– Прям руками? – уточнила Дана.
– Прям руками, – продавщица подцепила ожерелье, которое та трогала, и протянула с одобрительным кивком.
Тяжёлый металл лёг повис на шее – непривычно, совсем непохоже на то, что Дана носила раньше.
– Ты маленькая слишком для таких бус, – Амир расстегнул замочек. – Кажется, что шейка сломается. Не бросайся на первое, что увидела. Выбери хорошо. Мы можем хоть весь базар купить, вопрос в том, куда ты всё это девать будешь?
– Купить? – уточнила Дана. – Мне что-то надо выбрать?
– Всё, что понравится.
– В смысле – всё?
Взгляд скользил по великолепию, а мысли уже отключились, не в силах принять столько впечатлений. В глубину огромного светлого зала уходили прилавки и витрины с бижутерией, стразами, тканями, костюмами…
Дана сникла. Она даже и не представляла, что надо выбрать, чтобы ему понравилось.
– Может, ты сам покажешь?
– У девушки крупные черты лица, ей пойдут крупные стразы, – осторожно предложила продавщица.
Очередное ожерелье Дана мерила с таким явным беспокойством, что Амир сдался и купил его. И велел завернуть то, синее, видя, что девушка всё ещё на него поглядывает.
– Если ты будешь покупать всё, что увидишь, мы просто не успеем всё здесь осмотреть! – пригрозил он.
– Ты будешь смотреть со мной? – украшения? Ткани? Аксессуары? Мужчина? Для него это должно быть мучительно. Дана должна понять, что Амир от неё ждёт, чтобы он мог оставить её одну и не волноваться, что она потратит слишком много.
– Я похожу с тобой, так будет спокойней. Только не надо залипать на несколько часов.
Кажется, она никогда не сможет это всё осмотреть. Надо придумать какую-то систему.
Дана огляделась. Внимание привлекли искристые облачка через пару лотков.
– Вон там, что это? Ой…
Неужели это то, о чём она думает?
– Какой-то световой эффект. Хочешь подойдём поближе?
Дана сорвалась с места едва ли не бегом, запоздало подумав от том, что может потеряться в толпе.
– Это для чего? – разумеется, Амир не отстал от неё. Всего пара его шагов…
– Гляди, эти искорки как бы вокруг. А в этом поле можно танцевать. Красиво, правда?
Он присел на колено, рассматривая узкие ленты на полу.
– Да, вижу. Судя по длине, свет будет двигаться вместе с тобой?
– А ещё можно настроить интенсивность и эффекты, – продавщица мигом оказалась рядом, а Дана принялась искать ценник. Не окажется ли он слишком велик? Всё-таки это не ожерелье. И вдруг ей не стоило брать те украшения, теперь она не сможет взять световой танцпол, если он окажется слишком дорогой?..
– Они разные? – уточнил Амир, поднимаясь.
– Только цвет.
– Хочу жёлтый, – робко попросила Дана.
– К сожалению, жёлтых нет. Есть белые и красные.
– А зелёные? – спросил Амир, снова приседая к ленте на полу.
– Есть.
– Не, тогда, наверное, красный лучше… – задумалась Дана.
Юпитерианин поддел ленту, приподнимая, и провёл пальцем:
– Возьмём красный и зелёный, сделаем тебе жёлтый.
– Это как?
– Увидишь.
– Ты правда сможешь? – удивилась девушка.
– Дана! – Амир глянул с укором, сдерживая смех, и она поняла, что сказала что-то не то. Может, это элементарные вещи для метролога, и Дана только что его обидела. – Чего там мочь-то? Модули с лент переклеить!
– Это сложная техника, – попыталась возразить продавщица. – Легко сломать. Там тонкие линии.
– Ничего сложного, как сломаем, так и починим. Это квантованная плазма, система простая.
– Я бы вам могла посоветовать специалиста.
– Не стоит. Он вам точно спасибо не скажет, если вы дадите – мне – его координаты! Люди такой профессии наоборот, стараются не привлекать моё внимание. Просто упакуйте две эти штуковины.
– Данечка, ты помнишь, переживала, что у пиратов потеряла что-то? Здесь нельзя купить?
Точно! Абайя! Уж на таком рынке они наверняка есть!
– Можно! Спасибо! Я сама и не подумала! Так, там вот висят какие-то костюмы… Амир, а то, что мы выбрали, не надо разве взять с собой?
– Не надо, это всё пришлют в пункт, указанный в координатах банковского счёта. Прямо на Ганимед.
Дана погрустнела.
– То есть до Ганимеда я не смогу это увидеть?
– Мы не будем задерживаться на Земле, – пообещал Амир. – Хочешь, эту твою абайю с собой возьмём?
– Да, если можно, тебе ведь не нравятся мои халатики!
Он засмеялся:
– Мне? Не нравятся? Я от них в восторге! Но не хочу, чтобы ты красовалась такая перед другими.
– А абайя?
– Это такой закрытый халат, в котором ты пришла ко мне в каюту на Сатурне?
Девушка кивнула.
– Они же очень приличные?
– Приличные, – заверил Амир, и она решилась на наглость:
– А… можно две?
– Данечка, не надо всё время спрашивать. Ты можешь взять всё, что хочешь, и столько, сколько хочешь, просто попробуй помнить про разумные пределы. Ну, выбирай.
В итоге Дана не смогла выбрать две, и получила три абайи, «дома определишься». Набрала кучу страз, световой и иллюзионной фурнитуры, тканей, нашла прилавок с маскировочной косметикой для сцены, а потом пропала в рядах с готовыми костюмами.
Она словно бы ощущала, что Амиру скучно и вообще надоело это всё, и всё больше боялась выхода раздражения, когда кончится его невероятное терпение. Но ничего не могла с собой сделать.
41.
Дана и не надеялась, что они после всего зайдут за сладостями, но Амир же обещал. К сожалению, девушка вообще не понимала, что это такое в коробочках и пакетиках, и согласилась со всем, что он ей предлагал. Очень беспокоило то, что большая часть одежды с Сатурна уже стала ей тесной, но отказаться от вкусностей не смогла.
– Кто бы мог предположить, что ты хоть раз скажешь «нет», когда тебе предлагают сладости, – проворчал Амир, укладывая покупки на робота, сопровождавшего их по залу. Дана виновато спрятала глаза… в витрину с пастилой, и пришлось добавлять ещё.
Вернулась она очень довольная, хоть и усталая. К ужину уже завернулась в абайю – так девушка чувствовала себя гораздо уверенней. Гульдар-апа восхитилась «чудесным восточным халатиком» и решила, что ей тоже надо несколько штук. Правда, Ильгиз сказал, что проще выбрать по каталогу, чем ходить куда-то.
Но Дана совершенно не хотела бы сидеть дома и выбирать по каталогу. Ей нравилось ходить по магазинам с живыми настоящими продавцами.
Амир этого не разделял. Он предпочитал если уж не выбирать самому, никуда не выходя, то, по крайней мере, общаться с роботами. Или хотя бы нейронными сетями.
Вот как раз по поводу роботов Дана была не согласна. Она побаивалась бездушных автоматов, а искусственный интеллект вселял в неё панику. Он должен был непременно планировать заговор против человечества, подменяя живых людей на киборгов.
Киборги Амира развеселили совсем, как и попытка выяснить, что девушка против них имеет. По её мнению, киборг должен быть жутким получеловеком-полумашиной, ненавидящим живых.
– Киборг, маленькая, это просто человек, у которого часть тела заменена на искусственную. Например, тот маленький модуль, который ты носишь на запястье, можно вшить под кожу.
Такая перспектива ужаснула.
– У нас у всех вшиты простые модули – экстренный вызов, реанимация, ещё кое-что.
– Это другое! Там совсем чуть-чуть, и ничего не заменяется!
– Огромное количество людей заменяют себе что-то. У кого-то врождённая инвалидность, у кого-то травмы…
Девушка непримиримо промолчала.
– У Ильгиза, например, ухо ненастоящее.
– У Ильгиза? – удивлённо вскинула глаза.
– На Ио попал неудачно под вулкан. Часть лица восстанавливали, кожу, мышцы обычно наращивают натуральные, а ушную раковину заменили на биопластик, так проще.
Дана сжала ладони в кулачки и снизу вверх глянула на Амира.
– А… а у тебя ничего нет искусственного?
– Правые рука и нога, – ответил насмешливо.
– Ты шутишь!
– Нет. Мягкие ткани наращивают прямо на теле, нервы тоже, а кости, связки проще заменить на искусственные материалы – биотитан, пластипол, квантин. Они не уступают настоящим.
Дана смотрела ошарашенно, даже с опаской. Амир протянул ей руку:
– Можешь потрогать.
Она провела пальчиками по коже, от локтя вниз, и он перехватил её ладонь, нежно сжав.
– Не бойся. Синтетика во мне ничего не изменила.
– Давно оно там?
– Четыре года.
– А сердце тебе ставят настоящее?
– Биологически абсолютно идентичное. Далось тебе это сердце!
– Я просто боюсь, – она опустила глаза. Ну, если боится не киборгов, значит всё в порядке. – У тебя ненастоящая рука такая ловкая и точная?
– Обе. Ненастоящая почти ничем не лучше. Это просто рабочий навык.
42.
На Ганимеде не так страшно оставаться одной. Конечно, Дана предпочла бы, чтобы Амир был рядом – но он теперь пропадал на работе до ночи. Ярослава тоже работала больше – не по времени, по нагрузке. Теперь она почти весь день отсыпалась после рабочих суток, но никогда не отказывала Дане погулять, когда не спала. Иногда к ним присоединялись другие девушки с «Метролаба» или «Госкосмоса». Они непременно хотели узнать про пиратов, подпольный бордель и похищения детей, но Слава пресекала большинство их порывов.
Иногда им были интересны танцы Даны, которая смущалась и говорила всё меньше и тише. Внимание к себе она не любила. Правда, при этом выступать перед публикой всё-таки хотелось, просто никак не получалось переступить через себя. И уж тем более она не хотела бы кого-то учить, а просьбы поступали регулярно.
Слава сделала нужные выводы и стала звать не больше трёх коллег. И то, только после того, как они с Даной вдвоём позанимаются математикой.
Просто Амир приходил теперь очень поздно, и зачастую выглядел так устало, что приставать к нему с просьбой объяснить, как упростить выражение, не хватало совести.
Однажды она пожаловалась Ярославе, и та, расспросив про задачу, просто и ясно объяснила решение. И предложила впредь обращаться к ней, а не к Амиру.
– А ты разбираешься в этом? – наивно спросила Дана, и была обсмеяна.
– Я же математик и работаю математиком! Меня Амир Василич по результатам олимпиады взял.
Задача за задачей, и Слава начала сама объяснять новые темы. Математика становилась всё менее враждебной, таинственной и загадочной.
Как ни странно, легче всего Дане дались элементы тервера, чем она глубоко поразила подругу. Оказывается, квантовые запутанности, неопределённости Гейзенберга и прочие вроде бы закономерности сложно было уложить в голове и связать с вероятностями.
Но подумаешь! Всего-то анализировать факторы! А эти частицы напоминали Дане людей. Никогда не знаешь, что они сделают или решат, а надо догадаться!
Конечно, олимпиадные задачки она не решала, но продвигалась в материале быстрее, чем боялась Слава.
– У тебя логика чёткая. Жаль, что только пока зачатки. И соображаешь неплохо. Ты не говори больше никогда, что ты туповата, меня это прям бесит! Ты просто упустила время. Навёрстывать будет труднее, чем если бы ты в школе всё нормально прошла, гораздо труднее, но ты это можешь.
Дана очень хотела сделать Амиру сюрприз, но устроить экзамены без его помощи не получилось бы. Документов её не нашли вообще, и ей пришлось, пусть и формально, сдавать с первого класса. К счастью, в этом помогли полицейские, и закрыть младшие классы вышло очень легко, практически без подготовки. Начальный тест она вообще прошла хорошо.
За это она получила Амира на целый вечер. Он сказал, что это нужно обязательно отметить, и повёл её в ресторан в самый большой купол. Площадка прямо под прозрачным потолком открывала великолепный вид на Ганимед, полнеба которого занимал буро-оранжевый титанический Юпитер. Слабо поблёскивающая меж куполами пустыня уходила вдаль, где практически гасла, но тёмные небеса расцветали чуть более яркими облачками полярного сияния. Атмосфера мерцала почти микроскопическими светлячками – Дана уже знала, что это льётся нескончаемый плазменный дождь.
Поначалу виды казались безумно красивыми, торжественными, невероятными. Но почему-то чередование серо-бурого с тёмно-бурым потихоньку становилось скучным. Тем более пустыня Ганимеда напоминала поверхность Пана и Цереры.
Дана наивно проболталась Амиру, что она уже была здесь с Ярославой. Он немного огорчённо пообещал, что в следующий раз сводит её туда, куда Ярослава просто не имеет доступа.
Впрочем, с Амиром всё равно оказалось интереснее – долго рассматривали Юпитер, он показывал полосы облаков, завихрения, пятна, орбитальные и атмосферные станции. Гигант постоянно висел в одном месте неба и временами казался картинкой, наклеенной на поверхность купола.
– Он же колеблется, – удивился Амир, когда Дана поделилась с ним впечатлением. – Посмотри внимательней в окно дома, в разное время.
Девушка пожала плечами. Она не хотела смотреть на Юпитер внимательнее. Он подавлял её, пугал своим размером, пыльно-бурым оттенком, колоссальными вихрями. Лучше бы окно выходило на тёмную сторону.
43.
Наконец, на Ганимед прибыли её девочки. Дана лично расселяла их вместе с заведующим отделом жизнеобеспечения российского посёлка Ганимеда. Она понадобилась, скорее, для моральной поддержки. Специально под вновь прибывших переоборудовали закрытую неиспользуемую секцию бывшего общежития, с несколькими маленькими жилыми комнатами в мужском и женском крыле, большими душевыми, своей столовой с кухней и залом отдыха. Довольно обособленные помещения, можно было закрыться изнутри, если бы вдруг захотелось. Амир обещал в ближайшее время спортзал и садик, сразу после того, как доделают кабинеты. Ия уже прилетела и настояла на том, чтобы поселиться в этой же секции.
А Дана внезапно почувствовала себя чужой. Она думала, что поможет освоиться, расскажет побольше об окружающем мире, научит, как в нём жить…
Но ей не доверяли. Вот так просто. Девочки не верили её заверениям в том, что им желают добра. Они боялись людей, боялись Амира, все были уверены, что Дана только играет роль перед ним. А она и не знала, как объяснить то, что чувствует, не находила слов, да и сама о себе многое не понимала. Ей казалось, что Амир сам может лучше объяснить, но тот избегал её девочек, и Дане приходилось ходить к ним одной.
– Чтобы не пугать. Они меня боятся – за себя и за тебя.
Убедить себя в том, что он ошибся, не получалось. Во-первых, Амир не ошибается. Во-вторых, в глубине души Дана понимала, что пытается выдать желаемое за действительное.
Ия говорила, что всё понимает и просила не торопиться. Наверное, поэтому она и психолог, что умеет понимать и не торопиться.
44.
Амира встретила одна из девочек в коридоре. Он не успел даже войти в помещения, посмотреть, как они устроились.
Она хотела поговорить наедине.
Очень странно, они же вроде бы боятся его? И эта малышка дрожит, как антенна в бурях Юпитера, но стоит и смотрит прямо в глаза.
Амир кивнул ей на боковой коридор:
– Ну давай, пройдёмся там. Там безлюдно.
Девушка отвернулась с облегчением, когда они направились в коридор, и сказала:
– Я… Ада… Анна…
Знакомое личико, но разве он может запомнить их всех? И имя знакомое.
– Что ты хотела, Анна?
– Я насчёт Даны! – резко выбросила она. – Я хочу вас попросить за Дану!
А, похоже её имя знакомо, потому что Данечка несколько раз упоминала.
– Прям руками, – продавщица подцепила ожерелье, которое та трогала, и протянула с одобрительным кивком.
Тяжёлый металл лёг повис на шее – непривычно, совсем непохоже на то, что Дана носила раньше.
– Ты маленькая слишком для таких бус, – Амир расстегнул замочек. – Кажется, что шейка сломается. Не бросайся на первое, что увидела. Выбери хорошо. Мы можем хоть весь базар купить, вопрос в том, куда ты всё это девать будешь?
– Купить? – уточнила Дана. – Мне что-то надо выбрать?
– Всё, что понравится.
– В смысле – всё?
Взгляд скользил по великолепию, а мысли уже отключились, не в силах принять столько впечатлений. В глубину огромного светлого зала уходили прилавки и витрины с бижутерией, стразами, тканями, костюмами…
Продавщица уже протягивала тонкую цепочку с синими искристыми камушками. Она легла на шею гораздо легче, но Амир снова смотрел критически.
Дана сникла. Она даже и не представляла, что надо выбрать, чтобы ему понравилось.
– Может, ты сам покажешь?
– У девушки крупные черты лица, ей пойдут крупные стразы, – осторожно предложила продавщица.
Очередное ожерелье Дана мерила с таким явным беспокойством, что Амир сдался и купил его. И велел завернуть то, синее, видя, что девушка всё ещё на него поглядывает.
– Если ты будешь покупать всё, что увидишь, мы просто не успеем всё здесь осмотреть! – пригрозил он.
– Ты будешь смотреть со мной? – украшения? Ткани? Аксессуары? Мужчина? Для него это должно быть мучительно. Дана должна понять, что Амир от неё ждёт, чтобы он мог оставить её одну и не волноваться, что она потратит слишком много.
– Я похожу с тобой, так будет спокойней. Только не надо залипать на несколько часов.
Кажется, она никогда не сможет это всё осмотреть. Надо придумать какую-то систему.
Дана огляделась. Внимание привлекли искристые облачка через пару лотков.
– Вон там, что это? Ой…
Неужели это то, о чём она думает?
– Какой-то световой эффект. Хочешь подойдём поближе?
Дана сорвалась с места едва ли не бегом, запоздало подумав от том, что может потеряться в толпе.
– Это для чего? – разумеется, Амир не отстал от неё. Всего пара его шагов…
– Гляди, эти искорки как бы вокруг. А в этом поле можно танцевать. Красиво, правда?
Он присел на колено, рассматривая узкие ленты на полу.
– Да, вижу. Судя по длине, свет будет двигаться вместе с тобой?
– А ещё можно настроить интенсивность и эффекты, – продавщица мигом оказалась рядом, а Дана принялась искать ценник. Не окажется ли он слишком велик? Всё-таки это не ожерелье. И вдруг ей не стоило брать те украшения, теперь она не сможет взять световой танцпол, если он окажется слишком дорогой?..
– Они разные? – уточнил Амир, поднимаясь.
– Только цвет.
– Хочу жёлтый, – робко попросила Дана.
– К сожалению, жёлтых нет. Есть белые и красные.
– А зелёные? – спросил Амир, снова приседая к ленте на полу.
– Есть.
– Не, тогда, наверное, красный лучше… – задумалась Дана.
Юпитерианин поддел ленту, приподнимая, и провёл пальцем:
– Возьмём красный и зелёный, сделаем тебе жёлтый.
– Это как?
– Увидишь.
– Ты правда сможешь? – удивилась девушка.
– Дана! – Амир глянул с укором, сдерживая смех, и она поняла, что сказала что-то не то. Может, это элементарные вещи для метролога, и Дана только что его обидела. – Чего там мочь-то? Модули с лент переклеить!
– Это сложная техника, – попыталась возразить продавщица. – Легко сломать. Там тонкие линии.
– Ничего сложного, как сломаем, так и починим. Это квантованная плазма, система простая.
– Я бы вам могла посоветовать специалиста.
– Не стоит. Он вам точно спасибо не скажет, если вы дадите – мне – его координаты! Люди такой профессии наоборот, стараются не привлекать моё внимание. Просто упакуйте две эти штуковины.
Прода от 4 декабря утро
– Данечка, ты помнишь, переживала, что у пиратов потеряла что-то? Здесь нельзя купить?
Точно! Абайя! Уж на таком рынке они наверняка есть!
– Можно! Спасибо! Я сама и не подумала! Так, там вот висят какие-то костюмы… Амир, а то, что мы выбрали, не надо разве взять с собой?
– Не надо, это всё пришлют в пункт, указанный в координатах банковского счёта. Прямо на Ганимед.
Дана погрустнела.
– То есть до Ганимеда я не смогу это увидеть?
– Мы не будем задерживаться на Земле, – пообещал Амир. – Хочешь, эту твою абайю с собой возьмём?
– Да, если можно, тебе ведь не нравятся мои халатики!
Он засмеялся:
– Мне? Не нравятся? Я от них в восторге! Но не хочу, чтобы ты красовалась такая перед другими.
– А абайя?
– Это такой закрытый халат, в котором ты пришла ко мне в каюту на Сатурне?
Девушка кивнула.
– Они же очень приличные?
– Приличные, – заверил Амир, и она решилась на наглость:
– А… можно две?
– Данечка, не надо всё время спрашивать. Ты можешь взять всё, что хочешь, и столько, сколько хочешь, просто попробуй помнить про разумные пределы. Ну, выбирай.
В итоге Дана не смогла выбрать две, и получила три абайи, «дома определишься». Набрала кучу страз, световой и иллюзионной фурнитуры, тканей, нашла прилавок с маскировочной косметикой для сцены, а потом пропала в рядах с готовыми костюмами.
Она словно бы ощущала, что Амиру скучно и вообще надоело это всё, и всё больше боялась выхода раздражения, когда кончится его невероятное терпение. Но ничего не могла с собой сделать.
41.
Дана и не надеялась, что они после всего зайдут за сладостями, но Амир же обещал. К сожалению, девушка вообще не понимала, что это такое в коробочках и пакетиках, и согласилась со всем, что он ей предлагал. Очень беспокоило то, что большая часть одежды с Сатурна уже стала ей тесной, но отказаться от вкусностей не смогла.
– Кто бы мог предположить, что ты хоть раз скажешь «нет», когда тебе предлагают сладости, – проворчал Амир, укладывая покупки на робота, сопровождавшего их по залу. Дана виновато спрятала глаза… в витрину с пастилой, и пришлось добавлять ещё.
Вернулась она очень довольная, хоть и усталая. К ужину уже завернулась в абайю – так девушка чувствовала себя гораздо уверенней. Гульдар-апа восхитилась «чудесным восточным халатиком» и решила, что ей тоже надо несколько штук. Правда, Ильгиз сказал, что проще выбрать по каталогу, чем ходить куда-то.
Но Дана совершенно не хотела бы сидеть дома и выбирать по каталогу. Ей нравилось ходить по магазинам с живыми настоящими продавцами.
Амир этого не разделял. Он предпочитал если уж не выбирать самому, никуда не выходя, то, по крайней мере, общаться с роботами. Или хотя бы нейронными сетями.
Прода от 4 декабря вечер
Вот как раз по поводу роботов Дана была не согласна. Она побаивалась бездушных автоматов, а искусственный интеллект вселял в неё панику. Он должен был непременно планировать заговор против человечества, подменяя живых людей на киборгов.
Киборги Амира развеселили совсем, как и попытка выяснить, что девушка против них имеет. По её мнению, киборг должен быть жутким получеловеком-полумашиной, ненавидящим живых.
– Киборг, маленькая, это просто человек, у которого часть тела заменена на искусственную. Например, тот маленький модуль, который ты носишь на запястье, можно вшить под кожу.
Такая перспектива ужаснула.
– У нас у всех вшиты простые модули – экстренный вызов, реанимация, ещё кое-что.
– Это другое! Там совсем чуть-чуть, и ничего не заменяется!
– Огромное количество людей заменяют себе что-то. У кого-то врождённая инвалидность, у кого-то травмы…
Девушка непримиримо промолчала.
– У Ильгиза, например, ухо ненастоящее.
– У Ильгиза? – удивлённо вскинула глаза.
– На Ио попал неудачно под вулкан. Часть лица восстанавливали, кожу, мышцы обычно наращивают натуральные, а ушную раковину заменили на биопластик, так проще.
Дана сжала ладони в кулачки и снизу вверх глянула на Амира.
– А… а у тебя ничего нет искусственного?
– Правые рука и нога, – ответил насмешливо.
– Ты шутишь!
– Нет. Мягкие ткани наращивают прямо на теле, нервы тоже, а кости, связки проще заменить на искусственные материалы – биотитан, пластипол, квантин. Они не уступают настоящим.
Дана смотрела ошарашенно, даже с опаской. Амир протянул ей руку:
– Можешь потрогать.
Она провела пальчиками по коже, от локтя вниз, и он перехватил её ладонь, нежно сжав.
– Не бойся. Синтетика во мне ничего не изменила.
– Давно оно там?
– Четыре года.
– А сердце тебе ставят настоящее?
– Биологически абсолютно идентичное. Далось тебе это сердце!
– Я просто боюсь, – она опустила глаза. Ну, если боится не киборгов, значит всё в порядке. – У тебя ненастоящая рука такая ловкая и точная?
– Обе. Ненастоящая почти ничем не лучше. Это просто рабочий навык.
42.
На Ганимеде не так страшно оставаться одной. Конечно, Дана предпочла бы, чтобы Амир был рядом – но он теперь пропадал на работе до ночи. Ярослава тоже работала больше – не по времени, по нагрузке. Теперь она почти весь день отсыпалась после рабочих суток, но никогда не отказывала Дане погулять, когда не спала. Иногда к ним присоединялись другие девушки с «Метролаба» или «Госкосмоса». Они непременно хотели узнать про пиратов, подпольный бордель и похищения детей, но Слава пресекала большинство их порывов.
Иногда им были интересны танцы Даны, которая смущалась и говорила всё меньше и тише. Внимание к себе она не любила. Правда, при этом выступать перед публикой всё-таки хотелось, просто никак не получалось переступить через себя. И уж тем более она не хотела бы кого-то учить, а просьбы поступали регулярно.
Слава сделала нужные выводы и стала звать не больше трёх коллег. И то, только после того, как они с Даной вдвоём позанимаются математикой.
Прода от 5 декабря утро
Просто Амир приходил теперь очень поздно, и зачастую выглядел так устало, что приставать к нему с просьбой объяснить, как упростить выражение, не хватало совести.
Однажды она пожаловалась Ярославе, и та, расспросив про задачу, просто и ясно объяснила решение. И предложила впредь обращаться к ней, а не к Амиру.
– А ты разбираешься в этом? – наивно спросила Дана, и была обсмеяна.
– Я же математик и работаю математиком! Меня Амир Василич по результатам олимпиады взял.
Задача за задачей, и Слава начала сама объяснять новые темы. Математика становилась всё менее враждебной, таинственной и загадочной.
Как ни странно, легче всего Дане дались элементы тервера, чем она глубоко поразила подругу. Оказывается, квантовые запутанности, неопределённости Гейзенберга и прочие вроде бы закономерности сложно было уложить в голове и связать с вероятностями.
Но подумаешь! Всего-то анализировать факторы! А эти частицы напоминали Дане людей. Никогда не знаешь, что они сделают или решат, а надо догадаться!
Конечно, олимпиадные задачки она не решала, но продвигалась в материале быстрее, чем боялась Слава.
– У тебя логика чёткая. Жаль, что только пока зачатки. И соображаешь неплохо. Ты не говори больше никогда, что ты туповата, меня это прям бесит! Ты просто упустила время. Навёрстывать будет труднее, чем если бы ты в школе всё нормально прошла, гораздо труднее, но ты это можешь.
Дана очень хотела сделать Амиру сюрприз, но устроить экзамены без его помощи не получилось бы. Документов её не нашли вообще, и ей пришлось, пусть и формально, сдавать с первого класса. К счастью, в этом помогли полицейские, и закрыть младшие классы вышло очень легко, практически без подготовки. Начальный тест она вообще прошла хорошо.
За это она получила Амира на целый вечер. Он сказал, что это нужно обязательно отметить, и повёл её в ресторан в самый большой купол. Площадка прямо под прозрачным потолком открывала великолепный вид на Ганимед, полнеба которого занимал буро-оранжевый титанический Юпитер. Слабо поблёскивающая меж куполами пустыня уходила вдаль, где практически гасла, но тёмные небеса расцветали чуть более яркими облачками полярного сияния. Атмосфера мерцала почти микроскопическими светлячками – Дана уже знала, что это льётся нескончаемый плазменный дождь.
Поначалу виды казались безумно красивыми, торжественными, невероятными. Но почему-то чередование серо-бурого с тёмно-бурым потихоньку становилось скучным. Тем более пустыня Ганимеда напоминала поверхность Пана и Цереры.
Дана наивно проболталась Амиру, что она уже была здесь с Ярославой. Он немного огорчённо пообещал, что в следующий раз сводит её туда, куда Ярослава просто не имеет доступа.
Впрочем, с Амиром всё равно оказалось интереснее – долго рассматривали Юпитер, он показывал полосы облаков, завихрения, пятна, орбитальные и атмосферные станции. Гигант постоянно висел в одном месте неба и временами казался картинкой, наклеенной на поверхность купола.
– Он же колеблется, – удивился Амир, когда Дана поделилась с ним впечатлением. – Посмотри внимательней в окно дома, в разное время.
Девушка пожала плечами. Она не хотела смотреть на Юпитер внимательнее. Он подавлял её, пугал своим размером, пыльно-бурым оттенком, колоссальными вихрями. Лучше бы окно выходило на тёмную сторону.
Прода от 5 декабря вечер
43.
Наконец, на Ганимед прибыли её девочки. Дана лично расселяла их вместе с заведующим отделом жизнеобеспечения российского посёлка Ганимеда. Она понадобилась, скорее, для моральной поддержки. Специально под вновь прибывших переоборудовали закрытую неиспользуемую секцию бывшего общежития, с несколькими маленькими жилыми комнатами в мужском и женском крыле, большими душевыми, своей столовой с кухней и залом отдыха. Довольно обособленные помещения, можно было закрыться изнутри, если бы вдруг захотелось. Амир обещал в ближайшее время спортзал и садик, сразу после того, как доделают кабинеты. Ия уже прилетела и настояла на том, чтобы поселиться в этой же секции.
А Дана внезапно почувствовала себя чужой. Она думала, что поможет освоиться, расскажет побольше об окружающем мире, научит, как в нём жить…
Но ей не доверяли. Вот так просто. Девочки не верили её заверениям в том, что им желают добра. Они боялись людей, боялись Амира, все были уверены, что Дана только играет роль перед ним. А она и не знала, как объяснить то, что чувствует, не находила слов, да и сама о себе многое не понимала. Ей казалось, что Амир сам может лучше объяснить, но тот избегал её девочек, и Дане приходилось ходить к ним одной.
– Чтобы не пугать. Они меня боятся – за себя и за тебя.
Убедить себя в том, что он ошибся, не получалось. Во-первых, Амир не ошибается. Во-вторых, в глубине души Дана понимала, что пытается выдать желаемое за действительное.
Ия говорила, что всё понимает и просила не торопиться. Наверное, поэтому она и психолог, что умеет понимать и не торопиться.
44.
Амира встретила одна из девочек в коридоре. Он не успел даже войти в помещения, посмотреть, как они устроились.
Она хотела поговорить наедине.
Очень странно, они же вроде бы боятся его? И эта малышка дрожит, как антенна в бурях Юпитера, но стоит и смотрит прямо в глаза.
Амир кивнул ей на боковой коридор:
– Ну давай, пройдёмся там. Там безлюдно.
Девушка отвернулась с облегчением, когда они направились в коридор, и сказала:
– Я… Ада… Анна…
Знакомое личико, но разве он может запомнить их всех? И имя знакомое.
– Что ты хотела, Анна?
– Я насчёт Даны! – резко выбросила она. – Я хочу вас попросить за Дану!
А, похоже её имя знакомо, потому что Данечка несколько раз упоминала.
