88
Наталья приехала на работу вовремя, если, конечно, ведение хозяйства, а именно: уборку, стирку, приготовление пищи и другие обязанности, которые она выполняла по дому, можно назвать работой. Открыв дверь, она прошла в кухню, поставила сумки на пол и подумала:
«Господи, продукты таскаю сумками… Холодильник забит под завязку. Впору из подвала доставать второй. Он что, на диете? Кому же я готовлю еду? Что это за народ такой – писатели? Ну вот! Снова не ужинал. Ездил, видимо, в кафе кушать любимое блюдо – форель с картофелем. Может быть, самой научиться готовить это блюдо, чтобы он забыл дорогу в кафе? Нет. Я так не смогу. Повара в кафе – экстра-класса. Пять лет назад ездили на стажировку во Францию, в Леон. Но попытка ведь не пытка. Как-нибудь попробую…»
Наталья одела фартук и начала доставать из сумок продукты. Вдруг она услышала шум, доносившийся из подвала. Она прислушалась и опять услышала звук, похожий на то, будто в подвале кто-то упал или что-то упало.
«Мать моя женщина! Неужели снова что-то случилось с моим работодателем?»
Она быстро спустилась по ступенькам в подвальное помещение. Дверь была открыта. Она увидела Максима лежащим на полу и массирующим левое колено.
- Максим! Когда же это кончится, наконец-то? Что на этот раз? – подойдя к писателю и помогая ему встать, спросила домработница и добавила: - Вот не можете вы без приключений! Они что, вас магнитом притягивают? Подымайтесь. Осторожно. Тихо, тихо.
- Спасибо вам, Наталья. Вы, как всегда, вовремя.
- Вам на радость. Садитесь на табурет. Вот так. Больно?
- Кажется, проходит, - ответил он.
- И сколько времени вы валялись на этом полу? Извините – лежали, ожидая помощь?
- Упал. Стукнулся… В общем, не знаю.
- Сколько раз объясняла вам, просила: не ходить в этот чёртов подвал. Да и сами божились не раз. За каким чёртом спустились?..
- Шум, вернее, звук на этот раз был сильным, - продолжая массажировать колено, ответил писатель.
- Сидите и не шевелитесь. Я схожу за льдом.
Через несколько минут Наталья вернулась, держа в правой руке кусочки льда, завёрнутые в полиэтиленовый пакет. Она приложила пакет со льдом к колену писателя и спросила:
- Так хорошо?
Максим облегчённо вздохнул.
- И что? Поймали фантома?
Работодатель с досадой посмотрел на домработницу, чудом появившуюся именно в тот момент, когда он нуждался в помощи, и тихо ответил:
- Нет. Наталья, мне кажется, что временами в подвале кто-то бывает.
- Почему вы говорите шёпотом? Боитесь призраков? – пошутила она и добавила к сказанному: - Если кажется, нужно креститься. Но на вас креста-то нет. Отчего же временами?
Максим закрыл глаза. Домработница, заметив это, поинтересовалась:
- Ну что, проходит? Лёд знает, что делать.
- Вашими стараниями, - ответил Максим.
- Итак, явится этот «кто-то» из небытия, походит по подвалу и, чтобы заманить вас в подвал, начинает издавать звуки. Или как там? Создавать? И вы – в большой мышеловке.
Писатель промолчал. Он пристально смотрел на шкаф, словно в нём кто-то находился.
- Максим, а вы случайно не того?.. - шутя, спросила Наталья.
Максим усмехнулся и ответил:
- А что, уже похож?
- Ой, заманит вас этот злой дух в подвал ночью тёмной, ночью лунной и до первых петухов будет издеваться над вами… Вам нужно, на всякий случай, когда входите в подвал, иметь в кармане мелок. Как пан философ у Гоголя: упали на корточки и очертили быстро вокруг себя круг. И вы в безопасности. Если, конечно, они, злые духи, не позовут на помощь этого поганого Вия, чтобы тот (ух, мерзость какая!) взломал вашу защиту. Что вы так смотрите на меня? Вы правда в порядке?
- Вы не перестаёте удивлять меня своими импровизациями, Натали. Извините, Наталья. Хорошо у вас вышло с паном философом и, главное, к месту.
- Я много прочитала книг, пока не вышла замуж. Читала, как говорят, запоями. Стыдно сказать: даже пыталась написать парочку рассказов. Но… писательницы из меня не вышло, даже плохой.
- Вот как? Знаете, Наталья, чтобы стать, как вы сказали, «даже плохой» писательницей, нужно постараться написать хотя бы два-три романа страниц на триста - триста пятьдесят, прочитав которые, читатели скажут, закрывая с досадой книгу: «Ничего особенного. Так себе… Но работа впечатляет». Но постараться надо.
- Дело для меня – неподъёмное. Так какого чёрта вы сюда притащились? Объясните, наконец. Сгораю от любопытства. Смотрите, опухоль спадает, слава Богу.
- Спускался по лестнице в большую комнату, услышал шум…
- И сломя голову рванули в подвал. Нашли на свою голову приключение. Минуточку… Это вы выдвинули ящики комода? Позавчера я все их закрыла. Богом клянусь!
- Уверены? Я не открывал. Встал на табурет, вытянул шею и, как пацан, шлёпнулся на пол.
- Куда ж ещё? Всемирное тяготение не отменяли…
Наталья подошла к комоду, посмотрела на него и начала перебирать вещи во втором ящике. Она нащупала что-то и громко произнесла:
- Книга!
Она вытащила её из ящика и с удивлением сказала:
- Тяжёлая какая!
Удивлённая находкой она подошла к люстре и начала читать вслух:
«Магия, гадание, вызов духов и потусторонних сил». Боже мой! Вот где бесовщина!
Максим смотрел на книгу – чёрную большую книгу с золотыми буквами на обложке. «Книга, - подумал он, - без сомнения, очень ценная для тех, кто занимается подобными делами, и, наверное, очень дорогая». Она и выглядела такой.
Тем временем Наталья, пролистав книгу, проговорила вслух:
- Тысяча семьсот тридцатый год! Ну и ну! Как пить дать, ценнейший экземпляр. Раньше среди книг хозяина я её не видела.
Максим встал со стула, прошёлся по подвальному помещению и сказал:
- Ну вот, боль как рукой сняло.
- Что вы сказали?
- Дайте-ка мне книгу.
Наталья протянула книгу писателю.
- Тяжеловата, - определил он, подержав её в руке. – О-го-го! Две тысячи двести две страницы! Большой труд, ничего не скажешь. Подождите… Что тут внизу написано: «Прага, перевод с иврита на русский язык Шалома Рабиновича по приказу князя Вышинского».
Максим поднял брови от удивления и с озадаченным выражением лица сел на стул.
Домработница, заметив это, тут же поинтересовалась:
- У вас такой вид, словно вас шибануло. Книга хоть ценная?
Писатель кивнул в ответ и тихо произнёс:
- Бесценная. Сегодня выясню в Интернете, сколько она может стоить и кому, вообще, принадлежала. Бьюсь об заклад, её ищут не одно столетие. Но вот загадка: каким образом она попала в этот дом?
- Переведена в Праге. В Чехословакии что ли?
- В Чехии. В то время в Праге был центр магии. Точнее, Прага была центром магии.
- Вот бы бабе Вере дать её почитать. А? Ох, она бы…
- Карина запретила выносить книги, картины, статуэтки… из дома.
- До сих пор поражаюсь: почему хозяева оставили в доме такие ценные вещи? – в недоумении развела руками домработница.
- Будьте уверены, Наталья, за всем этим… кто-нибудь в один прекрасный день явится.
- Да, - выдохнула домработница, то и дело спасающая от всяких напастей нового жильца, правда, временного, снявшего дом, полный тайн, который обрастает с каждым годом страшными, леденящими кровь слухами и гипотезами, заставляющими посторонних людей обходить его стороной. – Надеюсь, эти «кто-нибудь» явятся или объявятся здесь без автоматов и дымовых шашек. Ваш телефон, кстати, звонит.
- Оставьте всё как есть. Вечером я ещё раз всё тут…
- Нет, нет! Шмонайте днём, когда я в доме, рядом, - закрывая дверь на замок, приказным тоном произнесла домработница и стала подниматься по лестнице вслед за писателем.
* * *
Поговорив по телефону со своим издателем, Максим вошёл в кухню.
Наталья приготовила завтрак: овсяную молочную кашу, чай и любимое печенье писателя.
Максим сел на своё место и стал завтракать. Домработница смотрела на него молча, изредка улыбаясь и потягивая из чашечки крепкий чёрный кофе.
Позавтракав и поблагодарив её, писатель всё же не выдержал и заговорил первым:
- И всё-таки, я полагаю, в подвале кто-то бывает.
- Ещё бы! Духи изучают любимую книгу, а потом в большой комнате устраивают шабаш. Вы, я вижу, так и не верите во всё это. Думаете, люди так просто обходят это чудовище стороной? Вы тут поосторожнее. Всю ночь в единственном числе… Помощи ждать не - откуда. Да и в воскресенье тоже весь день один. Может быть, в определённые часы мне вам звонить? Или вы звоните. Мне самой временами страшновато становится, когда вы на задании.
- На каком ещё задании? Это ни к чему. Меня тревожат ценные вещи. Вот они-то и могут привлечь кое-кого. И они – очень опасны.
- Вы о ком? Боже мой! Нас не уложат парочкой точных выстрелов в затылок на дорогущий ковёр, как думаете?
В это время наверху, в левом крыле дома, внезапно раздался звук.
Наталья и Максим вздрогнули. Звук раздался ещё раз. Домработница, побледнев, тихо вымолвила:
- Где ваш, как его там, травмалитический револьвер?
- Травматический пистолет, - поправил Максим испуганную шумом неизвестного происхождения Наталью. – Под диваном… Нет, под подушкой.
- Вот ещё! Нас, безоружных, могут шлёпнуть насмерть профилактики ради, а вы даже не знаете, где наш заступник. С этой минуты носите наган с собой. Всегда. Как наш полицай Игнат...
- Тихо! – Максим прислушался. Он хотел определить происхождение этого странного звука, доносящегося со второго этажа. Наталья продолжала нагнетать обстановку:
- Помните, что вам написали на компьютере? Чтобы убирались из этого дома. Что скажете?
- Этому у меня реально нет никаких объяснений. Но шум, этот шум… Может, я не закрыл ставни? Ветер. Видите? Посмотрите на деревья. Утром я был в комнате Лорны. Любовался из окна на речку, лес, вот и забыл закрыть ставни.
Наталья вздохнула и сказала:
- Беда с вами. Хорошо. Схожу проверю и, если это так, закрою их сама. Но если не вернусь через неделю, будете выплачивать моей семье большое пособие.
Максим улыбнулся, покачал головой и сказал:
- Бедствовать они не будут. Обещаю.
Домработница поднялась на второй этаж посмотреть, что там происходит. Максим налил в чашку чай и стал что-то записывать в блокнот. Исписав несколько страниц и подчеркнув некоторые слова, видимо, те, которые нужно заменить на более точные (к ним относятся обычно прилагательные), он закрыл его. Затем он встал и хотел убрать со стола посуду, но вдруг услышал душераздирающий крик Натальи.
Первое, что пришло ему в голову, - это обещание выплачивать пособие семье домработницы. Эта мысль тут же исчезла после того, как он услышал: «Максим! Где же вы? Скорее идите сюда!»
Максим преодолел лестницу, как полосу препятствия, и, оказавшись на втором этаже, остановился.
- Где вы, Наталья? В каком крыле?
- У Лорны в комнате, где же ещё?
- Вы живы?
- Что за вопрос? Разумеется, если я говорю с вами.
Максим быстро прошёл в комнату Лорны и увидел домработницу, стоявшую у окна с вытянутой вперёд рукой, как бы показывая, что там, куда она смотрит, творится что-то необъяснимое. Он подошёл к ней и повернул голову в сторону, куда был направлен взгляд Натальи, потерявшей дар речи, побледневшей то ли от страха, то ли от увиденного. Приглядевшись внимательней, писатель воскликнул:
- Не может быть! Не мо-жет!
- Вы видите её? Девочку? Господи помилуй! На ней ночная сорочка и…
- Венок на голове, - добавил удивлённый увиденным Максим.
- Она вам снится? Так ведь?
- Кто вам?.. От кого вы узнали?
- Баба Вера поведала мне. Вы же не брали с неё подписку о неразглашении… Она, кстати, попросила меня приглядывать за вами, - вздыхая, ответила Наталья. - Между прочим, Игнат тоже кое-что мне рассказал: как вы в лесу гонялись за девочкой, но я не поверила.
- О Боже! Полагаю, весь посёлок, если не всё южное побережье страны от Сочи до Новороссийска, знает о моих снах.
- Тихо… Смотрите, руки вытянула, как в вашем сне! Не ровен час, снимет венок с головы и пойдёт, как Иисус по воде. Господи помилуй!
Наталья стала внимательно всматриваться в лицо девочки, ведь она, как никто другой, знала их. Оглянувшись, она не увидела Максима.
«Опять исчез. Испугался что ли?» Она перекрестилась. В комнату вошёл Максим. Он держал в руках бинокль.
Подойдя к окну, он через бинокль начал рассматривать девочку, стоявшую на другом берегу с вытянутыми руками и венком из полевых цветов на голове. Девочка стояла на краю берега.
- Ну? Что там? Это Лорна? Живая? Чёрт побери! Я, наверное, сплю и вижу ваш сон. Нас теперь двое таких… чокнутых. Расскажи кому – на смех подымут и тут же посоветуют в довершение всего, чтобы бежала из этого дома, пока не повредилась рассудком. Сердце в пятки ушло. Упало… Мысли путаются. Сейчас пойдёт по воде – и я шлёпнусь в обморок.
- И похожа, и не похожа, - ответил Максим, не менее испуганный появлением на берегу загадочной девочки. Он смотрел через бинокль и не верил своим глазам. Думал, что это сон… «Но Наталья-то стоит рядом. Я ушиб колено… Мы пили чай…» - он потрогал колено, поднял штанину брюк и увидел покраснение…
- Вы раздеваетесь? Контроль потеряли? Дайте-ка мне эту штуку.
Максим протянул Наталье бинокль. Она взяла его и стала смотреть на другой берег реки. Вдруг она произнесла:
- Девочка отдалилась… Не разглядеть лица.
Максим всё понял и перевернул бинокль другой стороной. Домработница продолжила:
- Теперь хорошо видно. Лорна или не Лорна? Девочка, как будто, младше…
- К чему гадать? Где лодка?
- Была, десять лет назад, - ответила Наталья.
- Поплыву вплавь… То есть переплыву на тот берег и…
- Нет! Забыли, как я вас спасала? Второй раз – будет слишком… Да и не справлюсь я. Течение быстрое. Всю ночь лил дождь, вот река и поднялась.
- А в том сарае, рядом с кабинетом хозяина?
- В нём хранились электроприборы: электропилы, дрели, всякий другой инструмент и… Точно! Резиновая лодка. Да она уже наверняка пришла в негодность.
- Она из специальной резины. Пока мы тут колдуем, девочка…
- Думаете, она нам мерещится, кажется? У нас галлюцинации? Баба Вера говорила про какие-то аномальные территории или зоны. Вот, значит, какие они – эти зоны. Это нам кажется, да? Что на том берегу Лорна и она зовёт вас? Не иначе, погубить хочет вас, как панночка пана философа.
- Сам ничего не пойму. Моста здесь поблизости, разумеется, нет. Объезжать долго… Лодка – единственная возможность переплыть на тот берег. Где ключи от сарая?
Домработница не ответила, она продолжала смотреть через бинокль на девочку.
Максим повторил вопрос.
- В коробке. Уже забыли?
- Идите за мной.
Только они вышли из комнаты Лорны, которая странным образом в данный момент стояла на другом берегу реки и, казалось, ждала Максима, чтобы он приплыл к ней, как вдруг раздались пулемётные очереди, разносящие всё вокруг вдребезги.
Они упали на пол и инстинктивно закрыли руками головы.
Погром продолжался. Кто-то внизу стрелял из автомата.
- Что происходит, Максим? – громко спросила Наталья, прижимаясь к нему.
- Не знаю… Я же говорил: кто-нибудь да придёт за этими вещами. А вы думали…
Внизу послышался голос, точнее, команда: «Ложись! Фугас летит! Товарищ капитан…»
Первой всё, как всегда, поняла Наталья и, перевернувшись на спину, рассмеялась. Максим тоже понял, что снова включился телевизор.
Наталья приехала на работу вовремя, если, конечно, ведение хозяйства, а именно: уборку, стирку, приготовление пищи и другие обязанности, которые она выполняла по дому, можно назвать работой. Открыв дверь, она прошла в кухню, поставила сумки на пол и подумала:
«Господи, продукты таскаю сумками… Холодильник забит под завязку. Впору из подвала доставать второй. Он что, на диете? Кому же я готовлю еду? Что это за народ такой – писатели? Ну вот! Снова не ужинал. Ездил, видимо, в кафе кушать любимое блюдо – форель с картофелем. Может быть, самой научиться готовить это блюдо, чтобы он забыл дорогу в кафе? Нет. Я так не смогу. Повара в кафе – экстра-класса. Пять лет назад ездили на стажировку во Францию, в Леон. Но попытка ведь не пытка. Как-нибудь попробую…»
Наталья одела фартук и начала доставать из сумок продукты. Вдруг она услышала шум, доносившийся из подвала. Она прислушалась и опять услышала звук, похожий на то, будто в подвале кто-то упал или что-то упало.
«Мать моя женщина! Неужели снова что-то случилось с моим работодателем?»
Она быстро спустилась по ступенькам в подвальное помещение. Дверь была открыта. Она увидела Максима лежащим на полу и массирующим левое колено.
- Максим! Когда же это кончится, наконец-то? Что на этот раз? – подойдя к писателю и помогая ему встать, спросила домработница и добавила: - Вот не можете вы без приключений! Они что, вас магнитом притягивают? Подымайтесь. Осторожно. Тихо, тихо.
- Спасибо вам, Наталья. Вы, как всегда, вовремя.
- Вам на радость. Садитесь на табурет. Вот так. Больно?
- Кажется, проходит, - ответил он.
- И сколько времени вы валялись на этом полу? Извините – лежали, ожидая помощь?
- Упал. Стукнулся… В общем, не знаю.
- Сколько раз объясняла вам, просила: не ходить в этот чёртов подвал. Да и сами божились не раз. За каким чёртом спустились?..
- Шум, вернее, звук на этот раз был сильным, - продолжая массажировать колено, ответил писатель.
- Сидите и не шевелитесь. Я схожу за льдом.
Через несколько минут Наталья вернулась, держа в правой руке кусочки льда, завёрнутые в полиэтиленовый пакет. Она приложила пакет со льдом к колену писателя и спросила:
- Так хорошо?
Максим облегчённо вздохнул.
- И что? Поймали фантома?
Работодатель с досадой посмотрел на домработницу, чудом появившуюся именно в тот момент, когда он нуждался в помощи, и тихо ответил:
- Нет. Наталья, мне кажется, что временами в подвале кто-то бывает.
- Почему вы говорите шёпотом? Боитесь призраков? – пошутила она и добавила к сказанному: - Если кажется, нужно креститься. Но на вас креста-то нет. Отчего же временами?
Максим закрыл глаза. Домработница, заметив это, поинтересовалась:
- Ну что, проходит? Лёд знает, что делать.
- Вашими стараниями, - ответил Максим.
- Итак, явится этот «кто-то» из небытия, походит по подвалу и, чтобы заманить вас в подвал, начинает издавать звуки. Или как там? Создавать? И вы – в большой мышеловке.
Писатель промолчал. Он пристально смотрел на шкаф, словно в нём кто-то находился.
- Максим, а вы случайно не того?.. - шутя, спросила Наталья.
Максим усмехнулся и ответил:
- А что, уже похож?
- Ой, заманит вас этот злой дух в подвал ночью тёмной, ночью лунной и до первых петухов будет издеваться над вами… Вам нужно, на всякий случай, когда входите в подвал, иметь в кармане мелок. Как пан философ у Гоголя: упали на корточки и очертили быстро вокруг себя круг. И вы в безопасности. Если, конечно, они, злые духи, не позовут на помощь этого поганого Вия, чтобы тот (ух, мерзость какая!) взломал вашу защиту. Что вы так смотрите на меня? Вы правда в порядке?
- Вы не перестаёте удивлять меня своими импровизациями, Натали. Извините, Наталья. Хорошо у вас вышло с паном философом и, главное, к месту.
- Я много прочитала книг, пока не вышла замуж. Читала, как говорят, запоями. Стыдно сказать: даже пыталась написать парочку рассказов. Но… писательницы из меня не вышло, даже плохой.
- Вот как? Знаете, Наталья, чтобы стать, как вы сказали, «даже плохой» писательницей, нужно постараться написать хотя бы два-три романа страниц на триста - триста пятьдесят, прочитав которые, читатели скажут, закрывая с досадой книгу: «Ничего особенного. Так себе… Но работа впечатляет». Но постараться надо.
- Дело для меня – неподъёмное. Так какого чёрта вы сюда притащились? Объясните, наконец. Сгораю от любопытства. Смотрите, опухоль спадает, слава Богу.
- Спускался по лестнице в большую комнату, услышал шум…
- И сломя голову рванули в подвал. Нашли на свою голову приключение. Минуточку… Это вы выдвинули ящики комода? Позавчера я все их закрыла. Богом клянусь!
- Уверены? Я не открывал. Встал на табурет, вытянул шею и, как пацан, шлёпнулся на пол.
- Куда ж ещё? Всемирное тяготение не отменяли…
Наталья подошла к комоду, посмотрела на него и начала перебирать вещи во втором ящике. Она нащупала что-то и громко произнесла:
- Книга!
Она вытащила её из ящика и с удивлением сказала:
- Тяжёлая какая!
Удивлённая находкой она подошла к люстре и начала читать вслух:
«Магия, гадание, вызов духов и потусторонних сил». Боже мой! Вот где бесовщина!
Максим смотрел на книгу – чёрную большую книгу с золотыми буквами на обложке. «Книга, - подумал он, - без сомнения, очень ценная для тех, кто занимается подобными делами, и, наверное, очень дорогая». Она и выглядела такой.
Тем временем Наталья, пролистав книгу, проговорила вслух:
- Тысяча семьсот тридцатый год! Ну и ну! Как пить дать, ценнейший экземпляр. Раньше среди книг хозяина я её не видела.
Максим встал со стула, прошёлся по подвальному помещению и сказал:
- Ну вот, боль как рукой сняло.
- Что вы сказали?
- Дайте-ка мне книгу.
Наталья протянула книгу писателю.
- Тяжеловата, - определил он, подержав её в руке. – О-го-го! Две тысячи двести две страницы! Большой труд, ничего не скажешь. Подождите… Что тут внизу написано: «Прага, перевод с иврита на русский язык Шалома Рабиновича по приказу князя Вышинского».
Максим поднял брови от удивления и с озадаченным выражением лица сел на стул.
Домработница, заметив это, тут же поинтересовалась:
- У вас такой вид, словно вас шибануло. Книга хоть ценная?
Писатель кивнул в ответ и тихо произнёс:
- Бесценная. Сегодня выясню в Интернете, сколько она может стоить и кому, вообще, принадлежала. Бьюсь об заклад, её ищут не одно столетие. Но вот загадка: каким образом она попала в этот дом?
- Переведена в Праге. В Чехословакии что ли?
- В Чехии. В то время в Праге был центр магии. Точнее, Прага была центром магии.
- Вот бы бабе Вере дать её почитать. А? Ох, она бы…
- Карина запретила выносить книги, картины, статуэтки… из дома.
- До сих пор поражаюсь: почему хозяева оставили в доме такие ценные вещи? – в недоумении развела руками домработница.
- Будьте уверены, Наталья, за всем этим… кто-нибудь в один прекрасный день явится.
- Да, - выдохнула домработница, то и дело спасающая от всяких напастей нового жильца, правда, временного, снявшего дом, полный тайн, который обрастает с каждым годом страшными, леденящими кровь слухами и гипотезами, заставляющими посторонних людей обходить его стороной. – Надеюсь, эти «кто-нибудь» явятся или объявятся здесь без автоматов и дымовых шашек. Ваш телефон, кстати, звонит.
- Оставьте всё как есть. Вечером я ещё раз всё тут…
- Нет, нет! Шмонайте днём, когда я в доме, рядом, - закрывая дверь на замок, приказным тоном произнесла домработница и стала подниматься по лестнице вслед за писателем.
* * *
Поговорив по телефону со своим издателем, Максим вошёл в кухню.
Наталья приготовила завтрак: овсяную молочную кашу, чай и любимое печенье писателя.
Максим сел на своё место и стал завтракать. Домработница смотрела на него молча, изредка улыбаясь и потягивая из чашечки крепкий чёрный кофе.
Позавтракав и поблагодарив её, писатель всё же не выдержал и заговорил первым:
- И всё-таки, я полагаю, в подвале кто-то бывает.
- Ещё бы! Духи изучают любимую книгу, а потом в большой комнате устраивают шабаш. Вы, я вижу, так и не верите во всё это. Думаете, люди так просто обходят это чудовище стороной? Вы тут поосторожнее. Всю ночь в единственном числе… Помощи ждать не - откуда. Да и в воскресенье тоже весь день один. Может быть, в определённые часы мне вам звонить? Или вы звоните. Мне самой временами страшновато становится, когда вы на задании.
- На каком ещё задании? Это ни к чему. Меня тревожат ценные вещи. Вот они-то и могут привлечь кое-кого. И они – очень опасны.
- Вы о ком? Боже мой! Нас не уложат парочкой точных выстрелов в затылок на дорогущий ковёр, как думаете?
В это время наверху, в левом крыле дома, внезапно раздался звук.
Наталья и Максим вздрогнули. Звук раздался ещё раз. Домработница, побледнев, тихо вымолвила:
- Где ваш, как его там, травмалитический револьвер?
- Травматический пистолет, - поправил Максим испуганную шумом неизвестного происхождения Наталью. – Под диваном… Нет, под подушкой.
- Вот ещё! Нас, безоружных, могут шлёпнуть насмерть профилактики ради, а вы даже не знаете, где наш заступник. С этой минуты носите наган с собой. Всегда. Как наш полицай Игнат...
- Тихо! – Максим прислушался. Он хотел определить происхождение этого странного звука, доносящегося со второго этажа. Наталья продолжала нагнетать обстановку:
- Помните, что вам написали на компьютере? Чтобы убирались из этого дома. Что скажете?
- Этому у меня реально нет никаких объяснений. Но шум, этот шум… Может, я не закрыл ставни? Ветер. Видите? Посмотрите на деревья. Утром я был в комнате Лорны. Любовался из окна на речку, лес, вот и забыл закрыть ставни.
Наталья вздохнула и сказала:
- Беда с вами. Хорошо. Схожу проверю и, если это так, закрою их сама. Но если не вернусь через неделю, будете выплачивать моей семье большое пособие.
Максим улыбнулся, покачал головой и сказал:
- Бедствовать они не будут. Обещаю.
Домработница поднялась на второй этаж посмотреть, что там происходит. Максим налил в чашку чай и стал что-то записывать в блокнот. Исписав несколько страниц и подчеркнув некоторые слова, видимо, те, которые нужно заменить на более точные (к ним относятся обычно прилагательные), он закрыл его. Затем он встал и хотел убрать со стола посуду, но вдруг услышал душераздирающий крик Натальи.
Первое, что пришло ему в голову, - это обещание выплачивать пособие семье домработницы. Эта мысль тут же исчезла после того, как он услышал: «Максим! Где же вы? Скорее идите сюда!»
Максим преодолел лестницу, как полосу препятствия, и, оказавшись на втором этаже, остановился.
- Где вы, Наталья? В каком крыле?
- У Лорны в комнате, где же ещё?
- Вы живы?
- Что за вопрос? Разумеется, если я говорю с вами.
Максим быстро прошёл в комнату Лорны и увидел домработницу, стоявшую у окна с вытянутой вперёд рукой, как бы показывая, что там, куда она смотрит, творится что-то необъяснимое. Он подошёл к ней и повернул голову в сторону, куда был направлен взгляд Натальи, потерявшей дар речи, побледневшей то ли от страха, то ли от увиденного. Приглядевшись внимательней, писатель воскликнул:
- Не может быть! Не мо-жет!
- Вы видите её? Девочку? Господи помилуй! На ней ночная сорочка и…
- Венок на голове, - добавил удивлённый увиденным Максим.
- Она вам снится? Так ведь?
- Кто вам?.. От кого вы узнали?
- Баба Вера поведала мне. Вы же не брали с неё подписку о неразглашении… Она, кстати, попросила меня приглядывать за вами, - вздыхая, ответила Наталья. - Между прочим, Игнат тоже кое-что мне рассказал: как вы в лесу гонялись за девочкой, но я не поверила.
- О Боже! Полагаю, весь посёлок, если не всё южное побережье страны от Сочи до Новороссийска, знает о моих снах.
- Тихо… Смотрите, руки вытянула, как в вашем сне! Не ровен час, снимет венок с головы и пойдёт, как Иисус по воде. Господи помилуй!
Наталья стала внимательно всматриваться в лицо девочки, ведь она, как никто другой, знала их. Оглянувшись, она не увидела Максима.
«Опять исчез. Испугался что ли?» Она перекрестилась. В комнату вошёл Максим. Он держал в руках бинокль.
Подойдя к окну, он через бинокль начал рассматривать девочку, стоявшую на другом берегу с вытянутыми руками и венком из полевых цветов на голове. Девочка стояла на краю берега.
- Ну? Что там? Это Лорна? Живая? Чёрт побери! Я, наверное, сплю и вижу ваш сон. Нас теперь двое таких… чокнутых. Расскажи кому – на смех подымут и тут же посоветуют в довершение всего, чтобы бежала из этого дома, пока не повредилась рассудком. Сердце в пятки ушло. Упало… Мысли путаются. Сейчас пойдёт по воде – и я шлёпнусь в обморок.
- И похожа, и не похожа, - ответил Максим, не менее испуганный появлением на берегу загадочной девочки. Он смотрел через бинокль и не верил своим глазам. Думал, что это сон… «Но Наталья-то стоит рядом. Я ушиб колено… Мы пили чай…» - он потрогал колено, поднял штанину брюк и увидел покраснение…
- Вы раздеваетесь? Контроль потеряли? Дайте-ка мне эту штуку.
Максим протянул Наталье бинокль. Она взяла его и стала смотреть на другой берег реки. Вдруг она произнесла:
- Девочка отдалилась… Не разглядеть лица.
Максим всё понял и перевернул бинокль другой стороной. Домработница продолжила:
- Теперь хорошо видно. Лорна или не Лорна? Девочка, как будто, младше…
- К чему гадать? Где лодка?
- Была, десять лет назад, - ответила Наталья.
- Поплыву вплавь… То есть переплыву на тот берег и…
- Нет! Забыли, как я вас спасала? Второй раз – будет слишком… Да и не справлюсь я. Течение быстрое. Всю ночь лил дождь, вот река и поднялась.
- А в том сарае, рядом с кабинетом хозяина?
- В нём хранились электроприборы: электропилы, дрели, всякий другой инструмент и… Точно! Резиновая лодка. Да она уже наверняка пришла в негодность.
- Она из специальной резины. Пока мы тут колдуем, девочка…
- Думаете, она нам мерещится, кажется? У нас галлюцинации? Баба Вера говорила про какие-то аномальные территории или зоны. Вот, значит, какие они – эти зоны. Это нам кажется, да? Что на том берегу Лорна и она зовёт вас? Не иначе, погубить хочет вас, как панночка пана философа.
- Сам ничего не пойму. Моста здесь поблизости, разумеется, нет. Объезжать долго… Лодка – единственная возможность переплыть на тот берег. Где ключи от сарая?
Домработница не ответила, она продолжала смотреть через бинокль на девочку.
Максим повторил вопрос.
- В коробке. Уже забыли?
- Идите за мной.
Только они вышли из комнаты Лорны, которая странным образом в данный момент стояла на другом берегу реки и, казалось, ждала Максима, чтобы он приплыл к ней, как вдруг раздались пулемётные очереди, разносящие всё вокруг вдребезги.
Они упали на пол и инстинктивно закрыли руками головы.
Погром продолжался. Кто-то внизу стрелял из автомата.
- Что происходит, Максим? – громко спросила Наталья, прижимаясь к нему.
- Не знаю… Я же говорил: кто-нибудь да придёт за этими вещами. А вы думали…
Внизу послышался голос, точнее, команда: «Ложись! Фугас летит! Товарищ капитан…»
Первой всё, как всегда, поняла Наталья и, перевернувшись на спину, рассмеялась. Максим тоже понял, что снова включился телевизор.
