Акросс и сам не придумал, чем кто. Хотел продолжить: «чем я», но образ, осветивший его слова, сбил. Это был образ Тима, сидящего за столиком в его подвале. Чем бы он мог сломать Тима?.. Только смертью любого из команды. Но разве Кай — такой же отморозок?
За всё время его пребывания тут в камеру заходил либо Акросс, либо совсем посторонние люди, и появление Гранита Кай воспринял как удачный ход противника ферзём — начало проигрыша.
— Все собрались? — уточнил огорчённо Кай, сидящий у дальней стены. Вместо ответа Гранит сообщил:
— Он обещал твоим, что сдаст тебя близнецам, если они не найдут тебя за сутки.
— О, — кивнул Кай. — Я ждал чего-то такого. Удивился бы, если бы он продолжал носить мне завтраки и только разговаривать. Зачем ты меня предупреждаешь?
— Не одобряю его поведение.
— Вот и поговори с ним, — пожал плечами Кай. — Или помоги мне сбежать.
Его скучающий безразличный взгляд сменился на более пристальный, цепанул Гранита за грудки, но откатился от него, как волна: Кай и сам понимал, что этого не случится.
— Надеюсь, твоя команда найдёт тебя раньше.
— Ну да. Конечно. Будто тебе есть до этого дело, — поддел Кай, но снова впустую и без особой надежды — Гранит ушёл так же спокойно, не оставив даже канцелярского ножа для самообороны. Возможно потому, что Гранит знал — Акросс сидел, почти безвылазно уткнувшись в экраны с камер наблюдения — вестибюль, этажи, лаборатории и карцер, в котором был заперт Кай.
Гидра осталась одна в квартире на ночь. Когда она позвонила, в динамике усталый Дроид вздохнул огорчённо:
— Нет. Никого. Надо было остаться с тобой — ощущение, что у Хаски фитиль к заднице прикручен, и завтра рванет…
— Я попробовала позвонить Акроссу, — призналась Гидра. — Хаски только не говори… Думала, всё ему выскажу.
— И он сразу поймёт, как плохо себя вёл, — без особой веры продолжил за неё Дроид. — Не то чтобы я верил в его совесть, но всё-таки… Как прошло?
— Он сбрасывает вызов, как только слышит мой голос… Я всё-таки надеюсь, что у вас всё получится. Когда Кай вернулся в прошлый раз — я было подумала, что наконец-то не будет этого чувства… вины что ли.
— Да, знаю, — подтвердил Дроид. — Мы постараемся. Давай так — если мы их найдём, я скину тебе сообщение, потому что не до звонков будет. А если не найдём, то ничего не буду писать… Всё, пора, а то Хаски меня вместо Акросса сожрёт.
И несмотря на то, что не происходило ничего и игра стояла на месте — Гидра не спала всю ночь. Бродила по пустой квартире, перетаскивая с собой телефон из комнаты в комнату. Тот самый, на который мог позвонить Акросс или написать Дроид. Время от времени в этой тишине Гидра проверяла — а работает ли телефон, не сел ли аккумулятор? Идёт ли в самом деле в этом мире время? И не верила часам, пока за окном не забрезжил рассвет. Вместо надежды с ним пришло осознание — они не спасут Кая, они опоздают. И он снова будет тихий, искалеченный, а им опять станет стыдно за то, что не успели, не нашли. Тогда, злясь на себя и на Акросса, она раз за разом снова начинала набирать его номер, но и в этот раз не слышала ничего кроме гудков.
Кай стоял к двери боком, со скованными перед собой руками, когда створки разъехались в разные стороны, открываясь.
— Очень жаль это говорить, — начал один из близнецов. Они с братом шли наравне, никто не выбивался вперёд, — но, похоже, твои ребята и девочка не справились.
— Я даже рад. А впрочем… Акросс говорил, что ты чувствуешь боль. А они — нет. С тобой играть-то всяко поинтереснее!
— Хотя не знаю, всё-таки лучшие жертвы — это девочки. Я раз пять уточнил, но Акросс сказал, что и Гидру…
— Слушайте, — спокойно и даже устало прервал Кай, пока за близнецами закрывалась дверь, — вы вот всё близнецы, да близнецы… У вас же какие-то имена есть.
— Ты, блин, издеваешься, мелкий? — уже не таким задорным тоном переспросил правый относительно Кая.
— Серьёзно. Мне кажется, ваших имён даже Акросс не помнит. И остальные не помнят. Вот я и подумал, что вы и сами их не знаете, — пожал плечами Кай.
— Ты нам решил зубы заг… — начал более спокойный левый, и тут его брат сорвался с места к Каю. Но вместо того, чтобы схватить его, получил громоздкими наручниками по голове. Кай всего лишь чуть отодвинулся в бок, чтобы уклониться. К первому нападавшему он отнёсся уже как к поверженному, хотя тот ещё мог двигаться и активно материться, но Кай развернулся к ещё стоящему у двери. Взгляд этот снова был как вызов. На этот раз бросился второй, готовый ловить при попытке уйти в бок, но совершенно не ожидавший осколка тарелки, зацепившего щёку, аккурат около глаза. Попытался подняться второй, тогда Кай, будто только теперь его заметил, ударил подло — ногой в лицо ещё стоящего на четвереньках близнеца. И снова — попытка ударить в рассечённую щёку, но, когда противник уклонился — следующий удар снова железными тяжёлыми наручниками в подбородок. И всё это время лицо у Кая было уверенное, спокойное, чуть сжаты губы. И бил он расчётливо, даже если промахивался — казалось, что так и планировал, отвлекал внимание от удара.
Ещё неизвестно, чем бы закончилась драка, но двери в камеру снова разъхались в стороны, впустив троих охранников в бронежилетах и шлемах с дубинками. Кая отшвырнули к стене ударом в живот, но дальше не последовало никакой мести — точно так же скрутили и близнецов, вытащили силком из камеры, пока они ещё рвались продолжать драку. Как только вывели их, Кая тоже отпустили сидеть у стены, восстанавливать дыхание, остался парень с желтоватой кожей в белом халате. Один из охранников остановился у его плеча, но агрессии больше не было, и Кай сам не верил в то, что всё обошлось.
— Как они сюда попали? — спросил парень нервно.
— Вошли, — пожал плечами Кай.
— Да я видел, что вошли! — сорвался тут же собеседник. — Кто их пустил?! Кто им разрешил вообще?..
— Вы что, не знаете, что делает Акросс? — без особого удивления переспросил Кай, отвернувшись. Только после этого профессор или доктор быстро ушёл, за ним и охранник. Снова закрылись двери и расстегнулись наручники, упали на пол.
Конечно, Акросс видел всё в мониторах, и разговор слышал, но продолжал безразлично ждать в выделенном ему помещении. Спокойно обернулся, когда в комнату швырнули сначала обоих близнецов, которые, не разобравшись в ситуации, ещё наперебой принялись жаловаться Акроссу, будто он и здесь был самым главным и мог что-то решить. Профессор вошёл следом и, ткнув в близнецов, в тихом бешенстве спросил:
— Какого черта? Они говорят, что ты приказал. Ты, случайно, ничего не перепутал?
— Они не собирались его убивать, — вздохнул Акросс. — Просто немного… покалечить, — после этого Акросс улыбнулся, откинувшись на спинку кресла. Когда профессор подошёл к нему, Акросс ждал удара, поднялся и протянутую руку поначалу воспринял как угрозу, но та осталась в воздухе, раскрытой ладонью вверх.
— Ключи от его камеры сюда дай, — невпопад потребовал профессор, и видно было — сам нервничал, тоже ожидал удара.
— Если откажусь? — провоцировал Акросс, подняв руки, будто в него целились.
— В соседнюю посажу.
Напряглись близнецы в ожидании приказа на уничтожение серьёзных охранников в шлемах. Акросс понял это по их изменившимся позам. Но распоряжения он не отдал — небрежным движением смахнул с пульта магнитный ключ, вытянул руку с ним над ладонью профессора, но пальцев не разжимал.
— Мне нужны эти ключи. На случай, когда за ним придут.
— На этот случай тут я и охрана, — напомнил профессор, но ладонь его заметно дрожала. — Хватит уже того, что он подопытный, нечего его ещё стращать, как… как заключённого какого-то! Ты головой вообще думал? Как он теперь будет с нами сотрудничать, если не сможет чувствовать себя в безопасности?! Мне не угрожать тебе нужно, а правда в соседнюю посадить, чтобы…
Ключ ударился о протянутую ладонь и упал с громким стуком на пол, профессор от такого опешил, ещё несколько секунд смотрел в глаза Акроссу, потом неловко подобрал упавшее.
— Я… — совсем сбиваясь, начал он снова, — я за тобой наблюдаю! Ты ему больше ничем не навредишь.
Прижимая ключи к груди, он осторожно обошёл расслабившихся братьев, выскочил поскорее из комнаты, вслед за ним вышла охрана.
— И? — скучая, спросил один из близнецов. — У тебя есть дубликаты?
— Нет, — безразлично откликнулся Акросс.
— Тогда зачем?
— Ты его видел? Хватит одного из вас… Да даже Мей хватит, чтобы отобрать у него ключи. Тоже мне проблема, — отвечая, Акросс без спешки набрал на телефоне сообщение с адресом лаборатории.
Голос у Гидры был взволнованный, спотыкающийся:
— Акросс прислал адрес. Я понимаю, что вы много сил…
— Да мы тоже нашли, — откликнулся Дроид.
— Где держат Кая? — счастливо спохватилась Гидра.
— Нет. Адрес близнецов. Хаски собирается их дождаться, раз уж мы всё равно уже опоздали. Но ты, в общем… если звонить снова будут — ты нас набери. Может, они и не придут.
— Как же Кай? — упавшим голосом переспросила Гидра, и Дроид сорвался:
— Слушай, хочешь, я Хаски трубку дам, и ты сама с ним поговоришь об этом. Что у тебя есть адрес и надо сходить забрать то, что нам милостиво оставили от Кая. Нет? Тогда я кладу трубку!
Команда разваливается — поняла Гидра, глядя на погасший экран. Она думала не дольше минуты, прежде чем начать собираться.
Хаски тем временем продолжал сидеть каменным изваянием напротив входной двери, даже не обернулся, когда из ванной вышел Дроид.
— У неё есть адрес, — устало сообщил он. Хаски кивнул, не отрываясь от двери.
Близнецов было слышно задолго до их появления в квартире — они громко смеялись там, в подъезде, обсуждая что-то, и чем ближе были их голоса, тем мрачнее становился поджидавший их Хаски. Дроид осторожно прошёл к двери, встал так, чтобы его не было видно, когда она откроется.
— Надо было видеть его рожу, — раздалось одновременно со скрежетом ключа в замке, и в то же время со своего места поднялся Хаски. Это выглядело настолько жутко, будто он уже был частью мебели, и вот кресло или столик вдруг взяли и пошли.
Секунда замешательства, когда близнецы обнаружили Хаски, за это время Дроид успел выстрелить в затылок одному, собирался так же убрать из игры второго, но Хаски цепанул того за ворот рубашки, повалил на пол. Дроид успел закрыть дверь, прежде чем раздался крик. Когда он нехотя, осторожно обернулся — нож, который держал Хаски, уже насквозь прошил ладонь врага, припечатав её к паркету.
— Наверное, весело было над Каем издеваться? — холодно спросил Хаски, всё ещё держа ладонь на рукоятке. — А теперь как? Тоже весело?
Дроид и раньше понимал, зачем Хаски ждал. Он вздохнул обречённо, бросил только:
— Сначала сделай, чтобы он не орал, — и вышел за дверь, плотно её закрыв. Он не хотел видеть того, что будет дальше. Отошёл на несколько метров, к лестничному пролёту, в надежде, что и не услышит ничего. Набрал номер Гидры, но в ответ были только гудки, и у Дроида появилось ощущение, что его снова бросили одного посреди игры.
— То, что недавно случилось — досадное недоразумение, — заверил стоящий у двери профессор. Кай слушал молча, сидя у стены. Осколка тарелки у него не забрали, поэтому он чувствовал себя спокойнее, а не потому, что кто-то там разберётся с Акроссом. — Мы не были в курсе, что он так… поступит. У Акросса больше нет таких полномочий. Вы в безопасности.
Профессор ждал ответа или реакции, но Кай игнорировал его, продолжая следить за дверью.
— Я забрал у него ключи. Он сказал, что за вами придут. Мне не нравится вся эта задумка, и… если бы вы согласились сотрудничать, я мог бы отдать ключи тем, кто появится здесь.
Снова тишина и прямой взгляд Кая, будто говорил с куклой.
— Вы не хотите обезопасить себя? — растерянно продолжил профессор, и, о чудо, Кай наконец ожил — вздохнул, прикрыв глаза.
— Это всё не имеет значения, — не открывая глаз, отозвался Кай. — Если Акроссу нужны будут ключи — он их заберёт. Если он услышит, что вы предлагаете сотрудничество мне — он заберёт и меня. Всё происходящее для Акросса лишь декорация.
— Я так не думаю, — поморщился профессор. — Вы отказываетесь поэтому?
— Вы можете только выпустить меня отсюда и снять наручники. Всё остальное — бессмысленно.
— Гидра пришла.
Акросс отвернулся от экранов, указал в один из них, кивнув:
— Я уже знаю. Сказал привести её сюда.
Вся оставшаяся команда Акросса находилась в предчувствии чего-то. Только Гранит ждал этого мрачно, а Мей напротив — вся в предвкушении. И самое лучшее для неё было то, что первой пришла Гидра. Акросс понимал, что предпочёл бы оставить её напоследок — вполне могло получиться так, что Хаски для того и прислал её — проверить врага на прочность. Акросс и сам не знал, сможет ли. Он отчего-то представлял её в белом платье, по которому будут расползаться кровавые подтёки, отчётливо видел вспухающие на светлой коже синяки. И заранее не мог этого себе простить.
И Кай, и Гидра не считали его кем-то плохим. Думали, что он просто заигрался. Но этот образ шёл вразрез с тем, чего хотел Акросс.
Недавно Барс спросил, смог бы Акросс забыть всё, что случилось, и жить дальше уже ради Гидры, если бы она полностью приняла его сторону.
— Мне нужен ключ от его камеры, — поднялся с места Акросс.
— Я принесу, — тут же вызвалась с энтузиазмом Мей. — Пусть Гранит дождётся у камеры. Я не смогу притащить Кая сюда. Особенно учитывая, как он отделал близнецов.
— Так Кай не пострадал? — с надеждой от двери переспросила Гидра. Мей вышла, больно задев её плечом, потом уже осторожнее удалился Гранит. Акросс кивнул охране, которая довела Гидру до комнаты, чтобы их оставили одних.
В этой надежде, в этих словах снова было что-то, как хлоркой отмывающие Акросса от той грязи, что он готов был на себя взять.
— Просто ваш капитан оказался агрессивнее, — пинком Акросс отправил ей стул, он ударился о колени девушки, но она не села, так и стояла у запертой двери. — Ты ведь думаешь, что я не смогу? Поэтому пришла одна? Они тебе приказали?
— Нет, сама пришла, — Гидра смягчилась, отодвинула стул. За спиной Акросса были экраны, и на одном из них — сидящий у стены в комнате с мягкими стенами Кай. Он выглядел вполне целым и здоровым, Гидра не отрываясь смотрела в этот экран, пытаясь высмотреть раны.
— Чтобы проверить меня?
— Чтобы доказать, что не сможешь, — успокоившись, Гидра перевела взгляд на него, даже улыбнулась.
— Ты загоняешь меня в угол и думаешь, что теперь я сдамся?
На Гидре были джинсы и лёгкий свитер. Как художник, Акросс мысленно лепил бордовые кровоподтёки на колени, на ключицы и улыбающееся лицо. Пытался привыкнуть.
— Ты сам придумал эти правила, — напомнила Гидра. — Ты сам себя загнал в угол.
Представлял разбитую губу и кровящий нос, но ловил себя на мысли, что всё это — слишком эстетично. Это похоже на игру понарошку, на грим для актрисы западного кино, где девушка в крови — всё равно красива. Акросс знал, что так не бывает.
— Я не загонял себя в угол. Не знаю, что ты там придумала, мы в разных командах. В задачи моей входит убивать вас, так же как и ваша цель — истребить нас, — на Акросса будто вдохновение нашло — он продолжил быстрее и уверенней:
— Давно пора было это прояснить. И определиться, кто на чьей стороне.
***
За всё время его пребывания тут в камеру заходил либо Акросс, либо совсем посторонние люди, и появление Гранита Кай воспринял как удачный ход противника ферзём — начало проигрыша.
— Все собрались? — уточнил огорчённо Кай, сидящий у дальней стены. Вместо ответа Гранит сообщил:
— Он обещал твоим, что сдаст тебя близнецам, если они не найдут тебя за сутки.
— О, — кивнул Кай. — Я ждал чего-то такого. Удивился бы, если бы он продолжал носить мне завтраки и только разговаривать. Зачем ты меня предупреждаешь?
— Не одобряю его поведение.
— Вот и поговори с ним, — пожал плечами Кай. — Или помоги мне сбежать.
Его скучающий безразличный взгляд сменился на более пристальный, цепанул Гранита за грудки, но откатился от него, как волна: Кай и сам понимал, что этого не случится.
— Надеюсь, твоя команда найдёт тебя раньше.
— Ну да. Конечно. Будто тебе есть до этого дело, — поддел Кай, но снова впустую и без особой надежды — Гранит ушёл так же спокойно, не оставив даже канцелярского ножа для самообороны. Возможно потому, что Гранит знал — Акросс сидел, почти безвылазно уткнувшись в экраны с камер наблюдения — вестибюль, этажи, лаборатории и карцер, в котором был заперт Кай.
***
Гидра осталась одна в квартире на ночь. Когда она позвонила, в динамике усталый Дроид вздохнул огорчённо:
— Нет. Никого. Надо было остаться с тобой — ощущение, что у Хаски фитиль к заднице прикручен, и завтра рванет…
— Я попробовала позвонить Акроссу, — призналась Гидра. — Хаски только не говори… Думала, всё ему выскажу.
— И он сразу поймёт, как плохо себя вёл, — без особой веры продолжил за неё Дроид. — Не то чтобы я верил в его совесть, но всё-таки… Как прошло?
— Он сбрасывает вызов, как только слышит мой голос… Я всё-таки надеюсь, что у вас всё получится. Когда Кай вернулся в прошлый раз — я было подумала, что наконец-то не будет этого чувства… вины что ли.
— Да, знаю, — подтвердил Дроид. — Мы постараемся. Давай так — если мы их найдём, я скину тебе сообщение, потому что не до звонков будет. А если не найдём, то ничего не буду писать… Всё, пора, а то Хаски меня вместо Акросса сожрёт.
И несмотря на то, что не происходило ничего и игра стояла на месте — Гидра не спала всю ночь. Бродила по пустой квартире, перетаскивая с собой телефон из комнаты в комнату. Тот самый, на который мог позвонить Акросс или написать Дроид. Время от времени в этой тишине Гидра проверяла — а работает ли телефон, не сел ли аккумулятор? Идёт ли в самом деле в этом мире время? И не верила часам, пока за окном не забрезжил рассвет. Вместо надежды с ним пришло осознание — они не спасут Кая, они опоздают. И он снова будет тихий, искалеченный, а им опять станет стыдно за то, что не успели, не нашли. Тогда, злясь на себя и на Акросса, она раз за разом снова начинала набирать его номер, но и в этот раз не слышала ничего кроме гудков.
***
Кай стоял к двери боком, со скованными перед собой руками, когда створки разъехались в разные стороны, открываясь.
— Очень жаль это говорить, — начал один из близнецов. Они с братом шли наравне, никто не выбивался вперёд, — но, похоже, твои ребята и девочка не справились.
— Я даже рад. А впрочем… Акросс говорил, что ты чувствуешь боль. А они — нет. С тобой играть-то всяко поинтереснее!
— Хотя не знаю, всё-таки лучшие жертвы — это девочки. Я раз пять уточнил, но Акросс сказал, что и Гидру…
— Слушайте, — спокойно и даже устало прервал Кай, пока за близнецами закрывалась дверь, — вы вот всё близнецы, да близнецы… У вас же какие-то имена есть.
— Ты, блин, издеваешься, мелкий? — уже не таким задорным тоном переспросил правый относительно Кая.
— Серьёзно. Мне кажется, ваших имён даже Акросс не помнит. И остальные не помнят. Вот я и подумал, что вы и сами их не знаете, — пожал плечами Кай.
— Ты нам решил зубы заг… — начал более спокойный левый, и тут его брат сорвался с места к Каю. Но вместо того, чтобы схватить его, получил громоздкими наручниками по голове. Кай всего лишь чуть отодвинулся в бок, чтобы уклониться. К первому нападавшему он отнёсся уже как к поверженному, хотя тот ещё мог двигаться и активно материться, но Кай развернулся к ещё стоящему у двери. Взгляд этот снова был как вызов. На этот раз бросился второй, готовый ловить при попытке уйти в бок, но совершенно не ожидавший осколка тарелки, зацепившего щёку, аккурат около глаза. Попытался подняться второй, тогда Кай, будто только теперь его заметил, ударил подло — ногой в лицо ещё стоящего на четвереньках близнеца. И снова — попытка ударить в рассечённую щёку, но, когда противник уклонился — следующий удар снова железными тяжёлыми наручниками в подбородок. И всё это время лицо у Кая было уверенное, спокойное, чуть сжаты губы. И бил он расчётливо, даже если промахивался — казалось, что так и планировал, отвлекал внимание от удара.
Ещё неизвестно, чем бы закончилась драка, но двери в камеру снова разъхались в стороны, впустив троих охранников в бронежилетах и шлемах с дубинками. Кая отшвырнули к стене ударом в живот, но дальше не последовало никакой мести — точно так же скрутили и близнецов, вытащили силком из камеры, пока они ещё рвались продолжать драку. Как только вывели их, Кая тоже отпустили сидеть у стены, восстанавливать дыхание, остался парень с желтоватой кожей в белом халате. Один из охранников остановился у его плеча, но агрессии больше не было, и Кай сам не верил в то, что всё обошлось.
— Как они сюда попали? — спросил парень нервно.
— Вошли, — пожал плечами Кай.
— Да я видел, что вошли! — сорвался тут же собеседник. — Кто их пустил?! Кто им разрешил вообще?..
— Вы что, не знаете, что делает Акросс? — без особого удивления переспросил Кай, отвернувшись. Только после этого профессор или доктор быстро ушёл, за ним и охранник. Снова закрылись двери и расстегнулись наручники, упали на пол.
***
Конечно, Акросс видел всё в мониторах, и разговор слышал, но продолжал безразлично ждать в выделенном ему помещении. Спокойно обернулся, когда в комнату швырнули сначала обоих близнецов, которые, не разобравшись в ситуации, ещё наперебой принялись жаловаться Акроссу, будто он и здесь был самым главным и мог что-то решить. Профессор вошёл следом и, ткнув в близнецов, в тихом бешенстве спросил:
— Какого черта? Они говорят, что ты приказал. Ты, случайно, ничего не перепутал?
— Они не собирались его убивать, — вздохнул Акросс. — Просто немного… покалечить, — после этого Акросс улыбнулся, откинувшись на спинку кресла. Когда профессор подошёл к нему, Акросс ждал удара, поднялся и протянутую руку поначалу воспринял как угрозу, но та осталась в воздухе, раскрытой ладонью вверх.
— Ключи от его камеры сюда дай, — невпопад потребовал профессор, и видно было — сам нервничал, тоже ожидал удара.
— Если откажусь? — провоцировал Акросс, подняв руки, будто в него целились.
— В соседнюю посажу.
Напряглись близнецы в ожидании приказа на уничтожение серьёзных охранников в шлемах. Акросс понял это по их изменившимся позам. Но распоряжения он не отдал — небрежным движением смахнул с пульта магнитный ключ, вытянул руку с ним над ладонью профессора, но пальцев не разжимал.
— Мне нужны эти ключи. На случай, когда за ним придут.
— На этот случай тут я и охрана, — напомнил профессор, но ладонь его заметно дрожала. — Хватит уже того, что он подопытный, нечего его ещё стращать, как… как заключённого какого-то! Ты головой вообще думал? Как он теперь будет с нами сотрудничать, если не сможет чувствовать себя в безопасности?! Мне не угрожать тебе нужно, а правда в соседнюю посадить, чтобы…
Ключ ударился о протянутую ладонь и упал с громким стуком на пол, профессор от такого опешил, ещё несколько секунд смотрел в глаза Акроссу, потом неловко подобрал упавшее.
— Я… — совсем сбиваясь, начал он снова, — я за тобой наблюдаю! Ты ему больше ничем не навредишь.
Прижимая ключи к груди, он осторожно обошёл расслабившихся братьев, выскочил поскорее из комнаты, вслед за ним вышла охрана.
— И? — скучая, спросил один из близнецов. — У тебя есть дубликаты?
— Нет, — безразлично откликнулся Акросс.
— Тогда зачем?
— Ты его видел? Хватит одного из вас… Да даже Мей хватит, чтобы отобрать у него ключи. Тоже мне проблема, — отвечая, Акросс без спешки набрал на телефоне сообщение с адресом лаборатории.
***
Голос у Гидры был взволнованный, спотыкающийся:
— Акросс прислал адрес. Я понимаю, что вы много сил…
— Да мы тоже нашли, — откликнулся Дроид.
— Где держат Кая? — счастливо спохватилась Гидра.
— Нет. Адрес близнецов. Хаски собирается их дождаться, раз уж мы всё равно уже опоздали. Но ты, в общем… если звонить снова будут — ты нас набери. Может, они и не придут.
— Как же Кай? — упавшим голосом переспросила Гидра, и Дроид сорвался:
— Слушай, хочешь, я Хаски трубку дам, и ты сама с ним поговоришь об этом. Что у тебя есть адрес и надо сходить забрать то, что нам милостиво оставили от Кая. Нет? Тогда я кладу трубку!
Команда разваливается — поняла Гидра, глядя на погасший экран. Она думала не дольше минуты, прежде чем начать собираться.
Хаски тем временем продолжал сидеть каменным изваянием напротив входной двери, даже не обернулся, когда из ванной вышел Дроид.
— У неё есть адрес, — устало сообщил он. Хаски кивнул, не отрываясь от двери.
Близнецов было слышно задолго до их появления в квартире — они громко смеялись там, в подъезде, обсуждая что-то, и чем ближе были их голоса, тем мрачнее становился поджидавший их Хаски. Дроид осторожно прошёл к двери, встал так, чтобы его не было видно, когда она откроется.
— Надо было видеть его рожу, — раздалось одновременно со скрежетом ключа в замке, и в то же время со своего места поднялся Хаски. Это выглядело настолько жутко, будто он уже был частью мебели, и вот кресло или столик вдруг взяли и пошли.
Секунда замешательства, когда близнецы обнаружили Хаски, за это время Дроид успел выстрелить в затылок одному, собирался так же убрать из игры второго, но Хаски цепанул того за ворот рубашки, повалил на пол. Дроид успел закрыть дверь, прежде чем раздался крик. Когда он нехотя, осторожно обернулся — нож, который держал Хаски, уже насквозь прошил ладонь врага, припечатав её к паркету.
— Наверное, весело было над Каем издеваться? — холодно спросил Хаски, всё ещё держа ладонь на рукоятке. — А теперь как? Тоже весело?
Дроид и раньше понимал, зачем Хаски ждал. Он вздохнул обречённо, бросил только:
— Сначала сделай, чтобы он не орал, — и вышел за дверь, плотно её закрыв. Он не хотел видеть того, что будет дальше. Отошёл на несколько метров, к лестничному пролёту, в надежде, что и не услышит ничего. Набрал номер Гидры, но в ответ были только гудки, и у Дроида появилось ощущение, что его снова бросили одного посреди игры.
***
— То, что недавно случилось — досадное недоразумение, — заверил стоящий у двери профессор. Кай слушал молча, сидя у стены. Осколка тарелки у него не забрали, поэтому он чувствовал себя спокойнее, а не потому, что кто-то там разберётся с Акроссом. — Мы не были в курсе, что он так… поступит. У Акросса больше нет таких полномочий. Вы в безопасности.
Профессор ждал ответа или реакции, но Кай игнорировал его, продолжая следить за дверью.
— Я забрал у него ключи. Он сказал, что за вами придут. Мне не нравится вся эта задумка, и… если бы вы согласились сотрудничать, я мог бы отдать ключи тем, кто появится здесь.
Снова тишина и прямой взгляд Кая, будто говорил с куклой.
— Вы не хотите обезопасить себя? — растерянно продолжил профессор, и, о чудо, Кай наконец ожил — вздохнул, прикрыв глаза.
— Это всё не имеет значения, — не открывая глаз, отозвался Кай. — Если Акроссу нужны будут ключи — он их заберёт. Если он услышит, что вы предлагаете сотрудничество мне — он заберёт и меня. Всё происходящее для Акросса лишь декорация.
— Я так не думаю, — поморщился профессор. — Вы отказываетесь поэтому?
— Вы можете только выпустить меня отсюда и снять наручники. Всё остальное — бессмысленно.
***
— Гидра пришла.
Акросс отвернулся от экранов, указал в один из них, кивнув:
— Я уже знаю. Сказал привести её сюда.
Вся оставшаяся команда Акросса находилась в предчувствии чего-то. Только Гранит ждал этого мрачно, а Мей напротив — вся в предвкушении. И самое лучшее для неё было то, что первой пришла Гидра. Акросс понимал, что предпочёл бы оставить её напоследок — вполне могло получиться так, что Хаски для того и прислал её — проверить врага на прочность. Акросс и сам не знал, сможет ли. Он отчего-то представлял её в белом платье, по которому будут расползаться кровавые подтёки, отчётливо видел вспухающие на светлой коже синяки. И заранее не мог этого себе простить.
И Кай, и Гидра не считали его кем-то плохим. Думали, что он просто заигрался. Но этот образ шёл вразрез с тем, чего хотел Акросс.
Недавно Барс спросил, смог бы Акросс забыть всё, что случилось, и жить дальше уже ради Гидры, если бы она полностью приняла его сторону.
— Мне нужен ключ от его камеры, — поднялся с места Акросс.
— Я принесу, — тут же вызвалась с энтузиазмом Мей. — Пусть Гранит дождётся у камеры. Я не смогу притащить Кая сюда. Особенно учитывая, как он отделал близнецов.
— Так Кай не пострадал? — с надеждой от двери переспросила Гидра. Мей вышла, больно задев её плечом, потом уже осторожнее удалился Гранит. Акросс кивнул охране, которая довела Гидру до комнаты, чтобы их оставили одних.
В этой надежде, в этих словах снова было что-то, как хлоркой отмывающие Акросса от той грязи, что он готов был на себя взять.
— Просто ваш капитан оказался агрессивнее, — пинком Акросс отправил ей стул, он ударился о колени девушки, но она не села, так и стояла у запертой двери. — Ты ведь думаешь, что я не смогу? Поэтому пришла одна? Они тебе приказали?
— Нет, сама пришла, — Гидра смягчилась, отодвинула стул. За спиной Акросса были экраны, и на одном из них — сидящий у стены в комнате с мягкими стенами Кай. Он выглядел вполне целым и здоровым, Гидра не отрываясь смотрела в этот экран, пытаясь высмотреть раны.
— Чтобы проверить меня?
— Чтобы доказать, что не сможешь, — успокоившись, Гидра перевела взгляд на него, даже улыбнулась.
— Ты загоняешь меня в угол и думаешь, что теперь я сдамся?
На Гидре были джинсы и лёгкий свитер. Как художник, Акросс мысленно лепил бордовые кровоподтёки на колени, на ключицы и улыбающееся лицо. Пытался привыкнуть.
— Ты сам придумал эти правила, — напомнила Гидра. — Ты сам себя загнал в угол.
Представлял разбитую губу и кровящий нос, но ловил себя на мысли, что всё это — слишком эстетично. Это похоже на игру понарошку, на грим для актрисы западного кино, где девушка в крови — всё равно красива. Акросс знал, что так не бывает.
— Я не загонял себя в угол. Не знаю, что ты там придумала, мы в разных командах. В задачи моей входит убивать вас, так же как и ваша цель — истребить нас, — на Акросса будто вдохновение нашло — он продолжил быстрее и уверенней:
— Давно пора было это прояснить. И определиться, кто на чьей стороне.
