- Величайший, - сказал он, отвернувшись от окна, - мне кажется, одного отряда мало, чтобы благополучно доставить принца к месту его заключения. У вашего сына наверняка остались на воле сторонники, которые попытаются отбить своего вожака, когда увидят, насколько невелик его конвой.
Акбар озадаченно поскрёб подбородок, затем поспешил к окну и выглянул во двор.
- Пожалуй, ты прав, племянник. Я как-то не подумал об этом. Сейчас же распоряжусь усилить конвой.
Он направился к двери и шепнул охране несколько слов, которых Сарнияр не расслышал. Продолжая наблюдение у окна, царевич увидел, как со всех сторон сбежались султанские стражники и под четкие команды старшин выстроились четырьмя образцовыми колоннами спереди, по бокам и позади кареты. В её забранном крепкой решёткой окне мелькнуло перекошенное бешенством лицо Салима.
До слуха Сарнияра донеслись отчаянные ругательства, которые он посылал на прощание своему предусмотрительному отцу.
- Зачем ты хотел меня видеть? - раздался у него за спиной сердитый голос Акбара.
Сарнияр с явной неохотой отвернулся от окна.
- Прежде всего, Властитель, позвольте выразить вам моё одобрение...
- По поводу чего?
- За ваше мудрое решение передать престол Хушрау.
- Я ещё не принял такого решения, - проворчал Акбар. - Сначала посмотрю, что из него вырастет.
- Я не сомневаюсь, - заулыбался царевич, - что под вашим мудрым руководством из него вырастет достойный претендент на ваш трон.
- Давай ближе к делу, племянник, - резко перебил его султан.
Сарнияр прикусил губу, отметив про себя, что Акбар не из тех, кого можно взять грубой лестью и лучше с ним не юлить, а перейти сразу к сути.
- До меня дошли сплетни, якобы вы собираетесь в Кашмир улаживать возникшие разногласия с его правителем Хайдер-ханом.
Акбар обвёл несостоявшегося зятя хмурым взглядом.
- Это не сплетни, племянник. Я, действительно, собираюсь в Кашмир.
- Отчего же не зовёте меня составить вам компанию? Я ведь ваш гость и не могу оставаться здесь без вас. По обычаю я должен сопровождать вас во всех деловых поездках.
- Это не вполне деловая поездка, - произнёс Акбар.
- Мне тоже так кажется, потому что ваша очаровательная дочь едет с вами.
- Она возвращается к себе домой. Я просто решил проводить её, раз уж мне всё равно надо встретиться с Хайдер-ханом.
- Позвольте полюбопытствовать, Властитель. У Хайдер-хана имеются незамужние дочери?
- Нет, он до сих пор не женат.
- Ах, вот оно что! - не мог больше подавлять растущий гнев Сарнияр. - Значит, привычным для вас способом уладить этот конфликт не удастся? Ну что ж, не беда, у вас созрела для замужества дочь и теперь можно с таким же успехом использовать её, чтобы сдерживать своих собак на цепи!
- Ты с ума сошёл! - рассердился Акбар.
- Нет, это вы потеряли рассудок, Властитель, если решили отдать за своего холопа Жемчужину Индии - женщину, достойную, по меньшей мере, китайского императора.
- Ты тоже не китайский император! - нервически рассмеялся султан.
- Я в отличие от Хайдер-хана владею независимым княжеством.
Нервный смех Акбара перешёл в истерический хохот.
- Когда престол передаётся через женщину, тут нечем гордиться.
Сарнияр чуть не задохнулся от возмущения.
- Как вы можете корить меня в этом, когда сами обрели и сохраняете свою власть исключительно благодаря своим жёнам? Хандеш, Биканер, Эмбер, Джайсалмер - разве эти и другие провинции подчиняются вам не потому, что вы женаты на их принцессах? Если передача трона через женщин умаляет его ценность, почему вы хотите передать его ребёнку своей дочери, а не сына? Не оттого ли вы передумали отдавать её за меня, что я отказался предоставить вам наследника?
Султан окинул Сарнияра с головы до ног испепеляющим взглядом.
- Отдать за тебя мою дочь на протяжении многих лет было самым сокровенным моим желанием. Ты знаешь, как я был расположен к тебе. Я ублажал тебя как непотребная девка, исполнял любые твои прихоти! Я увёл своё дитя из-под венца, чтобы вручить тебе на блюдечке! А чем ты мне за это отплатил? Сперва унизил меня, отказавшись от трона империи для вашего будущего сына, а затем оскорбил, уложив на него мою дочь. Ты показал мне со всей ясностью, насколько велико твоё презрение к дому Моголов.
Скрипнув зубами, Сарнияр опустился на колени.
- Простите меня, повелитель, за моё мальчишество...
- Мальчишество? - рассвирепел султан. - Ты это так называешь?
- А как ещё назвать состояние, когда, теряя разум от любви, целиком отдаёшься своим чувствам? Что общего у него с презрением к вашему дому? Способен ли человек в такие минуты контролировать себя?
- Ты давно вышел из возраста, когда это простительно, племянник.
- Значит, мне нет прощения, и я ничем не могу искупить свою вину?
Неожиданно миндалевидные глаза Акбара потеплели. Он повернулся к племяннику боком и бросил на него через плечо плутоватый взгляд.
- Отчего же, всё ещё поправимо. Но моё требование остаётся в силе. Я хочу, чтобы твой сын правил империей после меня. И, кроме того, ты должен присягнуть мне на верность.
Сарнияр мрачно усмехнулся.
- Присягнуть вам на верность, Властитель? Стать вашим данником как Хайдер-хан и все прочие ваши холопы?
- Ты только что признавал, что Жемчужина Индии дорогого стоит, - напомнил султан.
- Как ни дорога мне ваша дочь, повелитель, - воскликнул Сарнияр, - я не готов платить за неё такую высокую цену! Что я отвечу князьям Голконды, если они в один прекрасный день восстанут из могил и спросят с меня за то, что я сотворил с их княжеством?
- Ну-ну, - разочарованно протянул Акбар. - Надеюсь, теперь ты не в обиде на меня за то, что я хочу отдать принцессу Хайдер-хану?
- Отдавайте своё сокровище, кому пожелаете, дядя. А я немедленно начну собираться домой. Здесь мне больше нечего делать.
- Конечно, - вздохнул султан, - прощай, Сарнияр Измаил. Жаль, что мы не сумели договориться. А я-то надеялся, что ради любви ты готов на всё.
- Помимо любви, существует ещё и долг, повелитель. Я с таким же священным трепетом служу интересам Румайлы, с каким вы служите интересам своего султаната. А то, что вы мне предлагаете, не пойдёт на пользу Румайле.
Сарнияр с почтением поцеловал султану руку и вышел из приёмной. За дверью он столкнулся с Кандрой, по щекам которой катились слёзы размером с горошину. Схватив его за рукав, она отвела его подальше от двери и шепнула:
- Это правда, что вы разорвали помолвку с моей сестрой? Весь дворец гудит как растревоженный улей. Никому не верится, чтобы ваше приятельство с Моголами закончилось на такой печальной ноте. А что же будет со мной? Теперь и ваш брат не женится на мне?
- Зачем ты явилась сюда, Кандра? - упрекнул её Сарнияр. - Если тебе нужно было поговорить со мной, могла бы прислать евнуха с запиской, и мы бы встретились, как в прошлый раз, возле вашего домика. Нас не должны видеть вместе, это слишком опасно.
Кандра пренебрежительно махнула рукой.
- Какой теперь смысл - скрывать наше знакомство, когда всё пошло прахом? Ваша Селена послала меня спросить, можно ли ей теперь вернуться в ваши покои.
- А-а, - протянул Сарнияр, - вот уж кому моё несчастье в радость.
- Ещё бы, - подхватила Кандра, - она её и не скрывает. Скачет до потолка с риском потерять ребёнка. А ещё я принесла вам записку от моей сестры.
- Как? - встрепенулся Сарнияр. - Асара попросила тебя передать мне записку? Неужели она что-нибудь заподозрила?
- Нет, - успокоила его Кандра, вручая ему маленький свиток, - просто я зашла к ней как раз в тот момент, когда она заканчивала писать вам записку, ну и вызвалась найти кого-то, кто её отнесёт. Асара ничего не заподозрила. Она думает, что я помогаю из сочувствия к ней. А я ей и, правда, сочувствую. Этот Хайдер-хан такой старый, ещё старее вас. Ему уже под сорок. Бедная моя сестричка!
- Вовсе нет, - возразил царевич, дочитывая послание принцессы, - она пишет, что желание отца выдать её за Хайдер-хана полностью отвечает её желанию остаться в Кашмире. Сообщает, что ей было бы слишком тяжело навсегда проститься с полюбившимися местами.
- А навсегда проститься с вами ей не тяжело? - ехидно осведомилась Кандра.
По губам Сарнияра мелькнула хитроватая усмешка.
- Кто сказал, что мы должны проститься, крошка?
- Н-наш отец, - опешила девочка.
- То, что он говорит, не имеет значения. Я ни за что не уступлю пальму первенства Хайдер-хану.
- И что вы намерены сделать?
- Похитить Жемчужину Индии!
Кандра захлопала в ладоши от восторга.
- Я всегда в вас верила, - воскликнула она, - вы не из тех, кто легко сдаётся. Но каким образом вы намерены устроить её похищение?
- Я уже кое-что сделал для этого. Во дворце осталось мало стражи, потому что мне удалось убедить твоего отца послать большую её часть сопровождать Салима. Но мне потребуется твоя помощь.
Кандра с готовностью закивала.
- Я охотно окажу вам любую помощь, какая только в моих силах.
- Позови Асару на прогулку. Надо увести её подальше от дворца. Мои люди будут ждать за воротами, у которых стоит твой домик. Я без лишнего шума умыкну твою сестрицу и тайно вывезу её из города.
Кандра покачала головой.
- Ничего у вас не выйдет.
- Это почему же?
- Моя сестра сейчас не в том настроении, чтобы гулять по парку, тем более со мной. У меня есть идея лучше вашей. Сегодня после полуденной молитвы Иодх Баи выезжает из дворца. Она решила вернуться в свой родной Эмбер. Все женщины султана, в том числе и Асара, выйдут во двор провожать её. Если вы не протянете с отъездом, у вас будет шанс, покидая дворец, выкрасть мою сестру из толпы. Я вас, само собой, прикрою.
- А султан тоже придёт попрощаться с женой? - спросил Сарнияр.
- Он уже простился с ней ночью, - хихикнула Кандра, - и скорее всего, будет наблюдать за её отъездом с балкона. Я подговорю матушку пойти туда и отвлечь его; это ей только в радость, потому что она, как и тётка Альмира, терпеть не может Иодх Баи.
- У меня остался всего час на сборы, - спохватился царевич. - Кандра, бесценная моя союзница, скорей иди к Селене и скажи ей: если она хочет уехать со мной, ей придётся переодеться мужчиной. Я пришлю в ваш домик своего телохранителя с мужским костюмом. Будь так добра, проследи, чтобы она непременно надела его. Ну, а теперь попрощаемся, дорогая девочка; одному Аллаху известно, свидимся ли ещё. Но знай, что все мои обещания насчёт китайского целителя и твоей свадьбы с моим братом остаются в силе.
Он ласково чмокнул Кандру в лоб, после чего поспешил собирать свою свиту, рассеянную по гостевым покоям.
Девочка со смятением провела ладонью по лбу, на котором горел его прощальный поцелуй. В голове её молнией пронеслась мысль о том, что не будь он таким взрослым, пожалуй, она предпочла бы выйти замуж за него.
* * *
Стоя на балконе, Акбар с тоской наблюдал за отъездом своей второй жены, принцессы Эмбера. Проводить её в дальний путь собрались все его женщины, кроме Альмиры, которая ещё не вернулась с похорон своего сына, несчастного Мурада. Глаза Властителя потускнели от слёз, пролившихся минувшей ночью на прекрасную грудь Иодх Баи, чуть не разбившей ему сердце своим решением вернуться в Эмбер.
- Ты правильно делаешь, что отпускаешь её от себя, Акбар.
Он вздрогнул от неожиданности, почувствовав на плече нежную женскую ручку.
- Это ты, Камлавати? - спросил он, краем глаза приметив сиреневое сари принцессы Джайсалмерской. - Отчего не провожаешь Иодх Баи со всеми? Из-за своей преданности Альмире?
- Именно так, - улыбнулась Камлавати, - я принадлежу её лагерю, как и большинство твоих женщин.
- Мои женщины не посылали Нур Яхан погребальных венков раньше времени. Они горой стояли за несчастную...
- Только пока она болела, - уточнила Камлавати.
- И теперь прощаются с Иодх Баи...
- Потому что она навсегда уходит с твоего горизонта, Акбар.
- Шайтан тебя разорви! - разозлился султан. - Ты хочешь сказать, что меня окружают одни лицемерки?
Султанша утвердительно хмыкнула.
- В твоём гареме не найдётся женщины, которую бы не радовало изгнание Иодх Баи. Впрочем, высылкой её отъезд трудно назвать. Ты же разрешил этой эмберской змее свидания с её змеёнышем.
Акбар скорбно вздохнул.
- Иодх Баи сама изгнала себя из моего рая. Умом она понимает, а сердцем не может принять того, как я поступил с Салимом. Так что её возвращение на родину, если и является высылкой, то добровольной.
Камлавати прикусила губу от злости.
- Ты всегда был привязан к ней больше, чем к другим жёнам, хотя мы родили тебе нормальных детей, а не таких выродков, как её Салим. Ты любил её даже сильнее, чем свою заморскую фирюзу, подарившую тебе Жемчужину Индии.
- Я слышу в твоих словах упрёк, Камлавати.
- А, по-твоему, мне не в чем упрекнуть тебя?
- Ты несправедлива ко мне. Тебя я тоже любил. Ради этой любви я переступил заветы Пророка. Он разрешил своим последователям иметь четырёх жён, а ты стала моей пятой женой.
С губ Камлавати слетела горькая усмешка.
- Не дай Аллах другим испытать такой любви, какой ты дарил меня! Едва я успела зачать, как ты снова женился. А после рождения нашей дочери ты ни разу не позвал меня на ложе. Мой женский век оказался коротким как вздох. Когда я приезжаю в Лахор, ты селишь меня не в гареме, а в домике для гостей, словно я не жена тебе.
Акбар озадаченно поскрёб подбородок, затем поспешил к окну и выглянул во двор.
- Пожалуй, ты прав, племянник. Я как-то не подумал об этом. Сейчас же распоряжусь усилить конвой.
Он направился к двери и шепнул охране несколько слов, которых Сарнияр не расслышал. Продолжая наблюдение у окна, царевич увидел, как со всех сторон сбежались султанские стражники и под четкие команды старшин выстроились четырьмя образцовыми колоннами спереди, по бокам и позади кареты. В её забранном крепкой решёткой окне мелькнуло перекошенное бешенством лицо Салима.
До слуха Сарнияра донеслись отчаянные ругательства, которые он посылал на прощание своему предусмотрительному отцу.
- Зачем ты хотел меня видеть? - раздался у него за спиной сердитый голос Акбара.
Сарнияр с явной неохотой отвернулся от окна.
- Прежде всего, Властитель, позвольте выразить вам моё одобрение...
- По поводу чего?
- За ваше мудрое решение передать престол Хушрау.
- Я ещё не принял такого решения, - проворчал Акбар. - Сначала посмотрю, что из него вырастет.
- Я не сомневаюсь, - заулыбался царевич, - что под вашим мудрым руководством из него вырастет достойный претендент на ваш трон.
- Давай ближе к делу, племянник, - резко перебил его султан.
Сарнияр прикусил губу, отметив про себя, что Акбар не из тех, кого можно взять грубой лестью и лучше с ним не юлить, а перейти сразу к сути.
- До меня дошли сплетни, якобы вы собираетесь в Кашмир улаживать возникшие разногласия с его правителем Хайдер-ханом.
Акбар обвёл несостоявшегося зятя хмурым взглядом.
- Это не сплетни, племянник. Я, действительно, собираюсь в Кашмир.
- Отчего же не зовёте меня составить вам компанию? Я ведь ваш гость и не могу оставаться здесь без вас. По обычаю я должен сопровождать вас во всех деловых поездках.
- Это не вполне деловая поездка, - произнёс Акбар.
- Мне тоже так кажется, потому что ваша очаровательная дочь едет с вами.
- Она возвращается к себе домой. Я просто решил проводить её, раз уж мне всё равно надо встретиться с Хайдер-ханом.
- Позвольте полюбопытствовать, Властитель. У Хайдер-хана имеются незамужние дочери?
- Нет, он до сих пор не женат.
- Ах, вот оно что! - не мог больше подавлять растущий гнев Сарнияр. - Значит, привычным для вас способом уладить этот конфликт не удастся? Ну что ж, не беда, у вас созрела для замужества дочь и теперь можно с таким же успехом использовать её, чтобы сдерживать своих собак на цепи!
- Ты с ума сошёл! - рассердился Акбар.
- Нет, это вы потеряли рассудок, Властитель, если решили отдать за своего холопа Жемчужину Индии - женщину, достойную, по меньшей мере, китайского императора.
- Ты тоже не китайский император! - нервически рассмеялся султан.
- Я в отличие от Хайдер-хана владею независимым княжеством.
Нервный смех Акбара перешёл в истерический хохот.
- Когда престол передаётся через женщину, тут нечем гордиться.
Сарнияр чуть не задохнулся от возмущения.
- Как вы можете корить меня в этом, когда сами обрели и сохраняете свою власть исключительно благодаря своим жёнам? Хандеш, Биканер, Эмбер, Джайсалмер - разве эти и другие провинции подчиняются вам не потому, что вы женаты на их принцессах? Если передача трона через женщин умаляет его ценность, почему вы хотите передать его ребёнку своей дочери, а не сына? Не оттого ли вы передумали отдавать её за меня, что я отказался предоставить вам наследника?
Султан окинул Сарнияра с головы до ног испепеляющим взглядом.
- Отдать за тебя мою дочь на протяжении многих лет было самым сокровенным моим желанием. Ты знаешь, как я был расположен к тебе. Я ублажал тебя как непотребная девка, исполнял любые твои прихоти! Я увёл своё дитя из-под венца, чтобы вручить тебе на блюдечке! А чем ты мне за это отплатил? Сперва унизил меня, отказавшись от трона империи для вашего будущего сына, а затем оскорбил, уложив на него мою дочь. Ты показал мне со всей ясностью, насколько велико твоё презрение к дому Моголов.
Скрипнув зубами, Сарнияр опустился на колени.
- Простите меня, повелитель, за моё мальчишество...
- Мальчишество? - рассвирепел султан. - Ты это так называешь?
- А как ещё назвать состояние, когда, теряя разум от любви, целиком отдаёшься своим чувствам? Что общего у него с презрением к вашему дому? Способен ли человек в такие минуты контролировать себя?
- Ты давно вышел из возраста, когда это простительно, племянник.
- Значит, мне нет прощения, и я ничем не могу искупить свою вину?
Неожиданно миндалевидные глаза Акбара потеплели. Он повернулся к племяннику боком и бросил на него через плечо плутоватый взгляд.
- Отчего же, всё ещё поправимо. Но моё требование остаётся в силе. Я хочу, чтобы твой сын правил империей после меня. И, кроме того, ты должен присягнуть мне на верность.
Сарнияр мрачно усмехнулся.
- Присягнуть вам на верность, Властитель? Стать вашим данником как Хайдер-хан и все прочие ваши холопы?
- Ты только что признавал, что Жемчужина Индии дорогого стоит, - напомнил султан.
- Как ни дорога мне ваша дочь, повелитель, - воскликнул Сарнияр, - я не готов платить за неё такую высокую цену! Что я отвечу князьям Голконды, если они в один прекрасный день восстанут из могил и спросят с меня за то, что я сотворил с их княжеством?
- Ну-ну, - разочарованно протянул Акбар. - Надеюсь, теперь ты не в обиде на меня за то, что я хочу отдать принцессу Хайдер-хану?
- Отдавайте своё сокровище, кому пожелаете, дядя. А я немедленно начну собираться домой. Здесь мне больше нечего делать.
- Конечно, - вздохнул султан, - прощай, Сарнияр Измаил. Жаль, что мы не сумели договориться. А я-то надеялся, что ради любви ты готов на всё.
- Помимо любви, существует ещё и долг, повелитель. Я с таким же священным трепетом служу интересам Румайлы, с каким вы служите интересам своего султаната. А то, что вы мне предлагаете, не пойдёт на пользу Румайле.
Прода от 28.08.2022, 10:20
Сарнияр с почтением поцеловал султану руку и вышел из приёмной. За дверью он столкнулся с Кандрой, по щекам которой катились слёзы размером с горошину. Схватив его за рукав, она отвела его подальше от двери и шепнула:
- Это правда, что вы разорвали помолвку с моей сестрой? Весь дворец гудит как растревоженный улей. Никому не верится, чтобы ваше приятельство с Моголами закончилось на такой печальной ноте. А что же будет со мной? Теперь и ваш брат не женится на мне?
- Зачем ты явилась сюда, Кандра? - упрекнул её Сарнияр. - Если тебе нужно было поговорить со мной, могла бы прислать евнуха с запиской, и мы бы встретились, как в прошлый раз, возле вашего домика. Нас не должны видеть вместе, это слишком опасно.
Кандра пренебрежительно махнула рукой.
- Какой теперь смысл - скрывать наше знакомство, когда всё пошло прахом? Ваша Селена послала меня спросить, можно ли ей теперь вернуться в ваши покои.
- А-а, - протянул Сарнияр, - вот уж кому моё несчастье в радость.
- Ещё бы, - подхватила Кандра, - она её и не скрывает. Скачет до потолка с риском потерять ребёнка. А ещё я принесла вам записку от моей сестры.
- Как? - встрепенулся Сарнияр. - Асара попросила тебя передать мне записку? Неужели она что-нибудь заподозрила?
- Нет, - успокоила его Кандра, вручая ему маленький свиток, - просто я зашла к ней как раз в тот момент, когда она заканчивала писать вам записку, ну и вызвалась найти кого-то, кто её отнесёт. Асара ничего не заподозрила. Она думает, что я помогаю из сочувствия к ней. А я ей и, правда, сочувствую. Этот Хайдер-хан такой старый, ещё старее вас. Ему уже под сорок. Бедная моя сестричка!
- Вовсе нет, - возразил царевич, дочитывая послание принцессы, - она пишет, что желание отца выдать её за Хайдер-хана полностью отвечает её желанию остаться в Кашмире. Сообщает, что ей было бы слишком тяжело навсегда проститься с полюбившимися местами.
- А навсегда проститься с вами ей не тяжело? - ехидно осведомилась Кандра.
По губам Сарнияра мелькнула хитроватая усмешка.
- Кто сказал, что мы должны проститься, крошка?
- Н-наш отец, - опешила девочка.
- То, что он говорит, не имеет значения. Я ни за что не уступлю пальму первенства Хайдер-хану.
- И что вы намерены сделать?
- Похитить Жемчужину Индии!
Кандра захлопала в ладоши от восторга.
- Я всегда в вас верила, - воскликнула она, - вы не из тех, кто легко сдаётся. Но каким образом вы намерены устроить её похищение?
- Я уже кое-что сделал для этого. Во дворце осталось мало стражи, потому что мне удалось убедить твоего отца послать большую её часть сопровождать Салима. Но мне потребуется твоя помощь.
Кандра с готовностью закивала.
- Я охотно окажу вам любую помощь, какая только в моих силах.
- Позови Асару на прогулку. Надо увести её подальше от дворца. Мои люди будут ждать за воротами, у которых стоит твой домик. Я без лишнего шума умыкну твою сестрицу и тайно вывезу её из города.
Кандра покачала головой.
- Ничего у вас не выйдет.
- Это почему же?
- Моя сестра сейчас не в том настроении, чтобы гулять по парку, тем более со мной. У меня есть идея лучше вашей. Сегодня после полуденной молитвы Иодх Баи выезжает из дворца. Она решила вернуться в свой родной Эмбер. Все женщины султана, в том числе и Асара, выйдут во двор провожать её. Если вы не протянете с отъездом, у вас будет шанс, покидая дворец, выкрасть мою сестру из толпы. Я вас, само собой, прикрою.
- А султан тоже придёт попрощаться с женой? - спросил Сарнияр.
- Он уже простился с ней ночью, - хихикнула Кандра, - и скорее всего, будет наблюдать за её отъездом с балкона. Я подговорю матушку пойти туда и отвлечь его; это ей только в радость, потому что она, как и тётка Альмира, терпеть не может Иодх Баи.
- У меня остался всего час на сборы, - спохватился царевич. - Кандра, бесценная моя союзница, скорей иди к Селене и скажи ей: если она хочет уехать со мной, ей придётся переодеться мужчиной. Я пришлю в ваш домик своего телохранителя с мужским костюмом. Будь так добра, проследи, чтобы она непременно надела его. Ну, а теперь попрощаемся, дорогая девочка; одному Аллаху известно, свидимся ли ещё. Но знай, что все мои обещания насчёт китайского целителя и твоей свадьбы с моим братом остаются в силе.
Он ласково чмокнул Кандру в лоб, после чего поспешил собирать свою свиту, рассеянную по гостевым покоям.
Девочка со смятением провела ладонью по лбу, на котором горел его прощальный поцелуй. В голове её молнией пронеслась мысль о том, что не будь он таким взрослым, пожалуй, она предпочла бы выйти замуж за него.
* * *
Стоя на балконе, Акбар с тоской наблюдал за отъездом своей второй жены, принцессы Эмбера. Проводить её в дальний путь собрались все его женщины, кроме Альмиры, которая ещё не вернулась с похорон своего сына, несчастного Мурада. Глаза Властителя потускнели от слёз, пролившихся минувшей ночью на прекрасную грудь Иодх Баи, чуть не разбившей ему сердце своим решением вернуться в Эмбер.
- Ты правильно делаешь, что отпускаешь её от себя, Акбар.
Он вздрогнул от неожиданности, почувствовав на плече нежную женскую ручку.
- Это ты, Камлавати? - спросил он, краем глаза приметив сиреневое сари принцессы Джайсалмерской. - Отчего не провожаешь Иодх Баи со всеми? Из-за своей преданности Альмире?
- Именно так, - улыбнулась Камлавати, - я принадлежу её лагерю, как и большинство твоих женщин.
- Мои женщины не посылали Нур Яхан погребальных венков раньше времени. Они горой стояли за несчастную...
- Только пока она болела, - уточнила Камлавати.
- И теперь прощаются с Иодх Баи...
- Потому что она навсегда уходит с твоего горизонта, Акбар.
- Шайтан тебя разорви! - разозлился султан. - Ты хочешь сказать, что меня окружают одни лицемерки?
Султанша утвердительно хмыкнула.
- В твоём гареме не найдётся женщины, которую бы не радовало изгнание Иодх Баи. Впрочем, высылкой её отъезд трудно назвать. Ты же разрешил этой эмберской змее свидания с её змеёнышем.
Акбар скорбно вздохнул.
- Иодх Баи сама изгнала себя из моего рая. Умом она понимает, а сердцем не может принять того, как я поступил с Салимом. Так что её возвращение на родину, если и является высылкой, то добровольной.
Камлавати прикусила губу от злости.
- Ты всегда был привязан к ней больше, чем к другим жёнам, хотя мы родили тебе нормальных детей, а не таких выродков, как её Салим. Ты любил её даже сильнее, чем свою заморскую фирюзу, подарившую тебе Жемчужину Индии.
- Я слышу в твоих словах упрёк, Камлавати.
- А, по-твоему, мне не в чем упрекнуть тебя?
- Ты несправедлива ко мне. Тебя я тоже любил. Ради этой любви я переступил заветы Пророка. Он разрешил своим последователям иметь четырёх жён, а ты стала моей пятой женой.
С губ Камлавати слетела горькая усмешка.
- Не дай Аллах другим испытать такой любви, какой ты дарил меня! Едва я успела зачать, как ты снова женился. А после рождения нашей дочери ты ни разу не позвал меня на ложе. Мой женский век оказался коротким как вздох. Когда я приезжаю в Лахор, ты селишь меня не в гареме, а в домике для гостей, словно я не жена тебе.
