- Когда что-то дают, надо хотя бы понюхать, - посоветовал он. – А если я тебя отравить хочу?
- Полез в прорубь, чтобы отравить?
- Или споить.
- Ты мне и так и нравишься.
- Ты это, пей давай. Молча. И шмотки расправь, быстрее высохнут.
- Я тебя никогда не видела. Ты нездешний?
- Торговец из Вольных, - ни на секунду не задумался с ложью Бурый.
- Проездом?
- Да.
- А в деревню нашу поедешь?
- В эту вон? Да не, я мимо.
Она помолчала, внимательно рассматривая Бурого. Смотрела пристально, ничуть не смущаясь ответного взгляда, и наконец сказала:
- Тебе тоже холодно. Второго одеяла нет?
Бурый покачал головой.
- Вдвоём быстрее отогреемся, - предложила она, приподнимая край одеяла.
Сомневался Бурый только пару мгновений – выбор между надоедливым холодом и приятной компанией показался очевидным. Он сел рядом с ней и сам удивился, как вежливо соблюдает дистанцию; но девушка посмотрела на него довольно сердито.
- Ближе, - уверенно велела она и крепко к нему прижалась. – Вот, так тепло.
В самом деле, он чувствовал, как холодная кожа девушки довольно быстро становится всё горячее. Какое-то время она ещё дрожала, прижимаясь спиной к его плечу; вскоре отогрелась, дыхание стало спокойнее и глубже.
- Одному тут опасно ездить, - сказала она. - К каравану прибейся. Мало хороших людей на свете осталось, побереги хоть себя.
- А с чего ты взяла, что я хороший?
- А что, плохой разве?
- То ли ты всё-таки нахлебалась, и у тебя теперь водица вместо мозгов, то ли ты всегда дурой была, - ответил Бурый.
А девушка, чуть развернувшись, посмотрела Бурому прямо в глаза. «А хороша ведь!» - подумал Бурый, изучая её в ответ.
- Ты красивый, - заявила она. - Глаза красивые. Женат?
Бурый немного растерялся. Ему привычнее было охотиться, чем быть добычей, но эта странная девушка явно чувствовала себя хозяйкой положения. Не самое нормальное поведение для того, кого только что спасли от верной смерти и притащили неизвестно куда.
- Ты, походу, ещё не в себе… - настороженно предположил он. – Так бывает.
- Я в порядке. И прекрасно понимаю, что делаю, - ответила девушка.
Она прижалась к нему сильнее, обвила руками, продолжая пристально смотреть в глаза пылающим взглядом.
- Хм. Не хочу, чтобы ты потом пожалела.
- Никогда не пожалею, - ответила она. – Вряд ли я получу другой шанс быть с тем, кого сама выбрала.
- Выбор-то невелик, - усмехнулся Бурый, жестом обводя кабину.
- Больше, чем был когда-то.
- Отдохни, - Бурый осторожно отодвинул девушку и встал.
Она смотрела на Бурого удивлённо, но без обиды, затем послушала его совета и откинулась назад, на сиденье.
- Как тебя зовут?
Бурый пару мгновений помолчал, развешивая мокрую одежду на спинках сидений. Ему совсем не хотелось признаваться незнакомке, кто он.
- А тебя?
- Ты прав, обойдёмся без имён. Ненавижу весну. А ты?
- Угу.
Он уже и забыл делать вид, что расправляет вещи. Девушка заметила его растерянность и чуть усмехнулась.
- Что? – спросил Бурый.
- Я тебе нравлюсь, - сказала она.
- Вполне, - не стал отрицать он.
Она слегка закинула голову назад, оценивающе осмотрела Бурого с головы до ног.
- Топлива маловато, - сказала девушка. – Выключи печь. Всё равно уже согрелись.
Она показала рукой на индикатор, отчего одеяло немного сползло и обнажило плечи. Девушка этого не заметила, продолжая изучать взглядом приборную панель.
- До следующего посёлка хватит, - немного рассеянно ответил Бурый.
Мысли его всё настойчивее ускользали прочь от темы разговора, а задумавшаяся девушка так и не думала получше прикрыться. Всё-таки она была очень даже мила. Похоже, холод уже отступил, к уже отогревшейся гладкой коже прилила кровь.
Пару секунд спустя слова девушки всё же достигли разума Бурого. Границы ненавидимой им Республики были слишком далеко отсюда, чтобы местная деревенская жительница могла вообще когда-либо там побывать.
- Республике?.. – переспросил он.
- Глупо получилось, - опять невпопад ответила девушка. – Знаешь, ведь ещё вчера думала – брошусь в реку, да и дело с концом. А тут – такое счастье распирает, что жива, так радостно… Наверное, это какая-то биологическая реакция. Шок, или что-то схожее.
Да и речь никак не вязалась с образом селянки.
- Чему радуюсь, сама не знаю, - продолжала нести чушь девушка. – Думала – всё, конец… Что?
- Ты что, из Республики?
- Нет, - честно глядя круглыми глазами, спокойно солгала она.
- Ты врёшь.
- Приходится. Ты вот откуда приехал? Из Вольных?
- Да.
- Ну тогда не понимаешь. Тебе скажу, раз уж проговорилась, ты не выдашь – не зря же в воду лез, глупо было бы сдать теперь. Ты подумай – тут медвежья земля. Меня и так тут на руках не носят, а если скажу…
Бурый резко встал и отвернулся. Этого ещё не хватало.
- Я рада, что ты в нашу деревню не собираешься. Ты вроде ничего, вряд ли бы кому-то сказал. Но так спокойнее.
- И откуда ты здесь взялась?
- …здесь самая дыра. Ты ведь тоже много путешествовал, раз торговец. Значит и сам знаешь, Медведи – самая мерзкая погань на свете. Я в Республике родилась. Там и росла. Училась, работала, замуж собиралась… Я сказала, что из Рыжих, так что жива. Ненавижу Медведей.
Бурый чуть отодвинулся назад, разглядывая спину девушки. Как он уже и ожидал, на левой лопатке горело рабское клеймо.
- Я так рада, что ты тут оказался, - произнесла она. – Наверное, если бы ты не напугал, я бы и не провалилась, но что вытащил – спасибо. Значит, кто-то ещё кому-то помогает. Значит, мир не совсем ещё стух. Знаешь что? Спасибо.
Она резко встала и, подавшись вперёд, обвила руками и нежно чмокнула в щёку.
- Не надо ждать, пока высохнет. Меня за вещи испорченные всё равно… а, не важно. Мне надо идти, а тебе ехать.
Она потянулась за своей одеждой, но в машине вдруг затрещал передатчик. Бурый покосился на девушку, теперь с удивлением смотревшую на приборы. Она, видимо, поверила всем словам Бурого и не ожидала, что кто-либо может здесь выйти с ним на связь.
- Слушаю, - щёлкнул кнопкой Бурый.
- Бурый, ну чего, ты там нарыбачил уже? – раздался в динамике приглушённый голос. – Мы подъедем скоро.
- Давайте, жду.
На пару мгновений повисло молчание.
- Бурый?.. – растерянно переспросила девушка. – Бурый?..
- Бурый Медведь, - негромко подтвердил Бурый.
Она осела, вновь бледнея, и в ужасе смотрела на своего спасителя.
- Потрясающе! Просто потрясающе! – не уставал восторгаться Нэрис, изучающий машину Тэра во всех подробностях.
Он уже забыл, что к старшему брату ехал с неприязнью. Другая семья отца всегда казалась ему чем-то вроде вражеского логова. Нэрис помнил, как расстраивалась его мать, когда приходили редкие письма от бывшей жены. И как нашёл фотографию, которую отец старательно прятал – мальчик лет десяти, обнимающий нескладную девочку. Нэрис тогда узнал, что это его брат и сестра, Тэр и Ирна. Поначалу Нэрис очень обрадовался и хотел с ними познакомиться, но мать объяснила, что эти люди – не настоящие родственники.
Он охотно перенял её неприязнь на многие годы, но сейчас старший брат даже показался ему неплохим парнем.
- Так значит, ты вот так и живёшь? - спросил Нэрис. - Как кочевник? Зачем ты продал дом?
- Деньги были нужны.
- А как же деньги, которые присылал папа?
На памяти Нэриса отец лишь однажды отправил какие-то отчисления своей бывшей жене и другим детям. Но из красочных слов матери на этот счёт Нэрис понял – речь шла о какой-то непомерной дани, которую постоянно требовала от несчастного отца меркантильная мегера. Судя по мрачной ухмылке Тэра, тот представлял картину совершенно иначе.
- Их не хватило, - сдержанно ответил, не вдаваясь в подробности.
- Ну ещё бы, такие машины покупать, - ничуть не беспокоясь о тактичности, воскликнул Нэрис. – Так расскажешь, где ты такую взял?
- В другой раз. Ты голоден?
- Как волк! А что у тебя есть?
- Овсянку будешь?
- Ну, если больше ничего нет…
- Извини. Ближайшее время я собирался жить в гостях, так что ничего не заготовил, - Тэр не смог сдержать укора в голосе, и Нэрис ненадолго замолчал.
Муравей в самом деле впечатлял, и не только снаружи. Наполнение тоже было, что называется, по высшему разряду. В первую очередь Нэриса привлекла панель управления с кучей неизвестно для чего предназначенных кнопочек, рычажков и экранов; но затем внимание захватили и менее заметные детали.
- Обалдеть, - сотый раз тихонько стонал Нэрис, разглядывая теперь уже кухонные принадлежности, занимавшие часть кабины. Здесь был и холодильник, небольшой, но всё же довольно вместительный, раковина с водой и панель для готовки, пара тумбочек и выдвижной стол. Несмотря на минимализм отделки, мебель явно выглядела очень дорогой.
- Ты какие-то большие поставки возишь… или как это называется? – не смог больше молчать Нэрис. – То ты говоришь, что вроде денег у вас не было, то вроде у тебя всего вдоволь, и даже слишком…
Тэр-гао молча гремел посудой. Достал из ящика крупную бутыль с водой, наполнил чайник и небольшую кастрюлю.
- Это какая модель? Похоже, что-то из новых? Ничего подобного не видел, особенно изнутри. Меня тут подвозили ребята на каких-то старых развалюхах, и то здорово. А это прям…
Тэр поставил на выдвижной столик перед Нэрисом тарелку с кашей.
- Приятного аппетита, - мягко сказал Тэр, беря порцию себе и садясь напротив.
- Где ты такую взял?..
Хотя Нэрис, как выяснилось, не особо представлял себе устройство машин, техника внушала ему почти суеверный трепет. После настойчивых просьб младшего брата Тэр согласился поведать, где раздобыл этот шедевр инженерной мысли. По словам торговца, он попросту выкупил муравья у одного из кланов, не сумевших разобраться с высокотехнологичной новинкой. А республиканский пограничник за небольшую сумму записал боевую машину торговой. Учитывая, что оружия на ней действительно не было – Тэр сразу от него избавился – распознать исходные характеристики машины можно было бы только при подробном изучении.
- То есть она трофейная? Клановая? – Нэрис заметно взгрустнул. – И ты им отдал деньги за неё? Настоящие республиканские деньги?
- У тебя каша остывает, Нэрис.
- Как ты умудрился столько заработать? Это даже… пугает. Слушай, - Нэриса вдруг посетила изрядно испугавшая его мысль, - ты … ты это чем таким торгуешь?!
Губы Тэра дёрнулись в нервной улыбке, и он предложил младшему брату выпить пива, но отвлекающий манёвр не сработал.
- Ёлки-палки! Ты же гражданин Благословенной Новой Республики! – произнёс Нэрис тоном не то проповедника, не то прокурора. – Нет, правда, ты что, возил что-то незаконное? Контрабанду, да?
Тэр-гао очень не любил лжи, но увы – род деятельности вынуждал врать довольно часто. Кланы хорошо платили за республиканские лекарства, а республиканские магазины охотно скупали продукты и ремесленные товары из клановых земель; все оставались довольны.
- С ума сойти! Мой брат – контрабандист! – не мог примириться с этой мыслью Нэрис. – Не могу поверить!
- Бывало, - признался Тэр-гао. – Но, поверь, это вовсе не главная моя деятельность.
Ответ удовлетворил и Нэриса, сразу решившего, что Тэр-гао лишь когда-то оступился, но теперь, заполучив прекрасную машину, унялся и вернулся к жизни законопослушного гражданина; и самого Тэр-гао, искренне считавшего, что контрабанда – только ничего не значащие эпизоды, самые безобидные пункты в его послужном списке.
Нельзя сказать, будто Тэр-гао совсем не мучился из-за того, что часто поступал незаконно. Но он не нашёл других способов получать достаточно серьёзные деньги. А деньги были ему очень нужны.
Не для себя – роскошный новёхонький муравей тоже был лишь необходимым средством. Несмотря на все предосторожности, иногда Тэру приходилось быстро уносить ноги. И тогда современная машина, к тому же снабжённая отличными джаммерами, защищающими от вражеских радаров, была очень кстати.
Всё началось пять лет назад. Семнадцатилетний Тэр-гао жил отдельно от своей семьи, в столице Республики. Он учился в колледже; образование в Республике стоило очень дорого, поэтому семья Браннонов и переехала в скромное поселение на окраине. Дом в центре продали, чтобы оплатить расходы. Это должно было стать хорошим вложением – преподаватели в Республике получали приличную плату. Учёба уже подходила к концу, и Тэр, снимавший пару комнат, вскоре собирался перевезти к себе родных. Но неожиданно пришло письмо от матери с плохими новостями.
На деревню напали. Мать была ранена, но собственная боль заботила её меньше всего – Ирну, сестру Тэра, увезли с собой бандиты Речного клана. Бранноны надеялись, что смогут заплатить выкуп и вернуть Ирну. Им даже удалось собрать деньги. Тэр-гао сам отправился в земли Речных. Но Ирны там уже не было – всех пленных Речные сразу перепродали Медведям. Да и сам Тэр-гао только чудом ушёл оттуда, потеряв все собранные средства. А к его возвращению домой мать была уже мертва.
Тэр остался один. Без родных и без средств к существованию. Остатки имущества продали за сущие гроши. В отличие от Нэриса, своей целью Тэр-гао выбрал не месть. Он не собирался вступать в ряды республиканских солдат, надеясь покарать Речных – такая мысль нисколько его не грела. В то, что сестра ещё жива, Тэр перестал верить через пару лет поисков, а о себе самом он беспокоился мало. Единственным, что придавало его жизни смысл, было стремление помочь тем, кого ещё можно спасти.
- Тебе, наверное, лучше поскорее попасть в Республику, а у меня здесь ещё дела, - размышлял вслух Тэр-гао. – Поедем сейчас к моему знакомому, он как раз собирался. Думаю, не откажется.
- Так ты со мной не поедешь? А куда ты?
- Я думал здесь ещё посидеть, но, раз меня ищут… . У меня дело с Птицами, я поеду к ним. Собирался через пару недель, но что-то задерживаться расхотелось.
- К Птицам? – взгляд Нэриса вспыхнул, будто юношу посетила какая-то очень занятная мысль.
Тэру этот огонёк не понравился, и он сразу спросил, что так взбудоражило Нэриса.
- Ничего, - бодро отозвался младший Браннон, но врать он совсем не умел. – Можно мне поехать с тобой?
- Ты явно что-то задумал. Лучше скажи мне сразу, не люблю гадать.
- Слушай, мне по заданию надо было распространить листовки по жителям клановых земель. Если я раздам их у Птиц, это же будет…
- Нет, - перебил Тэр-гао, и голос его прозвучал на удивление жёстко.
- Что? Да я незаметно! Я уже у Кошек и у Речных раскидал пару стопок, никто и не догадался! У Кошек раз кто-то заметил, но я уболтал, и всё отлично! Это безопасно.
- Птицы шуток шутить не будут, - твёрдо произнёс он. – Я прекрасно их знаю – там никого заболтать не получится.
- Но…
- Нет, и точка.
Тэр-гао встал с места и ушёл раскладывать койку.
Утром Тэр-гао старался не шуметь, но всё равно разбудил брата, когда ставил чайник. Нэрис зашевелился, потянулся, высунув руки из спального мешка, и сладко зевнул.
- Что, пора вставать?
- Раз ты уже проснулся. Доброе утро, Нэрис.
- Доброе… - прокряхтел младший Браннон, снова устроился поудобнее и чуть было не заснул обратно. Вот только Тэр не дал, спросив:
- Нэрис, ты посидишь здесь немного один? Мне надо уйти буквально на полчаса.
- Полез в прорубь, чтобы отравить?
- Или споить.
- Ты мне и так и нравишься.
- Ты это, пей давай. Молча. И шмотки расправь, быстрее высохнут.
- Я тебя никогда не видела. Ты нездешний?
- Торговец из Вольных, - ни на секунду не задумался с ложью Бурый.
- Проездом?
- Да.
- А в деревню нашу поедешь?
- В эту вон? Да не, я мимо.
Она помолчала, внимательно рассматривая Бурого. Смотрела пристально, ничуть не смущаясь ответного взгляда, и наконец сказала:
- Тебе тоже холодно. Второго одеяла нет?
Бурый покачал головой.
- Вдвоём быстрее отогреемся, - предложила она, приподнимая край одеяла.
Сомневался Бурый только пару мгновений – выбор между надоедливым холодом и приятной компанией показался очевидным. Он сел рядом с ней и сам удивился, как вежливо соблюдает дистанцию; но девушка посмотрела на него довольно сердито.
- Ближе, - уверенно велела она и крепко к нему прижалась. – Вот, так тепло.
В самом деле, он чувствовал, как холодная кожа девушки довольно быстро становится всё горячее. Какое-то время она ещё дрожала, прижимаясь спиной к его плечу; вскоре отогрелась, дыхание стало спокойнее и глубже.
- Одному тут опасно ездить, - сказала она. - К каравану прибейся. Мало хороших людей на свете осталось, побереги хоть себя.
- А с чего ты взяла, что я хороший?
- А что, плохой разве?
- То ли ты всё-таки нахлебалась, и у тебя теперь водица вместо мозгов, то ли ты всегда дурой была, - ответил Бурый.
А девушка, чуть развернувшись, посмотрела Бурому прямо в глаза. «А хороша ведь!» - подумал Бурый, изучая её в ответ.
- Ты красивый, - заявила она. - Глаза красивые. Женат?
Бурый немного растерялся. Ему привычнее было охотиться, чем быть добычей, но эта странная девушка явно чувствовала себя хозяйкой положения. Не самое нормальное поведение для того, кого только что спасли от верной смерти и притащили неизвестно куда.
- Ты, походу, ещё не в себе… - настороженно предположил он. – Так бывает.
- Я в порядке. И прекрасно понимаю, что делаю, - ответила девушка.
Она прижалась к нему сильнее, обвила руками, продолжая пристально смотреть в глаза пылающим взглядом.
- Хм. Не хочу, чтобы ты потом пожалела.
- Никогда не пожалею, - ответила она. – Вряд ли я получу другой шанс быть с тем, кого сама выбрала.
- Выбор-то невелик, - усмехнулся Бурый, жестом обводя кабину.
- Больше, чем был когда-то.
- Отдохни, - Бурый осторожно отодвинул девушку и встал.
Она смотрела на Бурого удивлённо, но без обиды, затем послушала его совета и откинулась назад, на сиденье.
- Как тебя зовут?
Бурый пару мгновений помолчал, развешивая мокрую одежду на спинках сидений. Ему совсем не хотелось признаваться незнакомке, кто он.
- А тебя?
- Ты прав, обойдёмся без имён. Ненавижу весну. А ты?
- Угу.
Он уже и забыл делать вид, что расправляет вещи. Девушка заметила его растерянность и чуть усмехнулась.
- Что? – спросил Бурый.
- Я тебе нравлюсь, - сказала она.
- Вполне, - не стал отрицать он.
Она слегка закинула голову назад, оценивающе осмотрела Бурого с головы до ног.
- Топлива маловато, - сказала девушка. – Выключи печь. Всё равно уже согрелись.
Она показала рукой на индикатор, отчего одеяло немного сползло и обнажило плечи. Девушка этого не заметила, продолжая изучать взглядом приборную панель.
- До следующего посёлка хватит, - немного рассеянно ответил Бурый.
Мысли его всё настойчивее ускользали прочь от темы разговора, а задумавшаяся девушка так и не думала получше прикрыться. Всё-таки она была очень даже мила. Похоже, холод уже отступил, к уже отогревшейся гладкой коже прилила кровь.
Пару секунд спустя слова девушки всё же достигли разума Бурого. Границы ненавидимой им Республики были слишком далеко отсюда, чтобы местная деревенская жительница могла вообще когда-либо там побывать.
- Республике?.. – переспросил он.
- Глупо получилось, - опять невпопад ответила девушка. – Знаешь, ведь ещё вчера думала – брошусь в реку, да и дело с концом. А тут – такое счастье распирает, что жива, так радостно… Наверное, это какая-то биологическая реакция. Шок, или что-то схожее.
Да и речь никак не вязалась с образом селянки.
- Чему радуюсь, сама не знаю, - продолжала нести чушь девушка. – Думала – всё, конец… Что?
- Ты что, из Республики?
- Нет, - честно глядя круглыми глазами, спокойно солгала она.
- Ты врёшь.
- Приходится. Ты вот откуда приехал? Из Вольных?
- Да.
- Ну тогда не понимаешь. Тебе скажу, раз уж проговорилась, ты не выдашь – не зря же в воду лез, глупо было бы сдать теперь. Ты подумай – тут медвежья земля. Меня и так тут на руках не носят, а если скажу…
Бурый резко встал и отвернулся. Этого ещё не хватало.
- Я рада, что ты в нашу деревню не собираешься. Ты вроде ничего, вряд ли бы кому-то сказал. Но так спокойнее.
- И откуда ты здесь взялась?
- …здесь самая дыра. Ты ведь тоже много путешествовал, раз торговец. Значит и сам знаешь, Медведи – самая мерзкая погань на свете. Я в Республике родилась. Там и росла. Училась, работала, замуж собиралась… Я сказала, что из Рыжих, так что жива. Ненавижу Медведей.
Бурый чуть отодвинулся назад, разглядывая спину девушки. Как он уже и ожидал, на левой лопатке горело рабское клеймо.
- Я так рада, что ты тут оказался, - произнесла она. – Наверное, если бы ты не напугал, я бы и не провалилась, но что вытащил – спасибо. Значит, кто-то ещё кому-то помогает. Значит, мир не совсем ещё стух. Знаешь что? Спасибо.
Она резко встала и, подавшись вперёд, обвила руками и нежно чмокнула в щёку.
- Не надо ждать, пока высохнет. Меня за вещи испорченные всё равно… а, не важно. Мне надо идти, а тебе ехать.
Она потянулась за своей одеждой, но в машине вдруг затрещал передатчик. Бурый покосился на девушку, теперь с удивлением смотревшую на приборы. Она, видимо, поверила всем словам Бурого и не ожидала, что кто-либо может здесь выйти с ним на связь.
- Слушаю, - щёлкнул кнопкой Бурый.
- Бурый, ну чего, ты там нарыбачил уже? – раздался в динамике приглушённый голос. – Мы подъедем скоро.
- Давайте, жду.
На пару мгновений повисло молчание.
- Бурый?.. – растерянно переспросила девушка. – Бурый?..
- Бурый Медведь, - негромко подтвердил Бурый.
Она осела, вновь бледнея, и в ужасе смотрела на своего спасителя.
Глава 3. Кочевник
- Потрясающе! Просто потрясающе! – не уставал восторгаться Нэрис, изучающий машину Тэра во всех подробностях.
Он уже забыл, что к старшему брату ехал с неприязнью. Другая семья отца всегда казалась ему чем-то вроде вражеского логова. Нэрис помнил, как расстраивалась его мать, когда приходили редкие письма от бывшей жены. И как нашёл фотографию, которую отец старательно прятал – мальчик лет десяти, обнимающий нескладную девочку. Нэрис тогда узнал, что это его брат и сестра, Тэр и Ирна. Поначалу Нэрис очень обрадовался и хотел с ними познакомиться, но мать объяснила, что эти люди – не настоящие родственники.
Он охотно перенял её неприязнь на многие годы, но сейчас старший брат даже показался ему неплохим парнем.
- Так значит, ты вот так и живёшь? - спросил Нэрис. - Как кочевник? Зачем ты продал дом?
- Деньги были нужны.
- А как же деньги, которые присылал папа?
На памяти Нэриса отец лишь однажды отправил какие-то отчисления своей бывшей жене и другим детям. Но из красочных слов матери на этот счёт Нэрис понял – речь шла о какой-то непомерной дани, которую постоянно требовала от несчастного отца меркантильная мегера. Судя по мрачной ухмылке Тэра, тот представлял картину совершенно иначе.
- Их не хватило, - сдержанно ответил, не вдаваясь в подробности.
- Ну ещё бы, такие машины покупать, - ничуть не беспокоясь о тактичности, воскликнул Нэрис. – Так расскажешь, где ты такую взял?
- В другой раз. Ты голоден?
- Как волк! А что у тебя есть?
- Овсянку будешь?
- Ну, если больше ничего нет…
- Извини. Ближайшее время я собирался жить в гостях, так что ничего не заготовил, - Тэр не смог сдержать укора в голосе, и Нэрис ненадолго замолчал.
Муравей в самом деле впечатлял, и не только снаружи. Наполнение тоже было, что называется, по высшему разряду. В первую очередь Нэриса привлекла панель управления с кучей неизвестно для чего предназначенных кнопочек, рычажков и экранов; но затем внимание захватили и менее заметные детали.
- Обалдеть, - сотый раз тихонько стонал Нэрис, разглядывая теперь уже кухонные принадлежности, занимавшие часть кабины. Здесь был и холодильник, небольшой, но всё же довольно вместительный, раковина с водой и панель для готовки, пара тумбочек и выдвижной стол. Несмотря на минимализм отделки, мебель явно выглядела очень дорогой.
- Ты какие-то большие поставки возишь… или как это называется? – не смог больше молчать Нэрис. – То ты говоришь, что вроде денег у вас не было, то вроде у тебя всего вдоволь, и даже слишком…
Тэр-гао молча гремел посудой. Достал из ящика крупную бутыль с водой, наполнил чайник и небольшую кастрюлю.
- Это какая модель? Похоже, что-то из новых? Ничего подобного не видел, особенно изнутри. Меня тут подвозили ребята на каких-то старых развалюхах, и то здорово. А это прям…
Тэр поставил на выдвижной столик перед Нэрисом тарелку с кашей.
- Приятного аппетита, - мягко сказал Тэр, беря порцию себе и садясь напротив.
- Где ты такую взял?..
Хотя Нэрис, как выяснилось, не особо представлял себе устройство машин, техника внушала ему почти суеверный трепет. После настойчивых просьб младшего брата Тэр согласился поведать, где раздобыл этот шедевр инженерной мысли. По словам торговца, он попросту выкупил муравья у одного из кланов, не сумевших разобраться с высокотехнологичной новинкой. А республиканский пограничник за небольшую сумму записал боевую машину торговой. Учитывая, что оружия на ней действительно не было – Тэр сразу от него избавился – распознать исходные характеристики машины можно было бы только при подробном изучении.
- То есть она трофейная? Клановая? – Нэрис заметно взгрустнул. – И ты им отдал деньги за неё? Настоящие республиканские деньги?
- У тебя каша остывает, Нэрис.
- Как ты умудрился столько заработать? Это даже… пугает. Слушай, - Нэриса вдруг посетила изрядно испугавшая его мысль, - ты … ты это чем таким торгуешь?!
Губы Тэра дёрнулись в нервной улыбке, и он предложил младшему брату выпить пива, но отвлекающий манёвр не сработал.
- Ёлки-палки! Ты же гражданин Благословенной Новой Республики! – произнёс Нэрис тоном не то проповедника, не то прокурора. – Нет, правда, ты что, возил что-то незаконное? Контрабанду, да?
Тэр-гао очень не любил лжи, но увы – род деятельности вынуждал врать довольно часто. Кланы хорошо платили за республиканские лекарства, а республиканские магазины охотно скупали продукты и ремесленные товары из клановых земель; все оставались довольны.
- С ума сойти! Мой брат – контрабандист! – не мог примириться с этой мыслью Нэрис. – Не могу поверить!
- Бывало, - признался Тэр-гао. – Но, поверь, это вовсе не главная моя деятельность.
Ответ удовлетворил и Нэриса, сразу решившего, что Тэр-гао лишь когда-то оступился, но теперь, заполучив прекрасную машину, унялся и вернулся к жизни законопослушного гражданина; и самого Тэр-гао, искренне считавшего, что контрабанда – только ничего не значащие эпизоды, самые безобидные пункты в его послужном списке.
Нельзя сказать, будто Тэр-гао совсем не мучился из-за того, что часто поступал незаконно. Но он не нашёл других способов получать достаточно серьёзные деньги. А деньги были ему очень нужны.
Не для себя – роскошный новёхонький муравей тоже был лишь необходимым средством. Несмотря на все предосторожности, иногда Тэру приходилось быстро уносить ноги. И тогда современная машина, к тому же снабжённая отличными джаммерами, защищающими от вражеских радаров, была очень кстати.
Всё началось пять лет назад. Семнадцатилетний Тэр-гао жил отдельно от своей семьи, в столице Республики. Он учился в колледже; образование в Республике стоило очень дорого, поэтому семья Браннонов и переехала в скромное поселение на окраине. Дом в центре продали, чтобы оплатить расходы. Это должно было стать хорошим вложением – преподаватели в Республике получали приличную плату. Учёба уже подходила к концу, и Тэр, снимавший пару комнат, вскоре собирался перевезти к себе родных. Но неожиданно пришло письмо от матери с плохими новостями.
На деревню напали. Мать была ранена, но собственная боль заботила её меньше всего – Ирну, сестру Тэра, увезли с собой бандиты Речного клана. Бранноны надеялись, что смогут заплатить выкуп и вернуть Ирну. Им даже удалось собрать деньги. Тэр-гао сам отправился в земли Речных. Но Ирны там уже не было – всех пленных Речные сразу перепродали Медведям. Да и сам Тэр-гао только чудом ушёл оттуда, потеряв все собранные средства. А к его возвращению домой мать была уже мертва.
Тэр остался один. Без родных и без средств к существованию. Остатки имущества продали за сущие гроши. В отличие от Нэриса, своей целью Тэр-гао выбрал не месть. Он не собирался вступать в ряды республиканских солдат, надеясь покарать Речных – такая мысль нисколько его не грела. В то, что сестра ещё жива, Тэр перестал верить через пару лет поисков, а о себе самом он беспокоился мало. Единственным, что придавало его жизни смысл, было стремление помочь тем, кого ещё можно спасти.
- Тебе, наверное, лучше поскорее попасть в Республику, а у меня здесь ещё дела, - размышлял вслух Тэр-гао. – Поедем сейчас к моему знакомому, он как раз собирался. Думаю, не откажется.
- Так ты со мной не поедешь? А куда ты?
- Я думал здесь ещё посидеть, но, раз меня ищут… . У меня дело с Птицами, я поеду к ним. Собирался через пару недель, но что-то задерживаться расхотелось.
- К Птицам? – взгляд Нэриса вспыхнул, будто юношу посетила какая-то очень занятная мысль.
Тэру этот огонёк не понравился, и он сразу спросил, что так взбудоражило Нэриса.
- Ничего, - бодро отозвался младший Браннон, но врать он совсем не умел. – Можно мне поехать с тобой?
- Ты явно что-то задумал. Лучше скажи мне сразу, не люблю гадать.
- Слушай, мне по заданию надо было распространить листовки по жителям клановых земель. Если я раздам их у Птиц, это же будет…
- Нет, - перебил Тэр-гао, и голос его прозвучал на удивление жёстко.
- Что? Да я незаметно! Я уже у Кошек и у Речных раскидал пару стопок, никто и не догадался! У Кошек раз кто-то заметил, но я уболтал, и всё отлично! Это безопасно.
- Птицы шуток шутить не будут, - твёрдо произнёс он. – Я прекрасно их знаю – там никого заболтать не получится.
- Но…
- Нет, и точка.
Тэр-гао встал с места и ушёл раскладывать койку.
***
Утром Тэр-гао старался не шуметь, но всё равно разбудил брата, когда ставил чайник. Нэрис зашевелился, потянулся, высунув руки из спального мешка, и сладко зевнул.
- Что, пора вставать?
- Раз ты уже проснулся. Доброе утро, Нэрис.
- Доброе… - прокряхтел младший Браннон, снова устроился поудобнее и чуть было не заснул обратно. Вот только Тэр не дал, спросив:
- Нэрис, ты посидишь здесь немного один? Мне надо уйти буквально на полчаса.
