Как понять? Назгул заставил себя сесть и принялся анализировать свое внутреннее состояние. Что-то в нем изменилось, но что именно? Уже бывший прокурор продолжал внимательно исследовать себя и вскоре понял, что он не только способен говорить на любом языке мира совершенно свободно, но и, как говорила его прабабка, умеет отводить глаза. Иначе говоря, ни один человек, чье внимание Назгулу не нужно, просто не обратит на него внимания, сам находя объяснения происходящему, если не дотрагиваться до него. Было еще кое-что — теперь Назгул вызовет у любого человека инстинктивное доверие. Немаловажно! Особенно в чужой стране на нелегальном положении.
Назгул прекрасно отдавал себе отчет, что сразу после побега он будет объявлен в розыск по какому-то высосанному из пальца обвинению. И искать его будут все силовые структуры Соединенных Штатов. Мало того, фотографию беглеца, скорее всего, покажут по телевизору и объявят о награде за любые сведения о нем. А отводить глаза всем вокруг — физически невозможно. Выход один — придется сменить облик. Плохо, в маскировке он никогда не был силен, но деваться некуда — Назгул обязан любой ценой добраться до Мохавской пустыни и выручить Джека. Однако в первую очередь нужно быть у южных пригородов Гамильтона вовремя и встретить там неизвестного байкера. Лицо его Назгул знал, а вот имя — нет.
Что взять с собой? А только самое необходимое — то, что можно унести на себе. Мобильники придется оставить здесь, предварительно стерев из памяти все номера, да и симки лучше забрать с собой, чтобы потом уничтожить. Затем нужно снять сколько возможно денег с кредитной карты в ближайших банкоматах, а на самой карте написать код и оставить ее рядом с последним. Но сделать это желательно в людном месте — появится хороший ложный след. И, естественно, надо захватить пистолет — уж он-то точно лишним не окажется. Сдаваться живым Назгул не собирался, он слишком много знает, а у этих тварей есть способы любого заставить говорить.
Внезапно в голову прокурора пришла одна мысль, и он вздрогнул. Хорошо, людям он способен отвести глаза, но как быть с камерами? Ведь все пишется — операторы мгновенно поднимут тревогу, а после этого беглеца быстро вычислят. Ему нужно хотя бы часа полтора форы, чтобы успеть покинуть город.
«Не бойся, мы поможем, — вдруг раздался в его голове голос Питера. — Ни одна камера ничего не зафиксирует. До утра можешь быть спокоен. Возьми напрокат машину, на северной окраине есть автолавка «Рессора», где ты сможешь арендовать старую развалюху без документов — скажешь владельцу, что ты от Лысого Майкла, тогда тебе не станут задавать лишних вопросов, только оставишь залог. Езжай не на юг, а на север, в Дентон. Там бросишь машину — ее вскоре найдут и начнут искать в том направлении. А сам езжай на первом же утреннем автобусе в Глебурн, оттуда добирайся до Гамильтона по возможности. Лучше всего тремпом [1]
Назгул подхватился на ноги, надел кобуру под пиджак, сунул в нее пистолет и вышел из номера, при этом едва не врезавшись в подпирающего стену невзрачного субъекта. Он в последний момент сумел извернуться и не задеть соглядатая. Ненадолго остановился напротив и кивнул — тот никак не отреагировал. Отлично, не видит. Но нужно быть внимательнее и не допускать больше подобных промахов.
Осторожно пройдя по коридору, Назгул спустился по лестнице, не решившись воспользоваться лифтом — это обязательно привлечет чье-то внимание. По дороге он заметил еще несколько подозрительных людей, неизвестно зачем околачивающихся в разных местах. Да уж, обложили его плотно. В холле тоже сидели трое, делая вид, что читают какие-то журналы. Пришлось подождать и пристроиться к выходящему наружу толстяку, чтобы не вызвать подозрения видом самих по себе открывающихся дверей. На улице в двух машинах Назгул заметил огоньки сигарет и усмехнулся — тут тоже топтуны. Осторожно пройдя между машинами, бывший прокурор быстрым шагом двинулся к центру города.
Прежде всего нужно было получить наличные деньги и избавиться от кредитной карты. Найдя достаточно людную улицу, Назгул подошел к банкомату и снял пять тысяч долларов, больше за раз не давали, из-за чего пришлось повторить эту операцию еще трижды в разных аппаратах. После этого он написал на обратной стороне кредитки код и, намазав палец пастой от гелевой авторучки, оставил на сенсоре отпечаток пальца. Положив карточку на полку под банкоматом, прокурор поспешил взять такси и отправился на северную окраину города. По счастью, водитель знал, где находится автолавка.
На стук ему открыли практически сразу, и, услышав, что посетитель от Лысого Майкла, вопросов задавать действительно не стали, только спросили, что именно нужно. Назгул ответил, что ему требуется не привлекающая внимания потрепанная на вид, но надежная машина. Владелец, пожилой усатый крепыш без лишних слов подогнал старый «Бьюик», взял в залог три тысячи и, отдав ключи, скрылся в лавке.
Карта штата Техас стояла у Назгула перед глазами — как выяснилось, после открытия второго ключа его память улучшилась еще в несколько раз. Он заправился и на полной скорости двинулся на север, в сторону Дентона. Прокурор вел машину довольно рискованно, срезая повороты, спеша до рассвета, когда должен уйти первый автобус в Глебурн, добраться до места — ведь вскоре после восхода солнца поднимется тревога.
Через три часа он уже сидел в автобусе, оставив машину возле железнодорожного вокзала. Назгул понимал, что ему срочно требуются новые документы, но где их взять не имел понятия — знакомых в Америке у него не было, тем более, имеющих выходы на криминальные круги.
Мимо мелькали какие-то строения, поля, рощицы. Назгул мрачно смотрел в окно, жуя купленный на автостанции гамбургер. Он был на взводе, страх, что сейчас автобус остановят для проверки документов, не давал ему покоя. На попытки соседа обсудить результаты вчерашнего бейсбольного матча прокурор, дожевывая остатки бутерброда, что-то невнятно бурчал, а затем, чтобы тот отстал, сделал вид, что заснул. Как ни удивительно, но он действительно вскоре провалился в сон. А проснулся от того, что водитель потряс его за плечо:
— Просыпайтесь, мистер! Приехали.
— Куда? — спросонья тупо спросил Назгул.
— Как куда? В Глебурн.
— А, спасибо!
Окончательно проснувшись, прокурор поспешил покинуть автобус, досадуя на себя — ведь водитель его запомнил. И, если ему покажут фотографию, наверняка опознает пассажира, которого пришлось будить. Но что делать, сам виноват. Значит теперь нужно как можно быстрее выходить на трассу, ведущую к Гамильтону — найти человека, едущего автостопом, довольно сложно. Тем более, из Глебурна расходятся в разные стороны множество дорог — поди пойми, по какой именно ушел беглец.
Еще через два часа Назгул сидел в кабине грузовика, обсуждая с водителем цены на овощи в этом сезоне. Правда, он об этом ничего не знал и только поддакивал с серьезным видом.
Он — враг. Пора покончить с ним!
Зря говорят "непобедим":
Рассеем страх, развеем мрак!..
Он — враг...
Великим нужен враг.
Мистардэн
За окном светало. Судорожным движением Халед выломал из упаковки таблетку и разжевал ее, не запивая — голова адски болела. Заснуть он не смог, ехать домой тоже не стал — разговор с Новицким вверг его в шок. Многого ждал координатор, но только не такого. Получается, замки и ключи обладают нечеловеческими способностями? Да, иного вывода сделать просто нельзя. Кто же стоит за ними? Неужели, иной разум?.. Слишком похоже, поскольку телепортацией на Земле никто не владеет. А Гольдман телепортировался из кабинета Новицкого, прихватив с собой Лазарева, который, по его собственному признанию, являлся замком.
Встав, Халед начал по привычке прохаживаться от стола к окну и обратно. Руки заметно подрагивали, но на такие мелочи он не обращал внимания. В душе нарастали отчаяние и осознание собственного бессилия. Раз ключи и замки способны телепортироваться, то поймать их практически невозможно. По крайней мере, координатор считал так. А значит, выход один — стрелять на поражение сразу по обнаружении, причем стрелять в голову — они вполне могут обладать способностями ясноглазых к регенерации. При мысли о мутантах Халед глухо выругался — нашли, значит, себе помощничков? Ну ничего, еще посмотрим, чья возьмет.
Вернувшись к столу, координатор сел и положил перед собой чистый лист бумаги. Взял ручку и принялся записывать имена уже известных ключей и замков. К сожалению, они оказались значительно опаснее самих ясноглазых, а потому их необходимо нейтрализовать в первую очередь. Беда в том, что он не знал, сколько всего замков и ключей, и кто они такие. Ничего, со временем выяснит, а пока нужно заняться теми, кто известен.
Итак, что имеется на данный момент? Известны два ключа — Мустафа Фатих и Роман Гольдман, а также один замок — Михаил Лазарев. Отсюда следует, что у Фатиха тоже должен быть замок, и его нужно найти раньше, чем он сам найдет муллу. Значит, как только в Саудовской Аравии наступит утро, необходимо позвонить Фейсалу. Впрочем, вопрос слишком важный, можно и разбудить принца. Халед взял телефон и набрал прямой номер.
— Слушаю, — раздался сонный голос араба. — Здравствуйте, мистер Халед.
— Доброй ночи. Простите, что разбудил, но вопрос не терпит отлагательств.
— Говорите.
— Выяснилось, что ключи и замки, о которых вам уже известно, значительно опаснее самих ясноглазых, — сказав это, координатор поведал принцу о случившемся в России.
— Вы уверены, что русские это не выдумали?.. — после довольно долгого молчания спросил Фейсал, его голос подрагивал.
— Уверен, — подтвердил Халед. — Я проверил по своим каналам. Все подтвердилось.
— Ясно... — глухо сказал принц. — Похоже, вы правы.
— Один из ключей у вас, это Мустафа Фатих.
— Я знаю. Его уже ищут, но с утра я подключу к поиску дополнительные силы.
— Но, кроме ключа, есть еще и замок. Проверьте всех прибывших за последние дни в вашу страну. У меня есть подозрение, что замок Фатиха или уже прибыл, или в пути. К сожалению, кто это я не знаю. Но...
Халеда прервал звонок второго телефона. Он посмотрел на табло — звонили из Израиля.
— Одну минуту, Ваше высочество! У меня экстренный вызов, я свяжусь с вами снова через несколько минут.
— Хорошо, жду.
Положив в ящик стола спутниковый телефон, Халед сорвал трубку стационарного.
— Слушаю! — зло бросил он.
— Добрый вечер, мистер Халед! Это Натан Хуцман.
— Скорее уже утро... — пробурчал координатор. — Что случилось?
— Не знаю даже, случилось ли... — голос израильтянина был неуверенным. — Однако считаю себя обязанным уведомить вас об этом.
— О чем?.. — насторожился Халед.
— Глава ешивы, в которой обучалось большинство наших ясноглазых, рав Шломо Берин, неожиданно передал дела заместителю и улетел в Парагвай. Странно для больного семидесятилетнего старика. Я его давно знаю, он почти никогда не выезжал за пределы Израиля, считал, что покидать святую землю не вправе. Однако сейчас изменил своим принципам.
— Та-а-а-к... — протянул координатор. — Похоже, у нас с вами большие проблемы.
И кратко рассказал Хуцману о ключах и замках, почти ничего не скрывая.
— В это трудно поверить... — севшим голосом сказал тот. — Особенно в телепортацию.
— Сведения абсолютно точные, — заверил Халед. — К сожалению. Думаю, что ваш рав Берин — либо ключ, либо замок. Его надо остановить до того, как он встретится со своим напарником. Ведь после каждого открытия ясноглазые набирают силу...
— Проклятье! — выругался израильтянин. — Только этого не хватало! Я поднимаю всю нашу агентуру в Парагвае, но ее там немного — сами понимаете, что эта страна нам мало интересна.
— Я тоже пришлю людей, — пообещал американец. — Считаю, что Берина нужно ликвидировать, и немедленно.
— А вдруг он не причем?..
— Знаете, нам сейчас не до сантиментов. Нам нужно остановить это безумие, и цена не имеет значения.
— Пожалуй, соглашусь с вами... — тяжело произнес Хуцман. — Пусть лучше погибнет невиновный, чем...
— Именно! — бросил Халед. — Рад, что вы это понимаете. Нам надо согласовать действия.
— Я первым же самолетом отправляюсь в Парагвай лично. Списки моих контактов там вам передадут специальным курьером.
— Хорошо. Мои люди тоже вылетят не позже, чем через три часа. Ответственный — Норман Хорн. Отыщите его.
— Найду, — заверил израильтянин, попрощался и отключился.
А Халед тут же снова набрал номер принца Фейсала и сообщил ему о раве Берине. Тот в ответ пообещал обнаружить напарника муллы Фатиха в ближайшее время.
— Брать живьем? — поинтересовался араб.
— Ни в коем случае! — возмущенно выдохнул американец. — Это просто невозможно! Они способны телепортироваться, а значит, нужно уничтожать их сразу по обнаружении.
— Ладно, — после недолгого молчания согласился Фейсал. — Тогда не буду вас больше отвлекать. Да и у меня много дел, ждать до утра не буду. Тревогу объявлю прямо сейчас.
Отключив связь, Халед мрачно уставился в стол. Он почему-то сильно сомневался в том, что удастся все это остановить. Но то, что это все-таки возможно, понимал и сдаваться не собирался.
Снова грянул телефонный звонок. Халед схватил трубку, ему показалось, что что-то случилось.
— Солнцев исчез!!! — выкрикнул панический голос с того конца линии. — Его нигде нет! Ни один из десяти наблюдателей его не видел! Камеры ничего не зафиксировали! Они словно ослепли!
— ЧТО-О-О?.. — взревел Халед, медленно поднимаясь. — Да я вас в порошок сотру, ублюдки!!! Как вы могли его упустить?!! Совсем распустились?!!
— Мы постоянно наблюдали за номером! — осмелился возразить старший агент. — Ни на минуту не ослабляли внимания! Были задействованы лучшие люди! Они не могли не заметить, если бы чертов русский прошел мимо них!
«Неужели, тоже телепортировался? — с ужасом подумал Халед. — Но как тогда их искать, если они все способны на это?..»
Однако он быстро взял себя в руки, тратить время на самоуничижение было глупо.
— Немедленно поднимайте всех наших людей! — координатор выделил слово «всех». — Подготовьте данные для полиции, ФБР и ЦРУ. Объявляйте Солнцева в розыск с пометкой «вооружен и очень опасен, живым не брать». При обнаружении стреляйте на поражение. Труп держать на контроле в течении минимум пяти суток — и не спускать с него глаз!
— Будет сделано, босс! — несколько ошалело отозвался старший агент, еще никогда не получавший подобных приказов. — Да, еще одно. Согласно отчету агента Брудеффа, на западной окраине Далласа видели Романа Гольдмана, он же Хоббит Баффа.
— И этот здесь объявился?.. — вытянулось лицо Халеда. — К нему вышеозначенные приказы тоже относятся! Найти и уничтожить любой ценой! А затем отследить всех, кто с ним контактировал, и зачистить их! Кстати, как его опознали?
— Гольдман снял шлем возле «Мак-Дональдса», заходил туда поесть. Камера зафиксировала, а затем Брудефф при просмотре обратил внимание, что лицо знакомо по ориентировкам, данным русскими — заплетенная в косу борода весьма приметна. Номера у его мотоцикла тоже русские. Так что вывод последовал сам собой.
Старший агент ненадолго отвлекся, координатор слышал в трубке, что он с кем-то говорит. А затем доложил:
Назгул прекрасно отдавал себе отчет, что сразу после побега он будет объявлен в розыск по какому-то высосанному из пальца обвинению. И искать его будут все силовые структуры Соединенных Штатов. Мало того, фотографию беглеца, скорее всего, покажут по телевизору и объявят о награде за любые сведения о нем. А отводить глаза всем вокруг — физически невозможно. Выход один — придется сменить облик. Плохо, в маскировке он никогда не был силен, но деваться некуда — Назгул обязан любой ценой добраться до Мохавской пустыни и выручить Джека. Однако в первую очередь нужно быть у южных пригородов Гамильтона вовремя и встретить там неизвестного байкера. Лицо его Назгул знал, а вот имя — нет.
Что взять с собой? А только самое необходимое — то, что можно унести на себе. Мобильники придется оставить здесь, предварительно стерев из памяти все номера, да и симки лучше забрать с собой, чтобы потом уничтожить. Затем нужно снять сколько возможно денег с кредитной карты в ближайших банкоматах, а на самой карте написать код и оставить ее рядом с последним. Но сделать это желательно в людном месте — появится хороший ложный след. И, естественно, надо захватить пистолет — уж он-то точно лишним не окажется. Сдаваться живым Назгул не собирался, он слишком много знает, а у этих тварей есть способы любого заставить говорить.
Внезапно в голову прокурора пришла одна мысль, и он вздрогнул. Хорошо, людям он способен отвести глаза, но как быть с камерами? Ведь все пишется — операторы мгновенно поднимут тревогу, а после этого беглеца быстро вычислят. Ему нужно хотя бы часа полтора форы, чтобы успеть покинуть город.
«Не бойся, мы поможем, — вдруг раздался в его голове голос Питера. — Ни одна камера ничего не зафиксирует. До утра можешь быть спокоен. Возьми напрокат машину, на северной окраине есть автолавка «Рессора», где ты сможешь арендовать старую развалюху без документов — скажешь владельцу, что ты от Лысого Майкла, тогда тебе не станут задавать лишних вопросов, только оставишь залог. Езжай не на юг, а на север, в Дентон. Там бросишь машину — ее вскоре найдут и начнут искать в том направлении. А сам езжай на первом же утреннем автобусе в Глебурн, оттуда добирайся до Гамильтона по возможности. Лучше всего тремпом [1]
Закрыть
. Выходи немедленно, мы начинаем».Тремп — автостоп, американский сленг.
Назгул подхватился на ноги, надел кобуру под пиджак, сунул в нее пистолет и вышел из номера, при этом едва не врезавшись в подпирающего стену невзрачного субъекта. Он в последний момент сумел извернуться и не задеть соглядатая. Ненадолго остановился напротив и кивнул — тот никак не отреагировал. Отлично, не видит. Но нужно быть внимательнее и не допускать больше подобных промахов.
Осторожно пройдя по коридору, Назгул спустился по лестнице, не решившись воспользоваться лифтом — это обязательно привлечет чье-то внимание. По дороге он заметил еще несколько подозрительных людей, неизвестно зачем околачивающихся в разных местах. Да уж, обложили его плотно. В холле тоже сидели трое, делая вид, что читают какие-то журналы. Пришлось подождать и пристроиться к выходящему наружу толстяку, чтобы не вызвать подозрения видом самих по себе открывающихся дверей. На улице в двух машинах Назгул заметил огоньки сигарет и усмехнулся — тут тоже топтуны. Осторожно пройдя между машинами, бывший прокурор быстрым шагом двинулся к центру города.
Прежде всего нужно было получить наличные деньги и избавиться от кредитной карты. Найдя достаточно людную улицу, Назгул подошел к банкомату и снял пять тысяч долларов, больше за раз не давали, из-за чего пришлось повторить эту операцию еще трижды в разных аппаратах. После этого он написал на обратной стороне кредитки код и, намазав палец пастой от гелевой авторучки, оставил на сенсоре отпечаток пальца. Положив карточку на полку под банкоматом, прокурор поспешил взять такси и отправился на северную окраину города. По счастью, водитель знал, где находится автолавка.
На стук ему открыли практически сразу, и, услышав, что посетитель от Лысого Майкла, вопросов задавать действительно не стали, только спросили, что именно нужно. Назгул ответил, что ему требуется не привлекающая внимания потрепанная на вид, но надежная машина. Владелец, пожилой усатый крепыш без лишних слов подогнал старый «Бьюик», взял в залог три тысячи и, отдав ключи, скрылся в лавке.
Карта штата Техас стояла у Назгула перед глазами — как выяснилось, после открытия второго ключа его память улучшилась еще в несколько раз. Он заправился и на полной скорости двинулся на север, в сторону Дентона. Прокурор вел машину довольно рискованно, срезая повороты, спеша до рассвета, когда должен уйти первый автобус в Глебурн, добраться до места — ведь вскоре после восхода солнца поднимется тревога.
Через три часа он уже сидел в автобусе, оставив машину возле железнодорожного вокзала. Назгул понимал, что ему срочно требуются новые документы, но где их взять не имел понятия — знакомых в Америке у него не было, тем более, имеющих выходы на криминальные круги.
Мимо мелькали какие-то строения, поля, рощицы. Назгул мрачно смотрел в окно, жуя купленный на автостанции гамбургер. Он был на взводе, страх, что сейчас автобус остановят для проверки документов, не давал ему покоя. На попытки соседа обсудить результаты вчерашнего бейсбольного матча прокурор, дожевывая остатки бутерброда, что-то невнятно бурчал, а затем, чтобы тот отстал, сделал вид, что заснул. Как ни удивительно, но он действительно вскоре провалился в сон. А проснулся от того, что водитель потряс его за плечо:
— Просыпайтесь, мистер! Приехали.
— Куда? — спросонья тупо спросил Назгул.
— Как куда? В Глебурн.
— А, спасибо!
Окончательно проснувшись, прокурор поспешил покинуть автобус, досадуя на себя — ведь водитель его запомнил. И, если ему покажут фотографию, наверняка опознает пассажира, которого пришлось будить. Но что делать, сам виноват. Значит теперь нужно как можно быстрее выходить на трассу, ведущую к Гамильтону — найти человека, едущего автостопом, довольно сложно. Тем более, из Глебурна расходятся в разные стороны множество дорог — поди пойми, по какой именно ушел беглец.
Еще через два часа Назгул сидел в кабине грузовика, обсуждая с водителем цены на овощи в этом сезоне. Правда, он об этом ничего не знал и только поддакивал с серьезным видом.
***
Он — враг. Пора покончить с ним!
Зря говорят "непобедим":
Рассеем страх, развеем мрак!..
Он — враг...
Великим нужен враг.
Мистардэн
За окном светало. Судорожным движением Халед выломал из упаковки таблетку и разжевал ее, не запивая — голова адски болела. Заснуть он не смог, ехать домой тоже не стал — разговор с Новицким вверг его в шок. Многого ждал координатор, но только не такого. Получается, замки и ключи обладают нечеловеческими способностями? Да, иного вывода сделать просто нельзя. Кто же стоит за ними? Неужели, иной разум?.. Слишком похоже, поскольку телепортацией на Земле никто не владеет. А Гольдман телепортировался из кабинета Новицкого, прихватив с собой Лазарева, который, по его собственному признанию, являлся замком.
Встав, Халед начал по привычке прохаживаться от стола к окну и обратно. Руки заметно подрагивали, но на такие мелочи он не обращал внимания. В душе нарастали отчаяние и осознание собственного бессилия. Раз ключи и замки способны телепортироваться, то поймать их практически невозможно. По крайней мере, координатор считал так. А значит, выход один — стрелять на поражение сразу по обнаружении, причем стрелять в голову — они вполне могут обладать способностями ясноглазых к регенерации. При мысли о мутантах Халед глухо выругался — нашли, значит, себе помощничков? Ну ничего, еще посмотрим, чья возьмет.
Вернувшись к столу, координатор сел и положил перед собой чистый лист бумаги. Взял ручку и принялся записывать имена уже известных ключей и замков. К сожалению, они оказались значительно опаснее самих ясноглазых, а потому их необходимо нейтрализовать в первую очередь. Беда в том, что он не знал, сколько всего замков и ключей, и кто они такие. Ничего, со временем выяснит, а пока нужно заняться теми, кто известен.
Итак, что имеется на данный момент? Известны два ключа — Мустафа Фатих и Роман Гольдман, а также один замок — Михаил Лазарев. Отсюда следует, что у Фатиха тоже должен быть замок, и его нужно найти раньше, чем он сам найдет муллу. Значит, как только в Саудовской Аравии наступит утро, необходимо позвонить Фейсалу. Впрочем, вопрос слишком важный, можно и разбудить принца. Халед взял телефон и набрал прямой номер.
— Слушаю, — раздался сонный голос араба. — Здравствуйте, мистер Халед.
— Доброй ночи. Простите, что разбудил, но вопрос не терпит отлагательств.
— Говорите.
— Выяснилось, что ключи и замки, о которых вам уже известно, значительно опаснее самих ясноглазых, — сказав это, координатор поведал принцу о случившемся в России.
— Вы уверены, что русские это не выдумали?.. — после довольно долгого молчания спросил Фейсал, его голос подрагивал.
— Уверен, — подтвердил Халед. — Я проверил по своим каналам. Все подтвердилось.
— Ясно... — глухо сказал принц. — Похоже, вы правы.
— Один из ключей у вас, это Мустафа Фатих.
— Я знаю. Его уже ищут, но с утра я подключу к поиску дополнительные силы.
— Но, кроме ключа, есть еще и замок. Проверьте всех прибывших за последние дни в вашу страну. У меня есть подозрение, что замок Фатиха или уже прибыл, или в пути. К сожалению, кто это я не знаю. Но...
Халеда прервал звонок второго телефона. Он посмотрел на табло — звонили из Израиля.
— Одну минуту, Ваше высочество! У меня экстренный вызов, я свяжусь с вами снова через несколько минут.
— Хорошо, жду.
Положив в ящик стола спутниковый телефон, Халед сорвал трубку стационарного.
— Слушаю! — зло бросил он.
— Добрый вечер, мистер Халед! Это Натан Хуцман.
— Скорее уже утро... — пробурчал координатор. — Что случилось?
— Не знаю даже, случилось ли... — голос израильтянина был неуверенным. — Однако считаю себя обязанным уведомить вас об этом.
— О чем?.. — насторожился Халед.
— Глава ешивы, в которой обучалось большинство наших ясноглазых, рав Шломо Берин, неожиданно передал дела заместителю и улетел в Парагвай. Странно для больного семидесятилетнего старика. Я его давно знаю, он почти никогда не выезжал за пределы Израиля, считал, что покидать святую землю не вправе. Однако сейчас изменил своим принципам.
— Та-а-а-к... — протянул координатор. — Похоже, у нас с вами большие проблемы.
И кратко рассказал Хуцману о ключах и замках, почти ничего не скрывая.
— В это трудно поверить... — севшим голосом сказал тот. — Особенно в телепортацию.
— Сведения абсолютно точные, — заверил Халед. — К сожалению. Думаю, что ваш рав Берин — либо ключ, либо замок. Его надо остановить до того, как он встретится со своим напарником. Ведь после каждого открытия ясноглазые набирают силу...
— Проклятье! — выругался израильтянин. — Только этого не хватало! Я поднимаю всю нашу агентуру в Парагвае, но ее там немного — сами понимаете, что эта страна нам мало интересна.
— Я тоже пришлю людей, — пообещал американец. — Считаю, что Берина нужно ликвидировать, и немедленно.
— А вдруг он не причем?..
— Знаете, нам сейчас не до сантиментов. Нам нужно остановить это безумие, и цена не имеет значения.
— Пожалуй, соглашусь с вами... — тяжело произнес Хуцман. — Пусть лучше погибнет невиновный, чем...
— Именно! — бросил Халед. — Рад, что вы это понимаете. Нам надо согласовать действия.
— Я первым же самолетом отправляюсь в Парагвай лично. Списки моих контактов там вам передадут специальным курьером.
— Хорошо. Мои люди тоже вылетят не позже, чем через три часа. Ответственный — Норман Хорн. Отыщите его.
— Найду, — заверил израильтянин, попрощался и отключился.
А Халед тут же снова набрал номер принца Фейсала и сообщил ему о раве Берине. Тот в ответ пообещал обнаружить напарника муллы Фатиха в ближайшее время.
— Брать живьем? — поинтересовался араб.
— Ни в коем случае! — возмущенно выдохнул американец. — Это просто невозможно! Они способны телепортироваться, а значит, нужно уничтожать их сразу по обнаружении.
— Ладно, — после недолгого молчания согласился Фейсал. — Тогда не буду вас больше отвлекать. Да и у меня много дел, ждать до утра не буду. Тревогу объявлю прямо сейчас.
Отключив связь, Халед мрачно уставился в стол. Он почему-то сильно сомневался в том, что удастся все это остановить. Но то, что это все-таки возможно, понимал и сдаваться не собирался.
Снова грянул телефонный звонок. Халед схватил трубку, ему показалось, что что-то случилось.
— Солнцев исчез!!! — выкрикнул панический голос с того конца линии. — Его нигде нет! Ни один из десяти наблюдателей его не видел! Камеры ничего не зафиксировали! Они словно ослепли!
— ЧТО-О-О?.. — взревел Халед, медленно поднимаясь. — Да я вас в порошок сотру, ублюдки!!! Как вы могли его упустить?!! Совсем распустились?!!
— Мы постоянно наблюдали за номером! — осмелился возразить старший агент. — Ни на минуту не ослабляли внимания! Были задействованы лучшие люди! Они не могли не заметить, если бы чертов русский прошел мимо них!
«Неужели, тоже телепортировался? — с ужасом подумал Халед. — Но как тогда их искать, если они все способны на это?..»
Однако он быстро взял себя в руки, тратить время на самоуничижение было глупо.
— Немедленно поднимайте всех наших людей! — координатор выделил слово «всех». — Подготовьте данные для полиции, ФБР и ЦРУ. Объявляйте Солнцева в розыск с пометкой «вооружен и очень опасен, живым не брать». При обнаружении стреляйте на поражение. Труп держать на контроле в течении минимум пяти суток — и не спускать с него глаз!
— Будет сделано, босс! — несколько ошалело отозвался старший агент, еще никогда не получавший подобных приказов. — Да, еще одно. Согласно отчету агента Брудеффа, на западной окраине Далласа видели Романа Гольдмана, он же Хоббит Баффа.
— И этот здесь объявился?.. — вытянулось лицо Халеда. — К нему вышеозначенные приказы тоже относятся! Найти и уничтожить любой ценой! А затем отследить всех, кто с ним контактировал, и зачистить их! Кстати, как его опознали?
— Гольдман снял шлем возле «Мак-Дональдса», заходил туда поесть. Камера зафиксировала, а затем Брудефф при просмотре обратил внимание, что лицо знакомо по ориентировкам, данным русскими — заплетенная в косу борода весьма приметна. Номера у его мотоцикла тоже русские. Так что вывод последовал сам собой.
Старший агент ненадолго отвлекся, координатор слышал в трубке, что он с кем-то говорит. А затем доложил:
