И с Анной, к слову сказать. Второе было даже важнее. Ездить в университет было удобно - маршрутка ехала туда без пересадок. И никакой суеты, присущей общаге. И вечно злой Ани, которая, кстати, снова с ней общалась, делая вид, что ничего не случилось. Так даже лучше - общения с подругами, с которыми у неё теперь было мало общего, Аронии и на лекциях хватало. Не говоря уж о беззвучных голосах - чужих мыслях, и навязчивых историй о чужих судьбах и проблемах, возникающих в её голове - от этого теперь её могло спасти лишь уединение и тишина Акимовой хаты, где она была почти всегда одна. Теперь девушка понимала, почему ведьмы предпочитали жить на краю села или даже в лесу - подальше от гомона в голове и картинок перед глазами - частенько не очень радостных. Ведь чаще в сознание прорывались фатальные или очень эмоционально окрашенные события.
Но это было не главное.
Все эти дни Арония ждала новолуния, в которое её непременно навестит мамина подружка Явдоха. Момента, когда её кошачья сущность-оборотень будет обладать максимальной силой. Только тогда она нападёт. Ложась спать, девушка с интересом поглядывала в угол, откуда в ту лунную ночь вышла огромная чёрная кошка. От которой она - не придумав ничего лучше, спряталась под одеялом. Вот стыдоба-то!
Теперь будет по-другому.
Ничего, она справиться. Ведь Явдоха, как говорила Арина - «не наследственная». Арония теперь поняла, что это значит - род ей поможет и подскажет, но делать она это будет по закону справедливости. Покон девушка знала назубок - видно, бабушки позаботились, но важнее всего были подсказки её рода. Особенно эта: «Того, кто применил силу и запрещённые действия, не уничтожай. Пусть его судьбу решают те, кто диктует правила, иначе накажут и тебя. Ошибка может стоить жизни и даже души».
Поэтому ночами Арония спокойно спала, предоставив наблюдать за обстановкой внутреннему соколу - её воплощённому чутью на опасность. Он подаст знак.
«Да и чародейка не даст мне пропасть, - сонно подумала Арония, нащупав под подушкой её амулет - голубой шёлковый платочек, а рядом с ним - потрёпанный собачий ошейник. - Интуиция подскажет, чем лучше воспользоваться».
Арония и сама не заметила, как сон подкрался к ней на мягких лапках и увёл её в свои странные миры…
21.
Ночное светило, завершив свои трансформации, превратилось в шар, сияющий в эту ночь с небосвода холодным бешеным светом. Оборотни, ощутив невероятный прилив энергии, вышли на ежемесячную охоту.
Наступила ночь полнолуния…
Арония в этот вечер отправилась спать поздно - готовилась к экзамену, и сразу же уснула. Она, конечно, знала о том, что в опасности. Но теперь девушкаумела сохранять спокойствие в любой ситуации. «Баталии» - само собой, состоятся, а ей надо набраться сил перед ответственным делом. Ничего, внутренний сокол будет оберегать её сон и, если что, подаст знак..
И он подал..
Около двух часов ночи Арония была разбужена острым ощущением опасности. Сделав вид, что спит и, не открывая глаз, осмотрелась вокруг внутренним видением, выработанным ещё в то время, когда она была Прошкой…
В окне спальни сияла Луна, по полу стелились лунные дорожки, в углах затаилась таинственная мгла… А вот и чёрная кошка - в том же углу, где явилась ей в первый раз. Её контур почти сливался с тьмой, а зелёные глаза сверкали, излучая ярость и предвкушение лёгкой победы. Девушка это ясно ощутила.
И вот, грациозно ступая мягкими лапами, исчадие тьмы вышло и село посреди ковра, обвив себя длинным хвостом. И с усмешкой уставилось на девушку. И облизнулось.
Но тут в углу позади неё что-то шелохнулось.
О! А кто ещё там?! Чьи жёлтые глаза горят фосфорическими фонариками? Ну, конечно, это же Михалап пришёл отрабатывать царский рублевик! Не смог отвертеться от взятой на себя миссии помощника палача. И всё же он не выдал её, не сказал Полуночнице, что Ларка теперь не беззащитная, что она стала ведьмой Аронией. Иначе та не чувствовала б себя здесь хозяйкой банкета. Отлично!
Арония сунула руку под подушку и в один миг оказалась на полу, замерев со сложенными на груди руками. Луна озарила ладную фигуру девушки, одетую в кимоно для карате, холодным и равнодушным светом.
Огромная кошка, даже сидя, оказалась с ней одного роста. И к такому обороту явно не была готова. От неожиданности вздыбилась и выгнула спину, с которой посыпались не искры, а настоящие файрболы. Небрежно отмахнувшись от огненных шаров, устремившихся к ней, Арония сказала:
- Всё - тебе!
И те полетели назад, но, наткнувшись на полыхающий взгляд Полуночницы, пропали.
- Что, кошка драная, нежданчик вышел? - звонко рассмеялась девушка. - А ну, возьми мою силу, если сможешь!
- Ах ты, девка ряженая! - взвизгнула та. - Умри-и-и!
И, сыпля вокруг файрболами, прыгнула на Аронию, выбросив вперёд когтистые лапы и разинув огромную пасть полную клыков.
- Ха! - весело крикнула Арония.
И распахнув руки, мгновенно набросила на кошку голубой платочек, что-то тихо шепнув.
Михалап, стоящий позади Евдокии, всплеснул мохнатыми лапами.
«Совсем девка с глузду съехала? Знайшла чим спужать чудище!», - заполошно подумал он.
И, не дожидаясь продолжения эдакой нелепой «баталии», Михалап бросился молодой дурёхе Аронии на выручку. И ухватил злую образину за хвост, чтобы хучь оттащить её подале от девки.
«Сказывала - капля кровей нужна! Не допущу тута смертоубивства!»
Но тут что-то пошло не так. В руках он вдруг ощутил не хвост Полуночницы - её «святыни», а што-то каменное, похожее на прут. И ентот каменный прут утянул его вниз. В итоге Михалап рухнул вниз, а рядом что-то тоже грохотнуло. И оказалось, што он валяется рядом чёрным каменным идолом.
«Тьфу ты! Пакость какая!» - поднялся Михалап, косясь на эту чуду.
Что за дела?
На полу чердака распласталось нечто странное: не то кошка, не то громада из поблескивающего камня - чёрного гагата, что ль. И щерит в оскале белые зубы. Да когти на вытянутых вперёд лапах топорщит металлические. Токмо зелёные глаза, будто живые, яростно полыхают. Во, чудеса!
Арония тоже замерла над ней. Похоже, то, что сейчас случилось, поразило даже её. Она не рассчитывала, что применив Фаинин амулет, на этом и завершит ведьминскую «баталию».
И это всё?
Девушка звонко расхохоталась, глядя на эту застывшую огромную кошку. А потом - ещё громче, взглянув на Михалапа, накрепко вцепившегося в закаменевший хвост жуткого изваяния.
- Как ето? Чегой-то с ей? - пробормотал домовой, испуганно таращась нанеподвижное чудище на полу.
- Отвоевалась, - гордо заявила Арония. - У нас, ведьм, не забалуешь!
- О, как! И што эт за плат таковой у тебя? - с опаской покосился он на голубой лоскут, прочно прилипший к груди каменного идола. - Колдовской?
- Именно! Это заговорённый амулет, подарили мне его, - пояснила Арония. - Старьё, правда! Я и не надеялась, что он ещё работает! - И, ликуя, обошла бездвижную кошку. - Всё, отбегалась ты, Полуночница! Отправлю тебя завтра к Главе Клана - в С-к. Пусть Совет решает судьбу нарушительницы Покона.
- Отправишь в Славин? Так ить велика фигура, хоть и дура, - раздухарился домовой. - Таких и бандеровлев-то нет, шоб её туды без препонов сбагрить! - почесав, макушку, сказал он. - Смогёшь? А то она и мне больно надоела - шастает тут без спрося! Хату смертоубивствами хотела споганить!
И тут домовому показалось, будто зелёные глаза у каменюки сверкнули особо яростно и он слегка попятился.
- Ничего, не боись, - усмехнулась Арония. - Была фигура, стала дура, - сказала девушка и, наклонившись, что-то шепнула над оскалившимся монстром.
Та в момент будто усохла, превратившись в маленькую статуэтку, которую можно и в ладошке поместить. Недолго думая, Арония, завернула её в платок, выросший в размерах, и сунулаПолуночницу в кармашек штанов.
- Опля! - весело объявила девушка.
- Ну и дела! - почесал макушку Михалап. - Ловко! А я ить поначалу думал, што конец тебе, Арония.
- И всё равно ухватил зверюгу за хвост? - прищурилась девушка. -
- Дык я чо?- засмущался тот. - Эт я, того, шоб смертоубийства не было. Акимушка ить…
- Спасибо за помощь, Михалап! Выручил! - серьёзно проговорила Арония.
- Дык обдурить хотела ж! Обещалась, шельма, што - капля кровей! - почему-то всё оправдывался домовой - видать, не привык к похвале. - А сама - «Умри-и-и», - визгливо перекривил Евдокию домовой. - Тьфу!
- А ты и поверил ей?
- Ну, не шибко, хотя надёжа была, - признался Михалап. - Но не крепкая. Потому к тебе и с чарочкой приволокся. Опростоволосился я, Аронеюшка, - скинув шапку, повинился он, - деньга золотая ум замутила.
- Ну, золотая. Что с того? - пожала плечами Арония.
У Михалапа только глаза блеснули, точно - золотые червонцы.
- Не боисся, што из плата выскочит и сызнова баталию спочнёт? - переводя тему, покосился Михалап на топорщившуюся ткань Арониева кармана. - Это ведь Явдоха! - поёжился он.
- И что? Обратно загоню! - уверенно сказала Арония. И приказала ему: Ну, всё, Михалап! Поразвлеклись уже сегодня. Спать пора, а то мне рано вставать. Экзамен сдавать.
- Дак я чо? Ты спи! Я мигом - к себе, на чердак, - засуетился домовой. И, не сдержавшись, опять посетовал: Эх, зря впутался, дурень!
Не знамо, кого и имел в виду - то ли Явдоху, то ли Аронию. Домовых ведь не поймёшь.
- Будь здрава, Арония! С экзаментами - не дрейфь! Ты их все одолеешь! - и, отчаянно махнув лапой, взлетел к потолку.
- Пошёл свой золотой перепрятывать, что ли? - усмехнулась Арония, проводив его взглядом. - Чего ж - опростоволосился? В прибытке оказался.
И тут вдруг с потолка что-то вновь рухнуло, ударившись о пол. Арония привстала на диване:
- Что случилось? В портал кто лезет? Помощь нужна? - быстро среагировала она. - Так я щас, только ошейник возьму! - сунула она руку под подушку, где всё ещё валялся второй Фаинин раритет.
- Та не! - отмахнулся Михалап. - Дело есть! Аль предложеньице! Чо я сразу-то не скумекал! - И загадочно прищурился. - Ты ить антобусом в Славин собралася?
- Им. А чо не так? - удивилась девушка, невольно перенимая его манеру речи. - Чо за предложеньице?
- Та есть одно. Може мы заздря «зерцало» за балку упрятали? Може достать?
- Говори ясней! - нахмурилась Арония. - Зачем оно тебе? По плюшкам скучаешь, так я завтра куплю. Заслужил.
- Плюшки эт само собой! - плотоядно сверкнул глазом домовой. - Я про то, что ить я смог бы тебя через него - того!
- Чего - того? - не поняла девушка, уже почти выйдя из себя.
Она ведь столько тренировалась, чтобы сохранять спокойствие!
- Того! Отправить тебя в Славин совместно со звериной ентой через «зерцало»!
- В С-к? - удивилась Арония. Она, честно говоря, думала, что туда, в портал, только нечисть шастает. - А есть там… Ну, другой портал, что ли? Ну - выход, который с твоим «зерцалом» связан?
Она плохо всё это зазеркалье представляла, но логически: ежели ты в одну дверь входишь, то должна быть и другая - выход. Иначе… Ну, кто его знает, что там.
- А то! Славин связан, да, - выпятил грудь домовой. - У меня где токмо нету энтих выходов! Дажеть в Амнери… Намне... Ну, везде, в обчем. Домовики ж всюду в домах обретаются и те, у кого таковое бабкино наследие имеется, плюшки оченно…, г-м, уважают, - застеснялся он, заметив усмешку девушки. Но тут же резонно заявил: - Ну, дык, а как иначе? Чай-то с чем хлебать? Хотя… ентот-то домовик, што в Славине, шибко забалован, - почесал Михалап макушку. - Но мне не откажет. А чо? - махнул он рукой. - Его дело - обычай сполнять! Есть пуртал - выручай своих!
- Так чего ему брать?
- Бери плюшки! - отчаянно махнул лапой домовой. - Нехай знает порядок.
- Хорошо, Михалап, будут плюшки, - пожала плечами Арония, радуясь оказии - во, какое древнючее слово, сама вспомнила. - И тебе, и Славяну, - пообещала она. - Хоть мешок.
Хотя слегка недоумевала - что значит забалован? Чем он там берёт? Сосиска в тесте? Но решила не заморачиваться - сказал же Михалап: плюшки. Она была довольна - и по времени, и по деньгам за дорогу. На сумму, что она сэкономит на поездке, можно этих плюшек не один, а хоть пару мешков плюшек набрать. Ну, сосисок в тесте - поменьше. Главное, чтобы портал этот груз выдержал.
- Не, мешок не нужон, Арония, - важно заметил домовой. - Неча ентих славян баловать. Такса известна: туда - две плюшки и оттудова також. Так что - считай. Ну и мне - пару, за посередничанье, - не сдержался он. Но тут же спохватился:- Одной хватит.
- Отлично! Договорились, Михалап, - протянула она ему ладошку.
Но тот, уже напуганный крепостью её руки, лишь хлопнул по ней своей мохнатой.
- Замётано!
Тут Арония взглянула на будильник на тумбочке и ахнула:
-Ого, три часа уже! - И приказала: - Ну, всё, Михалап! Пора спать! Мне ж экзамен завтра.
- Дык я чо! Ты спи ужо! - засуетился домовой, взмывая вверх. Но, вдруг, зависнув у потолка, посетовал: - Эх, не держи на меня зла, Аронеюшка! Спутался я с этой Явдохой! Вперёд умнийше буду!
- Да куда уж умней? - хмыкнула та, набрасывая одеяло: - Всё, отбой! Спокойной ночи.
- И ты будь здрава, Арония! - пожелал домовой и растворился, наконец, в потолке.
- И вовсе ты не опростоволосился, - сонно пробормотала Арония, укутываясь и закрывая глаза.
В окна сквозь тюли светила холодным светом всё та же Луна, а углы комнаты вполне безопасно темнели. Ведь пленённая Евдокия, смирно скалясь, полёживала в ящике тумбочки. Кончились её полуночные приключения.
22.
Успешно сдав на другой день экзамен, Арония вернулась домой с коробкой плюшек, купленных - а как иначе? - в кулинарии за углом. Бабули - как это часто бывало в последнее время, дома не было. Лишь великолепные чародейкины цветы радостно взглянули на девушку с окон своими душистыми разноцветными соцветиями - мол, у нас всё хорошо.
Арония, кинув на диван сумку с зачёткой и конспектами, достала Полуночницу из ящика тумбочки. Та оскалилась на неё сквозь голубой платок ярко белевшими зубами и сверкнула хризолитами глаз. Пора избавляться от этого жуткого сувенира. Пусть Глава Клана решает, что с ней делать.
«Того, кто применил запрещённые действия, не уничтожай. Пусть его судьбу решают те, кто диктует правила. Иначе накажут тебя. Ошибка может стоить жизни».
Хорошо, что путь в С-к не займёт много времени. Интересно, а куда выведет «пуртал» домового? Вполне возможно - тоже на какой-нибудь пыльный чердак, с которого, вероятно, придётся выбираться по верёвке, а на земле спасаться от злых хозяйских псов. Главное - чтобы хозяева полицию не вызвали, а то что она им скажет в своё оправдание? Зачем забралась в чужой двор? Да, жаль, что она пока не научилась проходить сквозь стены и потолки, как некоторые.
И, быстро перекусив каким-то разогретым полуфабрикатом и не поняв, что съела, девушка натянула на себя удобные старенькие джинсы, тёплый свитер и лёгкий пуховик - на дело идёт, не на светский приём направляется. Теперь ей стали понятны стёганные ватник и штаны домового.
Сунув в карман платок со статуэткой и прихватив пакет с плюшками, девушка выскочила на улицу и полезла по приставной лестнице на чердак.
Арония всё же немного волновалась - как это, нырять через пространство да ещё через зеркало? Стекло ведь, материя. Помнится, дорога до С-ка заняла около двух часов, сколько же она займёт теперь? Да, к тому ж, это оригинальное путешествие устроит домовой, сиднем сидящий на пыльном чердаке и мало интересующийся тем, что творится снаружи.
Но это было не главное.
Все эти дни Арония ждала новолуния, в которое её непременно навестит мамина подружка Явдоха. Момента, когда её кошачья сущность-оборотень будет обладать максимальной силой. Только тогда она нападёт. Ложась спать, девушка с интересом поглядывала в угол, откуда в ту лунную ночь вышла огромная чёрная кошка. От которой она - не придумав ничего лучше, спряталась под одеялом. Вот стыдоба-то!
Теперь будет по-другому.
Ничего, она справиться. Ведь Явдоха, как говорила Арина - «не наследственная». Арония теперь поняла, что это значит - род ей поможет и подскажет, но делать она это будет по закону справедливости. Покон девушка знала назубок - видно, бабушки позаботились, но важнее всего были подсказки её рода. Особенно эта: «Того, кто применил силу и запрещённые действия, не уничтожай. Пусть его судьбу решают те, кто диктует правила, иначе накажут и тебя. Ошибка может стоить жизни и даже души».
Поэтому ночами Арония спокойно спала, предоставив наблюдать за обстановкой внутреннему соколу - её воплощённому чутью на опасность. Он подаст знак.
«Да и чародейка не даст мне пропасть, - сонно подумала Арония, нащупав под подушкой её амулет - голубой шёлковый платочек, а рядом с ним - потрёпанный собачий ошейник. - Интуиция подскажет, чем лучше воспользоваться».
Арония и сама не заметила, как сон подкрался к ней на мягких лапках и увёл её в свои странные миры…
Часть 5
21.
Ночное светило, завершив свои трансформации, превратилось в шар, сияющий в эту ночь с небосвода холодным бешеным светом. Оборотни, ощутив невероятный прилив энергии, вышли на ежемесячную охоту.
Наступила ночь полнолуния…
Арония в этот вечер отправилась спать поздно - готовилась к экзамену, и сразу же уснула. Она, конечно, знала о том, что в опасности. Но теперь девушкаумела сохранять спокойствие в любой ситуации. «Баталии» - само собой, состоятся, а ей надо набраться сил перед ответственным делом. Ничего, внутренний сокол будет оберегать её сон и, если что, подаст знак..
И он подал..
Около двух часов ночи Арония была разбужена острым ощущением опасности. Сделав вид, что спит и, не открывая глаз, осмотрелась вокруг внутренним видением, выработанным ещё в то время, когда она была Прошкой…
В окне спальни сияла Луна, по полу стелились лунные дорожки, в углах затаилась таинственная мгла… А вот и чёрная кошка - в том же углу, где явилась ей в первый раз. Её контур почти сливался с тьмой, а зелёные глаза сверкали, излучая ярость и предвкушение лёгкой победы. Девушка это ясно ощутила.
И вот, грациозно ступая мягкими лапами, исчадие тьмы вышло и село посреди ковра, обвив себя длинным хвостом. И с усмешкой уставилось на девушку. И облизнулось.
Но тут в углу позади неё что-то шелохнулось.
О! А кто ещё там?! Чьи жёлтые глаза горят фосфорическими фонариками? Ну, конечно, это же Михалап пришёл отрабатывать царский рублевик! Не смог отвертеться от взятой на себя миссии помощника палача. И всё же он не выдал её, не сказал Полуночнице, что Ларка теперь не беззащитная, что она стала ведьмой Аронией. Иначе та не чувствовала б себя здесь хозяйкой банкета. Отлично!
Арония сунула руку под подушку и в один миг оказалась на полу, замерев со сложенными на груди руками. Луна озарила ладную фигуру девушки, одетую в кимоно для карате, холодным и равнодушным светом.
Огромная кошка, даже сидя, оказалась с ней одного роста. И к такому обороту явно не была готова. От неожиданности вздыбилась и выгнула спину, с которой посыпались не искры, а настоящие файрболы. Небрежно отмахнувшись от огненных шаров, устремившихся к ней, Арония сказала:
- Всё - тебе!
И те полетели назад, но, наткнувшись на полыхающий взгляд Полуночницы, пропали.
- Что, кошка драная, нежданчик вышел? - звонко рассмеялась девушка. - А ну, возьми мою силу, если сможешь!
- Ах ты, девка ряженая! - взвизгнула та. - Умри-и-и!
И, сыпля вокруг файрболами, прыгнула на Аронию, выбросив вперёд когтистые лапы и разинув огромную пасть полную клыков.
- Ха! - весело крикнула Арония.
И распахнув руки, мгновенно набросила на кошку голубой платочек, что-то тихо шепнув.
Михалап, стоящий позади Евдокии, всплеснул мохнатыми лапами.
«Совсем девка с глузду съехала? Знайшла чим спужать чудище!», - заполошно подумал он.
И, не дожидаясь продолжения эдакой нелепой «баталии», Михалап бросился молодой дурёхе Аронии на выручку. И ухватил злую образину за хвост, чтобы хучь оттащить её подале от девки.
«Сказывала - капля кровей нужна! Не допущу тута смертоубивства!»
Но тут что-то пошло не так. В руках он вдруг ощутил не хвост Полуночницы - её «святыни», а што-то каменное, похожее на прут. И ентот каменный прут утянул его вниз. В итоге Михалап рухнул вниз, а рядом что-то тоже грохотнуло. И оказалось, што он валяется рядом чёрным каменным идолом.
«Тьфу ты! Пакость какая!» - поднялся Михалап, косясь на эту чуду.
Что за дела?
На полу чердака распласталось нечто странное: не то кошка, не то громада из поблескивающего камня - чёрного гагата, что ль. И щерит в оскале белые зубы. Да когти на вытянутых вперёд лапах топорщит металлические. Токмо зелёные глаза, будто живые, яростно полыхают. Во, чудеса!
Арония тоже замерла над ней. Похоже, то, что сейчас случилось, поразило даже её. Она не рассчитывала, что применив Фаинин амулет, на этом и завершит ведьминскую «баталию».
И это всё?
Девушка звонко расхохоталась, глядя на эту застывшую огромную кошку. А потом - ещё громче, взглянув на Михалапа, накрепко вцепившегося в закаменевший хвост жуткого изваяния.
- Как ето? Чегой-то с ей? - пробормотал домовой, испуганно таращась нанеподвижное чудище на полу.
- Отвоевалась, - гордо заявила Арония. - У нас, ведьм, не забалуешь!
- О, как! И што эт за плат таковой у тебя? - с опаской покосился он на голубой лоскут, прочно прилипший к груди каменного идола. - Колдовской?
- Именно! Это заговорённый амулет, подарили мне его, - пояснила Арония. - Старьё, правда! Я и не надеялась, что он ещё работает! - И, ликуя, обошла бездвижную кошку. - Всё, отбегалась ты, Полуночница! Отправлю тебя завтра к Главе Клана - в С-к. Пусть Совет решает судьбу нарушительницы Покона.
- Отправишь в Славин? Так ить велика фигура, хоть и дура, - раздухарился домовой. - Таких и бандеровлев-то нет, шоб её туды без препонов сбагрить! - почесав, макушку, сказал он. - Смогёшь? А то она и мне больно надоела - шастает тут без спрося! Хату смертоубивствами хотела споганить!
И тут домовому показалось, будто зелёные глаза у каменюки сверкнули особо яростно и он слегка попятился.
- Ничего, не боись, - усмехнулась Арония. - Была фигура, стала дура, - сказала девушка и, наклонившись, что-то шепнула над оскалившимся монстром.
Та в момент будто усохла, превратившись в маленькую статуэтку, которую можно и в ладошке поместить. Недолго думая, Арония, завернула её в платок, выросший в размерах, и сунулаПолуночницу в кармашек штанов.
- Опля! - весело объявила девушка.
- Ну и дела! - почесал макушку Михалап. - Ловко! А я ить поначалу думал, што конец тебе, Арония.
- И всё равно ухватил зверюгу за хвост? - прищурилась девушка. -
- Дык я чо?- засмущался тот. - Эт я, того, шоб смертоубийства не было. Акимушка ить…
- Спасибо за помощь, Михалап! Выручил! - серьёзно проговорила Арония.
- Дык обдурить хотела ж! Обещалась, шельма, што - капля кровей! - почему-то всё оправдывался домовой - видать, не привык к похвале. - А сама - «Умри-и-и», - визгливо перекривил Евдокию домовой. - Тьфу!
- А ты и поверил ей?
- Ну, не шибко, хотя надёжа была, - признался Михалап. - Но не крепкая. Потому к тебе и с чарочкой приволокся. Опростоволосился я, Аронеюшка, - скинув шапку, повинился он, - деньга золотая ум замутила.
- Ну, золотая. Что с того? - пожала плечами Арония.
У Михалапа только глаза блеснули, точно - золотые червонцы.
- Не боисся, што из плата выскочит и сызнова баталию спочнёт? - переводя тему, покосился Михалап на топорщившуюся ткань Арониева кармана. - Это ведь Явдоха! - поёжился он.
- И что? Обратно загоню! - уверенно сказала Арония. И приказала ему: Ну, всё, Михалап! Поразвлеклись уже сегодня. Спать пора, а то мне рано вставать. Экзамен сдавать.
- Дак я чо? Ты спи! Я мигом - к себе, на чердак, - засуетился домовой. И, не сдержавшись, опять посетовал: Эх, зря впутался, дурень!
Не знамо, кого и имел в виду - то ли Явдоху, то ли Аронию. Домовых ведь не поймёшь.
- Будь здрава, Арония! С экзаментами - не дрейфь! Ты их все одолеешь! - и, отчаянно махнув лапой, взлетел к потолку.
- Пошёл свой золотой перепрятывать, что ли? - усмехнулась Арония, проводив его взглядом. - Чего ж - опростоволосился? В прибытке оказался.
И тут вдруг с потолка что-то вновь рухнуло, ударившись о пол. Арония привстала на диване:
- Что случилось? В портал кто лезет? Помощь нужна? - быстро среагировала она. - Так я щас, только ошейник возьму! - сунула она руку под подушку, где всё ещё валялся второй Фаинин раритет.
- Та не! - отмахнулся Михалап. - Дело есть! Аль предложеньице! Чо я сразу-то не скумекал! - И загадочно прищурился. - Ты ить антобусом в Славин собралася?
- Им. А чо не так? - удивилась девушка, невольно перенимая его манеру речи. - Чо за предложеньице?
- Та есть одно. Може мы заздря «зерцало» за балку упрятали? Може достать?
- Говори ясней! - нахмурилась Арония. - Зачем оно тебе? По плюшкам скучаешь, так я завтра куплю. Заслужил.
- Плюшки эт само собой! - плотоядно сверкнул глазом домовой. - Я про то, что ить я смог бы тебя через него - того!
- Чего - того? - не поняла девушка, уже почти выйдя из себя.
Она ведь столько тренировалась, чтобы сохранять спокойствие!
- Того! Отправить тебя в Славин совместно со звериной ентой через «зерцало»!
- В С-к? - удивилась Арония. Она, честно говоря, думала, что туда, в портал, только нечисть шастает. - А есть там… Ну, другой портал, что ли? Ну - выход, который с твоим «зерцалом» связан?
Она плохо всё это зазеркалье представляла, но логически: ежели ты в одну дверь входишь, то должна быть и другая - выход. Иначе… Ну, кто его знает, что там.
- А то! Славин связан, да, - выпятил грудь домовой. - У меня где токмо нету энтих выходов! Дажеть в Амнери… Намне... Ну, везде, в обчем. Домовики ж всюду в домах обретаются и те, у кого таковое бабкино наследие имеется, плюшки оченно…, г-м, уважают, - застеснялся он, заметив усмешку девушки. Но тут же резонно заявил: - Ну, дык, а как иначе? Чай-то с чем хлебать? Хотя… ентот-то домовик, што в Славине, шибко забалован, - почесал Михалап макушку. - Но мне не откажет. А чо? - махнул он рукой. - Его дело - обычай сполнять! Есть пуртал - выручай своих!
- Так чего ему брать?
- Бери плюшки! - отчаянно махнул лапой домовой. - Нехай знает порядок.
- Хорошо, Михалап, будут плюшки, - пожала плечами Арония, радуясь оказии - во, какое древнючее слово, сама вспомнила. - И тебе, и Славяну, - пообещала она. - Хоть мешок.
Хотя слегка недоумевала - что значит забалован? Чем он там берёт? Сосиска в тесте? Но решила не заморачиваться - сказал же Михалап: плюшки. Она была довольна - и по времени, и по деньгам за дорогу. На сумму, что она сэкономит на поездке, можно этих плюшек не один, а хоть пару мешков плюшек набрать. Ну, сосисок в тесте - поменьше. Главное, чтобы портал этот груз выдержал.
- Не, мешок не нужон, Арония, - важно заметил домовой. - Неча ентих славян баловать. Такса известна: туда - две плюшки и оттудова також. Так что - считай. Ну и мне - пару, за посередничанье, - не сдержался он. Но тут же спохватился:- Одной хватит.
- Отлично! Договорились, Михалап, - протянула она ему ладошку.
Но тот, уже напуганный крепостью её руки, лишь хлопнул по ней своей мохнатой.
- Замётано!
Тут Арония взглянула на будильник на тумбочке и ахнула:
-Ого, три часа уже! - И приказала: - Ну, всё, Михалап! Пора спать! Мне ж экзамен завтра.
- Дык я чо! Ты спи ужо! - засуетился домовой, взмывая вверх. Но, вдруг, зависнув у потолка, посетовал: - Эх, не держи на меня зла, Аронеюшка! Спутался я с этой Явдохой! Вперёд умнийше буду!
- Да куда уж умней? - хмыкнула та, набрасывая одеяло: - Всё, отбой! Спокойной ночи.
- И ты будь здрава, Арония! - пожелал домовой и растворился, наконец, в потолке.
- И вовсе ты не опростоволосился, - сонно пробормотала Арония, укутываясь и закрывая глаза.
В окна сквозь тюли светила холодным светом всё та же Луна, а углы комнаты вполне безопасно темнели. Ведь пленённая Евдокия, смирно скалясь, полёживала в ящике тумбочки. Кончились её полуночные приключения.
22.
Успешно сдав на другой день экзамен, Арония вернулась домой с коробкой плюшек, купленных - а как иначе? - в кулинарии за углом. Бабули - как это часто бывало в последнее время, дома не было. Лишь великолепные чародейкины цветы радостно взглянули на девушку с окон своими душистыми разноцветными соцветиями - мол, у нас всё хорошо.
Арония, кинув на диван сумку с зачёткой и конспектами, достала Полуночницу из ящика тумбочки. Та оскалилась на неё сквозь голубой платок ярко белевшими зубами и сверкнула хризолитами глаз. Пора избавляться от этого жуткого сувенира. Пусть Глава Клана решает, что с ней делать.
«Того, кто применил запрещённые действия, не уничтожай. Пусть его судьбу решают те, кто диктует правила. Иначе накажут тебя. Ошибка может стоить жизни».
Хорошо, что путь в С-к не займёт много времени. Интересно, а куда выведет «пуртал» домового? Вполне возможно - тоже на какой-нибудь пыльный чердак, с которого, вероятно, придётся выбираться по верёвке, а на земле спасаться от злых хозяйских псов. Главное - чтобы хозяева полицию не вызвали, а то что она им скажет в своё оправдание? Зачем забралась в чужой двор? Да, жаль, что она пока не научилась проходить сквозь стены и потолки, как некоторые.
И, быстро перекусив каким-то разогретым полуфабрикатом и не поняв, что съела, девушка натянула на себя удобные старенькие джинсы, тёплый свитер и лёгкий пуховик - на дело идёт, не на светский приём направляется. Теперь ей стали понятны стёганные ватник и штаны домового.
Сунув в карман платок со статуэткой и прихватив пакет с плюшками, девушка выскочила на улицу и полезла по приставной лестнице на чердак.
Арония всё же немного волновалась - как это, нырять через пространство да ещё через зеркало? Стекло ведь, материя. Помнится, дорога до С-ка заняла около двух часов, сколько же она займёт теперь? Да, к тому ж, это оригинальное путешествие устроит домовой, сиднем сидящий на пыльном чердаке и мало интересующийся тем, что творится снаружи.
