А вдруг эта вредная девица, поразмыслив на трезвую голову, придет к решению не продолжать наши отношения? Вдруг я больше не увижу ее столь обнаженной и такой близкой?
Как утопающий цепляется за соломинку, так и я схватил Киру в охапку и стал отчаянно целовать, с силой прижимая ее к себе. Кира ответила на мой поцелуй с такой неистовостью, будто она подумала о том же самом. Ее нежные губы вздрагивали под натиском моего рта, я захватывал зубами каждую по очереди, потом языком зализывал слегка укушенные места. Она подняла руки и вцепилась мне в волосы, притягивая мою голову к себе все ближе. Кажется, я сегодня уже не уйду. Не хочу. Не могу!
Нужно.
Я оторвался от ее губ, с трудом переводя дыхание. Кира хватала ртом воздух.
– Я пойду, – слова с трудом обрели звучание.
Она кивнула, не в силах что-либо ответить.
Я мысленно взял себя за шиворот и вытолкал из квартиры моей нечаянной сексуальной партнерши. Выйдя на лестничную площадку, услышал, как сзади щелкнул замок, и на секунду мое сердце сжалось. «Кира пообещала, – попытался успокоить я сам себя, – а она обычно выполняет обещания». Я спустился, огляделся и, закуривая, отправился по улице в сторону, где меня должно было ждать такси.
Кира
Я закрыла за Робом дверь и прислонилась к ней спиной. Меня еще потряхивало от пережитого наслаждения и от одной только мысли, что это произошло.
«Это было!» – мысленно убеждала я сама себя, и… не верила. Этого ведь не могло быть. Просто не могло. Роб и… я. Не может быть. Этому просто никто не поверит. Не то, чтобы я собиралась кому-то об этом говорить, но если бы рассказала... Какая-то параллельная вселенная. Или я настолько нафантазировалась, что мой измученный мозг начал выдавать желаемое за действительное, мечты за реальность?
Но все тело было пропитано сладкой истомой, губы распухли от поцелуев, и самое главное – внутри я еще чувствовала послевкусие восхитительной наполненности им.
Я могла подумать, что я пьяна, только не от алкоголя. Пьяна Робом, его вкусом, запахом, его прикосновениями, его дыханием, его голосом, его присутствием. И даже если никогда это не повторится, у меня останутся до безумия восхитительные воспоминания. Такое впечатление, что моя жизнь наконец обрела смысл, которого до сих пор не было.
А если он все-таки больше никогда не придет ко мне? Я помрачнела. И вспомнила, что он хотел взять мой номер телефона, но так и не попросил. Может, ему он теперь и не нужен. Возможно, я была для него некой экзотикой, которую ему хотелось попробовать. А теперь вернется к своей Веронике. И даже его поцелуй на прощание – как будто он на самом деле прощался.
Я отлепилась от двери и направилась в комнату, чувствуя, как настроение стало черного цвета. Правильно про меня Сэм говорил. Я всегда все порчу своими дурацкими мыслями. Не могу дать себе свободу понаслаждаться. Он учил меня радоваться каждой секунде, но я плохая ученица.
Я почувствовала, как слезы закипают в глазах. Звонок телефона заставил меня вздрогнуть. Я нажала кнопку ответа и, даже не удивляясь, услышала:
– Привет, солнце! Мне не спится, захотелось с тобой поговорить…
Удивительно, но я смогла улыбнуться в трубку:
– Привет, Сэм! Ты невозможен!
Я иногда боюсь, что он читает мои мысли.
Роберт
Утром меня разбудил звонок телефона. Я на ощупь нажал кнопку и поднес его к уху.
– Привет, Роб! – услышал я голос Вероники и попытался открыть глаза.
– Привет! – звук был хриплым.
– О, ты еще спишь. Я забыла о разнице во времени. Ты вчера звонил, но я уже спала. Что-нибудь случилось?
Голос ее был довольно жизнерадостным. Видимо, уже не обижается на меня за мои подозрения.
– Нет, ничего не случилось. Просто скучно вчера было, и я решил позвонить.
«Как это не произошло? А как же Кира? Что ты будешь с Вероникой решать?»
– Я тоже скучала, – замурлыкала Ника в трубку, и почему-то я почувствовал раздражение. Что за черт? Мне раньше нравилось, как она это делала.
А моя девушка продолжала завораживающим голосом говорить:
– Я не так долго буду на этих рекламных съемках. Максимум пару недель. Если хочешь, я сразу потом приеду к тебе. Теперь же мы можем не прятаться.
«Хочу ли я, чтоб она приехала?»
– Роб?
– Д-да, конечно. Мне сейчас уже собираться нужно на съемки. Созвонимся.
– Целую, – проворковала Вероника.
– Целую, – автоматически ответил я и отключил разговор.
Пара недель, за которые я должен определиться, чего я хочу. А чего я хочу? Ох, я не знаю! Захотелось биться головой об стену. Так, стоп. Нужно просто прислушаться к своим чувствам. Пойдем по порядку.
Вероника. Я представил ее мысленно. Позволил эмоциям и ассоциациям плыть через меня. Высокая, красивая. Черные шелковые пряди волос сквозь мои пальцы. Кошачий голос и глаза. Ее супы и гарниры. Длинные ноги на шпильках. «Хочу быть твоей девушкой». Упругие ягодицы в моих ладонях. Туалетная вода, этажи, горящие огни мегаполиса, шум несущихся и сигналящих автомобилей. Хочу ли я ее? Нужна ли она мне? Она привычна, мне с ней хорошо. Было хорошо. Я смог бы без нее? Не знаю. Раньше никогда об этом не задумывался. И как я ей скажу? Вероника, мы больше не будем встречаться? Но как я могу? Во всех таблоидах теперь пишут о наших отношениях. Стефани мне снимет голову. Второго нарушения имиджа она мне не простит.
Кира. Глаза как два зеркала, резкие черты и кривоватая усмешка. Вереск, ветер, скалы, кричащие чайки. Кофе, разливающееся по столу и теплые булочки с кремом. Маленький водоворот вина в бокале, струящийся к ее губам. Хрупкая и уютная, ее легко носить на руках. Жар ее губ, ее язык, сплетающийся с моим, ее округлые груди с твердыми вершинками в моих ладонях. Член зашевелился в штанах. Нет, стоп. Мне надо трезво все взвесить. Я же не буду объявлять ее своей девушкой. Конечно, она мне нравится, но мы совсем друг другу не подходим. Это просто увлечение с моей стороны. Не знаю, чем она меня зацепила, но это пройдет. Закончатся съемки, и мы больше никогда не встретимся. Да она и сама не хочет никаких серьезных отношений, она же сказала, что ни на что не претендует. Может, я ей и не нужен совсем. Видно по всему, что она любит секс, и мы просто удачно подошли в этом вопросе друг другу. Оставить все как есть? Просто развлечение с Кирой? Пока нам не надоест? А от Вероники скрывать, что у меня есть что-то на стороне? Я мысленно поморщился. Гадко как-то. Ну, тогда отказаться от Киры? Все-таки у меня есть постоянная девушка. А сегодняшний случай будем считать временным умопомрачением и забудем.
Нет! Все во мне восстало при этой мысли. Не могу отказаться от Киры. Хочу ее.
А вдруг это все-таки она продала мои фотографии папарацци? А может, все-таки, Вероника? Я чуть не взвыл. Не знаю, как поступить, но в одном уверен точно. Сегодня я приеду к Кире вечером. От этого я не хочу и не буду отказываться. А дальше… Будет видно.
Кира
У меня все валилось из рук. Я то вспоминала жаркие поцелуи Роба и прикосновения его рук по всему моему телу и начинала дрожать от нахлынувшего счастья, то на меня накатывали мысли о том, что он не стал просить мой телефон, и возможно, я ему уже больше не интересна, и я начинала топиться в своем отчаянии. Джейн какое-то время наблюдала за мной, а потом спросила:
– Роб вчера приходил к тебе?
Я вскинула на нее глаза. Сказать? Она вряд ли будет меня кому-то выдавать. Но зачем? Зачем я буду ей это говорить? Я не хочу никаких оценок. Даже от подруги. Не хочу ни восхищения, ни разделенной радости, ни зависти, ни сочувствия. Не хочу. Да и имею ли я право говорить? Ведь это не только моя тайна.
– Нет. Я не в себе по другой причине. Проблемы личного характера.
– Расскажешь?
Если я откажусь говорить, она посчитает, что все-таки это из-за Роба. Нужно что-то придумать, какую-то отмазку.
– У меня был парень, мы разошлись несколько месяцев назад. А вот сейчас он пытается меня вернуть.
«Прости, Сэм», – мысленно попросила я.
– И?
– Я люблю Роба, – пожала я плечами. – Но я знаю, что мне ничего не светит с ним. Не проживать же всю жизнь в одиночестве. Но с другой стороны, имею ли я право так ломать человеку жизнь? У Сэма будет вместо меня не любящая девушка, а лишь тень от нее. Я не знаю, как мне быть.
– Сэм, значит, – повторила Джейн. – А если все-таки попробовать заполучить Роба?
– Джейн! – улыбнулась я, хотя сердце предательски сжалось. – Ты хоть сама веришь в то, что говоришь?
– Что ты теряешь?
– Приобретаю. Разбитое сердце.
– Рискни.
– Ох, Джейн. А ты? Ты же тоже любишь Роба. Почему не рискнешь ты?
– Не смеши. У меня точно нет шанса. А у тебя есть.
– Мои шансы такие, как и у тебя.
– Так, все! – резко сказала Джейн. – Я вижу, ты не хочешь говорить на эту тему. Хорошо, давай больше не будем.
– Прости, Джейн, я не хотела тебя обидеть, – я обняла ее.
– Дурочка ты, – ответила она грустно. – Будь я моложе, я бы обязательно попробовала. А ты сама отказываешься от своего счастья.
«Да ни от чего я не отказываюсь! – чуть не плача подумала я. – Я и так позволяю себе слишком много».
Я любовалась Великолепным засранцем издали, когда во время перерыва он стоял с Кирой Найтли и Джейком, курил и, весело сверкая глазами и зубами, что-то рассказывал, отчего вся компания покатывалась со смеху. У меня перехватывало дыхание при взгляде на его пальцы, между которыми была зажата сигарета, потому что этот вид сразу напоминал мне о том, где были его пальцы сегодня ночью и как они касались меня. Если честно, я побаивалась сегодня встречаться с ним. Боялась, что он опять невозмутимо пройдет мимо меня, в лучшем случае кинув «Добрый день», при условии, что столкнется со мной нос к носу. Собственно, такого поведения и стоило ожидать. Иначе все удивятся, почему это мистер Паттинсон стал выделять вдруг какого-то ассистента декоратора. Но мне так хотелось, чтоб он тепло взглянул на меня, улыбнулся и сказал что-то, что касалось только нас двоих. Хотелось видеть в его глазах, что он также помнит сегодняшнюю ночь, и от этих воспоминаний на него тоже накатывает возбуждение.
Но так как я была уверена, что такого в его глазах не увижу, лучше не расстраиваться и просто его избегать.
Пока они курили, я раздавала указания рабочим, которые должны были внести изменения в обстановку съемочной площадки. Мысли о Робе отвлекали меня, и я постаралась на время выкинуть их из головы.
– Все готово, мисс Уилсон? – вдруг услышала я за спиной веселый голос и почувствовала, как в животе сворачивается тугой комок.
Обернулась и утонула в его теплом взгляде. Сегодня бог слышит мои молитвы!
– Почти, мистер Паттинсон. Доделываем.
– Называйте меня по имени, мисс Уилсон, а то я начинаю чувствовать себя очень старым.
Роберт, улыбаясь, говорил достаточно громко, чтобы окружающие слышали его слова.
О, боже! Он пытается официально сделать наши отношения более близкими. Меня затопило волной счастья, наверное, большего, чем удовольствие, испытанное сегодня ночью в его объятиях.
– Тогда и вы называйте меня по имени, – вежливо ответила я, вся горя от возбуждения.
– Конечно, Кира.
Его голос словно приласкал мое имя, вызвав во мне дрожь наслаждения.
Я отвернулась, продолжая работать, но ноги подкашивались и в груди было горячо от удовольствия.
Раздался стук в дверь трейлера, я сказала «Да», и она распахнулась. На пороге стоял мистер Великолепный засранец.
Он тут же быстро шагнул внутрь, и прикрыл дверь за собой.
– Роб, что ты делаешь, увидят!
– Я пришел поговорить с декораторами. С Джейн, например.
– Ее нет.
– Конечно, нет. Я же видел, как она вышла, – он усмехнулся.
– Она сейчас вернется.
– Я недолго. Я забыл вчера взять твой номер телефона, так быстро ты меня выпроводила. А ты обещала!
Его «ты обещала» напомнило мне вчерашние его слова совсем по другому поводу, и на меня опять накатило возбуждение. Я маньячка.
– Хорошо, записывай.
Роб вытащил свой айфон и набрал номер, который я продиктовала. Вдруг в кармане моих джинсов завибрировал телефон. Я автоматически полезла за ним и уставилась на незнакомые цифры.
– Это я звоню, – улыбнулся Роб. – Сохрани мой номер, пусть у тебя будет. Только не давай никому.
– Я и не собиралась… – начала я.
– Да, я верю, верю! – тут же перебил он меня. – Я автоматически предупреждаю, извини. И я приду сегодня вечером, да? Ты обещала!
– Ну, мало ли что я болтаю! Я не соображала ничего, потому что кое-кто меня лишил последних остатков разума.
Меня просто распирало от счастья, но я же никогда не скажу ему прямо, что он сводит меня с ума.
– Ты не хочешь, чтоб я приходил? – тихо переспросил Роб.
Я-то перед этим отвечала в шутку, но серьезный вопрос заставил и меня посерьезнеть. Что мне ему ответить? Сказать "приходи"? Просто сдаться на его милость? А Вероника? Я же сама не так давно с умным видом рассуждала о том, что своим девушкам изменять нельзя, а теперь вроде как поощряю его в этом? Отказаться? Сказать, что так нельзя себя вести? Да у меня язык не повернется отказаться от него! И как мне быть?
– Роберт… – начала я.
– Меня пугает, когда ты начинаешь обращаться ко мне полным именем, – криво улыбнувшись, сказал Роб. Кажется, пытался понизить ощущение серьезности происходящего.
– Роб, я не знаю, как мне быть, – промямлила я.
Кажется, он затаивал дыхание, потому что в этот момент шумно выдохнул.
– Ты о Веронике?
– Да.
Его напряженный взгляд гипнотизировал меня:
– Ты чувствуешь себя виноватой?
– Эй! – запротестовала я. – Я не люблю, когда меня вынуждают к односложным ответам.
Он засмеялся, расслабляясь. И тут же, шагнув навстречу, обнял меня.
– Послушай, я сейчас не разберусь в своих отношениях. Я запутался. Это честно. Но я не хочу терять время на то, чтобы разбираться в себе. Мы не знаем, как повернется жизнь. Съемки закончатся, и может, мы никогда больше не увидимся. И я не хочу, чтобы я потом вспоминал с сожалением о том, что у меня была возможность быть с тобой, а я от нее отказался. Обычно я не встречаюсь с двумя девушками сразу. Но сейчас ситуация довольно сложная. Я не могу отказаться сейчас от Вероники, потому что нас только что объявили официальной парой. Но и от тебя я отказываться не хочу. Я понимаю, что выгляжу в твоих глазах довольно низким типом, но может мне послужит оправданием то, что я очень тебя хочу, что ты сводишь меня с ума? Я не могу и не хочу отказаться от пребывания в твоей постели.
Ну, вот и как мне реагировать на его слова? Он честен, и его за это можно уважать. Но он прямым текстом мне сказал, что у наших отношений нет будущего. Хотя на что мне обижаться? Еще совсем недавно я думала, что он вообще на меня не взглянет, и то, что он хотя бы хочет заниматься со мной сексом, уже счастье. Хотя меня это удивило. Роб в моем представлении был мужчиной, который серьезно относится к отношениям, и не спит с кем попало. Я мысленно усмехнулась. Выходит, я ошибалась, и ничто человеческое ему не чуждо. Это роняет его в моих глазах?
Он прижал меня к себе, и голос его понизился и стал вкрадчивым:
– Пожалуйста, не отказывайся.
Я вздохнула и только открыла рот, чтобы ответить, как Роб наклонился и начал меня целовать. Я уперлась ему в грудь руками и заставила отодвинуться:
– Роб, так не пойдет! Ты все время закрываешь мне рот своим и не даешь возможности ответить! – я в притворном возмущении нахмурила брови.
Как утопающий цепляется за соломинку, так и я схватил Киру в охапку и стал отчаянно целовать, с силой прижимая ее к себе. Кира ответила на мой поцелуй с такой неистовостью, будто она подумала о том же самом. Ее нежные губы вздрагивали под натиском моего рта, я захватывал зубами каждую по очереди, потом языком зализывал слегка укушенные места. Она подняла руки и вцепилась мне в волосы, притягивая мою голову к себе все ближе. Кажется, я сегодня уже не уйду. Не хочу. Не могу!
Нужно.
Я оторвался от ее губ, с трудом переводя дыхание. Кира хватала ртом воздух.
– Я пойду, – слова с трудом обрели звучание.
Она кивнула, не в силах что-либо ответить.
Я мысленно взял себя за шиворот и вытолкал из квартиры моей нечаянной сексуальной партнерши. Выйдя на лестничную площадку, услышал, как сзади щелкнул замок, и на секунду мое сердце сжалось. «Кира пообещала, – попытался успокоить я сам себя, – а она обычно выполняет обещания». Я спустился, огляделся и, закуривая, отправился по улице в сторону, где меня должно было ждать такси.
Кира
Я закрыла за Робом дверь и прислонилась к ней спиной. Меня еще потряхивало от пережитого наслаждения и от одной только мысли, что это произошло.
«Это было!» – мысленно убеждала я сама себя, и… не верила. Этого ведь не могло быть. Просто не могло. Роб и… я. Не может быть. Этому просто никто не поверит. Не то, чтобы я собиралась кому-то об этом говорить, но если бы рассказала... Какая-то параллельная вселенная. Или я настолько нафантазировалась, что мой измученный мозг начал выдавать желаемое за действительное, мечты за реальность?
Но все тело было пропитано сладкой истомой, губы распухли от поцелуев, и самое главное – внутри я еще чувствовала послевкусие восхитительной наполненности им.
Я могла подумать, что я пьяна, только не от алкоголя. Пьяна Робом, его вкусом, запахом, его прикосновениями, его дыханием, его голосом, его присутствием. И даже если никогда это не повторится, у меня останутся до безумия восхитительные воспоминания. Такое впечатление, что моя жизнь наконец обрела смысл, которого до сих пор не было.
А если он все-таки больше никогда не придет ко мне? Я помрачнела. И вспомнила, что он хотел взять мой номер телефона, но так и не попросил. Может, ему он теперь и не нужен. Возможно, я была для него некой экзотикой, которую ему хотелось попробовать. А теперь вернется к своей Веронике. И даже его поцелуй на прощание – как будто он на самом деле прощался.
Я отлепилась от двери и направилась в комнату, чувствуя, как настроение стало черного цвета. Правильно про меня Сэм говорил. Я всегда все порчу своими дурацкими мыслями. Не могу дать себе свободу понаслаждаться. Он учил меня радоваться каждой секунде, но я плохая ученица.
Я почувствовала, как слезы закипают в глазах. Звонок телефона заставил меня вздрогнуть. Я нажала кнопку ответа и, даже не удивляясь, услышала:
– Привет, солнце! Мне не спится, захотелось с тобой поговорить…
Удивительно, но я смогла улыбнуться в трубку:
– Привет, Сэм! Ты невозможен!
Я иногда боюсь, что он читает мои мысли.
Роберт
Утром меня разбудил звонок телефона. Я на ощупь нажал кнопку и поднес его к уху.
– Привет, Роб! – услышал я голос Вероники и попытался открыть глаза.
– Привет! – звук был хриплым.
– О, ты еще спишь. Я забыла о разнице во времени. Ты вчера звонил, но я уже спала. Что-нибудь случилось?
Голос ее был довольно жизнерадостным. Видимо, уже не обижается на меня за мои подозрения.
– Нет, ничего не случилось. Просто скучно вчера было, и я решил позвонить.
«Как это не произошло? А как же Кира? Что ты будешь с Вероникой решать?»
– Я тоже скучала, – замурлыкала Ника в трубку, и почему-то я почувствовал раздражение. Что за черт? Мне раньше нравилось, как она это делала.
А моя девушка продолжала завораживающим голосом говорить:
– Я не так долго буду на этих рекламных съемках. Максимум пару недель. Если хочешь, я сразу потом приеду к тебе. Теперь же мы можем не прятаться.
«Хочу ли я, чтоб она приехала?»
– Роб?
– Д-да, конечно. Мне сейчас уже собираться нужно на съемки. Созвонимся.
– Целую, – проворковала Вероника.
– Целую, – автоматически ответил я и отключил разговор.
Пара недель, за которые я должен определиться, чего я хочу. А чего я хочу? Ох, я не знаю! Захотелось биться головой об стену. Так, стоп. Нужно просто прислушаться к своим чувствам. Пойдем по порядку.
Вероника. Я представил ее мысленно. Позволил эмоциям и ассоциациям плыть через меня. Высокая, красивая. Черные шелковые пряди волос сквозь мои пальцы. Кошачий голос и глаза. Ее супы и гарниры. Длинные ноги на шпильках. «Хочу быть твоей девушкой». Упругие ягодицы в моих ладонях. Туалетная вода, этажи, горящие огни мегаполиса, шум несущихся и сигналящих автомобилей. Хочу ли я ее? Нужна ли она мне? Она привычна, мне с ней хорошо. Было хорошо. Я смог бы без нее? Не знаю. Раньше никогда об этом не задумывался. И как я ей скажу? Вероника, мы больше не будем встречаться? Но как я могу? Во всех таблоидах теперь пишут о наших отношениях. Стефани мне снимет голову. Второго нарушения имиджа она мне не простит.
Кира. Глаза как два зеркала, резкие черты и кривоватая усмешка. Вереск, ветер, скалы, кричащие чайки. Кофе, разливающееся по столу и теплые булочки с кремом. Маленький водоворот вина в бокале, струящийся к ее губам. Хрупкая и уютная, ее легко носить на руках. Жар ее губ, ее язык, сплетающийся с моим, ее округлые груди с твердыми вершинками в моих ладонях. Член зашевелился в штанах. Нет, стоп. Мне надо трезво все взвесить. Я же не буду объявлять ее своей девушкой. Конечно, она мне нравится, но мы совсем друг другу не подходим. Это просто увлечение с моей стороны. Не знаю, чем она меня зацепила, но это пройдет. Закончатся съемки, и мы больше никогда не встретимся. Да она и сама не хочет никаких серьезных отношений, она же сказала, что ни на что не претендует. Может, я ей и не нужен совсем. Видно по всему, что она любит секс, и мы просто удачно подошли в этом вопросе друг другу. Оставить все как есть? Просто развлечение с Кирой? Пока нам не надоест? А от Вероники скрывать, что у меня есть что-то на стороне? Я мысленно поморщился. Гадко как-то. Ну, тогда отказаться от Киры? Все-таки у меня есть постоянная девушка. А сегодняшний случай будем считать временным умопомрачением и забудем.
Нет! Все во мне восстало при этой мысли. Не могу отказаться от Киры. Хочу ее.
А вдруг это все-таки она продала мои фотографии папарацци? А может, все-таки, Вероника? Я чуть не взвыл. Не знаю, как поступить, но в одном уверен точно. Сегодня я приеду к Кире вечером. От этого я не хочу и не буду отказываться. А дальше… Будет видно.
Кира
У меня все валилось из рук. Я то вспоминала жаркие поцелуи Роба и прикосновения его рук по всему моему телу и начинала дрожать от нахлынувшего счастья, то на меня накатывали мысли о том, что он не стал просить мой телефон, и возможно, я ему уже больше не интересна, и я начинала топиться в своем отчаянии. Джейн какое-то время наблюдала за мной, а потом спросила:
– Роб вчера приходил к тебе?
Я вскинула на нее глаза. Сказать? Она вряд ли будет меня кому-то выдавать. Но зачем? Зачем я буду ей это говорить? Я не хочу никаких оценок. Даже от подруги. Не хочу ни восхищения, ни разделенной радости, ни зависти, ни сочувствия. Не хочу. Да и имею ли я право говорить? Ведь это не только моя тайна.
– Нет. Я не в себе по другой причине. Проблемы личного характера.
– Расскажешь?
Если я откажусь говорить, она посчитает, что все-таки это из-за Роба. Нужно что-то придумать, какую-то отмазку.
– У меня был парень, мы разошлись несколько месяцев назад. А вот сейчас он пытается меня вернуть.
«Прости, Сэм», – мысленно попросила я.
– И?
– Я люблю Роба, – пожала я плечами. – Но я знаю, что мне ничего не светит с ним. Не проживать же всю жизнь в одиночестве. Но с другой стороны, имею ли я право так ломать человеку жизнь? У Сэма будет вместо меня не любящая девушка, а лишь тень от нее. Я не знаю, как мне быть.
– Сэм, значит, – повторила Джейн. – А если все-таки попробовать заполучить Роба?
– Джейн! – улыбнулась я, хотя сердце предательски сжалось. – Ты хоть сама веришь в то, что говоришь?
– Что ты теряешь?
– Приобретаю. Разбитое сердце.
– Рискни.
– Ох, Джейн. А ты? Ты же тоже любишь Роба. Почему не рискнешь ты?
– Не смеши. У меня точно нет шанса. А у тебя есть.
– Мои шансы такие, как и у тебя.
– Так, все! – резко сказала Джейн. – Я вижу, ты не хочешь говорить на эту тему. Хорошо, давай больше не будем.
– Прости, Джейн, я не хотела тебя обидеть, – я обняла ее.
– Дурочка ты, – ответила она грустно. – Будь я моложе, я бы обязательно попробовала. А ты сама отказываешься от своего счастья.
«Да ни от чего я не отказываюсь! – чуть не плача подумала я. – Я и так позволяю себе слишком много».
Я любовалась Великолепным засранцем издали, когда во время перерыва он стоял с Кирой Найтли и Джейком, курил и, весело сверкая глазами и зубами, что-то рассказывал, отчего вся компания покатывалась со смеху. У меня перехватывало дыхание при взгляде на его пальцы, между которыми была зажата сигарета, потому что этот вид сразу напоминал мне о том, где были его пальцы сегодня ночью и как они касались меня. Если честно, я побаивалась сегодня встречаться с ним. Боялась, что он опять невозмутимо пройдет мимо меня, в лучшем случае кинув «Добрый день», при условии, что столкнется со мной нос к носу. Собственно, такого поведения и стоило ожидать. Иначе все удивятся, почему это мистер Паттинсон стал выделять вдруг какого-то ассистента декоратора. Но мне так хотелось, чтоб он тепло взглянул на меня, улыбнулся и сказал что-то, что касалось только нас двоих. Хотелось видеть в его глазах, что он также помнит сегодняшнюю ночь, и от этих воспоминаний на него тоже накатывает возбуждение.
Но так как я была уверена, что такого в его глазах не увижу, лучше не расстраиваться и просто его избегать.
Пока они курили, я раздавала указания рабочим, которые должны были внести изменения в обстановку съемочной площадки. Мысли о Робе отвлекали меня, и я постаралась на время выкинуть их из головы.
– Все готово, мисс Уилсон? – вдруг услышала я за спиной веселый голос и почувствовала, как в животе сворачивается тугой комок.
Обернулась и утонула в его теплом взгляде. Сегодня бог слышит мои молитвы!
– Почти, мистер Паттинсон. Доделываем.
– Называйте меня по имени, мисс Уилсон, а то я начинаю чувствовать себя очень старым.
Роберт, улыбаясь, говорил достаточно громко, чтобы окружающие слышали его слова.
О, боже! Он пытается официально сделать наши отношения более близкими. Меня затопило волной счастья, наверное, большего, чем удовольствие, испытанное сегодня ночью в его объятиях.
– Тогда и вы называйте меня по имени, – вежливо ответила я, вся горя от возбуждения.
– Конечно, Кира.
Его голос словно приласкал мое имя, вызвав во мне дрожь наслаждения.
Я отвернулась, продолжая работать, но ноги подкашивались и в груди было горячо от удовольствия.
Раздался стук в дверь трейлера, я сказала «Да», и она распахнулась. На пороге стоял мистер Великолепный засранец.
Он тут же быстро шагнул внутрь, и прикрыл дверь за собой.
– Роб, что ты делаешь, увидят!
– Я пришел поговорить с декораторами. С Джейн, например.
– Ее нет.
– Конечно, нет. Я же видел, как она вышла, – он усмехнулся.
– Она сейчас вернется.
– Я недолго. Я забыл вчера взять твой номер телефона, так быстро ты меня выпроводила. А ты обещала!
Его «ты обещала» напомнило мне вчерашние его слова совсем по другому поводу, и на меня опять накатило возбуждение. Я маньячка.
– Хорошо, записывай.
Роб вытащил свой айфон и набрал номер, который я продиктовала. Вдруг в кармане моих джинсов завибрировал телефон. Я автоматически полезла за ним и уставилась на незнакомые цифры.
– Это я звоню, – улыбнулся Роб. – Сохрани мой номер, пусть у тебя будет. Только не давай никому.
– Я и не собиралась… – начала я.
– Да, я верю, верю! – тут же перебил он меня. – Я автоматически предупреждаю, извини. И я приду сегодня вечером, да? Ты обещала!
– Ну, мало ли что я болтаю! Я не соображала ничего, потому что кое-кто меня лишил последних остатков разума.
Меня просто распирало от счастья, но я же никогда не скажу ему прямо, что он сводит меня с ума.
– Ты не хочешь, чтоб я приходил? – тихо переспросил Роб.
Я-то перед этим отвечала в шутку, но серьезный вопрос заставил и меня посерьезнеть. Что мне ему ответить? Сказать "приходи"? Просто сдаться на его милость? А Вероника? Я же сама не так давно с умным видом рассуждала о том, что своим девушкам изменять нельзя, а теперь вроде как поощряю его в этом? Отказаться? Сказать, что так нельзя себя вести? Да у меня язык не повернется отказаться от него! И как мне быть?
– Роберт… – начала я.
– Меня пугает, когда ты начинаешь обращаться ко мне полным именем, – криво улыбнувшись, сказал Роб. Кажется, пытался понизить ощущение серьезности происходящего.
– Роб, я не знаю, как мне быть, – промямлила я.
Кажется, он затаивал дыхание, потому что в этот момент шумно выдохнул.
– Ты о Веронике?
– Да.
Его напряженный взгляд гипнотизировал меня:
– Ты чувствуешь себя виноватой?
– Эй! – запротестовала я. – Я не люблю, когда меня вынуждают к односложным ответам.
Он засмеялся, расслабляясь. И тут же, шагнув навстречу, обнял меня.
– Послушай, я сейчас не разберусь в своих отношениях. Я запутался. Это честно. Но я не хочу терять время на то, чтобы разбираться в себе. Мы не знаем, как повернется жизнь. Съемки закончатся, и может, мы никогда больше не увидимся. И я не хочу, чтобы я потом вспоминал с сожалением о том, что у меня была возможность быть с тобой, а я от нее отказался. Обычно я не встречаюсь с двумя девушками сразу. Но сейчас ситуация довольно сложная. Я не могу отказаться сейчас от Вероники, потому что нас только что объявили официальной парой. Но и от тебя я отказываться не хочу. Я понимаю, что выгляжу в твоих глазах довольно низким типом, но может мне послужит оправданием то, что я очень тебя хочу, что ты сводишь меня с ума? Я не могу и не хочу отказаться от пребывания в твоей постели.
Ну, вот и как мне реагировать на его слова? Он честен, и его за это можно уважать. Но он прямым текстом мне сказал, что у наших отношений нет будущего. Хотя на что мне обижаться? Еще совсем недавно я думала, что он вообще на меня не взглянет, и то, что он хотя бы хочет заниматься со мной сексом, уже счастье. Хотя меня это удивило. Роб в моем представлении был мужчиной, который серьезно относится к отношениям, и не спит с кем попало. Я мысленно усмехнулась. Выходит, я ошибалась, и ничто человеческое ему не чуждо. Это роняет его в моих глазах?
Он прижал меня к себе, и голос его понизился и стал вкрадчивым:
– Пожалуйста, не отказывайся.
Я вздохнула и только открыла рот, чтобы ответить, как Роб наклонился и начал меня целовать. Я уперлась ему в грудь руками и заставила отодвинуться:
– Роб, так не пойдет! Ты все время закрываешь мне рот своим и не даешь возможности ответить! – я в притворном возмущении нахмурила брови.
