- Не трогай! Он может оказаться ядовитым.
- Так и есть, - со знанием дела подтвердил Килимон. – Без перчаток лучше его не касаться. Вместо железного лезвия – осиное жало. Разбойничье оружие.
- Воры прячут такие под плащами, - сказал Дили Драй. – Один удар – и жертва умрет в страшных мучениях если не от потери крови, то от осиного яда.
- Выходит, вора убили его же оружием? – сделал вывод адмирал.
- Это могло быть его оружие, или оружие его сообщника – того, что нанес удар, - сказал Драй.
Начальник охраны обернул руку платком, взялся за рукоять, и с заметным усилием вырвал кинжал из тела.
- Глубоко вошел, - сообщил он. – Очевидно, удар нанесен с большой силой. По всей видимости, убийца – мужчина крепкого телосложения, или имеющий разбойничью хватку.
Они перенесли тело в номер и уложили его на половик. Выпученные глаза Чумаданио Хрюнкеля блеснули в коридоре – хозяин трактира охал и причитал в темноте, но войти не решался. В этот миг он предпочитал, чтобы о нем вспоминали поменьше.
- Иди сюда! – резко сказал ему Драй.
Трактирщик нехотя повиновался.
- Это твой постоялец?
- Он самый, - дрожащим голосом заверил трактирщик, отводя взгляд от распростертого тела. – Тот, что выходил в общий зал, а после сидел и обедал солянкой.
- А где второй?
- Вторым оказался его высочество принц.
- Тут должен был находиться кто-то еще, - насел на хозяина Драй. – Не сам же принц нанес этот удар. Кто еще ошивался в трактире в тот день? Лучше тебе рассказать по своей воле, иначе мы сами дознаемся, и ты загремишь в каталажку, а имущество пойдет прахом!
- Только не разоряйте! – взвыл Чумаданио. – Расскажу все, как на духу. Кроме господ, заглядывал мореплаватель по имени Бармут Барабулья, весьма примечательная личность. Все утро он просидел в кабаке, пил ром после дальнего плавания, отдыхал и кутил, ну и немножечко побуянил, как это бывает с пьяненькими, так что даже пришлось его успокаивать.
- Какие тут могут быть мореплаватели? Сам же сказал – гавань не действует, - задал вопрос адмирал.
- Кое-кто еще летает на утлых лодочках под легкими парусами, - изображая искренность, повествовал трактирщик. – Ни одного кораблика в гавани не осталось, это святая правда, но лодки до сих пор на ходу. Правда, далеко на них не уплывешь, но все же от островка к островку еще можно пробраться, если знать направление ветров.
- Ах, вот значит, в чем дело! – рявкнул Дили. – На мое имение то и дело нападают какие-то проходимцы. Грабят склады и амбары, а после исчезают незнамо куда. Я с ног сбился, чтобы найти их и воздать по заслугам. Если они на летучих лодках – это все объясняет.
- Этот мореплаватель Бармут – пират? – прямиком спросил Тар.
- Помилуйте, откуда же мне знать? – принялся оправдываться трактирщик. – Ко мне приходят за соляночкой и за пивком, да еще провести ночку в мягкой постельке. Пират, не пират – это ведь на лбу не написано. Для меня все – почетные гости. А в документиках у них не проставлено, пираты они или нет.
- Пошел вон! – выставил его Дили.
Трактирщик с готовностью скрылся.
- Итак, что мы имеем, - подвел итог адмирал. – Убитый – молодой человек, еще юноша, в приличной одежде, достойной порядочного дворянина. Однако плащ изобличает в нем Ночного Упыря, известного разбойника. Одно другому не противоречит, так как разбойник был, очевидно, не беден. Одежду же он мог награбить.
- Все верно, - подтвердил Дили Драй. – По всей видимости, Ночной Упырь прятался в этом трактире после неудачного ограбления. Вероятно, у него был сообщник. Этот сообщник мог испугаться, что стража найдет Упыря, и тот выдаст его с потрохами. Из страха, или из мести за сорвавшееся дельце, он своего подельника и убил вот этим вот самым кинжалом.
- Этот сообщник – пират Барабулья? – спросила Тая.
Рыцари посмотрели на нее, словно не понимая, что она вообще тут делает.
- Возможно, - произнес адмирал. – Но меня беспокоит другая догадка. Принц Леммонт сказал, что убитый – его слуга. Как Ночной Упырь оказался слугой нашего принца?
- Его высочеству предстоит коронация, - заметил Драй. – Боюсь, отвлекать его расспросами будет неуместно – государственное торжество по важности стоит на первом месте.
- Тем более! – возразил адмирал. – Убийство случилось перед коронацией. Что, если Ночной Упырь готовил покушение? Разбойника могли подкупить или нанять. Зачем еще ему втираться в доверие к его высочеству?
- Мы должны спасти принца! – звонко выкрикнула Тая.
- Но ведь теперь разбойник убит, и бояться больше нечего, - сказал Драй.
- Как раз наоборот! – встревоженно произнес адмирал. – Кто его подослал? Вдруг это заговор? Вместо того, чтобы заняться принцем, разбойник отправился грабить сокровищницу и едва не попался. Заговорщики могли наказать его – этим убийство и объясняется. Но в таком случае заговор еще в силе. Тайные недоброжелатели могут подослать и другого убийцу. Чтобы обезопасить принца, мы должны раскрыть это преступление. Но найти одного преступника будет мало: нужно раскрыть его связи, чтобы проверить, не стоят ли за ним заговорщики.
- Может, не стоит так усложнять? – усомнился Килимон Кардасар. – Наше задание – найти того, кто убил этого дворянина. Отыщем исполнителя – и дело с концом.
- Нет, граф целиком и полностью прав! – неожиданно распрямился Дили Драй.
Его львиная грива встряхнулась, а глаза лихорадочно заблестели.
- Это заговор! – продолжал рыцарь, шагая по тесному номеру так, что половицы жалобно заскрипели. – Нюхом чую: тут кроются какие-то темные делишки. Вот только направлены они вовсе не против принца, а против меня!
Оба его помощника застыли, удивленно глядя на командира.
- Да-да! – продолжал Дили, тыча мясистым пальцем в сторону невидимых врагов. – Они задумали свалить меня с должности, а поместье мое – отобрать. Но у них ничего не выйдет! Я съем их с потрохами, или я не Диллирой Драй, барон ван Виртис! А чтобы вывести этих жалких червей на чистую воду, нужно раскрыть это убийство. Признаюсь откровенно, адмирал, в ордене Каменной башни, к которому я имею честь принадлежать, вас считают опасным противником и тайным сторонником прежней власти. Но в этом деле наши дорожки сошлись, и ведут они к одной цели. Ума не приложу, почему моя госпожа поручила возглавить расследование именно вам. Но раз уж это случилось – пойдем рука об руку, а прежние дрязги на время забудем.
И он протянул адмиралу свою широкую, могучую ладонь. Тая заметила, что ее дед буквально мгновенье поколебался, но тут же решился и ответил на рукопожатие.
- За дело! – вошел в привычную роль командира Драй. – Подозреваемый – пират Барабулья. Поймаем его, и так крепко расспросим, что он все выложит, как на блюдечке.
- Я отказываюсь понимать, что тут вообще происходит, - пожаловался адмирал, когда Тая садилась в карету. – Очевидно, нашему принцу грозит опасность. По всей вероятности, против него составлен смертельно опасный заговор, хотя Драй почему-то считает, что злоумышленники ополчились на него. Но кто тогда наш Равион Варт, и почему он называет себя слугой принца? Ведь слуга-то убит!
- Помнишь, он говорил, что принц скоро появится? – напомнила Тая. – Так и случилось. И речь его казалась такой искренней и горячей, что я поверила.
- Мошенники ловко играют на наших чувствах, им нельзя верить, - наставительно произнес ее дед. – Однако, если Ночной Упырь убит, то наш пленник – не он. Зря мы его подозревали.
- Тогда зачем мы держим его взаперти?
- Все-таки, он без спросу проник в наш дом. А после напал на тебя, да и на меня тоже. Где это видано – нападать на хозяев в их доме? Что ему было нужно? Что он кричал там насчет предательства и прочей чуши?
- Может, он просто сумасшедший? – предположила Тая.
- Это бы все объяснило, - рассмеялся адмирал. – Только бы это дело не оказалось запутаннее, чем мне бы хотелось!
На пороге трактира Диллирой Драй давал наставления подчиненным, которые оставались в засаде – ждать возвращения Бармута Барабульи. Трактирщик суетился с полотенцем в руках и лез вон из кожи, чтобы доказать свою преданность. Сам начальник охраны не считал нужным заниматься черновой работой – он возвращался в столицу, однако лететь решил отдельно от адмирала, чтобы заглянуть в свое поместье Виртис и справиться, все ли в порядке.
Боцман Буль тронул вожжи, и шершни взлетели.
- Куда мы теперь? – спросила Тая, когда вдали показалось возвышенное плато, на обрывах которого сияли под солнцем белые стены Облачного Вышеграда.
- Прямиком во дворец! – потирая руки, ответил ее дед. – У меня назрели кое-какие вопросы к его высочеству. Кроме того, нужно доложить принцу о ходе расследования, ведь у нас уже есть подозреваемый, и, если все пойдет так, как задумано, то этой ночью мы его схватим.
Однако перед дворцовым входом адмирал снова столкнулся с препятствием. Рыцари, чьи лица скрывались под стальными забралами, преградили ему путь.
- Я направляюсь к его высочеству по служебному делу! – возмутился Тар.
- Его высочество занят, - вежливо, но непреклонно ответствовал рыцарь. – Он на торжественном приеме. Его чествуют герцогиня и весь королевский совет. Прервать торжество невозможно.
Адмирал вынужден был отступить и с досадой промолвил:
- Будь с нами Драй, они вытянулись бы в струнку и дышать бы не смели. Видно, я рано обрадовался: опала с нашей семьи еще не снята, и даже ко двору ее светлости меня по-прежнему не пускают.
Тае очень хотелось утешить деда, но она не знала, чем может ему помочь.
- Поедем-ка по домам, - сказал ей адмирал. – Дома нас тоже ждет дельце. А принца навестим, когда он освободится.
Тут Тая встрепенулась, увидев, что по ступенькам дворца к ним сбегает молодая дама в ярко-красном кафтане и с розочкой, воткнутой в бунтарски-белые волосы.
- Лайра! – кинулась Тая к ней. – Представь себе, нас не пускают к принцу, а ведь у нас к нему дело.
Баронесса достала кружевной платочек, вытерла капельки пота со своего круглого лица, и доверительно сообщила:
- Если бы ты только знала, что творится в бальном зале! Герцогиня устроила танцы. Я убеждала ее, что принц только что прибыл, и ему нужно отдохнуть, да куда там! Ее светлость уж если чего-то захочет, то никто ее не переубедит. После будет торжественный обед, и боюсь, что он перерастет в грандиозную пьянку. Для доклада не выкроить ни минутки. Но я постараюсь спросить принца, не примет ли он вас, если освободится. Вот только когда это случится? Вечером заседание совета, и на нем будет решаться крайне важный вопрос: законна ли коронация Леммонта? Тут все не так просто, как думает наше милое простонародье.
- Значит, сегодня мы его не увидим? – разочарованно произнесла Тая.
- Сегодня вряд ли, но я попрошу, чтобы он выкроил для вас времечко, как только ему дадут передохнуть.
Тая вернулась к деду и передала ему слова баронессы.
- Что ж, нам сейчас все равно не до праздников. Не стоит обижаться, что нас не позвали, - ответил Тар. – Наше время придет, когда принц коронуется. Надеюсь, он быстро разберется, кто его истинный друг, а кто только делает вид.
Боцман Буль тронул вожжи и покатил по проспекту Счастливой звезды к восточной окраине города.
Дома их уже поджидал сгорающий от нетерпения лейтенант Фит.
- Я навел справки, - заговорил он, едва адмирал переступил порог. – У семьи Вартов действительно был сын Равион. В детском возрасте он отправился в плавание вместе с Леммонтом Ярном, но не вернулся. Видимо, тот, что называет себя Равионом, присвоил имя погибшего. Не может же он быть настоящим Вартом? Тот давно сгинул.
- Как и сам принц, впрочем, - заметил адмирал. – По крайней мере, все так считали до недавнего времени. Допросим нашего пленника еще разок. Может, он все же сознается? Теперь мы хотя бы знаем, что он не Ночной Упырь – Драй опознал в убитом разбойника. Но если Варт не разбойник, то кто?
Про Таю никто даже не вспоминал, что позволило ей без лишних хлопот проскочить в каменный хлев вслед за дедом и его слугами. Задержанный с комфортом устроился в углу на соломенном тюфяке и выглядел так, будто его все устраивает. Единственное, что беспокоило пленника – сломанное крыло, на которое он старался не облокачиваться, так что лежать ему приходилось на боку.
При появлении хозяина задержанный не спеша поднялся и чинно кивнул, изображая поклон. Привязывать его к креслу на этот раз не потребовалось: судя по поведению, буйствовать он не собирался.
- Я вынужден еще раз спросить: кто вы такой? – резко произнес адмирал, останавливаясь перед узником.
- Вам это известно. Я – Равион Варт, - хмуро ответил тот.
- Не смей врать адмиралу! – взорвался лейтенант Фит. – Мы проверили: настоящего Варта унесла Огненная буря десять лет назад.
- Разумеется, унесла. А теперь принесла обратно.
- Не морочьте мне голову, - строго сказал адмирал. – Вы пролезли в чужой дом без разрешения. Напали на хозяина и хозяйку, пытались ограбить их среди бела дня. Как вас назвать после этого? Может, разбойником?
- Я разбойник не больше, чем двое ваших доблестных подручных, - ответил пленник, трогая шейный платок, сбившийся от долгой лежки. – Но я вижу, что мои слова до вас не доходят. Ничего, я умею ждать. Мой господин вот-вот явится, и тогда вам придется изрядно потрудиться, чтобы объяснить, по какой причине вы оставили его без моих услуг.
- Прекрасно! В таком случае вас порадует новость, что господин Леммонт Ярн уже явился, как вы и предсказывали. И разговор насчет вас с ним уже состоялся. Но вот неувязочка: его высочество утверждает, что единственный его слуга погиб не далее как вчера днем в результате разбойного нападения.
Лицо пленника изменилось. Гордый и вызывающий взгляд уступил место растерянности. Щеки, горящие от яркого румянца, побледнели. Крылья за спиной плотно сложились и прижались к спине, отчего легонько громыхнула дощечка, привязанная к одному из них.
- Его высочество уже в городе? – спросил он. – В таком случае дозвольте мне увидеться с ним. Это все прояснит.
- Принц сам выбирает, с кем встречаться, - резко бросил адмирал. – И боюсь, что в ближайшие дни ему будет не до вас. А на ваш счет есть кое-какие сомнения. Убитого слугу опознали – им оказался небезызвестный Ночной Упырь. Вам это имя о чем-нибудь говорит?
- Нет, сударь, я не вожу дружбы с упырями, и этого прозвища я раньше не слышал, - с вызовом ответил пленник.
- В таком случае вы единственный, кто о нем не слышал, поскольку в столице только о нем и судачат. Жаль, что мы не можем обвинить вас в его смерти. Однако ваше желание добраться до принца может свидетельствовать, что вы – заговорщик, и готовите покушение.
- Если кто-то из нас заговорщик, так это вы сами!
- Я не потерплю оскорблений в своем доме! – вскричал адмирал.
- Я задержался в вашем доме без всякого на то желания! – выкрикнул пленник, и дощечка у него за спиной колыхнулась, причинив ему боль. – Напомню, что дворянина нельзя держать в заключении иначе, как по решению суда. Или в нашем государстве перестали соблюдать законы короля Ярвеля?
Оба спорщика замолчали, глядя друг на друга с ожесточением.
- Мне рассказывали о вас много хорошего, адмирал, - вымолвил пленник. – Говорили, будто вы были близким другом покойного короля. Говорили, что вы служили ему не за страх, а за совесть.
- Так и есть, - со знанием дела подтвердил Килимон. – Без перчаток лучше его не касаться. Вместо железного лезвия – осиное жало. Разбойничье оружие.
- Воры прячут такие под плащами, - сказал Дили Драй. – Один удар – и жертва умрет в страшных мучениях если не от потери крови, то от осиного яда.
- Выходит, вора убили его же оружием? – сделал вывод адмирал.
- Это могло быть его оружие, или оружие его сообщника – того, что нанес удар, - сказал Драй.
Начальник охраны обернул руку платком, взялся за рукоять, и с заметным усилием вырвал кинжал из тела.
- Глубоко вошел, - сообщил он. – Очевидно, удар нанесен с большой силой. По всей видимости, убийца – мужчина крепкого телосложения, или имеющий разбойничью хватку.
Они перенесли тело в номер и уложили его на половик. Выпученные глаза Чумаданио Хрюнкеля блеснули в коридоре – хозяин трактира охал и причитал в темноте, но войти не решался. В этот миг он предпочитал, чтобы о нем вспоминали поменьше.
- Иди сюда! – резко сказал ему Драй.
Трактирщик нехотя повиновался.
- Это твой постоялец?
- Он самый, - дрожащим голосом заверил трактирщик, отводя взгляд от распростертого тела. – Тот, что выходил в общий зал, а после сидел и обедал солянкой.
- А где второй?
- Вторым оказался его высочество принц.
- Тут должен был находиться кто-то еще, - насел на хозяина Драй. – Не сам же принц нанес этот удар. Кто еще ошивался в трактире в тот день? Лучше тебе рассказать по своей воле, иначе мы сами дознаемся, и ты загремишь в каталажку, а имущество пойдет прахом!
- Только не разоряйте! – взвыл Чумаданио. – Расскажу все, как на духу. Кроме господ, заглядывал мореплаватель по имени Бармут Барабулья, весьма примечательная личность. Все утро он просидел в кабаке, пил ром после дальнего плавания, отдыхал и кутил, ну и немножечко побуянил, как это бывает с пьяненькими, так что даже пришлось его успокаивать.
- Какие тут могут быть мореплаватели? Сам же сказал – гавань не действует, - задал вопрос адмирал.
- Кое-кто еще летает на утлых лодочках под легкими парусами, - изображая искренность, повествовал трактирщик. – Ни одного кораблика в гавани не осталось, это святая правда, но лодки до сих пор на ходу. Правда, далеко на них не уплывешь, но все же от островка к островку еще можно пробраться, если знать направление ветров.
- Ах, вот значит, в чем дело! – рявкнул Дили. – На мое имение то и дело нападают какие-то проходимцы. Грабят склады и амбары, а после исчезают незнамо куда. Я с ног сбился, чтобы найти их и воздать по заслугам. Если они на летучих лодках – это все объясняет.
- Этот мореплаватель Бармут – пират? – прямиком спросил Тар.
- Помилуйте, откуда же мне знать? – принялся оправдываться трактирщик. – Ко мне приходят за соляночкой и за пивком, да еще провести ночку в мягкой постельке. Пират, не пират – это ведь на лбу не написано. Для меня все – почетные гости. А в документиках у них не проставлено, пираты они или нет.
- Пошел вон! – выставил его Дили.
Трактирщик с готовностью скрылся.
- Итак, что мы имеем, - подвел итог адмирал. – Убитый – молодой человек, еще юноша, в приличной одежде, достойной порядочного дворянина. Однако плащ изобличает в нем Ночного Упыря, известного разбойника. Одно другому не противоречит, так как разбойник был, очевидно, не беден. Одежду же он мог награбить.
- Все верно, - подтвердил Дили Драй. – По всей видимости, Ночной Упырь прятался в этом трактире после неудачного ограбления. Вероятно, у него был сообщник. Этот сообщник мог испугаться, что стража найдет Упыря, и тот выдаст его с потрохами. Из страха, или из мести за сорвавшееся дельце, он своего подельника и убил вот этим вот самым кинжалом.
- Этот сообщник – пират Барабулья? – спросила Тая.
Рыцари посмотрели на нее, словно не понимая, что она вообще тут делает.
- Возможно, - произнес адмирал. – Но меня беспокоит другая догадка. Принц Леммонт сказал, что убитый – его слуга. Как Ночной Упырь оказался слугой нашего принца?
- Его высочеству предстоит коронация, - заметил Драй. – Боюсь, отвлекать его расспросами будет неуместно – государственное торжество по важности стоит на первом месте.
- Тем более! – возразил адмирал. – Убийство случилось перед коронацией. Что, если Ночной Упырь готовил покушение? Разбойника могли подкупить или нанять. Зачем еще ему втираться в доверие к его высочеству?
- Мы должны спасти принца! – звонко выкрикнула Тая.
- Но ведь теперь разбойник убит, и бояться больше нечего, - сказал Драй.
- Как раз наоборот! – встревоженно произнес адмирал. – Кто его подослал? Вдруг это заговор? Вместо того, чтобы заняться принцем, разбойник отправился грабить сокровищницу и едва не попался. Заговорщики могли наказать его – этим убийство и объясняется. Но в таком случае заговор еще в силе. Тайные недоброжелатели могут подослать и другого убийцу. Чтобы обезопасить принца, мы должны раскрыть это преступление. Но найти одного преступника будет мало: нужно раскрыть его связи, чтобы проверить, не стоят ли за ним заговорщики.
- Может, не стоит так усложнять? – усомнился Килимон Кардасар. – Наше задание – найти того, кто убил этого дворянина. Отыщем исполнителя – и дело с концом.
- Нет, граф целиком и полностью прав! – неожиданно распрямился Дили Драй.
Его львиная грива встряхнулась, а глаза лихорадочно заблестели.
- Это заговор! – продолжал рыцарь, шагая по тесному номеру так, что половицы жалобно заскрипели. – Нюхом чую: тут кроются какие-то темные делишки. Вот только направлены они вовсе не против принца, а против меня!
Оба его помощника застыли, удивленно глядя на командира.
- Да-да! – продолжал Дили, тыча мясистым пальцем в сторону невидимых врагов. – Они задумали свалить меня с должности, а поместье мое – отобрать. Но у них ничего не выйдет! Я съем их с потрохами, или я не Диллирой Драй, барон ван Виртис! А чтобы вывести этих жалких червей на чистую воду, нужно раскрыть это убийство. Признаюсь откровенно, адмирал, в ордене Каменной башни, к которому я имею честь принадлежать, вас считают опасным противником и тайным сторонником прежней власти. Но в этом деле наши дорожки сошлись, и ведут они к одной цели. Ума не приложу, почему моя госпожа поручила возглавить расследование именно вам. Но раз уж это случилось – пойдем рука об руку, а прежние дрязги на время забудем.
И он протянул адмиралу свою широкую, могучую ладонь. Тая заметила, что ее дед буквально мгновенье поколебался, но тут же решился и ответил на рукопожатие.
- За дело! – вошел в привычную роль командира Драй. – Подозреваемый – пират Барабулья. Поймаем его, и так крепко расспросим, что он все выложит, как на блюдечке.
- Я отказываюсь понимать, что тут вообще происходит, - пожаловался адмирал, когда Тая садилась в карету. – Очевидно, нашему принцу грозит опасность. По всей вероятности, против него составлен смертельно опасный заговор, хотя Драй почему-то считает, что злоумышленники ополчились на него. Но кто тогда наш Равион Варт, и почему он называет себя слугой принца? Ведь слуга-то убит!
- Помнишь, он говорил, что принц скоро появится? – напомнила Тая. – Так и случилось. И речь его казалась такой искренней и горячей, что я поверила.
- Мошенники ловко играют на наших чувствах, им нельзя верить, - наставительно произнес ее дед. – Однако, если Ночной Упырь убит, то наш пленник – не он. Зря мы его подозревали.
- Тогда зачем мы держим его взаперти?
- Все-таки, он без спросу проник в наш дом. А после напал на тебя, да и на меня тоже. Где это видано – нападать на хозяев в их доме? Что ему было нужно? Что он кричал там насчет предательства и прочей чуши?
- Может, он просто сумасшедший? – предположила Тая.
- Это бы все объяснило, - рассмеялся адмирал. – Только бы это дело не оказалось запутаннее, чем мне бы хотелось!
На пороге трактира Диллирой Драй давал наставления подчиненным, которые оставались в засаде – ждать возвращения Бармута Барабульи. Трактирщик суетился с полотенцем в руках и лез вон из кожи, чтобы доказать свою преданность. Сам начальник охраны не считал нужным заниматься черновой работой – он возвращался в столицу, однако лететь решил отдельно от адмирала, чтобы заглянуть в свое поместье Виртис и справиться, все ли в порядке.
Боцман Буль тронул вожжи, и шершни взлетели.
- Куда мы теперь? – спросила Тая, когда вдали показалось возвышенное плато, на обрывах которого сияли под солнцем белые стены Облачного Вышеграда.
- Прямиком во дворец! – потирая руки, ответил ее дед. – У меня назрели кое-какие вопросы к его высочеству. Кроме того, нужно доложить принцу о ходе расследования, ведь у нас уже есть подозреваемый, и, если все пойдет так, как задумано, то этой ночью мы его схватим.
Однако перед дворцовым входом адмирал снова столкнулся с препятствием. Рыцари, чьи лица скрывались под стальными забралами, преградили ему путь.
- Я направляюсь к его высочеству по служебному делу! – возмутился Тар.
- Его высочество занят, - вежливо, но непреклонно ответствовал рыцарь. – Он на торжественном приеме. Его чествуют герцогиня и весь королевский совет. Прервать торжество невозможно.
Адмирал вынужден был отступить и с досадой промолвил:
- Будь с нами Драй, они вытянулись бы в струнку и дышать бы не смели. Видно, я рано обрадовался: опала с нашей семьи еще не снята, и даже ко двору ее светлости меня по-прежнему не пускают.
Тае очень хотелось утешить деда, но она не знала, чем может ему помочь.
- Поедем-ка по домам, - сказал ей адмирал. – Дома нас тоже ждет дельце. А принца навестим, когда он освободится.
Тут Тая встрепенулась, увидев, что по ступенькам дворца к ним сбегает молодая дама в ярко-красном кафтане и с розочкой, воткнутой в бунтарски-белые волосы.
- Лайра! – кинулась Тая к ней. – Представь себе, нас не пускают к принцу, а ведь у нас к нему дело.
Баронесса достала кружевной платочек, вытерла капельки пота со своего круглого лица, и доверительно сообщила:
- Если бы ты только знала, что творится в бальном зале! Герцогиня устроила танцы. Я убеждала ее, что принц только что прибыл, и ему нужно отдохнуть, да куда там! Ее светлость уж если чего-то захочет, то никто ее не переубедит. После будет торжественный обед, и боюсь, что он перерастет в грандиозную пьянку. Для доклада не выкроить ни минутки. Но я постараюсь спросить принца, не примет ли он вас, если освободится. Вот только когда это случится? Вечером заседание совета, и на нем будет решаться крайне важный вопрос: законна ли коронация Леммонта? Тут все не так просто, как думает наше милое простонародье.
- Значит, сегодня мы его не увидим? – разочарованно произнесла Тая.
- Сегодня вряд ли, но я попрошу, чтобы он выкроил для вас времечко, как только ему дадут передохнуть.
Тая вернулась к деду и передала ему слова баронессы.
- Что ж, нам сейчас все равно не до праздников. Не стоит обижаться, что нас не позвали, - ответил Тар. – Наше время придет, когда принц коронуется. Надеюсь, он быстро разберется, кто его истинный друг, а кто только делает вид.
Боцман Буль тронул вожжи и покатил по проспекту Счастливой звезды к восточной окраине города.
Дома их уже поджидал сгорающий от нетерпения лейтенант Фит.
- Я навел справки, - заговорил он, едва адмирал переступил порог. – У семьи Вартов действительно был сын Равион. В детском возрасте он отправился в плавание вместе с Леммонтом Ярном, но не вернулся. Видимо, тот, что называет себя Равионом, присвоил имя погибшего. Не может же он быть настоящим Вартом? Тот давно сгинул.
- Как и сам принц, впрочем, - заметил адмирал. – По крайней мере, все так считали до недавнего времени. Допросим нашего пленника еще разок. Может, он все же сознается? Теперь мы хотя бы знаем, что он не Ночной Упырь – Драй опознал в убитом разбойника. Но если Варт не разбойник, то кто?
Про Таю никто даже не вспоминал, что позволило ей без лишних хлопот проскочить в каменный хлев вслед за дедом и его слугами. Задержанный с комфортом устроился в углу на соломенном тюфяке и выглядел так, будто его все устраивает. Единственное, что беспокоило пленника – сломанное крыло, на которое он старался не облокачиваться, так что лежать ему приходилось на боку.
При появлении хозяина задержанный не спеша поднялся и чинно кивнул, изображая поклон. Привязывать его к креслу на этот раз не потребовалось: судя по поведению, буйствовать он не собирался.
- Я вынужден еще раз спросить: кто вы такой? – резко произнес адмирал, останавливаясь перед узником.
- Вам это известно. Я – Равион Варт, - хмуро ответил тот.
- Не смей врать адмиралу! – взорвался лейтенант Фит. – Мы проверили: настоящего Варта унесла Огненная буря десять лет назад.
- Разумеется, унесла. А теперь принесла обратно.
- Не морочьте мне голову, - строго сказал адмирал. – Вы пролезли в чужой дом без разрешения. Напали на хозяина и хозяйку, пытались ограбить их среди бела дня. Как вас назвать после этого? Может, разбойником?
- Я разбойник не больше, чем двое ваших доблестных подручных, - ответил пленник, трогая шейный платок, сбившийся от долгой лежки. – Но я вижу, что мои слова до вас не доходят. Ничего, я умею ждать. Мой господин вот-вот явится, и тогда вам придется изрядно потрудиться, чтобы объяснить, по какой причине вы оставили его без моих услуг.
- Прекрасно! В таком случае вас порадует новость, что господин Леммонт Ярн уже явился, как вы и предсказывали. И разговор насчет вас с ним уже состоялся. Но вот неувязочка: его высочество утверждает, что единственный его слуга погиб не далее как вчера днем в результате разбойного нападения.
Лицо пленника изменилось. Гордый и вызывающий взгляд уступил место растерянности. Щеки, горящие от яркого румянца, побледнели. Крылья за спиной плотно сложились и прижались к спине, отчего легонько громыхнула дощечка, привязанная к одному из них.
- Его высочество уже в городе? – спросил он. – В таком случае дозвольте мне увидеться с ним. Это все прояснит.
- Принц сам выбирает, с кем встречаться, - резко бросил адмирал. – И боюсь, что в ближайшие дни ему будет не до вас. А на ваш счет есть кое-какие сомнения. Убитого слугу опознали – им оказался небезызвестный Ночной Упырь. Вам это имя о чем-нибудь говорит?
- Нет, сударь, я не вожу дружбы с упырями, и этого прозвища я раньше не слышал, - с вызовом ответил пленник.
- В таком случае вы единственный, кто о нем не слышал, поскольку в столице только о нем и судачат. Жаль, что мы не можем обвинить вас в его смерти. Однако ваше желание добраться до принца может свидетельствовать, что вы – заговорщик, и готовите покушение.
- Если кто-то из нас заговорщик, так это вы сами!
- Я не потерплю оскорблений в своем доме! – вскричал адмирал.
- Я задержался в вашем доме без всякого на то желания! – выкрикнул пленник, и дощечка у него за спиной колыхнулась, причинив ему боль. – Напомню, что дворянина нельзя держать в заключении иначе, как по решению суда. Или в нашем государстве перестали соблюдать законы короля Ярвеля?
Оба спорщика замолчали, глядя друг на друга с ожесточением.
- Мне рассказывали о вас много хорошего, адмирал, - вымолвил пленник. – Говорили, будто вы были близким другом покойного короля. Говорили, что вы служили ему не за страх, а за совесть.
