Арония улыбнулась – как это сочетать? Но сердце её затосковало - только обрела мать и вот уже теряет её… навеки.
- Постараюсь, мама, не наступать на те же грабли, - горько усмехнулась она.
- Разберёшься, доченька. Ты ж у меня умная - не то, что я, - вздохнула та. - И наказывай врагов! – опять сорвалась она с благостного настроя. - Просто верни им той же монетой, которую они пытаются всучить тебе! И всё!
- Око за око, зуб за зуб? - усмехнулась девушка.
Арина с любовью всмотрелась в неё - будто запоминая каждую чёрточку, и сказала:
- Запомни - настоящее богатство, доченька, это не деньги и не власть, это близкие родные люди. Ради Виктора, твоего отца, я оставила прежние дела – а с ними почёт и роскошь, а ради тебя, доченька, отдала и свою жизнь. Любовь - это то, ради чего стоит жить. С нею и умирать не страшно! Жаль, что я поздно это поняла, прожив жизнь во зле! Живи, доченька, ради любви и ради добра! – сияя синими очами, проговорила она.
- Мамочка! - воскликнула Арония. - Как я тебя так люблю!
- И я тебя - больше жизни люблю, доченька! - улыбнулась ей сквозь слёзы Арина. – Но я хочу лишь одного – чтобы мы с тобой больше никогда не встретились! Не обижайся. И не будь такой, как я!
Девушке казалось, что теперь она и во сне будет слышать голос матери, повторяющей – «не будь, как я»…
Она с нежностью смотрела на Арину - какая бы она не была, но это её мать. Готовая на всё, чтобы только защитить её. И чтобы она появилась на свет...
- Мама, почему ты умерла? – решилась спросить она – ведь другой возможности узнать у неё не будет. - Неужели ты, такая сильная ведунья, не могла этого избежать? И остаться с отцом. А не уйти на тот свет?
- Не могла, доченька. Зато какая ты у меня умница и красавица! - печально улыбнулась ей Арина. - Ты - моё счастье, моя радость! Награда всей моей никчёмной жизни!
- Мама! – нахмурилась девушка.
- Хорошо, я расскажу тебе, доченька, - сдалась Арина. - И, может, ты простишь меня – за то, что оставила тебя одну. И что закрыла от тебя ведовской дар.
Я всегда была одна, доченька. Мне никто не был нужен! Я не любила никого, кроме себя. Поэтому - за гордость и все мои злые дела, я была наказана бесплодием. Ведь ребёнок — это дар Бога, с которым я никогда не считалась. Могла ли я признать своё поражение? - блеснула она яркими синими глазами. – Ведь Виктор - единственный, кого я полюбила, так мечтал о ребёнке! Вот я и решила родить малыша, обманув судьбу. И обратилась к чёрной сибирской ведунье, которая взялась мне помочь. Но она потребовала за это всё, что у меня было – мои драгоценности и даже саму мою жизнь. Но меня уже ничто не могло остановить – я не привыкла отступать, приняв решение. Да ещё эта хитрая колдунья показала мне тебя - маленькое чудо. Как я могла не согласиться? Я полюбила тебя больше жизни.! И решила - пусть я умру, уйдя на тот свет с багажом своих чёрных дел, но зато ты, моя кровиночка, будешь жить! И не так, как я, а счастливо, не зная о даре. А я… Я долго и глупо жила, немало погуляла по свету, повеселилась - пора и честь знать. А тв останешься и никогда не узнаешь искушения силой, - ласково взглянула она на дочь. - Не узнаешь горького разочарования в конце этой жизни и в начале иной…
Девушка стояла, как громом поражённая.
Семейная идиллия, в которой она жила до этого, рассыпалась в прах.
Её мама, умершая, как ангел, оказалась злой ведьмой. Отец – привороженный и обманутый, изведал лишь морок вместо любви. Сама она - ведьмино отродье, появившееся на свет по воле алчной сибирской колдуньи…
И что её ждёт впереди? Может, не выдержав искушения, и она станет такой же Бабой Ягой, как её прабабки…
Одна бабуля, Полина Степановна, осталась в прежнем статусе - доброй, хотя и недалёкой женщины. Но, может, и здесь её ждут сюрпризы?
Однако ничего не поделаешь. И ничего уже не изменишь. Надо привыкать. Зато она теперь знает всё. И в этой новой системе координат надо обживаться. Все иксы, игреки, знаки полярности, сами поля и пространства, в которых строился график её будущего, сместились, а то и вовсе поменялись. Да и сама она поменялась теперь…
- Увы, дар к тебе вернулся. Доченька, не подведи! Будь мудрой и доброй! – сказала, будто услышав её мысли, Арина. - Единственная радость - я смогла напоследок увидеть тебя. Не будь такой, как я, как твои бабки, - снова попросила она. - И не давай себя в обиду! - не удержавшись, снова заявила Арина. – А я буду идти своим путём - отдавать свои долги.
- Мамочка, а велики ли твои долги? - спросила Арония. - Может, всё же, мы когда-нибудь встретимся?
- Я молю Бога, доченька, чтобы этого не случилось! А мои долги… - виновато вздохнула Арина. - Минует семь поколений в роду тех, кого я обидела. Только тогда моя доля изменится. Может быть…
- Семь по двадцать – двадцать пять - это же всего-то около двухсот лет, мамочка! - обрадовалась Арония.
- Доченька, ты забыла, что я прожила на Земле около тысячи лет, - вздохнув, призналась Арина…
Девушка ахнула. Все её надежды рухнули.
- Не повторяй моих ошибок, доченька! – вздохнула Арина. - Нет худшей доли, чем у ведьмы, пришедшей в Мир Тени…
Девушка была просто уничтожена. Действительно - нет худшей доли…
Но, собрав свою волю в кулак, она пошутила:
- Ну, мамочка, всё будет хорошо - я вообще не склонна к… насилию.
И вдруг неожиданно с сочувствием подумала о Евдокии. Кошки же они родючие. Возможно за долгую жизнь у неё народилось множество детей? А если они – того, и придут долги с неё брать? И их дети, и внуки… Ё-моё! Это же бесконечная математическая прогрессия! Что же она будет делать?
- Доченька, у ведающих много искушений. Ведь яблочко в чужом саду всегда кажется слаще и румяней, - грустно заявила Арина. – Трудно его не сорвать, когда сила есть.
- Мне достаточно тех яблок, что растут в моём саду, - сердито отрезала девушка, думая о том, как ей быть с Явдохой? Мстить или вразумить?
Видно, педагогическая жилка сработала.
- Ты другая – на отца похожа, - удовлетворённо кивнула Арина. - Главное, чтобы это было всего лишь яблоко, а не чей-то алмаз. Драгоценности не трожь! - вдруг заявила она. – Это людские слёзы! - И вдруг расплакалась: - Ой, горько мне, горько! - указала она на часы-ходики на стене, стрелки которых отсчитывали последние минуты их встречи. – Больше я тебя никогда не увижу, доченька!
- Мамочка, не плачь! Я тебя очень, очень люблю! И спасибо за дар! - воскликнула Арония, у которой из глаз тоже брызнули слёзы. -. Я сделаю всё, как ты сказала! Ну, Полуночница, держись! - погрозила она кулаком в пространство - в эту минуту ей вдруг показалось, что источник всех бед это и есть Явдоха. - Я - из рода великих ведуний! Меня голыми клыками не возьмёшь! – ярилась она.
Арина, несмотря на печаль в глазах, усмехнулась:
- Я ж говорю - ты нашего корня! Пусть тебя защитит моё материнское благословление, дочка! – протянула она к ней руки.
И тут в комнате появилась Фаина - всё в том же греческом облачении и в золотой тиаре. Сама греческая невозмутимая богиня. И они… Зарёванные, взволнованные. Мать – в чёрном…
- Ваше время истекло! – заявила она. - Поговорили? - строго спросила она.
И вопросительно глянула на девушку. Та кивнула. И чародейка просияла:
- Ну и отлично!
- Благодарю тебя, Почтеннейшая Хранительница, за помощь! Я твоя должница! – гордо сказала Арина.
Наверное, по привычке, которую приобрела, когда была королевишной и могла всех одарять алмазами. Ей даже показалось, что на той тоже есть тиара – только прозрачная.
- Ох! Должница она! – усмехнувшись, отмахнулась Фаина. И Арина, спохватившись, склонила перед ней голову:
- Ещё раз благодарю!
- Да на тебе, Аринана, этих долгов – как на собаке блох! Ты не причём! Благодари Полину Степановну - я не могла отказать ей отказать в помощи! Да дочку – хороша девчонка! И потом, Аринана, ты помнишь ту драку с оборотнями в Булгарии на пристани? С тех пор я тебе немного задолжала.
- В Булгарии? На пристани? Уже и не помню, - растерялась Арина. - Давно это было. И, небось, мелочь какая.
- Дело не в размере, а в наличии долга. Знаешь, Аринана, я теперь все свои долги очень усердно раздаю, - усмехнулась Фаина. - И, желательно - сторицей. Зарабатываю себе венец святости!
- Вот, как? Удаётся? – прищурилась Арина. - Успехов тебе, Хранительница, в этом непростом деле. Главе Клана это непросто.
- Да уж! - усмехнулась Фаина: - Иным ведь и крылья приходиться подрезать. Летунам. Всё! Пора! - глянув на часы, сказала она.
- Арония, дочка! - встрепенулась, Арина. - Помни мои наказы! Не переходи на сторону тьмы!
«Мы! Мы!» - прозвучало эхо. Они что, здесь ещё?
- Да пребудет с тобой свет! – крикнула мать.
«Нет! Нет!» - отозвалось в углах. Значит, против – достанется теперь матери.
- Прощай, мамочка! - сквозь слёзы ответила девушка. – Люблю тебя!
- Арфилина-Арталина-Арисмафина-Арфинана-Аринана! – говорила тем временем Фаина. - Одна из владеющих силой, обитающая в Мире Теней! Данными мне полномочиями я вновь закрываю твои уста печатью молчания! - громко объявила она.
И Арина, опустив веки и закрыв свои яркие синие глаза, растаяла. Лишь волна холода прошла по комнате - граница миров пала.
Девушка, всхлипнув, утёрла слёзы и осмотрелась – так пусто стало в зале. Особенно если учесть, что и её прабабки убрались.
- Вот, как? - обернулась к ней Фаина. - Ты у нас теперь Арония? Сильное имя.
- Да - Арфилина-Арталина-Арисмафина-Арфинана-Аринана-Арония, - вытирая нос рукавом блузки, ответила та. И добавила: - Почтенная Хранительница, Глава Клана.
- Фу ты, ну ты! - усмехнулась Фаина. – Запомни, Арония - твоё полное имя будут знать только Хранительницы Клана. С ними тебе, возможно, и познакомиться не придётся. То-то удивятся, когда узнают, что дочь так доставшей нас при жизни Аринаны встаёт на сторону светлых сил! Надеюсь, так и будет, Арония? Не подведёшь? - пристально взглянула она на девушку. - У Клана Владеющих силой к тебе не будет претензий?
- Я тоже на это очень надеюсь, Почтенная Хранительница, - кивнула девушка. Что-то она много сегодня обещает, выполнить бы. – Мама ноже на этом настаивала. Очень не хочет больше со мной встречаться. В Мире Теней, - добавила Арония, заметив удивление на лице чародейки. - И спасибо вам огромное за помощь, - заключила она.
- Да, пожалуйста! Это ж моя работа, - улыбнулась та в ответ. - И давай так - я для тебя по-прежнему Фаина. Ну, или Фаина Петровна - по обстоятельствам. Мы же не на Совете.
- Хорошо, Фаина, - кивнула она.
Всё ж хорошо, что Глава Клана с ней не так сурова, как с мамой. Хотя теперь-то она понимала, почему так.
- Кстати, как там наша Полина Степановна поживает? - буднично проговорила Фаина. - Выспалась уже, небось? Пойдём-ка к ней, а то потеряет нас. Да семян ей по пути насобираем. Поможешь?
Девушка кивнула почти спокойно. Пора уже привыкать к Фаининым метаморфозам: перед ней опять стояла Фаина Петровна - седая старушка в пуховом платке на худеньких плечах.
Они вышли из хаты, нет - высоких хором из белого кирпича, и пошли по цветной дорожке. Собирая насыпавшиеся под ноги и в снег семена цветов, ярко пестреющих в снежной пороше. Сложив их в угол шали Фаины Петровны, они вошли в кухоньку, где уже, озираясь, сидела на диванчике проснувшаяся бабуля...
К слову сказать, Арония в этот день, всё ж, обрела ведовскую тетрадочку, которую так просила у матери. Но от чародейки Фаины.
Они тогда – по традиции, снова попили чаю с плюшками. После чего стали собираться домой. И тут чародейка вручила Полине Степановне полиэтиленовый пакетик с семенами. Бабуля рассыпалась в благодарностях и зачем-то радостно побежала во дворик. Сказала - ещё раз ими полюбоваться.
А Фаина что-то достала из шкафчика, заявив:
- Арония, и для тебя есть подарочек! - протянула она девушке потёртый кожаный фолиант с массивными металлическими застёжками. - Возьми-ка эту тетрадочку, а то валяется тут бестолку.
- Да это целая книга! - удивилась девушка, раскрывая её. Но в ней только на трёх листочках обнаружились странные записи от руки - на старославянском - с «ять» и разными затейливыми завитушками. - Это ваша, что ли? Сколько ей лет-то?
- Это наследство одной деревенской знахарки - Фроськи, жившей ещё в прошлом веке, - небрежно пояснила Фаина. – Она всю жизнь собирала деревенские заговоры и рецепты, да достойных наследников не имела, - особо выделила она слово - «достойных». - Так, может, тебе её писанина пригодится? А нет - храни, как память. После дочери передашь.
- Дочери? - обрадовалась девушка.
Так, значит, у неё будет дочь? Вот это действительно подарок! Значит, не будет у неё «венца безбрачия»!
- А почему – нет? - улыбнулась ей чародейка.
- А в честь чего мне такая честь? Я же не наследница Фросе. Хоть и ведьма теперь.
- Ну, хотя бы в честь того, что сегодня ты получила дар. Надеюсь, это к добру, - подмигнула Фаина. - И прошу - впредь не называй себя ведьмой! Не ведьма ты, а ведунья.
- Да, конечно, - смутилась девушка. — Значит, вы думаете - к добру? - пряча тетрадку в сумку, спросила девушка.
- Время покажет. Хотя…, - прищурилась, глядя сквозь неё ведунья, и сплюнула через плечо: - Тьфу-тьфу!
- Неужели вы в приметы верите? - округлила глаза девушка. - Почему просто не ответили?
- Дорогая, запомни - иногда лучше промолчать, - ответила та. - А приметы иногда сбываются. В жизни есть развилки, когда судьба посылает нам знаки. И благо, если кто умеет их увидеть. И не добрые исправить. Изменив или сбив его – плевком, например, знак, можно на судьбу повлиять. Приметы ведь уже тысячи лет примечают и используют. Наши предки их на собственном опыте проверили. А мы потому и ведающие, что обо всём ведаем. Таком, что другие ерундой считают. Действие равно противодействию. Примета - явление незначительное и ответ должен быть таков же - вот знак и стёрся. Закон сохранения энергии, подобия малых и больших чисел, - усмехнулась она.
- Да ладно! Чисел? Наши предки и такое знали?
- Догадывались, - улыбнулась чародейка. - Есть законы и правила, действующее везде. Но именно слово - начало всего. Оно всегда имеет последствия - и добрые и не очень. Поэтому будь с ним осторожнее Арония. Не зря сказано: «Слово не воробей, вылетит, не поймаешь», - серьёзно сказала Фаина. – Поэтому иногда лучше промолчать. Чем назвать себя ведьмой, - погрозила она крючковатым пальцем. - Впрочем, ты сама скоро узнаешь цену слову, особенно ведовскому. Оно от слова - ведая дающая. А ведьма - ведаю моё. Надеюсь, ты научишься ценить слова и думать прежде, чем их произносить.
«Слово - начало действий? Каких? - задумалась девушка. - Мы с девчонками - как сороки, болтаем при любом удобном случае. Плохо, наверное, когда слова произносятся впустую».
А Фаина тем временем ещё что-то достала из шкафчика.
И раскрыла перед Аронией полотняный узелок. В нём лежало какое-то старьё: голубой шёлковый платок и потрёпанный собачий ошейник.
- Это амулеты! – на полном серьёзе торжественно объявила Фаина. – Они волшебные. Это я их сама сделала - может, пригодятся тебе. Ну, купила сначала, конечно, - поправилась она, взглянув на удивлённое лицо девушки. - Не думай, что я шорник или ткачиха – некогда мне! – усмехнулась она.
И затем проинструктировала растерянную Аронию, как этим старьём пользоваться.
- Постараюсь, мама, не наступать на те же грабли, - горько усмехнулась она.
- Разберёшься, доченька. Ты ж у меня умная - не то, что я, - вздохнула та. - И наказывай врагов! – опять сорвалась она с благостного настроя. - Просто верни им той же монетой, которую они пытаются всучить тебе! И всё!
- Око за око, зуб за зуб? - усмехнулась девушка.
Арина с любовью всмотрелась в неё - будто запоминая каждую чёрточку, и сказала:
- Запомни - настоящее богатство, доченька, это не деньги и не власть, это близкие родные люди. Ради Виктора, твоего отца, я оставила прежние дела – а с ними почёт и роскошь, а ради тебя, доченька, отдала и свою жизнь. Любовь - это то, ради чего стоит жить. С нею и умирать не страшно! Жаль, что я поздно это поняла, прожив жизнь во зле! Живи, доченька, ради любви и ради добра! – сияя синими очами, проговорила она.
- Мамочка! - воскликнула Арония. - Как я тебя так люблю!
- И я тебя - больше жизни люблю, доченька! - улыбнулась ей сквозь слёзы Арина. – Но я хочу лишь одного – чтобы мы с тобой больше никогда не встретились! Не обижайся. И не будь такой, как я!
Девушке казалось, что теперь она и во сне будет слышать голос матери, повторяющей – «не будь, как я»…
Она с нежностью смотрела на Арину - какая бы она не была, но это её мать. Готовая на всё, чтобы только защитить её. И чтобы она появилась на свет...
- Мама, почему ты умерла? – решилась спросить она – ведь другой возможности узнать у неё не будет. - Неужели ты, такая сильная ведунья, не могла этого избежать? И остаться с отцом. А не уйти на тот свет?
- Не могла, доченька. Зато какая ты у меня умница и красавица! - печально улыбнулась ей Арина. - Ты - моё счастье, моя радость! Награда всей моей никчёмной жизни!
- Мама! – нахмурилась девушка.
- Хорошо, я расскажу тебе, доченька, - сдалась Арина. - И, может, ты простишь меня – за то, что оставила тебя одну. И что закрыла от тебя ведовской дар.
Я всегда была одна, доченька. Мне никто не был нужен! Я не любила никого, кроме себя. Поэтому - за гордость и все мои злые дела, я была наказана бесплодием. Ведь ребёнок — это дар Бога, с которым я никогда не считалась. Могла ли я признать своё поражение? - блеснула она яркими синими глазами. – Ведь Виктор - единственный, кого я полюбила, так мечтал о ребёнке! Вот я и решила родить малыша, обманув судьбу. И обратилась к чёрной сибирской ведунье, которая взялась мне помочь. Но она потребовала за это всё, что у меня было – мои драгоценности и даже саму мою жизнь. Но меня уже ничто не могло остановить – я не привыкла отступать, приняв решение. Да ещё эта хитрая колдунья показала мне тебя - маленькое чудо. Как я могла не согласиться? Я полюбила тебя больше жизни.! И решила - пусть я умру, уйдя на тот свет с багажом своих чёрных дел, но зато ты, моя кровиночка, будешь жить! И не так, как я, а счастливо, не зная о даре. А я… Я долго и глупо жила, немало погуляла по свету, повеселилась - пора и честь знать. А тв останешься и никогда не узнаешь искушения силой, - ласково взглянула она на дочь. - Не узнаешь горького разочарования в конце этой жизни и в начале иной…
Девушка стояла, как громом поражённая.
Семейная идиллия, в которой она жила до этого, рассыпалась в прах.
Её мама, умершая, как ангел, оказалась злой ведьмой. Отец – привороженный и обманутый, изведал лишь морок вместо любви. Сама она - ведьмино отродье, появившееся на свет по воле алчной сибирской колдуньи…
И что её ждёт впереди? Может, не выдержав искушения, и она станет такой же Бабой Ягой, как её прабабки…
Одна бабуля, Полина Степановна, осталась в прежнем статусе - доброй, хотя и недалёкой женщины. Но, может, и здесь её ждут сюрпризы?
Однако ничего не поделаешь. И ничего уже не изменишь. Надо привыкать. Зато она теперь знает всё. И в этой новой системе координат надо обживаться. Все иксы, игреки, знаки полярности, сами поля и пространства, в которых строился график её будущего, сместились, а то и вовсе поменялись. Да и сама она поменялась теперь…
- Увы, дар к тебе вернулся. Доченька, не подведи! Будь мудрой и доброй! – сказала, будто услышав её мысли, Арина. - Единственная радость - я смогла напоследок увидеть тебя. Не будь такой, как я, как твои бабки, - снова попросила она. - И не давай себя в обиду! - не удержавшись, снова заявила Арина. – А я буду идти своим путём - отдавать свои долги.
- Мамочка, а велики ли твои долги? - спросила Арония. - Может, всё же, мы когда-нибудь встретимся?
- Я молю Бога, доченька, чтобы этого не случилось! А мои долги… - виновато вздохнула Арина. - Минует семь поколений в роду тех, кого я обидела. Только тогда моя доля изменится. Может быть…
- Семь по двадцать – двадцать пять - это же всего-то около двухсот лет, мамочка! - обрадовалась Арония.
- Доченька, ты забыла, что я прожила на Земле около тысячи лет, - вздохнув, призналась Арина…
Девушка ахнула. Все её надежды рухнули.
- Не повторяй моих ошибок, доченька! – вздохнула Арина. - Нет худшей доли, чем у ведьмы, пришедшей в Мир Тени…
Девушка была просто уничтожена. Действительно - нет худшей доли…
Но, собрав свою волю в кулак, она пошутила:
- Ну, мамочка, всё будет хорошо - я вообще не склонна к… насилию.
И вдруг неожиданно с сочувствием подумала о Евдокии. Кошки же они родючие. Возможно за долгую жизнь у неё народилось множество детей? А если они – того, и придут долги с неё брать? И их дети, и внуки… Ё-моё! Это же бесконечная математическая прогрессия! Что же она будет делать?
- Доченька, у ведающих много искушений. Ведь яблочко в чужом саду всегда кажется слаще и румяней, - грустно заявила Арина. – Трудно его не сорвать, когда сила есть.
- Мне достаточно тех яблок, что растут в моём саду, - сердито отрезала девушка, думая о том, как ей быть с Явдохой? Мстить или вразумить?
Видно, педагогическая жилка сработала.
- Ты другая – на отца похожа, - удовлетворённо кивнула Арина. - Главное, чтобы это было всего лишь яблоко, а не чей-то алмаз. Драгоценности не трожь! - вдруг заявила она. – Это людские слёзы! - И вдруг расплакалась: - Ой, горько мне, горько! - указала она на часы-ходики на стене, стрелки которых отсчитывали последние минуты их встречи. – Больше я тебя никогда не увижу, доченька!
- Мамочка, не плачь! Я тебя очень, очень люблю! И спасибо за дар! - воскликнула Арония, у которой из глаз тоже брызнули слёзы. -. Я сделаю всё, как ты сказала! Ну, Полуночница, держись! - погрозила она кулаком в пространство - в эту минуту ей вдруг показалось, что источник всех бед это и есть Явдоха. - Я - из рода великих ведуний! Меня голыми клыками не возьмёшь! – ярилась она.
Арина, несмотря на печаль в глазах, усмехнулась:
- Я ж говорю - ты нашего корня! Пусть тебя защитит моё материнское благословление, дочка! – протянула она к ней руки.
И тут в комнате появилась Фаина - всё в том же греческом облачении и в золотой тиаре. Сама греческая невозмутимая богиня. И они… Зарёванные, взволнованные. Мать – в чёрном…
- Ваше время истекло! – заявила она. - Поговорили? - строго спросила она.
И вопросительно глянула на девушку. Та кивнула. И чародейка просияла:
- Ну и отлично!
- Благодарю тебя, Почтеннейшая Хранительница, за помощь! Я твоя должница! – гордо сказала Арина.
Наверное, по привычке, которую приобрела, когда была королевишной и могла всех одарять алмазами. Ей даже показалось, что на той тоже есть тиара – только прозрачная.
- Ох! Должница она! – усмехнувшись, отмахнулась Фаина. И Арина, спохватившись, склонила перед ней голову:
- Ещё раз благодарю!
- Да на тебе, Аринана, этих долгов – как на собаке блох! Ты не причём! Благодари Полину Степановну - я не могла отказать ей отказать в помощи! Да дочку – хороша девчонка! И потом, Аринана, ты помнишь ту драку с оборотнями в Булгарии на пристани? С тех пор я тебе немного задолжала.
- В Булгарии? На пристани? Уже и не помню, - растерялась Арина. - Давно это было. И, небось, мелочь какая.
- Дело не в размере, а в наличии долга. Знаешь, Аринана, я теперь все свои долги очень усердно раздаю, - усмехнулась Фаина. - И, желательно - сторицей. Зарабатываю себе венец святости!
- Вот, как? Удаётся? – прищурилась Арина. - Успехов тебе, Хранительница, в этом непростом деле. Главе Клана это непросто.
- Да уж! - усмехнулась Фаина: - Иным ведь и крылья приходиться подрезать. Летунам. Всё! Пора! - глянув на часы, сказала она.
- Арония, дочка! - встрепенулась, Арина. - Помни мои наказы! Не переходи на сторону тьмы!
«Мы! Мы!» - прозвучало эхо. Они что, здесь ещё?
- Да пребудет с тобой свет! – крикнула мать.
«Нет! Нет!» - отозвалось в углах. Значит, против – достанется теперь матери.
- Прощай, мамочка! - сквозь слёзы ответила девушка. – Люблю тебя!
- Арфилина-Арталина-Арисмафина-Арфинана-Аринана! – говорила тем временем Фаина. - Одна из владеющих силой, обитающая в Мире Теней! Данными мне полномочиями я вновь закрываю твои уста печатью молчания! - громко объявила она.
И Арина, опустив веки и закрыв свои яркие синие глаза, растаяла. Лишь волна холода прошла по комнате - граница миров пала.
Девушка, всхлипнув, утёрла слёзы и осмотрелась – так пусто стало в зале. Особенно если учесть, что и её прабабки убрались.
- Вот, как? - обернулась к ней Фаина. - Ты у нас теперь Арония? Сильное имя.
- Да - Арфилина-Арталина-Арисмафина-Арфинана-Аринана-Арония, - вытирая нос рукавом блузки, ответила та. И добавила: - Почтенная Хранительница, Глава Клана.
- Фу ты, ну ты! - усмехнулась Фаина. – Запомни, Арония - твоё полное имя будут знать только Хранительницы Клана. С ними тебе, возможно, и познакомиться не придётся. То-то удивятся, когда узнают, что дочь так доставшей нас при жизни Аринаны встаёт на сторону светлых сил! Надеюсь, так и будет, Арония? Не подведёшь? - пристально взглянула она на девушку. - У Клана Владеющих силой к тебе не будет претензий?
- Я тоже на это очень надеюсь, Почтенная Хранительница, - кивнула девушка. Что-то она много сегодня обещает, выполнить бы. – Мама ноже на этом настаивала. Очень не хочет больше со мной встречаться. В Мире Теней, - добавила Арония, заметив удивление на лице чародейки. - И спасибо вам огромное за помощь, - заключила она.
- Да, пожалуйста! Это ж моя работа, - улыбнулась та в ответ. - И давай так - я для тебя по-прежнему Фаина. Ну, или Фаина Петровна - по обстоятельствам. Мы же не на Совете.
- Хорошо, Фаина, - кивнула она.
Всё ж хорошо, что Глава Клана с ней не так сурова, как с мамой. Хотя теперь-то она понимала, почему так.
- Кстати, как там наша Полина Степановна поживает? - буднично проговорила Фаина. - Выспалась уже, небось? Пойдём-ка к ней, а то потеряет нас. Да семян ей по пути насобираем. Поможешь?
Девушка кивнула почти спокойно. Пора уже привыкать к Фаининым метаморфозам: перед ней опять стояла Фаина Петровна - седая старушка в пуховом платке на худеньких плечах.
Они вышли из хаты, нет - высоких хором из белого кирпича, и пошли по цветной дорожке. Собирая насыпавшиеся под ноги и в снег семена цветов, ярко пестреющих в снежной пороше. Сложив их в угол шали Фаины Петровны, они вошли в кухоньку, где уже, озираясь, сидела на диванчике проснувшаяся бабуля...
***
К слову сказать, Арония в этот день, всё ж, обрела ведовскую тетрадочку, которую так просила у матери. Но от чародейки Фаины.
Они тогда – по традиции, снова попили чаю с плюшками. После чего стали собираться домой. И тут чародейка вручила Полине Степановне полиэтиленовый пакетик с семенами. Бабуля рассыпалась в благодарностях и зачем-то радостно побежала во дворик. Сказала - ещё раз ими полюбоваться.
А Фаина что-то достала из шкафчика, заявив:
- Арония, и для тебя есть подарочек! - протянула она девушке потёртый кожаный фолиант с массивными металлическими застёжками. - Возьми-ка эту тетрадочку, а то валяется тут бестолку.
- Да это целая книга! - удивилась девушка, раскрывая её. Но в ней только на трёх листочках обнаружились странные записи от руки - на старославянском - с «ять» и разными затейливыми завитушками. - Это ваша, что ли? Сколько ей лет-то?
- Это наследство одной деревенской знахарки - Фроськи, жившей ещё в прошлом веке, - небрежно пояснила Фаина. – Она всю жизнь собирала деревенские заговоры и рецепты, да достойных наследников не имела, - особо выделила она слово - «достойных». - Так, может, тебе её писанина пригодится? А нет - храни, как память. После дочери передашь.
- Дочери? - обрадовалась девушка.
Так, значит, у неё будет дочь? Вот это действительно подарок! Значит, не будет у неё «венца безбрачия»!
- А почему – нет? - улыбнулась ей чародейка.
- А в честь чего мне такая честь? Я же не наследница Фросе. Хоть и ведьма теперь.
- Ну, хотя бы в честь того, что сегодня ты получила дар. Надеюсь, это к добру, - подмигнула Фаина. - И прошу - впредь не называй себя ведьмой! Не ведьма ты, а ведунья.
- Да, конечно, - смутилась девушка. — Значит, вы думаете - к добру? - пряча тетрадку в сумку, спросила девушка.
- Время покажет. Хотя…, - прищурилась, глядя сквозь неё ведунья, и сплюнула через плечо: - Тьфу-тьфу!
- Неужели вы в приметы верите? - округлила глаза девушка. - Почему просто не ответили?
- Дорогая, запомни - иногда лучше промолчать, - ответила та. - А приметы иногда сбываются. В жизни есть развилки, когда судьба посылает нам знаки. И благо, если кто умеет их увидеть. И не добрые исправить. Изменив или сбив его – плевком, например, знак, можно на судьбу повлиять. Приметы ведь уже тысячи лет примечают и используют. Наши предки их на собственном опыте проверили. А мы потому и ведающие, что обо всём ведаем. Таком, что другие ерундой считают. Действие равно противодействию. Примета - явление незначительное и ответ должен быть таков же - вот знак и стёрся. Закон сохранения энергии, подобия малых и больших чисел, - усмехнулась она.
- Да ладно! Чисел? Наши предки и такое знали?
- Догадывались, - улыбнулась чародейка. - Есть законы и правила, действующее везде. Но именно слово - начало всего. Оно всегда имеет последствия - и добрые и не очень. Поэтому будь с ним осторожнее Арония. Не зря сказано: «Слово не воробей, вылетит, не поймаешь», - серьёзно сказала Фаина. – Поэтому иногда лучше промолчать. Чем назвать себя ведьмой, - погрозила она крючковатым пальцем. - Впрочем, ты сама скоро узнаешь цену слову, особенно ведовскому. Оно от слова - ведая дающая. А ведьма - ведаю моё. Надеюсь, ты научишься ценить слова и думать прежде, чем их произносить.
«Слово - начало действий? Каких? - задумалась девушка. - Мы с девчонками - как сороки, болтаем при любом удобном случае. Плохо, наверное, когда слова произносятся впустую».
А Фаина тем временем ещё что-то достала из шкафчика.
И раскрыла перед Аронией полотняный узелок. В нём лежало какое-то старьё: голубой шёлковый платок и потрёпанный собачий ошейник.
- Это амулеты! – на полном серьёзе торжественно объявила Фаина. – Они волшебные. Это я их сама сделала - может, пригодятся тебе. Ну, купила сначала, конечно, - поправилась она, взглянув на удивлённое лицо девушки. - Не думай, что я шорник или ткачиха – некогда мне! – усмехнулась она.
И затем проинструктировала растерянную Аронию, как этим старьём пользоваться.
