В этот момент каждый человек на Земле увидел что-то свое, ощутил некую странную тоску, словно из его души что-то забрали, что очень важное, и лишь немногим дали взамен нечто иное, ощутимое едва-едва, но что это было, еще требовалось осознать. Впрочем большинство людей на необычные ощущения не обратили внимания, ведь им нужно было продолжать свое уже бессмысленное существование, как правило, за счет других. Только те, в ком горел незримый теплый огонек, почувствовали — им здесь тоже не место. Пора уходить...
— Да убирайтесь вы все на хрен! — яростно выплюнул вверх Халед. — Без вас проживем! И еще поглядим, кто большего достигнет!
Ему никто не ответил. Только затихал вдали рев байков, уходящих вдаль по звездным дорогам. Куда они уходили? Никто не мог дать ответ на этот вопрос. Куда-то туда, где они будут нужны, где еще есть доброта и честь, где люди еще люди, а не жадные звери, где еще осталось место мечте.
Ноосфера планеты скорчилась от боли — из нее по-живому вырвали немалый кусок. А на место ушедшего постепенно просачивалась пустота, окончательно превращая мертвые души в ничто…
Откуда ты родом? Из дивной страны,
Где сказка — взаправду, где вещие сны,
Где каждый с рожденья умеет летать
И мир как открытую книгу читать.
Где каждой травинке, как дару, ты рад,
Где звезды, как с равным, с тобой говорят,
Где имя твое словно песня звучит,
Но где потерял ты от Сказки ключи?
Мартиэль
Перейдя из Омска в Новосибирск, Михаил огляделся — все верно, в этой подворотне, как обычно, никого не было — он помнил это место еще по старым временам, когда ездил на игры. Очень хорошо, поскольку нельзя привлекать чужого внимания — ищут его плотно, ориентировки разосланы по всей России. И, как он подозревал, не только по России. Когда гляциолог был в Киеве, его быстро вычислили и попытались взять, а не сумев, открыли огонь. Но Михаил успел уйти, перед этим инициировав киевских ролевиков, по крайней мере, тех, кто был этого достоин, кто сумел что-то понять. Позже он с удивлением ощутил, что инициировались не только ролевики, но и барды, поэты и многие другие. Даже кое-кто из военных — истинные воины чести.
Желудок дал о себе знать громким урчанием, и Михаил двинулся в знакомую пельменную — там, насколько он помнил, подавали чудные сибирские пельмени, и недорого. Зайдя внутрь, он заказал сразу двойную порцию и сел в уголке, чтобы видеть вход. Вскоре заказанное подали, гляциолог наколол на вилку первый пельмень, обмакнул его в сметану и с удовольствием сжевал. Отлично, место не испохабилось, пельмени по-прежнему правильные. Задумчиво жуя, он вспоминал сделанное и не сделанное за прошедшее время. Особо ярко помнился второй разговор с Беспалым.
Тот, предупрежденный Баффой, сразу двинулся на курумник и через семь часов добрался до места. На привале возле огромного булыжника его и нашел Лазарев. Беспалый сидел, устало куря дешевую сигарету.
— Привет еще раз, — негромко сказал Михаил.
— Привет! — не поворачивая головы ответил старый ролевик. — Ты так и не научился ходить по курумнику, тебя издалека слышно было. Как слон пер.
— Какая разница! — отмахнулся гляциолог, садясь рядом. — Я теперь, как и Баффа, телепортироваться могу.
— Да ну! — как-то странно посмотрел на него Беспалый. — И на Марс сможешь?
— Смогу, — усмехнулся Михаил. — Только там мы задохнемся без скафандров. Все еще мечтаешь о космосе?
— Уже нет... — горько сказал ролевик. — Все похерили, одна долбаная МКС болтается на орбите, как гавно в проруби... А где звезды? Где новые миры? Раньше казалось, что до до них — один шаг... А теперь все...
— Для тех, кто не погасил в себе огонек, еще не все... — усмехнулся гляциолог. — А вот для них, цивилов, точно все.
— Лазарь, что ты говоришь?.. — загорелись безумной надеждой глаза Беспалого.
— Байкеры готовятся уйти, и вскоре все настоящие уйдут на звездные дороги, — в глазах Михаила переливались золотые волны, они сейчас выглядели какими угодно, но только не человеческими. — А сумеете ли вы тоже уйти, зависит только от вас.
— Да что от нас может зависеть?! — с отчаянием выдохнул ролевик. — Когда от нас хоть что-то зависело?!
— Раньше — да. Сейчас все изменилось. Ты забыл, что тебе показал кристалл?
— Не забыл... — опустил голову Беспалый. — Но я все еще боюсь поверить, а потом... — он мотнул головой, — а потом разочароваться. Если опять все на хрен, то лучше спиться и сдохнуть! Если меня и последней надежды лишат...
— Не лишат, — Михаил с теплой улыбкой посмотрел на него. — Дай руку.
Ролевик протянул ему свою беспалую ладонь, гляциолог накрыл ее своей. И Беспалый ощутил, как в его тело ворвалось пламя, золотое пламя. Почему-то он был уверен, что именно золотое. А может, даже увидел. Это неистовое пламя снова разожгло уже почти угасший внутренний огонь, и он яростно заполыхал вновь. В его глазах появились золотые же искры, он откинул голову и счастливо рассмеялся. Образы, порой непонятные, потоком вливались в его сознание и осаждались в памяти, теперь Беспалый не только понимал, что происходит в мире, но и знал, что должен сделать.
— Твоя задача уводить наших ребят из этого кошмарного мира, из этого дерьма, — голос Михаила стал требовательным. — Давать каждому возможность найти свой путь. Но не удивляйся, если вдруг не сможешь инициировать какого-нибудь старого приятеля. Это значит, что он скурвился, оцивилился, предал себя и свою мечту, став таким же, как эти, — он презрительно мотнул подбородком куда-то в сторону. — А значит там, — его палец указал в небо, — он не нужен. Пусть остается догнивать здесь.
— Есть одна проблема... — понурился ролевик. — Как бы я не относился к деньгам, но я нищий, мне просто не на что ездить по России. А твоими способностями я, увы, не обладаю...
— Разве это проблема, — расхохотался гляциолог. — Подожди немного.
С этими словами, он исчез. Как выяснилось, открытие замка дало ему помимо телепортации еще и способность сканировать пространство в поисках чего-то нужного. Или кого-то. Сейчас Михаил переместился в хранилище какого-то коммерческого банка, схватил в охапку несколько пачек пятитысячных купюр и вернулся на курумник.
— Держи, — вывалил он деньги прямо на камень. — На первое время должно хватить.
— Ты кого это грабанул?.. — подозрительно спросил Беспалый.
— Воров, — хохотнул Михаил. — Другими словами, коммерческий банк.
— А, этих можно, — расплылся в улыбке ролевик. — Они раньше кучу других ограбили, так что переживут. А нет — так туда и дорога.
— И еще, — гляциолог встал и пристально посмотрел на него. — Понимаешь, тебя могут убить за это. Сейчас на нас пошла настоящая охота. Меня с Баффой, как и других наших, даже не будут пытаться брать живыми — при встрече сразу станут стрелять на поражение. Так что будь осторожен...
— Зачем им это?.. — растерялся Беспалый.
— Думают, что смогут все остановить, повернуть обратно, не понимая, что от них отвернулся сам Бог. Довели своей скотской идеологией потребления. Не понимают, что мы — единственная надежда для них хотя бы спокойно дожить до старости. И объяснять им что-либо совершенно бесполезно.
— Ясно... Хорошо, поберегусь. Хотя на нас они не обращают внимания. Кто мы для них? Безобидные психи, которые с мечами по лесам бегают.
— Сейчас обратят, — заверил Михаил. — А чем больше наших уйдет, тем пристальнее они станут присматриваться к оставшимся. К сожалению, инициировать всех сразу я не в состоянии, это Баффа такое может, но только — байкеров, которые ему больше всех близки. И настоящих музыкантов. Все остальные — наша с тобой задача, дружище.
— Ладно, Лазарь, пробьемся! — улыбнулся Беспалый, распихивая по карманам рюкзака пачки денег. — Пора?
— Пора, — подтвердил гляциолог. — Мы можем больше и не встретиться. По крайней мере, в этом мире.
Они обнялись на прощание, а затем Михаил отступил на шаг и вскинул руку в прощальном жесте. Затем отступил на шаг и исчез. А Беспалый долго смотрел на место, где тот только что стоял, затем улыбнулся чему-то своему, с натугой поднял рюкзак, накинул лямки и двинулся к железнодорожной станции. Домой он заходить не собирался, нечего там делать.
Вилка проскребла по пустой тарелке, и Михаил очнулся от воспоминаний. Он сыто зевнул и откинулся на спинку стула. Затем с удовольствием выпил стакан морса, закурил и принялся размышлять о том, что должен сегодня сделать. В Новосибирске все не так просто, как и везде, впрочем. Главное сейчас инициировать тех, кто уже полностью готов, и подтолкнуть в нужном направлении остальных.
Не рыдай, не кричи, не корчись,
Никому не скажи о боли.
Разве кто-то придет на помощь,
Если мир безнадежно болен?
Мартиэль
Полковник Новицкий сидел в своем кабинете, просматривал очередные сводки и размышлял. Вспомнив, как поимело его за бесчинства байкеров начальство, он скривился. А что можно было предпринять?! Ведь эти коромыслом траханые через заднюю ногу байкеры могли телепортироваться, куда и как хотели! Но начальству не докажешь!
«Вы не предусмотрели! Вы не приняли мер! Вы виноваты в этом диком хулиганстве! Извольте обеспечить и предотвратить!»
Как?! Этого никто не сказал. Прекратить — и все.
Сдавленно выругавшись, полковник залпом допил остывший кофе и снова задумался. На память пришла жуткая картина случившегося в Санкт-Петербурге во время ухода байкеров. Пугающая до онемения гигантская черная воронка в небе, куда влетали люди на мотоциклах, исчезая бесследно. Посланные на разведку истребители не смогли приблизиться к воронке даже на километр, нечто невидимое не пустило их, при этом не давая разбиться. Самолеты мягко опустило на землю, заглушив двигатели. Ошарашенные пилоты затем докладывали, что управление просто перестало работать. При этом два истребителя все же прорвались к воронке и тоже исчезли, связь с ними прервалась мгновенно. Последним, что услышали в командном пункте, был восторженный вопль одного из пилотов: «Это звезды! Звезды! Сашка, нас там ждут! А эти? Да пошли они на х...р!..»
Поначалу исчезновение байкеров очень обрадовало Новицкого, он почувствовал немалое облегчение. Однако несколько вопросов все равно не давали ему покоя. Куда ушли байкеры? Почему они ушли? Как они смогли это сделать? Случившееся не укладывалось ни в какие рамки, и полковнику, с его материалистическими воззрениями, это очень не нравилось, поскольку рушило привычную картину. А через некоторое время Новицкий ощутил сильный дискомфорт, словно из мира исчезло что-то необходимое, крайне важное, оставив после себя пугающую серую пустоту.
Охота за Михаилом Лазаревым все еще оставалась безуспешной, его не раз замечали в разных городах, но он исчезал до того, как местные власти успевали принять меры. Чертов гляциолог даже на Украине и в Белоруссии успел отметиться, мало того, ограбил коммерческий банк, появившись прямо в защищенном хранилище, камеры зафиксировали это четко. На всякий случай были отработаны все связи Лазарева в Уфе и не только. Результатов это опять же не дало. Одни знакомые тоже исчезли, а другие не видели Лазарева много месяцев, а то и лет.
Ученые, с которыми Новицкий консультировался после ухода байкеров, только беспомощно разводили руками, не понимая, как такое вообще возможно. Он даже попытался проконсультироваться с известными экстрасенсами, но те были чем-то смертельно напуганы и несли дикую чушь о надвигающемся конце света. В очередной раз! Как они надоели с этим Армагеддоном! Делать людям нечего, вот и занимаются всякими глупостями.
Вся проблема была в том, что байкеры действительно ушли из этого мира, ушли куда-то за пределы планеты Земля, иначе их уже обнаружили бы. Демонстративность их ухода пугала и раздражала еще больше — они словно отряхнули с ног нечто омерзительное, и этим омерзительным являлась вся человеческая цивилизация.
А случившееся во время открытия четвертого замка?.. Полковник поежился. Что это вообще было?.. Шарлатаны утверждали, что одна за другой срываются печати Апокалипсиса. Что взять с этих идиотов? Все можно понять с помощью науки, без этих мистических заморочек. Вот только происшедшее во время открытия он никак не мог объяснить, было в нем нечто потустороннее. Особенно видение катящейся по Земле огненной волны, сметающей все на своем пути.
Новицкий сцепил зубы. Если есть хоть один процент вероятности того, что видение предсказало будущее, то он обязан принять меры и предотвратить этот кошмар. Знать бы еще как. Информации катастрофически не хватало.
Постепенно полковник начал понимать, что внутренне отрицать все случившееся, как он делал до сих пор, глупо. Это случилось, а значит, нужно учесть данное обстоятельство и действовать, исходя из фактов, а не собственных взглядов. Слишком многое стоит на кону. Как бы не само существование человечества. Он постоянно гнал от себя эту мысль, но она упорно возвращалась, заставляя сжимать кулаки. Самое паскудное, что он не знает, что предпринять!
С досадой хлопнув ладонью по столу, Новицкий откинулся на спинку кресла. Скоро должны были доставить задержанных неформалов, которые должны будут послужить приманкой для Лазарева. Гольдман, скорее всего, ушел вместе с остальными байкерами, так что ловить его смысла нет.
«Да и черт с ним, с придурком! — раздраженно подумал полковник. — Вот же сволочь, узнал секрет телепортации, так нет, чтобы родине его отдать, сам умотал и секрет унес...»
Жаль, что Лазарев тоже не желает сотрудничать. Телепортация и антигравитация, а байкеры однозначно летали при помощи антигравитации, ученые уверены в этом, очень пригодились бы стране, пытающейся снова стать великой. Почему Гольдман и Лазарев так поступают? Что такого они узнали? А ведь что-то узнали, что-то очень важное, что-то такое, что полностью изменило их жизнь и мировоззрение. Очень хотелось бы выяснить, что это было.
Вчера, сразу после исхода байкеров, Новицкий от отчаяния даже попытался поговорить с ясноглазыми. Однако эти непонятные дети просто не пожелали разговаривать, они молча смотрели на него и улыбались, как-то настолько странно и укоризненно, что полковнику вдруг стало мучительно стыдно. Причем причины он так и не смог понять, хоть и проворочался всю ночь, размышляя об этом.
Компьютер звуковым сигналом сообщил о поступлении новой информации. Новицкий тут же отбросил несвоевременные мысли и шевельнул мышкой. Отлично, доклад лейтенанта Голованова, отправившегося на пригородный игровой полигон, где ролевики как раз проводили последний в этом году турнир. Прочитав доклад, Новицкий ощутил, что его брови медленно, но неудержимо ползут вверх. На полигоне было пусто, следы людей доходили до двух столбов псевдокапища и обрывались там. Между столбами медленно рассеивался золотистый туман.
Неужели, опять?.. Уже не раз неформалы исчезали перед самым приходом безопасников, причем исчезали бесследно, найти ни одного до сих пор так и не удалось. Это что же получается, они тоже уходят?.. Как байкеры, только тихо?.. Новицкому вдруг стало нехорошо, по коже пробежал морозный холодок. Он попытался понять, что его так испугало, и опять не сумел. Ведь эти чертовы неформалы не нужны здесь! Они же ни на что не пригодны! Только под ногами у серьезных людей путаются! Большинство даже нигде не работает! Пусть себе убираются, куда хотят! Так почему же ему стало плохо?..
— Да убирайтесь вы все на хрен! — яростно выплюнул вверх Халед. — Без вас проживем! И еще поглядим, кто большего достигнет!
Ему никто не ответил. Только затихал вдали рев байков, уходящих вдаль по звездным дорогам. Куда они уходили? Никто не мог дать ответ на этот вопрос. Куда-то туда, где они будут нужны, где еще есть доброта и честь, где люди еще люди, а не жадные звери, где еще осталось место мечте.
Ноосфера планеты скорчилась от боли — из нее по-живому вырвали немалый кусок. А на место ушедшего постепенно просачивалась пустота, окончательно превращая мертвые души в ничто…
***
Откуда ты родом? Из дивной страны,
Где сказка — взаправду, где вещие сны,
Где каждый с рожденья умеет летать
И мир как открытую книгу читать.
Где каждой травинке, как дару, ты рад,
Где звезды, как с равным, с тобой говорят,
Где имя твое словно песня звучит,
Но где потерял ты от Сказки ключи?
Мартиэль
Перейдя из Омска в Новосибирск, Михаил огляделся — все верно, в этой подворотне, как обычно, никого не было — он помнил это место еще по старым временам, когда ездил на игры. Очень хорошо, поскольку нельзя привлекать чужого внимания — ищут его плотно, ориентировки разосланы по всей России. И, как он подозревал, не только по России. Когда гляциолог был в Киеве, его быстро вычислили и попытались взять, а не сумев, открыли огонь. Но Михаил успел уйти, перед этим инициировав киевских ролевиков, по крайней мере, тех, кто был этого достоин, кто сумел что-то понять. Позже он с удивлением ощутил, что инициировались не только ролевики, но и барды, поэты и многие другие. Даже кое-кто из военных — истинные воины чести.
Желудок дал о себе знать громким урчанием, и Михаил двинулся в знакомую пельменную — там, насколько он помнил, подавали чудные сибирские пельмени, и недорого. Зайдя внутрь, он заказал сразу двойную порцию и сел в уголке, чтобы видеть вход. Вскоре заказанное подали, гляциолог наколол на вилку первый пельмень, обмакнул его в сметану и с удовольствием сжевал. Отлично, место не испохабилось, пельмени по-прежнему правильные. Задумчиво жуя, он вспоминал сделанное и не сделанное за прошедшее время. Особо ярко помнился второй разговор с Беспалым.
Тот, предупрежденный Баффой, сразу двинулся на курумник и через семь часов добрался до места. На привале возле огромного булыжника его и нашел Лазарев. Беспалый сидел, устало куря дешевую сигарету.
— Привет еще раз, — негромко сказал Михаил.
— Привет! — не поворачивая головы ответил старый ролевик. — Ты так и не научился ходить по курумнику, тебя издалека слышно было. Как слон пер.
— Какая разница! — отмахнулся гляциолог, садясь рядом. — Я теперь, как и Баффа, телепортироваться могу.
— Да ну! — как-то странно посмотрел на него Беспалый. — И на Марс сможешь?
— Смогу, — усмехнулся Михаил. — Только там мы задохнемся без скафандров. Все еще мечтаешь о космосе?
— Уже нет... — горько сказал ролевик. — Все похерили, одна долбаная МКС болтается на орбите, как гавно в проруби... А где звезды? Где новые миры? Раньше казалось, что до до них — один шаг... А теперь все...
— Для тех, кто не погасил в себе огонек, еще не все... — усмехнулся гляциолог. — А вот для них, цивилов, точно все.
— Лазарь, что ты говоришь?.. — загорелись безумной надеждой глаза Беспалого.
— Байкеры готовятся уйти, и вскоре все настоящие уйдут на звездные дороги, — в глазах Михаила переливались золотые волны, они сейчас выглядели какими угодно, но только не человеческими. — А сумеете ли вы тоже уйти, зависит только от вас.
— Да что от нас может зависеть?! — с отчаянием выдохнул ролевик. — Когда от нас хоть что-то зависело?!
— Раньше — да. Сейчас все изменилось. Ты забыл, что тебе показал кристалл?
— Не забыл... — опустил голову Беспалый. — Но я все еще боюсь поверить, а потом... — он мотнул головой, — а потом разочароваться. Если опять все на хрен, то лучше спиться и сдохнуть! Если меня и последней надежды лишат...
— Не лишат, — Михаил с теплой улыбкой посмотрел на него. — Дай руку.
Ролевик протянул ему свою беспалую ладонь, гляциолог накрыл ее своей. И Беспалый ощутил, как в его тело ворвалось пламя, золотое пламя. Почему-то он был уверен, что именно золотое. А может, даже увидел. Это неистовое пламя снова разожгло уже почти угасший внутренний огонь, и он яростно заполыхал вновь. В его глазах появились золотые же искры, он откинул голову и счастливо рассмеялся. Образы, порой непонятные, потоком вливались в его сознание и осаждались в памяти, теперь Беспалый не только понимал, что происходит в мире, но и знал, что должен сделать.
— Твоя задача уводить наших ребят из этого кошмарного мира, из этого дерьма, — голос Михаила стал требовательным. — Давать каждому возможность найти свой путь. Но не удивляйся, если вдруг не сможешь инициировать какого-нибудь старого приятеля. Это значит, что он скурвился, оцивилился, предал себя и свою мечту, став таким же, как эти, — он презрительно мотнул подбородком куда-то в сторону. — А значит там, — его палец указал в небо, — он не нужен. Пусть остается догнивать здесь.
— Есть одна проблема... — понурился ролевик. — Как бы я не относился к деньгам, но я нищий, мне просто не на что ездить по России. А твоими способностями я, увы, не обладаю...
— Разве это проблема, — расхохотался гляциолог. — Подожди немного.
С этими словами, он исчез. Как выяснилось, открытие замка дало ему помимо телепортации еще и способность сканировать пространство в поисках чего-то нужного. Или кого-то. Сейчас Михаил переместился в хранилище какого-то коммерческого банка, схватил в охапку несколько пачек пятитысячных купюр и вернулся на курумник.
— Держи, — вывалил он деньги прямо на камень. — На первое время должно хватить.
— Ты кого это грабанул?.. — подозрительно спросил Беспалый.
— Воров, — хохотнул Михаил. — Другими словами, коммерческий банк.
— А, этих можно, — расплылся в улыбке ролевик. — Они раньше кучу других ограбили, так что переживут. А нет — так туда и дорога.
— И еще, — гляциолог встал и пристально посмотрел на него. — Понимаешь, тебя могут убить за это. Сейчас на нас пошла настоящая охота. Меня с Баффой, как и других наших, даже не будут пытаться брать живыми — при встрече сразу станут стрелять на поражение. Так что будь осторожен...
— Зачем им это?.. — растерялся Беспалый.
— Думают, что смогут все остановить, повернуть обратно, не понимая, что от них отвернулся сам Бог. Довели своей скотской идеологией потребления. Не понимают, что мы — единственная надежда для них хотя бы спокойно дожить до старости. И объяснять им что-либо совершенно бесполезно.
— Ясно... Хорошо, поберегусь. Хотя на нас они не обращают внимания. Кто мы для них? Безобидные психи, которые с мечами по лесам бегают.
— Сейчас обратят, — заверил Михаил. — А чем больше наших уйдет, тем пристальнее они станут присматриваться к оставшимся. К сожалению, инициировать всех сразу я не в состоянии, это Баффа такое может, но только — байкеров, которые ему больше всех близки. И настоящих музыкантов. Все остальные — наша с тобой задача, дружище.
— Ладно, Лазарь, пробьемся! — улыбнулся Беспалый, распихивая по карманам рюкзака пачки денег. — Пора?
— Пора, — подтвердил гляциолог. — Мы можем больше и не встретиться. По крайней мере, в этом мире.
Они обнялись на прощание, а затем Михаил отступил на шаг и вскинул руку в прощальном жесте. Затем отступил на шаг и исчез. А Беспалый долго смотрел на место, где тот только что стоял, затем улыбнулся чему-то своему, с натугой поднял рюкзак, накинул лямки и двинулся к железнодорожной станции. Домой он заходить не собирался, нечего там делать.
Вилка проскребла по пустой тарелке, и Михаил очнулся от воспоминаний. Он сыто зевнул и откинулся на спинку стула. Затем с удовольствием выпил стакан морса, закурил и принялся размышлять о том, что должен сегодня сделать. В Новосибирске все не так просто, как и везде, впрочем. Главное сейчас инициировать тех, кто уже полностью готов, и подтолкнуть в нужном направлении остальных.
***
Не рыдай, не кричи, не корчись,
Никому не скажи о боли.
Разве кто-то придет на помощь,
Если мир безнадежно болен?
Мартиэль
Полковник Новицкий сидел в своем кабинете, просматривал очередные сводки и размышлял. Вспомнив, как поимело его за бесчинства байкеров начальство, он скривился. А что можно было предпринять?! Ведь эти коромыслом траханые через заднюю ногу байкеры могли телепортироваться, куда и как хотели! Но начальству не докажешь!
«Вы не предусмотрели! Вы не приняли мер! Вы виноваты в этом диком хулиганстве! Извольте обеспечить и предотвратить!»
Как?! Этого никто не сказал. Прекратить — и все.
Сдавленно выругавшись, полковник залпом допил остывший кофе и снова задумался. На память пришла жуткая картина случившегося в Санкт-Петербурге во время ухода байкеров. Пугающая до онемения гигантская черная воронка в небе, куда влетали люди на мотоциклах, исчезая бесследно. Посланные на разведку истребители не смогли приблизиться к воронке даже на километр, нечто невидимое не пустило их, при этом не давая разбиться. Самолеты мягко опустило на землю, заглушив двигатели. Ошарашенные пилоты затем докладывали, что управление просто перестало работать. При этом два истребителя все же прорвались к воронке и тоже исчезли, связь с ними прервалась мгновенно. Последним, что услышали в командном пункте, был восторженный вопль одного из пилотов: «Это звезды! Звезды! Сашка, нас там ждут! А эти? Да пошли они на х...р!..»
Поначалу исчезновение байкеров очень обрадовало Новицкого, он почувствовал немалое облегчение. Однако несколько вопросов все равно не давали ему покоя. Куда ушли байкеры? Почему они ушли? Как они смогли это сделать? Случившееся не укладывалось ни в какие рамки, и полковнику, с его материалистическими воззрениями, это очень не нравилось, поскольку рушило привычную картину. А через некоторое время Новицкий ощутил сильный дискомфорт, словно из мира исчезло что-то необходимое, крайне важное, оставив после себя пугающую серую пустоту.
Охота за Михаилом Лазаревым все еще оставалась безуспешной, его не раз замечали в разных городах, но он исчезал до того, как местные власти успевали принять меры. Чертов гляциолог даже на Украине и в Белоруссии успел отметиться, мало того, ограбил коммерческий банк, появившись прямо в защищенном хранилище, камеры зафиксировали это четко. На всякий случай были отработаны все связи Лазарева в Уфе и не только. Результатов это опять же не дало. Одни знакомые тоже исчезли, а другие не видели Лазарева много месяцев, а то и лет.
Ученые, с которыми Новицкий консультировался после ухода байкеров, только беспомощно разводили руками, не понимая, как такое вообще возможно. Он даже попытался проконсультироваться с известными экстрасенсами, но те были чем-то смертельно напуганы и несли дикую чушь о надвигающемся конце света. В очередной раз! Как они надоели с этим Армагеддоном! Делать людям нечего, вот и занимаются всякими глупостями.
Вся проблема была в том, что байкеры действительно ушли из этого мира, ушли куда-то за пределы планеты Земля, иначе их уже обнаружили бы. Демонстративность их ухода пугала и раздражала еще больше — они словно отряхнули с ног нечто омерзительное, и этим омерзительным являлась вся человеческая цивилизация.
А случившееся во время открытия четвертого замка?.. Полковник поежился. Что это вообще было?.. Шарлатаны утверждали, что одна за другой срываются печати Апокалипсиса. Что взять с этих идиотов? Все можно понять с помощью науки, без этих мистических заморочек. Вот только происшедшее во время открытия он никак не мог объяснить, было в нем нечто потустороннее. Особенно видение катящейся по Земле огненной волны, сметающей все на своем пути.
Новицкий сцепил зубы. Если есть хоть один процент вероятности того, что видение предсказало будущее, то он обязан принять меры и предотвратить этот кошмар. Знать бы еще как. Информации катастрофически не хватало.
Постепенно полковник начал понимать, что внутренне отрицать все случившееся, как он делал до сих пор, глупо. Это случилось, а значит, нужно учесть данное обстоятельство и действовать, исходя из фактов, а не собственных взглядов. Слишком многое стоит на кону. Как бы не само существование человечества. Он постоянно гнал от себя эту мысль, но она упорно возвращалась, заставляя сжимать кулаки. Самое паскудное, что он не знает, что предпринять!
С досадой хлопнув ладонью по столу, Новицкий откинулся на спинку кресла. Скоро должны были доставить задержанных неформалов, которые должны будут послужить приманкой для Лазарева. Гольдман, скорее всего, ушел вместе с остальными байкерами, так что ловить его смысла нет.
«Да и черт с ним, с придурком! — раздраженно подумал полковник. — Вот же сволочь, узнал секрет телепортации, так нет, чтобы родине его отдать, сам умотал и секрет унес...»
Жаль, что Лазарев тоже не желает сотрудничать. Телепортация и антигравитация, а байкеры однозначно летали при помощи антигравитации, ученые уверены в этом, очень пригодились бы стране, пытающейся снова стать великой. Почему Гольдман и Лазарев так поступают? Что такого они узнали? А ведь что-то узнали, что-то очень важное, что-то такое, что полностью изменило их жизнь и мировоззрение. Очень хотелось бы выяснить, что это было.
Вчера, сразу после исхода байкеров, Новицкий от отчаяния даже попытался поговорить с ясноглазыми. Однако эти непонятные дети просто не пожелали разговаривать, они молча смотрели на него и улыбались, как-то настолько странно и укоризненно, что полковнику вдруг стало мучительно стыдно. Причем причины он так и не смог понять, хоть и проворочался всю ночь, размышляя об этом.
Компьютер звуковым сигналом сообщил о поступлении новой информации. Новицкий тут же отбросил несвоевременные мысли и шевельнул мышкой. Отлично, доклад лейтенанта Голованова, отправившегося на пригородный игровой полигон, где ролевики как раз проводили последний в этом году турнир. Прочитав доклад, Новицкий ощутил, что его брови медленно, но неудержимо ползут вверх. На полигоне было пусто, следы людей доходили до двух столбов псевдокапища и обрывались там. Между столбами медленно рассеивался золотистый туман.
Неужели, опять?.. Уже не раз неформалы исчезали перед самым приходом безопасников, причем исчезали бесследно, найти ни одного до сих пор так и не удалось. Это что же получается, они тоже уходят?.. Как байкеры, только тихо?.. Новицкому вдруг стало нехорошо, по коже пробежал морозный холодок. Он попытался понять, что его так испугало, и опять не сумел. Ведь эти чертовы неформалы не нужны здесь! Они же ни на что не пригодны! Только под ногами у серьезных людей путаются! Большинство даже нигде не работает! Пусть себе убираются, куда хотят! Так почему же ему стало плохо?..
