Но там графиня подгадила. А теперь был риск, что аппарат не заведётся из-за силы желания. Хренова физиология! Походу, секс и любовь противопоказаны друг другу. Нет, он не может, не должен разочаровать свою барышню.
Трясущимися руками, тыкающими ключ мимо замочной скважины, Назимов открыл дверь, втолкнул Машу в переднюю. И сразу же заявил о своих намерениях голодным поцелуем. Мария страстно ответила – её тоже колотило от желания. Не размыкая губ, Назимов подхватил её на руки и понёс к намеренно неубранной утром постели.
Проклятая одежда мешала припасть кожей к коже. Матюха завозился, пытаясь расстегнуть пуговицы на блузке, но они оказались лишь имитацией застёжки. Тогда Маша подняла руки и помогла стянуть кофточку через голову. И сама соблазнительным гибким движением расстегнула на спине застежку лифчика. Наконец-то Матвей увидел то, что столько напрасно потерянного времени представлял себе с мазохистской скрупулёзностью. Только реальность оказалась ярче его воспалённых фантазий: перед глазами высились две аппетитные горки сливочного мороженного, политого сверху вишневым сиропом и с пьяной ягодкой на вершине.
Матюха жадно сгрёб их в две горсти, сжал, сунул нос в образовавшуюся ложбинку. И задохнулся от головокружительного неспело-сладкого Машиного аромата, приправленного лёгкой кислинкой пота. Вот он – рай земной! Но впереди ожидало ещё большее наслаждение.
Назимов зацепил согнутым пальцем и начал стягивать трикотажные трусики. И по мере того, как они скользили вниз по телу, Матвей словно вступал во владение сокровищами, что были обещаны ему. Сначала явился впалый живот с раскрытым глазком пупка (неужели Дан был прав?) и парный выступ тазобедренных косточек. Ниже показалась нетронутая эпиляцией курчавость лобковых волос, целомудренно прикрывавших вход в святая святых. Полукружьями разошлись тесные складки паха, которые хотелось раскрыть и заполнить поцелуями. Но Матвей остановился только на миг, чтобы снова внутренне ахнуть от совершенства женских форм. Он спустился ниже, к коленкам, к голеням, покрытым светлым пухом щекотных на ощупь волосков, к тонким сухим щиколоткам, продолженным узкими следками. Трусики зацепились за палец ноги со скорлупкой ненакрашенного ноготка. Матюха сдернул их, отбросил в сторону и уставился на полностью обнажённое тело. Райский абзац! Всё это совершенство теперь принадлежало ему!
Маша чувственно вздрагивала от каждого прикосновения. Она нетерпеливо притянула Матвея к себе, жадно поцеловала (сама!) и прошептала ему в губы:
- Пожалуйста, сейчас! Иначе я не выдержу.
Матвей сорвал с себя футболку. Замутнённым глазом Маша мазнула по его торсу с шестью зачётными кубиками, и уголки её губ слабо приподнялись в улыбке. «Саламандру заметила», - догадался он и привычно расправил плечи, чтобы показать татуху во всей красе. И тут же одёрнул себя: не время - барышня ждала любви.
Матюха в секунду скинул остальное шмотьё. Доведённым до автоматизма движением он выдвинул ящик прикроватной тумбочки, достал упаковку презервативов, оторвал серебристый квадратик, распечатал его. И уловил быструю тень разочарования на Машином лице. Неужели она предпочитала незащищённый секс? Он и сам любил такой, но сознательно отказывал себе в этом удовольствии. Резинка зачётно предохраняла его и партнёрш от нежелательных последствий. Прямой контакт – это для семейных пар или для верных друг другу любовников.
Одним сильным движением Матвей вошел в готовое принять его лоно. Экстаз! Маша внутри была такой узкой и горячей, что он испугался сразу же кончить. И вдруг – оп-пачки! - почувствовал сильные оргастические спазмы. Барышня финишировала первой - от одного предвкушения! Такого с Матюхой ещё не было. И словно груз с души свалился – теперь можно было сосредоточиться на собственном наслаждении.
Матвей отпустил себя, выключил мозг и несколькими энергичными толчками догнал Машу. После бурного финиша он перекатился на спину. Теперь они лежали рядом – два хреновых спринтера, которым не хватило терпения на длинный забег.
Внезапно в груди, в подвздошьи, ни с того, ни с сего зародился ликующий неконтролируемый смех – он рвался к горлу и требовал немедленного выплеска. Матюха коротко булькнул и подавился. Расслабленная Маша повернула голову и удивлённо посмотрела на него. Матвей снова гоготнул и сцепил челюсти, чтобы удержать хохот внутри. Но, чем больше он боролся, тем хуже удавалось побороть приступ – смех толчками выплёскивался изо рта, а глаза протекли слезами.
- Ты что?
- Ни-ха-ха-чего. О-ха-ха-хо-хо!
- Это ты надо мной смеёшься? – сердито сдвинулись домиком брови.
Маша перекатилась на живот и, играя, ударила Матюху в грудь жёстким требовательным кулачком. Но это рассмешило его ещё больше.
- О-хо-ха-хо-ха! Нет, о-ха-ха.
- Тогда над чем?
- Я, ха-ха-хо… Я, о-хо-ха-ха… Я счастлив!
А ведь он сказал правду – внутри него бил фонтан свежего чистого счастья. Это оно переполняло Матюху и бульканьем вырывалось на поверхность, оно заливало щеки и подбородок слезами. Внезапное открытие остановило приступ. Матвей вытер ладонями мокрое лицо:
- Я реально счастлив. Мне очень хорошо. А тебе?
Маша кивнула головой и благодарно поцеловала Матюху в уголок рта. И указала глазами на татуировку:
- Кто это у тебя? Саламандра?
- Она. Нравится?
- Красивая, - подушечка указательного пальчика погладила пятнистую шкурку ящерицы, от чего Матвей вздрогнул. – А почему именно саламандра?
- В огне не горит. Способна менять кожу и обновляться. И выглядит зачётно.
Маша снова провела пальцем по татухе – от головы к хвосту, свисавшему с плеча, как аксельбант.
- Меня в школе один мальчишка дразнил Саломахой. А потом весь класс подхватил.
Оп-пачки! Матвей застыл: ещё один кусочек в картинку паранормального паззла?
- Почему Саломахой?
- Саломатина Маша - Саломаша. А когда я треснула его учебником по голове, то превратилась в Саломаху.
- Ты? Ты треснула его учебником по голове?! Не верю.
Чтобы доказать способность к насилию, Маша навалилась на Матюху, схватила обеими руками его за горло и сделала вид, что душит. Но он вывернулся, сгрёб барышню в охапку, подмял под себя. Хотел, было, укусить за губу, но укус наполнился страстью, перешёл в поцелуй, а дальше – в сладкое неизбежное…
- У меня для тебя хорошая новость, - сразу же после приветственного поцелуя выпалила Мария. – Представляешь, я нашла первого ныне здравствующего потомка Жихаревых. Ты рад?
Оп-пачки! Матвей застыл на месте. В последнее время он предпочитал не вспоминать, для чего велись поиски Жихаревых и чем они должны были закончиться. Всё было так зачётно: общая цель, совместная работа, радость открытий, наслаждение общением. А после того, как две недели назад они стали любовниками, стало вообще улётно. Матюха яростно отгонял мысль, что их проект когда-нибудь завершится – пусть бы так и тянулся: год, два, пять… А он – аццкий абзац! – раз и подъехал к концу. И впереди снова замаячила пугающая неопределённость.
Маша даже не подозревала, насколько разочаровала Назимова. Она схватила его за руку, потянула за собой в комнату и поставила перед крафт-листом с деревом, на котором проклюнулся новый отросток.
За два месяца поисков жихаревское родовое древо заметно разветвилось и закурчавилось, несмотря на то, что многие ветви были безжалостно обрублены революциями, войнами, репрессиями. Пара побегов прошмыгнула под заборами госграниц и укоренилась на чужой почве. Но интуиция подсказывала Назимову, что нынешний владелец перстня Тормазовых стопроцентно жил не за границей, а в России. И даже ещё конкретней – в Москве.
- Вот! - Маша ткнула пальцем в свежую веточку на схеме. - Женщина, зовут её Влада Андреевна Жихарева, восемьдесят первого года рождения. Значит, сейчас ей тридцать восемь. Живёт здесь, в Москве. Очень удобно.
Значит, Матюхина чуйка сработала. А лёгкий укол сердечной боли подтвердил: Влада Андреевна – именно та, кого он искал. И больше никого разыскивать не нужно.
- Я молодец? – выпрашивая комплимент, улыбнулась Маша. – Мы уже почти дошли до финала. Есть ещё две российские ветви, но их я пока не отрабатывала. Подумала, что сначала следует закончить с Владой Андреевной. Давай сегодня ею и займемся.
Назимов обнял Машу, зарылся лицом в её душистые волосы. Адски хотелось спрятаться от того, что предстояло впереди. Разве его Саломахе нужен проклятый перстень? Она абсолютно равнодушна к ювелирке – у неё и было всего-то несколько дешёвеньких колечек да цепочек. Что она будет делать с драгоценным рубином, куда носить?
Маша заёрзала в Матюхиных объятиях.
- Пусти, Матвей, время идёт.
Но Назимов только крепче вжался в горячую мягкую плоть и искусительно прошептал на ушко:
- Может, забьём сегодня на Жихаревых и поедем покатаемся?
- Это называется «прокрастинация», - заговорила в барышне строгая командирша, - отвлекаться, когда надо просто доделать работу до конца. Ты что, не хочешь закончить свой проект?
- Не хочу, - честно признался Матвей. – Я тебя хочу. Поехали ко мне? Я тебя всю расцелую от макушки до пяточек. Я так по тебе соскучился, Саломаха!
Назимов прочертил пальцем длинную линию от уха вниз по шее к груди. Маша задышала часто и жарко – она мгновенно заводилась от его ласки. Матюха поцеловал горячий розовый пробор в русых волосах:
- Собирайся, едем!
Вечер оказался жарким – со страстными стонами и провалами в любовное беспамятство. Глупо, что при первом знакомстве Матюха счёл Саломаху фригидным спинстером. Абсурд! Просто чувственность пряталась глубоко-глубоко, пока он не выманил её наружу. Походу, он, как сказочный принц, совершил подвиг – нашёл и разбудил спящую красавицу. И она стала его наградой.
Матвей уже выучил, как довести Машу до экстаза. Он ласкал её, дразнил, распалял, пока ясный взгляд не затуманивался, пока дыхание не становилось прерывистым и хриплым, как у астматика. И только тогда, не раньше и не позже, Матюха приступал к мощному финишному рывку. Он пронзал собой тело Саломахи, достигая точки, где сливалась не только плоть, но и души. Там, на пике наслаждения, они вместе на мгновение замирали и в судорогах освобождения катились вниз – оба мокрые, скользкие от пота, сросшиеся, как новорождённые сиамские близнецы. А внизу их поджидало сладостное забвение – когда время останавливалось, потому что мгновение это было прекрасно. И они лежали по-прежнему соединённые в бёдрах - двумя нераспавшимися половинками одного целого.
Около одиннадцати Маша пришла в себя, взглянула на часы и тревожно ойкнула:
- Всё, мне пора.
- Почему ты всегда убегаешь? Останься, - попробовал задержать её Матвей. Он не мог смириться с тем, как легко, без сожалений, Маша уходила от него.
- Не могу. Мама будет беспокоиться.
- Твоя мама давно уже всё поняла. И она не возражает.
- Почему ты так думаешь?
- Потому что у женщины в твоём возрасте должен быть качественный регулярный секс. Это нормально. И для здоровья полезно.
- А у нас с тобой – секс? – Маша испытующе посмотрела на Матвея колючими глазами.
Оп-пачки! Вопрос был задан с пугающей серьёзностью. Но Назимов не мог заставить себя сказать то, что она хотела услышать. Он пока ещё не дозрел до признаний.
- У нас охренительный зачётный секс.
Матвей видел, что Саломаха разочарована: она ожидала другого слова. Он секунду подумал и подсластил сказанное комплиментом:
- Ты самая вкусная, самая желанная.
Мария растянула губы в невесёлую улыбку и сказала:
- Ну, раз секс закончился, я пошла?
- Погоди, я тебя отвезу, - Матвей вскочил с постели и принялся натягивать трусы.
- Не надо, сама доеду.
- Нет. Время позднее, Саломаха, мало ли какие маньяки по улицам шастают. - Матвей подошёл вплотную и, наклонив голову, чмокнул её в нос. – Шесть секунд, и я буду готов.
Назимов вернулся домой около полуночи. Он проглотил бутерброд из чёрствого хлеба с полукопчёной колбасой (после секса у него всегда просыпался зверский голод) и раскрыл ноутбук. Маша права – проект надо было завершать.
Поисковик быстро нашёл Жихареву. Влада Андреевна восемьдесят первого года рождения оказалась крутой бизнесвумен. Имела собственную клининговую фирму «Блеск», и, походу, не маленькую. Назимов зашел на сайт. Услуги частным и корпоративным клиентам: чистка ковров, напольных покрытий и мебели, уборка помещений, мытьё окон. Девять лет на рынке. Нехилый срок - обычно новообразованные фирмочки разоряются в первые год-два.
На сайте компании в разделе «Менеджмент» имелся портрет и краткая биографическая справка. Матюха с любопытством вгляделся в фотографию. Типичная «знойная женщина, мечта поэта» - жгучая брюнетка с копной кудрявых волос. Лицо полное, гладкое, явно не на сорок: то ли фотка несвежая, то ли тюнинг зачётный. Взгляд угольно-черных глаз оставлял впечатление ожога. Как сказал бы Дан, «знатный бабец» - как раз в его вкусе.
В биографии говорилось, что Жихарева В.А. имела диплом Плешки (Российского экономического университета имени Плеханова) и опыт работы в гостиничном бизнесе. Семь лет назад получила сертификат Мастера бизнес-администрирования. А в две тысячи десятом совместно с партнёром учредила фирму «Блеск».
Интересно, партнёр – это кто? Муж? Любовник? И каково сейчас её семейное положение? Если Жихарева одинока, то познакомиться с ней не проблема. Самодостаточные бизнесвумен легко шли на контакт с обладателями зачётных шести кубиков пресса в расчёте на маленькие плотские радости. И тут же кольнула совесть – а как же Маша?
Аццкий абзац! Пару месяцев назад Назимов подписался бы на это дело безо всяких сомнений и даже с удовольствием. Но сегодня… Сегодня у него была Саломаха. Она не простит измены: выкинет его из жизни, как вышвырнула когда-то этого козла Бориса. Даже если потом будет жалеть и плакать по ночам. Мария - максималистка: или всё, или ничего.
А если натравить на Жихареву Генку Данчика? Перстня он стопроцентов не добудет, но инфу может собрать. И кайф свой получит. Или всё-таки заняться самому? Как говорится: хочешь сделать хорошо – сделай сам. Но как он отмажется перед Машей?
Матвей задумчиво пошарил глазами по комнате и остановил взгляд на окнах, за которыми тёк густой дёготь сумерек с мусорными золотинками огней. Когда он последний раз мыл стёкла? Ночью, в темноте, грязи не было видно, а днём смотрелось хреновато. Даже Маша пару раз неодобрительно косилась.
И вдруг в голове сверкнула зачётная идея. Собрать инфу о Жихаревой можно было, став клиентом «Блеска». До кучи и окна ему помоют. Двойная выгода!
На сайте фирмы Назимов открыл раздел «Наши услуги и цены». Сумма за мытьё окон оказалась подъёмной, и он сразу же заполнил форму онлайн заявки. Чатбот пообещал, что менеджер свяжется с ним в ближайшее время. Значит, утром - в полночь менеджеры спят.
Матвей лег в пропахшую мучительным, неспело-сладким запахом постель. На помятой тёмно-синей наволочке змеился русый волос. Простыня сбилась в ком и нескромно намекала, чем здесь недавно занимались. С какого перепуга Саломаха сорвалась и уехала? А если бы он сказал, что между ними был НЕ секс, а отношения на букву «л»? Согласилась бы она остаться? Матюха зевнул, уткнулся носом в ямку на подушке, где лежала Машина голова, и заснул.
***
Трясущимися руками, тыкающими ключ мимо замочной скважины, Назимов открыл дверь, втолкнул Машу в переднюю. И сразу же заявил о своих намерениях голодным поцелуем. Мария страстно ответила – её тоже колотило от желания. Не размыкая губ, Назимов подхватил её на руки и понёс к намеренно неубранной утром постели.
Проклятая одежда мешала припасть кожей к коже. Матюха завозился, пытаясь расстегнуть пуговицы на блузке, но они оказались лишь имитацией застёжки. Тогда Маша подняла руки и помогла стянуть кофточку через голову. И сама соблазнительным гибким движением расстегнула на спине застежку лифчика. Наконец-то Матвей увидел то, что столько напрасно потерянного времени представлял себе с мазохистской скрупулёзностью. Только реальность оказалась ярче его воспалённых фантазий: перед глазами высились две аппетитные горки сливочного мороженного, политого сверху вишневым сиропом и с пьяной ягодкой на вершине.
Матюха жадно сгрёб их в две горсти, сжал, сунул нос в образовавшуюся ложбинку. И задохнулся от головокружительного неспело-сладкого Машиного аромата, приправленного лёгкой кислинкой пота. Вот он – рай земной! Но впереди ожидало ещё большее наслаждение.
Назимов зацепил согнутым пальцем и начал стягивать трикотажные трусики. И по мере того, как они скользили вниз по телу, Матвей словно вступал во владение сокровищами, что были обещаны ему. Сначала явился впалый живот с раскрытым глазком пупка (неужели Дан был прав?) и парный выступ тазобедренных косточек. Ниже показалась нетронутая эпиляцией курчавость лобковых волос, целомудренно прикрывавших вход в святая святых. Полукружьями разошлись тесные складки паха, которые хотелось раскрыть и заполнить поцелуями. Но Матвей остановился только на миг, чтобы снова внутренне ахнуть от совершенства женских форм. Он спустился ниже, к коленкам, к голеням, покрытым светлым пухом щекотных на ощупь волосков, к тонким сухим щиколоткам, продолженным узкими следками. Трусики зацепились за палец ноги со скорлупкой ненакрашенного ноготка. Матюха сдернул их, отбросил в сторону и уставился на полностью обнажённое тело. Райский абзац! Всё это совершенство теперь принадлежало ему!
Маша чувственно вздрагивала от каждого прикосновения. Она нетерпеливо притянула Матвея к себе, жадно поцеловала (сама!) и прошептала ему в губы:
- Пожалуйста, сейчас! Иначе я не выдержу.
Матвей сорвал с себя футболку. Замутнённым глазом Маша мазнула по его торсу с шестью зачётными кубиками, и уголки её губ слабо приподнялись в улыбке. «Саламандру заметила», - догадался он и привычно расправил плечи, чтобы показать татуху во всей красе. И тут же одёрнул себя: не время - барышня ждала любви.
Матюха в секунду скинул остальное шмотьё. Доведённым до автоматизма движением он выдвинул ящик прикроватной тумбочки, достал упаковку презервативов, оторвал серебристый квадратик, распечатал его. И уловил быструю тень разочарования на Машином лице. Неужели она предпочитала незащищённый секс? Он и сам любил такой, но сознательно отказывал себе в этом удовольствии. Резинка зачётно предохраняла его и партнёрш от нежелательных последствий. Прямой контакт – это для семейных пар или для верных друг другу любовников.
Одним сильным движением Матвей вошел в готовое принять его лоно. Экстаз! Маша внутри была такой узкой и горячей, что он испугался сразу же кончить. И вдруг – оп-пачки! - почувствовал сильные оргастические спазмы. Барышня финишировала первой - от одного предвкушения! Такого с Матюхой ещё не было. И словно груз с души свалился – теперь можно было сосредоточиться на собственном наслаждении.
Матвей отпустил себя, выключил мозг и несколькими энергичными толчками догнал Машу. После бурного финиша он перекатился на спину. Теперь они лежали рядом – два хреновых спринтера, которым не хватило терпения на длинный забег.
Внезапно в груди, в подвздошьи, ни с того, ни с сего зародился ликующий неконтролируемый смех – он рвался к горлу и требовал немедленного выплеска. Матюха коротко булькнул и подавился. Расслабленная Маша повернула голову и удивлённо посмотрела на него. Матвей снова гоготнул и сцепил челюсти, чтобы удержать хохот внутри. Но, чем больше он боролся, тем хуже удавалось побороть приступ – смех толчками выплёскивался изо рта, а глаза протекли слезами.
- Ты что?
- Ни-ха-ха-чего. О-ха-ха-хо-хо!
- Это ты надо мной смеёшься? – сердито сдвинулись домиком брови.
Маша перекатилась на живот и, играя, ударила Матюху в грудь жёстким требовательным кулачком. Но это рассмешило его ещё больше.
- О-хо-ха-хо-ха! Нет, о-ха-ха.
- Тогда над чем?
- Я, ха-ха-хо… Я, о-хо-ха-ха… Я счастлив!
А ведь он сказал правду – внутри него бил фонтан свежего чистого счастья. Это оно переполняло Матюху и бульканьем вырывалось на поверхность, оно заливало щеки и подбородок слезами. Внезапное открытие остановило приступ. Матвей вытер ладонями мокрое лицо:
- Я реально счастлив. Мне очень хорошо. А тебе?
Маша кивнула головой и благодарно поцеловала Матюху в уголок рта. И указала глазами на татуировку:
- Кто это у тебя? Саламандра?
- Она. Нравится?
- Красивая, - подушечка указательного пальчика погладила пятнистую шкурку ящерицы, от чего Матвей вздрогнул. – А почему именно саламандра?
- В огне не горит. Способна менять кожу и обновляться. И выглядит зачётно.
Маша снова провела пальцем по татухе – от головы к хвосту, свисавшему с плеча, как аксельбант.
- Меня в школе один мальчишка дразнил Саломахой. А потом весь класс подхватил.
Оп-пачки! Матвей застыл: ещё один кусочек в картинку паранормального паззла?
- Почему Саломахой?
- Саломатина Маша - Саломаша. А когда я треснула его учебником по голове, то превратилась в Саломаху.
- Ты? Ты треснула его учебником по голове?! Не верю.
Чтобы доказать способность к насилию, Маша навалилась на Матюху, схватила обеими руками его за горло и сделала вид, что душит. Но он вывернулся, сгрёб барышню в охапку, подмял под себя. Хотел, было, укусить за губу, но укус наполнился страстью, перешёл в поцелуй, а дальше – в сладкое неизбежное…
Глава 17
- У меня для тебя хорошая новость, - сразу же после приветственного поцелуя выпалила Мария. – Представляешь, я нашла первого ныне здравствующего потомка Жихаревых. Ты рад?
Оп-пачки! Матвей застыл на месте. В последнее время он предпочитал не вспоминать, для чего велись поиски Жихаревых и чем они должны были закончиться. Всё было так зачётно: общая цель, совместная работа, радость открытий, наслаждение общением. А после того, как две недели назад они стали любовниками, стало вообще улётно. Матюха яростно отгонял мысль, что их проект когда-нибудь завершится – пусть бы так и тянулся: год, два, пять… А он – аццкий абзац! – раз и подъехал к концу. И впереди снова замаячила пугающая неопределённость.
Маша даже не подозревала, насколько разочаровала Назимова. Она схватила его за руку, потянула за собой в комнату и поставила перед крафт-листом с деревом, на котором проклюнулся новый отросток.
За два месяца поисков жихаревское родовое древо заметно разветвилось и закурчавилось, несмотря на то, что многие ветви были безжалостно обрублены революциями, войнами, репрессиями. Пара побегов прошмыгнула под заборами госграниц и укоренилась на чужой почве. Но интуиция подсказывала Назимову, что нынешний владелец перстня Тормазовых стопроцентно жил не за границей, а в России. И даже ещё конкретней – в Москве.
- Вот! - Маша ткнула пальцем в свежую веточку на схеме. - Женщина, зовут её Влада Андреевна Жихарева, восемьдесят первого года рождения. Значит, сейчас ей тридцать восемь. Живёт здесь, в Москве. Очень удобно.
Значит, Матюхина чуйка сработала. А лёгкий укол сердечной боли подтвердил: Влада Андреевна – именно та, кого он искал. И больше никого разыскивать не нужно.
- Я молодец? – выпрашивая комплимент, улыбнулась Маша. – Мы уже почти дошли до финала. Есть ещё две российские ветви, но их я пока не отрабатывала. Подумала, что сначала следует закончить с Владой Андреевной. Давай сегодня ею и займемся.
Назимов обнял Машу, зарылся лицом в её душистые волосы. Адски хотелось спрятаться от того, что предстояло впереди. Разве его Саломахе нужен проклятый перстень? Она абсолютно равнодушна к ювелирке – у неё и было всего-то несколько дешёвеньких колечек да цепочек. Что она будет делать с драгоценным рубином, куда носить?
Маша заёрзала в Матюхиных объятиях.
- Пусти, Матвей, время идёт.
Но Назимов только крепче вжался в горячую мягкую плоть и искусительно прошептал на ушко:
- Может, забьём сегодня на Жихаревых и поедем покатаемся?
- Это называется «прокрастинация», - заговорила в барышне строгая командирша, - отвлекаться, когда надо просто доделать работу до конца. Ты что, не хочешь закончить свой проект?
- Не хочу, - честно признался Матвей. – Я тебя хочу. Поехали ко мне? Я тебя всю расцелую от макушки до пяточек. Я так по тебе соскучился, Саломаха!
Назимов прочертил пальцем длинную линию от уха вниз по шее к груди. Маша задышала часто и жарко – она мгновенно заводилась от его ласки. Матюха поцеловал горячий розовый пробор в русых волосах:
- Собирайся, едем!
***
Вечер оказался жарким – со страстными стонами и провалами в любовное беспамятство. Глупо, что при первом знакомстве Матюха счёл Саломаху фригидным спинстером. Абсурд! Просто чувственность пряталась глубоко-глубоко, пока он не выманил её наружу. Походу, он, как сказочный принц, совершил подвиг – нашёл и разбудил спящую красавицу. И она стала его наградой.
Матвей уже выучил, как довести Машу до экстаза. Он ласкал её, дразнил, распалял, пока ясный взгляд не затуманивался, пока дыхание не становилось прерывистым и хриплым, как у астматика. И только тогда, не раньше и не позже, Матюха приступал к мощному финишному рывку. Он пронзал собой тело Саломахи, достигая точки, где сливалась не только плоть, но и души. Там, на пике наслаждения, они вместе на мгновение замирали и в судорогах освобождения катились вниз – оба мокрые, скользкие от пота, сросшиеся, как новорождённые сиамские близнецы. А внизу их поджидало сладостное забвение – когда время останавливалось, потому что мгновение это было прекрасно. И они лежали по-прежнему соединённые в бёдрах - двумя нераспавшимися половинками одного целого.
Около одиннадцати Маша пришла в себя, взглянула на часы и тревожно ойкнула:
- Всё, мне пора.
- Почему ты всегда убегаешь? Останься, - попробовал задержать её Матвей. Он не мог смириться с тем, как легко, без сожалений, Маша уходила от него.
- Не могу. Мама будет беспокоиться.
- Твоя мама давно уже всё поняла. И она не возражает.
- Почему ты так думаешь?
- Потому что у женщины в твоём возрасте должен быть качественный регулярный секс. Это нормально. И для здоровья полезно.
- А у нас с тобой – секс? – Маша испытующе посмотрела на Матвея колючими глазами.
Оп-пачки! Вопрос был задан с пугающей серьёзностью. Но Назимов не мог заставить себя сказать то, что она хотела услышать. Он пока ещё не дозрел до признаний.
- У нас охренительный зачётный секс.
Матвей видел, что Саломаха разочарована: она ожидала другого слова. Он секунду подумал и подсластил сказанное комплиментом:
- Ты самая вкусная, самая желанная.
Мария растянула губы в невесёлую улыбку и сказала:
- Ну, раз секс закончился, я пошла?
- Погоди, я тебя отвезу, - Матвей вскочил с постели и принялся натягивать трусы.
- Не надо, сама доеду.
- Нет. Время позднее, Саломаха, мало ли какие маньяки по улицам шастают. - Матвей подошёл вплотную и, наклонив голову, чмокнул её в нос. – Шесть секунд, и я буду готов.
***
Назимов вернулся домой около полуночи. Он проглотил бутерброд из чёрствого хлеба с полукопчёной колбасой (после секса у него всегда просыпался зверский голод) и раскрыл ноутбук. Маша права – проект надо было завершать.
Поисковик быстро нашёл Жихареву. Влада Андреевна восемьдесят первого года рождения оказалась крутой бизнесвумен. Имела собственную клининговую фирму «Блеск», и, походу, не маленькую. Назимов зашел на сайт. Услуги частным и корпоративным клиентам: чистка ковров, напольных покрытий и мебели, уборка помещений, мытьё окон. Девять лет на рынке. Нехилый срок - обычно новообразованные фирмочки разоряются в первые год-два.
На сайте компании в разделе «Менеджмент» имелся портрет и краткая биографическая справка. Матюха с любопытством вгляделся в фотографию. Типичная «знойная женщина, мечта поэта» - жгучая брюнетка с копной кудрявых волос. Лицо полное, гладкое, явно не на сорок: то ли фотка несвежая, то ли тюнинг зачётный. Взгляд угольно-черных глаз оставлял впечатление ожога. Как сказал бы Дан, «знатный бабец» - как раз в его вкусе.
В биографии говорилось, что Жихарева В.А. имела диплом Плешки (Российского экономического университета имени Плеханова) и опыт работы в гостиничном бизнесе. Семь лет назад получила сертификат Мастера бизнес-администрирования. А в две тысячи десятом совместно с партнёром учредила фирму «Блеск».
Интересно, партнёр – это кто? Муж? Любовник? И каково сейчас её семейное положение? Если Жихарева одинока, то познакомиться с ней не проблема. Самодостаточные бизнесвумен легко шли на контакт с обладателями зачётных шести кубиков пресса в расчёте на маленькие плотские радости. И тут же кольнула совесть – а как же Маша?
Аццкий абзац! Пару месяцев назад Назимов подписался бы на это дело безо всяких сомнений и даже с удовольствием. Но сегодня… Сегодня у него была Саломаха. Она не простит измены: выкинет его из жизни, как вышвырнула когда-то этого козла Бориса. Даже если потом будет жалеть и плакать по ночам. Мария - максималистка: или всё, или ничего.
А если натравить на Жихареву Генку Данчика? Перстня он стопроцентов не добудет, но инфу может собрать. И кайф свой получит. Или всё-таки заняться самому? Как говорится: хочешь сделать хорошо – сделай сам. Но как он отмажется перед Машей?
Матвей задумчиво пошарил глазами по комнате и остановил взгляд на окнах, за которыми тёк густой дёготь сумерек с мусорными золотинками огней. Когда он последний раз мыл стёкла? Ночью, в темноте, грязи не было видно, а днём смотрелось хреновато. Даже Маша пару раз неодобрительно косилась.
И вдруг в голове сверкнула зачётная идея. Собрать инфу о Жихаревой можно было, став клиентом «Блеска». До кучи и окна ему помоют. Двойная выгода!
На сайте фирмы Назимов открыл раздел «Наши услуги и цены». Сумма за мытьё окон оказалась подъёмной, и он сразу же заполнил форму онлайн заявки. Чатбот пообещал, что менеджер свяжется с ним в ближайшее время. Значит, утром - в полночь менеджеры спят.
Матвей лег в пропахшую мучительным, неспело-сладким запахом постель. На помятой тёмно-синей наволочке змеился русый волос. Простыня сбилась в ком и нескромно намекала, чем здесь недавно занимались. С какого перепуга Саломаха сорвалась и уехала? А если бы он сказал, что между ними был НЕ секс, а отношения на букву «л»? Согласилась бы она остаться? Матюха зевнул, уткнулся носом в ямку на подушке, где лежала Машина голова, и заснул.
