Д.М:"Вайпер не просто воспитал Дона Кордано. Он выковал её из плоти и крови собственной дочери. Он методично, шаг за шагом, убивал в ней ребёнка."
"Это он притащил её, шестнадцатилетнюю девочку, на кухню, залитую кровью её собственной матери — его жены, — и заставил поверить, что она монстр."
"Это он годами избивал её, ломал ей кости, насиловал её разум, выжигая всё живое, только ради того, чтобы сделать из своего ребёнка идеальное, послушное оружие."
"И самое страшное... Мой отец. Роберт Роуэн."
"Ника не просто выполняла приказ синдиката, когда вошла в его кабинет восемь лет назад. Она была «верным псом» своего отца."
"Она подчинялась воле человека, в чьих венах текла та же кровь, что и в её собственных. Вайпер отправил свою дочь убить моего отца, зная, что за дверью шкафа прячется подросток."
"Он спланировал это семейное жертвоприношение, связав нас троих невидимой, кровавой пуповиной задолго до того, как мы впервые встретились глазами."
Тебя начало крупно, неуправляемо трясти. Ты прижал ладони к вискам, чувствуя, как голова раскалывается на части от этой удушающей, противоестественной правды.
Д.М:"Я влюбился в дочь человека, который заказал моего отца. Я целовал губы, которые шептали приказы его убийцы. Я обнимал плоть и кровь Вайпера. Кровь Вайпера... она течёт в её жилах."
Ты посмотрела на Нику. Она стояла на самом краю обрыва, освещённая багровыми, умирающими лучами заката.
Ветер яростно трепал её волосы, слёзы непрерывным потоком текли по её бледным щекам, но она не шевелилась. Она стояла ровно, с высоко поднятой головой, готовая принять твой самый страшный суд, твою ненависть, твой окончательный уход.
Она открыла тебе свою самую тёмную, самую постыдную рану, прекрасно понимая, что этот удар может уничтожить её окончательно.
И в этот момент, сквозь весь этот липкий ужас, шок и поднимающуюся к горлу тошноту, я увидел её. Не дочь Вайпера. Не безжалостного Дона Кордано.
Ты увидел израненную, измученную девочку, которую собственный отец лишил матери, лишил любимого человека, лишил нерождённого ребёнка и заставил нести на плечах неподъёмный груз чужих смертей.
Она была его самой первой, самой покалеченной жертвой. И то, что она упрямо продолжала дышать и бороться после всего этого... было настоящим чудом.
Твоё безумие медленно отступило, уступая место звенящей, кристально чистой тишине. Ненависти не было. Была только бесконечная, рвущая рёбра боль за неё.
И понимание того, что если ты сейчас отвернешься — ты добьешь её окончательно. Ты станешь тем, кто завершит работу Вайпера.
Ты сделал глубокий вдох, успокаивая бешено стучащее сердце, и медленно, твёрдо шагнул обратно к ней — наперерез всему её проклятому прошлому.
Ника стояла неподвижно, затаив дыхание. Её плечи были напряжены, пальцы судорожно сжаты в кулаки, а в глазах, устремлённых на тебя, застыло такое щемящее, сиротское ожидание, что у тебя сдавило горло.
Она ждала приговора. Ждала, что ты развернёшься, сядешь на мотоцикл и уедешь, оставив её один на один с её вечным холодом. Она привыкла, что её бросают. Привыкла, что её кровь отталкивает любого, кто пытался подойти близко.
Но ты больше не собирался играть по сценарию её отца.
Ты подошёл к ней вплотную, чувствуя, как холодный ветер с моря бьёт вам в лица, взметая её тёмные волосы.
Медленно, не делая резких движений, чтобы не испугать её, ты поднял руки и обхватил её бледное, испачканное в слезах лицо своими ладонями.
Твои пальцы коснулись её висков, и ты заставил её посмотреть тебе прямо в глаза.
Д:"Ты — не он, Ника."
Хрипло, но с такой силой, на которую только был способен, ты произнёс. Каждое твоё слово ложилось между вами, как нерушимая стена.
Д:"Слышишь меня? Ты не Вайпер. Твоя кровь — это твоё проклятие, твоя вечная тюрьма, но это не твой выбор. Он не смог сделать тебя похожей на себя, как бы сильно ни старался."
"Тварь, которая сидит в его резиденции, не способна плакать. Не способна спасать чужих братьев. И уж точно не способна чувствовать ту боль, от которой ты сейчас задыхаешься."
Её губы дрогнули, и новый, задушенный всхлип сорвался с её уст. Она попыталась покачать головой, попыталась отстраниться, упрямо цепляясь за свою вину, но ты не позволил.
Ты прижал её к себе сильнее, утыкаясь носом в её макушку, вдыхая запах её волос, моря и тумана.
Д:"Пусть он твой отец. Пусть его кровь течёт в твоих жилах."
Ты шептал, чувствуя, как её тело наконец обмякает в твоих руках, теряя свою каменную твёрдость.
Д:"Мне плевать, Ника. Слышишь? Абсолютно плевать. Для меня ты — просто девочка, которую он сломал первой. И я не позволю ему сломать тебя до конца. Мы пройдём через этот ад вместе. Мы выжжем его империю дотла, если придётся. Но я не уйду."
Ника уткнулась лицом в твою грудь, и ее руки судорожно, до боли в пальцах вцепились в твою куртку.
Она снова заплакала — но теперь это были другие слёзы. Это были слёзы облегчения человека, которого наконец-то приняли со всеми его самыми уродливыми демонами.
Её тело мелко дрожало в твоих объятиях, и ты просто держал её, отдавая всё своё тепло, всю свою силу, пытаясь склеить её разбитую душу.
Я бережно взял её за руку, переплетая ваши пальцы. Её ожог на ладони грел твою кожу, напоминая о том, что теперь вы связаны намертво.
Ника ещё несколько секунд стояла в твоих объятиях, прижавшись лбом к твоей груди. Ты чувствовал, как постепенно стихает её дрожь, как дыхание становится ровнее. Но затем она осторожно отстранилась.
В её взгляде всё ещё оставалась боль, однако теперь в нём появилось что-то новое — неуверенное, почти робкое решение.
Н:"Ты говорил, что каждый сам выбирает, как ему жить."
Она говорила тихо.
Н:"Значит, меньшее, что я могу для тебя сделать, — позволить тебе выбрать."
Ты нахмурился, не понимая, к чему она ведёт.
Ника медленно достала из кобуры пистолет. В сумеречном свете металл холодно блеснул. Она подняла глаза на тебя, и в этот момент оружие показалось тебе не угрозой, а частью той жизни, от которой она никогда не умела отказываться.
Д:"Ника?.. "
Твой голос дрогнул.
Д:"Что ты делаешь?"
Она не ответила сразу. Пальцы крепче сжали рукоять, но взгляд оставался прикован к твоему лицу.
Н:"Это... мне больше не нужно."
Она наконец выдохнула и прежде чем ты успел понять смысл её слов, Ника размахнулась и забросила пистолет далеко в море. Оружие исчезло в чёрной воде с коротким всплеском.
Ты застыл, не в силах произнести ни слова.
Она отказалась от единственного предмета, который годами давал ей ощущение контроля. От оружия, без которого Дон Кордано не выходила из дома, не садилась в машину и не вступала в переговоры.
Ника словно выбросила в море не пистолет, а часть собственной брони.
Она сделала шаг к тебе. Её губы дрогнули, а голос сорвался на едва слышный шёпот.
Н:"Если ты всё ещё хочешь... если готов... давай начнём сначала, Джекс."
Она судорожно вдохнула и отвела взгляд, словно боялась увидеть твой ответ.
Н:"Без лжи. Без попыток решать за тебя. Без того, чтобы каждый раз прогонять тебя, убеждая себя, будто это спасение."
"Я не обещаю, что стану другой за одну ночь. Но... я могу попробовать. Если ты позволишь."
Несколько секунд ты просто смотрел на неё. Затем почувствовал, как улыбка сама появляется на лице — первая за долгое время, не вынужденная и не горькая. Глаза защипало, и ты не успел скрыть выступившие слёзы.
Ты кивнул. Сначала один раз, потом снова — уже отчаянно, почти бессильно.
Д:"Да. Да, Ника. Я готов."
Ты шагнул к ней и крепко обнял, прижимая к себе так, словно боялся, что она исчезнет вместе с туманом.
Ника замерла лишь на мгновение, а затем обхватила тебя в ответ. Её пальцы вцепились в твою куртку, но теперь это было не отчаяние — это было желание остаться.
Ты осторожно коснулся её лица, стирая с щеки последние слёзы, и наклонился к ней. На этот раз Ника сама подняла голову навстречу.
Ваши губы встретились в поцелуе — тихом, дрожащем и удивительно настоящем. В нём не было прежней борьбы. Только обещание попробовать ещё раз.
За вашими спинами шумело море, над лесом сгущались сумерки, а где-то внизу, среди волн, исчезал пистолет. Вместе с ним Ника отпустила часть прошлого — и впервые выбрала не войну, а вас.
Вы стояли на краю обрыва, забыв обо всём на свете, пока тишину не разорвал резкий, настойчивый треск телефона в кармане Ники.
Она неохотно отстранилась, глядя на экран с каким-то странным, предчувствующим спокойствием.
(Звонок) Н:"Зак."
Она нажала на кнопку вызова.
(Звонок) Н:"Говори, я слушаю."
Она включила громкую связь, и ты замер, ожидая привычного отчёта о проделанной работе. Но из динамика донёсся голос, от которого кровь мгновенно превратилась в лед, а в желудке свернулся тугой узел.
(Заонок) В:"Зак, говоришь?"
Голос Вайпера был вкрадчивым, тягучим, как гудрон.
(Звонок) В:"Боюсь, твой начальник охраны сейчас занят. Впрочем, как и все те, кого ты так опрометчиво считала своей семьёй."
Ника побледнела. Её пальцы, сжимавшие телефон, заметно затряслись.
(Звонок) Н:"Вайпер..."
(Звонок) В:"Если хочешь увидеть Зака и своих верных псов живыми, Ника, у тебя есть единственный выбор."
Он продолжил, не давая ей вставить ни слова.
(Звонок) В:"Приезжай на тот самый склад. Ты знаешь, о каком я говорю. Там же, где ты окончательно стала той, кто ты есть. Жду тебя через час. Один неверный шаг — и я устрою им персональный ад, а потом приду за тобой."
Связь оборвалась. Тишина, воцарившаяся на утёсе, стала оглушительной.
Д:"Ника, нет."
Ты схватил её за плечи, чувствуя, как её тело, ещё минуту назад податливое и нежное, снова превращается в сталь.
Д:"Мы поедем туда вместе. Мы поможем Заку."
Н:"Нет, Джекс!"
Она резко отстранилась, её глаза снова стали холодными и решительными.
Н:"Это место... там умер Алес. Это ловушка, заточенная специально под меня, под мои самые болезненные воспоминания. Там я была сломлена один раз, и Вайпер хочет убедиться, что он может сделать это снова. Я не буду рисковать тобой. Ты останешься здесь."
Д:"Ты с ума сошла?!"
Ты шагнул к ней, преграждая путь.
Д:'Одной? Против целого отряда? Ты только что выкинула своё оружие! Ты безоружна!"
Н:"Я не безоружна."
Она бросила быстрый взгляд на свои пустые руки, затем на тебя.
Н:"Я приняла решение. Я поеду одна."
Д:"Мы договорились начинать всё заново."
Ты схватил её за руки, заставляя смотреть на себя.
Д:"Это значит «вместе». Я не отпущу тебя в ту могилу, чтобы ты снова потеряла себя. Я помогу. Я обещал быть твоим якорем — я им буду."
Ника долго смотрела на тебя, пытаясь найти в твоих глазах хоть каплю колебания. Но их не было. Она тяжело вздохнула, понимая, что проиграла эту битву за право идти на смерть в одиночку.
Н:"Хорошо."
Она еоротко выдохнула, разворачиваясь к мотоциклу.
Н:"Но помни: если начнётся пальба, ты не лезешь в эпицентр. Ты прикрываешь тыл."
Вы молча оседлали мотоцикл. В этот раз близость была не нежностью, а сосредоточенным единством.
Ты чувствовал, как она вцепилась в руль, как её мышцы напряглись, готовясь к последнему рывку.
Ты прижался к её спине, чувствуя, как она вдыхает ночной воздух, готовясь к схватке. Мотор взревел, и вы сорвались с места.
Вы неслись к складу, где восемь лет назад был похоронен её мир, и где сегодня решалась судьба того, что вы только начали строить.
Ты не знал, сколько людей ждёт вас там, в тени старых ангаров, но ты знал одно.
Д.М:"Если Вайпер хочет увидеть, как рушится жизнь Ники, ему придётся сначала пройти через тебя."
Мотоцикл замер в глубоких тенях между полуразрушенными складскими контейнерами. Едва глухой рокот двигателя затих, Ника соскочила с сиденья.
На секунду она замерла, вглядываясь в массивные, покрытые ржавчиной ворота ангара. Этот бетонный склеп дышал сыростью, машинным маслом и смертью.
Именно здесь три года назад оборвалась жизнь её Алеса. Именно здесь Вайпер когда-то выжег в ней последние остатки человечности.
Ты бесшумно шагнул следом за ней.
Ника рванула на себя тяжёлую железную дверь. С оглушительным, скрежещущим стоном она поддалась, и вы ворвались внутрь.
Просторный полутёмный ангар встретил вас гулким эхом и запахом застарелой пыли. Сквозь прорехи в крыше падали бледные, холодные лучи лунного света, разрезая темноту длинными серыми полосами.
В самом центре этого бетонного кладбища, под единственной горящей прожекторной лампой, стоял Вайпер.
На нём было безупречное пальто, а на изуродованном вашими прошлыми ударами лице играла всё та же сытая, торжествующая улыбка психопата.
А позади него, в густой тени, находились остальные.
Зак был туго привязан к металлическому стулу. Его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, один глаз полностью заплыл, но уцелевший смотрел на вас с диким, отчаянным предупреждением.
Вокруг него на коленях, со связанными за спиной руками, сидели выжившие бойцы Ники. За их спинами стояли трое вооружённых автоматами наёмников, готовых нажать на спуск по первому сигналу.
В:"Какое трогательное зрелище."
Вкрадчивый, ядовитый голос Вайпера эхом разнёсся под высокими сводами ангара. Он медленно захлопал в ладоши, и этот сухой звук показался тебе выстрелом.
В:"Блудная дочь возвращается в своё семейное гнездо. И надо же... привела с собой сиротку Роуэна. Как поэтично. Вы всё-таки решили умереть в один день?"
Ты почувствовал, как Ника рядом с тобой напряглась, словно натянутая стальная струна. Её ладони были пусты — она приехала сюда без пистолета, добровольно лишив себя привычного оружия ради вашего нового начала.
Но её осанка, её высоко поднятая голова и леденящий свинец в глазах по-прежнему принадлежали Дону Кордано.
Ты сделал полшага вперёд, слегка заслоняя её плечом, и заставил себя прямо посмотреть в глаза человеку, который заказал твоего отца.
Ника сделала быстрое, властное движение рукой, увлекая тебя себе за спину. Даже безоружная, избитая и едва державшаяся на ногах, она инстинктивно пыталась закрыть тебя от своего безумного отца.
Вайпер ухмыльнулся, медленно расхаживая перед вами.
Затем его змеиный, торжествующий взгляд сфокусировался на тебе.
В:"А ты, сиротка?"
Вкрадчиво протянул старик, делая шаг в твою сторону.
В:"Ты ведь приполз за ней, как послушный, преданный пёс. Но знаешь ли ты, чью руку сжимаешь? Знаешь ли ты, кто она на самом деле?"
"Она — моя дочь, Джекс. В её жилах течёт та же кровь, что и во мне. Ты влюбился в отпрыска монстра, который стёр твою семью с лица земли."
Он замолчал, затаив дыхание. Вайпер ждал твоего краха. Ждал, что ты закричишь от ужаса, проклянешь её или сломаешься под тяжестью этой противоестественной правды.
Но ты лишь сильнее расправил плечи и смело, с калёным свинцом в глазах, посмотрел ему прямо в лицо.
Ты уже принял этот ад. Ты знал её израненную, чистую душу, и никакая кровная связь не могла изменить твоего выбора.
На секунду на лице Вайпера промелькнуло замешательство. Его сытая, победная улыбка дрогнула.
Он не ожидал увидеть такую непоколебимую, глухую решимость в глазах мальчишки, который когда-то заперся в шкафу.
Осознав, что его психологический триумф провалился, Вайпер раздражённо, резко щёлкнул пальцами.
В:"Взять их!"
Он рявкнул.
Трое наёмников мгновенно сорвались с места, наступая на вас. Ника, не раздумывая ни доли секунды, бросилась вперёд.
"Это он притащил её, шестнадцатилетнюю девочку, на кухню, залитую кровью её собственной матери — его жены, — и заставил поверить, что она монстр."
"Это он годами избивал её, ломал ей кости, насиловал её разум, выжигая всё живое, только ради того, чтобы сделать из своего ребёнка идеальное, послушное оружие."
"И самое страшное... Мой отец. Роберт Роуэн."
"Ника не просто выполняла приказ синдиката, когда вошла в его кабинет восемь лет назад. Она была «верным псом» своего отца."
"Она подчинялась воле человека, в чьих венах текла та же кровь, что и в её собственных. Вайпер отправил свою дочь убить моего отца, зная, что за дверью шкафа прячется подросток."
"Он спланировал это семейное жертвоприношение, связав нас троих невидимой, кровавой пуповиной задолго до того, как мы впервые встретились глазами."
Тебя начало крупно, неуправляемо трясти. Ты прижал ладони к вискам, чувствуя, как голова раскалывается на части от этой удушающей, противоестественной правды.
Д.М:"Я влюбился в дочь человека, который заказал моего отца. Я целовал губы, которые шептали приказы его убийцы. Я обнимал плоть и кровь Вайпера. Кровь Вайпера... она течёт в её жилах."
Ты посмотрела на Нику. Она стояла на самом краю обрыва, освещённая багровыми, умирающими лучами заката.
Ветер яростно трепал её волосы, слёзы непрерывным потоком текли по её бледным щекам, но она не шевелилась. Она стояла ровно, с высоко поднятой головой, готовая принять твой самый страшный суд, твою ненависть, твой окончательный уход.
Она открыла тебе свою самую тёмную, самую постыдную рану, прекрасно понимая, что этот удар может уничтожить её окончательно.
И в этот момент, сквозь весь этот липкий ужас, шок и поднимающуюся к горлу тошноту, я увидел её. Не дочь Вайпера. Не безжалостного Дона Кордано.
Ты увидел израненную, измученную девочку, которую собственный отец лишил матери, лишил любимого человека, лишил нерождённого ребёнка и заставил нести на плечах неподъёмный груз чужих смертей.
Она была его самой первой, самой покалеченной жертвой. И то, что она упрямо продолжала дышать и бороться после всего этого... было настоящим чудом.
Твоё безумие медленно отступило, уступая место звенящей, кристально чистой тишине. Ненависти не было. Была только бесконечная, рвущая рёбра боль за неё.
И понимание того, что если ты сейчас отвернешься — ты добьешь её окончательно. Ты станешь тем, кто завершит работу Вайпера.
Ты сделал глубокий вдох, успокаивая бешено стучащее сердце, и медленно, твёрдо шагнул обратно к ней — наперерез всему её проклятому прошлому.
Ника стояла неподвижно, затаив дыхание. Её плечи были напряжены, пальцы судорожно сжаты в кулаки, а в глазах, устремлённых на тебя, застыло такое щемящее, сиротское ожидание, что у тебя сдавило горло.
Она ждала приговора. Ждала, что ты развернёшься, сядешь на мотоцикл и уедешь, оставив её один на один с её вечным холодом. Она привыкла, что её бросают. Привыкла, что её кровь отталкивает любого, кто пытался подойти близко.
Но ты больше не собирался играть по сценарию её отца.
Ты подошёл к ней вплотную, чувствуя, как холодный ветер с моря бьёт вам в лица, взметая её тёмные волосы.
Медленно, не делая резких движений, чтобы не испугать её, ты поднял руки и обхватил её бледное, испачканное в слезах лицо своими ладонями.
Твои пальцы коснулись её висков, и ты заставил её посмотреть тебе прямо в глаза.
Д:"Ты — не он, Ника."
Хрипло, но с такой силой, на которую только был способен, ты произнёс. Каждое твоё слово ложилось между вами, как нерушимая стена.
Д:"Слышишь меня? Ты не Вайпер. Твоя кровь — это твоё проклятие, твоя вечная тюрьма, но это не твой выбор. Он не смог сделать тебя похожей на себя, как бы сильно ни старался."
"Тварь, которая сидит в его резиденции, не способна плакать. Не способна спасать чужих братьев. И уж точно не способна чувствовать ту боль, от которой ты сейчас задыхаешься."
Её губы дрогнули, и новый, задушенный всхлип сорвался с её уст. Она попыталась покачать головой, попыталась отстраниться, упрямо цепляясь за свою вину, но ты не позволил.
Ты прижал её к себе сильнее, утыкаясь носом в её макушку, вдыхая запах её волос, моря и тумана.
Д:"Пусть он твой отец. Пусть его кровь течёт в твоих жилах."
Ты шептал, чувствуя, как её тело наконец обмякает в твоих руках, теряя свою каменную твёрдость.
Д:"Мне плевать, Ника. Слышишь? Абсолютно плевать. Для меня ты — просто девочка, которую он сломал первой. И я не позволю ему сломать тебя до конца. Мы пройдём через этот ад вместе. Мы выжжем его империю дотла, если придётся. Но я не уйду."
Ника уткнулась лицом в твою грудь, и ее руки судорожно, до боли в пальцах вцепились в твою куртку.
Она снова заплакала — но теперь это были другие слёзы. Это были слёзы облегчения человека, которого наконец-то приняли со всеми его самыми уродливыми демонами.
Её тело мелко дрожало в твоих объятиях, и ты просто держал её, отдавая всё своё тепло, всю свою силу, пытаясь склеить её разбитую душу.
Я бережно взял её за руку, переплетая ваши пальцы. Её ожог на ладони грел твою кожу, напоминая о том, что теперь вы связаны намертво.
Ника ещё несколько секунд стояла в твоих объятиях, прижавшись лбом к твоей груди. Ты чувствовал, как постепенно стихает её дрожь, как дыхание становится ровнее. Но затем она осторожно отстранилась.
В её взгляде всё ещё оставалась боль, однако теперь в нём появилось что-то новое — неуверенное, почти робкое решение.
Н:"Ты говорил, что каждый сам выбирает, как ему жить."
Она говорила тихо.
Н:"Значит, меньшее, что я могу для тебя сделать, — позволить тебе выбрать."
Ты нахмурился, не понимая, к чему она ведёт.
Ника медленно достала из кобуры пистолет. В сумеречном свете металл холодно блеснул. Она подняла глаза на тебя, и в этот момент оружие показалось тебе не угрозой, а частью той жизни, от которой она никогда не умела отказываться.
Д:"Ника?.. "
Твой голос дрогнул.
Д:"Что ты делаешь?"
Она не ответила сразу. Пальцы крепче сжали рукоять, но взгляд оставался прикован к твоему лицу.
Н:"Это... мне больше не нужно."
Она наконец выдохнула и прежде чем ты успел понять смысл её слов, Ника размахнулась и забросила пистолет далеко в море. Оружие исчезло в чёрной воде с коротким всплеском.
Ты застыл, не в силах произнести ни слова.
Она отказалась от единственного предмета, который годами давал ей ощущение контроля. От оружия, без которого Дон Кордано не выходила из дома, не садилась в машину и не вступала в переговоры.
Ника словно выбросила в море не пистолет, а часть собственной брони.
Она сделала шаг к тебе. Её губы дрогнули, а голос сорвался на едва слышный шёпот.
Н:"Если ты всё ещё хочешь... если готов... давай начнём сначала, Джекс."
Она судорожно вдохнула и отвела взгляд, словно боялась увидеть твой ответ.
Н:"Без лжи. Без попыток решать за тебя. Без того, чтобы каждый раз прогонять тебя, убеждая себя, будто это спасение."
"Я не обещаю, что стану другой за одну ночь. Но... я могу попробовать. Если ты позволишь."
Несколько секунд ты просто смотрел на неё. Затем почувствовал, как улыбка сама появляется на лице — первая за долгое время, не вынужденная и не горькая. Глаза защипало, и ты не успел скрыть выступившие слёзы.
Ты кивнул. Сначала один раз, потом снова — уже отчаянно, почти бессильно.
Д:"Да. Да, Ника. Я готов."
Ты шагнул к ней и крепко обнял, прижимая к себе так, словно боялся, что она исчезнет вместе с туманом.
Ника замерла лишь на мгновение, а затем обхватила тебя в ответ. Её пальцы вцепились в твою куртку, но теперь это было не отчаяние — это было желание остаться.
Ты осторожно коснулся её лица, стирая с щеки последние слёзы, и наклонился к ней. На этот раз Ника сама подняла голову навстречу.
Ваши губы встретились в поцелуе — тихом, дрожащем и удивительно настоящем. В нём не было прежней борьбы. Только обещание попробовать ещё раз.
За вашими спинами шумело море, над лесом сгущались сумерки, а где-то внизу, среди волн, исчезал пистолет. Вместе с ним Ника отпустила часть прошлого — и впервые выбрала не войну, а вас.
Вы стояли на краю обрыва, забыв обо всём на свете, пока тишину не разорвал резкий, настойчивый треск телефона в кармане Ники.
Она неохотно отстранилась, глядя на экран с каким-то странным, предчувствующим спокойствием.
(Звонок) Н:"Зак."
Она нажала на кнопку вызова.
(Звонок) Н:"Говори, я слушаю."
Она включила громкую связь, и ты замер, ожидая привычного отчёта о проделанной работе. Но из динамика донёсся голос, от которого кровь мгновенно превратилась в лед, а в желудке свернулся тугой узел.
(Заонок) В:"Зак, говоришь?"
Голос Вайпера был вкрадчивым, тягучим, как гудрон.
(Звонок) В:"Боюсь, твой начальник охраны сейчас занят. Впрочем, как и все те, кого ты так опрометчиво считала своей семьёй."
Ника побледнела. Её пальцы, сжимавшие телефон, заметно затряслись.
(Звонок) Н:"Вайпер..."
(Звонок) В:"Если хочешь увидеть Зака и своих верных псов живыми, Ника, у тебя есть единственный выбор."
Он продолжил, не давая ей вставить ни слова.
(Звонок) В:"Приезжай на тот самый склад. Ты знаешь, о каком я говорю. Там же, где ты окончательно стала той, кто ты есть. Жду тебя через час. Один неверный шаг — и я устрою им персональный ад, а потом приду за тобой."
Связь оборвалась. Тишина, воцарившаяся на утёсе, стала оглушительной.
Д:"Ника, нет."
Ты схватил её за плечи, чувствуя, как её тело, ещё минуту назад податливое и нежное, снова превращается в сталь.
Д:"Мы поедем туда вместе. Мы поможем Заку."
Н:"Нет, Джекс!"
Она резко отстранилась, её глаза снова стали холодными и решительными.
Н:"Это место... там умер Алес. Это ловушка, заточенная специально под меня, под мои самые болезненные воспоминания. Там я была сломлена один раз, и Вайпер хочет убедиться, что он может сделать это снова. Я не буду рисковать тобой. Ты останешься здесь."
Д:"Ты с ума сошла?!"
Ты шагнул к ней, преграждая путь.
Д:'Одной? Против целого отряда? Ты только что выкинула своё оружие! Ты безоружна!"
Н:"Я не безоружна."
Она бросила быстрый взгляд на свои пустые руки, затем на тебя.
Н:"Я приняла решение. Я поеду одна."
Д:"Мы договорились начинать всё заново."
Ты схватил её за руки, заставляя смотреть на себя.
Д:"Это значит «вместе». Я не отпущу тебя в ту могилу, чтобы ты снова потеряла себя. Я помогу. Я обещал быть твоим якорем — я им буду."
Ника долго смотрела на тебя, пытаясь найти в твоих глазах хоть каплю колебания. Но их не было. Она тяжело вздохнула, понимая, что проиграла эту битву за право идти на смерть в одиночку.
Н:"Хорошо."
Она еоротко выдохнула, разворачиваясь к мотоциклу.
Н:"Но помни: если начнётся пальба, ты не лезешь в эпицентр. Ты прикрываешь тыл."
Вы молча оседлали мотоцикл. В этот раз близость была не нежностью, а сосредоточенным единством.
Ты чувствовал, как она вцепилась в руль, как её мышцы напряглись, готовясь к последнему рывку.
Ты прижался к её спине, чувствуя, как она вдыхает ночной воздух, готовясь к схватке. Мотор взревел, и вы сорвались с места.
Вы неслись к складу, где восемь лет назад был похоронен её мир, и где сегодня решалась судьба того, что вы только начали строить.
Ты не знал, сколько людей ждёт вас там, в тени старых ангаров, но ты знал одно.
Д.М:"Если Вайпер хочет увидеть, как рушится жизнь Ники, ему придётся сначала пройти через тебя."
Мотоцикл замер в глубоких тенях между полуразрушенными складскими контейнерами. Едва глухой рокот двигателя затих, Ника соскочила с сиденья.
На секунду она замерла, вглядываясь в массивные, покрытые ржавчиной ворота ангара. Этот бетонный склеп дышал сыростью, машинным маслом и смертью.
Именно здесь три года назад оборвалась жизнь её Алеса. Именно здесь Вайпер когда-то выжег в ней последние остатки человечности.
Ты бесшумно шагнул следом за ней.
Ника рванула на себя тяжёлую железную дверь. С оглушительным, скрежещущим стоном она поддалась, и вы ворвались внутрь.
Просторный полутёмный ангар встретил вас гулким эхом и запахом застарелой пыли. Сквозь прорехи в крыше падали бледные, холодные лучи лунного света, разрезая темноту длинными серыми полосами.
В самом центре этого бетонного кладбища, под единственной горящей прожекторной лампой, стоял Вайпер.
На нём было безупречное пальто, а на изуродованном вашими прошлыми ударами лице играла всё та же сытая, торжествующая улыбка психопата.
А позади него, в густой тени, находились остальные.
Зак был туго привязан к металлическому стулу. Его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, один глаз полностью заплыл, но уцелевший смотрел на вас с диким, отчаянным предупреждением.
Вокруг него на коленях, со связанными за спиной руками, сидели выжившие бойцы Ники. За их спинами стояли трое вооружённых автоматами наёмников, готовых нажать на спуск по первому сигналу.
В:"Какое трогательное зрелище."
Вкрадчивый, ядовитый голос Вайпера эхом разнёсся под высокими сводами ангара. Он медленно захлопал в ладоши, и этот сухой звук показался тебе выстрелом.
В:"Блудная дочь возвращается в своё семейное гнездо. И надо же... привела с собой сиротку Роуэна. Как поэтично. Вы всё-таки решили умереть в один день?"
Ты почувствовал, как Ника рядом с тобой напряглась, словно натянутая стальная струна. Её ладони были пусты — она приехала сюда без пистолета, добровольно лишив себя привычного оружия ради вашего нового начала.
Но её осанка, её высоко поднятая голова и леденящий свинец в глазах по-прежнему принадлежали Дону Кордано.
Ты сделал полшага вперёд, слегка заслоняя её плечом, и заставил себя прямо посмотреть в глаза человеку, который заказал твоего отца.
Ника сделала быстрое, властное движение рукой, увлекая тебя себе за спину. Даже безоружная, избитая и едва державшаяся на ногах, она инстинктивно пыталась закрыть тебя от своего безумного отца.
Вайпер ухмыльнулся, медленно расхаживая перед вами.
Затем его змеиный, торжествующий взгляд сфокусировался на тебе.
В:"А ты, сиротка?"
Вкрадчиво протянул старик, делая шаг в твою сторону.
В:"Ты ведь приполз за ней, как послушный, преданный пёс. Но знаешь ли ты, чью руку сжимаешь? Знаешь ли ты, кто она на самом деле?"
"Она — моя дочь, Джекс. В её жилах течёт та же кровь, что и во мне. Ты влюбился в отпрыска монстра, который стёр твою семью с лица земли."
Он замолчал, затаив дыхание. Вайпер ждал твоего краха. Ждал, что ты закричишь от ужаса, проклянешь её или сломаешься под тяжестью этой противоестественной правды.
Но ты лишь сильнее расправил плечи и смело, с калёным свинцом в глазах, посмотрел ему прямо в лицо.
Ты уже принял этот ад. Ты знал её израненную, чистую душу, и никакая кровная связь не могла изменить твоего выбора.
На секунду на лице Вайпера промелькнуло замешательство. Его сытая, победная улыбка дрогнула.
Он не ожидал увидеть такую непоколебимую, глухую решимость в глазах мальчишки, который когда-то заперся в шкафу.
Осознав, что его психологический триумф провалился, Вайпер раздражённо, резко щёлкнул пальцами.
В:"Взять их!"
Он рявкнул.
Трое наёмников мгновенно сорвались с места, наступая на вас. Ника, не раздумывая ни доли секунды, бросилась вперёд.
