По поводу и короля, и королевы…
А также он распоряжение отдал,
Чтоб коронацию его готовить стали.
Я, грешным делом, за него порадовался.
С ней-то теперь как быть?
Прикажите остановить?..
Отелло
(жёстко)
– Теперь же слушай и запоминай как Отче наш:
Довольно нюни распускать!!!
Давай-ка, собери cейчас свои мозги в кулак.
Чтоб все распоряжения мои исполнить слово в слово.
Я знаю: ты мужик толковый.
Всех этих – в подземелье.
Пусть их на лёд положат.
Так, что ещё?..
Да, потом гонца пошли в Италию.
С письмом, к тамошнему государю.
К королю – оповестить нам надобно родню.
В письме такое изложи…
Cейчас за мыслью моей внимательно следи:
Так…сын ваш, катаясь, с лошади упал.
И под себя жену свою подмял.
Совсем некстати она гуляла рядом…
Ведь если мы,
Ни в чём не можем сами разобраться,
Что здесь произошло, как померли они...
Как сможем это объяснить другим?
А объясниться надо обязательно.
Нам ни к чему сейчас международные скандалы.
Ты изложи, чтоб всё попроще было.
Мол: сына вашего понесла кобыла…
Потом она споткнулась, вдруг,
Сын ваш вылетел с седла…
Некстати рядом тут его жена была…
Он подлетел к ней – каблуком её в висок.
Потом и сам о камень головою чьпок.
Ну, как-то так, детали уж додумай сам.
Смотри, не подведи меня!!!
Главное, чтоб выглядело всё учтиво и правдиво.
Ты уж напряги свои извилины!
Коль трупы им нужны, пусть приезжают.
Претензий никаких не принимаем.
Принц прежний тоже мёртв.
Тот, что их принимал.
Король же новоиспечённый,
Про визит их ничего не знал.
Так что некому держать ответ пред вами…
Примите соболезнования наши.
Ну, а потом, как водится,
Письмо ко мне на подпись.
Так, что Гамлета касаемо:
Готовьте принца к похоронам.
Вместе с королём,
Их похороним одним днём.
Все почести им воздадим…
Традиций наших мы не посрамим.
Я полагаю, пару дней,
Достаточно для подготовки будет.
Тянуть нам с этим делом ни к чему…
Да и трупы будут как огурчики.
Что коронации касаемо:
Теперь мы стрелки на меня переведём.
Других не вижу претендентов на престол!
Хоть был я и приёмным,
Но всё же был я сыном королю.
Он так и называл меня: «Отелло, сын мой!»
И щёку лобызал мою.
Все это видели и знают!
Судьба, она штука такая…
С коронацией тянуть не станем,
Сегодня же мы это дело справим!
А если кто-то будет сомневаться и роптать,
Того по-тихому бери на карандаш.
А опосля тот списочек ко мне.
Порядок добрый нужен нам в стране!
И вот ещё что: окна отвори.
Мне кажется, что трупы начали уже смердить.
Теперь по замку: распорядок прежний.
Пусть, как и прежде, люди трудятся прилежно.
Заметишь, вдруг, кто сплетни распускает –
Того накажем, пусть так народ и знает.
Так… я к себе.
Пришли начальников гестапо и СД ко мне:
Порядок добрый нужен нам в стране!
Поторопись, они нужны мне очень.
Нас ждут великие дела.
Да, и пусть принесут ко мне кувшин вина.
Вдруг Отелло на несколько секунд задумался, а потом продолжил:
И вот ещё что…
Ко мне сейчас такая вдруг мысля пришла:
Найди художника.
И пусть такой он сотворит плакат:
«Порядок добрый нужен нам в стране!»
Пусть в помощь он ещё возьмёт художников себе.
И от меня такой приказ им передай:
«Чтобы не смели глаз они своих смыкать,
Пока таких плакатов не напишут тысячи».
Мы Данию потом украсим ими!
На улицах, домах и площадях – на всех углах!
Повесим мы прекрасный сей плакат.
Чтоб люди знали по всей Дании,
Как мы о них заботу проявляем.
Ты обеспечь художников всем необходимым.
А под цитатой пусть поставят моё имя.
Чтоб знал народ – кто их теперь король!
Да, и манифест потом ещё такой состряпай:
Отныне в Дании должны быть…
Все, сплошь, счастливы!
Все должны быть только в добром здравии.
Все должны жить и радоваться!
А старость отменяется.
У всех должны быть мысли только позитивные.
Все должны ходить нарядными, красивыми.
Дышать народ обязан только полной грудью.
А кто собрался помирать – пред тем,
В другую пусть страну отбудет.
И вот тогда, я думаю…
И вот тогда я думаю:
Народ воспрянет духом!
А то при прежней власти,
Всё серо у нас как-то.
Надоело мне смотреть на эти рожи кислые.
Дания, народ достойны лучшей жизни!
Я думаю, что манифест мой…
Позитивно на мозги людей надавит.
И крылья наш народ тогда расправит!
И всё у нас тогда завертится, закрутится,
Запахнет розами!
Психотерапия – она вещь мощная!
Дворецкий
– А про зарплаты написать?
Ну, мол, вы их повысите… раз в пять.
А то вот в манифесте вашем,
Изложено всё как-то сложно.
Про зарплаты написать мне можно?
Ведь у нас такой народ, я его-то знаю:
Вдруг счастливым стать… без денег?
Не, не проканает.
И вот про «помирать»… уж больно как-то странно.
Кто ж его знает,
Где кого с косой старуха поджидает.
Иль как?..
Отелло
– Ну ты дебил, б…дь!
Ты утомил меня.
А я ведь на тебя надежды возлагал…
С деньгами всяк дурак счастливым может стать.
Но где же нам на всех их взять???
А если кому денег не хватает,
И где помрёт не знает,
Пусть, с…ка, манифест мой изучает,
В суть его вникает.
Я даже думаю: а не включить ли нам его,
В школьную программу?
Пусть люди с детских лет к лучшей жизни
Привыкают.
Пусть народ наш с детских лет,
К невзгодам, бедам вырабатывает иммунитет.
А?..
Дворецкий
– Отелло, сир, вы превзошли сейчас,
И Македонского и Гамлета, и короля!
Отелло
– Ну то-то же!
Так, всё!
Закончили с тобой,
Ступай.
И не забудь подать кувшин вина.
И это… что-то судорогой свело моё плечо,
Лодыжки.
Пошли за массажистками.
Сцена XCV
Отелло, оставшись наедине с собой, после того, как дворецкий отправился исполнять его поручения, опять принялся обдумывать своё нынешнее положение: свалившуюся в буквальном смысле на его голову корону. У него было такое ощущение, что у него в голове, вдруг, завёлся рой с тысячами пчёл, которые жужжа носились туда-сюда внутри его черепа. И они были очень рассерженны потому, что не могли найти выход наружу. Насекомые стукались своими тельцами о внутреннюю часть его черепа, всё пытаясь найти выход. От чего Отелло казалось, что его голова вот-вот лопнет. Лопнет от всей этой возни обезумившего роя пчёл. Лопнет от натиска мыслей.
Отелло
«Видать, придётся брать Полония в команду.
Хотя меня он никогда не жаловал.
Был я дня него вторым, а то и третьим сортом,
Игрушкой королевской чернокожей.
А вот теперь посмотрим…
Как станет стан свой жирный,
Он предо мной сгибать.
И руку мою целовать!
Во дела!
Да, без этой жабы мне не обойтись,
Хоть меня и… от него тошнит.
Но ведь и при короле французском,
Крутится какой-то Ришелье.
Я слышал краем уха: он с успехом там,
Дела решает все.
И вроде как у них – друг к другу неприязнь.
Но королю, видать, на это наплевать.
Тут главное, чтоб он справлялся
С государством.
Ну и… чтоб в казну,
Kак в свой карман, не лазил.
А если облажается Полоний,
Тогда с него, за всё, по полной спросим.
Так, решено: после обеда мы за Полонием пошлём.
Ну, а в бордель, теперь, мы больше ни ногой.
В замке много славных дам.
Теперь они мне не посмеют отказать!
Отказать королю – это крамола и измена.
Эй, лапоньки,
А ну ко мне тащите свои киски, да поскорее!
Ха…
А также он распоряжение отдал,
Чтоб коронацию его готовить стали.
Я, грешным делом, за него порадовался.
С ней-то теперь как быть?
Прикажите остановить?..
Отелло
(жёстко)
– Теперь же слушай и запоминай как Отче наш:
Довольно нюни распускать!!!
Давай-ка, собери cейчас свои мозги в кулак.
Чтоб все распоряжения мои исполнить слово в слово.
Я знаю: ты мужик толковый.
Всех этих – в подземелье.
Пусть их на лёд положат.
Так, что ещё?..
Да, потом гонца пошли в Италию.
С письмом, к тамошнему государю.
К королю – оповестить нам надобно родню.
В письме такое изложи…
Cейчас за мыслью моей внимательно следи:
Так…сын ваш, катаясь, с лошади упал.
И под себя жену свою подмял.
Совсем некстати она гуляла рядом…
Ведь если мы,
Ни в чём не можем сами разобраться,
Что здесь произошло, как померли они...
Как сможем это объяснить другим?
А объясниться надо обязательно.
Нам ни к чему сейчас международные скандалы.
Ты изложи, чтоб всё попроще было.
Мол: сына вашего понесла кобыла…
Потом она споткнулась, вдруг,
Сын ваш вылетел с седла…
Некстати рядом тут его жена была…
Он подлетел к ней – каблуком её в висок.
Потом и сам о камень головою чьпок.
Ну, как-то так, детали уж додумай сам.
Смотри, не подведи меня!!!
Главное, чтоб выглядело всё учтиво и правдиво.
Ты уж напряги свои извилины!
Коль трупы им нужны, пусть приезжают.
Претензий никаких не принимаем.
Принц прежний тоже мёртв.
Тот, что их принимал.
Король же новоиспечённый,
Про визит их ничего не знал.
Так что некому держать ответ пред вами…
Примите соболезнования наши.
Ну, а потом, как водится,
Письмо ко мне на подпись.
Так, что Гамлета касаемо:
Готовьте принца к похоронам.
Вместе с королём,
Их похороним одним днём.
Все почести им воздадим…
Традиций наших мы не посрамим.
Я полагаю, пару дней,
Достаточно для подготовки будет.
Тянуть нам с этим делом ни к чему…
Да и трупы будут как огурчики.
Что коронации касаемо:
Теперь мы стрелки на меня переведём.
Других не вижу претендентов на престол!
Хоть был я и приёмным,
Но всё же был я сыном королю.
Он так и называл меня: «Отелло, сын мой!»
И щёку лобызал мою.
Все это видели и знают!
Судьба, она штука такая…
С коронацией тянуть не станем,
Сегодня же мы это дело справим!
А если кто-то будет сомневаться и роптать,
Того по-тихому бери на карандаш.
А опосля тот списочек ко мне.
Порядок добрый нужен нам в стране!
И вот ещё что: окна отвори.
Мне кажется, что трупы начали уже смердить.
Теперь по замку: распорядок прежний.
Пусть, как и прежде, люди трудятся прилежно.
Заметишь, вдруг, кто сплетни распускает –
Того накажем, пусть так народ и знает.
Так… я к себе.
Пришли начальников гестапо и СД ко мне:
Порядок добрый нужен нам в стране!
Поторопись, они нужны мне очень.
Нас ждут великие дела.
Да, и пусть принесут ко мне кувшин вина.
Вдруг Отелло на несколько секунд задумался, а потом продолжил:
И вот ещё что…
Ко мне сейчас такая вдруг мысля пришла:
Найди художника.
И пусть такой он сотворит плакат:
«Порядок добрый нужен нам в стране!»
Пусть в помощь он ещё возьмёт художников себе.
И от меня такой приказ им передай:
«Чтобы не смели глаз они своих смыкать,
Пока таких плакатов не напишут тысячи».
Мы Данию потом украсим ими!
На улицах, домах и площадях – на всех углах!
Повесим мы прекрасный сей плакат.
Чтоб люди знали по всей Дании,
Как мы о них заботу проявляем.
Ты обеспечь художников всем необходимым.
А под цитатой пусть поставят моё имя.
Чтоб знал народ – кто их теперь король!
Да, и манифест потом ещё такой состряпай:
Отныне в Дании должны быть…
Все, сплошь, счастливы!
Все должны быть только в добром здравии.
Все должны жить и радоваться!
А старость отменяется.
У всех должны быть мысли только позитивные.
Все должны ходить нарядными, красивыми.
Дышать народ обязан только полной грудью.
А кто собрался помирать – пред тем,
В другую пусть страну отбудет.
И вот тогда, я думаю…
И вот тогда я думаю:
Народ воспрянет духом!
А то при прежней власти,
Всё серо у нас как-то.
Надоело мне смотреть на эти рожи кислые.
Дания, народ достойны лучшей жизни!
Я думаю, что манифест мой…
Позитивно на мозги людей надавит.
И крылья наш народ тогда расправит!
И всё у нас тогда завертится, закрутится,
Запахнет розами!
Психотерапия – она вещь мощная!
Дворецкий
– А про зарплаты написать?
Ну, мол, вы их повысите… раз в пять.
А то вот в манифесте вашем,
Изложено всё как-то сложно.
Про зарплаты написать мне можно?
Ведь у нас такой народ, я его-то знаю:
Вдруг счастливым стать… без денег?
Не, не проканает.
И вот про «помирать»… уж больно как-то странно.
Кто ж его знает,
Где кого с косой старуха поджидает.
Иль как?..
Отелло
– Ну ты дебил, б…дь!
Ты утомил меня.
А я ведь на тебя надежды возлагал…
С деньгами всяк дурак счастливым может стать.
Но где же нам на всех их взять???
А если кому денег не хватает,
И где помрёт не знает,
Пусть, с…ка, манифест мой изучает,
В суть его вникает.
Я даже думаю: а не включить ли нам его,
В школьную программу?
Пусть люди с детских лет к лучшей жизни
Привыкают.
Пусть народ наш с детских лет,
К невзгодам, бедам вырабатывает иммунитет.
А?..
Дворецкий
– Отелло, сир, вы превзошли сейчас,
И Македонского и Гамлета, и короля!
Отелло
– Ну то-то же!
Так, всё!
Закончили с тобой,
Ступай.
И не забудь подать кувшин вина.
И это… что-то судорогой свело моё плечо,
Лодыжки.
Пошли за массажистками.
Сцена XCV
Отелло, оставшись наедине с собой, после того, как дворецкий отправился исполнять его поручения, опять принялся обдумывать своё нынешнее положение: свалившуюся в буквальном смысле на его голову корону. У него было такое ощущение, что у него в голове, вдруг, завёлся рой с тысячами пчёл, которые жужжа носились туда-сюда внутри его черепа. И они были очень рассерженны потому, что не могли найти выход наружу. Насекомые стукались своими тельцами о внутреннюю часть его черепа, всё пытаясь найти выход. От чего Отелло казалось, что его голова вот-вот лопнет. Лопнет от всей этой возни обезумившего роя пчёл. Лопнет от натиска мыслей.
Отелло
«Видать, придётся брать Полония в команду.
Хотя меня он никогда не жаловал.
Был я дня него вторым, а то и третьим сортом,
Игрушкой королевской чернокожей.
А вот теперь посмотрим…
Как станет стан свой жирный,
Он предо мной сгибать.
И руку мою целовать!
Во дела!
Да, без этой жабы мне не обойтись,
Хоть меня и… от него тошнит.
Но ведь и при короле французском,
Крутится какой-то Ришелье.
Я слышал краем уха: он с успехом там,
Дела решает все.
И вроде как у них – друг к другу неприязнь.
Но королю, видать, на это наплевать.
Тут главное, чтоб он справлялся
С государством.
Ну и… чтоб в казну,
Kак в свой карман, не лазил.
А если облажается Полоний,
Тогда с него, за всё, по полной спросим.
Так, решено: после обеда мы за Полонием пошлём.
Ну, а в бордель, теперь, мы больше ни ногой.
В замке много славных дам.
Теперь они мне не посмеют отказать!
Отказать королю – это крамола и измена.
Эй, лапоньки,
А ну ко мне тащите свои киски, да поскорее!
Ха…
