Второй близнец, заметив её смущение, ткнул первого кулаком под рёбра. Эльф с трудом оторвался от девушки, сказал с гордостью, словно об огромном достижении:
— Это Нэрри, моя невеста. Мы два месяца не виделись.
Кудрявая Нэрри улыбнулась весело и свободно, склонила голову в эльфийском приветствии. Глаза её лучились теплом и счастьем. Она ничуть не стеснялась мужских рук, лежащих на её плечах.
Зейна едва заставила себя поздороваться.
Лесной домик враз сделался маленьким и тесным, весёлым и шумным. Не так уж много народа собралось здесь, но сразу видно, что все — старые друзья.
Галдят, беззлобно подтрунивают друг над другом, обмениваются новостями. Под ногами носятся два кота и золотистый громадный зверь, который чудом ещё никого не пришиб хвостом. За зверьём гоняются два пацанёнка, один из которых — демон. Старший мальчик, Арин, никак не решит ребёнок он или взрослый, присоединяется то к одним, то к другим и успевает везде.
Рейон смотрится немного чужим на этом празднике жизни, шутит и смеётся со всеми, но слишком часто кидает взгляды в сторону закрытого портала, словно ждёт кого-то.
Вечер наступил незаметно. Вся компания собралась в саду, на обжитой давно полянке, вокруг жаркого небольшого костра. На костре жарилось мясо, эльфы на радость детей украсили поляну разноцветными огоньками. Огоньки висели на ветвях деревьев, время от времени отрывались и плавали в воздухе, пока не садились на другую ветку. Жёлтый демон Золк щёлкал пастью каждый раз, как волшебный светлячок проплывал над его головой. Клыки у него были с палец длиной, но вздрагивала от этого зрелища только Зейна.
Дневная суета как-то сама собой сошла на нет, даже дети и звери успокоились. Элиор, сидя на одеяле, тихонько перебирал струны лютни. Зейна и раньше слышала, как он играет, но никогда раньше не решалась присоединиться к вечерним посиделкам в саду. Она и сейчас хотела было остаться в комнате. Кудрявая Нэрри не позволила. Излишком деликатности она не страдала, буквально выволокла Зейну за руку к остальным.
Свечение открывшегося за деревьями портала первым заметил Рейон, выдохнул облегчённо, улыбнулся уголками губ, но с места не поднялся, навстречу вновь прибывшему не пошёл.
Шевельнулись ветки, стряхивая холодных светлячков, на поляну ступил молодой человек в простой белой рубашке и холщовых штанах. Рейон подвинулся, парень опустился рядом на одеяло. Элиор не прервал своей мелодии.
Только когда затих последний аккорд, по кругу пошла чаша вина, а в костёр подбросили веток, Зейна при свете взметнувшегося пламени узнала императора Амрана. И почти не удивилась. Сегодня она уже устала удивляться. Эльфы, люди и демоны, мужчины и женщины в одном кругу. Она сама получала чашу от мужчины, правда, пить опасалась и передавала дальше. Присутствие владыки империи ничего не изменило в ночном саду. Он ел и пил так же, как все. Как все, подпевал золотоволосому эльфу. И так же, как все, задумчиво замолкал, когда весёлые песни сменялись протяжными мелодиями без слов.
Зейна тоже слушала музыку, тихонько подпевала отдельные слова эльфийских песен и впервые за очень долгое время чувствовала себя в безопасности.
Ночевать в дом никто не пошёл, так и уснули в саду на одеялах у погасшего костра.
Утром первым откланялся Амран. Сердечно простился с эльфами, поговорил о чём-то в сторонке с Рейоном и исчез в портале.
Потом через портал ушли Нэрри и Арин с Золком. Эльфы-пограничники направились домой верхом. Портал оказался маловат, чтобы запихнуть в него трёх лошадей.
Последним, порталом ушёл Рейон. Обнял Лику, коротко кивнул Зейне и исчез в зыбком мареве.
Зейна вздохнула, не хотелось расставаться с ночной сказкой. Впрочем, теперь она на многое смотрела по-другому.
Через два дня Рейон вернулся. Не порталом. Он приехал по дороге на мощногрудом сером коне, ведя в поводу второго жеребчика — невысокого и крепкого, необычной буланой масти. В степи буланые кони считались детьми бога-ветра Тойги, заполучить такого коня, с жёлтой, как выгоревшая на солнце степная трава, шкурой и чёрной гривой считалось всё равно, что получить благословение бога.
Знал ли об этом Рейон? Она задумалась всего на секунду. Оторвать восхищённый взгляд от буланого оказалось выше её сил.
— Нравится? — спросил Рейон вместо приветствия, и Зейне впервые было плевать на лёгкие нотки самодовольства в его голосе.
Она кивнула.
— Хочешь проехаться?
Она не ответила, растерялась, и Рейон продолжил:
— Если обгонишь меня, подарю.
— Буланого? Мне? — она не поверила.
— Тебе, кому ж ещё. Лике лошадь без надобности, а демону её — и подавно. Он сам бегает как конь. Ну, что скажешь? Посоревнуемся? Или всё ещё боишься меня, колючка?
Ещё совсем недавно она ни за что не поехала бы никуда вдвоём с мужчиной. Но буланый… Слишком большой соблазн. Кроме того, она уже почти месяц живёт в лесном доме, если б он хотел что-то сделать, сделал бы давно.
— Не боюсь, — она дерзко вскинула голову, впервые прямо взглянула ему в глаза, синие и насмешливо прищуренные. — Ты прямо сейчас хочешь?
— Подтяни пока жёлтенькому подпругу, — он спешился и кинул ей поводья, — а я зайду поздороваюсь, занесу вещи, и поедем.
— Дома никого нет, — сообщила Зейна.
— Тем более, нет причин задерживаться, — он набросил повод своего коня на покосившуюся доску забора, снял седельные сумки (из одной из них выбрался чёрный кот) и пошёл в дом.
Зейна, не веря своему счастью, погладила буланого конька. Тот обнюхал её пальцы, фыркнул в лицо, обдав запахом травы, и доверчиво подставил морду под ласку. Незатянутое седло сползло набок. Пришлось Зейне полностью его пересёдлывать. К появлению мага она как раз закончила, засунула два пальца под подпругу, придирчиво осмотрела все пряжки — седло сидело идеально.
Буланый фыркнул ей в волосы, Зейна погладила мягкий нос, спросила:
— Как его зовут?
— Тойга.
— Как?!
Назвать лошадь именем бога. Чего ещё ожидать от беспутных имперцев?
Рейон хохотнул, беззаботно и весело:
— Это не я его так назвал, а один дедушкин… друг. Зови его Той, ему так больше нравится.
Одним гибким движением он вскочил в седло, подобрал поводья. Только с дороги, но усталым он не выглядел. И руки зажили полностью, судя по тому, с каким небрежным изяществом он сжимал повод.
Рейон правильно истолковал её взгляд.
— Я приехал по тропе вдоль реки. Самая короткая дорога из Лирди, но там особо не поскачешь, шагал всё время, так что лошади не устали, не бойся.
Зейна ещё раз погладила буланого Тоя, поставила ногу в стремя, ухватилась за чёрную гриву. Миг — и она в седле. Счастливая улыбка сама собой расплылась на лице.
— За мной, — Рейон коснулся конских боков каблуками.
Узкая лесная тропинка — не бескрайняя степь, сильно не разгонишься — поворотов много и низкие ветки так и норовят ударить по лицу, знай уворачивайся. Длинная юбка оказалась не самой удобной одеждой для верховой езды, она задралась выше колен, но маг ни разу не оглянулся на её ноги. И это стало ещё одним поводом для благодарности.
Когда тропинка внезапно вывела на широкую утоптанную грунтовую дорогу, Рейон натянул поводья, подождал, пока их кони не стали стремя к стремени, и только тогда сказал:
— Эта дорога ведёт на тракт в обход деревни, по ней редко ездят, можно не опасаться, что врежемся в телегу. Ну что, погнали?
Зейна кивнула и послала коня вперёд.
Рейон оказался отличным всадником, и конь у него был хороший. Впрочем, буланый показал себя не хуже, как и его всадница.
Они как птицы летели по лесной дороге, придерживая коней лишь на поворотах. Глухо стучали копыта, ветер свистел в ушах, трепал длинные гривы, лошади переняли азарт всадников, сдаваться первым никто не хотел.
Рейон вырвался вперёд совсем ненамного, когда скачка прервалась самым неожиданным образом — арбалетным болтом, вонзившимся в шею серого коня. Маг среагировал мгновенно, вытащил ноги из стремян, оттолкнулся от бока падающего коня, перекатился, вскочил… и замер под прицелом сразу двух арбалетов.
Буланый без команды встал как вкопанный, бока его тяжело вздымались, Зейне в грудь целились ещё два арбалетчика.
Пятый бросил на землю разряженный арбалет, вышел с обочины на дорогу.
Рейон попытался взмахнуть рукой, но застыл на середине движения, остановленный словами:
— Не вздумай, колдун. Молчи и не шевелись. Одно слово: и твоя сестрица — труп. За тебя заплатят за живого, а за ведьму уговора не было, она никому не нужна.
Зейна прижала ладошку ко рту, она узнала голос и наконец-то рассмотрела напавшего. Тот самый щербатый охотник, что спрашивал у неё дорогу к деревне, стоя на тропе. Тогда он принял её за хозяйку и сейчас думает так же.
Она уже раскрыла рот, чтоб признаться — запястье обожгло огнём. Волшебная клятва велела молчать! И Рейон чуть заметно покачал головой, медленно опустил руку.
— Молодец, — одобрил щербатый главарь арбалетчиков, — руки протяни.
Рейон зло сверкнул глазами, но подчинился. Щербатый плотно оплёл его запястья верёвкой, а потом для надёжности примотал его руки к груди.
— Давайте ошейник, — приказал.
Один из целившихся в Зейну отложил арбалет, достал из холщёвой сумки полоску кожи с блестящей пряжкой и вшитыми тусклыми полупрозрачными камнями. Рейон дернулся при виде ошейника, и арбалет вновь оказался в руках стрелка. Но сейчас тот в замешательстве переводил взгляд с девушки на мага и обратно.
— Слышь, командир, — выдал он, — ошейник-то один, а колдунов двое.
— Давай его сюда, заячий ты сын, — щербатый протянул руку.
Один из стрелков хохотнул и пояснил:
— Если б ты меньше пил и больше слушал, что тебе говорят, знал бы, что девка неопасна. Она просто лекарка.
Он подошел и взял под уздцы буланого.
— Красотка… ишь как зыркает. Может, мне её себе оставить, а командир?
Зейна побелела от ужаса. Рейон тоже. Только не от страха. Весь цвет сошёл с его лица, стоило щербатому застегнуть на нём ошейник с камнями.
— Всё, — разрешил щербатый, — теперь можешь говорить. Много ты не наколдуешь.
— Уроды, — от всей души выдохнул Рейон.
Стрелки дружно расхохотались, лёгкая победа пьянила, целиться в пленников они перестали.
— Тащите сюда ведьму, — приказал главарь.
Серый жеребец мага за его спиной конвульсивно дёрнулся в агонии. Оглянулись все, кроме Рейона. Связанный и лишённый магии, он всё ещё был на ногах. Безумный рывок — он плечом опрокинул главаря, головой врезался в живот стрелка, державшего повод буланого. Стрелок согнулся пополам, выпустил повод, а Рейон выкрикнул:
— Убирайся отсюда! Проснись! Скачи как можно дальше!
Зейна вздрогнула, рывком вышла из накатившего оцепенения, ударила Тойгу пятками в бока. Конь взвился на дыбы, грудью оттолкнул посмевшего заступить ему дорогу человека, развернулся на задних ногах и рванул галопом в обратную сторону. Щёлкнула тетива, но извилистая лесная дорога сыграла на руку беглянке — она уже скрылась за поворотом.
Сзади раздалась разноголосая ругань, звук удара и хрип Рейона. Совесть пискнула задавленной мышью, Зейна только сильнее пришпорила буланого.
Остановилась она только, когда Той начал хрипеть и спотыкаться. Совесть, только что позволившая бросить в беде человека, заголосила при виде загнанного коня. Девушка соскочила на землю, оглянулась. В лесу пели птицы, царили мир и спокойствие. За ней никто не гнался. Или давно отстали, или она просто не была им нужна.
Зейна расстегнула подпругу, стянула седло, принялась растирать взмыленного коня пучком травы. Бока, грудь, шея, живот, круп и ноги. Привычная работа помогала успокоиться, привести мысли в порядок.
Она одна. В лесу, неизвестно где. У неё есть лошадь. Волшебная клятва больше не держит её, ведь Рейон сам велел бежать как можно дальше. Они с Тоем могут отдохнуть здесь, а потом ехать, куда глаза глядят.
Вот только куда они глядят, эти глаза? Куда ей податься?
Вспомнились другие глаза. Синие, как небо, смотрящие то с надменным превосходством, то с сочувствием и почти ласкою.
Рейон Астри. Страшный чёрный маг и побратим императора. А ведь он мог отбиться от нападения, магу не нужно оружие. Мог, если бы не она. Она не Лика, не его сестра. Вообще ему никто. Почему же он сдался, спасая ей жизнь? Что теперь с ним будет? Что делать ей?
Родной отец выбросил её как ненужную вещь, и никто в клане и не подумал заступиться. А чужак спас её, как стал бы спасать настоящую сестру. Получается, что вражеский маг сделал для неё больше, чем кто-либо другой за всю её жизнь. Выяснил, что она не знает языка, и сразу приставил к ней учительницу. Нашёл способ спасти ей жизнь после безумного побега, присматривал и заботился по-своему. И эта-то забота и вышла ему боком. Если б он не решил подарить Зейне коня… Он и состязание это устроил только потому, что боялся, что от подарка она откажется, а от выигрыша – нет. Эта мысль вспыхнула внезапным пониманием.
Зейна уткнулась лицом в тёплую конскую шею, прошептала, словно извиняясь:
— Мы не можем его бросить. Так, Той?
Жеребец поднял голову, вздохнул. Зейна погладила его по щеке.
Ехать на измученном коне было жалко, но Рейона всё же жальче. Вдруг его убьют, пока она будет идти пешком? Зейна задрала юбку, забралась на конскую спину, Той ещё раз вздохнул и порысил в сторону лесного дома. Забытое седло осталось сиротливо лежать на обочине.
— Накаталась? – весёлым вопросом встретил её эльф, и тут же улыбка сползла с его лица, когда Зейна чуть ли не рухнула ему в руки.
Она заговорила, спеша рассказать всё. И сейчас её не волновали ни собственные голые коленки, ни то, что она почти висит на шее у мужчины.
Кайдо и Лика появились словно из-под земли. Хмурые и сосредоточенные, но спокойные. За ними вышел Тош, тоже непривычно тихий. Протянул эльфу перевязь с коротким мечом и лук со стрелами.
Конечно, это Элиор позвал их, как Зейна сразу не сообразила. Он ведь умеет говорить мысленно.
— Я не слышу его, — после короткого молчания сказала Лика.
— Ошейник блокирует силу, — напомнил рыжий демон и потёр шею.
Лика помрачнела ещё больше.
— Мы его найдём, — пообещал демон. – Если не убили сразу, значит Рей им зачем-то нужен. Знать бы, кому кошак опять перешёл дорогу.
— Ошейник – штука редкая и дорогая, простым разбойникам не по карману, — это высказался эльф.
— Хочешь сказать, его захватил кто-то из благородных? Это ежу понятно. Только вот кто из них? Половина старой аристократии мечтает отомстить императору, а другая нашего кота просто не любит. У кого ж, интересно, хватило наглости?
— Кайдо, — глаза у Лики подозрительно увлажнились.
— Не реви, — бросил демон, — сообщи Амрану.
И обратился к Зейне:
— Покажешь, где на вас напали?
Она кивнула.
Лика встрепенулась:
— Я с вами. Вдруг он ранен?
— Дома вылечишь, — Зейна впервые слышала в голосе демона приказные нотки.
Лика сникла, и Кайдо тут же смягчил тон:
— Сама подумай, если придётся драться, ты будешь только мешать. И потом, на ком ты собралась ехать? На мне? Этот, — он кивнул на буланого, — уже набегался, а Шёлк троих не увезёт. Лучше сходи во дворец, Амрану нужно знать.
— Я никогда сама не открывала портал, — буркнула Лика, она уже сдалась, признала его правоту и спорила для приличия.
— Это Нэрри, моя невеста. Мы два месяца не виделись.
Кудрявая Нэрри улыбнулась весело и свободно, склонила голову в эльфийском приветствии. Глаза её лучились теплом и счастьем. Она ничуть не стеснялась мужских рук, лежащих на её плечах.
Зейна едва заставила себя поздороваться.
Лесной домик враз сделался маленьким и тесным, весёлым и шумным. Не так уж много народа собралось здесь, но сразу видно, что все — старые друзья.
Галдят, беззлобно подтрунивают друг над другом, обмениваются новостями. Под ногами носятся два кота и золотистый громадный зверь, который чудом ещё никого не пришиб хвостом. За зверьём гоняются два пацанёнка, один из которых — демон. Старший мальчик, Арин, никак не решит ребёнок он или взрослый, присоединяется то к одним, то к другим и успевает везде.
Рейон смотрится немного чужим на этом празднике жизни, шутит и смеётся со всеми, но слишком часто кидает взгляды в сторону закрытого портала, словно ждёт кого-то.
Вечер наступил незаметно. Вся компания собралась в саду, на обжитой давно полянке, вокруг жаркого небольшого костра. На костре жарилось мясо, эльфы на радость детей украсили поляну разноцветными огоньками. Огоньки висели на ветвях деревьев, время от времени отрывались и плавали в воздухе, пока не садились на другую ветку. Жёлтый демон Золк щёлкал пастью каждый раз, как волшебный светлячок проплывал над его головой. Клыки у него были с палец длиной, но вздрагивала от этого зрелища только Зейна.
Дневная суета как-то сама собой сошла на нет, даже дети и звери успокоились. Элиор, сидя на одеяле, тихонько перебирал струны лютни. Зейна и раньше слышала, как он играет, но никогда раньше не решалась присоединиться к вечерним посиделкам в саду. Она и сейчас хотела было остаться в комнате. Кудрявая Нэрри не позволила. Излишком деликатности она не страдала, буквально выволокла Зейну за руку к остальным.
Свечение открывшегося за деревьями портала первым заметил Рейон, выдохнул облегчённо, улыбнулся уголками губ, но с места не поднялся, навстречу вновь прибывшему не пошёл.
Шевельнулись ветки, стряхивая холодных светлячков, на поляну ступил молодой человек в простой белой рубашке и холщовых штанах. Рейон подвинулся, парень опустился рядом на одеяло. Элиор не прервал своей мелодии.
Только когда затих последний аккорд, по кругу пошла чаша вина, а в костёр подбросили веток, Зейна при свете взметнувшегося пламени узнала императора Амрана. И почти не удивилась. Сегодня она уже устала удивляться. Эльфы, люди и демоны, мужчины и женщины в одном кругу. Она сама получала чашу от мужчины, правда, пить опасалась и передавала дальше. Присутствие владыки империи ничего не изменило в ночном саду. Он ел и пил так же, как все. Как все, подпевал золотоволосому эльфу. И так же, как все, задумчиво замолкал, когда весёлые песни сменялись протяжными мелодиями без слов.
Зейна тоже слушала музыку, тихонько подпевала отдельные слова эльфийских песен и впервые за очень долгое время чувствовала себя в безопасности.
Ночевать в дом никто не пошёл, так и уснули в саду на одеялах у погасшего костра.
Утром первым откланялся Амран. Сердечно простился с эльфами, поговорил о чём-то в сторонке с Рейоном и исчез в портале.
Потом через портал ушли Нэрри и Арин с Золком. Эльфы-пограничники направились домой верхом. Портал оказался маловат, чтобы запихнуть в него трёх лошадей.
Последним, порталом ушёл Рейон. Обнял Лику, коротко кивнул Зейне и исчез в зыбком мареве.
Зейна вздохнула, не хотелось расставаться с ночной сказкой. Впрочем, теперь она на многое смотрела по-другому.
ГЛАВА 4. Подарок
Через два дня Рейон вернулся. Не порталом. Он приехал по дороге на мощногрудом сером коне, ведя в поводу второго жеребчика — невысокого и крепкого, необычной буланой масти. В степи буланые кони считались детьми бога-ветра Тойги, заполучить такого коня, с жёлтой, как выгоревшая на солнце степная трава, шкурой и чёрной гривой считалось всё равно, что получить благословение бога.
Знал ли об этом Рейон? Она задумалась всего на секунду. Оторвать восхищённый взгляд от буланого оказалось выше её сил.
— Нравится? — спросил Рейон вместо приветствия, и Зейне впервые было плевать на лёгкие нотки самодовольства в его голосе.
Она кивнула.
— Хочешь проехаться?
Она не ответила, растерялась, и Рейон продолжил:
— Если обгонишь меня, подарю.
— Буланого? Мне? — она не поверила.
— Тебе, кому ж ещё. Лике лошадь без надобности, а демону её — и подавно. Он сам бегает как конь. Ну, что скажешь? Посоревнуемся? Или всё ещё боишься меня, колючка?
Ещё совсем недавно она ни за что не поехала бы никуда вдвоём с мужчиной. Но буланый… Слишком большой соблазн. Кроме того, она уже почти месяц живёт в лесном доме, если б он хотел что-то сделать, сделал бы давно.
— Не боюсь, — она дерзко вскинула голову, впервые прямо взглянула ему в глаза, синие и насмешливо прищуренные. — Ты прямо сейчас хочешь?
— Подтяни пока жёлтенькому подпругу, — он спешился и кинул ей поводья, — а я зайду поздороваюсь, занесу вещи, и поедем.
— Дома никого нет, — сообщила Зейна.
— Тем более, нет причин задерживаться, — он набросил повод своего коня на покосившуюся доску забора, снял седельные сумки (из одной из них выбрался чёрный кот) и пошёл в дом.
Зейна, не веря своему счастью, погладила буланого конька. Тот обнюхал её пальцы, фыркнул в лицо, обдав запахом травы, и доверчиво подставил морду под ласку. Незатянутое седло сползло набок. Пришлось Зейне полностью его пересёдлывать. К появлению мага она как раз закончила, засунула два пальца под подпругу, придирчиво осмотрела все пряжки — седло сидело идеально.
Буланый фыркнул ей в волосы, Зейна погладила мягкий нос, спросила:
— Как его зовут?
— Тойга.
— Как?!
Назвать лошадь именем бога. Чего ещё ожидать от беспутных имперцев?
Рейон хохотнул, беззаботно и весело:
— Это не я его так назвал, а один дедушкин… друг. Зови его Той, ему так больше нравится.
Одним гибким движением он вскочил в седло, подобрал поводья. Только с дороги, но усталым он не выглядел. И руки зажили полностью, судя по тому, с каким небрежным изяществом он сжимал повод.
Рейон правильно истолковал её взгляд.
— Я приехал по тропе вдоль реки. Самая короткая дорога из Лирди, но там особо не поскачешь, шагал всё время, так что лошади не устали, не бойся.
Зейна ещё раз погладила буланого Тоя, поставила ногу в стремя, ухватилась за чёрную гриву. Миг — и она в седле. Счастливая улыбка сама собой расплылась на лице.
— За мной, — Рейон коснулся конских боков каблуками.
Узкая лесная тропинка — не бескрайняя степь, сильно не разгонишься — поворотов много и низкие ветки так и норовят ударить по лицу, знай уворачивайся. Длинная юбка оказалась не самой удобной одеждой для верховой езды, она задралась выше колен, но маг ни разу не оглянулся на её ноги. И это стало ещё одним поводом для благодарности.
Когда тропинка внезапно вывела на широкую утоптанную грунтовую дорогу, Рейон натянул поводья, подождал, пока их кони не стали стремя к стремени, и только тогда сказал:
— Эта дорога ведёт на тракт в обход деревни, по ней редко ездят, можно не опасаться, что врежемся в телегу. Ну что, погнали?
Зейна кивнула и послала коня вперёд.
Рейон оказался отличным всадником, и конь у него был хороший. Впрочем, буланый показал себя не хуже, как и его всадница.
Они как птицы летели по лесной дороге, придерживая коней лишь на поворотах. Глухо стучали копыта, ветер свистел в ушах, трепал длинные гривы, лошади переняли азарт всадников, сдаваться первым никто не хотел.
Рейон вырвался вперёд совсем ненамного, когда скачка прервалась самым неожиданным образом — арбалетным болтом, вонзившимся в шею серого коня. Маг среагировал мгновенно, вытащил ноги из стремян, оттолкнулся от бока падающего коня, перекатился, вскочил… и замер под прицелом сразу двух арбалетов.
Буланый без команды встал как вкопанный, бока его тяжело вздымались, Зейне в грудь целились ещё два арбалетчика.
Пятый бросил на землю разряженный арбалет, вышел с обочины на дорогу.
Рейон попытался взмахнуть рукой, но застыл на середине движения, остановленный словами:
— Не вздумай, колдун. Молчи и не шевелись. Одно слово: и твоя сестрица — труп. За тебя заплатят за живого, а за ведьму уговора не было, она никому не нужна.
Зейна прижала ладошку ко рту, она узнала голос и наконец-то рассмотрела напавшего. Тот самый щербатый охотник, что спрашивал у неё дорогу к деревне, стоя на тропе. Тогда он принял её за хозяйку и сейчас думает так же.
Она уже раскрыла рот, чтоб признаться — запястье обожгло огнём. Волшебная клятва велела молчать! И Рейон чуть заметно покачал головой, медленно опустил руку.
— Молодец, — одобрил щербатый главарь арбалетчиков, — руки протяни.
Рейон зло сверкнул глазами, но подчинился. Щербатый плотно оплёл его запястья верёвкой, а потом для надёжности примотал его руки к груди.
— Давайте ошейник, — приказал.
Один из целившихся в Зейну отложил арбалет, достал из холщёвой сумки полоску кожи с блестящей пряжкой и вшитыми тусклыми полупрозрачными камнями. Рейон дернулся при виде ошейника, и арбалет вновь оказался в руках стрелка. Но сейчас тот в замешательстве переводил взгляд с девушки на мага и обратно.
— Слышь, командир, — выдал он, — ошейник-то один, а колдунов двое.
— Давай его сюда, заячий ты сын, — щербатый протянул руку.
Один из стрелков хохотнул и пояснил:
— Если б ты меньше пил и больше слушал, что тебе говорят, знал бы, что девка неопасна. Она просто лекарка.
Он подошел и взял под уздцы буланого.
— Красотка… ишь как зыркает. Может, мне её себе оставить, а командир?
Зейна побелела от ужаса. Рейон тоже. Только не от страха. Весь цвет сошёл с его лица, стоило щербатому застегнуть на нём ошейник с камнями.
— Всё, — разрешил щербатый, — теперь можешь говорить. Много ты не наколдуешь.
— Уроды, — от всей души выдохнул Рейон.
Стрелки дружно расхохотались, лёгкая победа пьянила, целиться в пленников они перестали.
— Тащите сюда ведьму, — приказал главарь.
Серый жеребец мага за его спиной конвульсивно дёрнулся в агонии. Оглянулись все, кроме Рейона. Связанный и лишённый магии, он всё ещё был на ногах. Безумный рывок — он плечом опрокинул главаря, головой врезался в живот стрелка, державшего повод буланого. Стрелок согнулся пополам, выпустил повод, а Рейон выкрикнул:
— Убирайся отсюда! Проснись! Скачи как можно дальше!
Зейна вздрогнула, рывком вышла из накатившего оцепенения, ударила Тойгу пятками в бока. Конь взвился на дыбы, грудью оттолкнул посмевшего заступить ему дорогу человека, развернулся на задних ногах и рванул галопом в обратную сторону. Щёлкнула тетива, но извилистая лесная дорога сыграла на руку беглянке — она уже скрылась за поворотом.
Сзади раздалась разноголосая ругань, звук удара и хрип Рейона. Совесть пискнула задавленной мышью, Зейна только сильнее пришпорила буланого.
Остановилась она только, когда Той начал хрипеть и спотыкаться. Совесть, только что позволившая бросить в беде человека, заголосила при виде загнанного коня. Девушка соскочила на землю, оглянулась. В лесу пели птицы, царили мир и спокойствие. За ней никто не гнался. Или давно отстали, или она просто не была им нужна.
Зейна расстегнула подпругу, стянула седло, принялась растирать взмыленного коня пучком травы. Бока, грудь, шея, живот, круп и ноги. Привычная работа помогала успокоиться, привести мысли в порядок.
Она одна. В лесу, неизвестно где. У неё есть лошадь. Волшебная клятва больше не держит её, ведь Рейон сам велел бежать как можно дальше. Они с Тоем могут отдохнуть здесь, а потом ехать, куда глаза глядят.
Вот только куда они глядят, эти глаза? Куда ей податься?
Вспомнились другие глаза. Синие, как небо, смотрящие то с надменным превосходством, то с сочувствием и почти ласкою.
Рейон Астри. Страшный чёрный маг и побратим императора. А ведь он мог отбиться от нападения, магу не нужно оружие. Мог, если бы не она. Она не Лика, не его сестра. Вообще ему никто. Почему же он сдался, спасая ей жизнь? Что теперь с ним будет? Что делать ей?
Родной отец выбросил её как ненужную вещь, и никто в клане и не подумал заступиться. А чужак спас её, как стал бы спасать настоящую сестру. Получается, что вражеский маг сделал для неё больше, чем кто-либо другой за всю её жизнь. Выяснил, что она не знает языка, и сразу приставил к ней учительницу. Нашёл способ спасти ей жизнь после безумного побега, присматривал и заботился по-своему. И эта-то забота и вышла ему боком. Если б он не решил подарить Зейне коня… Он и состязание это устроил только потому, что боялся, что от подарка она откажется, а от выигрыша – нет. Эта мысль вспыхнула внезапным пониманием.
Зейна уткнулась лицом в тёплую конскую шею, прошептала, словно извиняясь:
— Мы не можем его бросить. Так, Той?
Жеребец поднял голову, вздохнул. Зейна погладила его по щеке.
Ехать на измученном коне было жалко, но Рейона всё же жальче. Вдруг его убьют, пока она будет идти пешком? Зейна задрала юбку, забралась на конскую спину, Той ещё раз вздохнул и порысил в сторону лесного дома. Забытое седло осталось сиротливо лежать на обочине.
ГЛАВА 5. Погоня
— Накаталась? – весёлым вопросом встретил её эльф, и тут же улыбка сползла с его лица, когда Зейна чуть ли не рухнула ему в руки.
Она заговорила, спеша рассказать всё. И сейчас её не волновали ни собственные голые коленки, ни то, что она почти висит на шее у мужчины.
Кайдо и Лика появились словно из-под земли. Хмурые и сосредоточенные, но спокойные. За ними вышел Тош, тоже непривычно тихий. Протянул эльфу перевязь с коротким мечом и лук со стрелами.
Конечно, это Элиор позвал их, как Зейна сразу не сообразила. Он ведь умеет говорить мысленно.
— Я не слышу его, — после короткого молчания сказала Лика.
— Ошейник блокирует силу, — напомнил рыжий демон и потёр шею.
Лика помрачнела ещё больше.
— Мы его найдём, — пообещал демон. – Если не убили сразу, значит Рей им зачем-то нужен. Знать бы, кому кошак опять перешёл дорогу.
— Ошейник – штука редкая и дорогая, простым разбойникам не по карману, — это высказался эльф.
— Хочешь сказать, его захватил кто-то из благородных? Это ежу понятно. Только вот кто из них? Половина старой аристократии мечтает отомстить императору, а другая нашего кота просто не любит. У кого ж, интересно, хватило наглости?
— Кайдо, — глаза у Лики подозрительно увлажнились.
— Не реви, — бросил демон, — сообщи Амрану.
И обратился к Зейне:
— Покажешь, где на вас напали?
Она кивнула.
Лика встрепенулась:
— Я с вами. Вдруг он ранен?
— Дома вылечишь, — Зейна впервые слышала в голосе демона приказные нотки.
Лика сникла, и Кайдо тут же смягчил тон:
— Сама подумай, если придётся драться, ты будешь только мешать. И потом, на ком ты собралась ехать? На мне? Этот, — он кивнул на буланого, — уже набегался, а Шёлк троих не увезёт. Лучше сходи во дворец, Амрану нужно знать.
— Я никогда сама не открывала портал, — буркнула Лика, она уже сдалась, признала его правоту и спорила для приличия.
