— Можно и так сказать. Реинкарнация, воплощения, метапсихоз, у этого явления много названий. Некоторые считают, что мы живем на просторах вселенной многие жизни, рождаясь снова и вновь. Сам я никогда прежде не интересовался такими материями, но когда долго живешь в Кордисе, невольно наслушаешься разных историй. Кеган Аматрис, которого я знал, был могущественным воином и магом, который выступил против магических орденов, правивших нашей планетой. Он хотел принести людям свободу, но война, которую он начал, обернулась многими бедами, а сам он погиб. И все же он вернулся из страны мертвых, чтобы закончить начатое дело. Я и мои спутники тогда сообща боролись против короля узурпатора, захватившего трон в моем родном королевстве. Кеган захотел участвовать в этом, и хотя сперва он совершил много ошибок и мы не доверяли ему, — Патрик чуть помедлил, вспоминая, — потом он сделался одним из самых благородных и отважных людей, которых я когда-либо знал. Он не раз рисковал жизнью, пытаясь спасти нас, и не отступал ни перед какой опасностью.
Гвен слушала внимательно и несколько потрясенно, Брейсвер с непроницаемым лицом, что до меня, у меня возникло впечатление, будто мне рассказывают какую-то старинную легенду. Мне никогда не доводилось слышать ни о чем подобном ранее, и я прежде не интересовался прошлыми жизнями. Тем не менее, выслушав Патрика, я осторожно заметил:
— Судя по всему, вещи, о которых ты говоришь, случилось довольно давно. И все же недостаточно давно, чтобы ты успел состариться. Тебе на вид не больше сорока лет, а мне самому тридцать пять. Как я могу быть реинкарнацией этого человека? Даже если он уже умер, времени бы никак не хватило, чтобы я успел родиться и вырасти.
— В междумирье свое течение времени. В одном из сражений, которые тогда состоялись, я погиб, а когда очнулся, вокруг были только холодные камни, древние развалины и туман. Я отправился в путешествие и в конечном счете пришел в Кордис. Как мне сказали, порой нечто подобное происходит и мертвые, оказавшиеся в пространстве между мирами, могут вновь выйти к живым, обитающим здесь, хотя ученые и чародеи до сих пор спорят о природе этого феномена.
— Так вы неупокоенный мертвец? — спросила Гвен. — Прежде я не слышала об этом.
— Потому что я стараюсь об этом помалкивать. Нет, с медицинской точки зрения я живой, и если меня ранить, у меня пойдет кровь, а если в меня выстрелить, я могу умереть. Но я уже однажды умирал, и, вероятно, каким-то образом сумел пересечь обратно границу между жизнью и смертью, — при этих словах меня посетила неприятная мысль, что нечто подобное могло случиться и во время стычки в портовых доках Темрополиса. Правда, это бы никак не объясняло остальных странностей. — В Кордисе я некоторое время занимался тем, что пытался найти себе работу, а когда снова услышал о Дейдре, моем родном мире, я также узнал, что на ней прошло триста лет.
— Дейдра? — я встрепенулся. — Я уже не первый раз слышу название.
— Один из миров, существующих во вселенной. В дни моей молодости там была эпоха шпаг, мушкетов и парусных кораблей, сейчас уже давно настала эра машин. Чтобы ни случилось с Кеганом после того, как я покинул свой мир, он, скорее всего, уже давно умер и мог снова переродиться где-нибудь в другом месте. У тебя тоже самое имя и ты очень похож. Хотя не скрою, он держался нахальнее, — Патрик усмехнулся. — Но это все никак не объясняет, откуда взялась Марта и почему она преследует тебя.
Я вздохнул и приступил к собственному рассказу. Я поведал о том, как был солдатом в мире Артемиды, когда на королевство Релейн напали враги, и как долгие годы сражался в рядах сопротивления. Про то, как вместе со всем своим отрядом угодил в засаду, пытался вырваться из нее и наконец оказался здесь. Очнулся посреди неизвестности полностью экипированный и здоровый, но с ослабшими магическими силами, с заблокированным планшетом в рюкзаке и со смутным ощущением, что неизвестно куда подевались несколько лет моей жизни.
Затем я вернулся к событиям на Плантагне, более подробно рассказав о двух встречах с Мартой и о таинственном убийце, что также напал на меня в Патренборге. Патрик слушал внимательно, не перебивая, пока я говорил о том, как мы достали амулет в замке Корд-Майерн, бежали из города на речном пароходе, оторвались от погони на шоссе, а потом встретились с эстельдийским боевым шагоходом. Лишь когда я закончил говорить, Патрик спросил:
— Можешь показать свой планшет?
— Конечно.
Я достал устройство из рюкзака и протянул ему. Торговец несколько минут вертел планшет в руках, пристально изучая и как будто опасаясь некой ловушки. Патрик прикрыл глаза, и, ощутив легкое напряжение энергетических полей, я понял, что он неизвестным мне образом изучает планшет при помощи магии. Затем Телфрин попробовал включить его, довольно долго перебирал комбинации всевозможных паролей, затем направился к своему ноутбуку и соединил его с планшетом длинным шнуром. Около получаса Патрик стучал на лэптопе клавишами, пока мы с компаньонами сосредоточенно молчали, а потом он сказал:
— Ничего не получается, хотя я попробовал использовать несколько предназначенных для взлома программ, которые применяю в первую очередь. Впрочем, полноценным взломщиком меня и не назовешь, так, по верхам нахватался немного, — Телфрин усмехнулся. — Игрушка у тебя, Кеган, хорошая, и защищена надежно. Стоит отнести ее настоящим специалистам, и пусть для начала хотя бы определят мир производства. Могу я ее забрать?
— Разумеется. Пользы от этой штуки все равно никакой, а так, может быть, что-нибудь выясним.
— Тоже так думаю. История, которой ты поделился, весьма примечательна, но пока создает больше вопросов, чем ответов. Над всем этим, опять же, стоит крепко подумать, но не на ночь глядя. Сейчас предлагаю снова разогреть пиццу, а то она, пока мы говорили, остыла, плотно есть, поболтать о каких-нибудь менее мозголомных вещах, а там можете идти отдыхать. Через несколько дней снова встретимся, возможно у меня появятся какие-то новости. Заодно наведу справки про эту твою Артемиду, Кеган, потому что раньше я о подобной планете не слышал.
— Это я уже понял. Похоже, занесло меня далековато от дома.
— Очень похоже на то. Так или иначе, на днях возвращайтесь. Вы остановились в гостинице над “Приютом странника”, правильно? Я позвоню туда сразу, как сумею что-нибудь выяснить, или отправлю с нарочным письмо, если телефон там опять сломался. Когда как следует отдохнете и если сами того пожелаете, возможно у меня найдется для вас еще работа.
В течение вечера мы успели еще поделиться всевозможными байками и историями, услышанными за прежние годы во время военной службы или в качестве скитальцев. Это были истории, случившиеся с нами самими или с кем-то, о ком мы только лишь знали или слышали, или даже полностью выдуманные. Патрик вспомнил странствия, которые у него когда-то были, и признался, что был капитаном на пиратском корабле и плавал по далеким морям в поисках сокровищ и проблем на свою голову.
— Этот вот магазин, что внизу, я назвал в честь своего фрегата, — сказал он, чуть закатив глаза. — Жаль, что тот затонул. Мы нарвались на засаду и не смогли пройти через пушечный грохот. Были же когда-то деньки, однако.
Дэрри поведал о временах, когда он был командиром наемников в очень далеком мире, похожем на эпоху темных веков. В те дни он командовал конницей, носил латный доспех, сражался на мечах и брал штурмом крепости. Гвен рассказала про приключения в технологических мирах, отчаянную стрельбу из бластеров и погони на крышах небоскребов с прыжками на тросах. Я в свою очередь вспомнил про особо дерзкие вылазки против врагов, что у меня были. К тому времени мы уже успели выпить бутылку вина, которое Патрик достал из бара, и спуститься в пекарню напротив, работающую допоздна, за еще одной пиццей.
Наконец наш наниматель принялся зевать, и, махнув рукой, предложил нам или остаться спать прямо тут на диванчиках, или прямо сейчас выметаться из офиса. Мы выбрали второй вариант, и, попрощавшись с Патриком, спустились на лифте и выбрались в окончательно сгустившуюся к тому времени ночь. Улицы опустели, воздух дышал прохладой, хотя многие бары и забегаловки еще работали. Ждать трамвая было уже бессмысленно, и потому, положив руки в карманы и насвистывая песни под нос, мы пошли в направлении “Приюта странника”.
— Сама я снимаю квартиру неподалеку, — сообщила Гвенет, зевнув, — но лучше провожу вас, чтобы не впутались в неприятности.
— А что, считаешь, мы на это способны? — поинтересовался Дэрри с легким вызовом.
— Да вы для этого просто созданы, мальчики, — наемница фыркнула. — Я, по крайней мере, пила меньше всех и точно не промахнусь, если понадобится стрелять.
— Ну, тогда мы очень благодарны, что ты составила нам компанию, — насмешливо сказал Брейсвер.
Гвен кивнула и замолчала, я же полной грудью вдохнул свежий ночной воздух. Тучи над головой ненадолго разошлись, и впервые за все время, проведенное в этом странном параллельном измерении, я увидел над головой звезды. Они горели отчетливо и ярко, несмотря даже на городские огни, что бросали отсвет на небо. Не знаю, были ли это далекие солнца или просто светильники, подвешенные в вышине, и какой природой обладал местный космос, но зрелище все равно получилось завораживающим. Я настолько увлекся им, что на некоторое время даже перестал смотреть под ноги, и пришел в себя, лишь когда споткнулся.
Вскоре мы покинули высотную часть города и вошли в окружающие ее кварталы, застроенные старинными доходными домами. Порой нам попадались припозднившиеся компании, но в основном прохожих было немного. Лишь некоторые особо стойкие гуляки еще горланили на летних террасах свои песни. Постепенно одна за другой гасли вывески большинства заведений и темнели окна в домах, приближалась глубокая ночь. Я старался запоминать расположение улиц, чтобы при необходимости сориентироваться в городе в одиночку. Топографическая карта, как это всегда бывало в таких случаях, понемногу начала формироваться перед моим мысленным взором.
Когда до Большой Башмачной оставалось уже совсем ничего, я спросил Брейсвера:
— А ты-то когда успел услышать про того парня с Дейдры? Ну, который якобы моя прошлая инкарнация.
— Мне доводилось встречать людей из его родного мира. Они рассказывали о Кегане Аматрисе. Насколько понимаю, он довольно известная в тех краях личность. Правда, я слышал только начало истории, о том, как он сражался со злыми магами, а потом погиб, и ничего о его возвращении. Но, может, те приключения, что были у него с Патриком, не попали на страницы хроник. Когда я увидел тебя, сперва подумал, что это лишь совпадение, твое имя и его имя, но потом оказалось, что нет.
— Из-за этого совпадения за мной теперь гоняется сумасшедшая с двумя кинжалами, — мрачно фыркнул я. — Хотел бы я знать, чем я или тот тип успели ей насолить. Впрочем, если послушать Патрика, за этим принцем огня не заржавело бы выкинуть какое-нибудь коленцо.
Наконец впереди показался “Приют странника”. Бар еще работал, хотя посетителей уже было немного, и изнутри доносились лишь немногие голоса и приглушенная музыка. Мы приблизились к заведению и увидели неподалеку от его дверей, в самом начале уходящего прочь переулка, неподвижную фигуру. Высокий человек в зеленом камзоле стоял, положив руку на эфес шпаги, и напряженно осматривался по сторонам. Свет фонарей выхватил его лицо из мрака, и неожиданно для себя я разглядел Эдвина Айтверна.
— Это ж наследник Айтвернов, — удивленно пробормотал Дэрри, — что он забыл в этой дыре?
— Здравствуй, солдат, — светловолосый аристократ тоже заметил меня и сделал шаг вперед. — Вижу, ты обзавелся компанией. В баре мне сказали, что ты остановился здесь и снял комнату наверху, и я пришел в надежде тебя встретить.
— Решил поквитаться за прошлую ссору? — спросил я, на треть выдвинув меч из ножен.
— Вовсе нет, — Эдвин качнул головой и демонстративно убрал ладонь с рукояти шпаги. — Не спорю, мысль соблазнительная, но сейчас вряд ли уместно вспоминать былые стычки. В прошлый раз мой рассудок был помрачен картинами иных воплощений, открывшихся мне в медитации, сейчас я способен мыслить ясно. Прежде всего, я сожалею, что ты стал участником нашей с госпожой Катрионы перепалки.
— Я просто проходил мимо и решил вмешаться, потому что дело между вами уже дошло до драки.
— И ты решил остановить меня, раз счел, что я нахожусь не в себе, — с иронической усмешкой заключил Эдвин. — Возможно, на твоем месте я бы сделал тоже самое. Когда твой разум отрешается от реальности и за краткое время постигает образы многих миров, некоторое время тобой владеют страсти. Особенно если ты видишь перед собой даму, которая, как ты знаешь, была твоей супругой на протяжении многих жизней подряд. Я сожалею, что госпожу Катриону смутили мои речи.
— Это уж точно, — кивнул я, — она была порядком обескуражена, я бы сказал, — мне немедленно вспомнились те разговоры о реинкарнациях, что совсем недавно вел со мной Патрик. Похоже, в этом городе многие помешаны на этой теме.
— Это все очень интересно, — вмешался в разговор Дэрри, — но с какой целью вы поджидаете нас здесь, господин Айтверн? Если желаете пропустить кружечку пива и потолковать о метафизике, то возможно, лучше нам зайти внутрь, а то у меня уже ноги отваливаются.
Эдвин кивнул и развернулся к дверям бара, мы последовали за ним. Меня порядком обескуражило его появление, но, похоже, на сей раз аристократ был настроен дружелюбно. Внутри заведения и впрямь оказалось просторно, а возле стойки дежурила та же незнакомая мне барменша, что и в прошлой раз. Без промедления взяв у нее по кружке пива, мы расселись за дальним столиком возле самой стены.
— Я думаю, самое время представиться, — поглядев на меня, сказал Эдвин.
— Кеган Аматрис. Из королевства Релейн на планете Артемида.
— Никогда не слышал о такой, — проронил аристократ, что ни в малой степени меня не удивило. Сделав могучий глоток из кружки, он мрачным тоном продолжил: — К сожалению, у Дома Драконьих Владык, к которому я принадлежу, много врагов. Мы долгие годы обитаем в Кордисе, практически с самого момента основания города, и за это время успели обзавестись недоброжелателями среди многих других благородных фамилий. Торговое соперничество, борьба за выгодные соглашения с жителями других миров, попытки получить более значимую должность на муниципальной службе, бесконечные интриги в стенах магистрата.
— Можешь не объяснять мне, я и сам из знатной семьи.
— Что ж, это заметно по твоим манерам, — Эдвин кивнул. — Город между мирами, в который ты недавно попал, чужеземец, подобен огромной банке с пауками, особенно по мере того, как ты отдаляешься от трущоб к его сверкающему центру. Сейчас во главе городского совета стоят люди, не слишком дружественные нашей семье, и наши многочисленные соперники желают и того больше ослабить нас. За каждым представителем нашего дома ведется наблюдение. Так уж вышло, что, зачастив в этот бар, я невольно привлек к себе слежку.
— Что-то не помню в том переулке, где мы подрались, поблизости шпиков.
— Я заходил в “Приют странника” не один раз, — уточнил Эдвин. — Не знаю, кто именно из наших врагов заинтересовался мной, но последствия не заставили себя ждать.
Гвен слушала внимательно и несколько потрясенно, Брейсвер с непроницаемым лицом, что до меня, у меня возникло впечатление, будто мне рассказывают какую-то старинную легенду. Мне никогда не доводилось слышать ни о чем подобном ранее, и я прежде не интересовался прошлыми жизнями. Тем не менее, выслушав Патрика, я осторожно заметил:
— Судя по всему, вещи, о которых ты говоришь, случилось довольно давно. И все же недостаточно давно, чтобы ты успел состариться. Тебе на вид не больше сорока лет, а мне самому тридцать пять. Как я могу быть реинкарнацией этого человека? Даже если он уже умер, времени бы никак не хватило, чтобы я успел родиться и вырасти.
— В междумирье свое течение времени. В одном из сражений, которые тогда состоялись, я погиб, а когда очнулся, вокруг были только холодные камни, древние развалины и туман. Я отправился в путешествие и в конечном счете пришел в Кордис. Как мне сказали, порой нечто подобное происходит и мертвые, оказавшиеся в пространстве между мирами, могут вновь выйти к живым, обитающим здесь, хотя ученые и чародеи до сих пор спорят о природе этого феномена.
— Так вы неупокоенный мертвец? — спросила Гвен. — Прежде я не слышала об этом.
— Потому что я стараюсь об этом помалкивать. Нет, с медицинской точки зрения я живой, и если меня ранить, у меня пойдет кровь, а если в меня выстрелить, я могу умереть. Но я уже однажды умирал, и, вероятно, каким-то образом сумел пересечь обратно границу между жизнью и смертью, — при этих словах меня посетила неприятная мысль, что нечто подобное могло случиться и во время стычки в портовых доках Темрополиса. Правда, это бы никак не объясняло остальных странностей. — В Кордисе я некоторое время занимался тем, что пытался найти себе работу, а когда снова услышал о Дейдре, моем родном мире, я также узнал, что на ней прошло триста лет.
— Дейдра? — я встрепенулся. — Я уже не первый раз слышу название.
— Один из миров, существующих во вселенной. В дни моей молодости там была эпоха шпаг, мушкетов и парусных кораблей, сейчас уже давно настала эра машин. Чтобы ни случилось с Кеганом после того, как я покинул свой мир, он, скорее всего, уже давно умер и мог снова переродиться где-нибудь в другом месте. У тебя тоже самое имя и ты очень похож. Хотя не скрою, он держался нахальнее, — Патрик усмехнулся. — Но это все никак не объясняет, откуда взялась Марта и почему она преследует тебя.
Я вздохнул и приступил к собственному рассказу. Я поведал о том, как был солдатом в мире Артемиды, когда на королевство Релейн напали враги, и как долгие годы сражался в рядах сопротивления. Про то, как вместе со всем своим отрядом угодил в засаду, пытался вырваться из нее и наконец оказался здесь. Очнулся посреди неизвестности полностью экипированный и здоровый, но с ослабшими магическими силами, с заблокированным планшетом в рюкзаке и со смутным ощущением, что неизвестно куда подевались несколько лет моей жизни.
Затем я вернулся к событиям на Плантагне, более подробно рассказав о двух встречах с Мартой и о таинственном убийце, что также напал на меня в Патренборге. Патрик слушал внимательно, не перебивая, пока я говорил о том, как мы достали амулет в замке Корд-Майерн, бежали из города на речном пароходе, оторвались от погони на шоссе, а потом встретились с эстельдийским боевым шагоходом. Лишь когда я закончил говорить, Патрик спросил:
— Можешь показать свой планшет?
— Конечно.
Я достал устройство из рюкзака и протянул ему. Торговец несколько минут вертел планшет в руках, пристально изучая и как будто опасаясь некой ловушки. Патрик прикрыл глаза, и, ощутив легкое напряжение энергетических полей, я понял, что он неизвестным мне образом изучает планшет при помощи магии. Затем Телфрин попробовал включить его, довольно долго перебирал комбинации всевозможных паролей, затем направился к своему ноутбуку и соединил его с планшетом длинным шнуром. Около получаса Патрик стучал на лэптопе клавишами, пока мы с компаньонами сосредоточенно молчали, а потом он сказал:
— Ничего не получается, хотя я попробовал использовать несколько предназначенных для взлома программ, которые применяю в первую очередь. Впрочем, полноценным взломщиком меня и не назовешь, так, по верхам нахватался немного, — Телфрин усмехнулся. — Игрушка у тебя, Кеган, хорошая, и защищена надежно. Стоит отнести ее настоящим специалистам, и пусть для начала хотя бы определят мир производства. Могу я ее забрать?
— Разумеется. Пользы от этой штуки все равно никакой, а так, может быть, что-нибудь выясним.
— Тоже так думаю. История, которой ты поделился, весьма примечательна, но пока создает больше вопросов, чем ответов. Над всем этим, опять же, стоит крепко подумать, но не на ночь глядя. Сейчас предлагаю снова разогреть пиццу, а то она, пока мы говорили, остыла, плотно есть, поболтать о каких-нибудь менее мозголомных вещах, а там можете идти отдыхать. Через несколько дней снова встретимся, возможно у меня появятся какие-то новости. Заодно наведу справки про эту твою Артемиду, Кеган, потому что раньше я о подобной планете не слышал.
— Это я уже понял. Похоже, занесло меня далековато от дома.
— Очень похоже на то. Так или иначе, на днях возвращайтесь. Вы остановились в гостинице над “Приютом странника”, правильно? Я позвоню туда сразу, как сумею что-нибудь выяснить, или отправлю с нарочным письмо, если телефон там опять сломался. Когда как следует отдохнете и если сами того пожелаете, возможно у меня найдется для вас еще работа.
Глава 13
В течение вечера мы успели еще поделиться всевозможными байками и историями, услышанными за прежние годы во время военной службы или в качестве скитальцев. Это были истории, случившиеся с нами самими или с кем-то, о ком мы только лишь знали или слышали, или даже полностью выдуманные. Патрик вспомнил странствия, которые у него когда-то были, и признался, что был капитаном на пиратском корабле и плавал по далеким морям в поисках сокровищ и проблем на свою голову.
— Этот вот магазин, что внизу, я назвал в честь своего фрегата, — сказал он, чуть закатив глаза. — Жаль, что тот затонул. Мы нарвались на засаду и не смогли пройти через пушечный грохот. Были же когда-то деньки, однако.
Дэрри поведал о временах, когда он был командиром наемников в очень далеком мире, похожем на эпоху темных веков. В те дни он командовал конницей, носил латный доспех, сражался на мечах и брал штурмом крепости. Гвен рассказала про приключения в технологических мирах, отчаянную стрельбу из бластеров и погони на крышах небоскребов с прыжками на тросах. Я в свою очередь вспомнил про особо дерзкие вылазки против врагов, что у меня были. К тому времени мы уже успели выпить бутылку вина, которое Патрик достал из бара, и спуститься в пекарню напротив, работающую допоздна, за еще одной пиццей.
Наконец наш наниматель принялся зевать, и, махнув рукой, предложил нам или остаться спать прямо тут на диванчиках, или прямо сейчас выметаться из офиса. Мы выбрали второй вариант, и, попрощавшись с Патриком, спустились на лифте и выбрались в окончательно сгустившуюся к тому времени ночь. Улицы опустели, воздух дышал прохладой, хотя многие бары и забегаловки еще работали. Ждать трамвая было уже бессмысленно, и потому, положив руки в карманы и насвистывая песни под нос, мы пошли в направлении “Приюта странника”.
— Сама я снимаю квартиру неподалеку, — сообщила Гвенет, зевнув, — но лучше провожу вас, чтобы не впутались в неприятности.
— А что, считаешь, мы на это способны? — поинтересовался Дэрри с легким вызовом.
— Да вы для этого просто созданы, мальчики, — наемница фыркнула. — Я, по крайней мере, пила меньше всех и точно не промахнусь, если понадобится стрелять.
— Ну, тогда мы очень благодарны, что ты составила нам компанию, — насмешливо сказал Брейсвер.
Гвен кивнула и замолчала, я же полной грудью вдохнул свежий ночной воздух. Тучи над головой ненадолго разошлись, и впервые за все время, проведенное в этом странном параллельном измерении, я увидел над головой звезды. Они горели отчетливо и ярко, несмотря даже на городские огни, что бросали отсвет на небо. Не знаю, были ли это далекие солнца или просто светильники, подвешенные в вышине, и какой природой обладал местный космос, но зрелище все равно получилось завораживающим. Я настолько увлекся им, что на некоторое время даже перестал смотреть под ноги, и пришел в себя, лишь когда споткнулся.
Вскоре мы покинули высотную часть города и вошли в окружающие ее кварталы, застроенные старинными доходными домами. Порой нам попадались припозднившиеся компании, но в основном прохожих было немного. Лишь некоторые особо стойкие гуляки еще горланили на летних террасах свои песни. Постепенно одна за другой гасли вывески большинства заведений и темнели окна в домах, приближалась глубокая ночь. Я старался запоминать расположение улиц, чтобы при необходимости сориентироваться в городе в одиночку. Топографическая карта, как это всегда бывало в таких случаях, понемногу начала формироваться перед моим мысленным взором.
Когда до Большой Башмачной оставалось уже совсем ничего, я спросил Брейсвера:
— А ты-то когда успел услышать про того парня с Дейдры? Ну, который якобы моя прошлая инкарнация.
— Мне доводилось встречать людей из его родного мира. Они рассказывали о Кегане Аматрисе. Насколько понимаю, он довольно известная в тех краях личность. Правда, я слышал только начало истории, о том, как он сражался со злыми магами, а потом погиб, и ничего о его возвращении. Но, может, те приключения, что были у него с Патриком, не попали на страницы хроник. Когда я увидел тебя, сперва подумал, что это лишь совпадение, твое имя и его имя, но потом оказалось, что нет.
— Из-за этого совпадения за мной теперь гоняется сумасшедшая с двумя кинжалами, — мрачно фыркнул я. — Хотел бы я знать, чем я или тот тип успели ей насолить. Впрочем, если послушать Патрика, за этим принцем огня не заржавело бы выкинуть какое-нибудь коленцо.
Наконец впереди показался “Приют странника”. Бар еще работал, хотя посетителей уже было немного, и изнутри доносились лишь немногие голоса и приглушенная музыка. Мы приблизились к заведению и увидели неподалеку от его дверей, в самом начале уходящего прочь переулка, неподвижную фигуру. Высокий человек в зеленом камзоле стоял, положив руку на эфес шпаги, и напряженно осматривался по сторонам. Свет фонарей выхватил его лицо из мрака, и неожиданно для себя я разглядел Эдвина Айтверна.
— Это ж наследник Айтвернов, — удивленно пробормотал Дэрри, — что он забыл в этой дыре?
— Здравствуй, солдат, — светловолосый аристократ тоже заметил меня и сделал шаг вперед. — Вижу, ты обзавелся компанией. В баре мне сказали, что ты остановился здесь и снял комнату наверху, и я пришел в надежде тебя встретить.
— Решил поквитаться за прошлую ссору? — спросил я, на треть выдвинув меч из ножен.
— Вовсе нет, — Эдвин качнул головой и демонстративно убрал ладонь с рукояти шпаги. — Не спорю, мысль соблазнительная, но сейчас вряд ли уместно вспоминать былые стычки. В прошлый раз мой рассудок был помрачен картинами иных воплощений, открывшихся мне в медитации, сейчас я способен мыслить ясно. Прежде всего, я сожалею, что ты стал участником нашей с госпожой Катрионы перепалки.
— Я просто проходил мимо и решил вмешаться, потому что дело между вами уже дошло до драки.
— И ты решил остановить меня, раз счел, что я нахожусь не в себе, — с иронической усмешкой заключил Эдвин. — Возможно, на твоем месте я бы сделал тоже самое. Когда твой разум отрешается от реальности и за краткое время постигает образы многих миров, некоторое время тобой владеют страсти. Особенно если ты видишь перед собой даму, которая, как ты знаешь, была твоей супругой на протяжении многих жизней подряд. Я сожалею, что госпожу Катриону смутили мои речи.
— Это уж точно, — кивнул я, — она была порядком обескуражена, я бы сказал, — мне немедленно вспомнились те разговоры о реинкарнациях, что совсем недавно вел со мной Патрик. Похоже, в этом городе многие помешаны на этой теме.
— Это все очень интересно, — вмешался в разговор Дэрри, — но с какой целью вы поджидаете нас здесь, господин Айтверн? Если желаете пропустить кружечку пива и потолковать о метафизике, то возможно, лучше нам зайти внутрь, а то у меня уже ноги отваливаются.
Эдвин кивнул и развернулся к дверям бара, мы последовали за ним. Меня порядком обескуражило его появление, но, похоже, на сей раз аристократ был настроен дружелюбно. Внутри заведения и впрямь оказалось просторно, а возле стойки дежурила та же незнакомая мне барменша, что и в прошлой раз. Без промедления взяв у нее по кружке пива, мы расселись за дальним столиком возле самой стены.
— Я думаю, самое время представиться, — поглядев на меня, сказал Эдвин.
— Кеган Аматрис. Из королевства Релейн на планете Артемида.
— Никогда не слышал о такой, — проронил аристократ, что ни в малой степени меня не удивило. Сделав могучий глоток из кружки, он мрачным тоном продолжил: — К сожалению, у Дома Драконьих Владык, к которому я принадлежу, много врагов. Мы долгие годы обитаем в Кордисе, практически с самого момента основания города, и за это время успели обзавестись недоброжелателями среди многих других благородных фамилий. Торговое соперничество, борьба за выгодные соглашения с жителями других миров, попытки получить более значимую должность на муниципальной службе, бесконечные интриги в стенах магистрата.
— Можешь не объяснять мне, я и сам из знатной семьи.
— Что ж, это заметно по твоим манерам, — Эдвин кивнул. — Город между мирами, в который ты недавно попал, чужеземец, подобен огромной банке с пауками, особенно по мере того, как ты отдаляешься от трущоб к его сверкающему центру. Сейчас во главе городского совета стоят люди, не слишком дружественные нашей семье, и наши многочисленные соперники желают и того больше ослабить нас. За каждым представителем нашего дома ведется наблюдение. Так уж вышло, что, зачастив в этот бар, я невольно привлек к себе слежку.
— Что-то не помню в том переулке, где мы подрались, поблизости шпиков.
— Я заходил в “Приют странника” не один раз, — уточнил Эдвин. — Не знаю, кто именно из наших врагов заинтересовался мной, но последствия не заставили себя ждать.
