- А мы пописать захотели… - боднула его упрямым взглядом средняя.
- Все?.. И сразу? – Едко осведомился брат.
- Нет. Лиська. Но она же не знала, куда идти, и мы пошли с ней – вдлуг заблудится… - рассудительно ответила та же девочка, не проговаривая звук «р».
- А инструменты вы где взяли?.. – почти простонал Марек.
- Да в ящиках же! В столе были!.. – это уже старшая объяснила непонятливому братцу.
На этом я решила, что процесс дознания можно прервать, так как основные пункты выяснены.
- Доброе утро! – я обвела взглядом вздрогнувшую аудиторию. – Как вам всем спалось?
Вместо разом присмиревших девчушек и приободрившегося Марека мне ответила высунувшаяся из-за печки Дия:
- Ой, леди Диамантис, доброе утро! Хорошо спалось, только… - она покосилась на сестрёнок Марека и вздохнула: - Я не углядела за некоторыми… столярных дел мастерами…
- Скорее, мастерицами… - хмыкнул рядом со мной виконт. – Для чего хоть разобрали?..
- Так гроб делать много досок понадобится, - посмотрела на него ясным взглядом старшая девочка. – Папа же умер, так?..
Я впервые порадовалась, что виконт рядом и меня поддерживает. А он дёрнулся и сдавленно прошептал короткое ругательство – из чего я сделала вывод, что скорбную новость сообщил не он. Тогда кто? Марек или Дия? Но и они недоумённо переглянулись – у Марека даже лицо вытянулось, а взгляд сделался несчастным, как у побитой собаки. Ещё интереснее.
И вдруг, как вспышка – воспоминание: на полу кухни в доме Марека валяется в беспамятстве получивший отпор домашний тиран, а тоненький детский голосок почти спокойно спрашивает: «Он умер?» - а я отвечаю: «Нет»…
Я взглянула на старшую из девочек – и встретила запредельно спокойный взгляд мудрого и древнего существа. Не отдавая себе отчёта в своих действиях, подошла, сняв свою руку с крепкого предплечья виконта, и спросила:
- В поместье жить поедете? Большое. С лесом и озером?
- Да... – ответили мне все четверо.
- К-ха!.. – откашлялся виконт. – Я, конечно, понимаю и уважаю вашу заботу о достойных похоронах отца, но, думаю, мы сможем позаботиться об этом, юные барышни…
- Хорошо, - послушно склонила голову старшая, и они молчаливо, друг за дружкой, вышли из кухни.
Лицо Марека ещё больше вытянулось, когда он неверяще взглянул на мужчину:
- Милорд, они вас послушались…
Пока я помогала Дие управляться с печью и варевом на плите, Марек, сглатывая слюну от поплывшего по всей кухне аромата молочной каши, рассказал удивительные вещи. Оказывается, его тихие и неизбалованные сестрёнки были самыми упрямыми в их семье и не боялись даже своего пьяного отца.
- Они кричат и скандалят очень редко, но делают то, что считают нужным. Мамка… - он судорожно сглотнул, но продолжил: - с ними не спорила. Дома, сытые – и ладно…
- Как их звать?.. – мне было неловко задавать этот вопрос, но раньше необходимость знать имена девочек не возникала…
- Эйстрис, Иннисая, Кайтрис, Аллисия, но они все отзываются на Аську, а младшая – ещё и на Лиську…
На мгновение мне стало трудно дышать.
- Как?.. И… почему Аська?..
- Они сначала плохо могли выговаривать свои имена, и у каждой получалось что-то, похожее на «Эську», вот и осталось… - мальчик от растерянности даже свёрток от щеки убрал, и стало заметно, что на фоне длинной царапины на скуле наливается полновесный синяк.
- Больно?.. – сразу же спросила Дия. И предложила: - Давай полечу…
- Да пройдёт… - Марек поморщился и размотал полотенце – в нём был завёрнут кусок мороженого фарша, уже значительно подтаявший.
Дия с сомнением оглядела «украшение» лица друга, но промолчала, только глазами повела. Умница. Я поймала взгляд виконта, направленный на двоих подростков, и прочитала в нём примерно те же мысли – девочка сделает по-своему, но когда нас рядом не будет…
Я поставила на стол плетёнку с ломтями пышного хлеба и направилась за ложками и тарелками, а Мареку велела:
- Иди, зови работниц кашу есть!.. Проголодались наверное, целое утро в трудах!.. – Дия при этом тихо фыркнула.
Марек резво развернулся и бросился к выходу из кухни. Но у двери остановился:
- Леди, вы не будете ругаться?..
- Марек, кого ругать и зачем? – я пожала плечами. – Хорошо ещё, что ничего тяжёлого на детей не упало…
Поизучав меня с минуту, он кивнул и побежал в комнату Дии.
- А я об этом и не подумал… - озадаченно проговорил виконт, подставляя к столу ещё пару табуретов.
- О чём? – я расставила тарелки и пошла за чугунком с кашей, предварительно положив на стол подставку для него.
- О возможных травмах… - он покачал головой. – А должен был, когда предполагаемые стройматериалы в холле укладывал.
- Так это вы… - настал мой черёд кивать. – Я решила, что дети…
- Марек тоже помогал. – Виконт чуть слышно хмыкнул. – Пока не догадался одну из сестрёнок разоружить. Грозные барышни… - он улыбнулся.
А через несколько минут три грозных барышни – тихие и умытые – рассаживались на табуреты. А младшую Марек усадил на колени. Дия разложила в горячую кашу по шарику сливочного масла, и мы приступили к завтраку.
Мы с девочками ещё допивали горячий чай, медленно цедя маленькими глоточками, когда из холла послышался мелодичный перезвон. Дия, убиравшая посуду со стола, отложила стопку тарелок, но виконт, допивший свой чай раньше, сделав ей знак, не торопясь, поднялся.
- Спасибо, леди, за вкусный завтрак. – Он наклонил голову. – Я проверю, кто там пожаловал.
Вернулся быстро – вместе с пожаловавшей Магдой. Женщина выглядела озабоченной, но улыбнулась мне широко и радостно:
- Доброе утро, Диа!.. – Перевела взгляд на детей: - И вам всем доброе утро. Вы уже позавтракали?
Девчушки с несмелыми улыбками пискнули что-то согласное и быстро исчезли, а Дия поспешно принесла тарелку:
- Госпожа Магда, а вы завтракать будете?
- Буду, - она хитро покосилась на меня: - Обязательно!
- Леди, на пару минут, - виконт посмотрел на кружку в моей руке. – Пожалуйста.
Я кивнула, отставила кружку, оперлась на предложенную руку и поднялась. В холле, куда он привёл меня, осматривались несколько служащих Тайного отдела. При моём появлении они поклонились, здороваясь, и устремили на меня заинтересованные взгляды.
- Леди, - виконт привлёк моё внимание. – Мои коллеги прибыли по распоряжению Ангарта, оставленному ещё с вечера, - в его глазах заплясали ехидные смешинки, - для осмотра вашего чулана и его странного содержимого. Но ваша подруга вчера выразила мнение, что всё обнаруженное проще перевезти в подвалы нашей службы в упакованном виде. А вы как считаете?
Зная, что Тари без необходимости высказываться не будет, я как можно нейтральнее проговорила:
- Я думаю, что нужно действовать, исходя из безопасности проживающих под этой крышей – а у меня здесь со вчерашнего вечера четверо маленьких детей и двое любопытных подростков…
- А дети у вас, леди, непростые, как я погляжу… - прокомментировал пожилой служащий.
- Вот именно, Брайн, - кивнул ему виконт.
- Всё ясно, леди, - ещё один немолодой служащий улыбнулся мне. – Сейчас всё осмотрим, рассортируем, а затем начнём погрузку. А вот это всё, - он обвёл рукой упорядоченный бардак, - куда?
- Куда сочтёте нужным, туда и девайте!.. – мне совсем не хотелось запинаться об эти останки мебели и вспоминать каждый раз, для чего их предназначали сестрёнки Марека.
- Тогда вначале освободим ваш холл, а после посмотрим, что так не понравилось шефу…
Виконт остался руководить организованной суетой, а я вернулась в кухню, где за столом сидела Магда и задумчиво доскребала остатки каши из тарелки. Дии и Марека не было видно.
- Тебе ещё положить? – женщина настолько не походила на себя обычную, что я забеспокоилась. – У вас всё в порядке?
- В полном! – решительно заявила она, со звоном опустив ложку в тарелку. – Просто некоторые привыкли тянуть в рот всякую гадость, а теперь маются…
Сообразив, кто эти «некоторые», я подавила смешок и спросила:
- Ему очень плохо?
- Угу… С подушкой на горшке сидеть неудобно!.. – мстительно фыркнула Магда и поднялась. – Прочухается. Атарини мне вчера зелье дала, но предупредила, что его можно использовать спустя двенадцать часов после приёма токсического вещества. Вот я выждала время, сунула страдальцу флакон и воду, вызвала карету из отдела, собралась и приехала…
Проследив за её перемещением к мойке, я подумала, что от умирающего мужа она точно никуда бы не уехала. Скорее всего, ночью, несмотря на усталость, оказала любителю алкогольных напитков возможную помощь, а утром, разобравшись в ситуации, объяснила, что думает по этому поводу – после того, как выдала зелье, разумеется…
- Что там было? – наполнив свою и мою кружки, Магда с удовольствием отхлебнула чая.
- Надо у Тари поинтересоваться. – Я быстро сообразила, к чему относился вопрос. – Она для улучшения эффекта что-то добавила в нейтрализатор, а эльфийское вино этот эффект…
- …увеличило! – закончила мою мысль Магда. – Молодец, Атарини! А лордам вперёд наука, чтобы думали…
Я не успела выразить своё согласие с её мнением – появился виконт и сообщил:
- Леди, примерно через полчаса прибудет карета, чтобы доставить нас в особняк. Вы успеете собраться?
Я отпила ещё чая и, держа паузу, посмотрела на насторожившуюся Магду. Она мой взгляд расценила по-своему:
- Поезжай, Диа, мы здесь справимся. Только аккуратнее там, одна не лезь…
- Хорошо, - кивнула я, отвечая сразу обоим. – Чай допью и пойду собираться.
- Милорд, вы бы тоже чая хлебнули, - Магда взялась за чайник. – Сколько проездите…
- Ваша правда, - улыбнулся он, усаживаясь на табурет.
Я же, опустошив свою кружку, побежала наверх, мимоходом отметив, что в холле стало просторнее.
Теплая одежда у меня была наготове. Подумав, я решила одеться попроще – мало ли, что там придётся открывать и сколько пыли могло накопиться. Платье, чулки, ботинки, под пальто тёплую длинную накидку без рукавов – она многослойная и хорошо сохраняет тепло. И на голову – старенький капор. Когда заматывала сверху длинный шарф, чтобы закрыть шею, в гардеробной появился Райз.
- Собираешься, девочка?.. – от неулыбчивого пристального взгляда я ощутила на краю сознания вчерашнюю тревогу. – Держи.
В мою ладонь легла странная продолговатая вещица. Но разглядеть не получилось – король настоятельно посоветовал:
- Положи ближе к телу. Пригодится. – Проследил, как я расстегнула пальто и убрала её в карман накидки. – Не отходи от мужа. И забери завещание. Запомнила?
- Да. – Попробуй, не запомни под таким инквизиторским взглядом!
- А теперь иди и ни о чём не волнуйся – здесь мы присмотрим. – Он притянул меня к себе, коротко прижался сухими губами к моему лбу и отпустил, разворачивая к двери. И вовремя – в неё уже стучали.
Я распахнула дверь – виконт в форменном сюртуке с перекинутым через руку меховым плащом хмурился в ожидании. При виде меня его лицо просветлело, а в глазах собрались смешинки:
- Маскируетесь, леди?
- В каком смысле? – я остановилась, пытаясь понять вопрос.
- Вы удивительно скромны, леди – во всём, что касается одежды и привычек. – Он окинул меня неторопливым взглядом. – И я это подчёркиваю не для того, чтобы вас обидеть – просто временами начинаю чувствовать себя разряженным павлином… - с ироничной усмешкой – явно в свой адрес – павлин предложил мне своё предплечье.
На мой взгляд, ничего павлиньего в его сизовато-серой одежде не было – но память живо подсунула первое впечатление, когда я сама для себя обозвала позднего и нежданного визитёра жар-птицем. Неужели он уловил это определение в том моём паническом настрое? Самое странное – отметила, прислушавшись к своим ощущениям – сейчас я чувствовала рядом с ним только спокойную уверенность, происходящую от тёплого участия…
В холле один из сослуживцев отозвал виконта, и он, извинившись, скрылся в нашем загадочном чулане. Я подавила минутную досаду на себя – за то, что не вспомнила с утра о непонятных находках, сделанных там накануне, и не поинтересовалась ими. А теперь – и времени нет, и вряд ли меня туда пустят… Вздохнула и, повинуясь внезапному импульсу, решила выйти через боковую дверь в сад.
В кухне Магда что-то тихо объясняла сосредоточенно слушавшему Мареку – я помахала им рукой и выбралась на морозный, но пахнущий спелыми яблоками воздух. Морозец был не сильный, но небольшой слой снега под ногами уже по-зимнему поскрипывал.
Я огляделась. В светлеющих сумерках сад просматривался до самого берега Шумки. Забора с той стороны у нас не было, потому что по высокому обрыву из бурлящей речки смог бы подняться наверх разве что какой-нибудь обладатель щупалец с мощными присосками, к тому же умеющий лавировать среди камней. Своенравная, с большим количеством перекатов, имеющая извилистое русло, опасная речка даже в самый жаркий день не могла привлечь любителей купания, а рыбаки предпочитали более мелкие, но спокойные речушки и ручейки, впадавшие в Шумку. Серьёзные рыбачьи артели промышляли в водах Ойзы и её притоков с другой стороны – на берегу широкой судоходной реки, неподалёку от порта, издавна стоял рыбачий посёлок, где проживали только потомственные промысловики со своими семьями; не-рыбаков в том посёлке не было, а жители знали друг друга с малолетства.
Я прошла по хрусткому покрову до калитки – уже можно было разглядеть несколько цепочек следов, оставленных Мареком, позаботившимся о своих животных. Вот тоже забота – их куда девать, если Кати задержится у целителей или последствия травм будут достаточно серьёзными? Да и ребёнка она наверняка не сможет выносить, если уже не потеряла… Я усилием воли отогнала грустные мысли, подтолкнувшие к неприятным воспоминаниям – хорошая тема для размышлений, особенно если учесть, куда мы собрались…
Я ещё раз огляделась и, не увидев ни кареты, ни виконта, прошла по улице к дому Марека. Наша окраинная улочка, лет сто назад плотно заставленная домами, сейчас выглядела, как облезлый хвост старого боевого кота – здесь залысина, там и вовсе выдран клок волос вместе с кожей, а вместо него – уродливый шрам… Пустые участки – как со стороны нашего сада – или просто брошенные дома, и хорошо, если хозяева раз в год вспоминают о их существовании. Улицы, идущие параллельно нашей, были гораздо плотнее застроены и намного более оживлёнными. Поэтому к дому с непривычно тёмными окнами я не торопилась, а затем остановилась – что-то мешало. И ощущение неприятного взгляда в спину не добавляло желания любоваться окрестностями.
Я развернулась к своему коттеджу – и потрясённо выдохнула. После того, как только что, в саду, мысленно представляя расположение рек, города и порта, и место своего дома по отношению к ним, сейчас сообразила: с небольшой погрешностью от порта до дома Марека – через мой коттедж и соседний, где недавно Тайному отделу пришлось повоевать и откуда появилась нынешняя Ганькина нянька – можно было провести прямую линию…
Замерев и осмысливая своё открытие, я настолько задумалась о его важности и последствиях, что очнулась, лишь когда встревоженный голос виконта пробился в сознание:
- Леди, с вами всё в порядке?! – а его руки уже стиснули мои дрожащие ладони.
- Вот, - высвободив одну руку, я смогла вяло взмахнуть в сторону дома.
- Леди, что?! – он обеспокоенно повернулся и тоже замахал – а через минуту, обдав паром разогретых лошадиных боков, рядом остановилась неприметная карета.
- Все?.. И сразу? – Едко осведомился брат.
- Нет. Лиська. Но она же не знала, куда идти, и мы пошли с ней – вдлуг заблудится… - рассудительно ответила та же девочка, не проговаривая звук «р».
- А инструменты вы где взяли?.. – почти простонал Марек.
- Да в ящиках же! В столе были!.. – это уже старшая объяснила непонятливому братцу.
На этом я решила, что процесс дознания можно прервать, так как основные пункты выяснены.
- Доброе утро! – я обвела взглядом вздрогнувшую аудиторию. – Как вам всем спалось?
Вместо разом присмиревших девчушек и приободрившегося Марека мне ответила высунувшаяся из-за печки Дия:
- Ой, леди Диамантис, доброе утро! Хорошо спалось, только… - она покосилась на сестрёнок Марека и вздохнула: - Я не углядела за некоторыми… столярных дел мастерами…
- Скорее, мастерицами… - хмыкнул рядом со мной виконт. – Для чего хоть разобрали?..
- Так гроб делать много досок понадобится, - посмотрела на него ясным взглядом старшая девочка. – Папа же умер, так?..
Я впервые порадовалась, что виконт рядом и меня поддерживает. А он дёрнулся и сдавленно прошептал короткое ругательство – из чего я сделала вывод, что скорбную новость сообщил не он. Тогда кто? Марек или Дия? Но и они недоумённо переглянулись – у Марека даже лицо вытянулось, а взгляд сделался несчастным, как у побитой собаки. Ещё интереснее.
И вдруг, как вспышка – воспоминание: на полу кухни в доме Марека валяется в беспамятстве получивший отпор домашний тиран, а тоненький детский голосок почти спокойно спрашивает: «Он умер?» - а я отвечаю: «Нет»…
Я взглянула на старшую из девочек – и встретила запредельно спокойный взгляд мудрого и древнего существа. Не отдавая себе отчёта в своих действиях, подошла, сняв свою руку с крепкого предплечья виконта, и спросила:
- В поместье жить поедете? Большое. С лесом и озером?
- Да... – ответили мне все четверо.
- К-ха!.. – откашлялся виконт. – Я, конечно, понимаю и уважаю вашу заботу о достойных похоронах отца, но, думаю, мы сможем позаботиться об этом, юные барышни…
- Хорошо, - послушно склонила голову старшая, и они молчаливо, друг за дружкой, вышли из кухни.
Лицо Марека ещё больше вытянулось, когда он неверяще взглянул на мужчину:
- Милорд, они вас послушались…
Пока я помогала Дие управляться с печью и варевом на плите, Марек, сглатывая слюну от поплывшего по всей кухне аромата молочной каши, рассказал удивительные вещи. Оказывается, его тихие и неизбалованные сестрёнки были самыми упрямыми в их семье и не боялись даже своего пьяного отца.
- Они кричат и скандалят очень редко, но делают то, что считают нужным. Мамка… - он судорожно сглотнул, но продолжил: - с ними не спорила. Дома, сытые – и ладно…
- Как их звать?.. – мне было неловко задавать этот вопрос, но раньше необходимость знать имена девочек не возникала…
- Эйстрис, Иннисая, Кайтрис, Аллисия, но они все отзываются на Аську, а младшая – ещё и на Лиську…
На мгновение мне стало трудно дышать.
- Как?.. И… почему Аська?..
- Они сначала плохо могли выговаривать свои имена, и у каждой получалось что-то, похожее на «Эську», вот и осталось… - мальчик от растерянности даже свёрток от щеки убрал, и стало заметно, что на фоне длинной царапины на скуле наливается полновесный синяк.
- Больно?.. – сразу же спросила Дия. И предложила: - Давай полечу…
- Да пройдёт… - Марек поморщился и размотал полотенце – в нём был завёрнут кусок мороженого фарша, уже значительно подтаявший.
Дия с сомнением оглядела «украшение» лица друга, но промолчала, только глазами повела. Умница. Я поймала взгляд виконта, направленный на двоих подростков, и прочитала в нём примерно те же мысли – девочка сделает по-своему, но когда нас рядом не будет…
Я поставила на стол плетёнку с ломтями пышного хлеба и направилась за ложками и тарелками, а Мареку велела:
- Иди, зови работниц кашу есть!.. Проголодались наверное, целое утро в трудах!.. – Дия при этом тихо фыркнула.
Марек резво развернулся и бросился к выходу из кухни. Но у двери остановился:
- Леди, вы не будете ругаться?..
- Марек, кого ругать и зачем? – я пожала плечами. – Хорошо ещё, что ничего тяжёлого на детей не упало…
Поизучав меня с минуту, он кивнул и побежал в комнату Дии.
- А я об этом и не подумал… - озадаченно проговорил виконт, подставляя к столу ещё пару табуретов.
- О чём? – я расставила тарелки и пошла за чугунком с кашей, предварительно положив на стол подставку для него.
- О возможных травмах… - он покачал головой. – А должен был, когда предполагаемые стройматериалы в холле укладывал.
- Так это вы… - настал мой черёд кивать. – Я решила, что дети…
- Марек тоже помогал. – Виконт чуть слышно хмыкнул. – Пока не догадался одну из сестрёнок разоружить. Грозные барышни… - он улыбнулся.
А через несколько минут три грозных барышни – тихие и умытые – рассаживались на табуреты. А младшую Марек усадил на колени. Дия разложила в горячую кашу по шарику сливочного масла, и мы приступили к завтраку.
Прода от 29.11.2020, 10:51
Мы с девочками ещё допивали горячий чай, медленно цедя маленькими глоточками, когда из холла послышался мелодичный перезвон. Дия, убиравшая посуду со стола, отложила стопку тарелок, но виконт, допивший свой чай раньше, сделав ей знак, не торопясь, поднялся.
- Спасибо, леди, за вкусный завтрак. – Он наклонил голову. – Я проверю, кто там пожаловал.
Вернулся быстро – вместе с пожаловавшей Магдой. Женщина выглядела озабоченной, но улыбнулась мне широко и радостно:
- Доброе утро, Диа!.. – Перевела взгляд на детей: - И вам всем доброе утро. Вы уже позавтракали?
Девчушки с несмелыми улыбками пискнули что-то согласное и быстро исчезли, а Дия поспешно принесла тарелку:
- Госпожа Магда, а вы завтракать будете?
- Буду, - она хитро покосилась на меня: - Обязательно!
- Леди, на пару минут, - виконт посмотрел на кружку в моей руке. – Пожалуйста.
Я кивнула, отставила кружку, оперлась на предложенную руку и поднялась. В холле, куда он привёл меня, осматривались несколько служащих Тайного отдела. При моём появлении они поклонились, здороваясь, и устремили на меня заинтересованные взгляды.
- Леди, - виконт привлёк моё внимание. – Мои коллеги прибыли по распоряжению Ангарта, оставленному ещё с вечера, - в его глазах заплясали ехидные смешинки, - для осмотра вашего чулана и его странного содержимого. Но ваша подруга вчера выразила мнение, что всё обнаруженное проще перевезти в подвалы нашей службы в упакованном виде. А вы как считаете?
Зная, что Тари без необходимости высказываться не будет, я как можно нейтральнее проговорила:
- Я думаю, что нужно действовать, исходя из безопасности проживающих под этой крышей – а у меня здесь со вчерашнего вечера четверо маленьких детей и двое любопытных подростков…
- А дети у вас, леди, непростые, как я погляжу… - прокомментировал пожилой служащий.
- Вот именно, Брайн, - кивнул ему виконт.
- Всё ясно, леди, - ещё один немолодой служащий улыбнулся мне. – Сейчас всё осмотрим, рассортируем, а затем начнём погрузку. А вот это всё, - он обвёл рукой упорядоченный бардак, - куда?
- Куда сочтёте нужным, туда и девайте!.. – мне совсем не хотелось запинаться об эти останки мебели и вспоминать каждый раз, для чего их предназначали сестрёнки Марека.
- Тогда вначале освободим ваш холл, а после посмотрим, что так не понравилось шефу…
Виконт остался руководить организованной суетой, а я вернулась в кухню, где за столом сидела Магда и задумчиво доскребала остатки каши из тарелки. Дии и Марека не было видно.
- Тебе ещё положить? – женщина настолько не походила на себя обычную, что я забеспокоилась. – У вас всё в порядке?
- В полном! – решительно заявила она, со звоном опустив ложку в тарелку. – Просто некоторые привыкли тянуть в рот всякую гадость, а теперь маются…
Сообразив, кто эти «некоторые», я подавила смешок и спросила:
- Ему очень плохо?
- Угу… С подушкой на горшке сидеть неудобно!.. – мстительно фыркнула Магда и поднялась. – Прочухается. Атарини мне вчера зелье дала, но предупредила, что его можно использовать спустя двенадцать часов после приёма токсического вещества. Вот я выждала время, сунула страдальцу флакон и воду, вызвала карету из отдела, собралась и приехала…
Проследив за её перемещением к мойке, я подумала, что от умирающего мужа она точно никуда бы не уехала. Скорее всего, ночью, несмотря на усталость, оказала любителю алкогольных напитков возможную помощь, а утром, разобравшись в ситуации, объяснила, что думает по этому поводу – после того, как выдала зелье, разумеется…
- Что там было? – наполнив свою и мою кружки, Магда с удовольствием отхлебнула чая.
- Надо у Тари поинтересоваться. – Я быстро сообразила, к чему относился вопрос. – Она для улучшения эффекта что-то добавила в нейтрализатор, а эльфийское вино этот эффект…
- …увеличило! – закончила мою мысль Магда. – Молодец, Атарини! А лордам вперёд наука, чтобы думали…
Я не успела выразить своё согласие с её мнением – появился виконт и сообщил:
- Леди, примерно через полчаса прибудет карета, чтобы доставить нас в особняк. Вы успеете собраться?
Я отпила ещё чая и, держа паузу, посмотрела на насторожившуюся Магду. Она мой взгляд расценила по-своему:
- Поезжай, Диа, мы здесь справимся. Только аккуратнее там, одна не лезь…
- Хорошо, - кивнула я, отвечая сразу обоим. – Чай допью и пойду собираться.
- Милорд, вы бы тоже чая хлебнули, - Магда взялась за чайник. – Сколько проездите…
- Ваша правда, - улыбнулся он, усаживаясь на табурет.
Я же, опустошив свою кружку, побежала наверх, мимоходом отметив, что в холле стало просторнее.
Теплая одежда у меня была наготове. Подумав, я решила одеться попроще – мало ли, что там придётся открывать и сколько пыли могло накопиться. Платье, чулки, ботинки, под пальто тёплую длинную накидку без рукавов – она многослойная и хорошо сохраняет тепло. И на голову – старенький капор. Когда заматывала сверху длинный шарф, чтобы закрыть шею, в гардеробной появился Райз.
- Собираешься, девочка?.. – от неулыбчивого пристального взгляда я ощутила на краю сознания вчерашнюю тревогу. – Держи.
В мою ладонь легла странная продолговатая вещица. Но разглядеть не получилось – король настоятельно посоветовал:
- Положи ближе к телу. Пригодится. – Проследил, как я расстегнула пальто и убрала её в карман накидки. – Не отходи от мужа. И забери завещание. Запомнила?
- Да. – Попробуй, не запомни под таким инквизиторским взглядом!
- А теперь иди и ни о чём не волнуйся – здесь мы присмотрим. – Он притянул меня к себе, коротко прижался сухими губами к моему лбу и отпустил, разворачивая к двери. И вовремя – в неё уже стучали.
Я распахнула дверь – виконт в форменном сюртуке с перекинутым через руку меховым плащом хмурился в ожидании. При виде меня его лицо просветлело, а в глазах собрались смешинки:
- Маскируетесь, леди?
- В каком смысле? – я остановилась, пытаясь понять вопрос.
- Вы удивительно скромны, леди – во всём, что касается одежды и привычек. – Он окинул меня неторопливым взглядом. – И я это подчёркиваю не для того, чтобы вас обидеть – просто временами начинаю чувствовать себя разряженным павлином… - с ироничной усмешкой – явно в свой адрес – павлин предложил мне своё предплечье.
На мой взгляд, ничего павлиньего в его сизовато-серой одежде не было – но память живо подсунула первое впечатление, когда я сама для себя обозвала позднего и нежданного визитёра жар-птицем. Неужели он уловил это определение в том моём паническом настрое? Самое странное – отметила, прислушавшись к своим ощущениям – сейчас я чувствовала рядом с ним только спокойную уверенность, происходящую от тёплого участия…
В холле один из сослуживцев отозвал виконта, и он, извинившись, скрылся в нашем загадочном чулане. Я подавила минутную досаду на себя – за то, что не вспомнила с утра о непонятных находках, сделанных там накануне, и не поинтересовалась ими. А теперь – и времени нет, и вряд ли меня туда пустят… Вздохнула и, повинуясь внезапному импульсу, решила выйти через боковую дверь в сад.
В кухне Магда что-то тихо объясняла сосредоточенно слушавшему Мареку – я помахала им рукой и выбралась на морозный, но пахнущий спелыми яблоками воздух. Морозец был не сильный, но небольшой слой снега под ногами уже по-зимнему поскрипывал.
Я огляделась. В светлеющих сумерках сад просматривался до самого берега Шумки. Забора с той стороны у нас не было, потому что по высокому обрыву из бурлящей речки смог бы подняться наверх разве что какой-нибудь обладатель щупалец с мощными присосками, к тому же умеющий лавировать среди камней. Своенравная, с большим количеством перекатов, имеющая извилистое русло, опасная речка даже в самый жаркий день не могла привлечь любителей купания, а рыбаки предпочитали более мелкие, но спокойные речушки и ручейки, впадавшие в Шумку. Серьёзные рыбачьи артели промышляли в водах Ойзы и её притоков с другой стороны – на берегу широкой судоходной реки, неподалёку от порта, издавна стоял рыбачий посёлок, где проживали только потомственные промысловики со своими семьями; не-рыбаков в том посёлке не было, а жители знали друг друга с малолетства.
Я прошла по хрусткому покрову до калитки – уже можно было разглядеть несколько цепочек следов, оставленных Мареком, позаботившимся о своих животных. Вот тоже забота – их куда девать, если Кати задержится у целителей или последствия травм будут достаточно серьёзными? Да и ребёнка она наверняка не сможет выносить, если уже не потеряла… Я усилием воли отогнала грустные мысли, подтолкнувшие к неприятным воспоминаниям – хорошая тема для размышлений, особенно если учесть, куда мы собрались…
Я ещё раз огляделась и, не увидев ни кареты, ни виконта, прошла по улице к дому Марека. Наша окраинная улочка, лет сто назад плотно заставленная домами, сейчас выглядела, как облезлый хвост старого боевого кота – здесь залысина, там и вовсе выдран клок волос вместе с кожей, а вместо него – уродливый шрам… Пустые участки – как со стороны нашего сада – или просто брошенные дома, и хорошо, если хозяева раз в год вспоминают о их существовании. Улицы, идущие параллельно нашей, были гораздо плотнее застроены и намного более оживлёнными. Поэтому к дому с непривычно тёмными окнами я не торопилась, а затем остановилась – что-то мешало. И ощущение неприятного взгляда в спину не добавляло желания любоваться окрестностями.
Я развернулась к своему коттеджу – и потрясённо выдохнула. После того, как только что, в саду, мысленно представляя расположение рек, города и порта, и место своего дома по отношению к ним, сейчас сообразила: с небольшой погрешностью от порта до дома Марека – через мой коттедж и соседний, где недавно Тайному отделу пришлось повоевать и откуда появилась нынешняя Ганькина нянька – можно было провести прямую линию…
Замерев и осмысливая своё открытие, я настолько задумалась о его важности и последствиях, что очнулась, лишь когда встревоженный голос виконта пробился в сознание:
- Леди, с вами всё в порядке?! – а его руки уже стиснули мои дрожащие ладони.
- Вот, - высвободив одну руку, я смогла вяло взмахнуть в сторону дома.
- Леди, что?! – он обеспокоенно повернулся и тоже замахал – а через минуту, обдав паром разогретых лошадиных боков, рядом остановилась неприметная карета.
