– Теперь ты, наконец, готов.
При этих словах из теней стали появляться баргесты. Десятки призрачных псов стояли и ожидали приказа своей хозяйки, обводившей их задумчивым взглядом.
– Я ожидала большего, но довольно медлить. Пора нанести удар по тем, кто ещё может представлять для нас угрозу.
Лена с Ярославом шли по едва заметной между деревьев тропинке. В лесу стояла тишина, словно все существа, которые и до того не спешили показать себя, окончательно попрятались. Лишь иногда, краем глаза, можно было то тут, то там, заметить светящиеся в темноте глаза, пристально следящие за непрошеными гостями.
– Что мы будем делать, когда вернёмся? – наконец прервал тишину заклинатель.
– Ты о чём?
– Ну, я старше тебя, мы не очень хорошо знаем друг друга.
– Дурак.
– Прости, что? – наморщил лоб Ярослав.
– Почему-то мужчины всегда становятся намного глупее, чем обычно, когда речь идёт об отношениях.
Заклинатель пожал плечами.
– Это всё не имеет значения – возраст, опыт. Мы знаем друг друга гораздо лучше, чем тебе кажется. Много ли людей прошло вместе через то, что прошли мы? Честно, я не знаю, что из этого получится. Но сейчас у меня нет никого ближе тебя. Если уж не ты, то я даже не знаю, кто. Понимаешь?
Ярослав молча кивнул, затем не удержался и добавил:
– Ты права. Действительно, дурак.
Девушка рассмеялась.
– Не ты – первый, не ты – последний.
Внезапно Ярослав насторожился, услышав лёгкий шум в листве под деревьями. Здесь подлесок был густым, и в нём вполне мог скрыться человек или другое опасное существо. Заклинатель приготовился атаковать, шагнув вперёд и заслонив собой ведьму.
– А вы, значит, теперь вместе? – раздался голос со стороны, откуда Ярославу послышался шум, и через кусты, продравшись с хрустом ломаемых веток, на дорогу вылез Максим.
– С чего ты взял? – довольно холодно спросил Ярослав.
– Ну, мне так кажется, - улыбнулся тот. – Так, как говорится, совет, да любовь. Надеюсь, ваше внезапно вспыхнувшее чувство поможет нам преодолеть грядущие напасти, ибо нет на свете силы превыше силы любви!
Лена стояла с пылающим красным лицом, стараясь не смотреть в сторону толстого мага. Ярослав, напротив, смотрел ему прямо в глаза, выпрямившись, как струна, и крепко сжав зубы.
– Да ладно, я, правда, рад за вас, хотя это и не моё дело. Не надо так реагировать. Главное, чтобы это не мешало. Я вообще на свете не первый день живу, да и ты, Ярослав, тоже. Знаешь, как иногда бывает – пытаешься защитить того, кого любишь, но вместо этого делаешь только хуже и ему, и всем, кто от тебя зависит.
Лена ожидала вспышки гнева, но вместо этого Ярослав расслабился, слегка покачал головой.
– Знаю.
– Да. Рад, что вас встретил. Не самое хорошее место.
– Что ты видел? – спросил заклинатель.
Втроём они пошли вперёд по тропе, хотя Лена продолжала держаться чуть в стороне, всё ещё смущаясь из-за внезапного появления Максима и от того, что он слышал больше, чем она хотела бы ему рассказать.
– Да так, – Максим цокнул языком и посмотрел на деревья. – Встретил кое-кого.
– Мы – тоже, – кивнул Ярослав.
– О как! И кого же?
– Ив. Ну, то есть, не совсем её, одна из женщин, которых поработил дух, приняла её облик. Да, странно это всё.
Ярослав в общих словах рассказал ему, что видел после того, как попал в измерение духа.
– Странно, – согласился маг. – Я видел что-то подобное. Брата своего. И всё так же, как и у вас. Догадался, что это обманка, шарахнул его… ну, в общем, всё, как ты описал. Похоже, эта тварь лезет к нам в мозг.
Они прошагали ещё некоторое время молча, пока все трое, не сговариваясь, замерли, навострив уши.
– Вы тоже слышали? – тихо спросил Ярослав.
Максим кивнул.
– Как будто кто-то ругается, – прошептала Лена.
Ярослав указал на кусты, предлагая укрыться.
– Как бы они нас сожрать не попытались, - сказала ведьма, косясь на растительность. Воспоминание о плотоядном мхе заставило её содрогнуться. – Как хотите, но я к ним лучше не буду подходить.
– Не бойся, это просто обычные кусты. Всё будет в порядке, давай покажу, – с этими словами Максим скрылся за зеленью.
Пожав плечами, за ним последовал Ярослав. Немного поколебавшись, к ним присоединилась и Лена.
Стараясь не шуметь и не выдавать своего присутствия никаким другим образом, чародеи пробирались вперёд параллельно тропе. Звуки речи впереди становились всё слышнее. Действительно, кто-то, судя по голосу – женщина, довольно грубо отчитывала своего собеседника.
– Это ты называешь заклинанием? Вот это? Ха! Да ты издеваешься! Ты ещё надеешься стать магом? Максимум, чего ты сможешь достичь с такими результатами, это место повара в забегаловке. Котлеты жарить! Хотя, чего это я говорю-то, – голос внезапно смягчился. – Прости, конечно, я глупость сказала. Повар – это всё-таки перебор. С такими «успехами» твой максимум, – голос вновь повысился до крика, – это уборщик сортиров!
На этом аккорде тирады Ярослав выглянул из кустов. На поляне стояла невысокая дама в теле, с короткими чёрными волосами, с чёрной подводкой вокруг глаз и такого же цвета помадой. Уперев руки в бока, она стояла над неподвижно лежащим Мерсеном.
Ярослав отпрянул и взглянул на Максима округлившимися глазами.
– Что там? – нетерпеливо спросила Лена.
– Я Буревиху видел, – просипел Ярослав.
– Боже ж ты мой! – сглотнул Максим.
– Кого? – не поняла ведьма.
– Это – матушка Мерсена, – быстро объяснил Ярослав. – Ведьма была та ещё, всем от неё доставалось.
– Но больше всех – сынку её, – влез в объяснения Максим.
– А «ведьма», в данном случае, это в прямом или в переносном смысле? – нахмурилась Лена.
– Скажем так, – на миг Максим задумался, – именно из-за таких, как она, слово и стало использоваться как нарицательное. Но в целом мы с Ярославом безмерно уважаем представительниц твоей ветви.
– И куда она делась?
– А кто её знает, – зловещим шёпотом отозвался Максим. – Как-то ночью она пропала, и больше её никто не видел. Говорят, на Столбовой по ночам можно услышать тихие шаги. Если ты выглянешь в окно, ты можешь заметить фигуру в чёрном, с опущенной вуалью. Вот она медленно поворачивает к тебе голову, и её глаза…
– Да хватит уже, нашёл время! – не выдержал Ярослав. – Умерла она, сердце остановилось.
– Специально ждал кульминацию, чтобы всё испортить? – проворчал Максим.
Ему никто не ответил. Все трое выглянули из кустов. Всё это время не прекращался поток оскорблений и упрёков, обрушившийся на неподвижное тело Мерсена.
– У меня плохие подозрения, – покачал головой Ярослав. – Давайте-ка все вместе.
Они ударили сырой магической энергией, даже не сплетая заклинаний. Этого хватило, чтобы личину просто смело с невысокой крупноватой женщины, совсем не похожей, как оказалось, на покойную ведьму, наводившую шорох на всю Столбовую. Очередная жертва древнего духа мешком рухнула на траву и растаяла.
Первым к телу подбежал Ярослав. Он приложил два пальца к шее Мерсена, пытаясь нащупать пульс, но тут же качнул головой.
– Холодный уже.
Лена побледнела.
– То есть, если бы ты не появился, я тоже могла бы…
Её прервал шелест, донёсшийся с противоположной стороны тропинки, чуть дальше по ходу их движения.
– Это я! Не паникуем! – донёсся знакомый голос и из кустов появился Гораций.
Лена невольно улыбнулась, увидев его, но тут же принялась обеспокоенно спрашивать об остальных, кто вошёл с ними в измерение духа.
– Нет, никого не видел, – покачал головой Гораций. – Вы – первые, кого я здесь встретил, хотя бродил даже не знаю, сколько часов. Много.
– Итак, мы всё ещё не знаем, где Геман и Лика. Остальные, можно сказать, в сборе, – Максим с сожалением посмотрел на лежащее на земле тело.
– Что мы будем с ним делать? Не можем же мы его оставить просто так?
– Это – всего лишь проекция. Оставим её здесь. Настоящее тело осталось там, на поляне.
– Просто вот так бросим? Хоть это и проекция, но мне всё-таки не по себе немного.
– Лена, мы всё равно не сможем нести его с собой неизвестно куда. Прости, но нам придётся оставить тело.
Как бы ни были неприятны слова Максима, но Лена была вынуждена согласиться с ним, да и остальные явно придерживались того же мнения – по крайней мере, никто не возразил. Вчетвером они продолжили свой путь.
– По крайней мере, он умер не просто так, – тихо произнёс Ярослав, сжав её руку. – Знаешь, сколько людей хотели бы умереть ради какой-то цели? Но не у всех это получается.
– А знаешь, – бросила в ответ юная ведьма, – сколько людей хотели бы жить ради цели? К сожалению, такое случается ещё реже.
Ярослав просто кивнул.
– Прости, я не хотела. Грустно всё это. Мне почему-то кажется, что это – просто чья-то злая шутка, и то, что произошло, вообще случилось зазря.
– Большинство всех конфликтов можно было бы избежать. Наверное, тогда нашими героями были бы писатели, архитекторы, инженеры. Но так сложилось, что люди больше всего восхищаются героями войны. Наверное, это уже много говорит о человеческой природе. О том, что мы сами толкаем себя к уничтожению. Ведь, что ни говори, а в сухом остатке война – это массовое убийство, разрушение. А те же архитекторы – творцы, люди созидающие. Но кто может всерьёз их сравнивать?
– Вот уж ты зря так! – подал голос Гораций. – Мы же не просто воюем, мы защищаем свою землю. Конечно, во все времена профессия защитника была в почёте, их считали героями, особенно, если они отдали свои жизни. И это – правильно!
– Может быть, – кивнул Ярослав. – Но с другой стороны, посмотри вокруг. Отношение к солдатам и отношение к тем же архитекторам, прости, что я к ним привязался. Оно совершенно разное, хотя солдаты не защищали страну уже больше полувека. А инженеры, учителя, врачи улучшают нашу жизнь каждый день, затрачивая на это свою собственную. Так почему?
– Хватит уже демагогией заниматься, – проворчал Максим. – Мы так что-нибудь важное за вашей болтовнёй упустим!
Его спутники затихли, и действительно, впереди послышались звуки магической битвы – приглушённые обрывки заклинаний, треск воздуха. Обеспокоенные этим, они кинулись вперёд. Узкая лесная тропа несколько раз вильнула между деревьями, нависавшими над ней и едва не хватавшими бегущих чужаков длинными сучковатыми ветвями. Наконец, впереди промелькнул просвет, свободный от приглушённого лесного полумрака.
Первым на большую, освещённую солнцем, поляну выбежал Ярослав, почти сразу за ним – Лена. Позади слышно было громкое пыхтение не привыкшего к пробежкам Максима. Хромавший Гораций остался далеко позади.
В дальнем конце поляны стоял сплетённый из веток, корней и листвы огромный трон, над спинкой которого нависали два гигантских папоротника. Рядом возвышался огромный травяной кокон, внутри которого угадывались человеческие очертания. Из-под трона вытекал ручей, заболачивавший почву под ногами.
Но первым, что бросалось в глаза, было не это, а огромное, напоминавшее насекомое, существо с четырьмя человеческими руками и двумя конечностями, заканчивавшимися длинными изогнутыми лезвиями. Ему противостоял, уже из последних сил, Владимир Геман. Его одежда была надорвана в нескольких местах, покрыта грязью и кровью, но не было заметно, что он сильно ранен – скорее, просто очень сильно устал.
Ярослав наскоро сплёл заклинание и бросил его в чудовище, но оно даже не стало его отбивать – плетение рассыпалось, едва соприкоснувшись с его шкурой.
– Что это такое? – вырвалось у Лены.
– Это и есть дух, который мы пришли искать. Здесь он принял такую форму.
Не обращая внимания на появившихся магов, дух бросился вперёд и подмял под себя неспособного уже сопротивляться бывшего магистра теневого сообщества. Ярослав, Лена и подоспевший Максим попытались вновь атаковать его, но дух просто отмахнулся от их попыток, и им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как обессиливший старый волшебник обмяк в мощной хватке одной из рук духа.
– Я победил! – протрубило насекомое. – Вы пришли сюда, чтобы расправиться со мной, но это место теперь станет вашей вечной тюрьмой!
– Не согласна, – послышался из-за трона тихий женский голос.
Альтин видел, как упал на пол Андрей, но ничем не мог ему помочь. Тело всё ещё болело после удара о стену, и маг не удивился бы, узнав, что несколько костей сломано. Тем не менее, он сосредоточился на текущем положении дел. Магистр, быстро сплетя ещё одно заклинание, кинул его в Альтина и отступил вглубь коридора. Маг без труда отбил его и кинул в ответ энергетический сгусток, сомневаясь, тем не менее, что попадёт. Так и случилось – силовой шарик безвредно рассеялся, ударившись о стену.
«Что он творит?», - думал Альтин о Магистре, глядя, как тот опять вышел из боя. – «Не похоже, что он задумал какой-то манёвр. Выглядит, как будто он паникует и не знает, что делать».
Внезапная догадка вспыхнула в голове мага, подобно лампе.
«Да он же просто боится!»
И маг сам удивился подобной идее, на миг запнувшись, нашёптывая новое заклятие. Но всё же смог удержать дрогнувшие потоки энергии и продолжил сплетать их.
Духи, вызванные Артёмом, понемногу отступали назад, прикрывая своего шамана, не давая духам Эдуарда обойти их. Было видно, что оба противника устали. Медвежьи призраки были сильнее, но обитатели Разлома – многочисленнее, и могли позволить себе сложное маневрирование, в то время как их противники лишь отбивались, представляя собой сейчас немногим большее, чем призрачный щит для Артёма.
Альтин продолжал творить заклинание, импровизируя на ходу. Он никогда не делал ничего подобного и очень надеялся, что его идея сработает. Меж тем твари Разлома резко изменили движение, попытавшись застать духов Артёма врасплох и, обойдя их со стороны, напасть на заклинателя. Не вышло. Это, пожалуй, была самая скучная битва духов из всех, что Альтину довелось видеть в своей жизни. Оба соперника обладали равными силами, были одинаково уставшими и понимали, что сражаются до первой ошибки.
Копьё, старательно вытканное Альтином из света, было готово. Оно лежало в руках, невидимое для обычного зрения, мерцающее, переливающее перламутром. Маг залюбовался своим творением – внешне это заклинание было самым прекрасным из всех, что он когда-либо создавал. Глядя на блеск энергии, Альтин понял – оно идеально. В плетении не было ни одной ошибки, заклинание охватывало всё множество измерений. Неожиданно маг осознал, что именно он создал. Это было высшее воплощение, потолок, к которому стремились все практикующие Искусство, истинное Просветление.
В стороне послышался крик. Один лишь взгляд – и Альтин понял, что Артём всё-таки допустил ошибку и потерял контроль над своими духами. Они медленно таяли, ещё пытаясь напоследок защитить своего хозяина, к которому уже ринулись существа, пришедшие из Разлома. Артём успел создать щит, чтобы замедлить их лишь на секунду, после чего защитное заклинание со звоном разлетелось под напором бестелесных тварей.
И этой секунды хватило. Машинально, не отдавая себе отчёт, Альтин сделал лёгкое движение рукой, посылая своё копьё в цель. У Эдуарда не было возможности уклониться – он целиком сконцентрировался на управлении своими слугами. Но ему это было и не нужно – послушные его воле, два духа возникли на пути заклинания, чтобы закрыть хозяина своим телом. Теперь, когда Артём был практически повержен, Эдуард считал, что уже выиграл – против него и Магистра у Альтина не было шансов. И призрачная плоть приняла на себя удар, чтобы рассеяться и уничтожить собой его энергию.
При этих словах из теней стали появляться баргесты. Десятки призрачных псов стояли и ожидали приказа своей хозяйки, обводившей их задумчивым взглядом.
– Я ожидала большего, но довольно медлить. Пора нанести удар по тем, кто ещё может представлять для нас угрозу.
Лена с Ярославом шли по едва заметной между деревьев тропинке. В лесу стояла тишина, словно все существа, которые и до того не спешили показать себя, окончательно попрятались. Лишь иногда, краем глаза, можно было то тут, то там, заметить светящиеся в темноте глаза, пристально следящие за непрошеными гостями.
– Что мы будем делать, когда вернёмся? – наконец прервал тишину заклинатель.
– Ты о чём?
– Ну, я старше тебя, мы не очень хорошо знаем друг друга.
– Дурак.
– Прости, что? – наморщил лоб Ярослав.
– Почему-то мужчины всегда становятся намного глупее, чем обычно, когда речь идёт об отношениях.
Заклинатель пожал плечами.
– Это всё не имеет значения – возраст, опыт. Мы знаем друг друга гораздо лучше, чем тебе кажется. Много ли людей прошло вместе через то, что прошли мы? Честно, я не знаю, что из этого получится. Но сейчас у меня нет никого ближе тебя. Если уж не ты, то я даже не знаю, кто. Понимаешь?
Ярослав молча кивнул, затем не удержался и добавил:
– Ты права. Действительно, дурак.
Девушка рассмеялась.
– Не ты – первый, не ты – последний.
Внезапно Ярослав насторожился, услышав лёгкий шум в листве под деревьями. Здесь подлесок был густым, и в нём вполне мог скрыться человек или другое опасное существо. Заклинатель приготовился атаковать, шагнув вперёд и заслонив собой ведьму.
– А вы, значит, теперь вместе? – раздался голос со стороны, откуда Ярославу послышался шум, и через кусты, продравшись с хрустом ломаемых веток, на дорогу вылез Максим.
– С чего ты взял? – довольно холодно спросил Ярослав.
– Ну, мне так кажется, - улыбнулся тот. – Так, как говорится, совет, да любовь. Надеюсь, ваше внезапно вспыхнувшее чувство поможет нам преодолеть грядущие напасти, ибо нет на свете силы превыше силы любви!
Лена стояла с пылающим красным лицом, стараясь не смотреть в сторону толстого мага. Ярослав, напротив, смотрел ему прямо в глаза, выпрямившись, как струна, и крепко сжав зубы.
– Да ладно, я, правда, рад за вас, хотя это и не моё дело. Не надо так реагировать. Главное, чтобы это не мешало. Я вообще на свете не первый день живу, да и ты, Ярослав, тоже. Знаешь, как иногда бывает – пытаешься защитить того, кого любишь, но вместо этого делаешь только хуже и ему, и всем, кто от тебя зависит.
Лена ожидала вспышки гнева, но вместо этого Ярослав расслабился, слегка покачал головой.
– Знаю.
– Да. Рад, что вас встретил. Не самое хорошее место.
– Что ты видел? – спросил заклинатель.
Втроём они пошли вперёд по тропе, хотя Лена продолжала держаться чуть в стороне, всё ещё смущаясь из-за внезапного появления Максима и от того, что он слышал больше, чем она хотела бы ему рассказать.
– Да так, – Максим цокнул языком и посмотрел на деревья. – Встретил кое-кого.
– Мы – тоже, – кивнул Ярослав.
– О как! И кого же?
– Ив. Ну, то есть, не совсем её, одна из женщин, которых поработил дух, приняла её облик. Да, странно это всё.
Ярослав в общих словах рассказал ему, что видел после того, как попал в измерение духа.
– Странно, – согласился маг. – Я видел что-то подобное. Брата своего. И всё так же, как и у вас. Догадался, что это обманка, шарахнул его… ну, в общем, всё, как ты описал. Похоже, эта тварь лезет к нам в мозг.
Они прошагали ещё некоторое время молча, пока все трое, не сговариваясь, замерли, навострив уши.
– Вы тоже слышали? – тихо спросил Ярослав.
Максим кивнул.
– Как будто кто-то ругается, – прошептала Лена.
Ярослав указал на кусты, предлагая укрыться.
– Как бы они нас сожрать не попытались, - сказала ведьма, косясь на растительность. Воспоминание о плотоядном мхе заставило её содрогнуться. – Как хотите, но я к ним лучше не буду подходить.
– Не бойся, это просто обычные кусты. Всё будет в порядке, давай покажу, – с этими словами Максим скрылся за зеленью.
Пожав плечами, за ним последовал Ярослав. Немного поколебавшись, к ним присоединилась и Лена.
Стараясь не шуметь и не выдавать своего присутствия никаким другим образом, чародеи пробирались вперёд параллельно тропе. Звуки речи впереди становились всё слышнее. Действительно, кто-то, судя по голосу – женщина, довольно грубо отчитывала своего собеседника.
– Это ты называешь заклинанием? Вот это? Ха! Да ты издеваешься! Ты ещё надеешься стать магом? Максимум, чего ты сможешь достичь с такими результатами, это место повара в забегаловке. Котлеты жарить! Хотя, чего это я говорю-то, – голос внезапно смягчился. – Прости, конечно, я глупость сказала. Повар – это всё-таки перебор. С такими «успехами» твой максимум, – голос вновь повысился до крика, – это уборщик сортиров!
На этом аккорде тирады Ярослав выглянул из кустов. На поляне стояла невысокая дама в теле, с короткими чёрными волосами, с чёрной подводкой вокруг глаз и такого же цвета помадой. Уперев руки в бока, она стояла над неподвижно лежащим Мерсеном.
Ярослав отпрянул и взглянул на Максима округлившимися глазами.
– Что там? – нетерпеливо спросила Лена.
– Я Буревиху видел, – просипел Ярослав.
– Боже ж ты мой! – сглотнул Максим.
– Кого? – не поняла ведьма.
– Это – матушка Мерсена, – быстро объяснил Ярослав. – Ведьма была та ещё, всем от неё доставалось.
– Но больше всех – сынку её, – влез в объяснения Максим.
– А «ведьма», в данном случае, это в прямом или в переносном смысле? – нахмурилась Лена.
– Скажем так, – на миг Максим задумался, – именно из-за таких, как она, слово и стало использоваться как нарицательное. Но в целом мы с Ярославом безмерно уважаем представительниц твоей ветви.
– И куда она делась?
– А кто её знает, – зловещим шёпотом отозвался Максим. – Как-то ночью она пропала, и больше её никто не видел. Говорят, на Столбовой по ночам можно услышать тихие шаги. Если ты выглянешь в окно, ты можешь заметить фигуру в чёрном, с опущенной вуалью. Вот она медленно поворачивает к тебе голову, и её глаза…
– Да хватит уже, нашёл время! – не выдержал Ярослав. – Умерла она, сердце остановилось.
– Специально ждал кульминацию, чтобы всё испортить? – проворчал Максим.
Ему никто не ответил. Все трое выглянули из кустов. Всё это время не прекращался поток оскорблений и упрёков, обрушившийся на неподвижное тело Мерсена.
– У меня плохие подозрения, – покачал головой Ярослав. – Давайте-ка все вместе.
Они ударили сырой магической энергией, даже не сплетая заклинаний. Этого хватило, чтобы личину просто смело с невысокой крупноватой женщины, совсем не похожей, как оказалось, на покойную ведьму, наводившую шорох на всю Столбовую. Очередная жертва древнего духа мешком рухнула на траву и растаяла.
Первым к телу подбежал Ярослав. Он приложил два пальца к шее Мерсена, пытаясь нащупать пульс, но тут же качнул головой.
– Холодный уже.
Лена побледнела.
– То есть, если бы ты не появился, я тоже могла бы…
Её прервал шелест, донёсшийся с противоположной стороны тропинки, чуть дальше по ходу их движения.
– Это я! Не паникуем! – донёсся знакомый голос и из кустов появился Гораций.
Лена невольно улыбнулась, увидев его, но тут же принялась обеспокоенно спрашивать об остальных, кто вошёл с ними в измерение духа.
– Нет, никого не видел, – покачал головой Гораций. – Вы – первые, кого я здесь встретил, хотя бродил даже не знаю, сколько часов. Много.
– Итак, мы всё ещё не знаем, где Геман и Лика. Остальные, можно сказать, в сборе, – Максим с сожалением посмотрел на лежащее на земле тело.
– Что мы будем с ним делать? Не можем же мы его оставить просто так?
– Это – всего лишь проекция. Оставим её здесь. Настоящее тело осталось там, на поляне.
– Просто вот так бросим? Хоть это и проекция, но мне всё-таки не по себе немного.
– Лена, мы всё равно не сможем нести его с собой неизвестно куда. Прости, но нам придётся оставить тело.
Как бы ни были неприятны слова Максима, но Лена была вынуждена согласиться с ним, да и остальные явно придерживались того же мнения – по крайней мере, никто не возразил. Вчетвером они продолжили свой путь.
– По крайней мере, он умер не просто так, – тихо произнёс Ярослав, сжав её руку. – Знаешь, сколько людей хотели бы умереть ради какой-то цели? Но не у всех это получается.
– А знаешь, – бросила в ответ юная ведьма, – сколько людей хотели бы жить ради цели? К сожалению, такое случается ещё реже.
Ярослав просто кивнул.
– Прости, я не хотела. Грустно всё это. Мне почему-то кажется, что это – просто чья-то злая шутка, и то, что произошло, вообще случилось зазря.
– Большинство всех конфликтов можно было бы избежать. Наверное, тогда нашими героями были бы писатели, архитекторы, инженеры. Но так сложилось, что люди больше всего восхищаются героями войны. Наверное, это уже много говорит о человеческой природе. О том, что мы сами толкаем себя к уничтожению. Ведь, что ни говори, а в сухом остатке война – это массовое убийство, разрушение. А те же архитекторы – творцы, люди созидающие. Но кто может всерьёз их сравнивать?
– Вот уж ты зря так! – подал голос Гораций. – Мы же не просто воюем, мы защищаем свою землю. Конечно, во все времена профессия защитника была в почёте, их считали героями, особенно, если они отдали свои жизни. И это – правильно!
– Может быть, – кивнул Ярослав. – Но с другой стороны, посмотри вокруг. Отношение к солдатам и отношение к тем же архитекторам, прости, что я к ним привязался. Оно совершенно разное, хотя солдаты не защищали страну уже больше полувека. А инженеры, учителя, врачи улучшают нашу жизнь каждый день, затрачивая на это свою собственную. Так почему?
– Хватит уже демагогией заниматься, – проворчал Максим. – Мы так что-нибудь важное за вашей болтовнёй упустим!
Его спутники затихли, и действительно, впереди послышались звуки магической битвы – приглушённые обрывки заклинаний, треск воздуха. Обеспокоенные этим, они кинулись вперёд. Узкая лесная тропа несколько раз вильнула между деревьями, нависавшими над ней и едва не хватавшими бегущих чужаков длинными сучковатыми ветвями. Наконец, впереди промелькнул просвет, свободный от приглушённого лесного полумрака.
Первым на большую, освещённую солнцем, поляну выбежал Ярослав, почти сразу за ним – Лена. Позади слышно было громкое пыхтение не привыкшего к пробежкам Максима. Хромавший Гораций остался далеко позади.
В дальнем конце поляны стоял сплетённый из веток, корней и листвы огромный трон, над спинкой которого нависали два гигантских папоротника. Рядом возвышался огромный травяной кокон, внутри которого угадывались человеческие очертания. Из-под трона вытекал ручей, заболачивавший почву под ногами.
Но первым, что бросалось в глаза, было не это, а огромное, напоминавшее насекомое, существо с четырьмя человеческими руками и двумя конечностями, заканчивавшимися длинными изогнутыми лезвиями. Ему противостоял, уже из последних сил, Владимир Геман. Его одежда была надорвана в нескольких местах, покрыта грязью и кровью, но не было заметно, что он сильно ранен – скорее, просто очень сильно устал.
Ярослав наскоро сплёл заклинание и бросил его в чудовище, но оно даже не стало его отбивать – плетение рассыпалось, едва соприкоснувшись с его шкурой.
– Что это такое? – вырвалось у Лены.
– Это и есть дух, который мы пришли искать. Здесь он принял такую форму.
Не обращая внимания на появившихся магов, дух бросился вперёд и подмял под себя неспособного уже сопротивляться бывшего магистра теневого сообщества. Ярослав, Лена и подоспевший Максим попытались вновь атаковать его, но дух просто отмахнулся от их попыток, и им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как обессиливший старый волшебник обмяк в мощной хватке одной из рук духа.
– Я победил! – протрубило насекомое. – Вы пришли сюда, чтобы расправиться со мной, но это место теперь станет вашей вечной тюрьмой!
– Не согласна, – послышался из-за трона тихий женский голос.
Альтин видел, как упал на пол Андрей, но ничем не мог ему помочь. Тело всё ещё болело после удара о стену, и маг не удивился бы, узнав, что несколько костей сломано. Тем не менее, он сосредоточился на текущем положении дел. Магистр, быстро сплетя ещё одно заклинание, кинул его в Альтина и отступил вглубь коридора. Маг без труда отбил его и кинул в ответ энергетический сгусток, сомневаясь, тем не менее, что попадёт. Так и случилось – силовой шарик безвредно рассеялся, ударившись о стену.
«Что он творит?», - думал Альтин о Магистре, глядя, как тот опять вышел из боя. – «Не похоже, что он задумал какой-то манёвр. Выглядит, как будто он паникует и не знает, что делать».
Внезапная догадка вспыхнула в голове мага, подобно лампе.
«Да он же просто боится!»
И маг сам удивился подобной идее, на миг запнувшись, нашёптывая новое заклятие. Но всё же смог удержать дрогнувшие потоки энергии и продолжил сплетать их.
Духи, вызванные Артёмом, понемногу отступали назад, прикрывая своего шамана, не давая духам Эдуарда обойти их. Было видно, что оба противника устали. Медвежьи призраки были сильнее, но обитатели Разлома – многочисленнее, и могли позволить себе сложное маневрирование, в то время как их противники лишь отбивались, представляя собой сейчас немногим большее, чем призрачный щит для Артёма.
Альтин продолжал творить заклинание, импровизируя на ходу. Он никогда не делал ничего подобного и очень надеялся, что его идея сработает. Меж тем твари Разлома резко изменили движение, попытавшись застать духов Артёма врасплох и, обойдя их со стороны, напасть на заклинателя. Не вышло. Это, пожалуй, была самая скучная битва духов из всех, что Альтину довелось видеть в своей жизни. Оба соперника обладали равными силами, были одинаково уставшими и понимали, что сражаются до первой ошибки.
Копьё, старательно вытканное Альтином из света, было готово. Оно лежало в руках, невидимое для обычного зрения, мерцающее, переливающее перламутром. Маг залюбовался своим творением – внешне это заклинание было самым прекрасным из всех, что он когда-либо создавал. Глядя на блеск энергии, Альтин понял – оно идеально. В плетении не было ни одной ошибки, заклинание охватывало всё множество измерений. Неожиданно маг осознал, что именно он создал. Это было высшее воплощение, потолок, к которому стремились все практикующие Искусство, истинное Просветление.
В стороне послышался крик. Один лишь взгляд – и Альтин понял, что Артём всё-таки допустил ошибку и потерял контроль над своими духами. Они медленно таяли, ещё пытаясь напоследок защитить своего хозяина, к которому уже ринулись существа, пришедшие из Разлома. Артём успел создать щит, чтобы замедлить их лишь на секунду, после чего защитное заклинание со звоном разлетелось под напором бестелесных тварей.
И этой секунды хватило. Машинально, не отдавая себе отчёт, Альтин сделал лёгкое движение рукой, посылая своё копьё в цель. У Эдуарда не было возможности уклониться – он целиком сконцентрировался на управлении своими слугами. Но ему это было и не нужно – послушные его воле, два духа возникли на пути заклинания, чтобы закрыть хозяина своим телом. Теперь, когда Артём был практически повержен, Эдуард считал, что уже выиграл – против него и Магистра у Альтина не было шансов. И призрачная плоть приняла на себя удар, чтобы рассеяться и уничтожить собой его энергию.
