то ей донельзя надоела затхлость, казалось, забившая ноздри. Хотелось неистовства и свободы, полёта среди звёзд и танца на силовых нитях мира – до сверкающих вспышек в глазах, до солоноватых губ и оставшегося далеко позади горьковатого дыма памяти…
Мирниас лежал и дрожал, в буквальном смысле слова. Укутался до самого носа одеялом и трясся мелкой дрожью. Целитель оставил ему укрепляющее питьё, но молодой маг отчего-то воздерживался прикладываться к стакану, наполненному темноватой жидкостью.
На вошедшую Айриэ юнец глянул затравленно и немедленно не сказал - проблеял, потому что голосок срывался не то от страха, не то от слабости:
- Мэора, это не я!..
- А кто? – с искренним любопытством поинтересовалась магесса. – Хотите сказать, я вижу перед собой ваш неостывший труп? Боюсь вас разочаровать, Мирниас, но выглядите вы вполне живым. И даже в зеркале отражаетесь, хотя я бы не советовала вам смотреться туда подолгу, пока не вернёте себе нормальный цвет лица. А то и правда испугаетесь.
- Тьфу на вас! – немедленно обиделся Мирниас и от негодования даже перестал трястись. – В вашем присутствии, мэора, даже болеть противно, потому что вы тут же скажете какую-нибудь гадость, и болезнь отступит, только чтобы с вами не связываться!
- Мирниас, вы сами-то понимаете, что несёте? – насмешливо спросила она.
- Мне можно нести бред, у меня лихорадка! - Молодой маг тщетно пытался удержать смех внутри, стискивая прыгающие губы, но кончилось тем, что они с Айриэ на пару расхохотались, и неважно, что смех носил характер несколько нервический. Главное, он отлично помог обоим сбросить напряжение.
- Смерти моей хотите, мэора, - отсмеявшись, кое-как выговорил Мирниас и без сил откинулся на подушку.
- Не переживайте, вы ещё не настолько сильно мне надоели, - хмыкнула Айриэ, вытирая мокрые от выступивших слёз ресницы. – Уф, до слёз досмеялась! А что это у вас, Мирниас, снадобье без дела стоит? Опасаетесь отравления?
- Знали бы вы, мэора Айнура, какая это мерзость!.. Если выпью, точно отравлюсь.
Айриэ понюхала стакан, брезгливо скривилась от кисловатого запаха и признала правоту Мирниаса. Впрочем, это было дело поправимое: немножечко магии и вкусовых иллюзий – и вот оно, чудодейственное снадобье, с приятным зеленоватым цветом, ароматом трав и укрепляющим эффектом, который Айриэ просто усилила вдвое, уж это сделать она была в состоянии.
- Пейте, вам выздоравливать надо, - велела она, впихивая стакан в руки артефактору.
Тот секунду поколебался, но спорить не рискнул и осторожно глотнул из стакана. Его бледное лицо постепенно порозовело, посиневшие губы приняли нормальный цвет.
- Мэора Айнура, спасибо вам, - тихо сказал он, - за… то, что верите.
- Да бросьте, Мирниас, - отмахнулась она. – Я же вам ясно сказала, я вижу, что из вас делают виновного. Ну какой из вас преступник, в конце-то концов?
- Между прочим, я начинал как уличный воришка! – не без вызова глянув на неё, поведал Мирниас.
- Надо же, а по вам и не скажешь, что у вас криминальное прошлое.
– Я был подданным Короля Нищих - побирался и подворовывал, когда меня вышвырнул на улицу сожитель матери, после её смерти.
- А, так вы родом не из Юнгирода? – В благополучном Юнгироде детишек на улицу не выбрасывают, а отдают во вполне приличные сиротские приюты, чья работа контролируется особым Попечительским Советом. Обирание и объедание сироток категорически не приветствуется.
- Из Дилиании. Просто мне повезло, я попал к очень хорошему человеку. Когда во мне проснулся магический дар, мне и семи не исполнилось. Король Нищих решил попробовать утаить меня от властей, чтобы потом иметь на службе собственного мага на коротком поводке.
- Не слишком мудрое решение.
- Не то слово, мэора. Я, естественно, совершенно не умел контролировать силу и перетрусил едва ли не до мокрых штанишек, когда Король Нищих вздумал меня запугивать в расчёте на будущее послушание. Ну и, перепугавшись, я нечаянно поджёг комнату… вместе с главой всех нищих. Он был пьян и не сумел выбраться, а я в дикой панике удрал куда глаза глядят. Страх меня и спас, а половина нищенских трущоб выгорела – теснота, скученность и отсутствие дождя сделали своё дело. Разумеется, началось дознание, меня быстро нашли бы и отправили учиться в местную Магическую Академию. Но мне повезло именно в том, что раньше на меня наткнулся магистр Найнир Сидейон. Он забрал меня, договорился с дилианскими магами и увёз к себе Юнгирод, а после усыновил, дав новое имя. Раньше меня звали просто Минс, фамилии я и не знал даже. Магистр Найнир был мне отцом, гораздо лучше кровного, - мягко улыбнулся Мирниас. – Он три года учил меня дома – я ведь был совершенно диким уличным мальчишкой, читать и писать не умел, а внезапно стал "мэором", так что пришлось учиться соответствовать новому положению. Когда мне исполнилось десять, я поступил в юнгирскую Магическую Академию. А ещё через два года магистр Найнир умер… сердце отказало. Он ведь уже был очень стар, почти три века прожил. А копить никогда не умел, так что после него немного осталось. Но я оказался единственным наследником, не считая каких-то денег, отошедших его праправнуку. До конца учёбы средств мне бы хватило, если экономить, но вот на оплату самой учёбы – нет. И мой новый опекун, тоже из магов, посоветовал задуматься о королевском контракте. Я согласился, не бросать же было академию. Магистр Найнир хотел бы, чтобы я учился дальше, и мечтал, что я стану его помощником. Он был очень талантливым артефактором, я поэтому выбрал… Да и он учил меня кое-чему, жаль только, не успел много передать. Ну вот, потом я доучился, сдал экзамены, получил диплом и назначение в Кайдарах… Действительность меня сильно разочаровала, но тут появились вы, мэора Айнура, и перевернули с ног на голову жизнь в нашей сытой, сонной деревушке.
- Я, Мирниас? – изумилась магесса. – Да побойтесь вы Лунных богинь, я-то тут при чём? Кайдарахскую жизнь невероятно разнообразил чёрный маг, а я появилась здесь потому, что появился он.
- Вот как? – быстро спросил он. – Я так и думал, что ваш приезд сюда не случаен, несмотря на то, что вы уверяли окружающих в обратном.
- Мало ли кого я в чём уверяла, - проворчала она. – Скажем так, Орден заинтересовался происходящим в герцогстве.
- Но, мэора, вы же появились до того, как что-то случилось! Началось всё с дурацкого проклятого хряка – это маг тренировал свою тварь, насколько я понимаю. Но вы-то не могли знать… - он осёкся. – Или случилось что-то раньше… вероятно, в столице, так? Чем-то маг привлёк к себе внимание вашего Ордена, поэтому вы и приехали.
- Мирниас, - серьёзно сказала Айриэ, - вы неплохо соображаете и умеете делать выводы, но, пожалуйста, поверьте мне: есть вещи, о которых лучше не знать. Приключений на вашу голову и так хватит.
Он вспыхнул и зло сверкнул зеленоватыми глазами:
- Плевал я на приключения, что я вам, мальчишка сопливый? Я помочь хочу…
- Поможете, если будете сидеть тихо и не лезть, куда не просят, - спокойно, но твёрдо ответила Айриэ, не горящая желанием получить такого "помощника". – Вы лучше занимайтесь увеличением собственного резерва и заказами клиентов, очень меня этим обяжете.
Она намеренно старалась задеть Мирниаса, чтобы он обиделся и передумал навязываться с предложениями помочь искать преступника. Кому романтика, а кому головная боль. В няньки молоденьким магам она не нанималась и даже близко пробовать не собиралась.
Проигнорировав обиженное сопение несогласного Мирниаса, она распрощалась и вышла, собираясь осуществить первоначальное намерение и погонять хорошенько Шоко.
***
Дождь то крапал, то переставал; стало зябко, и Айриэ даже пожалела, что не надела куртку. Но потом тучи развеялись, солнечные лучи заиграли, заискрились, отражаясь в повисших на ветвях и листве мелких прозрачных капельках, превращая те в россыпь драгоценных камешков. Рубашка магессы быстро просохла, а спину ласково гладили тёплые солнечные лучи, так что и заклинание просушки не потребовалось. Они с Шоко умчались довольно далеко от деревни и теперь повернули назад, двигаясь уже неторопливо, отдыхая от стремительной скачки.
Лес, мимо которого они проезжали, был старым, густым, раскинувшимся по обе стороны от дороги. От него веяло прохладой и запахом прели, а разбросанные тут и там пятна осенней рыжины в зелени клёнов придавали ему праздничный вид. Природа принаряжалась и готовилась встречать пылающую красками осень, а магесса - день своей свободы, день снятых масок и отброшенных чужих судеб, запутавшихся в её собственной жизни. Пусть на себя у неё должно остаться совсем немного времени, этого хватит, чтобы почувствовать себя живой. А потом она задержится в Юнгире ещё на три месяца и в день Начала Зимы уйдёт, завершив все дела. Этого времени должно хватить на то, чтобы помочь королю разобраться с последствиями заговора, да и на своих друзей останется. А то Бромор обидится, если она не нагрянет в гости…
Айриэ с удовольствием втянула в себя свежий, прохладный, ещё пахнущий дождём воздух и понукнула Шоко. Тот перешёл на рысь, и вдруг запрядал ушами, зафыркал, расслышав впереди ржание другой лошади. Из-за поворота показалась серая в яблоках кобылка, невысокая и изящная, нёсшая на своей спине девушку в зелёном костюме для верховой езды и в шляпке с короткой вуалью. В девушке магесса узнала племянницу герцога, юную мэори Юминну, которая радостно заулыбалась, увидев магессу, и сделалась невероятно хорошенькой – с ямочками на розовых щёчках и смешинками в живых тёмных глазах.
- Добрый день, мэора Айнура! Мы, правда, виделись сегодня, но это было так рано, что я толком не проснулась, и мне теперь кажется, что это происходило ужасно давно. Как хорошо, что я вас встретила! Вы позволите отнять немного вашего времени?
- Да пожалуйста, мэори Юминна! Я сейчас ничем не занята, просто катаюсь верхом.
- Я бы хотела с вами поговорить, мэора. Если не возражаете, тут неподалёку есть поваленное дерево, можем устроиться там, а то на ходу разговаривать не очень удобно.
Девочка из рода Файханасов хочет поговорить? Что ж, послушаем, вдруг скажет что-нибудь интересное. А не скажет, ничего страшного, задержаться в лесу в любом случае приятно. Гадая, что могло понадобиться юной мэори, Айриэ вслед за ней съехала с дороги и вскоре очутилась на небольшой мшистой полянке, перегороженной поперёк стволом рухнувшего старого клёна. Тот ещё держался за землю наполовину вывороченными корнями, до последнего цепляясь за жизнь, но на его ветвях не осталось ни единого живого листочка. В одном месте потемневший ствол с растрескавшейся корой прогнулся почти до самой земли, образуя удобное сидение, которое и заняла Юминна, жестом пригласив магессу присесть рядом. Но Айриэ устроилась чуть выше, непринуждённо оперевшись спиной на толстый сук и поставив ногу на ствол.
- Я вас слушаю, мэори.
- Пожалуйста, зовите меня Юминной, - улыбнулась девушка.
- Тогда и вы зовите меня по имени, договорились? Итак, о чём же вы хотели поговорить, Юминна?
Девушка чуть куснула нижнюю губку сахарно-белыми зубками и легонечко наморщила лобик, очевидно, собираясь с духом.
- Понимаете, Айнура, я даже не знаю, как начать… чтобы не выглядеть совсем уж глупо. – Она бросила на магессу лукавый взгляд и, получив в ответ поощрительную улыбку, продолжила: - Я бы хотела с вами посоветоваться. Я понимаю, что мы с вами едва знакомы, и с моей стороны, наверное, слишком дерзко докучать вам своими проблемами…
- Но чужому человеку гораздо проще рассказать, что вас тревожит – именно потому, что я посторонняя и к тому же скоро уеду отсюда, увозя вашу тайну, - подхватила магесса, чуть добавив в голос иронии. Ровно настолько, чтобы дать понять, что их разговор полушутливый и его не стоит воспринимать слишком уж серьёзно, но и насмешничать она не собирается.
Девушка прыснула и затрепетала пушистыми ресницами, кидая на магессу быстрые, смешливые взгляды.
- Вы разгадали моё коварство, Айнура! Мне действительно проще посоветоваться с чужим человеком, нежели обращаться к кому-то из родных или знакомых. Они бы меня не одобрили, а вы, думаю, не осудите в другой женщине стремление к независимости.
- Действительно, не вижу в этом ничего дурного, - заметила Айриэ. – Я же не мужчина, который хочет, чтобы от него зависело слабое, трепетное, глупенькое существо, на фоне которого так легко казаться сильным и мужественным. Сделать слабым того, кто рядом, намного проще, чем изменить себя к лучшему, потому первое происходит гораздо чаще – так часто, что, в общем-то, почитается за естественный порядок вещей. В нём немало хорошего, полагаю, этого вы отрицать не станете.
- О да, естественный порядок вещей – основа всех основ, - согласилась девушка, но голос зазвенел, выдавая внутреннее напряжение. – Айнура, а что делать, подскажите, если вы не чувствуете в себе склонности следовать этому порядку?
- Или подчиниться, или взбунтоваться, - пожала плечами Айриэннис.
- Звучит просто.
- Сделать сложнее, - кивнула магесса. – Но выбирать необходимо самостоятельно, как и следовать выбранному пути. Не могу сказать, какой путь будет легче для вас, потому что я вас не знаю, Юминна. Но могу предполагать, что если выберете подчинение традициям, перегорите. В вас, пожалуй, чересчур силён дух независимости, чтобы вы смогли безропотно подчиняться. Я слышала, вас сватают за одного из Сэйбаонов?
- Боюсь, это уже отброшенный вариант, - пробормотала девушка, поморщившись. – Мне приходится делать вид, что я недовольна несостоявшейся помолвкой, хотя на самом деле мне хочется прыгать от радости.
- Не хотите замуж?
- Так – не хочу! – отрезала она, тряхнув головкой, отчего её тёмные локоны запрыгали по плечам, а шляпка едва не слетела.
- А как хотите?
- Пока никак. Но кто станет меня слушать? Отец или дядюшка подыщут мне подходящего мужа, девушка из нашего рода не может остаться старой девой. К двадцати пяти я должна буду выйти замуж, это крайний срок. Мне ещё повезло, что меня до сих пор не просватали, но это потому, что дядюшка надеялся выдать меня за Кайнира. К счастью, его величество подобного желания не проявил, он видит во мне скорее младшую сестрёнку или хотя бы кузину, но уж никак не супругу.
Король вряд ли стал бы вызывать недовольство двух других герцогских родов, Сэйбаонов и Торбианов, женитьбой на племяннице Файханаса. В Юнгироде принято женить королей на иностранных принцессах либо на ком-то из менее знатных родов, дочери какого-нибудь маркиза или графа. Из благоразумного желания сохранить относительное равновесие политических сил и не допустить усиления одного из герцогских родов и недовольства двух оставшихся. Странно, что Рольнир Файханас мог надеяться на нарушение королём этой традиции. Рассчитывал на страстную любовь или просто на доброе отношение Кайнира к Файханасам? Или усыплял бдительность двух других герцогов, уже давно задумав заговор?
