— Охотно бы, но лучше как-нибудь в другой раз. Надо пройтись по магазинам, прикупить всяких штучек домой, а еще разыскать Брейсвера и предупредить его, что Телфрин нас ждет.
Попрощавшись с Гвенет, мы миновали несколько переулков, в которых вставшие спозаранку торговцы уже давно разложили на лотках детали для бытовой техники, слесарные инструменты и предметы антикавариата, оружие и амуницию, полевые бинокли и хронометры, походную одежду и обувь, свежие овощи и пойманную в реке рыбу, источавшую во все стороны непередаваемый аромат, и прочую всячину, что могла бы понадобиться обитателям близлежащих кварталов. Здание гильдии находилось неподалеку, и добравшись туда, мы без проблем сделали Катрионе удостоверение наемницы, что заняло совсем немного времени. Очередей еще не было, посетителей набралось совсем немного, только в кафетерии завтракали бородатый мужчина и беловолосая девушка, которых я видел в “Приюте странника” накануне.
— Удивлена, что ты решила податься в искатели приключений, Кэт, — призналась регистраторша.
— Сама не знаю, что на меня нашло, — теперь уже бывшая бармена с иронией развела руками. — Наверно, надоело разносить обеды и хочется размяться на дальних дорогах. Да и слышала, что авантюристам неплохо платят. Лучше, чем мне.
— Можно сказать, такова компенсация за риск, — хмыкнула Изабель и занесла имя Катрионы в свои документы.
Ближайший тренировочный зал, в который мы двинулись после посещения гильдейской штаб-квартиры, располагался рядом с Большой Башмачной, в неприметном дворе-колодце, образованном пересечением четырех старинных доходных домов. Гранитные маскароны следили за прохожими пристальным взглядом. Пройдя под сводчатой аркой, мы нырнули в неприметную металлическую дверь, за которой обнаружились затрапезного вида вестибюль, примыкающие к нему раздевалка и душевая, а также несколько просторных залов, предназначенных для любого вида тренировок и спаррингов, как при помощи обычного оружия, так и магических.
Здесь в большом количестве имелись силовые и кардиотренажеры, подобные тем, что можно встретить в любом обычном спортзале. Я и сам часто занимался на таких раньше вечерами после работы, чтобы держать себя в форме. С потолка свисали боксерские груши, вдоль дальней стены выстроились мишени для стрельбы из лука, арбалета или любых видов огнестрельного оружия. В оружейных стойках имелись мечи, сабли и топоры, предназначенные для всех, кто желает вволю помахать клинком. Двое парней в майках и спортивных штанах вели поединок на затупленных шпагах, которые иной раз сталкивались с глухим скрежетом. В помещении для магических тренировок стены потемнели от копоти, оставшейся после попадания по ним огненных шаров.
Купив абонемент на полгода, мы немедленно приступили к занятиям. Первым делом я повесил свое новое пальто на крючок и извлек меч из ножен, проследив, как играют на клинке исходящие от люстры блики. Ни единой зазубрины на лезвии после стольких сражений, изготовленная древними мастерами сталь была высококлассного качества. Катриона также избавилась от своей куртки, а потом плавным движением обнажила саблю. Девушка задумчиво посмотрела на выбранное ею оружие, а потом встала в защитную стойку.
— Расскажешь, где и когда училась сражаться? — поинтересовался я.
— В городе, где я росла, он называется Хемгрев, живет много отставных солдат и бывших наемников, решивших выйти на покой и купить домик в уединенном месте. Один из них открыл школу, где охотно обучал основам боевых искусств всех желающих. В основном там занимались мальчишки, которые хотели однажды стать воинами, но я тоже ходила туда каждые среду и пятницу, потому что уже тогда хотела научиться себя защитить. К тому же мне казалось, что со временем я уеду из города. Мастер Генлок обучил меня владению холодным и огнестрельным оружием, а еще потом я брала частные уроки, когда оказалась в Кордисе.
— Хорошо. Тогда попробуй меня атаковать. Можешь не беспокоиться меня ранить.
Катриона кивнула и сделала финт. Сперва она плавно наметила, что пытается нанести колющий удар в корпус, затем резко повернула кисть и размашисто рубанула меня на плечу. Клинок свистнул, стремительно набирая скорость. Я уже был готов к чему-то подобному, угадав будущий выпад по выражению глаз девушки и наклону ее плеча, и закрылся, приняв удар на нижнюю треть клинка. Развернул меч, сбрасывая саблю Катрионы по направлению к полу, и выбросил локоть вперед, едва не доведя острие своего полуторника девушке до горла.
Та в ответ лишь резко выдохнула, чуть сощурив глаза, и текучим шагом отступила назад, одновременно выбрасывая вперед и вверх саблю и атакуя меня в незащищенный бок. Тут уже мне пришлось резко отдернуться и парировать, прежде чем ее клинок распорол бы мне жилет. Выставив блок, я отбросил ее саблю в сторону и нанес скользящий удар по плечу. Приученный за годы прежних тренировок контролировать движение меча, я несомненно бы остановил удар, не нанеся ранения, но делать этого не понадобилось. Катриона резко крутанулась и вскинула саблю, приняв мой выпад на свой встречный. Клинки столкнулись и зазвенели, а наши глаза оказались совсем близко.
— Неплохо, — выдохнул я. — Никогда бы не подумал, что последние годы ты провела, работая в баре.
— Может, у меня просто природный талант сражаться, — Катриона криво усмехнулась.
Сейчас, в пылу тренировочного поединка, неуловимо изменились и ее манеры, и выражение лица. Наружу рвалось нечто незнакомое, в голосе прибавилось уверенности и отстраненного спокойствия. Девушка отдернулась, скользящим пируэтом уходя от моего очередного выпада, а потом сама нанесла серию быстрых рубящих ударов, атакуя со всех сторон в голову, в корпус и в бок. Сабля так и мелькала то справа, то слева, отсветы подвешенных под потолком люстр плясали на ее слегка искривленном клинке. Мне пришлось как следует постараться, чтобы каждый раз вовремя закрываться и не получить пусть и поверхностной, но настоящей раны. Наконец мы остановились, чтобы перевести дыхание.
— Клинком ты владеешь более чем уверенно, — констатировал я. — И вполне выстоишь в любом серьезном бою. Позже мы продолжим, чтобы отточить навыки. Регулярные занятия помогают держать тело в узде и никогда не расслабляться, сохраняя готовность к сражению. Но сейчас стоит переключиться к более важной теме, а именно к магии. Скажи, ты точно прежде не замечала у себя проявления чародейского дара?
Катриона немного помолчала, обдумывая мой вопрос.
— Сложно сказать, — наконец сообщила она. — Иногда у меня бывают озарения или предчувствия, но они, наверно, случаются у многих людей. Вещие сны мне никогда особо не снились, а может быть, я их просто не запоминаю. Не умею призывать грозу или управлять огнем, не случалось исцелять прикосновением рук. Ничего такого, что, по слухам, обычно бывает с людьми, имеющими врожденный талант.
— Ничего, — утешил я, — у меня тоже не было никаких особых способностей до возраста, когда началось мое обучение. Сперва я долго и нудно слышал лекции о природе энергетического потока, потом понемногу научился его ощущать. Именно с этого и начнем. Как ты, наверно, слышала, все существующие магические формулы представляют собой лишь элемент концентрации, позволяющий правильно настроить сознание. Сила пронизывает вселенную, и чародеи учатся находить с ней контакт.
— Да. Я знаю. Про это часто рассказывают наемники в баре. Те из них, кто сам колдует.
— Отлично. Тогда ты знакома с основами, осталось лишь перейти к практике. Попробуй расслабиться и отрешиться от окружающей действительности. Очистить свой рассудок от любых лишних мыслей, погрузить себя в полную тишину. На первых порах это сложно, но чем дальше, тем легче будет получаться. Когда твой разум придет к достаточной степени сосредоточенности, ты сможешь попробовать ощутить потоки магии, незримо присутствующие повсюду вокруг нас.
— Прямо здесь? Сейчас? — Катриона не сдержала иронии. — Пока те два парня месятся на шпагах в углу?
— В настоящем бою более спокойной обстановки ты все равно не найдешь, — ответил я со всей возможной серьезностью. — Мы не знаем, сколько времени нам осталось до следующего нападения, а значит, основы придется проходить быстро, с частностями разберемся потом. Я не жду, что ты с первой попытки научишься творить заклинания, этого не получается ни у кого. Пока лишь достаточно, чтобы ты научилась чувствовать саму магическую силу как таковую.
Девушка кивнула и закрыла глаза, сабля в ее руке плавно опустилась острием вниз. Некоторое время Катриона стояла неподвижено, ее дыхание постепенно делалось все более медленным и спокойным. Я хорошо знал, с какой непростой задачей предстоит столкнуться ей сейчас, потому что сам когда-то раньше проходил через подобное. Начинающему адепту, едва вставшему на путь чародейской науки, предстоит научиться различать множество оттенков и форм магической энергии, прежде чем получится самолично взять ее под внятный контроль.
Когда-то я долгие часы проводил в учебном зале, накрепко зажмурив глаза и со всей силы сжав костяшки пальцев, отчаянно пытаясь различить хоть малейший всплеск или отзвук в окружающем меня невидимом океане. Успешный в занятиях фехтованием и стрельбой, я тем не менее испытал затруднения, когда дело дошло до обучения магическому искусству. Прошли долгие и недели и даже месяцы, прежде чем мне удалось создать простейшие электрический разряд или вспышку пламени. Однако терпение и усидчивость сделали свою работу, и в конечном счете, спустя долгие годы, я сделался одним из лучших боевых чародеев, имевшихся в релейнской армии. Об этом говорили сданные нормативы и результаты межполковых турниров, а в конечном счете и тот факт, что мне удалось живым выйти из множества сражений, выпавших на мою долю.
Сейчас Катрионе предстояло за краткое время пройти тем же самым путем, и я собирался сделать все возможное, чтобы максимально облегчить предстоящий ей труд. Своим собственным сверхчувственным чутьем я хорошо различал сейчас, как все интенсивнее закручиваются магические потоки вокруг фигуры стоявшей напротив меня девушки, по мере того, как она углубляла свою медитацию.
Грудная клетка Катрионы вздымалась теперь быстрее, по телу пробегала легкая дрожь, выдающая крайнюю степень напряжения, на висках выступили капли пота. Прямо сейчас девушка прикладывала все возможные усилия, чтобы обратиться к магии, до того уже откликнувшейся ей неосознанно, и мои собственные ощущения говорили мне, что энергетические потоки немного сдвинулись, отзываясь на обращенное к ним мысленное усилие.
Наконец Катриона выдохнула и широко открыла глаза, импульсивно сжимая и разжимая кулаки:
— Мне кажется, я почувствовала что-то. Какой-то отклик, как если стоишь и долго кричишь в темноту, и тебе внезапно кто-то отвечает, хотя даже слов толком не разобрать. Только эхо голоса, и то пришедшее с большого расстояния.
— Так и есть. Я наблюдал за тобой, и заметил, что у тебя начало получаться. Для того, чтобы добиться больших результатов, потребуется время. Ты еще не начала управлять силой, но по крайней мере вступила с ней в ментальный контакт. Теперь попробуем продолжить наш опыт, — я развернул ладонь тыльной стороной вверх, и, приложив минимальное мысленное усилие, сделал так, чтобы в нескольких сантиметрах над кожей зажегся небольшой огненный шар, размером с теннисный мячик. Пламя разбрасывало искры во все стороны, волной ощущалось тепло, но ни один язычок огня не был способен причинить мне вред. Багряные протуберанцы гасли прежде, чем коснулись бы тела или одежды.
— Выглядит круто, — Катриона чуть наклонилась вперед, рассматривая шарик. — Хорошая альтернатива ночнику.
— Так и есть, — я усмехнулся. — Простейшее осветительное заклятие, незаменимо в пещерах, во время рейдов по канализации и прочим подземельям или особо глухой ночью. Для применения в бою недостаточно мощное, хотя если влить еще энергии, шар увеличится в размерах. Теперь попробуй продолжить то, что уже начала, и мысленно коснись этого силового сгустка. Если тебе получится начать мыслить с ним в унисон, ты можешь попробовать сдвинуть его и подтолкнуть ближе к себе. Не беспокойся, я прослежу, чтобы это не оказалось дя тебя опасно. Перехват управления над чужими чарами важнейший элемент в любом магическом поединке, позволяющий отклонять и блокировать вражеские заклятья.
Девушка прищурилась, устремив сосредоточенный взгляд на пылающий шарик, пляшущий в воздухе над моей ладонью. Я сознательно начал именно с этого упражнения, потому что перехватить контроль над чужим заклинанием бывает иной раз проще, чем сотворить собственное. Не требуется самостоятельно зачерпывать энергию из бурлящего вокруг потока и направлять ее в требуемом русле, достаточно лишь оказать небольшое воздействие на уже существущие чары. Конечно, при условии, что другой волшебник не пытается вам помешать, сохранив свое магическое плетение в неизменном виде, но сейчас я напротив полностью устранился из процесса, позволяя Катрионе действовать так, как она сочтет нужным.
Прошло несколько минут, в течении которых ничего не происходило, а затем шарик едва ощутимо дернулся и сделал небольшой рывок в сторону Катрионы. Пламя ненадолго мигнуло, а потом затрещало еще ярче, немного увеличившись в размерах. Девушка, кажется, даже позабыла как дышать, не отводя глаз от зависшего в пространстве между нами огненного сгустка. Моему магическому взору предпринятое Катрионой усилие предстало как несколько тонких жгутов, выброшенных ее перед собой, спеленавших созданное мной заклятие и потянувших его в свою сторону. Шарик еще несколько раз судорожно дернулся из стороны в сторону, а потом погас. Составлявшее его пламя бесследно исчезло, и вскоре уже ничего не напоминало о нем.
Из груди девушки вырвался разочарованный вздох.
— Я думала направить его к потолку или сделать что-нибудь наподобие, — призналась она. — Показать, что у меня действительно получается. А вместо этого он просто пропал.
— Так бывает, если случайно вмешаться в соединяющие нити заклятия, оно разрушается. На самом деле это ценный навык, потому что именно так мы разрушаем враждебные чары, точечным воздействием на их структуру. Когда ты научишься делать это сознательно, это окажется крайне полезным навыком. Не переживай, — успокоил я новую участницу нашего отряда, — те результаты, которые ты продемонстрировала сегодня, даются другим хорошо если на исходе первого месяца обучения. По-хорошему, нам нужно дальше будет подтянуть теорию, разобрать природу разных стихийных сил и особенности отдельных магических школ, чтобы разговаривать уже предметно. Этим и займемся в свободное время, но сперва важно, чтобы ты научилась работать с энергией непосредственно.
— Я понимаю, — девушка отрывисто кивнула. — Ты из тех, кто предпочитает практические результаты.
— Скорее, использую нестандартный подход, — я усмехнулся. — В комплексе важна и теория, и практика, и будь мы в учебном лектории, я бы сперва отправил тебя учить конспекты. При условии, конечно, что сам бы обладал достаточными знаниями. Но я не университетский преподаватель, а обычный боевой чародей, и постараюсь поделиться с тобой всем, что умею сам. Важно, чтобы ты уже представляла, с чем тебе придется столкнуться, а потому опыт собственного использования магии незаменим.
Попрощавшись с Гвенет, мы миновали несколько переулков, в которых вставшие спозаранку торговцы уже давно разложили на лотках детали для бытовой техники, слесарные инструменты и предметы антикавариата, оружие и амуницию, полевые бинокли и хронометры, походную одежду и обувь, свежие овощи и пойманную в реке рыбу, источавшую во все стороны непередаваемый аромат, и прочую всячину, что могла бы понадобиться обитателям близлежащих кварталов. Здание гильдии находилось неподалеку, и добравшись туда, мы без проблем сделали Катрионе удостоверение наемницы, что заняло совсем немного времени. Очередей еще не было, посетителей набралось совсем немного, только в кафетерии завтракали бородатый мужчина и беловолосая девушка, которых я видел в “Приюте странника” накануне.
— Удивлена, что ты решила податься в искатели приключений, Кэт, — призналась регистраторша.
— Сама не знаю, что на меня нашло, — теперь уже бывшая бармена с иронией развела руками. — Наверно, надоело разносить обеды и хочется размяться на дальних дорогах. Да и слышала, что авантюристам неплохо платят. Лучше, чем мне.
— Можно сказать, такова компенсация за риск, — хмыкнула Изабель и занесла имя Катрионы в свои документы.
Ближайший тренировочный зал, в который мы двинулись после посещения гильдейской штаб-квартиры, располагался рядом с Большой Башмачной, в неприметном дворе-колодце, образованном пересечением четырех старинных доходных домов. Гранитные маскароны следили за прохожими пристальным взглядом. Пройдя под сводчатой аркой, мы нырнули в неприметную металлическую дверь, за которой обнаружились затрапезного вида вестибюль, примыкающие к нему раздевалка и душевая, а также несколько просторных залов, предназначенных для любого вида тренировок и спаррингов, как при помощи обычного оружия, так и магических.
Здесь в большом количестве имелись силовые и кардиотренажеры, подобные тем, что можно встретить в любом обычном спортзале. Я и сам часто занимался на таких раньше вечерами после работы, чтобы держать себя в форме. С потолка свисали боксерские груши, вдоль дальней стены выстроились мишени для стрельбы из лука, арбалета или любых видов огнестрельного оружия. В оружейных стойках имелись мечи, сабли и топоры, предназначенные для всех, кто желает вволю помахать клинком. Двое парней в майках и спортивных штанах вели поединок на затупленных шпагах, которые иной раз сталкивались с глухим скрежетом. В помещении для магических тренировок стены потемнели от копоти, оставшейся после попадания по ним огненных шаров.
Купив абонемент на полгода, мы немедленно приступили к занятиям. Первым делом я повесил свое новое пальто на крючок и извлек меч из ножен, проследив, как играют на клинке исходящие от люстры блики. Ни единой зазубрины на лезвии после стольких сражений, изготовленная древними мастерами сталь была высококлассного качества. Катриона также избавилась от своей куртки, а потом плавным движением обнажила саблю. Девушка задумчиво посмотрела на выбранное ею оружие, а потом встала в защитную стойку.
— Расскажешь, где и когда училась сражаться? — поинтересовался я.
— В городе, где я росла, он называется Хемгрев, живет много отставных солдат и бывших наемников, решивших выйти на покой и купить домик в уединенном месте. Один из них открыл школу, где охотно обучал основам боевых искусств всех желающих. В основном там занимались мальчишки, которые хотели однажды стать воинами, но я тоже ходила туда каждые среду и пятницу, потому что уже тогда хотела научиться себя защитить. К тому же мне казалось, что со временем я уеду из города. Мастер Генлок обучил меня владению холодным и огнестрельным оружием, а еще потом я брала частные уроки, когда оказалась в Кордисе.
— Хорошо. Тогда попробуй меня атаковать. Можешь не беспокоиться меня ранить.
Катриона кивнула и сделала финт. Сперва она плавно наметила, что пытается нанести колющий удар в корпус, затем резко повернула кисть и размашисто рубанула меня на плечу. Клинок свистнул, стремительно набирая скорость. Я уже был готов к чему-то подобному, угадав будущий выпад по выражению глаз девушки и наклону ее плеча, и закрылся, приняв удар на нижнюю треть клинка. Развернул меч, сбрасывая саблю Катрионы по направлению к полу, и выбросил локоть вперед, едва не доведя острие своего полуторника девушке до горла.
Та в ответ лишь резко выдохнула, чуть сощурив глаза, и текучим шагом отступила назад, одновременно выбрасывая вперед и вверх саблю и атакуя меня в незащищенный бок. Тут уже мне пришлось резко отдернуться и парировать, прежде чем ее клинок распорол бы мне жилет. Выставив блок, я отбросил ее саблю в сторону и нанес скользящий удар по плечу. Приученный за годы прежних тренировок контролировать движение меча, я несомненно бы остановил удар, не нанеся ранения, но делать этого не понадобилось. Катриона резко крутанулась и вскинула саблю, приняв мой выпад на свой встречный. Клинки столкнулись и зазвенели, а наши глаза оказались совсем близко.
— Неплохо, — выдохнул я. — Никогда бы не подумал, что последние годы ты провела, работая в баре.
— Может, у меня просто природный талант сражаться, — Катриона криво усмехнулась.
Сейчас, в пылу тренировочного поединка, неуловимо изменились и ее манеры, и выражение лица. Наружу рвалось нечто незнакомое, в голосе прибавилось уверенности и отстраненного спокойствия. Девушка отдернулась, скользящим пируэтом уходя от моего очередного выпада, а потом сама нанесла серию быстрых рубящих ударов, атакуя со всех сторон в голову, в корпус и в бок. Сабля так и мелькала то справа, то слева, отсветы подвешенных под потолком люстр плясали на ее слегка искривленном клинке. Мне пришлось как следует постараться, чтобы каждый раз вовремя закрываться и не получить пусть и поверхностной, но настоящей раны. Наконец мы остановились, чтобы перевести дыхание.
— Клинком ты владеешь более чем уверенно, — констатировал я. — И вполне выстоишь в любом серьезном бою. Позже мы продолжим, чтобы отточить навыки. Регулярные занятия помогают держать тело в узде и никогда не расслабляться, сохраняя готовность к сражению. Но сейчас стоит переключиться к более важной теме, а именно к магии. Скажи, ты точно прежде не замечала у себя проявления чародейского дара?
Катриона немного помолчала, обдумывая мой вопрос.
— Сложно сказать, — наконец сообщила она. — Иногда у меня бывают озарения или предчувствия, но они, наверно, случаются у многих людей. Вещие сны мне никогда особо не снились, а может быть, я их просто не запоминаю. Не умею призывать грозу или управлять огнем, не случалось исцелять прикосновением рук. Ничего такого, что, по слухам, обычно бывает с людьми, имеющими врожденный талант.
— Ничего, — утешил я, — у меня тоже не было никаких особых способностей до возраста, когда началось мое обучение. Сперва я долго и нудно слышал лекции о природе энергетического потока, потом понемногу научился его ощущать. Именно с этого и начнем. Как ты, наверно, слышала, все существующие магические формулы представляют собой лишь элемент концентрации, позволяющий правильно настроить сознание. Сила пронизывает вселенную, и чародеи учатся находить с ней контакт.
— Да. Я знаю. Про это часто рассказывают наемники в баре. Те из них, кто сам колдует.
— Отлично. Тогда ты знакома с основами, осталось лишь перейти к практике. Попробуй расслабиться и отрешиться от окружающей действительности. Очистить свой рассудок от любых лишних мыслей, погрузить себя в полную тишину. На первых порах это сложно, но чем дальше, тем легче будет получаться. Когда твой разум придет к достаточной степени сосредоточенности, ты сможешь попробовать ощутить потоки магии, незримо присутствующие повсюду вокруг нас.
— Прямо здесь? Сейчас? — Катриона не сдержала иронии. — Пока те два парня месятся на шпагах в углу?
— В настоящем бою более спокойной обстановки ты все равно не найдешь, — ответил я со всей возможной серьезностью. — Мы не знаем, сколько времени нам осталось до следующего нападения, а значит, основы придется проходить быстро, с частностями разберемся потом. Я не жду, что ты с первой попытки научишься творить заклинания, этого не получается ни у кого. Пока лишь достаточно, чтобы ты научилась чувствовать саму магическую силу как таковую.
Девушка кивнула и закрыла глаза, сабля в ее руке плавно опустилась острием вниз. Некоторое время Катриона стояла неподвижено, ее дыхание постепенно делалось все более медленным и спокойным. Я хорошо знал, с какой непростой задачей предстоит столкнуться ей сейчас, потому что сам когда-то раньше проходил через подобное. Начинающему адепту, едва вставшему на путь чародейской науки, предстоит научиться различать множество оттенков и форм магической энергии, прежде чем получится самолично взять ее под внятный контроль.
Когда-то я долгие часы проводил в учебном зале, накрепко зажмурив глаза и со всей силы сжав костяшки пальцев, отчаянно пытаясь различить хоть малейший всплеск или отзвук в окружающем меня невидимом океане. Успешный в занятиях фехтованием и стрельбой, я тем не менее испытал затруднения, когда дело дошло до обучения магическому искусству. Прошли долгие и недели и даже месяцы, прежде чем мне удалось создать простейшие электрический разряд или вспышку пламени. Однако терпение и усидчивость сделали свою работу, и в конечном счете, спустя долгие годы, я сделался одним из лучших боевых чародеев, имевшихся в релейнской армии. Об этом говорили сданные нормативы и результаты межполковых турниров, а в конечном счете и тот факт, что мне удалось живым выйти из множества сражений, выпавших на мою долю.
Сейчас Катрионе предстояло за краткое время пройти тем же самым путем, и я собирался сделать все возможное, чтобы максимально облегчить предстоящий ей труд. Своим собственным сверхчувственным чутьем я хорошо различал сейчас, как все интенсивнее закручиваются магические потоки вокруг фигуры стоявшей напротив меня девушки, по мере того, как она углубляла свою медитацию.
Грудная клетка Катрионы вздымалась теперь быстрее, по телу пробегала легкая дрожь, выдающая крайнюю степень напряжения, на висках выступили капли пота. Прямо сейчас девушка прикладывала все возможные усилия, чтобы обратиться к магии, до того уже откликнувшейся ей неосознанно, и мои собственные ощущения говорили мне, что энергетические потоки немного сдвинулись, отзываясь на обращенное к ним мысленное усилие.
Наконец Катриона выдохнула и широко открыла глаза, импульсивно сжимая и разжимая кулаки:
— Мне кажется, я почувствовала что-то. Какой-то отклик, как если стоишь и долго кричишь в темноту, и тебе внезапно кто-то отвечает, хотя даже слов толком не разобрать. Только эхо голоса, и то пришедшее с большого расстояния.
— Так и есть. Я наблюдал за тобой, и заметил, что у тебя начало получаться. Для того, чтобы добиться больших результатов, потребуется время. Ты еще не начала управлять силой, но по крайней мере вступила с ней в ментальный контакт. Теперь попробуем продолжить наш опыт, — я развернул ладонь тыльной стороной вверх, и, приложив минимальное мысленное усилие, сделал так, чтобы в нескольких сантиметрах над кожей зажегся небольшой огненный шар, размером с теннисный мячик. Пламя разбрасывало искры во все стороны, волной ощущалось тепло, но ни один язычок огня не был способен причинить мне вред. Багряные протуберанцы гасли прежде, чем коснулись бы тела или одежды.
— Выглядит круто, — Катриона чуть наклонилась вперед, рассматривая шарик. — Хорошая альтернатива ночнику.
— Так и есть, — я усмехнулся. — Простейшее осветительное заклятие, незаменимо в пещерах, во время рейдов по канализации и прочим подземельям или особо глухой ночью. Для применения в бою недостаточно мощное, хотя если влить еще энергии, шар увеличится в размерах. Теперь попробуй продолжить то, что уже начала, и мысленно коснись этого силового сгустка. Если тебе получится начать мыслить с ним в унисон, ты можешь попробовать сдвинуть его и подтолкнуть ближе к себе. Не беспокойся, я прослежу, чтобы это не оказалось дя тебя опасно. Перехват управления над чужими чарами важнейший элемент в любом магическом поединке, позволяющий отклонять и блокировать вражеские заклятья.
Девушка прищурилась, устремив сосредоточенный взгляд на пылающий шарик, пляшущий в воздухе над моей ладонью. Я сознательно начал именно с этого упражнения, потому что перехватить контроль над чужим заклинанием бывает иной раз проще, чем сотворить собственное. Не требуется самостоятельно зачерпывать энергию из бурлящего вокруг потока и направлять ее в требуемом русле, достаточно лишь оказать небольшое воздействие на уже существущие чары. Конечно, при условии, что другой волшебник не пытается вам помешать, сохранив свое магическое плетение в неизменном виде, но сейчас я напротив полностью устранился из процесса, позволяя Катрионе действовать так, как она сочтет нужным.
Прошло несколько минут, в течении которых ничего не происходило, а затем шарик едва ощутимо дернулся и сделал небольшой рывок в сторону Катрионы. Пламя ненадолго мигнуло, а потом затрещало еще ярче, немного увеличившись в размерах. Девушка, кажется, даже позабыла как дышать, не отводя глаз от зависшего в пространстве между нами огненного сгустка. Моему магическому взору предпринятое Катрионой усилие предстало как несколько тонких жгутов, выброшенных ее перед собой, спеленавших созданное мной заклятие и потянувших его в свою сторону. Шарик еще несколько раз судорожно дернулся из стороны в сторону, а потом погас. Составлявшее его пламя бесследно исчезло, и вскоре уже ничего не напоминало о нем.
Из груди девушки вырвался разочарованный вздох.
— Я думала направить его к потолку или сделать что-нибудь наподобие, — призналась она. — Показать, что у меня действительно получается. А вместо этого он просто пропал.
— Так бывает, если случайно вмешаться в соединяющие нити заклятия, оно разрушается. На самом деле это ценный навык, потому что именно так мы разрушаем враждебные чары, точечным воздействием на их структуру. Когда ты научишься делать это сознательно, это окажется крайне полезным навыком. Не переживай, — успокоил я новую участницу нашего отряда, — те результаты, которые ты продемонстрировала сегодня, даются другим хорошо если на исходе первого месяца обучения. По-хорошему, нам нужно дальше будет подтянуть теорию, разобрать природу разных стихийных сил и особенности отдельных магических школ, чтобы разговаривать уже предметно. Этим и займемся в свободное время, но сперва важно, чтобы ты научилась работать с энергией непосредственно.
— Я понимаю, — девушка отрывисто кивнула. — Ты из тех, кто предпочитает практические результаты.
— Скорее, использую нестандартный подход, — я усмехнулся. — В комплексе важна и теория, и практика, и будь мы в учебном лектории, я бы сперва отправил тебя учить конспекты. При условии, конечно, что сам бы обладал достаточными знаниями. Но я не университетский преподаватель, а обычный боевой чародей, и постараюсь поделиться с тобой всем, что умею сам. Важно, чтобы ты уже представляла, с чем тебе придется столкнуться, а потому опыт собственного использования магии незаменим.
