- Это сколько угодно, - оживился Али Вахан, вскочив на ноги, - бокал красного вина вам совсем не повредит.
Он пулей понёсся к двери.
- А где Селена, доктор? - крикнул ему вслед Сарнияр.
Эскулап неохотно остановился у порога.
- Кажется, её за чем-то вызвали в гарем.
- И я даже догадываюсь, зачем, - понимающе усмехнулся царевич. - В честь такого события всем подданным раздают праздничное угощение.
- Так принято, ваше высочество.
- Я ничего не имею против, лишь хочу, чтобы моя фаворитка отметила его вместе со мной. Пусть её немедленно доставят ко мне.
- Слушаюсь, ваше высочество.
- И пусть она будет одета как невеста, - капризно выпятил нижнюю губу Сарнияр. - Я тоже хочу брачную ночь.
- Сколько угодно, ваше высочество, сколько угодно! - воскликнул Али Вахан.
Он выбежал из спальни, захлопнув за собой дверь. Не прошло и пяти минут, как из пола, словно гриб-переросток вырос низенький бронзовый столик, заставленный кувшинами и блюдами. Сарнияр уже привык к тому, что все его желания исполняются, как по мановению волшебной палочки и принял очередной сюрприз не как чудо, а как должное. Усевшись за столик, он понемногу отведал с каждого из блюд, а затем наполнил кубок до краёв густым вином, благоухающим розами и мускатом.
- Ну вот, - сказал он, осушив его одним глотком, - счастья вам на долгие годы, братишка и... девочка моя, луноликая Асара. Пусть Аллах убережёт вас от всех напастей... и от меня, потому что, видит бог, мне нелегко смириться с вашим браком.
Немного заглушив свою боль нектаром из винного погреба султана, Сарнияр вспомнил про свою фаворитку.
- А где же Селена, Властитель? - ухмыльнулся он, оглядывая комнату мутными глазами. - Ах да, я совсем забыл, баранья моя голова, её же наряжают для меня невестой. Зря я этого пожелал, наверняка это такой муторный процесс, что ночь пройдёт раньше, чем его доведут до конца. И придётся нам вместо брачной ночи провести брачное утро, а это уже совсем не то, и всего вашего погреба не хватит, чтобы я хоть на минуту поверил, будто сжимаю в своих объятиях Жемчужину Индии.
Только он произнёс эту тираду, как потолок раскололся, и вниз спустилась мраморная платформа с застывшей на ней фигуркой молодой женщины. Она была одета в свадебный наряд: красное шёлковое сари, расшитое золотыми горошинами, ангия-курти - кофточку того же цвета с глубоким квадратным вырезом и короткими рукавчиками и красную полупрозрачную юбку, по всему подолу которой были нашиты кусочки чистого золота. Головку девушки окутывало затканное золотом орхни (прим. автора: свадебное покрывало) с золотой бахромой, а лицо прикрывала полоска лёгкого золотистого газа. Кисти рук и крошечные как у ребёнка ступни ног были ярко разрисованы мехди - праздничной краской. Но это не так поразило Сарнияра, как то обстоятельство, что её подвенечный наряд выглядел несвежим, словно она проходила в нём весь день, не оберегая его при этом, как сделала бы любая нормальная девушка.
- О Аллах, - вымолвил он с невольной дрожью, - неужели у них не нашлось другого свадебного наряда и Селену обрядили в убор самой Жемчужины Индии?
Воображение его помимо воли нарисовало следующую картину: свита принцессы проводила её до покоев жениха, переодела для брачной ночи за специальной перегородкой, и тут один из евнухов, присланный Али Ваханом, слёзно молит новобрачную уступить ему свадебный наряд. На её вопрос, зачем он ему понадобился, евнух в смущении отвечает:
- Магараджа Голконды пожелал принять свою фаворитку в свадебном уборе. Он большой любитель такого рода развлечений, и нам ничего не остаётся, как подыгрывать ему, вот только найти подвенечный наряд на исходе дня невозможно.
В ответ Жемчужина Индии презрительно хмурит соболиные брови и говорит с сардонической ноткой в голосе:
- В таком случае, возьмите мой наряд для фаворитки магараджи и передайте ему от меня: я счастлива тем, что вышла замуж за вашего брата, который в отличие от вас любит, а не играет в любовь.
Царевич залпом осушил кубок, словно хотел утопить её образ в вине и сердито рыкнул:
- Селена, сейчас же скинь всё это! Убор невесты так же пристал тебе, как мне наряд жениха в эту ночь. Ну же, не стой столбом, шевелись!
От его резкого голоса застывшая фигурка мгновенно ожила, но, к его удивлению, вместо того, чтобы исполнить приказ, проворно спрыгнула с платформы и бросилась к двери.
Разозлившись, Сарнияр в мгновение ока настиг её и бесцеремонно сорвал с неё орхни. От этого грубого действа тщательно уложенные, переливающиеся как драгоценный шёлк кудри девушки рассыпались по её спине и плечам.
- О всемогущий Аллах! - ошеломлённо проговорил Сарнияр, зажав в ладони тёмную прядь её волос. - Асара! Почему ты здесь? Чья недобрая шутка привела тебя сюда?
Новобрачная зло сверкнула на него глазами. Сковавший её поначалу страх уступил место негодованию.
- Уж не моя, разумеется, - прошипела она, как разбуженная эфа. - Чья бы ни была эта шутка, я её жертва, а не участница! А вы, если не имеете к ней отношения, немедленно проводите меня к моему мужу!
- Да я бы и рад, - заверил её Сарнияр, - но, увы, не могу: всю мою одежду унесли из покоев, оставив только набедренную повязку, которую добропорядочный мусульманин не снимает даже в бане. В таком виде я не могу выйти из комнаты.
Асара в отчаянии махнула рукой.
- Хорошо, не нужно меня провожать, я сама найду дорогу.
Она схватилась за ручку двери и дёрнула её изо всех сил, но дверь не поддалась.
- Боже мой, - беспомощно всхлипнула Асара, - дверь заперта снаружи. И кому могло прийти в голову запереть меня здесь! - Она повернулась к царевичу и, прищурив глаза, процедила сквозь зубы. - Может быть, вы попробуете взломать затвор вместо того, чтобы стоять истуканом и спокойно смотреть, как я мучаюсь?
У Сарнияра не было ни капли желания удерживать чужую жену против воли в своей комнате. Подойдя к неподатливой двери, он нажал на неё плечом, затем с силой ударил по ней ногой и, наконец, стал трясти её, что есть мочи, но это ни к чему не привело. Дверь стояла намертво. Сарнияру не то, что сдвинуть хоть на палец, даже пошатнуть её не удалось.
- Я думаю, - сказал он после двух безуспешных попыток, - что дверь заклинена тем же механизмом, который спустил тебя ко мне. В любом случае, тебе не выбраться отсюда, крошка.
- До каких пор? - воскликнула Асара.
Сарнияр неопределённо пожал плечами.
- Пока человек, замысливший эту злую шутку, не выпустит тебя на волю.
- И кто же этот шутник, по-вашему? - сердито буркнула принцесса.
Сарнияр исподлобья взглянул на неё.
- Полагаю, твой отец. Кто ещё мог позволить себе подшутить над Жемчужиной Индии? Впрочем, я уже не уверен, что это была шутка.
Принцесса вздохнула полной грудью, как человек, чьи сомнения разрешились.
- По правде говоря, я тоже. Скорее, отец хотел уберечь меня, но всё-таки странно, что выбрал для этого такой непристойный способ.
- Уберечь? - удивился Сарнияр. - От чего уберечь? Может быть, ты поделишься со мной своими соображениями?
Асара была так расстроена случившимся, что без колебаний выложила ему весь инцидент с Кандрой от начала до конца.
- Очевидно, в последнюю минуту отец так испугался за меня, что...
- ... решил спрятать тебя от мужа в моей спальне? - Сарнияр не сумел удержаться от смеха.
- Вы находите это забавным? - возмутилась Асара.
- Нет. Но что я могу поделать? Мы заперты тут вдвоём от всего мира, и нам ничего не остаётся, кроме как провести эту ночь вместе. Завтра я призову султана к ответу, а сейчас нам лучше скоротать время за чарой вина. У тебя выдался тяжёлый день, Асара. Выпей со мной, и все твои тревоги растворятся в вине, как в водах священного Ганга.
Он налил ей кубок до самых краёв. Поколебавшись с минуту, она пригубила вино и с удивлением обнаружила, что его терпкий вкус ей нравится. Она даже не заметила, как осушила свой кубок. Крепкое густое вино, приправленное незнакомыми пряностями, произвело на неё усыпляющее действие.
- Ложись спать, Асара, - ласково предложил ей Сарнияр, заметив, как она отчаянно борется со сном, - моя кровать достаточно широка для нас обоих.
- Вы... предлагаете мне лечь в вашу кровать? - оторопела Асара, сливаясь цветом лица со своим подвенечным нарядом.
- В моих покоях только одна кровать, а я слишком хорошо воспитан, чтобы предложить тебе лечь на полу.
Асара боязливо примостилась на самом краешке кровати.
- Прости мне мою бестактность, - начал было Сарнияр, но она перебила его.
- Минуту назад вы похвалились, будто слишком хорошо воспитаны. Я была почти готова поверить вам, так что постарайтесь не испортить моего впечатления.
- Хорошо, - послушно согласился он, - но всё же это моя кровать...
- И что с того?
- Как я уже говорил, я считаю себя добропорядочным мусульманином, а любой добропорядочный мусульманин следит за чистотой своего тела. Посему мне совсем не улыбается лежать в одной постели с замарашкой.
- Что?!! - возмущённо вскрикнула Асара. - Замарашка - я?..
- Ну, не я же, - хмыкнул Сарнияр. - Посмотри внимательнее на свой наряд. Он весь перемазан травой и в каких-то крошках. Не кажется ли тебе, что лучше снять его, чтобы не запачкать постельное бельё?
- Но... - окончательно смешалась Асара, - я же тогда останусь совсем голая.
- Я дам тебе чистую простыню, и ты в неё завернёшься.
- Боюсь, что не смогу раздеться без помощи моей горничной.
- Если позволишь, я с удовольствием заменю тебе её, - давясь смехом, предложил Сарнияр.
- Нет, не стоит, - поспешно возразила Асара. - Я сама. Отвернитесь, пожалуйста.
Сарнияр нехотя повернулся к стене, подглядывая через плечо, как она разматывает бескрайние ярды своего подвенечного сари, одновременно стряхивая с него присохшие травинки и хлебные крошки.
- Какое свинство, - проворчала Асара и во избежание недоразумений пояснила. - Это Кандра, подстерегая меня за банановым деревом, чтобы скрасить себе ожидание, грызла рогалики из слоёного теста, начинённые мёдом и орехами. Я упала без сознания прямо на кучу её объедков. Эта маленькая обжора лопает много сладкого, особенно когда нервничает.
Наконец она полностью сняла с себя одежду, завернулась в льняную простыню и юркнула в постель. Хотя она проделала всё это почти с космической скоростью, он успел хорошо рассмотреть её прелести. У него даже дух захватило от этого зрелища. Никогда ещё не приходилось ему видеть таких совершенных линий, такой безупречной кожи, излучающей сияние.
- А знаешь, - улыбнулся Сарнияр, - из них с Зигфаром могла бы получиться гармоничная пара. Он тоже ужасный сладкоежка. Вполне способен бросить на полдороге важное дело или забыть о поручении, чтобы сгонять на кухню за чем-нибудь сладеньким.
- Ну и что? - ничуть не смутилась принцесса. - Вы ведь тоже любите сладости. Тётя Альмира так сказала.
- Кто? - не понял Сарнияр.
- Третья жена моего отца.
- Откуда бы ей знать про меня такие доскональности? - удивился он.
- Она говорила не конкретно про вас, а про всех мужчин в целом.
- И много она их повидала в своей жизни? - спросил царевич, сообразив, какой смысл Асара вложила в своё заявление.
- Нет, но, тем не менее, у неё за плечами большой жизненный опыт. И вы же не станете отрицать, что все мужчины сластолюбцы. Кто такая, скажем, эта Селена, которая должна была появиться здесь вместо меня? Кто эта женщина, чьё место на вашем ложе я по странной прихоти судьбы сейчас занимаю?
Асару давно разбирало любопытство по поводу блондинки, увиденной ею однажды в окне его комнаты. Сейчас она получила, как ей казалось, возможность удовлетворить своё любопытство, уведя разговор в сторону интересующего её предмета.
- Асара, - опешил он, - неужели ты... ревнуешь меня к моей рабыне?
- Ах, так значит, она ваша рабыня? Нет, я не ревную, ваше высочество, этого вы от меня не дождётесь. Я только напоминаю, что вы обещали не приводить в свою постель других женщин, если я соглашусь ответить на вашу любовь.
- Но ты не ответила на мою любовь, Асара! Что же мне оставалось делать, по-твоему?
- Вы лжёте, - не удержалась она, - эту рабыню уже приводили к вам до того, как я объявила о своём решении выйти замуж за Зигфара. Как-то вечером, гуляя по саду, я нечаянно приметила светловолосую девицу, одетую, как одеваются все рабыни моего отца. Она задёргивала шторы на окнах гостевых покоев. Мне стало любопытно, как эта наложница оказалась за пределами гарема, и я спросила садовника, кому отведены эти покои. Он ответил, что это ваши покои, Сарнияр Измаил.
- Асара! - воскликнул Сарнияр, схватив принцессу за плечи. - Так ты отказала мне из-за неё? Из-за этой пустоголовой куклы, которая ровным счётом ничего для меня не значит? О Аллах! Я держал её за толмача, потому что совершенно не мог изъясняться с прислугой. Ты же знаешь, что я ни бельмеса не понимаю в хинди - ну не даётся мне этот язык, хоть убей! - а вся султанская дворня лопочет только на нём.
- В самом деле? - недоверчиво сощурилась Асара. - Держали при себе как толмача, а сегодня пожелали, говоря иносказательно, провести с ней брачную ночь?
- Да, каюсь, - повесил нос Сарнияр. - Если я стану отпираться, ты всё равно мне не поверишь.
Он пулей понёсся к двери.
- А где Селена, доктор? - крикнул ему вслед Сарнияр.
Эскулап неохотно остановился у порога.
- Кажется, её за чем-то вызвали в гарем.
- И я даже догадываюсь, зачем, - понимающе усмехнулся царевич. - В честь такого события всем подданным раздают праздничное угощение.
- Так принято, ваше высочество.
- Я ничего не имею против, лишь хочу, чтобы моя фаворитка отметила его вместе со мной. Пусть её немедленно доставят ко мне.
- Слушаюсь, ваше высочество.
- И пусть она будет одета как невеста, - капризно выпятил нижнюю губу Сарнияр. - Я тоже хочу брачную ночь.
- Сколько угодно, ваше высочество, сколько угодно! - воскликнул Али Вахан.
Он выбежал из спальни, захлопнув за собой дверь. Не прошло и пяти минут, как из пола, словно гриб-переросток вырос низенький бронзовый столик, заставленный кувшинами и блюдами. Сарнияр уже привык к тому, что все его желания исполняются, как по мановению волшебной палочки и принял очередной сюрприз не как чудо, а как должное. Усевшись за столик, он понемногу отведал с каждого из блюд, а затем наполнил кубок до краёв густым вином, благоухающим розами и мускатом.
- Ну вот, - сказал он, осушив его одним глотком, - счастья вам на долгие годы, братишка и... девочка моя, луноликая Асара. Пусть Аллах убережёт вас от всех напастей... и от меня, потому что, видит бог, мне нелегко смириться с вашим браком.
Немного заглушив свою боль нектаром из винного погреба султана, Сарнияр вспомнил про свою фаворитку.
- А где же Селена, Властитель? - ухмыльнулся он, оглядывая комнату мутными глазами. - Ах да, я совсем забыл, баранья моя голова, её же наряжают для меня невестой. Зря я этого пожелал, наверняка это такой муторный процесс, что ночь пройдёт раньше, чем его доведут до конца. И придётся нам вместо брачной ночи провести брачное утро, а это уже совсем не то, и всего вашего погреба не хватит, чтобы я хоть на минуту поверил, будто сжимаю в своих объятиях Жемчужину Индии.
Только он произнёс эту тираду, как потолок раскололся, и вниз спустилась мраморная платформа с застывшей на ней фигуркой молодой женщины. Она была одета в свадебный наряд: красное шёлковое сари, расшитое золотыми горошинами, ангия-курти - кофточку того же цвета с глубоким квадратным вырезом и короткими рукавчиками и красную полупрозрачную юбку, по всему подолу которой были нашиты кусочки чистого золота. Головку девушки окутывало затканное золотом орхни (прим. автора: свадебное покрывало) с золотой бахромой, а лицо прикрывала полоска лёгкого золотистого газа. Кисти рук и крошечные как у ребёнка ступни ног были ярко разрисованы мехди - праздничной краской. Но это не так поразило Сарнияра, как то обстоятельство, что её подвенечный наряд выглядел несвежим, словно она проходила в нём весь день, не оберегая его при этом, как сделала бы любая нормальная девушка.
- О Аллах, - вымолвил он с невольной дрожью, - неужели у них не нашлось другого свадебного наряда и Селену обрядили в убор самой Жемчужины Индии?
Воображение его помимо воли нарисовало следующую картину: свита принцессы проводила её до покоев жениха, переодела для брачной ночи за специальной перегородкой, и тут один из евнухов, присланный Али Ваханом, слёзно молит новобрачную уступить ему свадебный наряд. На её вопрос, зачем он ему понадобился, евнух в смущении отвечает:
- Магараджа Голконды пожелал принять свою фаворитку в свадебном уборе. Он большой любитель такого рода развлечений, и нам ничего не остаётся, как подыгрывать ему, вот только найти подвенечный наряд на исходе дня невозможно.
В ответ Жемчужина Индии презрительно хмурит соболиные брови и говорит с сардонической ноткой в голосе:
- В таком случае, возьмите мой наряд для фаворитки магараджи и передайте ему от меня: я счастлива тем, что вышла замуж за вашего брата, который в отличие от вас любит, а не играет в любовь.
Царевич залпом осушил кубок, словно хотел утопить её образ в вине и сердито рыкнул:
- Селена, сейчас же скинь всё это! Убор невесты так же пристал тебе, как мне наряд жениха в эту ночь. Ну же, не стой столбом, шевелись!
От его резкого голоса застывшая фигурка мгновенно ожила, но, к его удивлению, вместо того, чтобы исполнить приказ, проворно спрыгнула с платформы и бросилась к двери.
Разозлившись, Сарнияр в мгновение ока настиг её и бесцеремонно сорвал с неё орхни. От этого грубого действа тщательно уложенные, переливающиеся как драгоценный шёлк кудри девушки рассыпались по её спине и плечам.
- О всемогущий Аллах! - ошеломлённо проговорил Сарнияр, зажав в ладони тёмную прядь её волос. - Асара! Почему ты здесь? Чья недобрая шутка привела тебя сюда?
Новобрачная зло сверкнула на него глазами. Сковавший её поначалу страх уступил место негодованию.
- Уж не моя, разумеется, - прошипела она, как разбуженная эфа. - Чья бы ни была эта шутка, я её жертва, а не участница! А вы, если не имеете к ней отношения, немедленно проводите меня к моему мужу!
- Да я бы и рад, - заверил её Сарнияр, - но, увы, не могу: всю мою одежду унесли из покоев, оставив только набедренную повязку, которую добропорядочный мусульманин не снимает даже в бане. В таком виде я не могу выйти из комнаты.
Асара в отчаянии махнула рукой.
- Хорошо, не нужно меня провожать, я сама найду дорогу.
Она схватилась за ручку двери и дёрнула её изо всех сил, но дверь не поддалась.
- Боже мой, - беспомощно всхлипнула Асара, - дверь заперта снаружи. И кому могло прийти в голову запереть меня здесь! - Она повернулась к царевичу и, прищурив глаза, процедила сквозь зубы. - Может быть, вы попробуете взломать затвор вместо того, чтобы стоять истуканом и спокойно смотреть, как я мучаюсь?
Прода от 18.08.2022, 06:59
У Сарнияра не было ни капли желания удерживать чужую жену против воли в своей комнате. Подойдя к неподатливой двери, он нажал на неё плечом, затем с силой ударил по ней ногой и, наконец, стал трясти её, что есть мочи, но это ни к чему не привело. Дверь стояла намертво. Сарнияру не то, что сдвинуть хоть на палец, даже пошатнуть её не удалось.
- Я думаю, - сказал он после двух безуспешных попыток, - что дверь заклинена тем же механизмом, который спустил тебя ко мне. В любом случае, тебе не выбраться отсюда, крошка.
- До каких пор? - воскликнула Асара.
Сарнияр неопределённо пожал плечами.
- Пока человек, замысливший эту злую шутку, не выпустит тебя на волю.
- И кто же этот шутник, по-вашему? - сердито буркнула принцесса.
Сарнияр исподлобья взглянул на неё.
- Полагаю, твой отец. Кто ещё мог позволить себе подшутить над Жемчужиной Индии? Впрочем, я уже не уверен, что это была шутка.
Принцесса вздохнула полной грудью, как человек, чьи сомнения разрешились.
- По правде говоря, я тоже. Скорее, отец хотел уберечь меня, но всё-таки странно, что выбрал для этого такой непристойный способ.
- Уберечь? - удивился Сарнияр. - От чего уберечь? Может быть, ты поделишься со мной своими соображениями?
Асара была так расстроена случившимся, что без колебаний выложила ему весь инцидент с Кандрой от начала до конца.
- Очевидно, в последнюю минуту отец так испугался за меня, что...
- ... решил спрятать тебя от мужа в моей спальне? - Сарнияр не сумел удержаться от смеха.
- Вы находите это забавным? - возмутилась Асара.
- Нет. Но что я могу поделать? Мы заперты тут вдвоём от всего мира, и нам ничего не остаётся, кроме как провести эту ночь вместе. Завтра я призову султана к ответу, а сейчас нам лучше скоротать время за чарой вина. У тебя выдался тяжёлый день, Асара. Выпей со мной, и все твои тревоги растворятся в вине, как в водах священного Ганга.
Он налил ей кубок до самых краёв. Поколебавшись с минуту, она пригубила вино и с удивлением обнаружила, что его терпкий вкус ей нравится. Она даже не заметила, как осушила свой кубок. Крепкое густое вино, приправленное незнакомыми пряностями, произвело на неё усыпляющее действие.
- Ложись спать, Асара, - ласково предложил ей Сарнияр, заметив, как она отчаянно борется со сном, - моя кровать достаточно широка для нас обоих.
- Вы... предлагаете мне лечь в вашу кровать? - оторопела Асара, сливаясь цветом лица со своим подвенечным нарядом.
- В моих покоях только одна кровать, а я слишком хорошо воспитан, чтобы предложить тебе лечь на полу.
Асара боязливо примостилась на самом краешке кровати.
- Прости мне мою бестактность, - начал было Сарнияр, но она перебила его.
- Минуту назад вы похвалились, будто слишком хорошо воспитаны. Я была почти готова поверить вам, так что постарайтесь не испортить моего впечатления.
- Хорошо, - послушно согласился он, - но всё же это моя кровать...
- И что с того?
- Как я уже говорил, я считаю себя добропорядочным мусульманином, а любой добропорядочный мусульманин следит за чистотой своего тела. Посему мне совсем не улыбается лежать в одной постели с замарашкой.
- Что?!! - возмущённо вскрикнула Асара. - Замарашка - я?..
- Ну, не я же, - хмыкнул Сарнияр. - Посмотри внимательнее на свой наряд. Он весь перемазан травой и в каких-то крошках. Не кажется ли тебе, что лучше снять его, чтобы не запачкать постельное бельё?
- Но... - окончательно смешалась Асара, - я же тогда останусь совсем голая.
- Я дам тебе чистую простыню, и ты в неё завернёшься.
- Боюсь, что не смогу раздеться без помощи моей горничной.
- Если позволишь, я с удовольствием заменю тебе её, - давясь смехом, предложил Сарнияр.
- Нет, не стоит, - поспешно возразила Асара. - Я сама. Отвернитесь, пожалуйста.
Сарнияр нехотя повернулся к стене, подглядывая через плечо, как она разматывает бескрайние ярды своего подвенечного сари, одновременно стряхивая с него присохшие травинки и хлебные крошки.
- Какое свинство, - проворчала Асара и во избежание недоразумений пояснила. - Это Кандра, подстерегая меня за банановым деревом, чтобы скрасить себе ожидание, грызла рогалики из слоёного теста, начинённые мёдом и орехами. Я упала без сознания прямо на кучу её объедков. Эта маленькая обжора лопает много сладкого, особенно когда нервничает.
Наконец она полностью сняла с себя одежду, завернулась в льняную простыню и юркнула в постель. Хотя она проделала всё это почти с космической скоростью, он успел хорошо рассмотреть её прелести. У него даже дух захватило от этого зрелища. Никогда ещё не приходилось ему видеть таких совершенных линий, такой безупречной кожи, излучающей сияние.
- А знаешь, - улыбнулся Сарнияр, - из них с Зигфаром могла бы получиться гармоничная пара. Он тоже ужасный сладкоежка. Вполне способен бросить на полдороге важное дело или забыть о поручении, чтобы сгонять на кухню за чем-нибудь сладеньким.
- Ну и что? - ничуть не смутилась принцесса. - Вы ведь тоже любите сладости. Тётя Альмира так сказала.
- Кто? - не понял Сарнияр.
- Третья жена моего отца.
- Откуда бы ей знать про меня такие доскональности? - удивился он.
- Она говорила не конкретно про вас, а про всех мужчин в целом.
- И много она их повидала в своей жизни? - спросил царевич, сообразив, какой смысл Асара вложила в своё заявление.
- Нет, но, тем не менее, у неё за плечами большой жизненный опыт. И вы же не станете отрицать, что все мужчины сластолюбцы. Кто такая, скажем, эта Селена, которая должна была появиться здесь вместо меня? Кто эта женщина, чьё место на вашем ложе я по странной прихоти судьбы сейчас занимаю?
Асару давно разбирало любопытство по поводу блондинки, увиденной ею однажды в окне его комнаты. Сейчас она получила, как ей казалось, возможность удовлетворить своё любопытство, уведя разговор в сторону интересующего её предмета.
- Асара, - опешил он, - неужели ты... ревнуешь меня к моей рабыне?
- Ах, так значит, она ваша рабыня? Нет, я не ревную, ваше высочество, этого вы от меня не дождётесь. Я только напоминаю, что вы обещали не приводить в свою постель других женщин, если я соглашусь ответить на вашу любовь.
- Но ты не ответила на мою любовь, Асара! Что же мне оставалось делать, по-твоему?
- Вы лжёте, - не удержалась она, - эту рабыню уже приводили к вам до того, как я объявила о своём решении выйти замуж за Зигфара. Как-то вечером, гуляя по саду, я нечаянно приметила светловолосую девицу, одетую, как одеваются все рабыни моего отца. Она задёргивала шторы на окнах гостевых покоев. Мне стало любопытно, как эта наложница оказалась за пределами гарема, и я спросила садовника, кому отведены эти покои. Он ответил, что это ваши покои, Сарнияр Измаил.
- Асара! - воскликнул Сарнияр, схватив принцессу за плечи. - Так ты отказала мне из-за неё? Из-за этой пустоголовой куклы, которая ровным счётом ничего для меня не значит? О Аллах! Я держал её за толмача, потому что совершенно не мог изъясняться с прислугой. Ты же знаешь, что я ни бельмеса не понимаю в хинди - ну не даётся мне этот язык, хоть убей! - а вся султанская дворня лопочет только на нём.
- В самом деле? - недоверчиво сощурилась Асара. - Держали при себе как толмача, а сегодня пожелали, говоря иносказательно, провести с ней брачную ночь?
- Да, каюсь, - повесил нос Сарнияр. - Если я стану отпираться, ты всё равно мне не поверишь.
