– Заговор, – констатировала Салима, садясь между ними. – С целью смены власти. – Глаза её смеялись, но Хайнрих мог бы поклясться, что москвич почувствовал себя не очень уютно. – Вы бы, господин Каманин, пошли подбодрили вашего сибирского коллегу. Боюсь, господин Потапов сильно загрустил после нашего с ним разговора. Нехорошо, праздник всё-таки.
– Принц, а когда мы в рейд пойдём? – Гасан пристал, как колючка.
– Когда адмирал Шварц прикажет, тогда и пойдём, – терпеливо ответил Фархад, дразня шнурогрызок гайкой. Они подпрыгивали, отпихивая друг друга, но никак не могли дотянуться. – Не раньше и не позже.
– У меня преддипломная практика кончится, а я так и не выйду в космос!
– Не ной, Джинн. Починимся и выйдем. Чего тебе неймётся? Ты же зачислен, стаж идёт.
– Я хочу за пульт!
– Так тебя и пустили к управлению, ага. Меня с дипломом и то мариновали. Федотыч возьмет тебя за шкирку и устроит внеочередной экзамен: каков, мол, принцип работы ГС-привода? Знаешь?
Гасан сдулся.
– Не-а, не знаю.
– Учи матчасть, курсант, – злорадно заухмылялся Фархад.
Так себе, ехидная шуточка. Но Гасан воспринял всерьёз. Достал ноутбук, принялся шерстить учебные материалы. Фархад некоторое время колебался: сказать ли, что никто этого принципа не знает, даже наикрутейшие физики Ханта и Тсеты? Решил промолчать. Пускай курсант лишний раз повторит теорию, вреда не будет, одна польза. Тем более что пустит его Шварц за пульт, никуда не денется: пилотов-то нет.
Компьютер Фархада бибикнул – с сайта космофлота пришло сообщение: «Новый отклик на ваше объявление». Фархад кинул гайку шнурогрызкам, тотчас затеявшим драку, и открыл сайт. Заявка была коротенькой: «Пилот с дипломом Ебургской Академии. Последнее место службы – ГС-крейсер «Хан Соло». Получил ранение, прошёл курс реабилитации, сейчас ищу работу».
Забрезжила надежда. Настоящий пилот, служивший на ГС-крейсере! Как раз то, что остро требуется «Ийону». Он назначил встречу на вечер и слегка волновался. Федотычу легко говорить: «Ты же принц!» Кого это на самом деле интересует? Перед опытным пилотом он – вчерашний стажёр, зелёная молодь. А он должен проверять у старшего документы, задавать ему вопросы.
Вечером на пороге номера возник невысокий худой юноша. Фархад знал этого скуластого парня с будто прищуренными глазами, они учились на одном курсе. Только тогда Каанто Рырме был плотненьким крепышом.
– О! – обрадовался Рырме. – Аль-Саид?
– Привет, Каанто. – Фархад кивнул ему на стул. – Ты чего так похудел?
Рырме устроился за столом, булькнул себе в бокал минеральной воды из бутылки и обстоятельно объяснил:
– Однако, переборкой меня придавило на «Хане Соло». Есть не мог, вообще. Вот и похудел.
– Ш-шайтан! – Фархада осенило. – Так это ты пилот с «Хана Соло»? – Вот тебе и опытный космолетчик! – Каанто, признайся, кем ты там был? Стажёром?
– Однако, да.
Фархад закатил глаза.
– Капитан Смирнов хотя бы подтвердил твою квалификацию?
– Не успел. – Ничуть не смущаясь, Рырме развел руками. – Рано умер, однако.
Фархад мысленно схватился за голову.
– Каанто, ты парень хороший, но тебе у нас ловить нечего. Нам нужны квалифицированные пилоты. И мы берём только Фархадов.
– А я и есть Фархад, однако. – Рырме выложил паспорт. – А никакой не Каанто.
Фархад бросил на сокурсника подозрительный взгляд и открыл его паспорт. Фархад Петрович Рырме. Хоть стой, хоть падай.
– Ты что, имя поменял? Зачем?
– Фархад нужен, – флегматично ответил Рырме, – пусть будет Фархад. Какая разница? Духи знают, кто я.
В дверь просунулся любопытный нос Гасана, и Рырме тут же его заметил.
– А что здесь этот малёк делает?
Фархад вздохнул. Рационально объяснить, почему он принял в пилотскую бригаду старшекурсника-недоучку, но не хочет брать выпускника с дипломом, было нереально.
– Каанто… то есть… диплом-то у тебя на какое имя?
– На старое, однако. Но ты не волнуйся, аль-Саид, у меня справки есть, всё по закону.
– Принц, а про ГС-привод нигде не написано, – пожаловался Гасан.
Фархад повернулся к Рырме.
– Каанто… ох, шайтан… Каков принцип работы ГС-привода?
– Духи знают, – пожал плечами парень. – А никто из живых, однако, не дух.
Принц насмешливо посмотрел на расстроенного Гасана.
– Перевод на арабский требуется? Иди, Джинн недоделанный, учи всё, что недоучил.
Он снова вздохнул и протянул Рырме кристалл памяти:
– Заполняй анкету.
– Надо найти траву, – сказал Иоанн Фердинанд, глуша дискомфорт зелёным чаем.
Он окончательно перестал стесняться шитанн. Аддарекх не вредный и хочет ему помочь. Только не во всём получается.
– Синий, ты сбрендил! Видел же сам, как здешняя полиция к этому относится.
Недавно они ходили по базару и спрашивали насчёт зелья. Кто-то из продавцов настучал. Появился сержант Трифонов, адресовал несколько проклятий судьбе, занёсшей в его город двух шарахнутых по темечку инопланетян, увёз их в участок и долго полоскал мозги. Причём в основном упирал на вину Аддарекха, хотя ему проклятая трава без надобности. Ладно, мол, мересанец – залётная птица, законов не знает. Кто позволил мересанцу в военное время разгуливать по Земле без поводка и намордника – это отдельный вопрос, находящийся вне компетенции сержанта, но раз дали визу, будем считать его уважаемым иностранцем и делать скидку на чужие обычаи. А вот японский гражданин обязан знать, что такое хорошо и что такое плохо, и держать ответ перед законом. И если сержант Трифонов немедленно не водворяет его в кутузку, то исключительно из сочувствия к сидящим там бомжам, которых кондрашка хватит от соседства с недовольным жизнью вампиром.
– Аддарекх, я точно знаю, что у землян есть аналог. Помнишь, мы шли по подземному переходу? Там запах был. Я не успел понять, откуда: ты меня волоком тащил, бурчал, что опаздываем. Надо хорошенько поискать.
– Надо оставить эту дурацкую мысль! Отвлекись чем-нибудь. Хочешь девушку?
– Нет! – Без допинга тело теряло нужные рефлексы.
Аддарекх с удивлением посмотрел на него. Осторожно предположил:
– Мальчика?
На щеках мересанца проступили синие пятна. Тема однополого секса приводила его в замешательство и шок.
– Мне это… неинтересно, – выдавил Иоанн Фердинанд.
– Чем ты вообще увлекаешься? Ну, кроме травы этой, гори она огнём. У тебя хобби есть?
Мересанец помолчал и признался:
– Я музыку люблю.
Музыка бывает целительной. Пожалуй, с музыкой удалось бы избавиться от этой тянущей тоски, поднять тонус.
– А чего ж не слушаешь? В интернете полно музыкальных файлов.
Он скорчил гримасу. Компьютер электрический, любая из земных моделей проигрывателей – тоже. Такая музыка принесет не исцеление, а страдание.
– А, ну да. – Аддарекх вспомнил. – Слышь, а вы там, на Мересань, как музыку слушаете?
– У нас механические проигрыватели. Многие из нас и сами умеют играть. Собираются в парках, играют друг для друга.
– А ты умеешь? – заинтересовался Аддарекх.
– Умею. – Он вздохнул. – У меня имрань была. Там осталась, на линкоре.
Вместе с мечом, документами, со всей его прошлой жизнью.
– На «Конце фильма»? – уточнил шитанн.
Он кивнул, не глядя на собеседника. Аддарекху история с поддельным линкором виделась забавной, Иоанну Фердинанду напоминания о ней причиняли боль.
– А что это за фигня – имрань?
– Как я могу тебе объяснить, шитанн? – Ну вот, опять захандрил, уставился в стену отрешённым взором. – Такая штука со струнами, их дёргаешь, и получаются звуки… красивые, удивительные…
– Так, собирайся. – Аддарекх принял решение. Не хватало, чтобы мересанец своей хандрой и его в депрессию вогнал!
– Куда? – Иоанн Фердинанд поднял печальные глаза.
– Имрань твою искать. – Аддарекх высунулся в коридор и окликнул горничную: – Лапушка, а посмотрите в своём интернете, где тут поблизости магазин музыкальных инструментов?
– Корабль, – доложил адъютант Отлину Эламу.
Капитан «Бирюзового» нетерпеливо дёрнул ладонью.
– Ну? Что за корабль, откуда? Дерьмо, из вас всё клещами, что ли, вытаскивать?
Отлин Элам был эмоционален, и эмоции, как на грех, негативные. С годами из него могло получиться что-то вроде Ена Пирана, с той только разницей, что к насилию и пыткам он особого пристрастия не питал. Однако соглашался, что порой они необходимы, чисто с практической точки зрения.
– Субсветовой корабль только что вышел из прыжка в секторе 39, – вытянувшись в струнку, отбарабанил адъютант. – Тип опознан, это торговец с Дуурдухана. Идет к орбитальной станции периметра. – Юноша сделал знак, отгоняющий зло, и Отлин Элам поморщился: никакие знаки не спасут от жутких сторожевых катеров, если вдруг их засекут со станции. – По расчётам, окажутся в видимости орбитальной станции через два часа.
Времени достаточно, понял Отлин Элам.
– Поднимайте всех! Корабли – на перехват.
Дуурдуханская лоханка медленно ползла по экрану. Два мересанских линкора разошлись в стороны от эсминца, ловя купца в перекрестья прицелов.
– Предупредительный залп, – распорядился Отлин Элам.
Сверкнули лазеры. Торговец от неожиданности шарахнулся вбок и чуть сам не налетел на смертоносный луч.
– Вызовите их.
– Корабль на связи, капитан.
На экране возникло кирпично-красное лицо дуурдуханца, обрамлённое чёрными колечками густых волос. Был хорошо виден пот, заливающий глаза – характерный признак волнения у этой расы.
– Маади, – торопливо проговорил мужчина. – Владелец торгово-пассажирского судна «Рассвет», Дуурдухан. В чём дело? Почему вы стреляете?
– Куда идёте? – Отлин Элам не стал отвечать на дурацкие вопросы.
– К Земле. Везём груз и паломников. – Дуурдуханцы известны своим обычаем раз в жизни обязательно совершать паломничество в другой мир.
– Лечь в дрейф, – приказал он. – У нас тут война. Отправляйтесь ко мне на эсминец. К вам прибудет бот для досмотра судна.
Боты отошли одновременно, с «Рассвета» и с линкора «Двенадцатый». Мересанские десантники, столь шустро выдвинувшиеся, явно рассчитывали повеселиться при досмотре: наверняка там не только паломники, но и паломницы.
Купец Маади в жёлтом мундире обливался потом. Отлин Элам без лишних разговоров указал ему на стул.
– Сколько вы были в пути, Маади? Тринадцать лет, четырнадцать? Забудьте всё, что знали о мире. Есть Гъде, Мересань, Чфе Вар и Симелин. Земля – наш враг. Вы не воюете с Землей, а значит, имеете все основания называться её друзьями, а мы, в свою очередь – все основания вас уничтожить. – Пот по лицу Маади тёк струями. Отлин Элам немного сменил тон: – Но мы не станем этого делать. Мы не ограбим вас, не будем убивать паломников. Мы даже беспрепятственно пропустим вас к Земле и обратно. Только в том случае, если вы сделаете то, что мы прикажем! – Он хлопнул ладонью по столу в нескольких сантиметрах от дуурдуханца.
– Чего вы от нас хотите? – осведомился владелец лоханки. Без энтузиазма, но вполне трезвомысляще. Как же легко с торговцами! Гораздо проще, чем с вояками. Вся премудрость иметь с ними дело – лишь в том, чтобы товар соответствовал цене.
– Вы пойдёте к орбитальной станции как ни в чём не бывало, Маади. Совершите все формальности, получите опознавательный код. И, что самое главное, не скажете о нас ни слова. Это понятно?
– Понятно, господин капитан. Что дальше? – Соображает, грешник, что этим дело не исчерпывается. Конечно: если цель Отлина Элама – скрытность, ему нужно было просто не останавливать дуурдуханское судно, его бы и не заметили.
– Дальше вы прибудете на Землю и займётесь своими торговыми делами. Но одновременно вы пошлёте умного человека в город под названием Нью-Йорк. В нём находится посольство Созвездия, если вы не знаете.
– Я знаю, господин капитан.
– В посольстве живёт мересанец, адмирал т’Лехин. Вы его ни с кем не спутаете, он там один такой. Насколько нам известно, он содержится под стражей, по меньшей мере, под наблюдением. Ваша задача – тайно вывезти его с Земли.
– Тайно? – засомневался Маади. – Господин капитан, мы всего лишь честные купцы, а не обученные диверсанты. А вы хотите, чтобы мы выкрали человека из-под стражи на чужой планете, да ещё тайно!
– Дерьмо! – рявкнул Отлин Элам. – Пусть не тайно. Поднимите шум, устройте перестрелку, мне плевать. Вы заканчиваете торговлю, вывозите т’Лехина с Земли, и здесь он пересаживается на один из линкоров, а вы шлёпаете восвояси.
Маади пожевал губами. Пот всё ещё сочился, но не так интенсивно.
– Это очень сложная задача, господин капитан. Мы можем не справиться.
– Вы справитесь, – уверенно сказал Отлин Элам, жёстко глядя в глаза дуурдуханцу. – А, справившись, вы получите обратно десяток ваших дамочек, которые пока погостят на «Бирюзовом».
Лицо Маади вытянулось и снова взмокло.
– Господин капитан, это же паломницы…
– Пусть считают, что паломничество состоялось: они ведь побывали в другом мире. А что не ступили на планету, так это детали. Сделайте всё, как надо, Маади, и мы вернем вам баб, живых и здоровых. Ну, а если плохо выполните задание… да что я, право, буду вам расписывать? Вы же сами человек неглупый.
Иоанн Фердинанд отнёсся к идее Аддарекха скептически.
– Это бессмысленная затея! Не может такого быть, чтобы на Земле продавались наши музыкальные инструменты.
– Но ведь какие-то инструменты здесь продаются. – Шитанн мыслил с оптимизмом. – Наверняка есть похожие. Настроишь, как надо, и будешь играть.
Мересанец высокомерно фыркнул. Они шагали по заснеженной улице, и у него мёрзли щёки. Сегодня во всех посольствах был выходной, они могли бы спокойно сидеть в номере и греться. Но Аддарекх в их связке – главный, и если ему в голову что-то втемяшилось, бери ноги в руки и прись за ним.
Шитанн толкнул дверцу, и где-то наверху переливчато зазвучал колокольчик, оповещая о приходе потенциальных покупателей. Аддарекх хмыкнул. Вроде большой город, столица, а магазинчик – будто деревенский.
– Чем я могу вам помочь? – растерянно заулыбалась рыженькая девушка.
Аддарекх не стал говорить о том, чем она на самом деле могла бы ему помочь. При взгляде на рыжую лапочку ужасно захотелось крови. Первая группа, хоть пари заключай, не пьёт и не курит. Он сделал над собой усилие и сказал о другом:
– Нам музыкальный инструмент нужен.
– Ну, тогда вы пришли по адресу, – развеселилась она. – Поздравляю. У вас есть мысли о том, что это должен быть за инструмент? Или вам всё равно? Взвесить пару килограммов музыкальных инструментов?
– Такая штука, – сосредоточился Аддарекх. – Со струнами. Которые дёргают пальцами.
– Балалайка, гитара, гусли, домра, – стала перечислять девушка. – Лютня, арфа…
Взглянув на гигантскую конструкцию, напоминающую станок для сушки белья, Иоанн Фердинанд отрицательно замотал головой.
– Милая, нам эти названия ничего не говорят. – Аддарекх прервал рыженькую. – Нам бы посмотреть.
Она подвела их к прилавку и широко повела ладонью – дескать, выбирайте.
– Узнаёшь что-нибудь? – У Аддарекха от обилия разнообразных деревянных штуковин с натянутыми вдоль и поперёк струнами разбежались глаза.
– Конечно, нет, – проворчал Иоанн Фердинанд. – Я же говорю, имрань не так устроена. Она звучит в другом диапазоне, понимаешь? – Он грустно постучал пальцем по гарнитуре.
– Ну и ладно, будешь в своём наушнике играть. – Аддарекх не видел беды. – Заодно и я послушаю. Давай, попробуй что-нибудь.
Он взял с витрины первый попавшийся инструмент и сунул Иоанну Фердинанду. Тот приладился так и этак, щипнул струну и душераздирающе вздохнул.
– Принц, а когда мы в рейд пойдём? – Гасан пристал, как колючка.
– Когда адмирал Шварц прикажет, тогда и пойдём, – терпеливо ответил Фархад, дразня шнурогрызок гайкой. Они подпрыгивали, отпихивая друг друга, но никак не могли дотянуться. – Не раньше и не позже.
– У меня преддипломная практика кончится, а я так и не выйду в космос!
– Не ной, Джинн. Починимся и выйдем. Чего тебе неймётся? Ты же зачислен, стаж идёт.
– Я хочу за пульт!
– Так тебя и пустили к управлению, ага. Меня с дипломом и то мариновали. Федотыч возьмет тебя за шкирку и устроит внеочередной экзамен: каков, мол, принцип работы ГС-привода? Знаешь?
Гасан сдулся.
– Не-а, не знаю.
– Учи матчасть, курсант, – злорадно заухмылялся Фархад.
Так себе, ехидная шуточка. Но Гасан воспринял всерьёз. Достал ноутбук, принялся шерстить учебные материалы. Фархад некоторое время колебался: сказать ли, что никто этого принципа не знает, даже наикрутейшие физики Ханта и Тсеты? Решил промолчать. Пускай курсант лишний раз повторит теорию, вреда не будет, одна польза. Тем более что пустит его Шварц за пульт, никуда не денется: пилотов-то нет.
Компьютер Фархада бибикнул – с сайта космофлота пришло сообщение: «Новый отклик на ваше объявление». Фархад кинул гайку шнурогрызкам, тотчас затеявшим драку, и открыл сайт. Заявка была коротенькой: «Пилот с дипломом Ебургской Академии. Последнее место службы – ГС-крейсер «Хан Соло». Получил ранение, прошёл курс реабилитации, сейчас ищу работу».
Забрезжила надежда. Настоящий пилот, служивший на ГС-крейсере! Как раз то, что остро требуется «Ийону». Он назначил встречу на вечер и слегка волновался. Федотычу легко говорить: «Ты же принц!» Кого это на самом деле интересует? Перед опытным пилотом он – вчерашний стажёр, зелёная молодь. А он должен проверять у старшего документы, задавать ему вопросы.
Вечером на пороге номера возник невысокий худой юноша. Фархад знал этого скуластого парня с будто прищуренными глазами, они учились на одном курсе. Только тогда Каанто Рырме был плотненьким крепышом.
– О! – обрадовался Рырме. – Аль-Саид?
– Привет, Каанто. – Фархад кивнул ему на стул. – Ты чего так похудел?
Рырме устроился за столом, булькнул себе в бокал минеральной воды из бутылки и обстоятельно объяснил:
– Однако, переборкой меня придавило на «Хане Соло». Есть не мог, вообще. Вот и похудел.
– Ш-шайтан! – Фархада осенило. – Так это ты пилот с «Хана Соло»? – Вот тебе и опытный космолетчик! – Каанто, признайся, кем ты там был? Стажёром?
– Однако, да.
Фархад закатил глаза.
– Капитан Смирнов хотя бы подтвердил твою квалификацию?
– Не успел. – Ничуть не смущаясь, Рырме развел руками. – Рано умер, однако.
Фархад мысленно схватился за голову.
– Каанто, ты парень хороший, но тебе у нас ловить нечего. Нам нужны квалифицированные пилоты. И мы берём только Фархадов.
– А я и есть Фархад, однако. – Рырме выложил паспорт. – А никакой не Каанто.
Фархад бросил на сокурсника подозрительный взгляд и открыл его паспорт. Фархад Петрович Рырме. Хоть стой, хоть падай.
– Ты что, имя поменял? Зачем?
– Фархад нужен, – флегматично ответил Рырме, – пусть будет Фархад. Какая разница? Духи знают, кто я.
В дверь просунулся любопытный нос Гасана, и Рырме тут же его заметил.
– А что здесь этот малёк делает?
Фархад вздохнул. Рационально объяснить, почему он принял в пилотскую бригаду старшекурсника-недоучку, но не хочет брать выпускника с дипломом, было нереально.
– Каанто… то есть… диплом-то у тебя на какое имя?
– На старое, однако. Но ты не волнуйся, аль-Саид, у меня справки есть, всё по закону.
– Принц, а про ГС-привод нигде не написано, – пожаловался Гасан.
Фархад повернулся к Рырме.
– Каанто… ох, шайтан… Каков принцип работы ГС-привода?
– Духи знают, – пожал плечами парень. – А никто из живых, однако, не дух.
Принц насмешливо посмотрел на расстроенного Гасана.
– Перевод на арабский требуется? Иди, Джинн недоделанный, учи всё, что недоучил.
Он снова вздохнул и протянул Рырме кристалл памяти:
– Заполняй анкету.
– Надо найти траву, – сказал Иоанн Фердинанд, глуша дискомфорт зелёным чаем.
Он окончательно перестал стесняться шитанн. Аддарекх не вредный и хочет ему помочь. Только не во всём получается.
– Синий, ты сбрендил! Видел же сам, как здешняя полиция к этому относится.
Недавно они ходили по базару и спрашивали насчёт зелья. Кто-то из продавцов настучал. Появился сержант Трифонов, адресовал несколько проклятий судьбе, занёсшей в его город двух шарахнутых по темечку инопланетян, увёз их в участок и долго полоскал мозги. Причём в основном упирал на вину Аддарекха, хотя ему проклятая трава без надобности. Ладно, мол, мересанец – залётная птица, законов не знает. Кто позволил мересанцу в военное время разгуливать по Земле без поводка и намордника – это отдельный вопрос, находящийся вне компетенции сержанта, но раз дали визу, будем считать его уважаемым иностранцем и делать скидку на чужие обычаи. А вот японский гражданин обязан знать, что такое хорошо и что такое плохо, и держать ответ перед законом. И если сержант Трифонов немедленно не водворяет его в кутузку, то исключительно из сочувствия к сидящим там бомжам, которых кондрашка хватит от соседства с недовольным жизнью вампиром.
– Аддарекх, я точно знаю, что у землян есть аналог. Помнишь, мы шли по подземному переходу? Там запах был. Я не успел понять, откуда: ты меня волоком тащил, бурчал, что опаздываем. Надо хорошенько поискать.
– Надо оставить эту дурацкую мысль! Отвлекись чем-нибудь. Хочешь девушку?
– Нет! – Без допинга тело теряло нужные рефлексы.
Аддарекх с удивлением посмотрел на него. Осторожно предположил:
– Мальчика?
На щеках мересанца проступили синие пятна. Тема однополого секса приводила его в замешательство и шок.
– Мне это… неинтересно, – выдавил Иоанн Фердинанд.
– Чем ты вообще увлекаешься? Ну, кроме травы этой, гори она огнём. У тебя хобби есть?
Мересанец помолчал и признался:
– Я музыку люблю.
Музыка бывает целительной. Пожалуй, с музыкой удалось бы избавиться от этой тянущей тоски, поднять тонус.
– А чего ж не слушаешь? В интернете полно музыкальных файлов.
Он скорчил гримасу. Компьютер электрический, любая из земных моделей проигрывателей – тоже. Такая музыка принесет не исцеление, а страдание.
– А, ну да. – Аддарекх вспомнил. – Слышь, а вы там, на Мересань, как музыку слушаете?
– У нас механические проигрыватели. Многие из нас и сами умеют играть. Собираются в парках, играют друг для друга.
– А ты умеешь? – заинтересовался Аддарекх.
– Умею. – Он вздохнул. – У меня имрань была. Там осталась, на линкоре.
Вместе с мечом, документами, со всей его прошлой жизнью.
– На «Конце фильма»? – уточнил шитанн.
Он кивнул, не глядя на собеседника. Аддарекху история с поддельным линкором виделась забавной, Иоанну Фердинанду напоминания о ней причиняли боль.
– А что это за фигня – имрань?
– Как я могу тебе объяснить, шитанн? – Ну вот, опять захандрил, уставился в стену отрешённым взором. – Такая штука со струнами, их дёргаешь, и получаются звуки… красивые, удивительные…
– Так, собирайся. – Аддарекх принял решение. Не хватало, чтобы мересанец своей хандрой и его в депрессию вогнал!
– Куда? – Иоанн Фердинанд поднял печальные глаза.
– Имрань твою искать. – Аддарекх высунулся в коридор и окликнул горничную: – Лапушка, а посмотрите в своём интернете, где тут поблизости магазин музыкальных инструментов?
Глава 4
– Корабль, – доложил адъютант Отлину Эламу.
Капитан «Бирюзового» нетерпеливо дёрнул ладонью.
– Ну? Что за корабль, откуда? Дерьмо, из вас всё клещами, что ли, вытаскивать?
Отлин Элам был эмоционален, и эмоции, как на грех, негативные. С годами из него могло получиться что-то вроде Ена Пирана, с той только разницей, что к насилию и пыткам он особого пристрастия не питал. Однако соглашался, что порой они необходимы, чисто с практической точки зрения.
– Субсветовой корабль только что вышел из прыжка в секторе 39, – вытянувшись в струнку, отбарабанил адъютант. – Тип опознан, это торговец с Дуурдухана. Идет к орбитальной станции периметра. – Юноша сделал знак, отгоняющий зло, и Отлин Элам поморщился: никакие знаки не спасут от жутких сторожевых катеров, если вдруг их засекут со станции. – По расчётам, окажутся в видимости орбитальной станции через два часа.
Времени достаточно, понял Отлин Элам.
– Поднимайте всех! Корабли – на перехват.
Дуурдуханская лоханка медленно ползла по экрану. Два мересанских линкора разошлись в стороны от эсминца, ловя купца в перекрестья прицелов.
– Предупредительный залп, – распорядился Отлин Элам.
Сверкнули лазеры. Торговец от неожиданности шарахнулся вбок и чуть сам не налетел на смертоносный луч.
– Вызовите их.
– Корабль на связи, капитан.
На экране возникло кирпично-красное лицо дуурдуханца, обрамлённое чёрными колечками густых волос. Был хорошо виден пот, заливающий глаза – характерный признак волнения у этой расы.
– Маади, – торопливо проговорил мужчина. – Владелец торгово-пассажирского судна «Рассвет», Дуурдухан. В чём дело? Почему вы стреляете?
– Куда идёте? – Отлин Элам не стал отвечать на дурацкие вопросы.
– К Земле. Везём груз и паломников. – Дуурдуханцы известны своим обычаем раз в жизни обязательно совершать паломничество в другой мир.
– Лечь в дрейф, – приказал он. – У нас тут война. Отправляйтесь ко мне на эсминец. К вам прибудет бот для досмотра судна.
Боты отошли одновременно, с «Рассвета» и с линкора «Двенадцатый». Мересанские десантники, столь шустро выдвинувшиеся, явно рассчитывали повеселиться при досмотре: наверняка там не только паломники, но и паломницы.
Купец Маади в жёлтом мундире обливался потом. Отлин Элам без лишних разговоров указал ему на стул.
– Сколько вы были в пути, Маади? Тринадцать лет, четырнадцать? Забудьте всё, что знали о мире. Есть Гъде, Мересань, Чфе Вар и Симелин. Земля – наш враг. Вы не воюете с Землей, а значит, имеете все основания называться её друзьями, а мы, в свою очередь – все основания вас уничтожить. – Пот по лицу Маади тёк струями. Отлин Элам немного сменил тон: – Но мы не станем этого делать. Мы не ограбим вас, не будем убивать паломников. Мы даже беспрепятственно пропустим вас к Земле и обратно. Только в том случае, если вы сделаете то, что мы прикажем! – Он хлопнул ладонью по столу в нескольких сантиметрах от дуурдуханца.
– Чего вы от нас хотите? – осведомился владелец лоханки. Без энтузиазма, но вполне трезвомысляще. Как же легко с торговцами! Гораздо проще, чем с вояками. Вся премудрость иметь с ними дело – лишь в том, чтобы товар соответствовал цене.
– Вы пойдёте к орбитальной станции как ни в чём не бывало, Маади. Совершите все формальности, получите опознавательный код. И, что самое главное, не скажете о нас ни слова. Это понятно?
– Понятно, господин капитан. Что дальше? – Соображает, грешник, что этим дело не исчерпывается. Конечно: если цель Отлина Элама – скрытность, ему нужно было просто не останавливать дуурдуханское судно, его бы и не заметили.
– Дальше вы прибудете на Землю и займётесь своими торговыми делами. Но одновременно вы пошлёте умного человека в город под названием Нью-Йорк. В нём находится посольство Созвездия, если вы не знаете.
– Я знаю, господин капитан.
– В посольстве живёт мересанец, адмирал т’Лехин. Вы его ни с кем не спутаете, он там один такой. Насколько нам известно, он содержится под стражей, по меньшей мере, под наблюдением. Ваша задача – тайно вывезти его с Земли.
– Тайно? – засомневался Маади. – Господин капитан, мы всего лишь честные купцы, а не обученные диверсанты. А вы хотите, чтобы мы выкрали человека из-под стражи на чужой планете, да ещё тайно!
– Дерьмо! – рявкнул Отлин Элам. – Пусть не тайно. Поднимите шум, устройте перестрелку, мне плевать. Вы заканчиваете торговлю, вывозите т’Лехина с Земли, и здесь он пересаживается на один из линкоров, а вы шлёпаете восвояси.
Маади пожевал губами. Пот всё ещё сочился, но не так интенсивно.
– Это очень сложная задача, господин капитан. Мы можем не справиться.
– Вы справитесь, – уверенно сказал Отлин Элам, жёстко глядя в глаза дуурдуханцу. – А, справившись, вы получите обратно десяток ваших дамочек, которые пока погостят на «Бирюзовом».
Лицо Маади вытянулось и снова взмокло.
– Господин капитан, это же паломницы…
– Пусть считают, что паломничество состоялось: они ведь побывали в другом мире. А что не ступили на планету, так это детали. Сделайте всё, как надо, Маади, и мы вернем вам баб, живых и здоровых. Ну, а если плохо выполните задание… да что я, право, буду вам расписывать? Вы же сами человек неглупый.
Иоанн Фердинанд отнёсся к идее Аддарекха скептически.
– Это бессмысленная затея! Не может такого быть, чтобы на Земле продавались наши музыкальные инструменты.
– Но ведь какие-то инструменты здесь продаются. – Шитанн мыслил с оптимизмом. – Наверняка есть похожие. Настроишь, как надо, и будешь играть.
Мересанец высокомерно фыркнул. Они шагали по заснеженной улице, и у него мёрзли щёки. Сегодня во всех посольствах был выходной, они могли бы спокойно сидеть в номере и греться. Но Аддарекх в их связке – главный, и если ему в голову что-то втемяшилось, бери ноги в руки и прись за ним.
Шитанн толкнул дверцу, и где-то наверху переливчато зазвучал колокольчик, оповещая о приходе потенциальных покупателей. Аддарекх хмыкнул. Вроде большой город, столица, а магазинчик – будто деревенский.
– Чем я могу вам помочь? – растерянно заулыбалась рыженькая девушка.
Аддарекх не стал говорить о том, чем она на самом деле могла бы ему помочь. При взгляде на рыжую лапочку ужасно захотелось крови. Первая группа, хоть пари заключай, не пьёт и не курит. Он сделал над собой усилие и сказал о другом:
– Нам музыкальный инструмент нужен.
– Ну, тогда вы пришли по адресу, – развеселилась она. – Поздравляю. У вас есть мысли о том, что это должен быть за инструмент? Или вам всё равно? Взвесить пару килограммов музыкальных инструментов?
– Такая штука, – сосредоточился Аддарекх. – Со струнами. Которые дёргают пальцами.
– Балалайка, гитара, гусли, домра, – стала перечислять девушка. – Лютня, арфа…
Взглянув на гигантскую конструкцию, напоминающую станок для сушки белья, Иоанн Фердинанд отрицательно замотал головой.
– Милая, нам эти названия ничего не говорят. – Аддарекх прервал рыженькую. – Нам бы посмотреть.
Она подвела их к прилавку и широко повела ладонью – дескать, выбирайте.
– Узнаёшь что-нибудь? – У Аддарекха от обилия разнообразных деревянных штуковин с натянутыми вдоль и поперёк струнами разбежались глаза.
– Конечно, нет, – проворчал Иоанн Фердинанд. – Я же говорю, имрань не так устроена. Она звучит в другом диапазоне, понимаешь? – Он грустно постучал пальцем по гарнитуре.
– Ну и ладно, будешь в своём наушнике играть. – Аддарекх не видел беды. – Заодно и я послушаю. Давай, попробуй что-нибудь.
Он взял с витрины первый попавшийся инструмент и сунул Иоанну Фердинанду. Тот приладился так и этак, щипнул струну и душераздирающе вздохнул.
