— Думал, что так интереснее, — отозвался Акросс, снова пустив разряд шокера. — Что больнее — пулевое или нейтрализующий удар током?
— Попробуй на себе, — пожал плечами Кай. — Все по-разному воспринимают боль.
После такого можно было только рассмеяться и разойтись искать рубильник, включающий свет, и удивительно, откуда у Акросса взялась агрессия на первый бросок. Он атаковал всерьёз, но Кай легко ушёл вбок, исчез в темноте, чтобы в следующую секунду появиться уже с другой стороны, как если бы пересёк свет по прямой. До того, как Акросс успел сменить стойку или опустить руку, его обожгло ударом острого в подмышку — нож. Начавшиеся судороги выдал снова заискривший в руках шокер, и Акросс бросил его на присыпанный цементной крошкой пол не потому, что не мог держать, а чтобы скрыть эту слабость. И, конечно, тут же пожалел об этом, как только шокер пытался подобрать Кай. Бесполезную и опасную теперь палку Акросс отшвырнул ногой, но попал в ловушку — дёрнуло под коленкой, там тоже открылся порез. Вместо какой-то ответной шутки про патовое положение в голове были одни ругательства, но Кай, остановившись напротив, пока Акросс зажимал порез под мышкой, спокойно заявил:
— Когда ты остаёшься один, ты мало что можешь.
Это резануло Акросса больнее ножа — он наконец изменился в лице, дёрнулся, этой потерей контроля дал понять, что за этими словами есть ещё что-то, кроме игры.
— Не нарывайся, — посоветовал Акросс, извлекая из кобуры пистолет, только взять его пришлось в левую руку. Кай продолжал ждать спокойно, но снова нырнул в темноту, когда Акросс снял оружие с предохранителя. Теперь Кай уже не появлялся, так и замер там, затаившись. И даже трусом его не назовёшь — ведь он был с одним ножом против пистолета. Единственное, что осталось Акроссу — тоже нырнуть в темноту. И всё же хорошо, что он застрелил Дроида раньше, тот мог увидеть его не только без света, но и через несколько этажей.
Акросс заметил в темноте рядом движение за секунду до того, как должен был туда вступить, застыл, как на краю пропасти, выстрелил той же левой и за шкирку втащил Кая обратно в круг. Прижав дуло к его спине, сделал ещё два выстрела в грудную клетку, не прицеливаясь особо, только стараясь держаться правой стороны, чтобы всё не закончилось так быстро. Кай даже не вскрикнул, повис на руке полутрупом, больше не пытался сбежать.
Акросс перехватил его за запястье, позволил упасть на пол, потом, как мешок, потащил за собой.
— Если бы вы не выключили лифты, не пришлось бы везти тебя по полу через все лестницы, — задорно рассказывал Акросс, но продолжить не успел — Кай, который если и ожил, должен был ещё кровью блевать и выплёвывать пули, подрезал ему сухожилие над пяткой.
Акросс никак не мог поверить в такую подставу. Будь это прежняя игра, где он не чувствовал боли, ему бы понадобилось несколько секунд на то, чтобы понять, почему нога больше не может стоять прямо.
— Не придётся, — глухо отозвался Кай из темноты. Потом мстительно пугнул внезапным разрядом шокера, но раненный Акросс отскочить уже не смог, и удар током пришёлся в здоровую ногу, как последняя капля гуманности, оставшаяся в Кае.
Акроссу показалось, что в себя он уже не придёт, он на секунду подумал, что проиграл. Но, открыв глаза и понемногу снова начиная ощущать своё тело, увидел всё тот же круг света и сидящего у края противника. Секунду, пока не прояснилось сознание, это даже напомнило ночной поход с палатками, когда во всём мире были только свет от костра и тьма вокруг него. А потом Акросс понял, что Кай держал его пистолет, но никуда не спешил.
Стараясь особо не шевелиться, Акросс сделал вид, что ещё не в сознании, пока в руке начал появляться второй, но Кай, заметив что-то в этом полумраке, твёрдо поднял руку.
— Расскажешь потом, что больнее, — спокойно, без издёвки, сказал Кай. — Пуля в лоб для начала. Я запомнил.
И выстрелил прежде, чем Акросс успел оторвать голову от холодного пола.
Кай впервые вернулся в штаб без агонии, просто появившись у двери. Он собирался ещё и подопечных своих с заложниками проверить, но не успел — сразу после смерти Акросса его швырнуло сюда, в светлую уютную главную комнату. Странно, что за столом уже сидели Дроид и Хаски — Кай почему-то был уверен, что они заканчивали в полном составе, но выжившая Гидра появилась уже после капитана и секунду-другую смотрела вокруг недоумённо.
— Я не умирала, — наконец сказала она. — Кай умер?
— Нет, — обернувшись к ней, произнёс капитан. Гидра снова обдумала эту новость и поняла скорее по ликующим лицам Хаски и Дроида, которые ещё пытались держать себя в руках, чем по спокойствию Кая. — Мы победили?!
Этот возглас будто спустил с поводка Хаски и подтолкнул Дроида — они подлетели к Каю, обняли, едва не уронили на Гидру, и та, обхватив его, прислонилась спиной к двери, изменила положение рук так, чтобы обнять всю команду.
— Он мучился? — потребовал Хаски. — Ты так долго копался, наверняка заставил его вспомнить все предыдущие игры.
— Он выключился, и мне пришлось подождать, — задушено, но довольно пропыхтел Кай.
— Качай его! — проорал над ухом громогласно Дроид, и даже сделал какое-то движение в попытке схватить, но Кай отодвинулся. Хаски удержал Дроида, доброжелательно попросив:
— Без фанатизма.
Ещё никогда в них не был так силён командный дух. Даже Хаски из ершистого, задиристого, стал таким покладистым и ко всем внимательным, что только ради этого стоило выигрывать.
— Я не знаю, ну надо же что-то сделать! — суетился Дроид. — Первая победа же! Отпраздновать как-то! Два года на подсосе у Акросса, а тут разок победили!
— Не разок, — возразил Кай. — Мы и дальше будем побеждать.
— Вот именно, — поддержал Хаски. — Мой план сработал! Если ты и дальше будешь убирать близнецов, Гидра его бабу, а я Гранита, то в одиночку Кай сможет сделать Акросса.
Кая наконец отпустили и дали место, чтобы двигаться и просто дышать. Его со спины обняла ласково Гидра. Он только тогда вспоминил, что убил её любимого человека.
Он не смог бы пытать Акросса, а потом спокойно смотреть ей в глаза, и не сказать, что ему сейчас было стыдно, скорее он с подозрением прислушивался, раз не видел её лица. Остальные тоже мгновенно замерли, ждали.
— Поздравляю, — наконец произнесла Гидра. — Я так боялась, что он снова отдаст тебя докторам, и мы будем тут сидеть и ждать, когда ты вернёшься. Может через день, может через три, может через месяц. Хаски бы нас тут загрыз в ожидании тебя.
— Я бы вернулся в игру, — помрачнев, сказал Хаски.
— Как? Ты уже раз пытался, и не вышло, а нам пришлось сразу после возвращения идти в ту игру, в которую ты побежал, — напомнил Дроид, но он выглядел спокойным и довольным собой. Никакие перспективы его не пугали, потому что всё это было уже позади. Хаски тоже не оставался мрачным надолго — пожал плечами и уверенно прибавил:
— Нашёл бы способ.
Каю отчего-то верилось, что нашёл бы, и стало спокойнее.
— Так как будем отмечать? — нетерпеливо напомнил Дроид. Но до того, как что-то предложили, включился сигнал, означающий, что Королева зовёт Кая. Он был не такой назойливый, как звук запуска игры, но в этот раз звучал прерываясь, начинался с начала, в нём было что-то нервное.
— Кажется, ей не терпится тебя поздравить, — понимающе улыбнулась Гидра. Хаски фыркнул — его настроение оказалось подпорчено. Но вместо того, чтобы собираться, Кай подошёл к главной панели и, заглянув за неё, выдернул пару проводков, сигнал замолк.
— Это не она, — обернувшись к ним, немного нервно проговорил Кай. — Это зовёт Акросс, который пришёл к ней. Я не подписывался бегать на его зов.
Секунду-другую сгущалась тишина, пока не начало казаться, что в ней невозможно дышать, и спас всех в этот раз Дроид, грянув своим медвежьим добродушным басом:
— Значит, отмечаем?!
Акросс раздражённо цыкнул, прежде чем сдаться и перестать нажимать сигнал.
— Вам тут драться нельзя, — напомнила обиженная Вега, которая всё равно держалась от него на безопасном расстоянии. — Ты обещал.
— Я и не собирался его бить, — более спокойно, чем несколько минут назад, ответил Акросс. — Хотел поговорить.
— О чём?
— Что в следующий раз вместо того, чтобы убивать его, убью всю его команду у него на глазах. Так же, как убивал его.
— Что, даже Гидру? — усмехнулась скептически Вега.
— И Гидру, — кивнул Акросс почти безразлично. — Всех. Особенно Гидру. Поэтому, позволь нам пересечься до игры. Встретиться на переходе, я хочу сказать это ему. Ты же понимаешь, что мне смысла нет убивать его сразу.
Акросс больше не выглядел злым, он уже успокоился.
— Ты его не тронешь? Как тут? Не сделаешь ему больно? — спросила взволнованная Вега, Акросс так же безразлично кивнул:
— Я никогда тебя не обманывал. Мне нет смысла делать ему больно до игры, я просто хочу, чтобы он играл, зная это.
— Кай, ну ты же понимаешь, что сегодня не пьют только девочки. Ты что, девочка? Нет? Тогда почему трезвый? — налегал Хаски. В его светлой чайной кружке недопитого оставалось на пару глотков, а в начале вечера она была полной.
— Зачем вообще пить, если мы не будем тут пьянеть? — вступилась Гидра. Кай не только не поддавался на провокации — он их будто и не замечал.
— Ну почему же только тут, — пожал плечами более трезвый Дроид, бутылка пива которого опустела до середины. — У меня в холодильнике было. Раз есть два повода — победа и вечер пятницы.
— Точно, вечер пятницы, — поддержал Хаски. — Так ты что, один пьёшь?
— С вами, — резонно заметил Дроид и, не имея повода спорить, Хаски снова переключился на капитана:
— Давай уже. Мы же в штабе, сюда не войдёт твоя мамка и не настучит тебе по заднице. Тебе не нужно иметь пиво в холодильнике — ты будешь пьяным, если выпьешь тут. Блин, полезное умение, надо было тоже…
— Она меня никогда не била, — перебил Кай, который до этого улыбался, а теперь сидел нахмурившийся. Хаски секунду смотрел на него, будто что-то вспомнил, развёл руками:
— А, звиняй. Забыл, что то была другая мама.
— Ладно, хорошо посидели, — слишком резко Кай поднялся, хотя и не хмурился больше. — Ещё раз всех с победой. Я спать.
От стола до комнаты Кая, самой ближней к общей — было всего десять шагов, все эти шаги остальная команда молчала, глядя в стол или в кружки, даже вечно неугомонный Хаски призадумался.
— Вот, взял и всё испортил, — шёпотом сделала выговор Гидра, тоже собираясь уходить, но остановилась, когда Дроид спросил в полный голос:
— У Кая что, не одна мама?
Хаски допил остатки из чашки, вышел из глубокой ямы молчания, чтобы, вернувшись в свой привычный режим насмешника, отмахнуться:
— Откуда две? Напополам рожали?
— У вас всегда какие-то тайны, — начала раздражённо Гидра вполголоса. — Будто мы станем хуже относится к Каю, если что-то узнаем.
— Цыц, женщина, ты вообще трезвая, тебе нельзя заводить темы, которые раньше не поднимались. Спроси Кая — он сам всё расскажет.
Гидра только губы поджала. Возможно, Кай и расскажет. А может прямо ответит, что это не их дело. Но все в команде и так чувствовали, что не хотят этого знать.Ведь по тому, что они иногда замечали за капитаном, особенно когда того клинило, веяло чем-то жутким. Настолько страшным, что подчас они всерьёз боялись узнать, что Кай убил свою прежнюю семью. Хаски-то что, он бы ему и это простил.
Акросс не дал им передышки. Хаски даже извиниться не успел, если он вообще собирался — сигнал к началу игры разбудил всех ранним утром следующего дня.
— Разве не он сам как-то жаловался, что не высыпается, — ворчала даже Гидра, пытаясь пятернёй пригладить растрепавшиеся волосы. — Поспал бы, подумал. Пару дней.
— Думаю, он вдоволь выспался, когда мы готовили свой план по захвату, — Кай, оказалось, уже оделся в джинсы и рубашку в клетку, хотя должен быть ещё в своей пижаме. При этом капитан выглядел абсолютно бодрым, вот-вот посмотрит на остальных с удивлением и спросит: «Что? Вы не ожидали подставы в шестом часу утра?»
— Как говорится — «Ох, Акросс, лучше б ты лежал», — прокомментировал Хаски, стоя дальше всех от экрана, во главе стола. — Давайте придерживаться той же схемы. Кай, ты ведь теперь не против, если я отправлюсь с тобой? У тебя прошёл кризис возраста? Ну, того возраста, когда ты всегда будешь выглядеть как школьник.
Каю пришлось обернуться, чтобы внимательно посмотреть на улыбающегося Хаски, и только после ненужной паузы кивнул:
— Нет. Я не против. Пойдём вместе.
— А что случилось в прошлый раз? — тут же поинтересовался Дроид, отвлёкшись.
— Его едва не вскрыли. Но, не бойтесь, я снова был неподалёку!
Этот разговор Кай продолжил только когда ушли Гидра и Дроид.
— Ты следил за мной.
— Делать вот мне больше нечего, — фыркнул Хаски, но не мог сдержать улыбки, как ни пытался, и Кай не настаивал, отправился первым.
Переход сложно было описать, но он не происходил мгновенно. Обычно это было какое-то время неопределённости, через которую надо пройти. Каю всегда казалось, что эти секунды недолгого пути в нигде — тот момент, пока реальность подстраивалась под них, выбирала им персонажей и ситуацию. В эти несколько секунд обычно не происходило ничего, они даже не переговаривались, полностью сосредоточенные на пути, чтобы не потерять друг друга в этом тумане.
Но не в этот раз.
Их не ждали, но и из-за гипотетического угла не выскакивали. Акросс разорвал туман так, будто тот был вязкой водой. И вываливался он аккурат между ними — идущим впереди Каем и Хаски, на несколько шагов позади него. И оба к такому не были готовы, застыли, не зная, что делать, потому что на данный момент и оружия никакого с собой не брали.
Мазнув Хаски безразличным взглядом, как по пустому месту, Акросс повернулся, увидел Кая и прежде, чем тот успел отскочить или опомниться — схватил за ворот рубашки, втащил в ещё не закрывшийся разлом и исчез там же. Секунду-другую Хаски, пока не осознав ситуации, смотрел в никуда, и так же, не шевельнувшись, выкрикнул:
— Да вы издеваетесь?! — щедро, через слово, сыпанув в фразу нецензурщиной.
Легче не стало — Кая забрали у него из-под носа ещё до начала игры.
— Заключённый зарегистрирован под кодовым именем «Кай». На него отзывается, но и настоящее своё имя помнит, хотя реагирует не так активно. Как обычно люди откликаются на новые клички — будто не привык. На вопросы о прошлом отвечает правильно, но помнит слишком подробно. Склоняюсь к тому, что Акросс прав, и некий «Кай» — путешественник по реальностям, приходящий в каждый новый мир, чтобы умереть в нём в ходе какой-то «игры». До полного выяснения помещён в изолятор с мягкими стенами. Острые предметы запрещены, персонал думает, что охраняет сумасшедшего. Под кожу введён чип, для родственников и друзей считается пропавшим без вести. Если опасения не подтвердятся…
Вот тогда у них начнутся проблемы, да. Но в отчёте это упоминать нельзя было. С другой стороны — диагностируют парню шизофрению, скажут, что попал в больницу безымянным и выпишут как чудом исцелившегося. Окончательно сломав ему жизнь при этом.
И всё же, то, что начиналось с непонятной авантюры, могло оказаться правдой. Хотя бы потому, как Кай разговаривал с человеком, которого по всем бумагам видел впервые в жизни — с Акроссом. Кай, несомненно, узнал его и смотрел так осуждающе, будто понимал, что именно ему и обязан своим заточением.
— Попробуй на себе, — пожал плечами Кай. — Все по-разному воспринимают боль.
После такого можно было только рассмеяться и разойтись искать рубильник, включающий свет, и удивительно, откуда у Акросса взялась агрессия на первый бросок. Он атаковал всерьёз, но Кай легко ушёл вбок, исчез в темноте, чтобы в следующую секунду появиться уже с другой стороны, как если бы пересёк свет по прямой. До того, как Акросс успел сменить стойку или опустить руку, его обожгло ударом острого в подмышку — нож. Начавшиеся судороги выдал снова заискривший в руках шокер, и Акросс бросил его на присыпанный цементной крошкой пол не потому, что не мог держать, а чтобы скрыть эту слабость. И, конечно, тут же пожалел об этом, как только шокер пытался подобрать Кай. Бесполезную и опасную теперь палку Акросс отшвырнул ногой, но попал в ловушку — дёрнуло под коленкой, там тоже открылся порез. Вместо какой-то ответной шутки про патовое положение в голове были одни ругательства, но Кай, остановившись напротив, пока Акросс зажимал порез под мышкой, спокойно заявил:
— Когда ты остаёшься один, ты мало что можешь.
Это резануло Акросса больнее ножа — он наконец изменился в лице, дёрнулся, этой потерей контроля дал понять, что за этими словами есть ещё что-то, кроме игры.
— Не нарывайся, — посоветовал Акросс, извлекая из кобуры пистолет, только взять его пришлось в левую руку. Кай продолжал ждать спокойно, но снова нырнул в темноту, когда Акросс снял оружие с предохранителя. Теперь Кай уже не появлялся, так и замер там, затаившись. И даже трусом его не назовёшь — ведь он был с одним ножом против пистолета. Единственное, что осталось Акроссу — тоже нырнуть в темноту. И всё же хорошо, что он застрелил Дроида раньше, тот мог увидеть его не только без света, но и через несколько этажей.
Акросс заметил в темноте рядом движение за секунду до того, как должен был туда вступить, застыл, как на краю пропасти, выстрелил той же левой и за шкирку втащил Кая обратно в круг. Прижав дуло к его спине, сделал ещё два выстрела в грудную клетку, не прицеливаясь особо, только стараясь держаться правой стороны, чтобы всё не закончилось так быстро. Кай даже не вскрикнул, повис на руке полутрупом, больше не пытался сбежать.
Акросс перехватил его за запястье, позволил упасть на пол, потом, как мешок, потащил за собой.
— Если бы вы не выключили лифты, не пришлось бы везти тебя по полу через все лестницы, — задорно рассказывал Акросс, но продолжить не успел — Кай, который если и ожил, должен был ещё кровью блевать и выплёвывать пули, подрезал ему сухожилие над пяткой.
Акросс никак не мог поверить в такую подставу. Будь это прежняя игра, где он не чувствовал боли, ему бы понадобилось несколько секунд на то, чтобы понять, почему нога больше не может стоять прямо.
— Не придётся, — глухо отозвался Кай из темноты. Потом мстительно пугнул внезапным разрядом шокера, но раненный Акросс отскочить уже не смог, и удар током пришёлся в здоровую ногу, как последняя капля гуманности, оставшаяся в Кае.
Акроссу показалось, что в себя он уже не придёт, он на секунду подумал, что проиграл. Но, открыв глаза и понемногу снова начиная ощущать своё тело, увидел всё тот же круг света и сидящего у края противника. Секунду, пока не прояснилось сознание, это даже напомнило ночной поход с палатками, когда во всём мире были только свет от костра и тьма вокруг него. А потом Акросс понял, что Кай держал его пистолет, но никуда не спешил.
Стараясь особо не шевелиться, Акросс сделал вид, что ещё не в сознании, пока в руке начал появляться второй, но Кай, заметив что-то в этом полумраке, твёрдо поднял руку.
— Расскажешь потом, что больнее, — спокойно, без издёвки, сказал Кай. — Пуля в лоб для начала. Я запомнил.
И выстрелил прежде, чем Акросс успел оторвать голову от холодного пола.
Глава 9
Кай впервые вернулся в штаб без агонии, просто появившись у двери. Он собирался ещё и подопечных своих с заложниками проверить, но не успел — сразу после смерти Акросса его швырнуло сюда, в светлую уютную главную комнату. Странно, что за столом уже сидели Дроид и Хаски — Кай почему-то был уверен, что они заканчивали в полном составе, но выжившая Гидра появилась уже после капитана и секунду-другую смотрела вокруг недоумённо.
— Я не умирала, — наконец сказала она. — Кай умер?
— Нет, — обернувшись к ней, произнёс капитан. Гидра снова обдумала эту новость и поняла скорее по ликующим лицам Хаски и Дроида, которые ещё пытались держать себя в руках, чем по спокойствию Кая. — Мы победили?!
Этот возглас будто спустил с поводка Хаски и подтолкнул Дроида — они подлетели к Каю, обняли, едва не уронили на Гидру, и та, обхватив его, прислонилась спиной к двери, изменила положение рук так, чтобы обнять всю команду.
— Он мучился? — потребовал Хаски. — Ты так долго копался, наверняка заставил его вспомнить все предыдущие игры.
— Он выключился, и мне пришлось подождать, — задушено, но довольно пропыхтел Кай.
— Качай его! — проорал над ухом громогласно Дроид, и даже сделал какое-то движение в попытке схватить, но Кай отодвинулся. Хаски удержал Дроида, доброжелательно попросив:
— Без фанатизма.
Ещё никогда в них не был так силён командный дух. Даже Хаски из ершистого, задиристого, стал таким покладистым и ко всем внимательным, что только ради этого стоило выигрывать.
— Я не знаю, ну надо же что-то сделать! — суетился Дроид. — Первая победа же! Отпраздновать как-то! Два года на подсосе у Акросса, а тут разок победили!
— Не разок, — возразил Кай. — Мы и дальше будем побеждать.
— Вот именно, — поддержал Хаски. — Мой план сработал! Если ты и дальше будешь убирать близнецов, Гидра его бабу, а я Гранита, то в одиночку Кай сможет сделать Акросса.
Кая наконец отпустили и дали место, чтобы двигаться и просто дышать. Его со спины обняла ласково Гидра. Он только тогда вспоминил, что убил её любимого человека.
Он не смог бы пытать Акросса, а потом спокойно смотреть ей в глаза, и не сказать, что ему сейчас было стыдно, скорее он с подозрением прислушивался, раз не видел её лица. Остальные тоже мгновенно замерли, ждали.
— Поздравляю, — наконец произнесла Гидра. — Я так боялась, что он снова отдаст тебя докторам, и мы будем тут сидеть и ждать, когда ты вернёшься. Может через день, может через три, может через месяц. Хаски бы нас тут загрыз в ожидании тебя.
— Я бы вернулся в игру, — помрачнев, сказал Хаски.
— Как? Ты уже раз пытался, и не вышло, а нам пришлось сразу после возвращения идти в ту игру, в которую ты побежал, — напомнил Дроид, но он выглядел спокойным и довольным собой. Никакие перспективы его не пугали, потому что всё это было уже позади. Хаски тоже не оставался мрачным надолго — пожал плечами и уверенно прибавил:
— Нашёл бы способ.
Каю отчего-то верилось, что нашёл бы, и стало спокойнее.
— Так как будем отмечать? — нетерпеливо напомнил Дроид. Но до того, как что-то предложили, включился сигнал, означающий, что Королева зовёт Кая. Он был не такой назойливый, как звук запуска игры, но в этот раз звучал прерываясь, начинался с начала, в нём было что-то нервное.
— Кажется, ей не терпится тебя поздравить, — понимающе улыбнулась Гидра. Хаски фыркнул — его настроение оказалось подпорчено. Но вместо того, чтобы собираться, Кай подошёл к главной панели и, заглянув за неё, выдернул пару проводков, сигнал замолк.
— Это не она, — обернувшись к ним, немного нервно проговорил Кай. — Это зовёт Акросс, который пришёл к ней. Я не подписывался бегать на его зов.
Секунду-другую сгущалась тишина, пока не начало казаться, что в ней невозможно дышать, и спас всех в этот раз Дроид, грянув своим медвежьим добродушным басом:
— Значит, отмечаем?!
***
Акросс раздражённо цыкнул, прежде чем сдаться и перестать нажимать сигнал.
— Вам тут драться нельзя, — напомнила обиженная Вега, которая всё равно держалась от него на безопасном расстоянии. — Ты обещал.
— Я и не собирался его бить, — более спокойно, чем несколько минут назад, ответил Акросс. — Хотел поговорить.
— О чём?
— Что в следующий раз вместо того, чтобы убивать его, убью всю его команду у него на глазах. Так же, как убивал его.
— Что, даже Гидру? — усмехнулась скептически Вега.
— И Гидру, — кивнул Акросс почти безразлично. — Всех. Особенно Гидру. Поэтому, позволь нам пересечься до игры. Встретиться на переходе, я хочу сказать это ему. Ты же понимаешь, что мне смысла нет убивать его сразу.
Акросс больше не выглядел злым, он уже успокоился.
— Ты его не тронешь? Как тут? Не сделаешь ему больно? — спросила взволнованная Вега, Акросс так же безразлично кивнул:
— Я никогда тебя не обманывал. Мне нет смысла делать ему больно до игры, я просто хочу, чтобы он играл, зная это.
***
— Кай, ну ты же понимаешь, что сегодня не пьют только девочки. Ты что, девочка? Нет? Тогда почему трезвый? — налегал Хаски. В его светлой чайной кружке недопитого оставалось на пару глотков, а в начале вечера она была полной.
— Зачем вообще пить, если мы не будем тут пьянеть? — вступилась Гидра. Кай не только не поддавался на провокации — он их будто и не замечал.
— Ну почему же только тут, — пожал плечами более трезвый Дроид, бутылка пива которого опустела до середины. — У меня в холодильнике было. Раз есть два повода — победа и вечер пятницы.
— Точно, вечер пятницы, — поддержал Хаски. — Так ты что, один пьёшь?
— С вами, — резонно заметил Дроид и, не имея повода спорить, Хаски снова переключился на капитана:
— Давай уже. Мы же в штабе, сюда не войдёт твоя мамка и не настучит тебе по заднице. Тебе не нужно иметь пиво в холодильнике — ты будешь пьяным, если выпьешь тут. Блин, полезное умение, надо было тоже…
— Она меня никогда не била, — перебил Кай, который до этого улыбался, а теперь сидел нахмурившийся. Хаски секунду смотрел на него, будто что-то вспомнил, развёл руками:
— А, звиняй. Забыл, что то была другая мама.
— Ладно, хорошо посидели, — слишком резко Кай поднялся, хотя и не хмурился больше. — Ещё раз всех с победой. Я спать.
От стола до комнаты Кая, самой ближней к общей — было всего десять шагов, все эти шаги остальная команда молчала, глядя в стол или в кружки, даже вечно неугомонный Хаски призадумался.
— Вот, взял и всё испортил, — шёпотом сделала выговор Гидра, тоже собираясь уходить, но остановилась, когда Дроид спросил в полный голос:
— У Кая что, не одна мама?
Хаски допил остатки из чашки, вышел из глубокой ямы молчания, чтобы, вернувшись в свой привычный режим насмешника, отмахнуться:
— Откуда две? Напополам рожали?
— У вас всегда какие-то тайны, — начала раздражённо Гидра вполголоса. — Будто мы станем хуже относится к Каю, если что-то узнаем.
— Цыц, женщина, ты вообще трезвая, тебе нельзя заводить темы, которые раньше не поднимались. Спроси Кая — он сам всё расскажет.
Гидра только губы поджала. Возможно, Кай и расскажет. А может прямо ответит, что это не их дело. Но все в команде и так чувствовали, что не хотят этого знать.Ведь по тому, что они иногда замечали за капитаном, особенно когда того клинило, веяло чем-то жутким. Настолько страшным, что подчас они всерьёз боялись узнать, что Кай убил свою прежнюю семью. Хаски-то что, он бы ему и это простил.
***
Акросс не дал им передышки. Хаски даже извиниться не успел, если он вообще собирался — сигнал к началу игры разбудил всех ранним утром следующего дня.
— Разве не он сам как-то жаловался, что не высыпается, — ворчала даже Гидра, пытаясь пятернёй пригладить растрепавшиеся волосы. — Поспал бы, подумал. Пару дней.
— Думаю, он вдоволь выспался, когда мы готовили свой план по захвату, — Кай, оказалось, уже оделся в джинсы и рубашку в клетку, хотя должен быть ещё в своей пижаме. При этом капитан выглядел абсолютно бодрым, вот-вот посмотрит на остальных с удивлением и спросит: «Что? Вы не ожидали подставы в шестом часу утра?»
— Как говорится — «Ох, Акросс, лучше б ты лежал», — прокомментировал Хаски, стоя дальше всех от экрана, во главе стола. — Давайте придерживаться той же схемы. Кай, ты ведь теперь не против, если я отправлюсь с тобой? У тебя прошёл кризис возраста? Ну, того возраста, когда ты всегда будешь выглядеть как школьник.
Каю пришлось обернуться, чтобы внимательно посмотреть на улыбающегося Хаски, и только после ненужной паузы кивнул:
— Нет. Я не против. Пойдём вместе.
— А что случилось в прошлый раз? — тут же поинтересовался Дроид, отвлёкшись.
— Его едва не вскрыли. Но, не бойтесь, я снова был неподалёку!
Этот разговор Кай продолжил только когда ушли Гидра и Дроид.
— Ты следил за мной.
— Делать вот мне больше нечего, — фыркнул Хаски, но не мог сдержать улыбки, как ни пытался, и Кай не настаивал, отправился первым.
Переход сложно было описать, но он не происходил мгновенно. Обычно это было какое-то время неопределённости, через которую надо пройти. Каю всегда казалось, что эти секунды недолгого пути в нигде — тот момент, пока реальность подстраивалась под них, выбирала им персонажей и ситуацию. В эти несколько секунд обычно не происходило ничего, они даже не переговаривались, полностью сосредоточенные на пути, чтобы не потерять друг друга в этом тумане.
Но не в этот раз.
Их не ждали, но и из-за гипотетического угла не выскакивали. Акросс разорвал туман так, будто тот был вязкой водой. И вываливался он аккурат между ними — идущим впереди Каем и Хаски, на несколько шагов позади него. И оба к такому не были готовы, застыли, не зная, что делать, потому что на данный момент и оружия никакого с собой не брали.
Мазнув Хаски безразличным взглядом, как по пустому месту, Акросс повернулся, увидел Кая и прежде, чем тот успел отскочить или опомниться — схватил за ворот рубашки, втащил в ещё не закрывшийся разлом и исчез там же. Секунду-другую Хаски, пока не осознав ситуации, смотрел в никуда, и так же, не шевельнувшись, выкрикнул:
— Да вы издеваетесь?! — щедро, через слово, сыпанув в фразу нецензурщиной.
Легче не стало — Кая забрали у него из-под носа ещё до начала игры.
***
***
— Заключённый зарегистрирован под кодовым именем «Кай». На него отзывается, но и настоящее своё имя помнит, хотя реагирует не так активно. Как обычно люди откликаются на новые клички — будто не привык. На вопросы о прошлом отвечает правильно, но помнит слишком подробно. Склоняюсь к тому, что Акросс прав, и некий «Кай» — путешественник по реальностям, приходящий в каждый новый мир, чтобы умереть в нём в ходе какой-то «игры». До полного выяснения помещён в изолятор с мягкими стенами. Острые предметы запрещены, персонал думает, что охраняет сумасшедшего. Под кожу введён чип, для родственников и друзей считается пропавшим без вести. Если опасения не подтвердятся…
Вот тогда у них начнутся проблемы, да. Но в отчёте это упоминать нельзя было. С другой стороны — диагностируют парню шизофрению, скажут, что попал в больницу безымянным и выпишут как чудом исцелившегося. Окончательно сломав ему жизнь при этом.
И всё же, то, что начиналось с непонятной авантюры, могло оказаться правдой. Хотя бы потому, как Кай разговаривал с человеком, которого по всем бумагам видел впервые в жизни — с Акроссом. Кай, несомненно, узнал его и смотрел так осуждающе, будто понимал, что именно ему и обязан своим заточением.
