Лёгкие покрывала сменялись тёплыми пледами и одеялами. Мужчины в погребе готовили ледники и помещали в них мясо и рыбу.
К октябрю погода испортилась. Небо затянули тёмные дождливые тучи, которые мучили нас продолжительными дождями и сильными ветрами. Остров исчезал в густых туманах. Но деревья радовали яркими красками, а вересковые пустоши становились коричневыми.
Подготовив дрова, торф для обогрева и запас продуктов, женщины по вечерам садились у огня и занимались рукоделием. Кто-то вязал коврики или гобелены, шарфы, носки и рукавицы.
К посиделкам у камина присоединилась и старая экономка миссис Иннис Огилви. Она вязала кружевные ажурные салфетки дивной красоты. Глаза служанки почти не видели, но руки помнили то, чем занимались почти всю жизнь.
Горничные Лорна и Айлин попросили рассказать, каким был замок и господа, когда бывшая экономка была молодой.
- Дед нынешнего графа Суррея приобрёл полуразвалившийся замок и вдохнул в него жизнь. Он привёз свою жену Алису Софию в поместье, где родился единственный наследник Грэмов. Дальше шли семь дочек, - с улыбкой вспоминала Иннис.
- Господа были требовательны, но добры и великодушны. Шли годы, у хозяина замка родился внук. Меня за расторопность и смекалку назначили няней Джеймсу. Ах, каким непоседливым и шабутным малышом он был! Я присматривала за юным господином, читала ему сказки, кормила. Как говорится, заменяла ему мать и бабушку, - вспоминала старая экономка, улыбаясь.
- Когда Джеймс подрос, меня приставили к младшему ребёнку в семье, а моему подопечному наняли гувернера из Лондона. Мальчишка проявлял тягу к учёбе, любил задавать вопросы, целыми днями пропадал в библиотеке. Паренёк был всегда вежлив, тактичен и остёр умом, - с гордостью делилась воспоминаниями Иннис.
«Что же произошло, что он стал негодяем, ловеласом и мерзавцем?» - подумала я про себя, записывая новый рецепт выпечки.
Иннис, как будто услышав мои мысли, недовольно скривила лицо.
- Джеймс был очень независимым с самого рождения, но при этом впечатлительным, ранимым и легко привязывался к людям, - продолжила свой рассказ служанка.
- Родители наняли ему учителя по фехтованию и физической культуре, который обучал его всё лето. Этот джентльмен также занимался с мальчиком другими науками. Они подолгу разговаривали, и между ними установились тёплые отношения. Но потом, уже в старости, я не помню, что именно произошло с гувернёром, но он уехал в спешке, даже не попрощавшись. Мой мальчик был в печали долгие месяцы, - поделилась женщина, рассказывая об удивительной черте моего мужа.
- Мой дорогой Джеймс в молодости влюбился, но родители не разрешили ему жениться на девушке, которая, по их мнению, была ему не пара. Возлюбленную выдали за старого барона, который обижал свою юную жену. Все в округе знали об этом, но никто не мог ничего сделать: по закону жена – собственность мужа, - тяжело вздохнув, произнесла старушка.
Я внимательно слушала Иннис, сопереживая безвыходному положению всех женщин Англии и других стран. По закону все права были у мужчин!
Экономка продолжала:
- Но граф Суррей не из робкого десятка! Однажды он заступился за свою возлюбленную и при свидетелях осадил её деспотичного мужа. Но вышло ужасно: несостоявшаяся жена графа утопилась. По словам слуг, после публичного позора старый тиран сильно избил девушку и на два дня запер её без еды и воды. Однако старая служанка тайком кормила, поила и лечила молодую госпожу. На третий день старый муж приказал освободить свою супругу. Вечером того же дня прислуга обнаружила тело госпожи в местном пруду. Таким способом она избавилась от ненавистного мужа и от мук, что не смогла перестать любить моего мальчика, - заплакала миссис Огилви.
Присутствующие отложили работу и внимательно слушали женщину. Миссис Мактавиш подала старушке стакан воды, пытаясь успокоить её.
- После того страшного случая граф Грэм пустился в загулы: компании бесшабашных мужчин, выпивка, женщины с сомнительной репутацией, азартные игры. Отец с дедом пытались вернуть его к респектабельности, но безуспешно. Дед несколько раз менял завещание, но если Джеймс что-то решил, то его не остановить! – объяснила старая экономка.
- И вот снова решение родителей – срочно жениться! Даже невесту выбрали, а он сам хочет жить, любить, заниматься науками. По своему выбору и усмотрению! – взглянув на меня, произнесла Иннис.
Я опустила голову на грудь. Присутствующие сделали вид, что не заметили намека старой служанки.
- Полюбил бы кто-нибудь молодого сломленного графа! Мой мальчик бы тоже потянулся к добрым отношениям, к искренней любви. Почувствовал бы Джеймс, что нужен, его уважают и не предадут его доверие, - тихо проговорила старая нянюшка, вспоминая моего супруга.
- Господа прожили здесь до совершеннолетия Джеймса, а потом перебрались в Лондон. Мы с братом остались сторожить поместье. Молодой хозяин наведывался сюда редко: когда один, побродить в раздумьях. Иногда заезжал с друзьями на охоту или рыбалку, - сообщила старушка.
- Спасибо, что остались в замке, миледи! А то без пригляда поместье рушится! Мы с Химишем не молодеем. Дед Джеймса несколько раз делал перестройки, обновлял интерьер, но это всё не то! Нужна любовь, забота и постоянная жизнь здесь. Тогда и дом прослужит для нескольких поколений! – заверила меня бывшая экономка.
- Вы, Ваше Сиятельство, уже столько всего сделали для поместья за столь короткое время, что душа радуется! Благодарю вас! – сказала Иннис, совершая поклон в кресле.
- А милорд скоро присоединится к Вам, миледи! Я знаю нашего мальчика, уж поверьте старухе! – склонившись ко мне поближе, прошептала служанка.
Я натянуто улыбнулась и кивнула женщине. Хотела ли я, чтобы предсказание Иннис сбылось? Пока весы склонялись в сторону «нет».
Уже в спальне, готовясь ко сну, я снова и снова обдумывала слова Иннис о милорде. Оказывается, мой муж не потерянный человек, а просто разочарованный в жизни, правилах и поступках близких. Впрочем, как и я.
Джеймс увлекается науками? Мне стоит подробнее расспросить старую служанку о графе. Я совсем не знаю своего мужа. Да и он меня тоже. Я пыталась наладить с ним дружеские отношения, но милорд просто сбежал.
Я не привлекаю его физически. В нашем обществе считается неприличным демонстрировать женщине свои умственные способности и знания ни мужу, ни в обществе. Дама и молодая леди могут говорить только о религии, танцах, этикете и домоводстве.
Однажды, ближе к ноябрю, я гуляла с Золотцем по саду, собирая последние цветы в букет. Садовник Томас Маккилан уже подготовил землю к зиме. Внезапно пёс сорвался с места и помчался через зелёную изгородь вперёд.
«Наверное, охотится за зайцем», - подумала я и отправилась на поиски своей собаки.
С трудом пролезла через густой самшит и оказалась на поляне с южной стороны замка. Золотце сидел возле беседки и прижимал лапой маленького зайца.
- Какой красавчик! А ты совсем не боишься меня и Золотце! – я взяла на руки добычу пса и погладила мягкую шкурку.
С животными прошла в беседку, уселась на лавку, положив на стол букет и ушастика. Мы отдыхали в теплом летнем домике, согреваемом осенним солнцем.
«Так бы сидеть и мечтать, смотря вдаль на пейзажи», - размышляла я, наблюдая, как садовник подстригает кустарники к зиме.
Пёс пролаял, как будто соглашаясь с моими мыслями.
- Золотце, пойдем домой! Скоро солнце спрячется, и будет холодно, - скомандовала я четвероногому другу.
Выйдя из беседки, я заметила короткий путь в дом: через одну из башен можно пройти коридором на кухню. Прекрасно! В холодные и пасмурные дни можно будет выходить по короткому пути и сидеть на солнце, вдыхая свежий воздух.
- О, Золотце, я забыла в беседке букет! Он замёрзнет, ветер же сильный! Я быстро, жди здесь! – приказала я псу и побежала в садовый домик.
«Было бы отлично, если бы беседка была утеплена!» - раздумывала я, неся георгины в поместье.
За обедом я ела не спеша, размышляя о садовом домике.
«Можно было бы создать оранжерею! Остеклить беседку и разместить в ней орхидеи и розы в горшках. Посадить травы для кухни и лимоны для выпечки», - размышляла я, кормя своего нового питомца – зайца Флаффи (Пушистика).
После обеда я пригласила дворецкого, экономку и садовника, чтобы обсудить свою идею строительства оранжереи. Прислуга нашла её интересной и поддержала мои начинания. Мистер Донован пообещал пригласить архитектора с плотниками и строителями. Миссис Элспет вызвалась закупить разнообразные горшки, лопаты и удобрения. А Томас Маккилан взялся подобрать растения и травы для нашего зимнего сада.
На следующий день пришёл молодой человек, который выслушал мои пожелания и сразу же нарисовал эскиз оранжереи. Мы с дворецким показали ему место для строительства. Господин Малькольм Макгилби, архитектор, пообещал обустроить и утеплить садовый домик за две недели. Рабочие должны были приступить к работе уже завтра.
Я, Бетси, Элспет и остальные девушки были в восторге от предстоящей оранжереи. Мы с нетерпением ждали, когда же она будет готова, особенно к зимним праздникам. Мне хотелось, чтобы рабочие успели закончить веранду к Рождеству, когда я ожидаю приезда Уилла и Сесилии Кэтрин.
В ожидании чудесного садового дома я экспериментировала с бисквитами. У меня накопилось уже с десяток рецептов, которые одобрили мои слуги и гости, посещающие меня с дружескими визитами.
Моим самым любимым бисквитом был тот, что с апельсиновой цедрой и шоколадом. Я собиралась подать его на рождественский стол.
Однажды, когда старую беседку сносили, чтобы построить новую, мистер Донован подал мне на подносе стопку старых писем. Я сидела в столовой за завтраком, погруженная в свои мысли, и взяла пожелтевшие от времени и сырости листы, перевязанные красной лентой.
- Строители нашли их в углублении под скамьёй, миледи, - произнес дворецкий с поклоном и удалился.
Я развязала бант и раскрыла первое письмо. Чернила кое-где потекли, а где-то вовсе исчезли, но смысл послания был понятен.
«Любимая Виктория! Душа моя! Вечная любовь!» - так гласили первые строки, которые я прочитала.
Мои руки задрожали от волнения, и я была очень удивлена, узнав имя получателя. Но разве эти слова обращены ко мне? Почерк был мужской, и я поняла, что письмо написано давно. Я продолжила читать.
«Скажи только слово, и я прилечу к тебе в первую же минуту, как услышу твой зов. Я не вижу преград и не боюсь общества с его лицемерной моралью. Мы любим друг друга и должны прожить эту жизнь вместе, даря себя лишь любовью. Я вернусь из Лондона, и мы уедем в Индию! Не бойся, мы справимся со всем. Будь сильной! Твой Джеймс Грэм, 1855 г.»
Оказалось, что возлюбленную графа Суррея звали, как и меня! Он планировал увезти девушку из Англии и жить по своим правилам, во имя любви. Как же, наверное, больно ему было, что план сорвался, и та Виктория досталась старому негодяю. А теперь его жена носит имя первой любимой женщины.
После прочтения почти всех писем я по-новому взглянула на своего супруга. Джеймс Грэм умен и умеет любить!
Беседка, построенная на месте старой, вплотную к стене замка, после того как её крышу, стены и двери застеклили, превратилась в изящную и воздушную оранжерею. Рабочие покрасили конструкцию в белый цвет, а пол выложили кафелем.
В стене, примыкающей к дому, строители обустроили камин, который служил для отопления стеклянной конструкции. Над очагом они повесили картину с местным пейзажем. Слуги занесли внутрь ёмкости с растениями.
Томас с большим удовольствием занялся посадкой роз, орхидей, георгинов, петуний и пеларгоний разных цветов в небольшие и подвесные кашпо. В больших глиняных горшках садовник разместил лимоны и пышные папоротники. Множество плетущихся растений свисали с кашпо, создавая красивый каскад.
Я также решила посадить в деревянных ящиках укроп, петрушку, розмарин и шалфей. Томас предложил попробовать вырастить помидоры и огурцы, и я согласилась.
Я попросила дворецкого и лакея Пола принести пару лёгких кресел, стульев и столиков с канделябрами для отдыха и чаепития. В китайских вазах мы разместили срезанные цветы, и во время цветения в помещении стоял одуряющий аромат.
Моя идея была встречена бурными аплодисментами и восхищением как со стороны прислуги, так и родных и даже гостей. Я сделала замечательный подарок себе к предстоящему Рождеству!
Сесилия Кэтрин полюбила проводить пятичасовые чаепития в этой оранжерее. Иннис перед обедом садилась в кресло и в окружении цветов спала пару часов.
Продолжение следует...
За несколько дней до Рождества в замок прибыли долгожданные гости: Сесилия Кэтрин с Уильямом. Однако вместе с ними я увидела двух человек, которых совершенно не ожидала!
Из вагона вышла миссис Фултон. Я очень обрадовалась и хотела обнять её, но мой взгляд случайно упал на высокого шатена в цилиндре. Это был Джон Генри Калверт, 3-й граф Тильни, который стоял за прибывшими дамами и добродушно улыбался. Я была очень удивлена таким поворотом событий!
- Ты не возражаешь, Вики, что я приехал без предупреждения? – спросил Джон Генри Калверт, улыбаясь одними глазами.
- Нет, конечно, па… брат? Я так рада видеть вас, милорд! – выпалила я, волнуясь.
Мой бывший отец, а теперь старший брат, тепло обнял меня и прошептал на ухо:
- Зови меня Джоном, сестрица.
Я покраснела от смущения и, пытаясь скрыть неловкость, начала обмахиваться веером, натянуто улыбаясь. Однако от неловкого момента нас спасли подоспевшие женщины, весело щебеча. Последовали радостные приветствия и горячие объятия.
В приподнятом настроении мы с ветерком доехали до поместья, делясь новостями и сплетнями.
Гости осмотрели оранжерею и замок. После сытного ужина все удобно устроились у камина в гостиной.
- Виктория! Твои бисквиты – национальное достояние! Тебе нужно собрать рецепты в одну книгу и продавать! – радостно сообщил Уилли, ерзая в кресле.
- Отец, тот шоколадный кекс, что мы ели за ужином, пекла Вики! – не переставая болтать, добавил Уилли Калверт.
- Я знаю, Уильям! Графиня Сесилия Кэтрин рассказала мне, какая Виктория сильная и умная женщина! Я очень сожалею, моя девочка, что не защищал тебя от издевок Эвелин и Маргарет! Извините меня, Виктория и мама! – попросил прощения мой старший брат, а в прошлом отец.
- Вики, я знаю, что ты моя тётя! Мама и сестра пока не знают, что мы все в курсе! Здорово, когда есть тайна! – веселился мальчишка, тиская Флаффи и Золотце.
Удивительно, но животные быстро подружились и часто грелись у огня, свернувшись в клубок. Иногда они носились друг за другом по коридорам, заставляя прислугу отступать к стенам.
- Дорогой внук, тайны хранить очень тяжело. Они словно разъедают сердце и душу! – грустно произнесла графиня Тильни.
Все присутствующие притихли, наблюдая за языками пламени.
- Дорогие мои, хватит хандрить! Тайны тайнами, но Рождество уже не за горами! Нам нужно украсить поместье, установить ель и продумать меню! Мистер Донован! Давайте обсудим вопрос о рождественском дереве! – воскликнула пожилая женщина, вставая с кресла и увлекая миссис Фултон к дворецкому.
- Как ты поживаешь, Вики? – спросил мой старший брат, беря меня за руку.
К октябрю погода испортилась. Небо затянули тёмные дождливые тучи, которые мучили нас продолжительными дождями и сильными ветрами. Остров исчезал в густых туманах. Но деревья радовали яркими красками, а вересковые пустоши становились коричневыми.
Подготовив дрова, торф для обогрева и запас продуктов, женщины по вечерам садились у огня и занимались рукоделием. Кто-то вязал коврики или гобелены, шарфы, носки и рукавицы.
К посиделкам у камина присоединилась и старая экономка миссис Иннис Огилви. Она вязала кружевные ажурные салфетки дивной красоты. Глаза служанки почти не видели, но руки помнили то, чем занимались почти всю жизнь.
Горничные Лорна и Айлин попросили рассказать, каким был замок и господа, когда бывшая экономка была молодой.
- Дед нынешнего графа Суррея приобрёл полуразвалившийся замок и вдохнул в него жизнь. Он привёз свою жену Алису Софию в поместье, где родился единственный наследник Грэмов. Дальше шли семь дочек, - с улыбкой вспоминала Иннис.
- Господа были требовательны, но добры и великодушны. Шли годы, у хозяина замка родился внук. Меня за расторопность и смекалку назначили няней Джеймсу. Ах, каким непоседливым и шабутным малышом он был! Я присматривала за юным господином, читала ему сказки, кормила. Как говорится, заменяла ему мать и бабушку, - вспоминала старая экономка, улыбаясь.
- Когда Джеймс подрос, меня приставили к младшему ребёнку в семье, а моему подопечному наняли гувернера из Лондона. Мальчишка проявлял тягу к учёбе, любил задавать вопросы, целыми днями пропадал в библиотеке. Паренёк был всегда вежлив, тактичен и остёр умом, - с гордостью делилась воспоминаниями Иннис.
«Что же произошло, что он стал негодяем, ловеласом и мерзавцем?» - подумала я про себя, записывая новый рецепт выпечки.
Иннис, как будто услышав мои мысли, недовольно скривила лицо.
- Джеймс был очень независимым с самого рождения, но при этом впечатлительным, ранимым и легко привязывался к людям, - продолжила свой рассказ служанка.
- Родители наняли ему учителя по фехтованию и физической культуре, который обучал его всё лето. Этот джентльмен также занимался с мальчиком другими науками. Они подолгу разговаривали, и между ними установились тёплые отношения. Но потом, уже в старости, я не помню, что именно произошло с гувернёром, но он уехал в спешке, даже не попрощавшись. Мой мальчик был в печали долгие месяцы, - поделилась женщина, рассказывая об удивительной черте моего мужа.
- Мой дорогой Джеймс в молодости влюбился, но родители не разрешили ему жениться на девушке, которая, по их мнению, была ему не пара. Возлюбленную выдали за старого барона, который обижал свою юную жену. Все в округе знали об этом, но никто не мог ничего сделать: по закону жена – собственность мужа, - тяжело вздохнув, произнесла старушка.
Я внимательно слушала Иннис, сопереживая безвыходному положению всех женщин Англии и других стран. По закону все права были у мужчин!
Экономка продолжала:
- Но граф Суррей не из робкого десятка! Однажды он заступился за свою возлюбленную и при свидетелях осадил её деспотичного мужа. Но вышло ужасно: несостоявшаяся жена графа утопилась. По словам слуг, после публичного позора старый тиран сильно избил девушку и на два дня запер её без еды и воды. Однако старая служанка тайком кормила, поила и лечила молодую госпожу. На третий день старый муж приказал освободить свою супругу. Вечером того же дня прислуга обнаружила тело госпожи в местном пруду. Таким способом она избавилась от ненавистного мужа и от мук, что не смогла перестать любить моего мальчика, - заплакала миссис Огилви.
Присутствующие отложили работу и внимательно слушали женщину. Миссис Мактавиш подала старушке стакан воды, пытаясь успокоить её.
- После того страшного случая граф Грэм пустился в загулы: компании бесшабашных мужчин, выпивка, женщины с сомнительной репутацией, азартные игры. Отец с дедом пытались вернуть его к респектабельности, но безуспешно. Дед несколько раз менял завещание, но если Джеймс что-то решил, то его не остановить! – объяснила старая экономка.
- И вот снова решение родителей – срочно жениться! Даже невесту выбрали, а он сам хочет жить, любить, заниматься науками. По своему выбору и усмотрению! – взглянув на меня, произнесла Иннис.
Я опустила голову на грудь. Присутствующие сделали вид, что не заметили намека старой служанки.
- Полюбил бы кто-нибудь молодого сломленного графа! Мой мальчик бы тоже потянулся к добрым отношениям, к искренней любви. Почувствовал бы Джеймс, что нужен, его уважают и не предадут его доверие, - тихо проговорила старая нянюшка, вспоминая моего супруга.
- Господа прожили здесь до совершеннолетия Джеймса, а потом перебрались в Лондон. Мы с братом остались сторожить поместье. Молодой хозяин наведывался сюда редко: когда один, побродить в раздумьях. Иногда заезжал с друзьями на охоту или рыбалку, - сообщила старушка.
- Спасибо, что остались в замке, миледи! А то без пригляда поместье рушится! Мы с Химишем не молодеем. Дед Джеймса несколько раз делал перестройки, обновлял интерьер, но это всё не то! Нужна любовь, забота и постоянная жизнь здесь. Тогда и дом прослужит для нескольких поколений! – заверила меня бывшая экономка.
- Вы, Ваше Сиятельство, уже столько всего сделали для поместья за столь короткое время, что душа радуется! Благодарю вас! – сказала Иннис, совершая поклон в кресле.
- А милорд скоро присоединится к Вам, миледи! Я знаю нашего мальчика, уж поверьте старухе! – склонившись ко мне поближе, прошептала служанка.
Я натянуто улыбнулась и кивнула женщине. Хотела ли я, чтобы предсказание Иннис сбылось? Пока весы склонялись в сторону «нет».
Уже в спальне, готовясь ко сну, я снова и снова обдумывала слова Иннис о милорде. Оказывается, мой муж не потерянный человек, а просто разочарованный в жизни, правилах и поступках близких. Впрочем, как и я.
Джеймс увлекается науками? Мне стоит подробнее расспросить старую служанку о графе. Я совсем не знаю своего мужа. Да и он меня тоже. Я пыталась наладить с ним дружеские отношения, но милорд просто сбежал.
Я не привлекаю его физически. В нашем обществе считается неприличным демонстрировать женщине свои умственные способности и знания ни мужу, ни в обществе. Дама и молодая леди могут говорить только о религии, танцах, этикете и домоводстве.
Глава 15.
Однажды, ближе к ноябрю, я гуляла с Золотцем по саду, собирая последние цветы в букет. Садовник Томас Маккилан уже подготовил землю к зиме. Внезапно пёс сорвался с места и помчался через зелёную изгородь вперёд.
«Наверное, охотится за зайцем», - подумала я и отправилась на поиски своей собаки.
С трудом пролезла через густой самшит и оказалась на поляне с южной стороны замка. Золотце сидел возле беседки и прижимал лапой маленького зайца.
- Какой красавчик! А ты совсем не боишься меня и Золотце! – я взяла на руки добычу пса и погладила мягкую шкурку.
С животными прошла в беседку, уселась на лавку, положив на стол букет и ушастика. Мы отдыхали в теплом летнем домике, согреваемом осенним солнцем.
«Так бы сидеть и мечтать, смотря вдаль на пейзажи», - размышляла я, наблюдая, как садовник подстригает кустарники к зиме.
Пёс пролаял, как будто соглашаясь с моими мыслями.
- Золотце, пойдем домой! Скоро солнце спрячется, и будет холодно, - скомандовала я четвероногому другу.
Выйдя из беседки, я заметила короткий путь в дом: через одну из башен можно пройти коридором на кухню. Прекрасно! В холодные и пасмурные дни можно будет выходить по короткому пути и сидеть на солнце, вдыхая свежий воздух.
- О, Золотце, я забыла в беседке букет! Он замёрзнет, ветер же сильный! Я быстро, жди здесь! – приказала я псу и побежала в садовый домик.
«Было бы отлично, если бы беседка была утеплена!» - раздумывала я, неся георгины в поместье.
За обедом я ела не спеша, размышляя о садовом домике.
«Можно было бы создать оранжерею! Остеклить беседку и разместить в ней орхидеи и розы в горшках. Посадить травы для кухни и лимоны для выпечки», - размышляла я, кормя своего нового питомца – зайца Флаффи (Пушистика).
После обеда я пригласила дворецкого, экономку и садовника, чтобы обсудить свою идею строительства оранжереи. Прислуга нашла её интересной и поддержала мои начинания. Мистер Донован пообещал пригласить архитектора с плотниками и строителями. Миссис Элспет вызвалась закупить разнообразные горшки, лопаты и удобрения. А Томас Маккилан взялся подобрать растения и травы для нашего зимнего сада.
На следующий день пришёл молодой человек, который выслушал мои пожелания и сразу же нарисовал эскиз оранжереи. Мы с дворецким показали ему место для строительства. Господин Малькольм Макгилби, архитектор, пообещал обустроить и утеплить садовый домик за две недели. Рабочие должны были приступить к работе уже завтра.
Я, Бетси, Элспет и остальные девушки были в восторге от предстоящей оранжереи. Мы с нетерпением ждали, когда же она будет готова, особенно к зимним праздникам. Мне хотелось, чтобы рабочие успели закончить веранду к Рождеству, когда я ожидаю приезда Уилла и Сесилии Кэтрин.
В ожидании чудесного садового дома я экспериментировала с бисквитами. У меня накопилось уже с десяток рецептов, которые одобрили мои слуги и гости, посещающие меня с дружескими визитами.
Моим самым любимым бисквитом был тот, что с апельсиновой цедрой и шоколадом. Я собиралась подать его на рождественский стол.
Глава 16.
Однажды, когда старую беседку сносили, чтобы построить новую, мистер Донован подал мне на подносе стопку старых писем. Я сидела в столовой за завтраком, погруженная в свои мысли, и взяла пожелтевшие от времени и сырости листы, перевязанные красной лентой.
- Строители нашли их в углублении под скамьёй, миледи, - произнес дворецкий с поклоном и удалился.
Я развязала бант и раскрыла первое письмо. Чернила кое-где потекли, а где-то вовсе исчезли, но смысл послания был понятен.
«Любимая Виктория! Душа моя! Вечная любовь!» - так гласили первые строки, которые я прочитала.
Мои руки задрожали от волнения, и я была очень удивлена, узнав имя получателя. Но разве эти слова обращены ко мне? Почерк был мужской, и я поняла, что письмо написано давно. Я продолжила читать.
«Скажи только слово, и я прилечу к тебе в первую же минуту, как услышу твой зов. Я не вижу преград и не боюсь общества с его лицемерной моралью. Мы любим друг друга и должны прожить эту жизнь вместе, даря себя лишь любовью. Я вернусь из Лондона, и мы уедем в Индию! Не бойся, мы справимся со всем. Будь сильной! Твой Джеймс Грэм, 1855 г.»
Оказалось, что возлюбленную графа Суррея звали, как и меня! Он планировал увезти девушку из Англии и жить по своим правилам, во имя любви. Как же, наверное, больно ему было, что план сорвался, и та Виктория досталась старому негодяю. А теперь его жена носит имя первой любимой женщины.
После прочтения почти всех писем я по-новому взглянула на своего супруга. Джеймс Грэм умен и умеет любить!
Беседка, построенная на месте старой, вплотную к стене замка, после того как её крышу, стены и двери застеклили, превратилась в изящную и воздушную оранжерею. Рабочие покрасили конструкцию в белый цвет, а пол выложили кафелем.
В стене, примыкающей к дому, строители обустроили камин, который служил для отопления стеклянной конструкции. Над очагом они повесили картину с местным пейзажем. Слуги занесли внутрь ёмкости с растениями.
Томас с большим удовольствием занялся посадкой роз, орхидей, георгинов, петуний и пеларгоний разных цветов в небольшие и подвесные кашпо. В больших глиняных горшках садовник разместил лимоны и пышные папоротники. Множество плетущихся растений свисали с кашпо, создавая красивый каскад.
Я также решила посадить в деревянных ящиках укроп, петрушку, розмарин и шалфей. Томас предложил попробовать вырастить помидоры и огурцы, и я согласилась.
Я попросила дворецкого и лакея Пола принести пару лёгких кресел, стульев и столиков с канделябрами для отдыха и чаепития. В китайских вазах мы разместили срезанные цветы, и во время цветения в помещении стоял одуряющий аромат.
Моя идея была встречена бурными аплодисментами и восхищением как со стороны прислуги, так и родных и даже гостей. Я сделала замечательный подарок себе к предстоящему Рождеству!
Сесилия Кэтрин полюбила проводить пятичасовые чаепития в этой оранжерее. Иннис перед обедом садилась в кресло и в окружении цветов спала пару часов.
Продолжение следует...
Прода от 22.05.2025, 07:43
Глава 17.
За несколько дней до Рождества в замок прибыли долгожданные гости: Сесилия Кэтрин с Уильямом. Однако вместе с ними я увидела двух человек, которых совершенно не ожидала!
Из вагона вышла миссис Фултон. Я очень обрадовалась и хотела обнять её, но мой взгляд случайно упал на высокого шатена в цилиндре. Это был Джон Генри Калверт, 3-й граф Тильни, который стоял за прибывшими дамами и добродушно улыбался. Я была очень удивлена таким поворотом событий!
- Ты не возражаешь, Вики, что я приехал без предупреждения? – спросил Джон Генри Калверт, улыбаясь одними глазами.
- Нет, конечно, па… брат? Я так рада видеть вас, милорд! – выпалила я, волнуясь.
Мой бывший отец, а теперь старший брат, тепло обнял меня и прошептал на ухо:
- Зови меня Джоном, сестрица.
Я покраснела от смущения и, пытаясь скрыть неловкость, начала обмахиваться веером, натянуто улыбаясь. Однако от неловкого момента нас спасли подоспевшие женщины, весело щебеча. Последовали радостные приветствия и горячие объятия.
В приподнятом настроении мы с ветерком доехали до поместья, делясь новостями и сплетнями.
Гости осмотрели оранжерею и замок. После сытного ужина все удобно устроились у камина в гостиной.
- Виктория! Твои бисквиты – национальное достояние! Тебе нужно собрать рецепты в одну книгу и продавать! – радостно сообщил Уилли, ерзая в кресле.
- Отец, тот шоколадный кекс, что мы ели за ужином, пекла Вики! – не переставая болтать, добавил Уилли Калверт.
- Я знаю, Уильям! Графиня Сесилия Кэтрин рассказала мне, какая Виктория сильная и умная женщина! Я очень сожалею, моя девочка, что не защищал тебя от издевок Эвелин и Маргарет! Извините меня, Виктория и мама! – попросил прощения мой старший брат, а в прошлом отец.
- Вики, я знаю, что ты моя тётя! Мама и сестра пока не знают, что мы все в курсе! Здорово, когда есть тайна! – веселился мальчишка, тиская Флаффи и Золотце.
Удивительно, но животные быстро подружились и часто грелись у огня, свернувшись в клубок. Иногда они носились друг за другом по коридорам, заставляя прислугу отступать к стенам.
- Дорогой внук, тайны хранить очень тяжело. Они словно разъедают сердце и душу! – грустно произнесла графиня Тильни.
Все присутствующие притихли, наблюдая за языками пламени.
- Дорогие мои, хватит хандрить! Тайны тайнами, но Рождество уже не за горами! Нам нужно украсить поместье, установить ель и продумать меню! Мистер Донован! Давайте обсудим вопрос о рождественском дереве! – воскликнула пожилая женщина, вставая с кресла и увлекая миссис Фултон к дворецкому.
- Как ты поживаешь, Вики? – спросил мой старший брат, беря меня за руку.
