— Согласен. Вот только должен кое-что у тебя спросить.
— Спрашивай.
— Ты же мне скажешь прямо, если моё видео будет полным говном?
Она оторвалась от еды и положила руку мне на плечо. Я почувствовал, будто по телу пробежал электрический разряд.
— Я тебе скажу, если твоё видео будет полным говном. Перед тем как выложить его в сеть — скинь его мне.
Я успокоился и взял вилку.
— Спасибо.
Мои глаза загорелись. Я чувствовал, будто во мне полно энергии и я наконец нашёл то, чем хочу заниматься. То, что даст мне смысл жить дальше. Всё это казалось прекрасным.
Граффити.
Иван тряс баллончик с краской, и я слышал, как он отдаёт эхом по трассе, что находилась в паре сотен метров от нас. Он был доволен и пьян. Мы пили «двушку» пива в пластиковой бутылке прямо из горла.
— Это будет стильно, — сказал он.
Я смотрел на забор из красного кирпича. Пришлось сломать пару веток, чтобы его очистить. Я не показывал эмоций, которые бурлили внутри меня, но чувствовал запах свободы.
— Красиво.
— Красиво, ебать? Да тут идеально! — сказал Иван.
Я повторил его слова:
— Да, идеально.
Мой мозг отключился, и руки всё делали сами. Они взяли банку, сделали контур и начали заливать его чёрным, как сам космос, цветом. Я чувствовал этот запах — запах творчества, свободы, любви к действительности. Чувствовал адреналин.
Залив свой кусок, я стал его обводить. Иван смотрел на меня с энтузиазмом, рисуя свой.
— Ты уже? Так быстро? — на своём куске он только накидал контур.
— Да, руки помнят. Чего мне медлить?
— Не знаю… — пробормотал он.
Темнело, забор становилось видно всё хуже. Я закончил свой кусок и стал собирать пустые банки, будто стреляные гильзы. Иван ещё рисовал. Я закурил сигарету. Сегодня был отличный день.
Забор находился на возвышенности, снизу ходили люди, но, кажется, они нас не замечали. Иван закончил свой кусок. Мы сделали пару фото на память и спустились вниз, чтобы посмотреть, как наши работы выглядят со стороны.
Вдруг я услышал звон колоколов. Я поднял взгляд выше и увидел купола. Мы молчали. Я знал, что Иван видит то же, что и я. Решил заговорить первым:
— Откуда ты узнал об этом месте?
Иван посмотрел на небо, будто обращаясь к Богу.
— Нам пизда.
— Ты говорил, что место легальное. — До меня стало доходить: мы нарисовали граффити на заборе мужского монастыря. Иван стал креститься.
— Пусть Бог нас простит.
— Ты уверен всё же, что это место легальное? — спросил я.
Иван продолжал креститься.
— Только не рассказывай об этом Полине.
Съёмки блога.
Я сидел после работы и смотрел на телефон. В голове был план приготовить что-то на камеру, но я понятия не имел, с чего начать.
Я выискивал правильный ракурс, потом решил, что нужно убраться в квартире. Потом подумал, что моя кастрюля старая и она мне не нравится. Потом выпил залпом два стакана пива для храбрости. В голове посветлело.
Я хотел приготовить пасту карбонару. Выпил ещё два стакана — и стал чувствовать себя уверенно, будто я действительно знал, что мне нужно делать.
Я начал мыть раковину, потом плиту, потом перемыл всю посуду. Убирался в квартире, выставил свет для правильной, по моему мнению, атмосферы. Выпил ещё два стакана — и понял, что я в полное говно.
Снимался я абсолютно неаккуратно: нож выпадал из рук, и приходилось делать по несколько дублей. Я нервничал, но продолжал пить. Назад дороги уже не было.
Спустя час я приготовил пасту карбонару по классическому рецепту. Выглядела она просто чудесно. Я был в восторге от того, что у меня всё получилось, настроение поднялось.
В хлам пьяный я дополз до компьютера и начал монтировать видео. Разболелась голова, меня тошнило, ужасно хотелось спать, но я это сделал.
Первая серия моего кулинарного блога была готова. Я пересмотрел её раз десять, а потом отправил Полине.
Увидев моё сообщение, она сразу же появилась в сети.
Полина пропала минут на десять — видимо, тоже пересматривала моё видео несколько раз. И всё же она ответила:
«Это очень круто, ты молодец, я горжусь тобой. Не забывай про своих друзей, когда станешь популярным».
Я посмотрел на её сообщение и улыбнулся. Ничего не ответив, лёг спать прямо в одежде.
Я блогер.
Я, Полина и Иван сидели у меня дома на полу и пили водку с апельсиновым соком.
Я был счастлив.
— Ну что? Выкладывать видео? — Полина уже напилась и смеялась.
— Почему ты до сих пор этого не сделал?
— Я создавал всё это время канал, — пьяный Иван подстрекал меня к действию.
— Ну давай, не тупи, выкладывай уже, я хочу почитать комментарии.
— Ты думаешь, кто-то что-то напишет?
— Конечно напишет. Я смотрел твоё видео — это кулинарный шедевр, у тебя реально талант, без шуток.
Я взял в руки телефон, выложил видео в сеть и прошептал:
— Ну, с богом.
Иван закричал:
— Он это сделал! Давайте выпьем за успех! Когда станешь популярным, не забывай, с кем поднимался.
Мы подняли стаканы и выпили. Иван рассказывал глупые истории, Полина всё так же смеялась. Я обновлял страницу каждые десять минут, но просмотров всё не было… пока вдруг что-то не изменилось.
— Десять просмотров, — сказал я.
Полина завизжала:
— Нихрена себе!
Я обновил страницу ещё раз.
— Уже пятьдесят! — воскликнул Иван.
— Да ну нахрен! Через пару дней их будет тысячи, отвечаю.
Я снова обновил страницу.
— Кто-то написал комментарий… — они оба подбежали ко мне.
— Так чего же ты ждёшь, давай читай!
Я зашёл в комментарии и увидел: большими буквами кто-то написал «ХУЙНЯ».
Мы молчали. Полина продолжила пить.
Иван, выдавливая из себя слова, попытался меня подбодрить:
— Нет, ну это по-любому какой-то пидор написал.
Полина поддержала его:
— Мы найдём его и дадим ему пизды.
Иван поддакнул:
— Да я лично этому хуиле яйца оторву.
Железная дорога.
Мы с Иваном шли по железной дороге, чтобы нарисовать новый кусок.
В наших рюкзаках тарахтели банки с краской. Я думал о том, что могу сделать лучше, чем в прошлый раз: что мой контур был недостаточно ровным, а заливка текла.
Иван сказал:
— Ты не замечал в последнее время, что Полина стала вести себя странно? — он отвлёк меня от мыслей.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну не знаю… раньше она была такой серьёзной, а сейчас пьёт, курит с нами.
— Когда это она была серьёзной? — Иван задумался над своими словами.
— Пару лет назад.
— То есть ты думаешь, что мы плохо на неё влияем?
— Нет, подожди, ты перекручиваешь мои слова. Я не сказал, что она изменилась в худшую сторону. Я просто сказал, что она ведёт себя странно. Вот тебе она ничего странного в последнее время не говорила?
Я вспомнил, как Полина рассказывала, что она маг, но подумал, что будет слишком глупо рассказывать об этом Ивану.
— Нет, не говорила.
— Вообще ничего?
— Вообще.
— Возможно, я просто себя накручиваю.
— Согласен, Иван. Ты ещё и бухаешь много.
— Но не прямо уж так и много, скорее как все. Эй, вообще-то ты со мной постоянно пьёшь!
Мы остановились, и я увидел огромную чистую стену из белого кирпича. Это была наша стенка. Я стал открывать рюкзак и доставать краску. Посмотрел на Ивана:
— Ну что, ты готов?
— Я всегда готов, — я кинул ему в руки чёрную банку для контура.
— В этом я не сомневаюсь.
Иван вдохнул полной грудью и пошёл к стене, перед этим задав вопрос, на который я так и не ответил:
— Может, тебе про граффити надо было блог заводить, а не про кулинарию?
Идея от Вадима.
Я и обкуренный эльф Вадим сидели на курилке. Отдав уже где-то десятый заказ за утро, мы вышли подышать свежим воздухом. Я рассказывал ему историю про свой кулинарный блог.
— И ты представляешь, видео набрало всего один комментарий. — Он смотрел на меня красными, уставшими глазами.
— Да? И какой?
— «Хуйня». — Вадим закашлял.
— Да уж… Сейчас сложно вести деятельность в интернете. Все стали какими-то избалованными, слишком много контента они потребляют, им не угодить.
— Я тоже об этом подумал, — сказал Вадим.
— Проблема интернета в том, что когда кому-то нравится видео, он воспринимает это как должное и не оставляет никаких комментариев. А если не нравится — он сразу пишет что-то гневное. Посмотри на наш сайт: там только плохие комментарии, но сколько заказов за день мы выдаём? Когда заказ идеальный, люди воспринимают это как норму. Но когда заказ слеплен из говна и палок в запару — тут же пишут жалобу.
— Согласен. Это обидно.
— Да, обидно. Но ты не сдавайся — первый блин комом.
— Тут я с тобой согласен.
— Какой рецепт думаешь снять дальше?
— Я пока без идей.
— Сними что-то максимально простое, удели внимание съёмке, а не сложности рецепта. Тогда, возможно, людям понравится больше.
Мы оба задумались и замолчали. Я задал вопрос:
— Что бы ты приготовил?
— Я?
— Да, ты.
— Из простого я бы сделал гаспачо. Это легко, и продукты элементарные.
— Ну, не так уж и просто.
— Проще, чем кажется.
— Я подумаю над твоим предложением.
— А что тут думать? Беги в магазин, пока у нас нет заказов.
— Думаешь?
— Да.
— А если сейчас что-то выйдет?
— Я подстрахую. Беги.
Я взял деньги и рюкзак, пожал Вадиму руку и радостно побежал в магазин за продуктами.
Мысли о блоге.
За окном моей квартиры стояла глухая ночь. Я настраивал себя на то, чтобы приготовить гаспачо и в этот раз не облажаться, хотя, если честно, я и не считал, что облажался раньше. Предыдущее видео было для меня вполне приемлемым и даже нравилось.
Я смотрел на пластиковую двухлитровую бутылку пива. Кухня была убрана, камера установлена — и у меня случился ступор. Кажется, я не могу сниматься трезвым. Алкоголь помогает мне раскрепоститься: когда я пьян, я не думаю о том, что меня снимает камера.
Я налил себе выпить — в голове прояснилось. Потом ещё раз. Кажется, стало лучше.
Холодный суп гаспачо оказался не таким простым блюдом, как может показаться на первый взгляд. У него много подводных камней, которые я пытался обойти.
Картинка выходила сочной. Я открыл вторую «двушку» пива — меня накрыло вдохновение. Я видел нестандартные кадры и точно понимал, что нужно делать. Мозг отключился, руки всё делали сами.
Опустошив вторую бутылку, я смонтировал видео и скинул его Полине. Она ответила: «Это шедевр». Я пересмотрел его не меньше десяти раз и был убеждён в том, что сделал всё превосходно и выложился выше своего предела.
Пьяный и довольный я лёг спать. Гаспачо получился невероятно вкусным.
Никогда не сдавайся.
Я, Полина и Иван сидели в парке посреди которого стоял огромный камень — памятник чему-то или кому-то. Вряд ли кто-то из прохожих вчитывался в надпись на гранитной табличке под ним. В руке у меня был смартфон, мы пили сидр.
Я задал риторический вопрос, ответ на который уже давно знал:
— Ну что? Выкладывать?
Полина улыбнулась:
— Конечно выкладывай, чего ты ждёшь?
В этот раз я уже не нервничал: терять было нечего после комментариев к моему предыдущему видео с пастой карбонарой. Больше всего меня беспокоило, что люди вообще не обратят на меня внимания. Игнор — самое больное оружие.
Я зашёл в галерею, выбрал видео с гаспачо и выложил его в сеть. Поднял пластиковый стакан с сидром:
— Ну что? За победу?
Иван довольно улыбнулся:
— Популярность не за горами.
Мы выпили и разговорились. Полина жаловалась, что цены растут и раньше всё было дешевле. Иван говорил о заговоре, о том, что маги — тайное правительство, — хотят истребить нас и заселить мир заново, только чистокровными магами. Время летело незаметно. Мы много смеялись.
Я снова зашёл в интернет. Полина дёрнула меня за рукав:
— Ну что там? Сколько просмотров?
Я почувствовал адреналин:
— Двести сорок один просмотр.
— Ого!
— Два комментария.
— Вот это уже новый уровень. Читай скорее, чего ждёшь?
Я открыл комментарии и вслух прочитал:
— «Полная хуйня». «У автора руки из жопы».
Мы замолчали. Иван выдавил из себя:
— Какого хуя?..
Полина вырвала у меня телефон, перечитала вслух и добавила:
— Нет, ну это же пиздец какой-то.
Иван был зол:
— Да что не так с этими пидорами?
Я допил стакан:
— Возможно, кулинария — это не моё.
Полина взяла меня за руку:
— Так, успокойся. Хейт — это одна из составляющих популярности. От него никуда не денешься.
Гриболицая.
Я проснулся от будильника на смартфоне. Открыв глаза, понял, что у меня совсем нет сил. Ни сил, ни желания куда-то ехать. Была суббота, метро по выходным ходило плохо, и, глядя на время, я уже знал, что опоздаю на работу.
Сонно умыл лицо, посмотрел в окно. Завтракать не было ни времени, ни желания, поэтому я просто выпил два стакана тёплого пива на голодный желудок. Пиво было почти без газа и неприятное на вкус.
Я собрал рюкзак и выбежал из квартиры. Пешком по лестнице было быстрее, чем ждать лифт. Выйдя со двора, быстрым шагом, почти бегом, направился к метро. Почему-то я всегда боялся опаздывать.
По пути у меня несколько раз пытались стрельнуть сигарету, я врал, что их нет.
В подземном переходе, ведущем к метро, мимо моего взгляда проскользнул силуэт. Я остановился. Обернулся. Возле лестницы плакала женщина.
Я пошёл дальше. Потом снова остановился. Задал себе вопрос: «Оно тебе надо?»
Да чёрт возьми. Не могу я её так оставить.
Я подошёл к плачущей женщине:
— У вас что-то случилось?
Она убрала руки от лица. Из её кожи росли липкие грибы. Казалось, они даже издавали запах.
— Извините, я тут совсем не могу разобраться…
Я осмотрелся по сторонам.
— С чем?
— Я еду к сестре. У меня сел телефон, не могу ей дозвониться, а куда идти — не знаю.
Тёплое пиво грело мой желудок, я чувствовал, что уже пьян.
— Вы помните её номер телефона?
— Нет.
— А адрес?
— Адрес помню. Только вот как туда дойти — понятия не имею.
Почему-то я позволил себе взять её под руку:
— Пойдёмте, я вызову вам такси.
Мы вышли из метро. Я зашёл в приложение и вызвал машину по указанному адресу. Она снова расплакалась:
— У меня, наверное, не хватит денег оплатить такси. Я должна была позвонить сестре, когда выйду из метро, она собиралась меня встретить.
Судя по адресу, её сестра жила в соседнем доме от меня. Такси никак не ударило по моему карману.
— Не переживайте, приложение привязано к моей карте. Машину я уже оплатил. Главное, чтобы сестра была дома.
— У меня нет даже денег, чтобы вам отдать…
Она стала рыться в сумке. Подъехал автомобиль.
— Всё нормально, вот ваша машина. Я опаздываю на работу, извините.
Она достала из сумочки пакет с сушёными грибами и протянула мне:
— Возьмите хотя бы это.
— Что это?
— Грибы. Я везла их сестре.
— Не стоит.
Она схватила меня за руку:
— Возьмите, возьмите. Это волшебные грибы. Вы не пожалеете.
Я взял пакет и сунул его в карман куртки.
— Спасибо вам, но извините, я действительно опаздываю.
Грибы.
— То есть ты взял грибы от бабы, у которой они растут прямо на лице, и таскал их с собой весь день, так? — Полина с Иваном смотрели на меня с недоумением.
— Вообще-то два дня, если быть точным.
— Да это же может быть что угодно! Зачем ты их вообще взял?
— Я спешил на работу. Она вручила мне пакет, очень настойчиво. У меня не было времени спорить.
