Поклонница удивленно посмотрела на манекенщика, и придвинулась ближе, на миг прикасаясь к нему. Натянутая улыбка Блейка стала шире, кадр получился отличным. Вспышка осветила лицо блондина, девочка опустила телефон вниз, потом поднесла его к лицу, и, глядя на экран, радостно запищала, подпрыгивая на месте и успевая показать подружкам получившийся кадр. Сам Уильям Блейк, — причина писка, — им больше был не нужен.
Первое время такое «внимание» сбивало Уильяма с толку, он никак не мог уловить этот момент переключения: вот они обращаются к нему, желая автограф или фото, а получив их, перестают обращать на него всякое внимание, словно его больше не существует, или он обладает волшебной силой мгновенно растворяться в пространстве, становясь абсолютно незаметным. Сталкиваясь с подобной реакцией, он не переставал спрашивать себя о том, что это такое, почему это происходит?
«Вот же я, здесь! И если они пришли за моим автографом или фото, значит, я им интересен? Или?...».
Или.
Они реагировали на него так же, как все те нужные, «большие» люди с многочисленных приемов, на которых ему приходилось бывать. Их привлекала его внешность, и только.
Уильям понял все очень скоро, и, привыкнув к этому, перестал тратить на подобные стайки поклонниц хотя бы толику своего внимания. И все же, выполняя требования публичной профессии, он всегда подходил к ним, раздавал автографы, соглашался на снимки. Правда, теперь андроид расценивал это как часть работы. Потому и на объятия для фото он смотрел как на лишний элемент: это было уже личным и лишенным всяких оснований. Кроме того, он вдруг обнаружил, что ему до последней крайности неприятны чужие прикосновения. В связи с этим, вывод напрашивался вполне очевидный, — никаких контактов близкой степени.
Конечно, его коллег и «нужных людей» это не устраивало. Они злились, многократно указывая ему на эти громадные упущения, а он, не желая вдаваться в какие-либо подробности, был рад, когда у него получалось избежать этих пустых жестов, отсутствие которых, — несмотря на звучащие упреки, — в глазах самих поклонниц только добавляло Блейку какой-то совсем уже непонятной ему «загадочности». Вернув маркеры фанаткам, Уильям быстро, без оглядки, зашагал вперед, а посмотрев на циферблат наручных часов, и вовсе перешел на бег. Следовало поспешить. Ситуация с Робертом Мором и так не слишком простая, поэтому не следует к уже существующей напряженности, — которую Уильям планировал разрешить каким-нибудь, пока не совсем ясным ему образом, — добавлять еще и опоздание. Перепрыгнув через борт закрытой двери Aston Martin, андроид пристегнулся и выехал со стоянки, переводя автомобиль на все большую скорость, запрещенную указателями, глядевшими на него с придорожных столбов.
Навстречу Уильяму, идущему к зданию медицинского центра, в котором работал Роберт Мор, вышла толпа врачей и медсестер, чей рабочий день уже закончился. В сгустившихся сумерках летнего дня слышались то усталые голоса, то веселый смех. Кто-то все еще продолжал говорить об исследованиях и отчетах, а кто-то, — как, например, девушки, застывшие на ступеньках широкой, темно-серой лестницы, уже обсуждали планы на вечер. Медицинская шапочка на голове одной из девушек белела в неплотной темноте, и Уильям, зацепив боковым зрением этот головной убор, посмотрел на медсестру. От его сосредоточенного, жесткого взгляда она вздрогнула, поспешно стянула шапочку с темных волос и опустила глаза вниз, словно андроид застал ее за чем-то постыдным. Уильям посмотрел прямо, на вращающиеся по кругу стеклянные двери центра, и перепрыгнул через ступени, ускоряя шаг. Пропустив стайку смеющихся медсестер, проводивших его любопытными взглядами и быстрыми перешептываниями, Уильям, наконец-то, оказался в просторном холле первого этажа.
Дежурный врач, — усталая полная женщина средних, по человеческим меркам, лет, — подняла на андроида пустой взгляд, по-видимому, планируя сообщить ему, впрочем, как и всякому другому посетителю, что центр закрыт, и ему лучше прийти завтра. Широкая, обаятельная улыбка, вежливый тон, банальный комплимент и ромашка, которую Уильям вытащил из вазы у входа, а теперь протянул женщине, решили все возможные возражения. Поблагодарив за помощь еще раз, блондин поднялся по лестнице на третий этаж, где, по уверениям уставшей дамы, находился Роберт Мор.
Стеклянная дверь с цифрой «3» бесшумно, с легким дуновением воздуха, пропустила андроида на пустой этаж. Негромко насвистывая какую-то бравурную, маршевую мелодию, Уильям пошел вперед, игнорируя запертые кабинеты, и отыскивая взглядом лабораторию. Она нашлась скоро, за тяжелой белой дверью с соответствующей табличкой. Дверной датчик горел красным цветом, а стрелка, указывающая вниз, предлагала посетителям нажать на кнопку звонка. Уильям так и сделал. Прошло около тридцати секунд, прежде чем андроид расслышал шаги с той стороны двери, а в окошке показался профиль Мора. Еще несколько секунд ушло на изучение лица Уильяма правым глазом Роберта, втиснутым в дверной глазок, и смешно вращающимся из стороны в сторону. Но вот, наконец-то, замки, открываясь, щелкнули, и в проеме показался весь human-инженер.
— А-а-а, Уильям!
Мор остановился в проеме, и отвернулся от андроида, закрывая за собой дверь.
— Роберт Мо…
Прижатый к стене локтем Мора, Уильям не успел договорить. И потому конечная «р» в фамилии Роберта сначала и вовсе затерялась, а потом, — на тяжелом, придавленном рукой Мора выдохе, — прозвучала очень мягко, даже очаровательно, и почти по-французски. Не делая попыток освободиться, Уильям усмехнулся, смотря на врача блестящим, куражным взглядом:
— Не думал, что мое опоздание может так вас расстроить… но… если бы я… только знал… клянусь, приехал бы раньше…
Мор, помотал головой, что-то прошипел, и отвел Уильяма от стены, очевидно, планируя встряхнуть нахала как следует. Но нахал, кажется, только этого и ждал. Оттолкнув от себя Роберта, Уильям увернулся в сторону, с улыбкой наблюдая, как Мор врезается в стену. Послышался едва различимый щелчок, а за ним — стон врача и новое слово, обращенное к андроиду.
— Сволочь!
Роберт зажал нос рукой, из-под которой уже бежала кровь, и зло посмотрел на противника.
— Даже не знаю, с чего начать, Роберт Мор. Может быть так? «Добрый вечер, мы договаривались о встрече»? Что на вас нашло? Лунное затмение? Ретроградный Меркурий?
— Не зли меня! — заревел Мор, сжимая руку в кулак, и нанося холостой удар по лицу Уильяма.
— Вы уже второй человек, после милой Авы Полгар, который сегодня просит меня об этом.
Блондин перехватил руку Мора, и завел ее за спину Роберта. При упоминании Авы Мор дернулся изо всех сил и заревел, но не смог освободиться.
— Если наш диалог продолжится в подобном ключе, то, боюсь, я не смогу выполнить свою часть договора, — напомнил Уильям.
Роберт замер и обмяк.
— Отпусти!
— Вы обещаете…
— Отпусти!
Выдернув руку из ослабевшего захвата, Мор повернулся к андроиду.
— Я отменяю договор… пошел ты к черту!
— Я сам люблю это ругательство. А что, все-таки, случилось, могу я узнать? — голосом, полным сожаления и покаяния, спросил Уильям, сводя брови над переносицей
— Можешь издеваться, сколько хочешь! А я не собираюсь иметь ничего общего с таким, как ты!
Роберт прислонился к стене, и тяжело задышал.
— Что же изменилось с тех пор, как мы заключили наше взаимовыгодное соглашение?
— Не строй из себя идиота!
— И в мыслях не было, Роберт Мор. Может, объясните без оскорблений?
Уильям сложил руки на груди и приготовился слушать.
— Ты, ублюдок, поцеловал ее! И ты еще спрашиваешь меня?..
Андроид хлопнул себя по лбу, и радостно рассмеялся.
— Ах, вы об этом! Ну… чисто технически это Ава Полгар поцеловала меня, — Уильям просиял, и перевел взгляд на мужчину, грозя указательным пальцем.
— Стойте спокойно, Мор, у меня нет никакого желания калечить вас.
— Ты…ты… — задыхаясь, начал Роберт..
— Да, скажу вам по секрету, Роб…
Уильям нарочно назвал Мора так, как чаще всего называла его Ава Полгар. Затем он подошел к мужчине вплотную, и шепотом выдохнул ему в лицо:
— Мне очень понравился поцелуй. Это было довольно интересно. Но не говорите об этом Аве Полгар, — она, бедняжка, ничего не помнит от выпитого накануне алкоголя.
Роберт сверкнул глазами, и снова попытался блокировать андроида, схватив его за горло.
— Что… Роберт, отпусти его! — закричала Ава, бросаясь к ним.
— Кто… — прохрипел андроид, сверля веселым взглядом красное лицо Роберта, и не обращая внимания на слова Авы, —...поможет вам с Кэтрин кроме меня?
Эти слова и появление Авы постепенно отрезвили Мора. С силой сжав горло Уильяма в последний раз, он вдавил андроида в стену посильнее, и отошел в сторону.
— Что происходит?! Роберт? Уильям? — Ава переводила взгляд с одного мужчины на другого. — Ну?!
— Теперь ты со мной разговариваешь? — огрызнулся Роберт, отходя подальше от Авы и андроида.
— Мы заключили с Робертом Мором соглашение, но я опоздал на встречу, и мистер Мор весьма расстроен этим обстоятельством, — пояснил Уильям, поправляя одежду.
— Ну ты и… — начал Роберт.
Его остановил вопрос Авы.
— Что за соглашение? Роб?
Девушка подошла к Мору.
— Ты, правда, ничего не помнишь, Ава? — Мор зло посмотрел на нее. — Не помнишь, как вчера поцеловала Уильяма, своего «друга»?
— Что? О чем ты? Я не…
Роберт молчал, разглядывая лицо Авы.
— Он, — Роберт кивнул в сторону андроида, — утверждает, что ты ничего не помнишь из-за алкоголя. Пусть так. Но сути дела это не меняет, а поцелуй я видел сам! Все видели! Я, Кэт, Сильвия!
Ава потрясенно замолчала, глядя в пространство, и тихо спросила, оглянувшись на Уильяма:
— Я тебя поцеловала?
Он кивнул, и до нее долетело тихое и сочувственно-веселое «oui» андроида.
— А ваше «соглашение»? Что это? — старательно возвращаясь в безопасное русло, уточнила девушка.
— А о вчерашнем тебе сказать больше нечего? — отозвался Мор. — Зачем тогда ты пришла?
— Поговорить с тобой, решить все, что…
Ава недоверчиво посмотрела на андроида.
— Не думала, что встречу тебя здесь, Уильям.
— «Поговорить»? И что, не станешь больше меня избегать?
Мор подошел к Аве, требовательно заглядывая в ее глаза.
— Что с тобой? Это Уильям?
Ава осторожно коснулась лица Роберта, но он, взяв ее за запястье, отвел руку в сторону, ожидая ответа.
— Я… не знаю, что сказать. Я не помню того, что было вчера вечером, но это не дает тебе права так говорить со мной! — резким, дрожащим голосом произнесла она.
— Не да-е-е-е-т… — протянул Роберт, сжимая кулаки, и отходя от Авы. — Вот как? Тогда я расскажу тебе о нашем соглашении, Эв. Мы договорились, что Уильям поможет мне провести операцию по смене протезов для Кэт, а я пообещал осмотреть твоего дорогого друга, потому что, черт знает почему, но у него пригорает точка солнечного сплетения! Мы договорились, а потом ты напилась, пришла домой и поцеловала его!
— По-французски, — прошептал Уильям в наступившей тишине, и добавил, покачав головой, когда две пары глаз, злые и почти бешеные — Роберта, и ошеломленные — Авы, — уставились на него. — Почти.
— Я прибью тебя! — закричал Мор, шагая на андроида.
Ава, успела проскочить между ними, выставляя руки вперед.
— Спокойно, Роб! Хватит!
Когда все замолчали, она отошла в сторону и закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Глубоко вздохнув, девушка спросила, стараясь говорить как можно спокойнее:
— Вы договорились за моей спиной? — Ава повернулась к Уильяму. — Ты заключаешь договоры с Робертом, прекрасно зная, что если бы полицейский досмотр, основанный на его показаниях, состоялся, меня наверняка судили бы как несостоятельного владельца андроида, а тебя — распылили газом?!
— Ава!
— Это правда, Роберт! Это — цена твоей ревности! Цена того, что тебе показалось!
— Да, я знаю! И мне очень жаль, пойми! — Мор посмотрел на Аву. — Это тоже правда, Эв! Именно поэтому я забрал свои показания и убедил твою соседку отозвать заявление! Мне безумно жаль, я повел себя глупо, признаю, но твой поцелуй…
Ава рассмеялась.
— Не-е-е-т, ты не имеешь права! Судить меня после всего, что сделал ты… ты с самого начала ревновал меня к Уильяму, вспомни! А теперь хочешь стыдить меня из-за поцелуя? Да это всего лишь поцелуй! Это ничего не значит!
Ава помолчала.
— Между нами все кончено, Роберт. Теперь — все. А ты, Уильям, что скажешь? Как это — заключать сделки с тем, кто едва тебя не убил?
Андроид ответил, не отводя жесткий взгляд от лица девушки:
— В отличие от поцелуя, эта сделка действительно имеет значение.
Глаза Уильяма заблестели, меняя цвет на темно-серый.
— Мне нужна помощь Роберта Мора, Ава Полгар. За этим я здесь.
— А я передумал! — громко сказал Мор. — Наш договор в силе, Уильям! Жду тебя завтра, в это же время. Никаких разборок, обещаю! Только деловой разговор. Ава! — Роберт поднес руку к невидимому козырьку, и резко махнул рукой.
— Идите к черту! Оба! — крикнула девушка и выбежала на лестницу, боясь заплакать в их присутствии.
«Лаборатория, завтра. В полночь».
Экран засветился в темноте.
Входящее сообщение от Роберта Мора.
Уильям покрутил в телефон в руках, наблюдая за тем, как сенсорный экран то загорается, то гаснет, реагируя на его касание. Значит, завтра вопрос с его солнечным сплетением, которое, по словам Мора, «черт знает, почему пригорает», будет решен. По крайней мере, Уильям надеялся на это. А если Мор не сумеет помочь? Андроид повел плечами, продолжая погружаться в фазу восполнения энергии, и вынуждая себя сидеть спокойно, несмотря на вспыхнувшие в груди искры. Отклонившись на подушку, он закрыл глаза.
Если Мор не сможет ему помочь, он найдет другого специалиста. Конечно, в этом случае действовать придется стократно быстрее, ведь у него почти не останется времени перед «первым броском», но… все получится. Иначе и быть не может. Да, карты спутались в последний момент, но даже с учетом этих непредвиденных обстоятельств он все успеет.
Уильям открыл глаза.
Так. Что у него есть?
Встреча с Мором и возможное решение вопроса перенесены на завтра.
Сколько это может занять времени? Неизвестно.
Мор точно решит проблему? Неизвестно.
А что — известно?
Память Уильяма вернула его на несколько часов назад, когда он вышел на улицу после очередного показа. Вот он идет по внутреннему двору к своей машине, смотрит прямо перед собой. И уже знает, что будет дальше. Ему нет необходимости оглядываться по сторонам, он уже слышит их. Поклонниц, сбившихся в стайку, и ожидающих его.
Сегодня, однако, их больше, чем обычно. Не имеет значения, с чем это связано: он, как всегда в таких случаях, цепляет на лицо мягкую полуулыбку, которая говорит этим девушкам, что он рад раздать автографы и быть объектом их вожделения. Уверенным, плавным шагом он подходит к ним. Они смотрят на него, не веря собственным глазам. Кто-то пищит громче, кто-то — тише, а некоторые молчат, — только наблюдают за ним, и нервно отдергивают руку от рекламных листовок, которые дают ему на подпись.
«Чтобы не прикоснуться случайно к моей руке?» — спрашивает себя Уильям, возвращая яркую листовку хмурой девочке, — «...забавно».
Ладно, что дальше?
Первое время такое «внимание» сбивало Уильяма с толку, он никак не мог уловить этот момент переключения: вот они обращаются к нему, желая автограф или фото, а получив их, перестают обращать на него всякое внимание, словно его больше не существует, или он обладает волшебной силой мгновенно растворяться в пространстве, становясь абсолютно незаметным. Сталкиваясь с подобной реакцией, он не переставал спрашивать себя о том, что это такое, почему это происходит?
«Вот же я, здесь! И если они пришли за моим автографом или фото, значит, я им интересен? Или?...».
Или.
Они реагировали на него так же, как все те нужные, «большие» люди с многочисленных приемов, на которых ему приходилось бывать. Их привлекала его внешность, и только.
Уильям понял все очень скоро, и, привыкнув к этому, перестал тратить на подобные стайки поклонниц хотя бы толику своего внимания. И все же, выполняя требования публичной профессии, он всегда подходил к ним, раздавал автографы, соглашался на снимки. Правда, теперь андроид расценивал это как часть работы. Потому и на объятия для фото он смотрел как на лишний элемент: это было уже личным и лишенным всяких оснований. Кроме того, он вдруг обнаружил, что ему до последней крайности неприятны чужие прикосновения. В связи с этим, вывод напрашивался вполне очевидный, — никаких контактов близкой степени.
Конечно, его коллег и «нужных людей» это не устраивало. Они злились, многократно указывая ему на эти громадные упущения, а он, не желая вдаваться в какие-либо подробности, был рад, когда у него получалось избежать этих пустых жестов, отсутствие которых, — несмотря на звучащие упреки, — в глазах самих поклонниц только добавляло Блейку какой-то совсем уже непонятной ему «загадочности». Вернув маркеры фанаткам, Уильям быстро, без оглядки, зашагал вперед, а посмотрев на циферблат наручных часов, и вовсе перешел на бег. Следовало поспешить. Ситуация с Робертом Мором и так не слишком простая, поэтому не следует к уже существующей напряженности, — которую Уильям планировал разрешить каким-нибудь, пока не совсем ясным ему образом, — добавлять еще и опоздание. Перепрыгнув через борт закрытой двери Aston Martin, андроид пристегнулся и выехал со стоянки, переводя автомобиль на все большую скорость, запрещенную указателями, глядевшими на него с придорожных столбов.
***
Навстречу Уильяму, идущему к зданию медицинского центра, в котором работал Роберт Мор, вышла толпа врачей и медсестер, чей рабочий день уже закончился. В сгустившихся сумерках летнего дня слышались то усталые голоса, то веселый смех. Кто-то все еще продолжал говорить об исследованиях и отчетах, а кто-то, — как, например, девушки, застывшие на ступеньках широкой, темно-серой лестницы, уже обсуждали планы на вечер. Медицинская шапочка на голове одной из девушек белела в неплотной темноте, и Уильям, зацепив боковым зрением этот головной убор, посмотрел на медсестру. От его сосредоточенного, жесткого взгляда она вздрогнула, поспешно стянула шапочку с темных волос и опустила глаза вниз, словно андроид застал ее за чем-то постыдным. Уильям посмотрел прямо, на вращающиеся по кругу стеклянные двери центра, и перепрыгнул через ступени, ускоряя шаг. Пропустив стайку смеющихся медсестер, проводивших его любопытными взглядами и быстрыми перешептываниями, Уильям, наконец-то, оказался в просторном холле первого этажа.
Дежурный врач, — усталая полная женщина средних, по человеческим меркам, лет, — подняла на андроида пустой взгляд, по-видимому, планируя сообщить ему, впрочем, как и всякому другому посетителю, что центр закрыт, и ему лучше прийти завтра. Широкая, обаятельная улыбка, вежливый тон, банальный комплимент и ромашка, которую Уильям вытащил из вазы у входа, а теперь протянул женщине, решили все возможные возражения. Поблагодарив за помощь еще раз, блондин поднялся по лестнице на третий этаж, где, по уверениям уставшей дамы, находился Роберт Мор.
Стеклянная дверь с цифрой «3» бесшумно, с легким дуновением воздуха, пропустила андроида на пустой этаж. Негромко насвистывая какую-то бравурную, маршевую мелодию, Уильям пошел вперед, игнорируя запертые кабинеты, и отыскивая взглядом лабораторию. Она нашлась скоро, за тяжелой белой дверью с соответствующей табличкой. Дверной датчик горел красным цветом, а стрелка, указывающая вниз, предлагала посетителям нажать на кнопку звонка. Уильям так и сделал. Прошло около тридцати секунд, прежде чем андроид расслышал шаги с той стороны двери, а в окошке показался профиль Мора. Еще несколько секунд ушло на изучение лица Уильяма правым глазом Роберта, втиснутым в дверной глазок, и смешно вращающимся из стороны в сторону. Но вот, наконец-то, замки, открываясь, щелкнули, и в проеме показался весь human-инженер.
— А-а-а, Уильям!
Мор остановился в проеме, и отвернулся от андроида, закрывая за собой дверь.
— Роберт Мо…
Прижатый к стене локтем Мора, Уильям не успел договорить. И потому конечная «р» в фамилии Роберта сначала и вовсе затерялась, а потом, — на тяжелом, придавленном рукой Мора выдохе, — прозвучала очень мягко, даже очаровательно, и почти по-французски. Не делая попыток освободиться, Уильям усмехнулся, смотря на врача блестящим, куражным взглядом:
— Не думал, что мое опоздание может так вас расстроить… но… если бы я… только знал… клянусь, приехал бы раньше…
Мор, помотал головой, что-то прошипел, и отвел Уильяма от стены, очевидно, планируя встряхнуть нахала как следует. Но нахал, кажется, только этого и ждал. Оттолкнув от себя Роберта, Уильям увернулся в сторону, с улыбкой наблюдая, как Мор врезается в стену. Послышался едва различимый щелчок, а за ним — стон врача и новое слово, обращенное к андроиду.
— Сволочь!
Роберт зажал нос рукой, из-под которой уже бежала кровь, и зло посмотрел на противника.
— Даже не знаю, с чего начать, Роберт Мор. Может быть так? «Добрый вечер, мы договаривались о встрече»? Что на вас нашло? Лунное затмение? Ретроградный Меркурий?
— Не зли меня! — заревел Мор, сжимая руку в кулак, и нанося холостой удар по лицу Уильяма.
— Вы уже второй человек, после милой Авы Полгар, который сегодня просит меня об этом.
Блондин перехватил руку Мора, и завел ее за спину Роберта. При упоминании Авы Мор дернулся изо всех сил и заревел, но не смог освободиться.
— Если наш диалог продолжится в подобном ключе, то, боюсь, я не смогу выполнить свою часть договора, — напомнил Уильям.
Роберт замер и обмяк.
— Отпусти!
— Вы обещаете…
— Отпусти!
Выдернув руку из ослабевшего захвата, Мор повернулся к андроиду.
— Я отменяю договор… пошел ты к черту!
— Я сам люблю это ругательство. А что, все-таки, случилось, могу я узнать? — голосом, полным сожаления и покаяния, спросил Уильям, сводя брови над переносицей
— Можешь издеваться, сколько хочешь! А я не собираюсь иметь ничего общего с таким, как ты!
Роберт прислонился к стене, и тяжело задышал.
— Что же изменилось с тех пор, как мы заключили наше взаимовыгодное соглашение?
— Не строй из себя идиота!
— И в мыслях не было, Роберт Мор. Может, объясните без оскорблений?
Уильям сложил руки на груди и приготовился слушать.
— Ты, ублюдок, поцеловал ее! И ты еще спрашиваешь меня?..
Андроид хлопнул себя по лбу, и радостно рассмеялся.
— Ах, вы об этом! Ну… чисто технически это Ава Полгар поцеловала меня, — Уильям просиял, и перевел взгляд на мужчину, грозя указательным пальцем.
— Стойте спокойно, Мор, у меня нет никакого желания калечить вас.
— Ты…ты… — задыхаясь, начал Роберт..
— Да, скажу вам по секрету, Роб…
Уильям нарочно назвал Мора так, как чаще всего называла его Ава Полгар. Затем он подошел к мужчине вплотную, и шепотом выдохнул ему в лицо:
— Мне очень понравился поцелуй. Это было довольно интересно. Но не говорите об этом Аве Полгар, — она, бедняжка, ничего не помнит от выпитого накануне алкоголя.
Роберт сверкнул глазами, и снова попытался блокировать андроида, схватив его за горло.
— Что… Роберт, отпусти его! — закричала Ава, бросаясь к ним.
— Кто… — прохрипел андроид, сверля веселым взглядом красное лицо Роберта, и не обращая внимания на слова Авы, —...поможет вам с Кэтрин кроме меня?
Эти слова и появление Авы постепенно отрезвили Мора. С силой сжав горло Уильяма в последний раз, он вдавил андроида в стену посильнее, и отошел в сторону.
— Что происходит?! Роберт? Уильям? — Ава переводила взгляд с одного мужчины на другого. — Ну?!
— Теперь ты со мной разговариваешь? — огрызнулся Роберт, отходя подальше от Авы и андроида.
— Мы заключили с Робертом Мором соглашение, но я опоздал на встречу, и мистер Мор весьма расстроен этим обстоятельством, — пояснил Уильям, поправляя одежду.
— Ну ты и… — начал Роберт.
Его остановил вопрос Авы.
— Что за соглашение? Роб?
Девушка подошла к Мору.
— Ты, правда, ничего не помнишь, Ава? — Мор зло посмотрел на нее. — Не помнишь, как вчера поцеловала Уильяма, своего «друга»?
— Что? О чем ты? Я не…
Роберт молчал, разглядывая лицо Авы.
— Он, — Роберт кивнул в сторону андроида, — утверждает, что ты ничего не помнишь из-за алкоголя. Пусть так. Но сути дела это не меняет, а поцелуй я видел сам! Все видели! Я, Кэт, Сильвия!
Ава потрясенно замолчала, глядя в пространство, и тихо спросила, оглянувшись на Уильяма:
— Я тебя поцеловала?
Он кивнул, и до нее долетело тихое и сочувственно-веселое «oui» андроида.
— А ваше «соглашение»? Что это? — старательно возвращаясь в безопасное русло, уточнила девушка.
— А о вчерашнем тебе сказать больше нечего? — отозвался Мор. — Зачем тогда ты пришла?
— Поговорить с тобой, решить все, что…
Ава недоверчиво посмотрела на андроида.
— Не думала, что встречу тебя здесь, Уильям.
— «Поговорить»? И что, не станешь больше меня избегать?
Мор подошел к Аве, требовательно заглядывая в ее глаза.
— Что с тобой? Это Уильям?
Ава осторожно коснулась лица Роберта, но он, взяв ее за запястье, отвел руку в сторону, ожидая ответа.
— Я… не знаю, что сказать. Я не помню того, что было вчера вечером, но это не дает тебе права так говорить со мной! — резким, дрожащим голосом произнесла она.
— Не да-е-е-е-т… — протянул Роберт, сжимая кулаки, и отходя от Авы. — Вот как? Тогда я расскажу тебе о нашем соглашении, Эв. Мы договорились, что Уильям поможет мне провести операцию по смене протезов для Кэт, а я пообещал осмотреть твоего дорогого друга, потому что, черт знает почему, но у него пригорает точка солнечного сплетения! Мы договорились, а потом ты напилась, пришла домой и поцеловала его!
— По-французски, — прошептал Уильям в наступившей тишине, и добавил, покачав головой, когда две пары глаз, злые и почти бешеные — Роберта, и ошеломленные — Авы, — уставились на него. — Почти.
— Я прибью тебя! — закричал Мор, шагая на андроида.
Ава, успела проскочить между ними, выставляя руки вперед.
— Спокойно, Роб! Хватит!
Когда все замолчали, она отошла в сторону и закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Глубоко вздохнув, девушка спросила, стараясь говорить как можно спокойнее:
— Вы договорились за моей спиной? — Ава повернулась к Уильяму. — Ты заключаешь договоры с Робертом, прекрасно зная, что если бы полицейский досмотр, основанный на его показаниях, состоялся, меня наверняка судили бы как несостоятельного владельца андроида, а тебя — распылили газом?!
— Ава!
— Это правда, Роберт! Это — цена твоей ревности! Цена того, что тебе показалось!
— Да, я знаю! И мне очень жаль, пойми! — Мор посмотрел на Аву. — Это тоже правда, Эв! Именно поэтому я забрал свои показания и убедил твою соседку отозвать заявление! Мне безумно жаль, я повел себя глупо, признаю, но твой поцелуй…
Ава рассмеялась.
— Не-е-е-т, ты не имеешь права! Судить меня после всего, что сделал ты… ты с самого начала ревновал меня к Уильяму, вспомни! А теперь хочешь стыдить меня из-за поцелуя? Да это всего лишь поцелуй! Это ничего не значит!
Ава помолчала.
— Между нами все кончено, Роберт. Теперь — все. А ты, Уильям, что скажешь? Как это — заключать сделки с тем, кто едва тебя не убил?
Андроид ответил, не отводя жесткий взгляд от лица девушки:
— В отличие от поцелуя, эта сделка действительно имеет значение.
Глаза Уильяма заблестели, меняя цвет на темно-серый.
— Мне нужна помощь Роберта Мора, Ава Полгар. За этим я здесь.
— А я передумал! — громко сказал Мор. — Наш договор в силе, Уильям! Жду тебя завтра, в это же время. Никаких разборок, обещаю! Только деловой разговор. Ава! — Роберт поднес руку к невидимому козырьку, и резко махнул рукой.
— Идите к черту! Оба! — крикнула девушка и выбежала на лестницу, боясь заплакать в их присутствии.
***
«Лаборатория, завтра. В полночь».
Экран засветился в темноте.
Входящее сообщение от Роберта Мора.
Уильям покрутил в телефон в руках, наблюдая за тем, как сенсорный экран то загорается, то гаснет, реагируя на его касание. Значит, завтра вопрос с его солнечным сплетением, которое, по словам Мора, «черт знает, почему пригорает», будет решен. По крайней мере, Уильям надеялся на это. А если Мор не сумеет помочь? Андроид повел плечами, продолжая погружаться в фазу восполнения энергии, и вынуждая себя сидеть спокойно, несмотря на вспыхнувшие в груди искры. Отклонившись на подушку, он закрыл глаза.
Если Мор не сможет ему помочь, он найдет другого специалиста. Конечно, в этом случае действовать придется стократно быстрее, ведь у него почти не останется времени перед «первым броском», но… все получится. Иначе и быть не может. Да, карты спутались в последний момент, но даже с учетом этих непредвиденных обстоятельств он все успеет.
Уильям открыл глаза.
Так. Что у него есть?
Встреча с Мором и возможное решение вопроса перенесены на завтра.
Сколько это может занять времени? Неизвестно.
Мор точно решит проблему? Неизвестно.
А что — известно?
Память Уильяма вернула его на несколько часов назад, когда он вышел на улицу после очередного показа. Вот он идет по внутреннему двору к своей машине, смотрит прямо перед собой. И уже знает, что будет дальше. Ему нет необходимости оглядываться по сторонам, он уже слышит их. Поклонниц, сбившихся в стайку, и ожидающих его.
Сегодня, однако, их больше, чем обычно. Не имеет значения, с чем это связано: он, как всегда в таких случаях, цепляет на лицо мягкую полуулыбку, которая говорит этим девушкам, что он рад раздать автографы и быть объектом их вожделения. Уверенным, плавным шагом он подходит к ним. Они смотрят на него, не веря собственным глазам. Кто-то пищит громче, кто-то — тише, а некоторые молчат, — только наблюдают за ним, и нервно отдергивают руку от рекламных листовок, которые дают ему на подпись.
«Чтобы не прикоснуться случайно к моей руке?» — спрашивает себя Уильям, возвращая яркую листовку хмурой девочке, — «...забавно».
Ладно, что дальше?
